Зона Аномалии. Сумерки

Гразио вскакивает с кровати и выставив сжатые в кулаки ладони заявляет:

- Обещаю себе и только себе, что не дам этому миру сломать меня! Пусть я и никчемная девчонка без сил.

Словно по волшебству, её слова действительно на что-то повлияли. Мир армейских угодий стал таять подобно замку, созданному целиком из фруктового льда. Стены рушились. Потолок ссыпался. Прочие солдаты падали словно лишенные чьего-то контроля со стороны.

Два ярко-красных глаза уставились на обомлевшую Гразио будто ожидая реакции. Их переглядывание не могло длиться вечность и Аляско решила прервать тишину:

- А у тебя не очень-то крепкие нервишки, Миранда и не такое переживала.

Гразио помотала головой и ощупав себя с ног до головы ответила:

- Аляско видела! Я одной силой духа уничтожила иллюзию Энтони! Ай да я!

- Ого, все настолько плохо. Ну ты, да! Молодец! Кхм-кхм. А причем тут Энтони?

- Ну как же! Нас в свою кассету заключил Энтони, этот напыщенный писака – Гразио демонстративно погрозила невидимому врагу кулаком - Ну давай, выходи на бой! Зашвырнула тебя в космос один раз и сделаю это снова! Погоди, а где Нейро, Шорка? – оглядываясь по сторонам добавила она.

Аляско от неловкости вся сжалась как испуганный ёжик. Сложившаяся ситуацию весьма нетипичная. Надо как-то объясниться, не заходя в далекие и сложно объяснимые воспоминания. С чего бы начать?

[Версия горькой правды]

- Гразио, ты одна из немногочисленных выживших, а Магношахты – это ненастоящий мир! – нависая над изумленной девушкой произносит Аляско.

Нет-нет-нет! Да её тут же удар хватит! Если я общую любимицу укокошу, то сама займу её место, вновь.

[Версия сладкой лжи]

- Гразио, ты всех убила! Зачем?! Бедные солдаты утонули по твоей вине. Бедные-бедные семьи - приняв трагичную позу произнесла Аляско – Сколько же гневных писем. Сколько родительских слез!

- Всё я?! – радостно вопрошает Гразио прильнув к Аляско.

Нет-нет?! Что это вообще за реакция. Да и это породит лишь больше путаницы.

[Версия Лариан]

- Ты тупая дрянь блять как тебя блять там ещё не поняла блять сука что ты твою же мать перемать в окружении блять их трупов!!! – грозно выкрикивает Аляско размахивая руками.

Нет?

[Версия Рамона]

- Аха-ха-ха-ахах-ха-ха-ха-хаха-аха-ха! Ихи-ха-хихи-ха-ахаха-хаха. Ха! Ха! Хаха!

Как-то не содержательно выходит.

[Версия Нейро]

- Я не раскрытый персонаж, автор меня ненавидит, хны. Почему всё взаимодействие со мной в сюжете закончилось на главе в парке. Хны.

- Сценарная импотенция! – уверенно подмечает Гразио.

Ну и чушь в голову лезет!

- Постой-постой! – окликает её Гразио тормоша за плечи – Я всё поняла, выходит дело не в Энтони. Хах. А ты выглядишь иначе чем в моих фантазиях – нелепо хихикнув произносит она.

- Правда? И что же именно ты для себя поняла? – изумленно произносит Аляско.

- Мне, конечно, давно в голову закрадывались подобные мысли. Я их как могла отталкивала от себя. Не желала верить, что все эти приключения просто заглушка ради чего-то большего.

Аляско удовлетворенно хмыкнула и протянула руку:

- Аляско Рондо. Твой надежный друг в Магношахтах. Будем официально знакомы! – приняв горделивую позу и смотря сверху вниз говорит она.

Гразио сначала внимательно осматривает протянутую ей руку и лишь после пожимает. Её рукопожатие, такое горячее, как у живого и дышащего человека. Совсем не похожее на всех тех, кого она встречала ранее в этом месте.

- Друг? Что-то мне не хочется доверять этим словам. Я многих тут сочла своими друзьями. И это лишь попортило мне нервы.

- Мне знакомы твои чувства. Когда-то ведь и я была на твоём месте. Ха-хане самые приятные воспоминания – ответила Аляско.

- Что значит на твоём месте?

