Мистер Президент: Ты папочка моих тройняшек

Мистер Президент: Ты папочка моих тройняшек

Глава 1. Странный запрос

Марисса посмотрела на лоб подруги, который прорезало несколько морщин, прижимая датчик УЗИ к своему животу и водя им взад-вперёд.

– Что? Что-то не так? – спросила она доктора Софию Джеймс, которая была для неё не только как старшая сестра и подруга, но и большим авторитетом в гинекологии.

– Этот СПКЯ уже сбил мне весь цикл, Софи. Я больше не знаю, как контролировать свою тягу к сладкому, – пожаловалась она, укладывая голову на подушку и мысленно молясь, чтобы на экране не оказалось очередной кисты.

– М-м-м… это не киста, Марисса, – София передала мягкую хлопковую салфетку своей ассистентке, которая вытерла гель с живота Мариссы.

Когда Марисса села напротив неё, доктор София откинулась на спинку стула и, понаблюдав за её лицом, спросила: – Когда у тебя были последние месячные?

– Ох, кажется, два месяца назад, но это была скорее мазня, – Марисса наклонилась вперёд, оперевшись локтями о стол. – Что такое, София? Что-то серьёзное?

Она и так была напряжена из-за своего мужа, Рафаэля Синклера, которому сегодня, через три дня после операции на глазах, должны были снять повязку.

Лёгкая улыбка тронула губы доктора Софии: – Я знаю, ты и так нервничаешь, Марисса, потому что сегодня Рафаэль узнает правду – что всё это время, пока он был слеп, его женой была не Валери, а ты.

Марисса нервно кивнула и поджала губы.

– Но я думаю, он недолго будет на тебя злиться, как только ты скажешь ему, что беременна, – глаза Мариссы резко метнулись к лицу Софии.

Что? Беременна?

София с улыбкой кивнула: – Теперь тебе нужно радоваться и хорошо, полноценно питаться ради твоих малышей.

Марисса почувствовала, как у неё замерло сердце, и её рука легла на плоский живот. – Малышей? Двойня?

Два года назад ей пришлось выйти замуж за Рафаэля Синклера вместо своей сестры, которая сбежала со свадьбы, потому что не могла выйти за слепого.

Рафаэль Синклер был дьявольски красив, являлся президентом группы компаний «Синклер» и был по уши влюблён в Валери.

В результате несчастного случая он потерял зрение, и после дорогостоящего лечения врачи решили немного подождать, прежде чем оперировать его глаза. Они были полны надежд на успех операции.

Однако в день свадьбы Валери решила сбежать с церемонии, и у Мариссы не осталось иного выбора, кроме как занять место сестры.

Мать Рафаэля, Нина Синклер, плакала перед Мариссой и умоляла её принять предложение её слепого сына, иначе он потеряет волю к жизни.

Марисса сильно отличалась от Валери. Она была застенчивой и тихой девушкой, чей мир вращался вокруг книг.

Четыре года назад, когда её сестра привела Рафаэля знакомиться с семьёй, она и встретила его.

Она с первого взгляда в него влюбилась, но из-за старшей сестры Валери не могла и слова сказать. Валери была красивой беззаботной натурой, которая сходила с ума по парням и вечеринкам. С ранних лет парни обожали её и слетались на неё, как мотыльки на пламя.

Валери и Рафаэль были безумно влюблены и хотели поскорее пожениться, но тут Рафаэль попал в автомобильную аварию и потерял зрение.

После этого Валери притихла. Она навещала Рафаэля в больнице, и Марисса чувствовала, что искра между ними пропала.

– Ерунда, – однажды отрезала ей мама, Вики Аарон. – Твоя сестра расстроена, но она любит Рафаэля до безумия. Перестань думать о ней плохо.

Из-за нестабильного психического состояния Рафаэля обе семьи решили организовать свадьбу, и все, казалось, были рады этому решению, кроме Валери.

Марисса видела печаль в её глазах, но мама, как всегда, отмахивалась от этого.

Однако все были в шоке, когда обнаружилось, что Валери исчезла из гримёрки, оставив лишь короткую записку с извинениями: «Простите. Я не могу выйти замуж за слепого».

Мариссу использовали как козла отпущения, и мама заставила её надеть свадебное платье вместо сестры.

Единственное, что было общего у Мариссы и Валери – это их голоса. Никто не мог отличить, чей это голос, и это сыграло на руку обеим семьям.

С тех пор как она вышла за него замуж, для всех вокруг она стала Валери. Только доктор София в своей клинике называла её настоящим именем.

