Хроники опера. Том первый. Сборник

Молчаливый молодой человек стоял в кабинете хозяина и смотрел в пол. Сам Вавилов в помятом костюме сидел за своим рабочим столом. Он так и не смог уснуть, даже выпитый стакан коньяка не помог. Он отрешенно смотрел в сторону балкона.

- Ты все понял? - устало спросил он.

- Да, - коротко бросил Молчаливый, не поднимая глаз.

- Тогда иди и поставь в известность остальных, - приказал Вавилов. - Привлеки всех и напомни еще раз: в первую очередь заправки. В них основное. Потом - рестораны. Иди!

Молодой человек бесшумно повернулся и исчез за дверью.

* * *

Трофимов раздраженно посмотрел на Артема. В последние дни появление молодого человека в его кабинете не предвещало ничего хорошего.

- Ночью сгорел биллиардный клуб "Адонис" - доложил Артем.

- Знаешь, - прошипел Сергей Михайлович, - если бы мы жили лет пятьсот назад, то у тебя была бы очень страшная судьба.

- Это почему же? - похолодел референт.

- В то время гонцов, что приносили плохие новости, вешали на первом же дереве! Заметь, ты уже не первый день рискуешь.

- А что я сделаю?

- Ладно, остынь, - Трофимов напряженно потер лоб. - Три заправки, два ресторана, а теперь вот мой любимый клуб! То горят, то клиентов вышибают. Кстати, как Чернявский?

Алексей Чернявский, владелец самого крупного ресторана под контролем Трофимова, два дня назад попал в больницу с сильными переломами.

- Жить будет, - сухо ответил Артем. - Но с ногами проблема. Врачи не гарантируют, что он будет ходить, только если на протезах...

- Одни убытки, - словно не слыша его пробормотал Сергей Михайлович. - Ты даже не представляешь, какую сумму мы потеряли за эти дни! А какую еще потеряем.

- Почему же вы не остановите это? - не выдержал молодой человек. - Ведь вы прекрасно знаете кто за всем этим стоит.

- Не твоего ума дело! - рявкнул Трофимов. - Без тебя как-нибудь разберусь. У тебя все? Иди!

Референт громко хлопнул дверью, но его шеф даже не обратил на это внимание. Он мрачно расхаживал по кабинету.

"Зачем ты роешь себе яму? Неужели надеешься, что одолеешь меня? Какое тщеславие! Или смерть дочери тебе окончательно мозги затуманила? Почему ты не хочешь поверить, что я здесь ни при чем! Ведь мы же дали друг другу слово, что в наших делах никогда не будут замешаны родные. С чего ты решил, что я нарушу слово?"

Трофимов вздохнул. Он давно понял, что не испытывает никакой ненависти к бывшему товарищу и даже мысленно признавал себе, что рискнул бы попробовать восстановить потерянную дружбу, если бы это зависело только от него. Но, зная характер Вавилова понимал, что любые попытки будут бесполезными.

Сергей Михайлович упорно убеждал себя, что такие мысли приходят к нему исключительно в интересах выгоды. Действительно, вновь объединившись, они с Вавиловым решили бы множество проблем и создали бы еще более мощную финансовую империю.

Но в глубине души он сознавал, что дело далеко не в этом. Просто в свое время у него был друг. Прямой, честный, преданный. Ни капли фальши, лицемерия и мерзкой угодливости, которая сейчас окружала его. Тот друг был настоящим.

Теперь таких нет. Когда деньги превратили их во врагов, Трофимов самоуверенно решил, что этими деньгами выиграет больше, но время шло, а вместе с ним приходило осознание прошлой ошибки. К сожалению, как оказалось, неисправимой.

Жужжание мобильника, лежащего на столе, отвлекло Сергея Михайловича от невеселых размышлений. Но когда он увидел номер звонящего, то внутри его все упало.

"Вот и все! Дождался!"

- Доброе утро, Сергей Михайлович, - раздался вежливый вкрадчивый голос. - Все ждал весточки от вас, да не выдержал - решил сам позвонить.

- Я как раз собирался, - поспешно проговорил Трофимов.

- Вот и хорошо! Может вы и заехать собирались?

- Что, сегодня?

- А что откладывать? Мы давно не виделись, тем для разговоров накопилось уйма! Вот прямо сейчас и приезжайте, адрес знаете.

Сергей Михайлович вышел из кабинета и прошел в комнату напротив. Там был кабинет поменьше, в котором работал Артем.

