Волчица (не) для Альфы

Я решительно отвернулась от него, вставляя отмычку в замочную скважину.

— Отойди, ненормальная. — Даррен перехватил мою руку.

Его пальцы, горячие, как раскаленное железо, сомкнулись на моем запястье. Меня словно током прошило. Я инстинктивно дернулась назад, забыв, что стою на скользких каменных плитах. Нога предательски поехала по покрытому изморозью полу (видимо, фонила та самая магия Смерти), и я, взмахнув руками, начала заваливаться назад.

— Да что ж ты за ходячая катастрофа! — выдохнул Даррен.Он рванул меня на себя. Вместо того чтобы встретиться с холодным камнем, я на полном ходу впечаталась в твердую, как скала, мужскую грудь. Мой нос уткнулся куда-то в район его ключицы, а сильные руки сомкнулись на моей талии, удерживая в равновесии.

Мы замерли. В подземелье повисла звенящая тишина, нарушаемая только моим сбившимся дыханием и глухим, мощным стуком его сердца прямо у меня под ухом.

— Если вы так хотели меня обнять, милорд, могли бы просто попросить, — пробормотала я куда-то в воротник его рубашки, пытаясь скрыть за сарказмом то, как сильно дрожат мои колени.

— Не льсти себе, заноза, — хрипло отозвался он, не спеша, однако, разжимать объятия. — Я просто берегу казенные полы от вмятин.

Он наконец отстранился, но не отошел. Его глаза в полумраке казались полностью черными.

— Эта дверь запечатана кровью, — уже серьезно произнес Даррен, глядя на металл. — Твои отмычки здесь бесполезны. Тот, кто это сделал, вплел свою ауру в замок. Если дернешь не так — нас размажет по стенам.

— И что делать? — Я нахмурилась, понимая, что он прав. Моя бытовая магия тут не помощник.

Даррен медленно поднял руку и провел ладонью над замком. Воздух вокруг его пальцев сгустился, запахло озоном, а фиолетовое свечение за дверью начало пульсировать, словно сопротивляясь.

— Я Альфа этой земли, — тихо, но с металлом в голосе произнес он. — Никакая магия не смеет перечить мне в моем доме.

Он с силой прижал ладонь к замку. По подземелью прокатился низкий гул, металл раскалился докрасна, и внутри механизма что-то с жалобным скрежетом лопнуло. Дверь со скрипом приоткрылась, дохнув на нас ледяным смрадом и запахом старых архивов.

Но не успели мы сделать и шага внутрь, как со стороны лестницы послышались торопливые шаги. Кто-то спускался. Причем шагов было несколько, и они явно не принадлежали мыльным стражникам, которых я оставила в коридоре.

— Сюда, быстро, — скомандовал Даррен.

Он схватил меня за плечо, втолкнул в открывшуюся темную комнату и бесшумно захлопнул за нами тяжелую дверь.

Мы оказались в кромешной темноте. Пространства было катастрофически мало — кажется, это был какой-то узкий тамбур перед основным помещением. Даррен вжал меня спиной в холодную стену, а сам придвинулся вплотную, накрыв мой рот широкой теплой ладонью, чтобы я не издала ни звука.

Его тело прижималось к моему, горячее и напряженное. В темноте его дыхание щекотало мне висок. Шаги по ту сторону двери затихли прямо напротив нас.

— Кто-то снял иллюзию, — раздался приглушенный металлом, искаженный магией голос. Голос, от которого веяло липким страхом. — Господин будет в ярости. Проверьте ритуальный зал! Если девчонки сбежали...

Глава 3. Паранойя, пустые клетки и игры разума.

Шаги по ту сторону двери постепенно стихли, растворившись в гулкой тишине подземелий. Неизвестные ушли проверять какой-то ритуальный зал, оставив нас в кромешной темноте тесного тамбура.

Даррен медленно убрал ладонь с моего рта. Его тяжелое дыхание еще секунду опаляло мою щеку, а затем он отстранился. Воздух между нами перестал искрить от напряжения, но легче не стало.

Альфа щелкнул пальцами, и под потолком вспыхнул тусклый, холодный магический свет, выхвативший из мрака то, что скрывалось за второй, внутренней дверью.

