Не притворяйся: Право на счастье

Magnus Eisler

Не притворяйся: Право на счастье

ГЛАВА 1: УТРО, В КОТОРОМ ЧТО-ТО МЕНЯЕТСЯ

Цифры на экране ноутбука расплывались, превращаясь в серую кашу. Вика моргнула, потерла глаза и снова уставилась на таблицу. Она сидела в редакции уже три часа, но вместо того чтобы писать статью о новых правилах застройки в центре Москвы, пялилась на пустую страницу. В наушниках играл старый альбом «Мумий Тролля», но слова песни проходили сквозь нее, не задерживаясь. Она думала о деньгах.

Вчера вечером пришло письмо от арендодателя. Сухое, официальное, с уведомлением о повышении арендной платы на пятнадцать процентов. «В связи с ростом рыночной стоимости жилья», — было написано внизу. Вика перечитала его три раза, надеясь, что цифра изменится. Но нет. Сорок пять тысяч вместо тридцати девяти. Для них с Марком это означало либо переезд, либо отказ от всего, что не было жизненно необходимым. От кино по выходным. От новой обуви. От планов накопить на собственное жилье.

Она закрыла глаза и откинулась на спинку стула. Под веками пульсировала усталость. Последние две недели она работала по двенадцать часов — бралась за любые заказы, даже за те, что раньше считала скучными. Пресс-релизы для строительных компаний. Тексты для сайта мебельного магазина. Даже пост для инстаграма стоматологической клиники. Деньги капали, но их все равно не хватало. Марк тоже не сидел сложа руки — его подработка в кафе приносила стабильный, но небольшой доход. Идея со стартапом, которую они обсуждали последние полгода, застряла на стадии разговоров. У Димы, друга Марка, были идеи, но не было ресурсов. У Марка были мозги, но не было времени. У Вики было желание помочь, но не было лишних сил.

Она вздохнула и открыла глаза. На столе рядом с клавиатурой лежал блокнот, в котором она записывала все расходы за месяц. Цифры были безжалостны. Они тратили больше, чем зарабатывали. Разница покрывалась за счет мелких сбережений, которые таяли с каждой неделей. Вика провела пальцем по колонке «Непредвиденные расходы» — там красовалась сумма за ремонт стиральной машины, которая сломалась две недели назад. И еще одна — за визит к стоматологу, который пришлось отложить на месяц, потому что денег не было.

— Вика, ты живая? — голос Алины выдернул ее из размышлений.

Она подняла голову. Алина стояла в дверях кабинета, держа в руках две бумажные чашки кофе. Ее темные волосы были собраны в небрежный пучок, на лице — легкая усталость, но глаза блестели. Она работала в редакции дольше Вики, но до сих пор оставалась в тени главного редактора, который приписывал себе все ее удачные материалы.

— Живая, но не очень, — Вика взяла чашку, которую Алина протянула ей. — Спасибо.

— Ты выглядишь так, будто не спала неделю. — Алина села на край стола, скрестив ноги. — Что случилось?

— Арендодатель поднял цену.

— На сколько?

— На пятнадцать процентов.

Алина присвистнула. — Это жестко. Вы будете переезжать?

— Не знаю. — Вика сделала глоток кофе. Он был горячим и горьким, без сахара, именно таким, как она любила. — Марк сказал, что подумает. Но мы оба знаем, что вариантов не так много. В центре мы не найдем ничего дешевле. А переезжать в спальник — это час дороги до работы.

— Может, я могу чем-то помочь? — Алина наклонила голову. — У меня есть знакомый риелтор, он иногда находит варианты без комиссии.

— Спасибо, но мы пока не решили. — Вика отставила чашку и снова посмотрела на пустой экран. — Мне нужно закончить эту статью. Редактор ждет.

— Он всегда ждет. — Алина усмехнулась. — Ладно, не буду мешать. Но если что — я рядом.

Она встала и вышла, оставив дверь приоткрытой. Вика слышала, как в коридоре зазвонил телефон, как кто-то засмеялся, как зашуршали страницы. Обычный утренний шум редакции, который обычно успокаивал ее, но сегодня только раздражал.

Она сделала еще один глоток кофе и заставила себя сосредоточиться. Статья о застройке. Она писала о ней уже три дня, но материал не складывался. Информации было много, но она была разрозненной, как пазл, из которого вытащили половину деталей. Вика знала, что застройщики получают разрешения на строительство в обход закона, но доказательств у нее не было. Только слухи и намеки, которые невозможно было опубликовать.