Помощник вопросительно посмотрел на хозяина.

- Приготовь машину! - коротко распорядился Трофимов.

- Я поеду с вами?

- Нет! Но никуда не уходи, жди моего возвращения.

Через несколько минут новенькая иномарка мягко отъехала от особняка и направилась в восточном направлении. Ехать было прилично, около часа, но за невеселыми размышлениями Сергей Михайлович не замечал времени и, как ему показалось, прибыл в нужное место гораздо быстрее.

Водитель припарковался невдалеке от скромного загородного дома. Особой охраны не было, всего несколько человек, которые встретили Трофимова и тут же проводили в дом.

Сергей Михайлович оказался в небольшой уютной гостиной, единственным признаком роскоши которой являлся небольшой камин с резными фигурами. Некий человек, слегка согнувшись, помешивал угли, но при появлении Трофимова тут же прекратил свое занятие и повернулся к нему лицом, на котором играла гостеприимная улыбка.

Это лицо было знакомо не только Трофимову. Его обладатель уже давно был "своим" в политических кругах страны, а с недавнего времени, как принял решение баллотироваться в губернаторы области, стал известен всем жителям региона. На каждой улице на огромных плакатах красовался гордый профиль с не менее гордым лозунгом "Все для процветания родной земли!". И люди знали, что с подобным заявлением на выборы идет один из главных фаворитов и в будущем несомненный победитель Дмитрий Антонович Треплов.

- Присаживайтесь, Сергей Михайлович, - пригласил Дмитрий Антонович гостя, указав ему на кресло, рядом с камином. - Как всегда, коньячком побалуйтесь?

- Не откажусь, - кивнул Трофимов, непроизвольно протягивая ноги к слабо теплящемуся огню. Треплов кивнул и достал из бара поднос, на котором уже стояли приготовленные бутылка, два фужера и блюдце с тонкими ломтиками лимона.

Будущий губернатор лично разлил коньяк и протянул фужер гостю. Со стороны выглядело все очень чинно и благородно, но Сергей Михайлович ни на секунду не поддавался иллюзиям. Внутренне он был напряжен, так как прекрасно понимал, для чего его пригласили.

- За встречу? - предложил тост Дмитрий Антонович. Трофимов кивнул, и в комнате раздался звон соприкоснувшихся фужеров.

- Приятный вкус, - проговорил Трофимов, не спуская глаз с Треплова.

Политик кивнул и задумчиво посмотрел на огонь.

- Что там у вас происходит, Сергей Михайлович? - внезапно спросил он.

Конечно, Трофимов ожидал подобного вопроса, но не думал, что обычно всегда вальяжный и степенный депутат так резко его задаст.

- Что именно? - попытался он выиграть время.

- С заправками, - любезно подсказал Дмитрий Антонович, хотя голос уже приобретал металлические нотки. - С ресторанами. Или вы считаете, что это мелкие проблемы, которые не нуждаются в быстрых решениях?

- Решения принимаются...

- В самом деле? И какие же?

Трофимов замялся. Было ясно, что депутат в курсе всех событий, и вешать ему лапшу на уши не только не имело смысла, но было опасно.

Не дождавшись ответа, Треплов продолжил:

- Мне, конечно, все это очень не нравится. Но сейчас, когда на носу выборы, и нам необходима каждая копейка, то, что происходит - это не просто досадное неудобство, это реальная угроза будущему. Без нужного финансирования любая кампания, как бы шикарно она не началась, обречена на провал. Поэтому потоки должны быть непрерывными. Мне казалось, вы это прекрасно осознаете!

- Само собой...

- Так хер ли ты сидишь и ничего не делаешь! - резко повернулся к нему Дмитрий Антонович. - Не надо только мне гнать, что ты не понимаешь, кто это все затеял. Уже после случая с первой заправкой ты должен был все решить. А по уму надо было все устроить уже давным давно!

Трофимов молчал. В голове лихорадочно металась стая мыслей. Он понял, что именно здесь и сейчас ему придется сделать тот выбор, который он все это время как мог оттягивал.

- Знаешь, о чем я сейчас думаю? - внезапно успокоившись проговорил депутат: - А правильно ли я тогда сделал? Ведь когда я здесь устроился и пришло время начинать делать дела, передо мной встала дилемма. В городе тогда все поделили две группировки, одинаковые по своей сути, но такие разные по характерам своих главарей. Пришлось повозиться, но я не мог рисковать. Изучил обе ваши биографии, и нашел, что сотрудничество с тобой более перспективное.

