Восточный ветер

Анна Ситникова

Восточный ветер

Предисловие автора

Здравствуй дорогой читатель. Надеюсь, мы с тобой знакомы по первой моей книге «Леди и Шут». Что ж, Восточный ветер это необычная, самобытная, не претендующая на историческую достоверность история, где властвует любовь и вера в сказку. Я писала ее параллельно с «Леди и Шут», чтобы разбавить мрачную атмосферу первой книги, не ожидая, что история превратится в нечто большее. Я хотела почитать историю про современность, вплетенную во времена девятнадцатого века, назовем это так, но не про попаданок. И ничего не находила, поэтому написала свою историю. Не стоит здесь искать хитросплетений, интриг, расследования и глубокой психологической драмы. Это просто сказка, в которую так хочется верить. Приятного прочтения. Обнимаю каждого.

Ваш автор.

В книге некоторые реплики стоят со знаком *- это значит, слова произнесены на другом языке.

Восточный ветер

Аннотация

Иви и Тамаш Воронцовы, после смерти матери отправились в небольшой поселок Репино в сорока километрах от Петербурга к своему опекуну. Место, где, кажется, время остановилось. Здесь до сих пор устраивали балы, а мужчины стрелялись на дуэли за честь дамы.

Оказавшись в столь непривычном месте, Иви пытается привыкнуть к новому укладу жизни, но одна роковая случайность усугубляет многолетний конфликт между двумя представителями дворянских родов Бенуа и Корвус.

Девушка оказывается в самом эпицентре противостояния двух мужчин.

Один – воплощение рыцарской доблести, ее опекун и защитник.

Другой – воплощение хаоса и разрушения, которого все называют Чудовище.

Глава 1

Девушка и юноша сидели на заднем сидении ЗиМ ГАЗ-12 одна тысяча девятьсот шестидесятого года, который вез их по проселочной дороге навстречу новой жизни. В усадьбу с красивым названием «Восточный ветер». Об этом месте она узнала, после того, как с ней связался нотариус и сообщил, что у Тамаша есть опекун и проживает он в Репино в сорока километрах от Петербурга. В своей собственной усадьбе с поэтичным названием.

Девушка посмотрела на брата, он сидел, сгорбившись над планшетом, уши закрывали громоздкие наушники. Сейчас было бесполезно с ним разговаривать. Весь его вид говорил «не тронь». Иви повернулась к окошку и наконец, облокотилась на сидение. Всю дорогу она сидела так, словно проглотила палку. В окно девушка видела огромные поля, деревья с густыми кронами. Весна властвовала в этом сказочном месте. Здесь природа, еще не тронутая жадностью цивилизации, здесь даже пахло по-другому. Воздух был чистым и густым, хотелось его вдыхать как можно больше, словно не можешь насытиться.

-Мы уже подъезжаем. - Внезапно раздался голос шофера по имени Мал, который был немногим старше самого Тамаша.

- Приготовьтесь, сейчас вы просто умрете от красоты.

Еще какую-то долю секунды Иви улыбалась, а потом она увидела саму усадьбу, ее глаза расширились от восторга. Они ехали по туннелю, которые создали ветки деревьев, сплетаясь друг с другом, как страстные любовники. Две длинные колоны деревьев вели прямо к песочно-желтым воротам, а за ними усадьба Восточный ветер. Сама усадьба имела огромную форму буквы «П», к каждому зданию вела мощеная дорожка. Иви насчитала пять зданий, вместе с главным, соединенные длинными коридорами. Повсюду газовые фонари и много зелени. Аккуратно подстриженные кусты напоминали лабиринт. Рядом с Иви присвистнул Тамаш, его наушники сползли на шею и он, наконец, оторвался от планшета.

-Ничего себе. Я словно попал в прошлое.

-Это волшебное место. – Лишь выдохнула Иви, она даже не моргала, боясь спугнуть столь совершенную красоту, где все дышало эпохой прошлого.

-Вы правы леди. Восточный ветер - это легенда! Вы бы только видели, какие здесь раньше устраивались балы, сколько знаменитых людей здесь побывало.

-А сейчас? Сейчас устраивают балы?

Шофер почему-то быстро стушевался и пробубнил себе под нос.

-Мечтай Иви, это тебе не роман. - Усмехнулся Тамаш, пихнув сестру в бок. Маленькая перепалка приподняла настроение Иви. Пока все было в порядке, главное Тамаш снова заговорил. После смерти матери он от силы выдавил из себя пару фраз.