Уверенна тебе уже не впервой слушать чью-то историю. Плаксивую. Печальную. Унизительную. Да и я уже не уверенна что было истинной, а что ложью.

Но могу сказать одно, когда-то я тоже была заключена в чёрном коконе.

Внешне походила на человека! Верила в лучшее для этого города!

- Кхм. Вообще это не важно. Сейчас тебе нужно лишь держаться подальше от Миранды и этого её глуповатого шоу. Если вновь сгинешь в мире солдатни, то не могу дать гарантий о том, что заберу тебя оттуда.

Гразио следует подумать над всем этим подольше. Но тем не менее ответила она быстро:

- Хорошо! Я сочту тебя своим другом!

- Приято слышать, приятно слышать. Думаю, первым делом тебе стоит заглянуть в особенную комнату Миранды. Я отвлеку её на время, а ты проникнешь в морозильную камеру у её кабинета.

- Камеру? Звучит как-то не очень.

- Как показывает моя практика если окунуть человека с головой в проблему, то он под давлением вырабатываемого организмом адреналина обработает её гораздо быстрее!

Отказать ей? Но она спасла Гразио. Да и может ли врать кто-то с такой внешностью?!

- Я недавно там уже побывала разведала обстановку, не думаю, что тебе там что-то может угрожать – уверенно произносит Аляско подталкивая девушку вперед.

Дверь перед ними покрылась твёрдой ледяной корочкой. Всякие надписи на ней было не разобрать. Чуть приоткрывшись, она стала высвобождать наружу огромные ледяные облака, что рассыпались снежинками сталкиваясь с комнатной температурой в коридоре.

- Удачи! – добродушно произнесла Аляско вслед новоприобретенной подруге – Думаю нам будет о чем поговорить после!

Гразио вбирает в легкие побольше воздуха и делает шаг вперед. В неизвестность.

Мой народ (Бункерини)

Сотни бледных как луна культистов, что окружают Мариан в стенах культа. Их тяжелое дыхание, завывание ветра в пронзённой глотке, тощие пальцы, обхватившие догорающий факел, плюющийся искрами. Бункерини, что стоит около них, так выбивается из общей картины этого мрачного места. Он что-то шепчет, прижавши телефон к своей тёплой щеке, посмеивается и похрюкивает, предвкушая нечто безумное.

Самой же Мариан до смерти надоело это место, пусть и за прошедшее оно стало ей вторым домом. Её латексный костюм без должного ухода всё чаще рвётся, высвобождая малые порции концентрированной аномалии. Скапливающиеся года проявлялись в старении отдельных участков её кожи, что становились словно чешуя хамелеона. Грубая и шершавая. Она старается что-то сделать с этим с помощью ножа, но лишь рискует изорвать свой костюм в клочья.

Бункерини тянется к ней выгибая спину, по-дружески улыбается, постукивает зубами:

- А Чрево голодает. Из него все соки выжимают. Слышишь, как урчит его желудок? – он затыкается на мгновенье, а по пустынным залам культа эхом расходиться злобное урчание и всхлипы – Много у тебя годов набежало?

- Ему хватит – сухо ответила Мариан разглаживая складки на своём латексе – Каждый раз как оно ест. Словно частичка меня бесследно исчезает.

- Глупости! Вздор! Бредни! – перебирая в голове мысли самодовольно отвечает он – Если рыбки - падальщики начнут сдирать своими крохотными зубками мёртвую кожу с чьих-то ног, то ничего страшного не произойдет!

Само же Чрево с каждым перекусом становилось всё здоровее и жилистее. Его кровавое пузо раздувалось как разросшийся пчелиный улей. Конечности больше напоминали разогретые сардельки, что пытаются вырваться из тугой оболочки. По сосудам, что тянутся вдоль стен, пробегает всё больше тёмных пятен.

Оно беснуется. Кричит, либо жалобно пищит. Стучит пухлыми кулачками по стенам с такой силой, что твёрдые куски земли падают вниз, разбиваясь о головы несчастных культистов. В ответ они собираются всей своей гурьбой и напевают успокаивающую колыбельную.

- Рядом с ним так жарко. Как в крематории. Кажется его кровь способна прожечь стенки сосудов – хрипло произносит Мариан.

- Неважно. Это разумная цена за нашу будущую свободу! – отвечает Бункерини.

Она поворачивает голову в его сторону.