Она открыла папку с файлами и начала перечитывать заметки. В одной из них было упоминание о компании «СтройИнвест», которая получила разрешение на строительство жилого комплекса в зеленой зоне. Вика пометила его звездочкой — это был потенциально сильный материал, но требовал проверки. Она попробовала найти контакты людей, которые могли бы подтвердить информацию, но все упиралось в стену молчания.

Через час она сдалась. Статья не шла. Мысли путались, и перед глазами снова вставали цифры из таблицы расходов. Она закрыла ноутбук и решила, что нужно проветриться. Может быть, прогулка до кафе, где работал Марк, поможет прочистить голову.

Она надела куртку, взяла сумку и вышла из редакции. На улице было холодно, но солнечно. Октябрь в этом году выдался сухим и ясным, без обычной московской слякоти. Вика шла быстрым шагом, вдыхая прохладный воздух, и чувствовала, как напряжение понемногу отпускает. Она любила этот район — старые переулки, обшарпанные фасады, маленькие кафе, где пахло корицей и свежим хлебом.

Кафе, где работал Марк, находилось в десяти минутах ходьбы от редакции. Оно называлось «Черный дрозд» и было популярно среди офисных работников и студентов. Вика зашла внутрь и сразу увидела его — он стоял за стойкой, наливая кофе в высокие стаканы. Его светлые волосы были взлохмачены, на лице — сосредоточенное выражение. Он не заметил ее, пока она не подошла к стойке.

— Привет, — сказала она, опираясь на стойку.

Марк поднял голову, и его лицо осветилось улыбкой. — Привет. Ты рано.

— Не спится. — Она пожала плечами. — Дай мне американо, пожалуйста.

— Устала? — Он протянул ей стаканчик. — Выглядишь так, будто не отдыхала неделю.

— Примерно так и есть. — Она сделала глоток. — Ты как? Нормально?

— Нормально. — Он на мгновение отвел взгляд, и Вика заметила, как его пальцы сжали край стойки. — Слушай, я хотел поговорить с тобой насчет аренды.

— Я тоже. — Она поставила стаканчик. — Но не здесь. Вечером?

— Вечером. — Он кивнул, но в его глазах мелькнуло что-то, что она не смогла прочитать. Тревога? Неуверенность? Она хотела спросить, но в этот момент дверь кафе открылась, и внутрь вошла женщина.

Вика увидела ее краем глаза — высокая, в длинном пальто цвета верблюжьей шерсти, с идеально уложенными волосами. Она несла себя так, будто весь мир был ее сценой, а все вокруг — статистами. Женщина подошла к стойке, и Вика почувствовала запах дорогих духов — горьковатый, с нотами сандала и апельсина.

— Доброе утро, — сказала женщина, и ее голос был низким и уверенным. — Вы Марк?

Марк поднял голову, и на его лице появилось выражение, которое Вика видела впервые. Не удивление. Не радость. Скорее, настороженность.

— Да, — ответил он. — Чем могу помочь?

— Я Ирина. — Женщина улыбнулась, но улыбка не коснулась ее глаз. — Мы общались по почте. Я хотела обсудить с вами одно предложение.

Вика почувствовала, как внутри что-то сжалось. Она не знала, что это за предложение, но интуиция, которая никогда ее не подводила, забила тревогу. Она посмотрела на Марка, но он избегал ее взгляда.

— Я сейчас занят, — сказал он. — Может быть, вы оставите номер, и я перезвоню?

— Конечно. — Ирина достала из сумки визитку и положила ее на стойку. — Но я бы не хотела откладывать. Это срочно.

Она еще раз улыбнулась, кивнула Вике, будто только что заметила ее, и вышла из кафе. Дверь закрылась, и звон колокольчика прозвучал как предупреждение.

Вика повернулась к Марку. — Кто это?

— Потенциальный инвестор, — ответил он, но голос звучал неуверенно. — Она написала мне на почту неделю назад. Сказала, что ищет молодых специалистов для своего проекта.

— И ты не сказал мне?

— Я хотел сначала понять, что это за проект. — Он взял визитку и положил ее в карман фартука. — Не хотел тебя волновать.

— Не хотел волновать? — Вика почувствовала, как раздражение поднимается внутри. — Марк, мы обсуждали это. Мы договорились, что будем принимать решения вместе.