Он замолчал и пригубил из бокала. Трофимов напряженно слушал.

- Но учитывая плюсы, я не обращал внимания на минусы, - продолжил Треплов. - И никак не мог предположить, что ты окажешься таким валенком. Почему ты не решаешь вопрос с Вавиловым? Что тебя останавливает? За ним нет сейчас никакой поддержки.

Сергей Михайлович вздохнул. Отмалчиваться больше было нельзя.

- Когда-то давно мы с Вавиловым объединились, чтобы добиться независимости... - начал он, но Дмитрий Антонович тут же нетерпеливо перебил его:

- Я прекрасно знаю эту историю. Вы вместе уничтожили своего хозяина, а после поделили его бизнес.

- Да, поначалу так и было. Мы разделили и бизнес, и сферы влияние. Каждый сосредоточился на усилении собственной империи, и в конце концов мы пришли к тому, к чему не могли не прийти: разделенные пространства стали для нас тесными. Между нами начались конфликты, амбиции мешали нам решать вопросы мирно, и через некоторое время из друзей мы превратились в непримиримых врагов.

- Я знаю эту часть вашей биографии возможно лучше, чем вы сами! Зачем ты мне сейчас все это рассказываешь?

- Дело в том, что кое о чем вы не знаете, - возразил Трофимов.

- Объясни! - потребовал Треплов.

- Когда мы объединились против Меченого, то обговорили все возможные варианты дальнейшей жизни. Обсуждали и тот, что мы можем стать по разные стороны, как оно в итоге и получилось. И мы решили следующим образом: какие бы между нами не были противоречия, мы не допускаем вмешивать в них своих близких. Поэтому теперь, когда дочь Вавилова мертва, и он думает, что это моих рук дело, все и завертелось.

- Зачем же ты это сделал?

Трофимов едва сдерживая раздражение, процедил сквозь зубы:

- Я этого не делал! Неужели вы думаете, что я такой кретин? Ясно же, что кто-то ведет игру против нас!

- Из-за этого сначала погибают наши люди, после терпит убыток наш бизнес. Знаешь какой вопрос возникает в голове после всего? - Треплов в упор посмотрел на Трофимова. - Что дальше? Или, может, кто погибнет в следующий раз? Твой сын? Ты? Или я?

- Следующего раза не будет! - мрачно заявил Сергей Михайлович.

Депутат недоверчиво посмотрел на него.

- Почему ты так уверен?

- У меня есть тайное оружие: один человек, который решит проблему с Вавиловым раз и навсегда. Он давно ждет, и я думаю, что нам пора встретиться!

* * *

На улице сгущались сумерки, когда на территорию особняка Трофимова вернулась машина хозяина. Сергей Михайлович что-то сказал водителю, после вышел из автомобиля и направился к дому.

Артем, как ему было наказано, сидел в своем кабинете и ждал. Когда дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился хозяин, молодой человек вопросительно посмотрел на него.

- Как все прошло?

- Пришлось принять очень важное решение, - заявил Сергей Михайлович. - И сейчас ты поедешь со мной!

- В такое время?

- Путь неблизкий, поэтому медлить нельзя. Нам надо успеть к утру вернуться.

Он вышел. Артем поспешно схватил свою куртку и устремился следом. Через минуту они выехали.

- Куда мы? - не утерпел и спросил молодой человек.

- Скоро увидишь!

Артем понял, что босс не намерен разговаривать, поэтому устроился поудобнее и постепенно задремал. Сергей Михайлович не обращал на него никакого внимания, полностью сосредоточенный на своих мыслях.

Они выехали из города и покатили по трассе в северном направлении. Чем дальше они ехали, тем реже встречались им деревни и поселки, постепенно растворяясь в лесных и степных массивах. Дорога становилась все хуже, машина несмотря на хорошую проходимость уже не могла продолжать путь на прежней скорости.

От начавшейся тряски Артем проснулся и обнаружил, что они едут уже больше трех часов. По показаниям приборов он увидел, что они уехали вглубь области более чем на двести километров от города. Он слегка поежился. Трофимов заметил это и, слегка усмехнувшись, произнес:

- Не волнуйся, почти приехали. Скоро выйдешь, разомнешься.