Мы шагнули внутрь. Помещение оказалось вытянутым и сырым, а его стены были испещрены выжженными рунами, от которых веяло той самой тошнотворной магией Смерти. Но главное находилось в центре.

Клетка.

Толстые железные прутья, вплавленные прямо в каменный пол, покрытые слоем темного налета. Замок на дверце был сорван, а сама клетка зияла пустотой. Ни заложников, ни монстров. Только брошенный на холодном полу смятый кусок ткани.

Я рванула вперед, забыв об осторожности. Мое сердце пропустило болезненный удар.

Это был лимонно-желтый шелковый платок. Тот самый, который я подарила Иви на ее прошлый день рождения и с которым она никогда не расставалась, утверждая, что он подчеркивает цвет ее глаз. Ткань была порвана с краю и испачкана чем-то темным.

Я замерла в полуметре от прутьев. В груди начал разворачиваться липкий, холодный клубок паники. Она была здесь. Мою подругу, наивную, верящую в сказки Иви, держали в этой жуткой клетке, как животное.

— Темная магия в моем замке. Клетки. Заговорщики, расхаживающие по моим коридорам. — Голос Даррена прозвучал глухо и угрожающе. Он подошел к клетке с другой стороны, внимательно осматривая руны. — Клянусь Великим Камнем, я вырву хребет каждому, кто к этому причастен.

Он сжал кулаки так, что костяшки побелели, а в воздухе снова запахло грозой и яростью. Выглядел он абсолютно искренним в своем гневе. Оскорбленный в лучших чувствах правитель, чью территорию осквернили.

И тут в моей голове, словно спасительный маяк, включился холодный рассудок мага-бытовика и диванного психолога.

«Стоп, Астра. Включай мозг», — приказала я себе.

Я медленно перевела взгляд на Даррена. Могучий Верховный Альфа. Вожак с абсолютным нюхом, звериным слухом и манией тотального контроля. Человек, чья аура способна расплющить пару десятков девушек на плацу просто от скуки.

И я должна поверить, что в его замке, прямо у него под носом, кто-то оборудовал тайную тюрьму, расписал стены запретными рунами и держал здесь похищенных девушек с Отбора? При этом Альфа ничего не чувствовал, не знал и не замечал?

«Классическая манипуляция, — сухо констатировал мой внутренний голос. — Макиавеллизм чистой воды».

Что, если он все знал? Что, если Отбор — это лишь ширма для чего-то более темного? А сейчас он просто играет со мной. Понял, что я не обычная пустышка, раз смогла снять иллюзию, и теперь устроил этот спектакль с «неожиданным открытием». Хочет посмотреть, как далеко я зайду, что мне известно и кому я побегу докладывать. Хищник, играющий с мышью перед тем, как откусить ей голову.

Ну уж нет. Я в эти игры не играю.

Я не могу ему доверять. Истинная пара или нет — этот блохастый тиран опасен. Если я выложу ему все свои догадки, покажу платок и расскажу про нить поиска, я подпишу себе приговор. И тогда Иви я точно не спасу.

Нужно срочно включать режим «прелесть какая дурочка».

Пока Даррен был отвлечен изучением оплавленного замка на клетке, я незаметно сплела за спиной крошечное заклинание «Пылесоса-невидимки». Желтый платок Иви юркой змейкой скользнул по полу и мгновенно спрятался в глубоком кармане моей куртки.

— Какая гадость. — Я брезгливо сморщила нос и театрально отряхнула руки. — Огромная, ржавая клетка. Знаете, милорд, вам определенно нужно уволить своего завхоза. Тут не просто пыль, тут антисанитария и, кажется, крысы. Мой поисковик явно сломался, раз привел меня в эту помойку вместо потерянного кольца.

Даррен резко обернулся. Его янтарные глаза сузились, сканируя мое лицо.

— Поисковик? Кольца? — медленно повторил он. — Ты хочешь сказать, что сняла иллюзию высшего порядка, чтобы найти украшение?

— Это было очень дорогое кольцо! — возмутилась я, уперев руки в бока. — Семейная реликвия. А иллюзия... ну, я просто плеснула концентрированным очистителем. Видимо, у вас тут заклинания держатся на честном слове и паутине.

Альфа смотрел на меня так, словно решал: придушить меня прямо сейчас или сначала сдать на опыты целителям. Его недоверие можно было резать ножом.