— Я знаю. — Он вздохнул и провел рукой по волосам. — Прости. Я просто... Я не знал, как сказать. Она предложила встретиться, и я согласился. Но я не хотел, чтобы ты думала, что я что-то скрываю.

— А ты не скрываешь?

Он посмотрел на нее, и в его глазах была мольба. — Нет. Я обещаю.

Вика хотела сказать что-то еще, но в этот момент подошел другой посетитель, и Марку пришлось отвлечься. Она стояла у стойки, сжимая стаканчик с остывающим кофе, и чувствовала, как внутри закипает гнев. Не на Марка. На себя. На то, что она не может контролировать ситуацию. На то, что деньги снова становятся между ними.

Она развернулась и вышла из кафе, не попрощавшись. На улице было холодно, но она не чувствовала этого. Она шла быстрым шагом, не разбирая дороги, и думала о том, что все идет не так, как они планировали. Они хотели построить жизнь вместе, но жизнь, казалось, строила их сама.

Вернувшись в редакцию, она села за стол и открыла ноутбук. Статья ждала, но мысли были далеко. Она снова вспомнила ту женщину — Ирину. Что-то в ней было неправильным. Слишком уверенная. Слишком гладкая. Слишком похожая на тех людей, которые привыкли получать то, что хотят.

Вика открыла браузер и ввела в поиск имя «Ирина» и слово «инвестор». Результатов было много, но все они вели к PR-агентству, которое, судя по сайту, занималось продвижением стартапов. Она пролистала страницы, но не нашла ничего подозрительного. Обычная компания, обычные услуги, обычные цены.

Но интуиция продолжала нашептывать: «Осторожно».

Она закрыла браузер и снова посмотрела на пустой экран. Статья не шла. Она решила, что нужно сменить тактику. Вместо того чтобы писать о застройке в целом, она сосредоточится на одной компании — «СтройИнвест». Если там действительно есть нарушения, это будет сильный материал.

Она начала собирать информацию. Проверила открытые базы данных, нашла несколько судебных исков, поданных против компании, и заметила, что все они были урегулированы во внесудебном порядке. Это было подозрительно. Она сделала пометку и решила, что завтра попробует связаться с одним из истцов.

Работа отвлекла ее от мыслей о Марке и Ирине, но когда часы показали семь вечера, она поняла, что больше не может сидеть на месте. Она закрыла ноутбук, собрала вещи и вышла из редакции.

На улице стемнело. Фонари горели желтым светом, отражаясь в лужах, которые не успели высохнуть после дождя. Вика шла к метро, но на полпути остановилась. Она не хотела возвращаться в пустую квартиру. Не хотела сидеть и ждать Марка, который вернется с работы только через два часа.

Она достала телефон и набрала номер Полины.

— Привет, — сказала она, когда подруга ответила. — Ты занята?

— Нет, как раз собиралась ужинать. — Голос Полины звучал бодро. — Приезжай. У меня есть вино и пицца.

Вика улыбнулась. — Еду.

Квартира Полины находилась в старом доме на Патриарших, где она снимала комнату в коммуналке. Когда Вика вошла, ее встретил запах подгоревшего сыра и звуки джаза, которые играли из старого проигрывателя.

— Проходи, — крикнула Полина из кухни. — Я тут пытаюсь спасти ужин.

Вика прошла в комнату, которая служила одновременно гостиной, спальней и мастерской. Стены были увешаны фотографиями — черно-белыми, цветными, смазанными, четкими. Полина снимала все, что попадалось под руку, и ее работы были полны жизни.

— Что случилось? — спросила Полина, появляясь в дверях с тарелкой в руках. — Ты выглядишь так, будто увидела призрака.

— Почти. — Вика села на диван и взяла кусок пиццы. — У нас проблемы с деньгами.

— Опять?

— Арендодатель поднял цену. И Марк скрывает от меня что-то.

Полина села напротив и налила вино в два бокала. — Что именно?

— Какая-то женщина предложила ему инвестиции. Он не сказал мне, пока я не пришла в кафе и не увидела ее.

— И что в этом плохого? — Полина пожала плечами. — Может, он просто хотел сначала разобраться.

— Может быть. — Вика сделала глоток вина. — Но я чувствую, что здесь что-то не так. Она выглядела... слишком уверенной. Слишком идеальной.