Еще до того, как они пересекли границы усадьбы, Иви издалека увидела людей, которые стояли у входа. Подле крыльца стояли служащие. Мужчина и две девушки, а на самом крыльце виднелась высокая фигура мужчины и пожилой женщины. Когда машина остановилась, Иви не успела открыть дверь, как за нее это сделал мужчина в форме и лучезарно улыбнулся, поприветствовав ее, словно девушка, была принцессой.

-Надеюсь, поездка была приятной, и вы смогли полюбоваться территорией Восточного ветра.

Иви вздрогнула, ничего не оставалось делать, как посмотреть на обладателя столь холодного, лишенного эмоций голоса. Им оказался молодой мужчина. Тот самый, что возвышался на крыльце. Значительно старше Иви лет на пять-шесть. Взгляд прямой и изучающий, может даже немного надменный, а голос лишен тепла. Длинные светлые волосы собраны в хвост, голубые глаза как бритвы. На нем были обычные брюки песочного цвета, заправленные в сапоги, рубашка с тесемками и такого же песочного цвета плащ. Почему-то Иви сразу представила его мчащимся на гнедой лошади, а ветер играл в его волосах.

-Никсон Бенуа, ваш опекун.

Момент истины. Девушка с трудом сглотнула. От ледяного взгляда шел мороз по коже, хотя на улице стояла жаркая погода. Прошло немного времени, прежде чем Иви пришла в себя и смогла, наконец, пискнуть в ответ.

-Иви Воронцова, а это мой брат Тамаш.

Взгляд Никсона быстро прошелся по девушке, легкий кивок головы, а Тамашу пожали руку, от чего девушка вспыхнула, чувствуя досаду. Ведь старшая она, а не Тамаш. Рукопожатие вышло крепким, от чего брат Иви приосанился, ведь с ним обращались как с взрослым.

Рядом с Никсоном Бенуа стояла пожилая женщина, которая излучала королевскую стать. Она стояла прямо, но при этом опиралась двумя руками о трость. На ней было красивое лиловое платье. Из украшений только повязанный платок, который покрывал ее голову с высокой прической из россыпи седых волос. Глаза такие же острые и холодные, а губы поджаты в немом осуждении.

Ну что ж. Этого Иви и боялась. Хотя ожидала подобной реакции, но тешила себя надеждой.

-Это моя мать - Анастасия Петровна Бенуа.

Представил мужчина. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, им здесь не рады. Презрение буквально сочилось и ощущалось физически.

-Очень приятно. - Улыбнулась Иви, протянув женщине руку, и тут же ее опустила, потому что ее буквально пришпилили к земле взглядом.

-Вам уже есть восемнадцать, не думаю, что вы нуждаетесь в опеке. Я права?

В носу у Иви защекотало, но она тут же вздернула подбородок. Вот уж нет, плакать она точно не собирается и свою слабость показывать тоже. На помощь к ней пришел Тамаш.

-Мы идем в одном комплекте. Берете одного – берете и другого. - Девушка почувствовала такой прилив тепла, что была готова расплакаться, но уже от нежности к брату.

-Достаточно. – Прервал Никсон, взмахнув рукой. Иви захотелось съежиться, но она продолжала стоять и смотреть во все глаза на человека, от которого зависело их с Тамашем будущее. Хуже нет зависеть от кого бы то ни было. В этом Иви была солидарна со своей матерью, которая уходила легко и никогда никому ничего не обещала. Аврора была самобытной и не похожей на всех остальных мам. Когда-то Иви мечтала, чтобы Аврора была такой же, как все остальные - теплая, добрая, уютная. Только став старше, Иви поняла, что ее мать всегда, прежде всего, ценила свою собственную свободу. И учила этому детей.

«И куда привела ее свобода?»

Мгновенно отозвался внутренний голос, но Иви его проигнорировала.

–Добро пожаловать в Восточный ветер. Петр, отнеси вещи в их комнаты. – Бросил напоследок мужчина, скрывшись за дверью, ведущую в дом. Следом за ним последовала Анастасия Петровна. Персонал тоже скрылся за дверьми.

Иви и Тамаш остались стоять на улице. Тамаш присвистнул.

- Как тебе радушный прием? Как думаешь, какое отношение имела наша мама к этому месту?

Иви не нашлась с ответом, чтобы успокоить брата. Она знала, вернее, предвидела такой исход событий. Кто обрадуется двум нахлебникам? Что ж, у нее был план. Опекунство нужно именно Тамашу, так как он несовершеннолетний, но не ей. До конца обучения остался лишь год, а дальше она сможет получить работу и забрать брата под свою опеку.

