Подменная невеста для Альфы Севера

Зенит сощурил глаза. «Почему?»

«Комната показалась ей слишком простой», – сказала Ферн, встречаясь взглядом с Альфой.

Зенит ничего не сказал на это и перешёл к следующему вопросу. «А что насчёт церемонии?»

«Это ей тоже не нравится», – сказала Ферн. – «Она сказала, что для церемонии слишком рано и что ей некомфортно. Она скучает по своей старой стае и ненавидит холодную погоду».

«Ты позаботилась, чтобы в её комнате было достаточно тепло?»

«Да, Альфа. В её комнате очень тепло».

Зенит откинулся на спинку стула, глубоко задумавшись. Он ничего не говорил, и Ферн ждала, что он задаст ещё вопросы, но, не дождавшись, она первой высказала своё мнение.

«Я тоже считаю, что церемония слишком поспешна, Альфа. Ей нужно время, чтобы приспособиться к этой стае. Ей нужно узнать наших людей и наши правила», – Ферн на мгновение замолчала, чтобы оценить реакцию Альфы, и, когда он ничего не сказал, продолжила. – «Позвольте мне сначала помочь ей освоиться здесь, Альфа. Это, должно быть, большая перемена в её жизни, и она, мягко говоря, потрясена».

Зенит поднял голову и посмотрел на Ферн. «Я подумаю об этом. Теперь можешь идти».

Ферн кивнула и попятилась, но, прежде чем уйти, обернулась к нему. «Я чуть не забыла. Она сказала, что не хочет присутствовать на ужине, потому что слишком устала, и попросила доставить еду в её спальню».

Ферн посмотрела на Альфу, и Зенит отчётливо произнёс: «Та „она“, о которой ты говоришь, – будущая луна стаи. Церемония ещё не состоялась, но я предпочитаю, чтобы ты называла её Леди Доун».

Ферн опустила глаза. «Я учту это. Прошу прощения, Альфа».

«Можешь идти», – Зенит встал со стула. – «Просто тихо доставь еду в её спальню и не беспокой её».

«Да, Альфа».

После этого Ферн вышла из комнаты, а Зенит уставился на унылое небо. Он мог понять, почему Доун не в восторге от жизни в этой стае. Погода здесь всегда была удручающей. Эта стая была подобна мрачной туче, в то время как она была сущим солнцем.

Однако Зенит и не подозревал, что в этот самый момент Доун потеряла дар речи. Сегодня она на собственном опыте познала, что такое унижение.

«Что всё это значит?» – Доун была в шоке, когда Кайнс вылила на неё холодную воду, в то время как они вдвоём помогали ей принять ванну.

Доун сидела в ванне, и Кайнс должна была вымыть ей волосы, но вместо этого она использовала холодную воду. Её тело всё ещё было в тепле, но мозг, казалось, замёрз.

«Что вы имеете в виду, моя леди?» – спросила Кайнс, растерянно моргая. – «Я просто помогаю вам вымыть волосы».

15 Угроза. Совет

Доун не могла поверить, что попала в такую ситуацию. Она думала, что, покинув свою стаю, ей больше не придётся сталкиваться с этими грязными уловками.

Серьёзно, они думали, что она уступит им после того, как пережила такую, как Эмили?

– Помочь мне вымыть волосы? Холодной водой? – Доун поднялась и быстро вышла из ванны. Она уставилась на два ведра холодной воды у ног Кайнс.

Кайнс улыбнулась ей. – Леди, вы, должно быть, не знаете, но у нас есть традиция мыть волосы холодной водой.

– Если вам не нравится, я могу принести вам тёплой воды, – вставила Пилло. – Обычно мы и моемся в холодной воде.

Доун сузила глаза. – Правда? – Ей стало интересно, насколько у них толстая кожа, раз они умудряются принимать ванну в холодной воде. – Вы тоже наполняете свои ванны холодной водой?

Кайнс и Пилло переглянулись, а затем кивнули.

– Да, моя леди. – Пилло посмотрела ей в глаза.

– Мы приготовили тёплую воду, потому что предположили, что для вас будет слишком тяжело сразу же следовать нашей традиции, – добавила Кайнс.

Доун отошла, чтобы взять полотенце и прикрыть свою наготу, а затем скрестила руки на груди. Она ничего не сказала, что заставило их занервничать.

– Значит, здесь традиция мыться в холодной воде? Как долго вы обычно в ней сидите?

– Десять… пятнадцать минут… – нерешительно сказала Пилло. Она не знала, что задумала Доун, особенно когда та безобидно ей улыбалась.

===============================

Пилло неслась по коридору, поспешно разыскивая Ферн на кухне. Она тяжело дышала, и изо рта у неё вырывался белый пар. Как только она увидела пожилую женщину, она тут же потянула её за собой.