— Ты ревнуешь?

— Нет. — Вика покачала головой. — Я не ревную. Я боюсь, что он сделает что-то, о чем пожалеет.

Полина посмотрела на нее внимательно. — Ты доверяешь ему?

— Да. — Вика ответила не задумываясь. — Но я не доверяю ей.

— Тогда поговори с ним. Сегодня. Не откладывай.

Вика кивнула и откусила еще кусок пиццы. Она знала, что Полина права. Но страх, который сидел внутри, не отпускал. Она боялась не измены. Она боялась, что Марк выберет не ее, а деньги.

Они сидели и разговаривали до одиннадцати вечера, пока Вика не поняла, что пора возвращаться. Она попрощалась с Полиной и вышла на улицу. Ночь была холодной и тихой. Звезды прятались за облаками, и только фонари освещали пустые улицы.

Она шла к метро и думала о том, что скажет Марку. Слова не складывались. Она знала, что разговор будет трудным, но другого выхода не было.

Когда она вошла в квартиру, Марк уже был дома. Он сидел на кухне с ноутбуком и чашкой чая. Услышав звук открывающейся двери, он поднял голову.

— Привет, — сказал он тихо. — Я думал, ты вернешься позже.

— Я была у Полины. — Она сняла куртку и повесила ее на крючок. — Нам нужно поговорить.

Он кивнул и закрыл ноутбук. — Я знаю.

Она села напротив него и посмотрела ему в глаза. — Кто она?

— Ее зовут Ирина. Она владелица PR-агентства. Она предложила мне работу.

— Какую работу?

— Консультант по экономическим проектам. — Он говорил быстро, будто боялся, что она перебьет. — Она сказала, что ищет молодых специалистов с свежим взглядом. Предложила хорошие деньги.

— Сколько?

— Аванс — двести тысяч. Потом — процент от проектов.

Вика почувствовала, как воздух застрял в горле. Двести тысяч. Это решило бы все их проблемы. Аренда. Долги. Даже осталось бы на сбережения.

— И что ты ответил? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Я сказал, что подумаю. — Он отвел взгляд. — Но я хочу согласиться.

— Почему?

— Потому что это наш шанс. — Он подался вперед. — Вика, мы не можем продолжать так. Мы работаем по двенадцать часов, а денег все равно не хватает. Это предложение может изменить все.

— Или разрушить все. — Она покачала головой. — Ты ничего о ней не знаешь. Ты не знаешь, что она за человек.

— Я знаю, что она предлагает мне работу. — В его голосе появилась резкость. — И я знаю, что мы не можем позволить себе отказываться от таких предложений.

— А если это ловушка? — Вика почувствовала, как гнев поднимается внутри. — Если она использует тебя?

— Для чего? — Он встал и подошел к окну. — Я не настолько важен, чтобы меня использовать.

— Ты важен для меня. — Она тоже встала. — И я не хочу, чтобы ты пострадал.

Он повернулся и посмотрел на нее. В его глазах была усталость и что-то еще, что она не могла прочитать. — Я не пострадаю. Я обещаю.

Она хотела сказать что-то еще, но слова застряли в горле. Вместо этого она подошла к нему и обняла. Он прижал ее к себе, и она почувствовала, как его руки дрожат.

— Я люблю тебя, — сказал он тихо. — И я хочу, чтобы у нас все было хорошо.

— Я знаю. — Она закрыла глаза. — Я тоже.

Они стояли так несколько минут, пока напряжение не отпустило. Потом она отстранилась и посмотрела на него.

— Если ты решишь согласиться, я поддержу тебя. Но я хочу знать все. Каждый шаг. Каждое решение.

— Хорошо. — Он кивнул. — Обещаю.

Она поверила ему. Но где-то глубоко внутри, в том месте, где жила интуиция, продолжал звучать тревожный звонок. Она знала, что это только начало. И что впереди их ждет что-то, что проверит их на прочность.

Ночью она долго не могла уснуть. Лежала рядом с Марком, слушала его ровное дыхание и смотрела в потолок. В голове крутились мысли о деньгах, о работе, о той женщине, которая появилась в их жизни так неожиданно.

Она вспомнила, как Ирина смотрела на Марка. Не как на человека. Как на вещь. Как на актив, который можно использовать.

Вика сжала кулаки и пообещала себе, что не позволит никому разрушить то, что они строили. Даже если для этого придется бороться.