Тамаш первый скрылся за дверью, поправляя лямки рюкзака, а Иви все не решалась, но все же сделала шаг навстречу новой жизни.

Убранство усадьбы нисколько не уступало ее величию изнутри. Здесь словно застыло время в эпоху балов и званых вечеров. Спальня Иви находилась в восточном крыле, а Тамаша в западном. Оказавшись в комнате, девушка была готова поверить, что попала в прошлое, и находится в спальне аристократки девятнадцатого века. На секунду Иви позволила своей фантазии разгуляться и вот она уже представляет себя леди знатного происхождения, которая собирается на бал, весело щебеча с сестрами.

Комната имела квадратную форму, стены обтянуты шелковыми обоями пудро-розового цвета. Большую часть занимала кровать с самым настоящим балдахином и множеством подушек. Постельное белье подобрано в тон панораме цветов спальни. С левой стороны, напротив кровати стояло зеркало со столом на изящных ножках. Еще чуть далее шкаф для одежды, с точно такой же резьбой. Все в комнате дышало прошлой эпохой, но не это привлекло внимание Иви.

-Не может быть... - Иви подбежала к дверям, которые вели на открытый балкон. Девушка не верила своим глазам, балкон выходил прямо на сад с настоящим лабиринтом из живой изгороди, в центре которой прятался фонтан в виде русалки. Когда постепенно эйфория стала отступать, Иви почувствовала горечь, пора было возвращаться в реальный мир, а в реальном мире ни ей, ни Тамашу здесь не рады. Вернувшись в комнату, Иви оставила двери балкона открытыми и стала разбирать свой немногочисленный багаж. Одна сумка с одеждой и вторая с книгами. Проведя практически всю свою жизнь в поездках вместе с матерью, Иви училась обходиться меньшим, но у нее всегда была одна слабость – книги. Над чем всегда посмеивалась Аврора.

Время близилось к ужину. Несмотря на траур, Иви хотела произвести хорошее впечатление на чету Бенуа. Девушка выбрала черное классическое платье на тонких бретелях, а волосы забрала крабиком в прическу, и повязала шелковую ленту на голову в тон платья. Она продумала свой наряд сразу, как и учила Аврора. Всегда нужно быть готовой ко всему. Видит Бог, сегодня ей придется побороться, а если так, то нужно выглядеть безукоризненно.

До ужина еще оставалось, по меньшей мере, минут пятнадцать. Взгляд Иви блуждал по спальне, пока не наткнулся на стопки книг. Чтобы хоть как-то отвлечься, девушка убрала книги в шкаф с одеждой, только выложила несколько на прикроватный столик, которые сейчас читала. На глаза ей попалась фотография, она служила закладкой в книге. Достав фотографию, Иви прекрасно помнила запечатленный момент.

Их совместный поход в лес. Тамаш и Иви стояли по обе стороны от Авроры и улыбались. Их маленькая счастливая семья. Глаза наполнились горячими слезами, но Иви запрокинула голову, старый трюк еще из детства, слезы всегда исчезали, как по мановению волшебной палочки.

Нет, она не может позволить себе подобную слабость, ни сейчас, может быть позже, а лучше никогда. Закрыв книгу, пряча фотографию, Иви поднялась на ноги и еще раз, посмотрев на себя в зеркало. Смелости это естественно не придало, но выбора все равно не было. Ничего не оставалось, как спуститься к ужину.

Глава 2

Оказавшись в столовой, Иви сразу почувствовала себя не в своей тарелке, как и то, что температура в комнате упала на несколько градусов под взглядом Анастасии Петровны. Женщина буквально полоснула по ней взглядом, и осуждающе поджала губы. Никсон же поднялся со своего места. На нем был черный фрак. Лакей помог сесть Иви за стол. Только после этого, их с Тамашем опекун вернулся на свое место. От девушки не укрылось, как он проследил взглядом по линии ее ключиц. Но взгляд был столь мимолетным, что Иви даже засомневалась, не показалось ли ей.

Первым блюдом был куриный суп, что очень удивило девушку. Кто ест на ужин суп? Иви посмотрела на брата, который с интересом смотрел на столовые приборы. Знакомыми были только ложка, вилка и нож. Он взял ложку, и полностью игнорируя испепеляющий взгляд Анастасии Петровны, приступил к ужину.