— Ты невыносима, Рейн, — наконец процедил он.

— Я знаю. У меня на это справка из Академии есть. — Я мило улыбнулась. — А теперь, если вы закончили свою инспекцию подвалов, я, пожалуй, пойду. От пыли у меня аллергия, а от вашей компании — нервный тик.

Я круто развернулась и поспешила к выходу. Главное сейчас — уйти. Запереться в своей комнате, изучить платок Иви и подумать над планом. И самое важное правило выживания на ближайшие дни: не попадаться Верховному Альфе на глаза.

Конечно, гравитация не могла позволить мне уйти красиво. Уже на пороге я запнулась о неровный стык плит. Взмахнув руками, я чудом удержала равновесие, впечатавшись плечом в дверной косяк.

— Осторожнее, катастрофа, — донесся мне вслед насмешливый, но какой-то напряженный голос Даррена. — Казенные косяки я тоже берегу.

— Спокойной ночи, ваше лохматое величество! — огрызнулась я, не оборачиваясь, и бросилась вверх по лестнице, подальше от пустых клеток, темной магии и проницательных янтарных глаз, которые, я была уверена, сверлили мою спину до самого поворота.

Добравшись до своей комнаты, я задвинула тяжелый засов, привалилась к двери спиной и медленно выдохнула. Сердце всё еще колотилось где-то в горле, а ладони стали влажными.

План «не попадаться Верховному Альфе на глаза» официально вступил в силу.

Я подошла к кровати, задернула плотные шторы и вытащила из кармана скомканный желтый платок. При свете магических светильников темные пятна на шелке выглядели пугающе.

— Ну давай, бытовая магия, не подведи, — пробормотала я, доставая из сумки портативную ступку и пару склянок с реагентами.

Бытовики умеют не только пятна выводить. Чтобы правильно очистить вещь, нужно досконально понимать природу загрязнения. Я капнула на ткань проявитель, смешанный с каплей своей магии, и прочитала плетение «Глубокого анализа структуры».

Пятна оказались не кровью, что заставило меня облегченно выдохнуть, а густой алхимической вытяжкой. Запахло болотной гнилью и горьким миндалем.

Сонный корень в лошадиной дозировке.

Иви не ушла сама. Ее вырубили. И сделал это кто-то, имеющий доступ к редким алхимическим ингредиентам.

Я плюхнулась на кровать, подтянув колени к подбородку. Мозг, натренированный на логических задачках, работал на полную мощность. Даррен — Верховный Альфа. Вся территория замка пропитана его магией. У него нюх хищника. Мог ли он не знать о подпольной темнице у себя в подвале?

С точки зрения психологии психопаты часто обладают завышенным эго и потребностью в контроле. Они могут создавать идеальный фасад, будучи чудовищами внутри. А еще они обожают играть со своими жертвами. Спектакль в подвале с «оскорбленным непониманием» идеально вписывался в эту теорию.

— Значит, так, Рейн, — сказала я своему отражению в зеркале. — Истинность — это просто биохимическая реакция организма на феромоны. Гормональный сбой. Мы его игнорируем. Лорд Даррен — подозреваемый номер один. Держимся от него подальше, ищем Иви, валим из замка.

План был надежен, как швейцарские часы. То есть теоретически. На практике же моя удача давно подала на развод с разделом имущества.

Искусство сливаться с обоями (провальное)

Следующее утро началось с того, что я опоздала на завтрак.

Выбрав самое невзрачное серое платье из своего гардероба (я назвала его «Мышь в депрессии»), я попыталась незаметно проскользнуть в трапезную. Моей целью было занять место в самом дальнем углу, за массивной колонной, и слиться с фикусом.

Девушки за столами увлеченно щебетали, обсуждая вчерашнее испытание и гадая, каким будет следующее.

— А вы слышали? Вчера ночью лорд Даррен патрулировал коридоры! — возбужденно шептала пышногрудая блондинка соседке. — Говорят, он был в ярости.

— Наверное, искал ту ненормальную, которая бросилась на него на плацу, чтобы лично вышвырнуть за ворота, — фыркнула другая, красноречиво покосившись в мою сторону.

Я мысленно показала ей средний палец и потянулась за булочкой с корицей. И почти достала её, когда в дверях трапезной появился распорядитель. Тот самый, с усиками, который вчера падал в обмороки. Сегодня он выглядел подозрительно бодрым.