Он не ошибся. Через несколько минут машина свернула с гравийной дороги в сторону и продолжила свой путь по другой, мощеной неровными бетонными плитами. Благо ехать пришлось недалеко.

Они остановились в нескольких сотнях метров от небольшого поселения. Сергей Михайлович повернулся к Артему и серьезно сказал:

- Сидите и ждите меня здесь. Если что-то понадобиться - свяжусь по мобильнику.

Он вышел и, осторожно ступая дорогими ботинками, постепенно растворялся в темноте. Идти было очень неудобно и утомительно, но Трофимов упорно продвигался вперед к небольшому дому, единственному в деревне, где в окнах в это время горел свет.

Ещё издалека он услышал, как хрипло залаяла собака. Почти сразу во дворе загорелся тусклый фонарь, и через мгновение открылась входная дверь. Трофимов увидел на пороге высокого худощавого мужчину в теплой куртке, который неспеша направился к калитке.

Сергей Михайлович почувствовал, как что-то ёкнуло у него в груди. По мере приближения он вглядывался в черты лица человека, которого не видел уже много лет. Тот тоже пристально наблюдал за ним.

- Доброй ночи, Сергей Михайлович, - хриплым голосом произнес мужчина, когда Трофимов добрался до изгороди.

- Здравствуй, Витя, - осторожно ответил гость.

Хозяин открыл дверь и гостеприимно пропустил Трофимова внутрь. Тот вошел, озираясь по сторонам.

- Я слышал собаку... - начал было он, но Витя понимающе кивнул:

- Не беспокойтесь, Цезарь на цепи. Прошу вас, проходите в дом.

Сергей Михайлович оказался в небольшом помещении, где посередине расположилась огромная русская печь. В закутке, который скорее всего являлся кухней, стоял стол, на котором красовалась бутылка того же коньяка, который Трофимов еще днем смаковал у Треплова. Сергей Михайлович не выдержал и криво усмехнулся:

- Приятно, когда другие помнят про твои маленькие слабости.

Хозяин согласно кивнул:

- Это верно. Я не мог себе позволить забыть привычки человека, спасшего меня. Не стесняйтесь, присаживайтесь.

Не без брезгливости гость уселся на один из старых стульев. Хозяин последовал его примеру и, взяв в руки коньяк, налил по небольшой порции в два чистых стакана.

- За встречу!

Трофимов кивнул. После, отставив посуду, он сосредоточенно посмотрел на собеседника.

- Время пришло, Жгут, - медленно проговорил он.

Тот согласно кивнул.

- Я понял это, когда услышал ваш голос.

Жгут поднялся и некоторое время смотрел куда-то в сторону. После он повернулся, и Трофимов увидел как горят его глаза.

- Когда-то давно, время для меня остановилось, и жизнь потеряла всякий смысл. Это произошло в тот момент, когда я, честно выполнив свою работу, вернулся домой и увидел своих близких, мать и брата, мертвыми. Убийцы ждали и меня, но внезапно появились ваши люди и помогли мне уничтожить тех, кто причинил мне такое зло. Однако я понимал, что мы лишь расправились с "руками", а тот, кто отдал приказ остался безнаказанным.

- Мы заключили договор!

- Верно, после того, как вы спасли меня, я поклялся выполнить все, что вы скажете, если в будущем вы дадите мне шанс отомстить. И вы заточили меня здесь на пятнадцать лет!

- Я сделал это для твоей же безопасности...

- Не волнуйтесь, я ни в коем случае вас ни в чем не обвиняю. Я же сказал, что время для меня остановилось. От всех жизненных планов у меня осталась только одна цель, и для ее исполнения я готов был ждать где и сколько угодно.

- Ну вот ты и дождался, - заявил Трофимов. - Сможешь осуществить возмездие, как и мечтал. Тем более, что откладывать больше никак нельзя. Необходимо покончить со всем быстро.

- Я понимаю вас.

- Сколько ты хочешь за свою работу?

Жгут улыбнулся такой улыбкой, что Сергея Михайловича мороз пробил по коже.

- Деньги? - переспросил бандит. - Зачем вы мне их предлагаете, если при этом даете гораздо больше? Вы возвращаете мне смысл моего существования, возможность поквитаться - а это никакими деньгами не измерить. Ничего не надо, то, что у меня есть достаточно.

- Как пожелаешь, - Трофимов поднялся со своего места, показывая, что беседа подошла к концу.