«Не та ложка!»- Иви почувствовала, как краснеет. Смысла не было прерывать брата, будет только хуже. Никсон прочистил горло и взял ложку, лежащую ближе к суповой тарелке. Опасения Иви подтвердились, Тамаш действительно взял не ту ложку.

-Как вы устроились? В комнатах все есть необходимое? – Поинтересовался Никсон. Иви дрожащими руками взяла ложку, завидуя спокойствию брата. Как бы и ей хотелось плевать на то, что о ней подумают. Как это скажется на дальнейшей их жизни с Тамашем? Но, как правило, переживать и слишком много думать, Тамаш благородно предоставил это сестре.

-Комнаты прекрасны. Особенно вид с балкона. – Голос Иви сел от напряжения.

-Я рад. Тамаш? Тебя все устраивает в твоей комнате?

-У вас есть интернет? – Сразу спросил брат, не размениваясь на церемонии.

Иви почувствовала, как щеки становятся все краснее и краснее и в скором времени превратятся в два стоп сигнала, когда в свое время Анастасия Петровна бледнела.

Тамаш определенно нарывался. Иви хорошо знала брата. Она потянулась, чтобы ущипнуть его, но не успела.

-К счастью, мы придерживаемся более традиционного уклада жизни. – Сухая улыбка коснулась губ Никсона, но не коснулась, его глаз. Только сейчас Иви проследила внешнее сходства матери и сына. – У нас даже нет кабельного телевиденья.

- И что же вы делаете в свободное время? – Фыркнул Тамаш, складывая руки на груди. – Дайте угадаю, слушаете классическую музыку и рассуждаете о прочитанных мемуарах?

-Тамаш, прошу тебя. – Взмолилась Иви. Она готова была сейчас молиться всем богам, которых знала, лишь бы не усугублять конфликт. Ее брат провоцировал их опекуна, который назло Тамашу, оставался спокойным.

-Ваша мать находила это эксцентричным и очаровательным.

В столовой воцарилась тишина.

-Мама, словом не обмолвилась об этом месте. Не думаю, что оно вызывало у нее бурный восторг. К тому же, время не стоит на месте, и жить в прошлом веке удел тех, кто прячет голову в песок. – Усмехнулся Тамаш, отпихнув от себя, пустую тарелку супа.

-Тамаш, пожалуйста. – Прошептала Иви, ее жалкие попытки не возымели на брата никакого эффекта. Раньше, он слушался сестру во всем, она всегда была его лучшим другом… сейчас же, все было иначе. Смерть Авроры вбила между ними невидимый клин.

– Как вы тогда ведете дела? Пишете документы от руки? Как к этому относятся ваши партнеры по бизнесу? Думаю, у вас определенно есть бизнес, на что тогда содержать такие хоромы? Маминых денег бы явно не хватило. Хотя вы высосали из нее все!

-Тамаш! – Не выдержала Иви, повысив голос. Их опекун поднял руку в успокаивающем жесте и вытер губы салфеткой.

Ледяное спокойствие и выдержка. Иви с облегчением выдохнула. Никсон Бенуа видимо был из той породы людей, которые контролируют все, вплоть до выражения лица и голоса. Но была уверена, что внутри мужчина только что остановил извержение вулкана.

-Подобные заявления лучше говорить один на один со мной, не в присутствии дам. Вам прощается этот проступок лишь потому, что у вас траур. Но это в первый и последний раз Тамаш.

Тамаш соскочил со своего места.

-Какие у вас планы на нас с сестрой? Очевидно, что мы свалились как снег на голову. Мама мертва и больше не сможет вливать деньги в это захолустье!

-Тамаш! Выйдем? – Девушка встала следом.

-Не раньше, чем наш «драгоценный» опекун ответит на вопрос. –Слово «драгоценный» Тамаш выделил голосом. Иви посмотрела на опекуна и Анастасию Петровну. Никсон поднялся со своего места, как только поднялась Иви, и он не садился, пока она продолжала стоять, а Анастасия Петровна напротив, сидела с невероятно прямой спиной и кромсала еду на мелкие кусочки, уничтожая ее в кашу.

-Прошу прощения за своего брата. Тамаш! Пожалуйста… - Взмолилась Иви. Всего пару минут, а они уже наломали дров, и выставили себя в дурном свете. Их немой диалог с братом прервал Никсон.

-Я ваш опекун и обязан Авроре. Поэтому ответ прост, стать вашим опекуном и позаботиться о вашем будущем. - Спокойно ответил мужчина. Его длинные пальцы с большим фамильным кольцом уперлись в столешницу, а Иви поняла, что не может отвести взгляд от этих рук.