– В чём дело? – нахмурилась Ферн, потому что ей нужно было проследить за приготовлением ужина. У неё не было времени идти с ней.

– Вам нужно помочь Кайнс. – У Пилло был такой вид, будто она вот-вот расплачется.

– Почему? Что случилось?

По пути в спальню Пилло рассказала ей, что Доун сделала с Кайнс, и это шокировало Ферн, потому что она не ожидала, что эта женщина будет такой дерзкой. Первое впечатление, которое она произвела, – робкая и воспитанная молодая женщина.

В конце концов, она слышала, что Доун – дочь альфы. Она была из знатного рода, конечно, у неё должна быть какая-то сдержанность, и она не должна вести себя как дикарка.

Разве её не обучали в своей стае?

Но затем Ферн вспомнила очень важную деталь: луна стаи Лунного света погибла во время нападения много лет назад, и только недавно её отец обрёл избранную луну, а это означало, что она выросла без матери.

Неудивительно, ничего удивительного…

– Она заставила Кайнс сидеть в ванне, наполненной холодной водой! – воскликнула Пилло. – Что нам теперь делать? Что, если альфа узнает?

Ферн стиснула зубы. – Перестань плакать.

Прибыв на место, Ферн быстро ворвалась в ванную и увидела картину, которую ей описала Пилло.

– Что всё это значит?! – сурово спросила Ферн и тут же приказала Пилло помочь Кайнс выбраться из ванны.

Бедняжка дрожала, её тело промокло насквозь, а зубы стучали.

– Это я должна спросить, что всё это значит… – Голос Доун застал их всех врасплох.

Их сердца пропустили удар, потому что, как ни крути, она была дочерью альфы, и в данном случае – следующей в очереди на этот титул.

Конечно, при желании в её голосе звучало сильное устрашение.

Кайнс начала молить о прощении, упав на пол и громко рыдая, но Доун проигнорировала её, потому что сейчас всё её внимание было приковано к Ферн.

– Отвечай, что всё это значит?! – злобно сузила глаза Доун, отчего Ферн растерялась и понизила голос, стараясь, чтобы он звучал как можно вежливее.

– Так вы обращаетесь с кем-то не из вашей стаи?

Ферн сжала кулаки. Она пыталась успокоить нервы после того, как Доун продемонстрировала свою силу, поставив её на место.

– Вы неправильно поняли ситуацию.

– Как я могла неправильно понять ситуацию? – На Доун всё ещё было полотенце, прикрывающее тело. К счастью, в комнате было достаточно тепло, чтобы она могла позволить себе такой наряд.

– Они сделали это по собственной инициативе? Или за этим кто-то стоит, кто дал им наглости так поступить со мной? В любом случае, кто-то должен быть наказан за этот инцидент. Я хочу, чтобы об этом немедленно сообщили альфе.

Пилло и Кайнс побледнели, когда Доун упомянула имя альфы.

Обе немедленно опустились на колени, прижавшись лбами к полу. Они были в ужасе от одной мысли, что могут навлечь на себя гнев альфы.

– Альфа занят, – сказала Ферн.

– Я хочу видеть альфу.

– Прошу прощения за это недоразумение. Я прослежу, чтобы их как следует обучили. Я дам им то наказание, которого они заслуживают, но, пожалуйста, не раздувайте из мухи слона.

Ферн умела обращаться со словами.

– В нашей стае обычно не бывает чужаков. Если вы придадите этому делу огласку, о вас пойдут разговоры, и я боюсь, это поставит вас в невыгодное положение.

Доун поджала губы.

Ферн была не совсем как Джулия, но она всё равно оказалась в ситуации, похожей на ту, что была в её прежней стае.

Жизнь – настоящее дерьмо.

Она ненавидела её.

Она чувствовала огромную ненависть, но всё, что она сделала – это подавила свой гнев.

Здесь она была одна, один неверный шаг, и её жизнь станет невыносимой. Если она хотела спокойной жизни, ей нужно было ступать осторожно.

– Это угроза?

– Это совет, моя леди. – Ферн немного смягчила тон. – Это не ваша стая, люди, естественно, будут вас опасаться.

Для Доун это прозвучало как угроза, но для неё в этом не было ничего нового.

– Хорошо. Но их наказание буду определять я.

16 Противостояние альфе

Доун стало тошно от такого обращения. Она только что вырвалась из лап Эмили и Джулии и не собиралась снова оказываться в подобных условиях.

Поэтому она хотела, чтобы они прекратили, пока всё не зашло слишком далеко. Кроме того, им нужно было понять, что подобные мерзкие выходки не останутся без последствий.

В таком случае наказание, которого она потребовала, было довольно суровым. Это было то, что называют «убить курицу, чтобы напугать обезьяну».

Доун хотела, чтобы они стояли в саду, почти раздетые, там, где она могла бы видеть их со своего балкона.