Они вышли во двор, где тут же снова начала лаять собака, вновь почуяв чужака.

- Будь готов с самые ближайшие дни, - проговорил Сергей Михайлович, выйдя за калитку. Жгут кивнул. Трофимов, не прощаясь, направился к автомобилю.

Жгут некоторое время смотрел ему вслед, после подошел к радостно завилявшему хвостом дряхлому псу и присел рядом с ним. Некоторое время он гладил преданное животное, после ласково посмотрел в умные преданные глаза.

- Ну что, Цезарь, все когда-нибудь подходит к концу. Прости, но я знаю, что это лучше, чем умирать от голода и одиночества!

С этими словами он вытащил из-за пазухи огромный охотничий нож и ловким движением перерезал ничего не понимающему животному горло. Пес захрипел и рухнул у ног хозяина. В стекленеющих глазах, которые были направлены на хозяина, читались боль и непонимание.

- Пятнадцать лет ты со мной прожил, дружище, - прошептал Жгут, вытирая нож о тряпку. - Но с самого первого твоего дня я знал, что последний будет таким. Все было решено заранее. Как, впрочем, и в моем случае.

Он выпрямился и задумчиво направился к дому.

Глава 8

Лев Абрамович поднял на Бармаглота усталые глаза.

- У меня внутри все горит! - выдохнул он. - Такое ощущение, что заливают раскаленную магму. Черт знает что такое!

- Выпейте лекарство, - бесстрастно проговорил телохранитель, протягивая стакан с мутной жидкостью. - Врач рекомендовал принимать это...

- Этот врач ничего не понимает! - проворчал Левин. - То лучше становится, то хуже. Кажется, что не пей я этой дряни, все само может быть прошло бы.

Но охранник неумолимо стоял рядом и держал стакан перед лицом банкира. С явным неудовольствием тот все же подчинился и отхлебнул глоток. Потом еще и еще...

- Доволен? - с гримасой отвращения спросил банкир, отставляя пустой фужер на стол.

- Вполне! - кивнул Бойцов.

- Я пью это пойло сегодня только потому, что оно дает мне немного больше бодрости, а у меня ожидается очень важный гость, - заявил Лев Абрамович.

Тут же заработал коммутатор, и секретарша сообщила, что появился Николай Александрович Вавилов. У банкира впервые за несколько дней заблестели глаза.

- Точность - вежливость королей, - заметил он, бросив взгляд на часы. - Ладно, когда он войдет оставишь нас одних.

- Вы уверены?

Банкир мерзко улыбнулся.

- Я знаю, зачем он приехал. И поэтому мне бояться нечего!

Бармаглот вышел, и через мгновение в кабинете появился Вавилов. Банкир с некоторой жалостью отметил, что со времени их последней встречи Николай Александрович состарился лет на десять.

После взаимных приветствий, гость расположился в том самом кресле, где за несколько дней до этого восседал Немов.

- Вы сказали, что у вас ко мне очень важное дело, - начал банкир, вытирая со лба вновь появившуюся испарину. - Но по телефону ничего пояснить не захотели. Неужели все до такой степени серьезно?

- Более серьезного разговора, возможно, у меня никогда в жизни и не было, - криво усмехнувшись подтвердил Николай Александрович, пристально наблюдая за каждым движением банкира. - Но при этом хочу в первую очередь заметить, что пришел к вам как к другу, как к старинному и верному другу.

- Это правильно, - согласился Левин. - Любые дела куда проще решать по-дружески. Я весь во внимании.

- Мне нужна ваша поддержка!

Левин был прекрасным актером. Он сумел изобразить такое неподдельное удивление, что чуть не заставил в него поверить даже такого недоверчивого человека как Вавилов.

- Я не понимаю, о чем вы говорите! - пробормотал он. - Это даже забавно. Какую поддержку может дать простой банкир человеку вашего масштаба?

- Забавного здесь ничего нет, - возразил Николай Александрович. - И не надо лишней скромности, дорогой Лев Абрамович. Я прекрасно осознаю с кем я разговариваю. И поэтому повторяю, что могу просить помощи только у вас.

- И какие же основания у вас так думать?

- Вы не случайная фигура в этом городе, - подавшись вперед, проговорил Вавилов. - С самого начала, когда вы здесь появились у меня создалось впечатление, что какая-то неведомая, но могущественная сила расчищает перед вами дорогу. Вы с легкостью взяли контроль над всеми финансовыми агентами, искоренили конкуренцию. И все это очень быстро! Даже такой дилетант в банковском деле как я понимает, что само собой такое произойти не могло.