Наконец Рафаэлю успешно сделали операцию на глазах, и сегодня врачи должны были снять повязку. Марисса очень нервничала, но обе семьи заверили её, что поддержат её перед Рафаэлем.

Ему предстояло смириться с тем, что девушка, на которой он женился два года назад, была не Валери, а её младшая сестра Марисса.

По пути в больницу она, не переставая, по-дурацки улыбалась, глядя в окно машины. Заключение о беременности лежало в её сумочке, и она представляла себе счастье Рафаэля.

«Больше никаких игр в прятки, господин Президент, – мысленно сказала она ему. – Я твоя жена, и тебе придётся с этим смириться, любимый. Мы станем родителями, и точка. Ты мой, и сегодня я скажу тебе, как сильно я тебя люблю».

Она с нежностью погладила живот и закрыла глаза в чистом блаженстве.

Последние два года их супружеской жизни были райскими. Они говорили о книгах, литературе и философии. Рафаэль часто отмечал, что у него никогда не было с ней таких содержательных бесед.

– Как это моя жена стала такой начитанной? – дразнил он её, прежде чем страстно поцеловать, и Марисса таяла в его объятиях и на его губах.

Она даже помогала ему вести дела. Он многому научил её: как заключать миллиардные сделки и как проводить совещания.

Короче говоря, они поддерживали друг друга во всех отношениях.

Она почувствовала, как у неё замерло сердце, когда машина остановилась перед больницей.

– Пора заявить права на вашего папочку, миссис Марисса Синклер, – сказала она своим будущим детям, издав долгий вздох. Когда она дошла до коридора, то почувствовала, как сердце колотится в груди.

Скрестив пальцы на удачу, она достала из сумочки конверт с заключением о беременности и открыла дверь отдельной палаты, куда Рафаэля привезли после операции.

Она замерла на месте, увидев представшую перед ней сцену. Её муж, Рафаэль Синклер, сидел на кровати без повязки. Его зелёные глаза возбуждённо метались по комнате, пока он громко над чем-то смеялся.

Его рука обвивала талию женщины, которая стояла рядом, прислонившись лбом к его плечу. Так, как полагалось стоять только жене.

Только у Мариссы было право так стоять.

Кто это был?

В этот момент женщина подняла лицо, и её заплаканный взгляд встретился с взглядом Мариссы.

– Валери! – прошептала Марисса про себя.

Что за…

Что она здесь делала?

– О, Рафаэль, – всхлипнула Валери. – Не могу поверить, что ты наконец-то меня видишь.

– Перестань плакать, любимая, – нежно вытер он её слёзы.

Любимая? Так Рафаэль называл меня.

МЕНЯ!

В этот момент глаза Рафаэля упали на неё. – Марисса! Моя маленькая Грин. Моя любимая невестка. Как ты здесь оказалась? Да ещё так скоро.

Ему сказали, что сестра его жены уехала учиться за границу. Проигнорировав его, Марисса бросила острый взгляд на сестру.

– Валери. Что, по-твоему, ты здесь делаешь? – от её странного вопроса в комнате воцарилась тишина.

Глава 2. Имейте совесть

– Что ты имеешь в виду, Марисса? – вместо Валери спросил её Рафаэль. – Естественно! Она моя жена, и именно она должна быть со мной. А кого ты, кстати, ожидала увидеть?

Его голос мог показаться дружелюбным, но опасные нотки в нём намекали, что он и слова не потерпит против своей любимой жены.

– Прошу прощения, – его мама, Нина Синклер, взяла Мариссу под локоть. – Я с этим разберусь, – сказала она с натянутой улыбкой и вывела её застывшую фигуру из больничной палаты. – Да что с тобой такое, Марисса? Ты что, не видишь? До его операции всего три дня. Он видит мир после трёх проклятых лет. Не устраивай никаких драм!

На мгновение Марисса потеряла дар речи. Это была та самая женщина, которая два года назад умоляла её выйти замуж за её сына, а теперь она… вела себя так странно.

– Н… но, мама. Вы же знаете, я его жена и…

Хлоп!

– Ты что, ох*ела, Марисса? – прижимая руку к горящей щеке, Марисса ошарашенно уставилась на свою свекровь. – Тебе настолько важны его имя и богатство, что ты забыла о том, что ему может быть больно, когда он узнает о нашей договорённости?

Марисса не могла поверить, что её предали. Однако она не собиралась отказываться от своей любви без боя.