- Вам кто-то обещал свободу?

- Ха-ха-ха! Миранда ведь заключила сделку всей нашей жизни! Наше Чрево служит проводником меж двух миров! И как только ё шоу возымеет оглушительный успех мы, культ плоти, вознесемся! – задрав руки к потолку ведал он, не убавляя собственного оптимизма.

Мариан мало что поняла из этого. Какое-то обещание. Какое-то вознесение. Если культисты верят в силу Чрева, то почему используют его как машину, что принимает кровь как альтернативное топливо. Кто пообещал им вознестись и куда именно?!

Ей было любопытно, но не более. Когда Чрево поглощала её годы на пару мгновений она могла почувствовать облегчение, сладкое, утешающее, безболезненное, но после всё это возвращалось, добавляя чувство опустошенности. Бункерини с умилением наблюдал за каждым процессом кормления и подбадривал обе стороны своими пламенными речами.

- И я вознесусь? – скромно спросила она.

Улыбка спала с лица Бункерини. Момент осознания настал слишком поздно. Его глаза быстро забегали из стороны в сторону.

- Если ты поверишь в это.

- Ясно. Ты ведь когда-то был президентом. И уже тогда твои обещания ничего не стоили. Верно ведь?

Ему потребовалось несколько десятков секунд на раздумья:

- Это как-то связанно? То был совершенно другой я!

Они и впрямь вновь переменился в своём настроении, стал гораздо черствей, речь лишилась смешков, та прежняя его мультяшность куда-то исчезла.

Как бы Бункерини не старался подобать образу друга детей, что смотрит на них с телеэкрана, а своё истинное я прорвется, нужно лишь время.

Мариан старалась не поднимать этой темы особенно часто. Это случайным образом проскальзывало в их обыденной речи, от чего Бункерини начинал беситься, угрожать, осыпать окружающим угрозами, весь пылал.

Это начинало сказываться и на Чреве.

- Оно породило меня – тихо произносил он, глядя как Чрево удовлетворенно смакует свежую аномальную энергию – Оно будет жить.

- Ты, кажется, что-то сказал? – возникнув на пустом месте словно призрак громко произнесла Мариан.

В ответ он улыбнулся. Широко-широко.

- Я нашла несколько газет, там, в ваших закопанных сундуках. Представь себе, люди когда-то с удовольствием впитывали такую древность!

- Откуда ты знаешь, что ямы что-то закапывали?

- Тебе стоит уделять больше внимания тому, что извергается из твоего рта.

Мариан планировала продолжать давить на него понадеявшись наконец-то вывести на чистую воду. Его нутро, гнилое, полное лжи, обмана, заказных убийств и безразличия. Человек, что с улыбкой на лице рассказывал о гибели экспедиций. Человек, что в пример разрухе собственного государства приводил события столетней давности. Человек, что никогда не покинул бы своего трона если бы не погубившая его аномалия.

Просто находясь рядом Мариан, его переполняла злоба и отчаянье. Эти газеты пропитались человеческой кровью, ещё не зараженной. Даже сейчас, когда он, по сути, никто, старается руководить людьми, нависать над ними, да бы ощущать власть!

- В те газеты были вложены бумаги Миранды. С примерами мутаций людей, попавших под влияние Чрева. Они могут изменяться внешне, внутренне, но чаще всего превращаются в монстров, что способны лишь вопить от боли и страха.

- Не похоже, что тебе больно.

Он продолжает гримасничать. Убеждать Мариан в том, что ему можно доверять. Что он – друг.

В таком ключе прошло немало времени.

В один день их совместное пребывание в культе достигает пика. Когда до запланированного буйства аномалии и гибели Магношахт оставалась всего одна неделя. Нервы обоих были уже на пределе. Миранда была слишком занята своим шоу. А Чрево разбухло всё больше. Мариан прокралась, взяла в руки заточенный кинжал.

Один из тех, что культисты использовали для самообороны или ритуалов.

В кромешной тьме, тихо подобравшись к пузу Чрева и занеся острие над ним. Боль от очередного кормления ударяла в висок словно молот о наковальню. Терпеть это было уже невозможно. Весь этот культ – это какая-то фикция!

Попытка обмануть самого себя!