-Какое благородство. Может быть, объясните, почему наша мать вбухала в ваш дом гребанную уйму денег и продолжала это делать? Вы ей угрожали? Шантажировали?

Тишина оглушала. Все присутствующие стали немыми свидетелями разыгравшейся сцены, которая могла соперничать с пьесами Шекспира. На интуитивном уровне Иви понимала, что Тамаш сейчас допустил фатальную ошибку, нарушил негласное правило. А еще, Иви была уверена, что никто в доме не смел, так разговаривать с хозяином Восточного ветра.

-Что ж, у вас манеры вашей матери, и мне придется, как вашему опекуну, взяться за ваше воспитание. Покиньте столовую молодой человек. Отправляйтесь в свою комнату и не выходите оттуда пока я не дам своего позволения.

-Позволения? Засуньте свое позволение куда подальше!

Стул Тамаша упал на пол, лакей за долю секунды материализовался буквально из воздуха и поднял его.

-Тамаш подожди! – Крикнула Иви в спину, удаляющегося брата. Она посмотрела на их опекуна, который возвышался скалой над столом. Непреклонный. Лед, объятый снегом. Девушка даже не смогла вымолвить слова и побежала за братом, который бежал из дома, сбивая обслуживающий персонал по дороге, ведущую на улицу.

-Тамаш! Остановись! Мы же с тобой это обсуждали. Почему ты себя так ведешь?

Юноша повернулся, раскинув руки в стороны.

-Потому что они лицемеры Иви! Они обобрали нашу маму, а еще воротят от нас нос! Ты совсем слепая или дура?

Иви остановилась. Слова Тамаша обижали, били не хуже кулака.

- Ты это видишь Иви? Это паразиты, которые привыкли жить на широкую ногу, и им плевать, они пиявки! Как думаешь, сколько они нас продержат у себя?

-Откуда ты узнал…

Иви не договорила. Тамаш повернулся.

-В мамином кабинете был отведен целый ящик со счетами Бенуа. Я не идиот Иви. Мама тоже. Почему она отдавала все деньги этому хрену с перстнем? Ты видела его вообще? Придурок, цацок нацепил и мнит не пойми кого из себя.

-Остановись Тамаш, мы не в том положении. По крайней мере, мы проявим благодарность за то, что они не отвернулись от нас, когда мы оказались на улице. Если бы не они, тебя забрали бы в приют. Этого ты хочешь?

Брат перебил девушку. Казалось, эти слова еще больше разозлили его.

-Должны быть благодарны? Ты серьезно Иви? Что за дерьмо! Мы оказались на улице благодаря им!

-Тамаш, успокойся. Я знаю. И вижу. Нам здесь не рады, но у нас нет иного выхода, как подчиниться обстоятельствам, иногда они сильнее нас. Твои вспышки агрессии не помогут нам. Дай мне один год. Я смогу добиться независимости!

Иви взяла лицо брата в руки.

-И как ты это сделаешь? – Тамаш вырвался. – Что ты можешь сделать Иви? Мы вполной жопе, признай это.

-Да, согласна. Но трудности это не препятствие на пути, это и есть путь. Вот увидишь, я найду решение, и мы отсюда уедем и вернем свой дом. Мы не будем ни от кого зависеть. Я обещаю.

Последнее слово – обещание. Иви давала их редко, а если давала, то всегда исполняла обещанное.

-Вечно ты со своими философскими цитатами. – Пробубнил Тамаш, резко капитулируя. Вспышка гнева была погашена.

-Сейчас пройдись, прогуляйся, остынь, когда вернешься, поужинай и ложись спать…

- Можешь не продолжать, я знаю, что ты скажешь. Но я не буду перед этим хреном извиняться.

-Придется, и не называй его, пожалуйста, хреном, хотя бы в его присутствии.

Улыбнулась Иви, радуясь, что смогла достучаться до брата. Она ждала подобной вспышки, потому что сама испытывала подобные чувства, но в отличие от Тамаша могла контролировать себя. После смерти мать оставила им долги, из-за которых у них отняли дом. Иви ненавидела свою беспомощность и неспособность контролировать свою жизнь. Они были сиротами, без денег, связей, на попечении людей, которые их не жалуют. Иви почувствовала, как дрожат ее пальцы, в горле появился саднящий комок, предвестник слез, но девушка только лишь перевела дыхание.

***

Это оказалось сложнее, чем себе представлял Никсон. Он вошел в свой кабинет, его мать проследовала за ним. Сняв с себя пиджак, он бросил его на кресло.