Она оттолкнула Нину Синклер и вернулась в палату, чтобы поговорить со своим мужем.

– Марисса! Стой! – с мольбой бросилась за ней Нина, но Марисса подошла к Рафаэлю и остановилась совсем близко к Валери.

– Рафаэль. Мне нужно поговорить с тобой. Наедине! – то, как она говорила с ним, заставило его задуматься, насколько уверенной она стала после получения образования и опыта за границей.

– Этого не будет, – прошипела из угла комнаты её собственная мама, Вики Аарон. – Это счастливый момент для семьи, и мы должны дать Валери и Рафаэлю немного уединения. А теперь давайте выйдем, – сказала она с улыбкой, и впервые Марисса почувствовала желание убить свою маму.

– Я никуда не пойду, мама, – упрямо бросила вызов матери Марисса и перевела взгляд на Рафаэля. – Я НЕ покину эту палату, пока мы не поговорим наедине.

– Веди себя прилично, Марисса, – на этот раз Нина Синклер попыталась говорить мягко. Прежде чем Валери успела что-то сказать, заговорил Рафаэль:

– Хорошо. Если ей нужно поговорить, то нам лучше остаться наедине.

– Но, дорогой, я не хочу оставлять тебя сейчас, – Валери обняла его, надув губки. – Не можешь поговорить с ней позже?

Рафаэль поцеловал её руку и мягко покачал головой: – Всего несколько минут, любимая моя.

Марисса почувствовала, как её сердце разрывается на мелкие кусочки. Любовью всей его жизни была она. А не Валери.

Выходя из комнаты, она не упустила злой блеск в глазах Валери, но проигнорировала её. Сейчас все её мысли были только о нём, о её муже, любви всей её жизни. Отце её будущих детей.

– Что такое, Марисса? – глаза Рафаэля сузились в тонкие щёлочки. Она открыла рот, чтобы заговорить, но он поднял руку, останавливая её.

– Послушай, маленькая Грин. Я знаю, что ты всегда была в меня влюблена. – От этого откровения у неё отнялся язык.

– Да. Я всегда знал это, с самой нашей первой встречи. И в этом нет ничего плохого, Марисса. Я всегда воспринимал тебя как заботливую невестку, и не более того. Ты всегда была для меня как младшая сестрёнка, и всё. Я уважаю тебя как младшую сестру Валери, но если ты думаешь, что можешь завладеть мной, устроив эту драму, то тебя ждёт сюрприз. Мне на тебя плевать. Поняла?

Марисса стояла как дура, не зная, что ещё сказать.

– Всё это время… – начала она, – всё это время я была той, кто был рядом с тобой… Я твоя жена и…

– Хватит, Марисса. – Она слышала раздражение в его голосе, и это ранило её как ничто другое. Последние два года он был её любовником и лучшим другом, а теперь…

Теперь он обращался с ней как с чужой. Словно она была никем, просто мусором.

Их семьи начали возвращаться в палату. С любопытством глядя на них, Валери тут же метнулась к Рафаэлю: – Милый. Ты в порядке? Чего она от тебя хочет? – затем она обратила свой ненавидящий взгляд на сестру и взвизгнула от злости: – Как тебе не стыдно, Марисса. Ты превратила наш счастливый момент в постыдный.

Марисса не хотела сдаваться. Не так-то просто. Что она скажет своим детям? «Я отказалась от вашего отца, даже не попытавшись бороться?»

– Это я вышла за тебя замуж, Рафаэль, – сумела выговорить она сквозь рыдания. Его рука, которая уже тянулась, чтобы обнять Валери, замерла в воздухе. – Это я вышла за тебя замуж и была с тобой последние два года, Рафаэль. Я знаю всё… я всё о тебе знаю. И ты знаешь меня так, как ни один другой мужчина. Ты… ты прикасался ко мне… Я… я отдала тебе свою девств*нность, – она очнулась от транса, когда услышала удивлённые вздохи вокруг.

– Какая же ты бесстыжая! – её мама схватила её за руку и грубо толкнула. – Как ты смеешь так разговаривать со своим зятем?

Несмотря на шёпот людей в комнате, её глаза не отрываясь смотрели на лицо, которое когда-то склонялось к ней, чтобы целовать и облизывать её.

– Пожалуйста… – она сложила руки в мольбе, – пожалуйста, не вышвыривай меня из своей жизни просто так, Рафаэль. – Закрыв глаза, она позволила слезам катиться по лицу.

– Я больше не могу это выносить, – Валери покачала головой и отступила от Рафаэля.