В этот удар Мариан вложила всю оставшуюся силу, клинок вошёл ровно и бесшумно. Чрево выдавила из глубины своей грудной летки сдавленный вопль, но умирать отказалось. Холодный пот капельками скатывался со лба Мариан падая на трясущие руки, что покрывались горячей кровью.

Казалось, преступление прошло почти что идеально, покуда кулак Бункерини не врезался в лицо Мариан отбросив от Чрева. Хруст костей.

Он неспешно подошёл к поверженной Мариан:

- Когда пытаются убить одним ударом, то целятся в шею или сердце, но точно не в живот.

- Обалдеть. Даже сейчас пытаешься создавать видимость, что ты мой друг – прохрипела Мариан стараясь подняться.

- Я – твой друг! И потому отгородил от такого идиотского поступка! Представь если бы Чрево погибло! Я бы так рыдал! – от принялся натирать глаза руками.

Мариан осторожно поднялась на ноги и нанесла несколько хилых ударов кулаками по груди Бункерини. Он с умилением наблюдал за этим, а глаза его горели.

- Вот видишь. Не будь мы друзьями я бы уже сломал тебе руку! – заливаясь неискренним смехом произнес он – Думаю по этому поводу нам стоит заполнить ещё один бланк.

Хрипота Мариан сменилась на звериное рычание:

- Отойди. Дай мне покончить с Чревом! Раз моя жизнь и так загублена

- Одумайся!

Бункерини попытался схватить её за руки, но Мариан наперекор вцепилась пальцами в потёртые края своего латексного костюма:

- Не отойдешь и я разорву его! Ты тут же сдохнешь!

Бункерини сделал несколько небольших шагов назад.

- Пользуешься своим преимуществом ещё и против друга! Как некультурно – опустив голову ответил он.

- А у Миранды то котелок варит в отличие от тебя. Стольких в расход пускает и хоть одну слезинку бы проронила! Ну, конечно. Вознесение! И вы ей верите?! Зачем это тому, кто плевать хотела на собственный культ.

- Ты обиделась на меня из-за того, что мы не возьмем тебя с собой?! Ох-хо-хо. Мариан. Но ведь нам не нужна будет кровь в раю!

Пальцы Мариан задрожали, тонкий слой латекса чуть надорвался, несколько тёмно-зеленых капель упали на пол.

- Прочие культисты даже не реагируют на нас. Ходят из угла в угол как зомби! Да что вообще с этим местом не так?! – продолжала осыпать угрозами Бункерини Мариан.

- Я могу понять тебя, Мариан. Сдают нервишки! Тебя уже ничего не радует в жизни, но другие не должны из-за этого страдать!

- Заткнись! Заткнись! Быть может вырвавшаяся из моего тела аномалия окажется гораздо сильнее, чем я могу предположить и пострадают невинные. Но и вас сволочей я уберу!

Был ли то намеренный блеф с её стороны или безумие что в конечном итоге настигает каждого в Магношахтах? Судя по дёргающемуся глазу, разодранным в кровь губам, трясущимся рукам и выпирающим из-под латекса кончикам волос, она до смерти устала. Перестала следить за собой. Совсем позабыла про отца. Про Лариан.

- Я ведь тоже могут разозлиться, Мариан – произнёс он эти слова с каменным лицом – Но тем не менее всё же больше предпочитаю веселиться, радоваться жизни, помогать окружающим!

- Разумеется вам легко, вы же тут все поголовно психи! Смотрите свои разноцветные мультики. Живете в грезах. А что мне - Мариан перехотелось заканчивать это предложение.

Бункерини опустился на колено и приобнял трясущуюся девушку своими огромными руками:

- Я понимаю тебя. Мы оба теперь не имеем родни и хоть малейшей привязанности к этому миру! – от его прикосновений Мариан стало чуть полегче на душе – Разве это не идеально?! Жить в своё удовольствие, не отказывать себе в ни в чем.

Мариан повисла на его широкой спине словно тряпичная кукла, скрепив руки в прочный замок. На мгновенье её сознание затухло. Глаза закрылись сами собой.

Объятья, что длились для неё как вечность. В полудреме, где больше нет и следа от заботы Доминика. Мариан была рождена для него и нуждалась лишь в нём.

А что есть жизнь без цели. Обычное существование. Даже если она покинет культ, то куда пойдет? Её никто не ждёт. От того сердце становилось словно камень. Билось всё медленнее.