— Леди! Внимание! — пропищал он, постучав ложечкой по бокалу. — Верховный Альфа ожидает вас в Лабиринте Шипов через полчаса. Второе испытание — Испытание Интуиции и Грации! Ваша задача — пройти через иллюзорный лабиринт и найти спрятанный артефакт стаи.

Девицы восторженно запищали и бросились припудривать носики. Я же тоскливо посмотрела на недоеденную булочку. Грация. Замечательно. Мое второе имя, если читать его задом наперед и с закрытыми глазами.

Испытание грации и немного вандализма

Лабиринт Шипов оказался мрачным нагромождением двухметровых кустов, усеянных огромными, острыми, как бритва, колючками. В воздухе висела густая магическая дымка иллюзий.

Даррен стоял у входа на небольшом возвышении. Сегодня он был в темно-синем камзоле, который делал его плечи еще шире, а янтарные глаза — еще ярче. Он обводил толпу тяжелым, сканирующим взглядом, и я, спрятавшись за спинами самых высоких конкурсанток, изо всех сил пыталась косплеить пустоту.

— Внутри лабиринта вас ждут мороки. — Глубокий голос Альфы заставил вибрировать воздух (и, предательски, что-то внизу моего живота). — Они покажут ваши страхи. Истинная пара не должна поддаваться панике. Та, что найдет выход первой, победит. Начали.

Девушки с визгом бросились в разные проходы. Я подождала, пока основная масса рассосется, и неспешно поплелась в самый неприметный коридорчик.

План был прост: заблудиться, отсидеться в кустах пару часов, провалить испытание и спокойно вернуться к расследованию.

Как только я свернула за угол, Лабиринт ожил. Передо мной выросла жуткая иллюзия: огромный, пульсирующий паук размером с пони. Он клацнул жвалами и бросился на меня.

Обычная девушка упала бы в обморок. Я же, тяжело вздохнув, достала из кармана флакон с жидким мылом, заряженным заклинанием «Анти-грязь: тотальная аннигиляция».

— Кыш, галлюцинация немытая, — буркнула я, брызнув из флакона прямо в многоглазую морду паука.

Иллюзия пошла пузырями, жалобно пискнула и растворилась в воздухе с легким ароматом лаванды. Бытовая магия против сложных боевых мороков работает по принципу хлорки против бактерий: грубо, но эффективно.

Я неспешно брела по Лабиринту, периодически «смывая» то стаи летучих мышей, то каких-то призраков, то иллюзорные пропасти. Это было даже расслабляюще. Пока я увлеченно оттирала очередного морока-скелета заклинанием для чистки кафеля, я не заметила, как кусты вокруг поредели.

Я сделала шаг назад, чтобы оценить проделанную работу, и моя нога... естественно, зацепилась за корявый корень.

Центр тяжести привычно помахал мне ручкой. Я взмахнула руками, пробила спиной тонкую зеленую изгородь и с громким «Ой, блин!» вывалилась на круглую поляну в самом центре Лабиринта.

Прямо к ногам Верховного Альфы. Опять.

Я приземлилась на траву, чудом не разбив нос, но запутавшись в собственных юбках. Подняла глаза.

Даррен сидел в резном кресле, поставив локти на подлокотники и сцепив пальцы под подбородком. Он смотрел на меня сверху вниз, и в его янтарных глазах плясали откровенно насмешливые, хищные бесята. Вокруг поляны, на пьедестале, сиял тот самый артефакт стаи — серебряный кубок.

Я пришла первой. Идеально провалила план «не отсвечивать».

— Знаете, Рейн, — протянул Альфа. Его голос был бархатным и пугающе спокойным. — Когда я говорил про испытание грации, я не имел в виду грацию падающего шкафа.

Я попыталась гордо подняться, но подол предательски зацепился за шип.

— Это тактический маневр, милорд. Называется «эффект неожиданности», — проворчала я, дергая ткань.

Даррен медленно поднялся с кресла. Он подошел ко мне неслышным, скользящим шагом хищника. Мое сердце забилось, как сумасшедшее. Опасность. Он играет с тобой. Не смотри ему в глаза!

Он присел передо мной на корточки. Близко. Слишком близко. Запах грозы и хвои мгновенно затопил легкие, вытесняя здравый смысл.