-Я не настроен сейчас на разговор.

-Отчего же? Я бы очень хотела обсудить пребывание отпрысков этой женщины в Восточном ветре. Думаю, ужин был показательным.

Никсон слышал удовлетворение в голосе матери, она буквально излучала черное ликование. Мать умела виртуозно играть на его нервах.

-Они остаются, не обсуждается. Оставим этот разговор.

-Но…

-Я сказал, оставим этот разговор. Я устал и хочу отдохнуть. Время позднее маман, идите отдыхать.

Он действительно не хотел обсуждать ужин. Ранение в плече давало о себе знать, и единственное о чем он думал это выпить немного алкоголя и лечь спать, чтобы завтра встать пораньше.

-Как скажешь, но если ты хочешь знать мое мнение. – Женщина демонстративно сделала паузу.

-Ваше мнение маман, я всегда учитываю. – Устало отозвался Никсон, наливая себе бренди на дно стакана.

-Им не место в Восточном ветре…

-Вы уже говорили.

-Особенно девчонке. – Закончила Анастасия Петровна. Мужчина удивленно посмотрел на мать.

– Я согласна оставить мальчишку. Девчонку отправь в город.

-Я удивлен вашей логике маман, насколько мне не изменяет память, мальчишка устроил скандал в столовой, а не его сестра. – Усмехнулся Никсон, но тут же поморщился от боли и сделал небольшой глоток. Бренди приятно обжёг полость рта и спустился по горлу, согревая. Боль немного притупилась. Мужчина знал, что лучше было бы принять лекарство, прописанное врачом, а не алкоголь.

-Не притворяйся, ты знаешь, почему я «против» Никс.

Никсон посмотрел на мать.

-Можешь отшучиваться, сколько хочешь Никс, но лучше отправь девчонку в город, сними ей квартиру, пусть она учится. За мальчиком мы присмотрим. Я не потреплю очередной вертихвостки в доме.

-Хватит. Ты достаточно оскорбила память об Авроре. Оставь ее в покое, хотя бы после ее смерти. К тому же, у меня нет свободных денег, чтобы снять для девушки квартиру в столице.

-Ты такой же, как твой отец. Слаб, когда дело касается красивого личика.– Прошипела женщина, разворачиваясь к сыну спиной, демонстрируя свое пренебрежение. Она скрылась за дверью, шелестя длинными юбками, оставляя Никсона один на один со своими мыслями и воспоминаниями. Он не хотел оборачиваться, знал, что отец наблюдает за ним. Этот взгляд, который так достоверно передал художник, когда рисовал его портрет, следовал за Никсоном во сне и наяву.

Никсон повернулся, держа стакан с бренди у губ, сделал глоток, словно бросал отцу вызов. Может быть, решение принять опекунство тоже продиктовано вызовом отцу?

Как только дети Авроры переступили порог Восточного ветра, Никсон сразу понял, что они понятия не имеют о прошлом своей матери и что она сделала.

Глава 3

Ночь в новом месте. Ничего удивительного, что Иви не смогла сомкнуть глаз. Часы на прикроватной тумбочке размеренно тикали, их тиканье молотком стучало в висках. Иви села на кровати, свесив ноги. Бесполезное занятие пытаться уснуть, когда сна ни в одном глазу. В прошлом Иви бы надела свой спортивный костюм и направилась на пробежку, благо, ночная столица освещалась так, что было светло, как днем. Она многое бы отдала за такую возможность, но понимала, что это не выход. Спустившись на пол, Иви достала альбом с фотографиями, которые оставила на прикроватной тумбочке, под стопкой книг. Большую часть фотографий Иви хранила в телефоне, но сегодня, этой ночью ей хотелось чего-то настоящего, родного. В чем чувствовалась душа. Она открыла коричневый потертый временем альбом, первыми шли детские снимки ее и Тамаша и такой молодой Авроры. Совсем юной, едва ли старше самой Иви сейчас, а она уже была мамой. Улыбка, которая могла растопить самое черствое сердце и взгляд с хитринкой, которая была присуща только ей, Авроре. Большая часть снимков были посвящены их путешествиям по бренной земле. Вот они у статуи Иисуса Христа в Рио-де-Женейро. У Эйфелевой башни или за их спинами маячили пирамиды Египта. Аврора Воронцова прожила короткую, но насыщенную жизнь. Жизнь яркой звездочки. Искорка. Хотя мама так всегда называла Иви.