- А ты будешь моей. А после и Миранда. Даже сами Магношахты! – Бункерини старался сдержать смех затыкая рот кулаком – Власть! Пьянящая власть!

- Я ведь тебе безразлична - прошептала Мариан на ухо Бункерини.

Воспользовавшись моментом близости, она вновь подняла кинжал и вонзила в открытую спину Бункерини. Острие пронзило его загрубевшую грудь насквозь. Он отбросил девушку от себя и попытавшись вытащить острие орудия из себя стал захлебываться зараженной кровью. На её глазах жизнь медленно покидала его тело. Он падал на пол и вновь неуклюже вставал. Хрипел. Его зрачки сузились. Пальцы скребли по земле. Тряслась голова.

Сделав последний свой глубокий вздох, он обреченный рухнул, сложив руки на груди. В секунды его тело превратилось в горстку разноцветных конфетти с запахом горького кофе. Наконец-то Мариан могла спокойно выдохнуть и выпустила из руки кинжал.

В стенах культа воцарилась тишина.

- Это оказалось гораздо проще. Поразительно что он сумел прожить столько.

Культисты даже не пытались помешать ей, лишь расходились в стороны освобождая прямую тропу к эскалатору ведущему наружу. Потоки свежего уличного воздуха устремлялись в её лицо. Тёплые солнечные лучи. Глаза слезились, отвыкнув от столь яркого оранжевого света.

Путь её был долгим. Прохожих вокруг не было, лишь проезжающие машины. Без водителей. Ни одного голубя или воробья. Ни единой бродячей собаки. Здание Охотников становилось всё ближе и ближе. Его двери бесшумно распахнулись, впуская блудную дочь внутрь.

Обстановка почти не изменилась. Неожиданно было увидеть Макото что по выходному лежала на диване попивая прохладный яблочный сок. Завидев знакомое лицо, она лениво помахала рукой.

- М-макото?! Ты ведь погибла. Тебя смогли воскресить?! – разразилась тучей вопросов она.

- А тебя что-то не устраивает? – задумчиво ответила Макото – Я понимаю, что Энтони запудрил вам мозги, убедил всех, что самолично расправился с моим телом.

- Ты это серьезно, просто замечательно! Мы вновь заживём нашей прежней жизнью! Собравшись бравым отрядом!

Мариан подсела рядышком готовая расцеловать Макото. Её руки так и тянулись к её пушистым волчьим ушкам.

- Ты бы не меня домогалась, а своего отца проведала. Он себе места не находит от переживаний! – в наглую оттолкнув от себя Мариан рявкнула Макото.

- Узнаю тебя, Макото.

На кухне она застала лишь Лариан, что увлеченно копошилась в миске полной семян попкорна. Повернула к Мариан голову и мягко улыбнулась:

- Ну и где ты шлялась?! Дурочка, Доминик чуть руки на себя не наложил от горя.

- Я, меня держали, насильно, хотели убить!

- Оправдания. Ладно. Иди уже к нему.

Мариан постучалась в знакомую дверь и тихо отворив её вошла внутрь. Доминик сидел на кровати повернутый к двери спиной.

- Папа! – достаточно громко произнесла она.

Доминик никак не отреагировал. Мариан стала приближалась к нему. Тянула руку стараясь ухватиться за отцовское плечо:

- Папа! Я здесь. Я вновь здесь

Даже когда она коснулась его он не шелохнулся. Продолжал сидеть. Тихо. Очень тихо. Слишком тихо.

- Папа? Все хорошо?

Насильно повернув к себе тело старика она взглянула на его лицо. Огромная чёрная дыра выжженная чем-то очень ярким и горячим что сочилась липкой жижей. Мариан испытала такой страх, какой ей ещё не доводилось. Она не стала плакать, а широко открыла рот. Пыталась закричать, но безрезультатно.

Макото показалась в дверном проеме. Она уставилась на застывшую от ужаса Мариан не отрываясь от пачки сока в своих руках:

- Что, застряла меж двух миров? Бывает.

- Что? Каких двух миров?!

- Ну, типа того. Я думала ты тоже крякнула – проведя когтем вдоль шеи ответила Макото.

- Что это вообще означает?! Папа мертв?!

- Да не раскидывайся ты соплями, боже. Если пытаться в некую краткость, то все, кто погиб в Магношахтах рано или поздно оказываются здесь. Что нас ждет дальше и ждет ли вообще, загадка.

