Обещанное дитя

Татьяна Югорская

Обещанное дитя

…ежели Бога нет, то, спрашивается, кто же управляет жизнью человеческой и всем вообще распорядком на земле?

- Сам человек и управляет, - поспешил сердито ответить Бездомный…

- Виноват, - мягко отозвался неизвестный, - … как же может управлять человек, если… он не может ручаться даже за свой собственный завтрашний день?

(М. Булгаков «Мастер и Маргарита»)

Тишину ночи пронзил детский крик:

- Нет, не надо! Не надо!

Ничего не понимая, ещё толком не проснувшись, в спальню сына влетели родители. Торопясь и толкаясь, они склонились над пятилетним мальчиком, который лежал под одеялом с крепко зажмуренными глазами и всхлипывая уже не кричал, а шептал: «Не надо».

Годы лечения. Сданы все возможные анализы, сделана масса диагностик, сменены десятки самых разных врачей, консультантов, но всё безрезультатно. Ребёнок изо дня в день твердит, что страшное существо пугает и мучает его. Родители сначала подозревали дефицит внимания, аутизм, потом обман, думали, что их маленький сын всё выдумывает. Просили прекратить, задаривали подарками, переключали внимание, угрожали, запрещали, но ничего не работало, он всё так же продолжал твердить про страшное существо. Позже стали замечать на теле ребенка следы, как будто от ударов, щипков или когтей. Психотерапевты единогласно поставили диагноз – селфхарм. И опять лечение, таблетки, уколы, психотерапия, но ребенку становится с каждым годом всё хуже и хуже. Похожий на прозрачный листочек, мальчик совсем мало двигается и уже почти не разговаривает, находясь в своём внутреннем закрытом от всех мире.

Глава 1. Семён.

Семёну, так зовут нашего маленького героя, сегодня исполнилось 9 лет, но в доме нет радостного смеха, гостей, подарков, торта и задувания свечей. Родители не разрешают своим детям не то, что приходить в гости, но даже близко приближаться к странному мальчику. Их пугает его растерянный вид, непроизвольные движения рук, взгляд, который время от времени останавливается на одном месте и будто бы становится стеклянным.

Мама, чтобы хоть как-то развеяться, надела на Семёна курточку и вывела на улицу подышать свежим воздухом. Ослабленный тяжелым неизвестным недугом мальчик не смог отойти далеко от дома, и они вдвоём присели на скамеечке у подъезда.

Буквально через пять минут к этой же скамье подошла их очень пожилая соседка, баба Нюра. Она была такая старая, что казалось вот вот рассыплется при ходьбе.

- Эх, не могу далеко уже от дома отходить, а погулять охота, сегодня вон какая погодка расчудесная. Здравствуй, Сенечка, как ваши дела то? – прошамкала баба Нюра, аккуратно присаживаясь на край скамьи, рядом с мальчиком и его мамой.

Марина, мама Сени, недолюбливала бабу Нюру за её прямоту, неудобные откровенные вопросы, и советы, о которых её никто и никогда не просил. Но уходить не хотелось, погода сегодня действительно выдалась на редкость теплой и безветренной для марта. Поэтому, немного помедлив она холодно ответила:

- У нас всё по-прежнему.

- Ага… По-прежнему значит. Ужо почитай четыре года маетесь да? — глядя на Семёна и не обращая внимания на резкий тон Марины, спросила баба Нюра.

Задав свой вопрос, баба Нюра тут же зачем-то полезла в недра своей многослойной, как капустка, одежды. А надето на неё было действительно не мало: юбка с кофтой, поверх этого ещё тёплая кофта, потом жилетка и на жилетку куртка. Порыскав несколько минут, она потянула из внутреннего кармана то ли одной из кофт, то ли жилетки со множеством карманов носовой платочек. Вместе с платочком, зацепившись выпало что-то блестящее и звякнув ударилось об асфальт, и баба Нюра прищурилась, стала силясь разглядеть, что же такое она там уронила.

- Да, Анна Никаноровна, по-прежнему, - ответила Марина, - у вас что-то упало.

- Ага, вижу. Да, упало… Сенечка, подай бабуле, что там упало, тяжело мне уже наклоняться. Значит по-прежнему? – будто забыв, что уже спрашивала неоднократно, опять переспросила Баба Нюра.

- Да, Анна Никаноровна, по-прежнему! - вспылила Марина, уже сожалея, что вообще вышла на улицу и что не хватило сил сразу отвязаться от этой старухи.

Сенечка, который в этот момент как раз наклонился, чтобы поднять упавший на землю предмет вдруг резко отскочил, как будто обжегся, вскрикнул и стал тереть рука об руку. Марину поразила такая несвойственная ему в последние несколько месяцев энергичность сына.

- Ага… Да я и сама вижу, что по-прежнему, а если бы ты тогда сразу послушала, да покрестила бы сына и нашла бы того, кто порчу бы снял, так и забыли бы уже. Забыли бы… А сейчас уже застарелая, уже вошла во всё тело, - не унималась баба Нюра.

Марина, которая хотела посмотреть почему сын отбежал в сторону и что у него с рукой, перестала идти к нему, подскочила как ужаленная на месте, развернулась и еле сдерживая рыдания, рвущиеся из груди, стала кричать в ответ на эти, как казалось Марине бредовые идеи, которые Баба Нюра повторяла уже не первый год:

- Да какая порча! Что вы несёте! Врачи сказали сложное психическое расстройство, которое не поддается точному диагнозу и лечению существующими сейчас методами. Малоизученное, и хватит уже сказки ваши придумывать, двадцать первый век на дворе.

- Ага… Видали мы такие расстройства. Видали. Знаю я, что 21 век. Покрести сына, отдай его на защиту Господу и Силам Небесным, а потом ищи священника или целителя, который возьмется ребенка почистить. Ищи дура, время уходит! Сгинет дитё от твоей упёртости и неверия! – вдруг с неожиданной силой в ответ резко ответила Марине всегда такая спокойная баба Нюра.