Утром она проснулась раньше Марка. Быстро оделась, выпила кофе и вышла из дома, оставив ему записку: «Поговорим вечером. Я люблю тебя».

Она шла в редакцию и чувствовала, как внутри закипает энергия. Сегодня она начнет расследование. Не только о «СтройИнвесте», но и об Ирине. Она узнает, кто она на самом деле и что ей нужно.

Потому что Вика знала: правда всегда выходит наружу. Рано или поздно. И она была готова ее найти.

ГЛАВА 2: СТАВКА НА ПРАВДУ

Вика сидела в редакции, уставившись в монитор, но не видела ни строчки. Перед глазами стояло лицо той женщины — Ирины. Идеально очерченные скулы, гладкая кожа, взгляд, который скользил по Марку, как по дорогой вещи. Она вспомнила, как та коснулась его плеча, когда садилась в такси вчера вечером. Простое движение, но в нем было столько собственничества, что у Вики перехватило дыхание.

Она тряхнула головой, прогоняя наваждение. Сегодня у нее была другая цель. Она открыла папку с файлами, которые собрала за последние дни, и начала систематизировать информацию о «СтройИнвесте». Компания получила разрешение на строительство жилого комплекса в зеленой зоне на окраине Москвы. Официально все было чисто: документы подписаны, печати поставлены. Но Вика чувствовала, что здесь что-то не так. Слишком быстро прошло согласование. Слишком тихо. Ни одного упоминания в прессе, ни одного общественного слушания.

Она открыла базу данных судебных исков и нашла три дела, поданных против «СтройИнвеста» за последние два года. Все были закрыты во внесудебном порядке. Это значило, что компания предпочла заплатить, чем судиться. Вопрос: кому и сколько?

Вика записала номера дел и решила, что нужно найти истцов. Она начала с первого — некоего Петра Семеновича Ковалева. Согласно документам, он подал иск о нарушении прав собственности. Вика нашла его номер телефона в открытых источниках и набрала.

— Алло? — голос на том конце был старческим, с хрипотцой.

— Здравствуйте, Петр Семенович. Меня зовут Виктория, я журналист. Я хотела бы поговорить с вами о вашем иске против «СтройИнвеста».

На том конце повисла тишина. Потом мужчина кашлянул.

— А зачем вам это?

— Я пишу статью о нарушениях в строительной сфере. Ваше дело может быть важным.

— Слушайте, девушка, — голос стал резче, — я не хочу об этом говорить. Все уже решено. Не звоните мне больше.

И он повесил трубку.

Вика посмотрела на телефон. Странно. Обычно люди, которые выиграли дело, охотно делятся историей. Но этот мужчина явно не хотел вспоминать. Она сделала пометку: «Ковалев — отказ от разговора. Возможно, давление».

Она попробовала второй номер. На этот раз ответила женщина.

— Здравствуйте, я журналист, меня зовут Виктория. Я хотела бы поговорить о вашем иске к «СтройИнвесту».

— А вы откуда знаете? — голос женщины был напряженным.

— Это публичная информация. Я просто хочу понять, что произошло.

— Ничего не произошло. Мы договорились. Все хорошо.

— Но вы подали иск. Значит, были проблемы.

— Слушайте, — женщина понизила голос, — я не могу говорить. Если я скажу что-то, у меня будут проблемы. Пожалуйста, не звоните больше.

И снова гудки.

Вика откинулась на спинку стула. Два отказа. Это не было случайностью. Кто-то заставил этих людей молчать. Она посмотрела на третий номер. Решила не звонить, а написать сообщение. Короткое, нейтральное: «Здравствуйте, я журналист. Хотела бы поговорить о вашем деле. Буду благодарна за любую информацию. Анонимность гарантирую».

Она отправила и положила телефон на стол. Теперь оставалось только ждать.

В дверях появилась Алина с чашкой кофе в руках.

— Ты выглядишь так, будто нашла что-то интересное, — сказала она, садясь на край стола.

— Или наоборот, — Вика потерла виски. — Я пытаюсь раскопать информацию о «СтройИнвесте», но все, кто подавал на них в суд, отказываются говорить.

— Это подозрительно.

— Очень. — Вика взяла чашку, которую протянула Алина. — Спасибо. Я думаю, что компания платит людям за молчание.

— Или угрожает.

— Или и то, и другое.