Макото рассказывает о таких вещах с таким пофигизмом, будто бы пересказывает сюжет очередной дурацкой фантастики с пыльной книжной полки. Её совсем не смущает реакция Мариан, что вот-вот впадет в истерику от услышанного.

- Доминик тут сидит всегда. Ну или кто-то на него похожий, я чёрт его знает.

- К чему тогда были те твои слова?! Какого хрена!

- Ну извини, не особо удачно пошутила. Бывает - Макото виновато почесала затылок – Пойду я, наверное, тебе нужно многое обдумать, переварить.

Мариан рывком направилась в сторону исчезающей в дверях волчицы, но не успела и пальцем коснуться её спины. Она вновь осталась наедине с пустым телом Доминика. Просидела так несколько часов, боясь выйти из комнаты.

- Может это не такая плохая идея. Провести всю оставшуюся жизнь здесь. Рядом с папой – утешала себя подобными мыслями она.

Мариан обняла его, прижалась всем своим телом. И мирно заснула. Его тело было холодным, словно лист металла, но таким родным, таким приятным. Мариан так не хотелось вновь расставаться с ним. Возвращаться к Магношахтам.

- Слушай, Мариан, когда ты попадешь сюда официально, то я угощу тебя чем-нибудь вкусненьким! – раздавался голос Макото где-то вдалеке – Соображу чего-нибудь!

Удушливые объятья Бункерини вырвали Мариан из пелены счастливых воспоминаний. Его раскрасневшаяся морда было так близко к её лицу. Кривая улыбка скрывала скопившуюся злобу, переполнявшую его чёрствое сердце. Он швырнул её сонное тело на пол:

- А я так надеялся, так верил! – драматично прижав ладонь ко лбу произнес он - Тебе гораздо дороже манекен твоего дурацкого папаши, а не я! Тот, кто заботился о тебе здесь, кормил, оберегал! Он это был или я?!

- Что, но почему ты не мертв - хрипота вновь вернулась к Мариан.

- Убить мультяшку холодным оружием коварно вонзившись в спину, да ты сама гениальность! Такой стыд, такой позор! Неуважение!

- Мне стоило порвать свой костюм раньше не дожидаясь твоей реакции – злобно фыркнула Мариан.

Его лицо окаменело. Покрылось трещинками. Стало рассыпаться обнажая его внутреннее содержимое. Из образовавшихся дыр вырвались два здоровенных глазных яблока, что крепились на связке из толстых кровяных сосудов чем-то напоминая глаза улитки. Плечи прорывались сквозь затвердевшую ткань его костюма становились всё шире и шире. Ноги становились ещё длиннее и тоньше. Вскоре он стал напоминать своеобразного жирафа, что упирается своей макушкой в самый потолок культа.

Его челюсти отдалялись, друг от друга обнажая широченную белоснежную улыбку из крепких зубов. Вся эта чудовищных размеров махина нависла над беззащитной Мариан разразившись злобным смехом полнейшего безумца:

- Я терпел слишком долго! Улыбался, шутил, поддерживал, заботился. Но мой народ не принял такого возвращения! А ВЕДЬ КОГДА-ТО ЛИШЬ БЛАГОДАРЯ МНЕ МЫ ПЕРЕЕЖИЛИ СТОЛЬКИЕ КРИЗИСЫ! Защитили нашу информацию от террористов, насильников, иноагентов!

Мариан поднялась на ноги и задрала голову уставившись прямо на глазные яблоки Бункерини:

- Так и знала. Твоё эго не выдержит всех этих унижений!

- И что тебе это даёт?! Аха-ха-ха! Угрожаешь, грозишься покончить с Чревом, а на что ты действительно способна? Я могу раздавить тебя как навозного жука! – он поднял свою ногу занеся подошву над её крохотным тельцем.

- Удивительно как можно вымахать на заражённой крови. И что произойдет если я убью Чрево?! Ты тоже умрешь?

- Давишь-давишь-давишь-давишь! – он схватился за голову принявшись мотать ей в стороны разбрызгивая слюну – Ну почему жители Магношахт просто не могут признать, что наша страна погибнет без меня, кто если не я!

Наши зеленые луга. Кристально чистые источники. Живность. Все это погибнет! Люди будут болеть ещё чаще станут бесплодными, не нарожают ещё больше детишек, сладких, вкусных детишек!!!