- И в чем же причина на ваш взгляд?

- Я уже сказал: за вами стоит такая сила, с которой никто и ничто соперничать не может. А у нас в стране есть только одна такая сила - государство.

- У вас разыгралась фантазия, Николай Александрович, - с досадой произнес банкир. - Я - частное лицо, которое просто занимается бизнесом.

- Нет! - покачал головой Вавилов. - Это не так. Я позволил себе провести кое-какие наблюдения и еще раз утвердился в своих мыслях.

- Хорошо, можете оставаться при своих измышлениях сколько хотите, мне от этого никакого вреда не будет, - заявил Левин. - Но все-таки, что вы от меня хотите?

- Мне нанесли удар в самое сердце, и я не мог на него не ответить. Наверное, вы в курсе, что сейчас происходит в городе?

- Еще бы! - усмехнулся Лев Абрамович. - Создается впечатление, что вы хотите перевернуть весь мир с ног на голову. В определенных кругах даже заговорили о возвращении девяностых.

- Не я это начал, - упрямо сказал Вавилов. - Я всего лишь отвечаю на подлые выпады людей без малейших признаков совести и чести. Погибло невинное создание...

- Да, я знаю, и искренне вам соболезную. Но, тем не менее, вы принимаете чересчур крутые меры.

- Это была моя дочь!

- Я прекрасно вас понимаю, однако, повторяю, подобных действий одобрить не могу.

Наступило неловкое молчание. Банкир выжидал.

Наконец Вавилов тряхнул головой.

- Я готов пойти на любые ваши условия, - проговорил он. - Можете распоряжаться моими средствами, моими связями, влиянием, жизнью, в конце концов, но я должен уничтожить Трофима! Это вопрос принципа. Дальнейшее меня мало волнует.

Банкир покачал головой и после недолгого молчания, ответил:

- Ваша главная ошибка в том, что, живя в настоящем времени, мыслями, а главное, душой вы до сих пор находитесь в прошлом. Ваши действия тогда еще могли бы произвести впечатления, но сейчас все по-другому. Конфликтные ситуации в современном обществе принято решать словами, а не кулаками. Хитрость и умение приспосабливаться сейчас решают гораздо больше задач, чем сила и деньги. Рыцарской доблестью вы никого не удивите, а скорее даже насмешите. Погибла ваша дочь, это страшное несчастье, которое оставляет неизгладимый отпечаток. Но тот беспредел, который вами затеян это не оправдает. Вы хотите покровительства? Но неужели вы думаете, что серьезные люди станут поддерживать человека, оставшегося в девяностых и развязывающего войну по первому порыву? Я готов со всей ответственностью заявить вам что нет. Для серьезных людей самым главным является спокойствие и стабильность, а вы создаете хаос. Делайте выводы, Николай Александрович, пока еще есть время.

Вавилов слушал с каменным лицом.

- Вы хотите сказать, что отказываете мне? - холодно спросил он.

- У меня нет другого выбора, - мрачно подтвердил Левин. - Вы поступили слишком опрометчиво, пойдя на такие шаги без одобрения общества. А теперь, плюнув в его сторону, вы осознали, что уже не так сильны как раньше, и пришли просить помощи. Не самое мудрое решение.

Вавилов с шумом поднялся со своего места. Банкир последовал его примеру, и теперь они, разделяемые рабочим столом Левина, смотрели друг на друга в упор.

- Я все равно пойду до конца, - произнес Николай Александрович. - Но потом, когда я разделаюсь со своим врагом, мы поговорим еще раз.

- Воля ваша, - спокойно ответил Лев Абрамович. - Но мне почему-то кажется, что прогнозы делать рано.

- Посмотрим! - ответил Вавилов и быстрым шагом, не прощаясь, покинул кабинет.

Левин задумчиво посмотрел ему вслед, после взял трубку и набрал номер.

- Алло? Сергей Михайлович? Это Левин... Да, он только что у меня был. Вы были правы, его положение отчаянное, так что уверен, что вам ничто не помешает... Отлично, желаю успеха!

Он положил телефон и вытер заново выступившую испарину. Но в этот раз она не вызвала у него раздражения, так как мысли банкира были совсем о другом. На время он даже забыл про свои недомогания.