– Валери! – глаза Рафаэля наконец-то обратились к его любимой. – Пожалуйста…

– Просто получи выписку из больницы, муженёк. Я буду ждать тебя дома, – Валери оставила лёгкий поцелуй на его щеке и вышла из комнаты, не оглянувшись.

– Я ошибался, Марисса, – он усмехнулся. – Я думал, ты добросердечная девушка с моральными принципами. Полагаю, я был неправ. Твоя мама была права. Постыдись и выйди из комнаты. Сейчас же! – проревел он, заставив всех в комнате подпрыгнуть от страха.

Марисса сжала дрожащие губы. Не было смысла сражаться в битве, которую она уже проиграла.

Развернувшись на каблуках, она вышла из комнаты.

– Марисса, – она остановилась в больничном коридоре, услышав голос своей свекрови. В её сердце затеплился огонёк надежды.

Глава 3. Лучшие два года

– Мама! – она быстро вытерла слёзы тыльной стороной ладони и повернулась к ней.

– Хватит разыгрывать спектакль, Марисса. Давай посмотрим правде в глаза. Я не твоя мама, а ты не моя невестка…

– Н… но…

– Никаких «но» и «если», Марисса. Ты была рядом, когда Валери не было. Прими это! Он любит её. Он никогда её не бросит. В его сознании именно она была с ним всё это время.

– Н… но вы можете сказать ему, что…

– Сказать что? Что ты его жена? Ни за что! – на её губах заиграла саркастическая усмешка. – Будь практичнее, Марисса. Благодари судьбу, что тебе выпал шанс всё это время наслаждаться богатством нашей семьи. Ты спала с ним, когда все девушки умирали лишь за то, чтобы мельком взглянуть на него. Ты всё это время жила в роскоши. Чего ещё ты хочешь, любимая?

Марисса разочарованно закрыла глаза. «Это значит… это значит, вы меня использовали. Верно? – с её губ сорвался безрадостный смешок.

– Как и ты нас! – Нина пожала плечами. – Если хочешь, я могу тебе заплатить, чтобы ты могла жить безбедно.

– А что, если… – Марисса с трудом сглотнула. – Что, если бы я тогда забеременела? Что, если бы у нас был ребёнок? Что бы вы тогда сделали?

Нина опасно приблизила своё лицо к Мариссе. «Я бы его убила».

Марисса ахнула, но злая женщина кивнула ей. «Именно так. Наследник Синклера родится только от женщины чрезвычайно красивой, которая будет выглядеть шикарно рядом с моим красавцем-сыном. Ты не годишься в матери наследнику Синклера. У нас есть стандарты, девочка».

С замирающим сердцем Марисса отступила на шаг и попыталась улыбнуться. «Принято».

Когда она выходила из больницы, ей хотелось кричать во весь голос. Они её использовали. Все они её использовали.

«Что я скажу своим малышам?» – плакала она, откинув голову на заднее сиденье такси. Последние два года она ездила на роскошных автомобилях, но сегодня снова оказалась у разбитого корыта.

Когда она добралась до особняка Синклеров, в гостиной царила тишина. Две горничные протирали мебель, и Марисса поняла, что это не те лица, которые она привыкла видеть каждый день.

Нина Синклер зашла слишком далеко, сменив всю прислугу в доме.

Оставаться в этом доме было опасно. Если Нина каким-то образом узнает о её беременности, она может убить её детей.

«Нет. Я не могу этого допустить». Она быстро направилась в свою спальню и, открыв дверь, обнаружила, что Валери уже там.

– Вот. Собирай свои вещи и уходи. Только постарайся побыстрее. – Она поставила на пол две огромные пустые сумки.

Марисса оглядела комнату, где провела самое прекрасное время в своей жизни с мужем. В первые дни он часто впадал в депрессию, и она поклялась никогда не оставлять его.

«Прости, Рафаэль, что я не сдержала слово. Но жизнь наших малышей в опасности, милый». Она должна была быть сильной ради своих детей.

У неё не было ни доказательств их свадьбы, ни свидетелей. Каждый раз, когда Рафаэль звал кого-то из своих помощников по работе, Нина не позволяла ей встречаться с ними лицом к лицу.

Пара почти всегда оставалась дома, потому что Рафаэль не хотел выходить на улицу. Он настаивал, чтобы она выходила в свет, ходила на вечеринки или по магазинам, но она никогда не оставляла его одного.