— Эффект неожиданности — это то, как ты выжгла мне половину дорогостоящих иллюзий запахом лаванды и хлорки, — тихо произнес он, протягивая руку. Его длинные пальцы аккуратно, почти нежно отцепили мой подол от шипа. — Я наблюдал за тобой через поисковую сеть Лабиринта, Астра. Ты даже не пыталась искать выход. Ты целенаправленно шла туда, где иллюзии были самыми плотными, и просто... стирала их.

Я замерла, глядя на его пальцы. Значит, он все видел.

— У меня аллергия на плохую магию, — буркнула я, упрямо вздернув подбородок и встречаясь с его потемневшим взглядом. — А ваша сеть Лабиринта, очевидно, барахлит. Я хотела заблудиться.

Даррен хмыкнул, и этот звук заставил мурашки пробежать по моему позвоночнику. Он наклонился еще ближе, так что его губы оказались в дюйме от моего уха.

— Ты очень плохая лгунья, Астра Рейн, — прошептал он, и его горячее дыхание обожгло мою кожу. — Ты прячешься от меня. Делаешь вид, что я пустое место. А когда я подхожу близко, твое сердце бьется так громко, что слышно на другом конце замка.

Он плавно выпрямился и, неожиданно схватив меня за талию, одним рывком поставил на ноги. От резкого подъема и близости его горячего тела у меня закружилась голова.

— И раз уж ты пришла первой... — громко сказал Альфа. В этот момент на поляну выбежали запыхавшиеся, исцарапанные первые соперницы. Они замерли, глядя на нас широко раскрытыми глазами. — Победительница получает право на индивидуальную аудиенцию со мной. Сегодня вечером, в моем кабинете.

Он отпустил мою талию, но его взгляд остался прикованным к моему лицу. В нем читался вызов. И обещание, от которого хотелось одновременно сбежать на край света и подойти еще ближе.

— И, Рейн? — бросил он напоследок, разворачиваясь. — Постарайтесь на этот раз не влипнуть, куда не следует. Проблемы плохо сочетаются с романтической обстановкой.

Глава 4. Аудиенция, профайлинг и прочие катастрофы.

«Романтической обстановкой...» — эти слова повисли в воздухе над поляной, как смертный приговор, высеченный в камне.

Девицы вокруг меня, казалось, перестали дышать. Если бы зависть и жгучую ненависть в их взглядах можно было конвертировать в магическую энергию, остатки Лабиринта сейчас бы просто взлетели на воздух. Я нервно сглотнула и попыталась выдавить из себя уверенную улыбку, но вышло, скорее всего, как у мыши-полевки, осознавшей, что она уже в когтях у совы.

Я? Наедине с Дарреном? В его кабинете?

Инстинкт самосохранения истерично бил в набат, умоляя собрать вещи и бежать в сторону канадской... то есть северной границы. Но холодный рассудок следователя-самоучки тут же щелкнул его по носу: «Кабинет Альфы — это святая святых замка. Если где-то и есть информация о том, куда на самом деле пропадают девушки, или списки тех, кто имеет доступ к запретным зельям, то именно там».

Даррен думает, что заманил меня в ловушку? Отлично. Посмотрим, кто кого.

К вечеру моя паранойя достигла размеров небольшого дирижабля.

Я перебрала свой скудный гардероб и остановилась на темно-зеленом платье, которое было достаточно закрытым, чтобы не наводить ни на какие «романтические» мысли, но и не слишком плотным, чтобы не стеснять движений в случае экстренной эвакуации через окно.

Главным моим оружием сегодня была не красота (с этим пунктом у меня всегда были напряженные отношения), а обычная с виду салфетка из микрофибры для протирания пыли. Правда, я потратила два часа, вплетая в нее сложнейшее заклинание «Остаточного следа». Если я смогу «случайно» протереть ею рабочий стол Альфы, ткань впитает магические отпечатки последних документов, которые там лежали. Гениально? Я тоже так думала.

Ровно в назначенное время я стояла перед массивными дубовыми дверями на третьем этаже, где располагались личные покои лорда. Сделав глубокий вдох, я постучала.

— Входи, — донесся из-за дверей его глубокий, вибрирующий голос.

Я толкнула створку и замерла на пороге.