Алина нахмурилась. — Будь осторожна. Если они так поступают с истцами, то с журналистом могут обойтись еще жестче.

— Я знаю. — Вика сделала глоток кофе. — Но я не могу остановиться. Если здесь действительно коррупция, это нужно вскрыть.

— Тогда тебе нужна помощь. — Алина посмотрела на нее серьезно. — Я могу поискать информацию в своих источниках. У меня есть знакомый в департаменте строительства.

— Правда? — Вика удивленно подняла бровь.

— Да. Он иногда сливает мне информацию. Но он очень осторожен. Если я скажу, что это для расследования, он может отказаться.

— Тогда не говори. Просто спроси, не было ли каких-то аномалий в выдаче разрешений для «СтройИнвеста».

— Хорошо. — Алина кивнула. — Я попробую сегодня вечером.

Она встала и направилась к двери, но остановилась.

— Вика, ты в порядке? Ты кажешься рассеянной.

— Все нормально. — Вика улыбнулась, но улыбка вышла натянутой. — Просто много работы.

Алина посмотрела на нее с сомнением, но ничего не сказала и вышла.

Вика осталась одна. Она снова открыла файл с информацией о «СтройИнвесте» и начала копаться в деталях. Компания была зарегистрирована пять лет назад. Учредители — два человека: Сергей Викторович Морозов и Андрей Павлович Крылов. Оба числились в реестре как владельцы нескольких строительных фирм. Но что-то в их биографиях показалось Вике странным. Она проверила их старые проекты и обнаружила, что две компании, которыми они руководили, обанкротились с крупными долгами. А потом появился «СтройИнвест» — с нуля, без долгов, с хорошими контрактами.

Это было похоже на схему: обанкротить старую компанию, забрать активы и открыть новую. Вика сделала пометку: «Проверить связь с банкротствами. Возможно, мошенничество».

Она посмотрела на часы. Было уже два часа дня. Она вспомнила, что Марк сегодня работает в кафе до шести. Она хотела зайти к нему, но потом передумала. Вчерашний разговор оставил неприятный осадок. Она доверяла ему, но не доверяла той женщине. И мысль о том, что Марк может согласиться на ее предложение, не давала покоя.

Она решила отвлечься работой. Открыла поиск и ввела имя Ирины. Нашла страницу ее PR-агентства. Сайт был стильным, минималистичным, с фотографиями успешных проектов. Вика пролистала портфолио: запуск стартапов, организация мероприятий, консалтинг. Все выглядело профессионально. Но что-то было не так.

Она обратила внимание на даты. Первый проект в портфолио датировался тремя годами назад. Но агентство, судя по регистрации, существовало пять лет. Почему два года пустоты? Вика записала вопрос и решила проверить.

Она нашла страницу Ирины в социальных сетях. Профиль был закрыт, но аватарка — черно-белое фото женщины в профиль — выглядела как профессиональный снимок. Вика попробовала найти ее через поиск по имени, но нашла только несколько упоминаний в новостях: Ирина упоминалась как организатор благотворительного вечера и как участник бизнес-форума. Ничего личного.

Это было странно. В эпоху, когда все выкладывают свою жизнь в интернет, Ирина была почти невидима. Слишком аккуратно. Слишком контролируемо.

Вика закрыла браузер и потерла глаза. Голова начала болеть. Она решила сделать перерыв и выйти на улицу.

На крыльце редакции она закурила, хотя старалась не курить в последнее время. Холодный воздух обжег легкие, но это помогло прочистить мысли. Она смотрела на прохожих, которые спешили по своим делам, и чувствовала себя оторванной от реальности. Все эти люди жили своей жизнью, не зная о том, что где-то в офисах решаются их судьбы. Что коррупция и обман стали нормой.

Она докурила и вернулась в редакцию. На столе зазвонил телефон. Она взяла трубку.

— Алло?

— Это Виктория? — голос был мужским, низким, с легкой хрипотцой.

— Да.

— Я по поводу вашего сообщения. О деле против «СтройИнвеста».

Вика напряглась. — Вы один из истцов?

— Можно и так сказать. — Мужчина помолчал. — Я не могу говорить по телефону. Можем встретиться?

— Когда и где?

— Сегодня вечером. В парке Горького, у центрального входа. В семь часов.

— Как я вас узнаю?

— Я буду держать газету. «Коммерсантъ».

— Хорошо. Я приду.