Пару раз, когда они хотели поужинать на свежем воздухе, Нина устраивала всё в их частном саду.

У них редко бывали романтические ужины при свечах, потому что для Рафаэля это было бессмысленно, а ей самой было неинтересно, ведь всё, чего она жаждала, – это его общество.

Собрать вещи не заняло много времени, ведь ей нужно было наполнить всего одну сумку. Валери всё это время стояла рядом, не сводя с неё глаз.

– Прости. Не могу рисковать. Наши ценности должны оставаться в сохранности, – объяснила она своей младшей сестре со злобной усмешкой.

Закончив, Марисса взяла свою сумку и начала спускаться по лестнице.

Внутри не было ничего, кроме её одежды и документов. Она не смогла продолжить учёбу, чтобы круглосуточно быть рядом со своим мужем.

Она спустилась вниз и пошла на кухню, чтобы налить себе ледяной воды, когда услышала какой-то шум в гостиной.

– Рафаэль. Ты рано, – она увидела, как Валери с улыбкой шагнула к нему. – С возвращением домой.

Рафаэль бросил небрежный взгляд в сторону Мариссы, а затем улыбнулся Валери.

– Я хотел пообедать со своей женой. – Он отодвинул стул и сел. – Так что у нас на обед?

Впервые Марисса почувствовала, как Валери занервничала. «Я… мне нужно спросить… у шеф-повара».

– Шеф-повара? – он нахмурился, поднимая взгляд. – Ты всегда готовила для меня. Почему не сейчас? Помнишь? Ты обещала приготовить мою любимую говяжью Фахиту, когда меня выпишут, – затем он взял её за руку. – Неважно. Просто побудь со мной.

Марисса знала, о чём он говорит. О том, как он сидел на кухне, пока она готовила его любимую еду. Она смотрела на Рафаэля, и ей хотелось влепить ему пощёчину, чтобы сказать, что всё это – ошибка.

Он совершал ужасную ошибку.

– Я ухожу, Рафаэль, – попыталась она привлечь его внимание.

– Жаль, что ты не можешь пообедать с нами, Марисса. Но ты стала такой эгоцентричной и упрямой, эгоистка! Я бы предпочёл, чтобы ты больше не оставалась в моём доме.

Он сказал это, не глядя на неё. «Иди и научись стоять на своих ногах, вместо того чтобы зариться на мои деньги. И прекрати мечтать о том, чтобы воспользоваться моей слепотой. Я больше не слеп».

Марисса больше не могла этого выносить. «С прискорбием сообщаю тебе, Рафаэль Синклер, но именно сейчас ты слепой, который ничего не видит вокруг. Три дня назад ты не был слеп. Ты мог видеть всё, когда был слепым».

– Марисса! – проворковала её бывшая свекровь. – Пообедай с нами. Как сестре Валери, мне будет приятно, если ты присоединишься.

Марисса знала, зачем Нина это делает. Просто чтобы показать Рафаэлю, что она не торопится от неё избавляться.

На миг в глазах Мариссы мелькнул злой огонёк. «Конечно, Нина. Раз уж вы так говорите». Не обращая внимания на побледневшее лицо Нины, она села прямо рядом с Рафаэлем.

Прежде чем Рафаэль успел возразить, Валери одарила его своей лучшей улыбкой. «Всё в порядке, Рафаэль. В конце концов, она моя сестра и скоро уйдёт».

Лишь бы сохранить лицо, обе женщины не показывали ему своих тёмных сторон.

– Хорошо, – пробормотал он и стал ждать, пока слуги начали расставлять на столе дымящиеся блюда.

Откусив первый кусок, Рафаэль замер и закрыл глаза.

– Это не тот вкус, к которому я привык, – сказал он скорее самому себе, разглядывая мясной рулет на своей тарелке.

– Может быть, из-за отсутствия зрения твои вкусовые рецепторы обострились, – предложила Валери объяснение, которое, казалось, его убедило.

– Очень многое изменится, Рафаэль, – пробормотала Марисса, ковыряясь в еде. – Какая жалость! Сегодня ты этого не поймёшь.

Рафаэль, переставший есть, склонил голову набок, чтобы посмотреть на женщину, которая была такой сдержанной и застенчивой, когда он начал встречаться с Валери.

Марисса чувствовала на себе его зелёные глаза. Им всем, должно быть, было любопытно, о чём она говорит, потому что слышал её только Рафаэль. Они определённо выстрелили себе в ногу, когда не только предложили ей остаться на обед, но и не возражали, чтобы она села рядом с ним.