Кабинет Верховного Альфы подавлял своими размерами и роскошью. Темное дерево, стеллажи с книгами до самого потолка, огромный камин, в котором потрескивали поленья, и шкуры на полу. Но всё мое внимание было приковано к хозяину комнаты.

Даррен стоял у окна, сменив свой парадный камзол на простую черную рубашку. Три верхние пуговицы были расстегнуты, открывая вид на крепкую шею и ключицы. Закатанные рукава обнажали мускулистые предплечья, покрытые бледной вязью старых шрамов. В руках он держал два бокала из тонкого стекла, в которых плескалась рубиновая жидкость.

Он выглядел... пугающе привлекательным. Без брони и титулов, просто как мужчина. «Слишком крупный, слишком опасный, слишком мой», — услужливо и абсолютно не вовремя подсказала дурацкая истинность.

— Ты опоздала на две минуты, Астра, — произнес он, обернувшись, и его губы тронула легкая, снисходительная усмешка.

— Писала завещание, милорд, — невозмутимо ответила я, переступая порог и делая вид, что меня совершенно не интересует его огромный рабочий стол, заваленный какими-то свитками. — Решала, кому оставить коллекцию своих энциклопедий по психологии: библиотеке Академии или вашему распорядителю. Ему явно нужно что-то почитать про управление стрессом.

Даррен тихо рассмеялся. Это был низкий, бархатный звук, от которого по моей коже пробежали мурашки.

Он подошел ближе и протянул мне один из бокалов.

— Вино с Южных склонов. Расслабляет нервы. Тебе пригодится.

— Спасибо, я предпочитаю сохранять трезвость рассудка, когда нахожусь в одном помещении с хищником. — Я вежливо, но твердо отодвинула бокал. — И давайте пропустим светские беседы. Вы хотели со мной поговорить. О чем? О моей грации? Или о том, что я мозолю вам глаза?

Даррен не стал настаивать. Он поставил бокалы на небольшой столик у камина, скрестил руки на груди и прислонился к нему бедром, внимательно изучая мое лицо.

— О твоих тайнах, заноза, — спокойно ответил он. — Ты пришла на Отбор, но делаешь всё, чтобы из него вылететь. Ты маг-бытовик, но снимаешь иллюзии, которые не под силу взломать иным боевикам. Ты дерзишь мне, Альфе, при этом твой пульс сейчас бьется так, словно ты готова сорваться на бег. Ты боишься меня. Но не как вожака, а как... мужчину.

Я мысленно поаплодировала его проницательности.

— Вы мне льстите, милорд. Я боюсь не вас, а вашей непоследовательности. — Я сделала пару шагов по кабинету, незаметно приближаясь к рабочему столу. — С точки зрения психоанализа, ваше поведение — это классическая проекция. Вы пытаетесь найти во мне скрытые мотивы, потому что сами окружены тайнами. Ваша стая играет в Отбор, пока у вас в замке происходят... очень странные вещи.

— Например? — Его глаза опасно сузились.

— Например, жуткая пыль в подвалах, — не моргнув глазом, парировала я.

Я остановилась прямо у стола. На самом краю лежал раскрытый журнал с какими-то гербами и колонками имен. То, что нужно! Моя рука в кармане крепко сжала заветную салфетку.

— Ты продолжаешь играть в дурочку со шваброй. — Даррен отлепился от камина и медленно, с грацией подкрадывающегося волка, двинулся ко мне. — И это начинает меня злить. Что ты нашла в том подземелье до моего прихода?

— Только свои неприятности. — Я облокотилась о стол, словно от усталости, а сама незаметно вытащила салфетку из кармана.

Даррен подошел вплотную. Настолько близко, что я была вынуждена запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в глаза. Его аура окутала меня плотным коконом, давящим и одновременно манящим.

— Астра... — Его голос упал до хриплого шепота. Он оперся руками о край стола по обе стороны от меня, фактически запирая меня в ловушку между своим телом и дубовой столешницей.

В этот момент я поняла: сейчас или никогда.

Делая вид, что нервно поправляю юбку, я разжала пальцы и уронила магическую салфетку прямо на открытый журнал.

План был идеален. Если бы не одно «но». Мой локоть, живущий собственной, независимой от мозга жизнью, с силой врезался в стоящую на столе массивную чернильницу.

— Ой! — только и успела пискнуть я.