– Следи за языком, Марисса. Ещё одно слово против моей жены, и ты можешь пожалеть. – На этот раз Марисса встретилась с его зелёными глазами, гадая, сможет ли она когда-нибудь увидеть их снова.

– Будь счастлив, Рафаэль, – она искренне улыбнулась. – Ты тоже можешь пожалеть, когда я уйду. – Она почувствовала, как Рафаэль напрягся. Доев то, что было у неё на тарелке, она отодвинула стул, чтобы встать.

– Всем пока.

Она взяла сумку, не обращая внимания на любопытные взгляды Рафаэля. У неё включился режим выживания, и она не хотела создавать новых проблем.

«Давайте убираться отсюда, мои малыши. Это место не для вас». С этими словами она покинула дом, где провела лучшие два года своей жизни.

Глава 4. Смотрите в оба

– Этот подонок. Хотя бы хватило мужества выслушать твою историю, – Софии было жаль плачущую подругу, сидевшую на диване напротив неё, – он должен был дать тебе шанс.

Прошлой ночью Марисса осталась в квартире своей единственной подруги, потому что не знала, куда ещё ей пойти.

– Я не знаю, Софи, – Марисса сидела, поджав под себя ноги и положив подбородок на колени, – как так получилось, что Валери оказалась там сразу после операции? Похоже… похоже, что… она следила за Рафаэлем.

– Или, может, кто-то из семьи сливал ей всю информацию, – многозначительно произнесла София.

Марисса ничего не ответила. Ей даже не нужен был развод, так как её брак был зарегистрирован на имя Валери Аарон.

Во время бракосочетания Нина не позволила священнику произнести её имя.

– Какие у тебя планы, Марисса? – спросила её София, протягивая тарелку с кусочками яблок.

– Мне нужно убираться отсюда, София. Мои дети могут быть в опасности. – Затем она всё рассказала подруге, и та пришла в ужас, когда услышала о Нине Синклер.

– Два года назад эта дамочка вела себя так, будто желает тебе только добра. Тебе лучше поторопиться. Но куда ты поедешь, подруга? – Марисса тихо усмехнулась, не зная, что ответить.

Она никого не знала за пределами города Сангуа.

В этот момент София взволнованно выпрямилась и щёлкнула пальцами: – Почему бы тебе не переехать в Кандертон?

– Кандертон? Но у меня там никого нет.

– Глупенькая. Там живёт мой дедушка. Начни новую жизнь. Давай поедем вместе и начнём всё с чистого листа. – Марисса уже качала головой.

– Нет! Ты не можешь рисковать своей жизнью из-за меня. У твоей клиники здесь всё очень хорошо. Зачем тебе срываться с места?

– Ладно. Тогда, может, поезжай туда, а я присоединюсь к тебе позже! – София пожала одним плечом, и это заставило Мариссу улыбнуться.

– Кстати, – София поставила банку колы на стол и посмотрела на неё, – я отправила курьера из клиники доставить тебе результаты УЗИ. Ты их получила?

Марисса нахмурившись покачала головой: – У меня в сумочке есть справка о беременности, но там нет… – она затаила дыхание, – что значит… ты отправила курьера?

Она поднялась с дивана.

София тоже вскочила на ноги. Она быстро набрала номер и стала ждать ответа: – Не волнуйся. Дай-ка я спрошу у курьера. Может, он не застал тебя и оставил конверт с результатами у себя.

В этот момент на звонок ответили.

– Эй! Майк. Я просила тебя доставить тот конверт миссис Синклер. Он у тебя? – спросила она, скрестив пальцы на удачу.

– Да. Я забросил его по дороге домой. Миссис Синклер приняла его с улыбкой, – не успела София спросить что-то ещё, как мужской голос раздался из динамика: – Кажется, это свекровь вашей подруги, она была очень мила и долго меня благодарила.

Лицо Мариссы побледнело.

– Я… я думаю… это Нина его получила, – сказала она сдавленным шёпотом. – Если она узнает об этой беременности, её люди точно придут за мной.

София от беспокойства теребила пальцы: – Послушай, любимая, – она усадила Мариссу на диван и присела рядом с ней на корточки, – я звоню дедушке. А ты просто собирай вещи и бери билет на ближайший рейс.

* * *

Рафаэль с любовью смотрел на свою жену, которая хихикала, читая что-то в телефоне.

– Что там смешного? – с улыбкой спросила Нина Синклер, внутренне восхищаясь тем, как идеально они смотрятся вместе.