Недотепы

— Да говорю вам, скоро очнется.

— Скоро — это понятие растяжимое. Может через час, а может через день.

— Через день? Ты её пульс щупала? Нормальный у неё пульс.

— А цвет лица?

— А что цвет лица? Очень даже хороший цвет лица.

— Девоньки, потише вы. Вы своим спором нервируете молодого господина. Он скоро наверное по стенам и потолку начнет бегать.

Старушки спорили так увлеченно, словно забыли, что предмет их спора лежит всего в нескольких шагах от них. Одна сердито размахивала ложечкой от какого-то лекарства, вторая упрямо качала головой, а третья пыталась примирить первых двух.

— Эй? Что тут происходит? Чего шумим то? — спросила я, обращаясь к в основном к Рейнику. — И вообще где это мы?

— Ну, наконец-то! Очнулась! Лия, ты в порядке?

Ребята бросились ко мне. Любоваться на возникший частокол нижних конечностей не было желания. Тем более что они были мужскими.

— Рей, подай, пожалуйста, даме руку. А то мне так не очень удобно любоваться на вас всех снизу вверх. Вон только кот находится на одном со мной уровне восприятия.

Ухватившись за поданную Рейником руку я резко встала, и чуть было не рухнула обратно, снова ощутив мгновенное головокружение. В голове слово трудились десятки маленьких кузнечных дел мастеров, без устали лупя своими молоточками везде, где только могли достать.

— Ой.- Только и смогла выдохнуть я и покрепче схватилась на маркиза, не доверяя своим ногам, которые так и норовили подвернуться и уронить на жесткий пол.

— Лия, ты лучше посиди. Сейчас тебя только поудобнее устроим. Может, хочешь есть? Или еще что-то? Ты только скажи. Мы теперь с чудо-платком-то все что захочешь тебе принесем.

— Да ничего я не хочу — сердито фыркнула я. Вот только голова болит и ноги не слушаются.

Фух, наконец то получилось сесть и нормально осмотреться. Комната оказалась неожиданно светлой. Сквозь круглое окно под самым потолком внутрь лился мягкий утренний свет. Стены были сплетены из светлого дерева и густо увешаны связками трав, отчего воздух пах медом, мятой и чем-то незнакомым, терпким.

Вдоль одной стены тянулись полки с пузырьками и глиняными баночками, заполненными разноцветными порошками, сушёными листьями и корешками. В углу стоял массивный стол, заставленный колбами, ступками и какими-то непонятными медными приспособлениями.

— Позвольте нам вмешаться.- Раздался откуда-то сбоку звонкий голос.

Я повернулась на источник звука и сильно удивилась, поняв, что молодой и звонкий голос принадлежит одной из трех старушек. Про которых в народе говорят «божий одуванчик».

— На-ка, девонька, отвару целебного хлебни. Да ты не бойся — я ворожея-травница, дело свое знаю, во вред здоровью страждущих ничего не делаю»

С этими словами одна из старушек протянула мне запотевший стакан с отваром. Мне ничего не оставалось делать, как только принять его и сделать глоток.

«Чем-то похоже на отвар с солодковым корнем. Такой же сладковатый с ненавязчивым привкусом медовых сот. Вкусно, но ничего особенного» — подумала я.

И тут напиток повел себя коварно, наполняя непонятной силой все мое существо, покалывая тысячами иголочек в кончиках пальцев, в носу и на языке. Мне казалось, что даже волосы на голове взметнулись в разные стороны, как потревоженные птахи на улице. Я почувствовала себя настолько наполненной непонятно энергией, что казалось, что могу оторваться от земли и парить в воздухе. Что, собственно говоря, я и проделала, повинуясь непреодолимому желанию попробовать. Каково же было мое удивление, и уж тем более удивление моих незадачливых спутников, когда я в самом деле поднялась на ширину ладони над полом.

— Что ты ей дала? — накинулась другая старушка к своей соседке.

— Да ничего особенного. Обычный тонизирующий отвар «двадцать один плюс». Странная реакция. — Ухватилась за подбородок моя лекарка.

— Детонька, ты ведь уже отметила свое совершеннолетие? Не так ли? — ласково-заискивающим тоном обратилась она ко мне.

— Нет еще. Мне через только полгода исполнится двадцать один год. — вежливо ответила я, наслаждаясь своим новым состоянием, и пытаясь передвигаться в воздухе, пружинисто отталкиваясь ногами от ставшего вполне осязаемой воздушной ступеньки.

— Лия! Омелия! Стой! Куда ты?

Рейник бесцеремонно ухватил меня з штанину. Не давая продвинуться вглубь комнаты. — Тебя теперь что, на поводок за руку привязывать?

— Уважаемые. Как долго продлится эта эйфория? -— спросил он у старушек, которые с любопытством исследователей принялись вертеть меня в разные стороны, что-то измеряя угломером и пытаясь ткнуть мне в палец не внушающей доверия штопальной иглой.

— Эмммм. Все зависит от особенностей организма. Может пару часов, а может и шесть месяцев, как раз до совершеннолетия — рассеянно произнесла одна из них. И спохватившись. Добавила — Да вы не беспокойтесь. Надлежащий уход и присмотр за ней мы гарантируем.

Открывшаяся дверь впустила очередного посетителя, который показался мне смутно знакомым. Дежавю какое-то. Застыв всего на мгновение, этот тип в темном плаще быстро метнулся ко мне, вынимая на ходу какой-то флакон из кармана плаща. Открыв крышку флакона, он резко дернул меня на себя и поднес его прямо к моим губам.

— Пей.— Повелительно сказал он.-— Быстро пей.

— Не буду! — закапризничала я. — Твой пузырек воняет тиной и наверняка такой же невкусный.

— Пей. Это для твоего же блага. — Глядя мне в глаза, произнес он, настойчиво подталкивая склянку к моим губам

Сморщившись, я сделала большой глоток. Тело стало обретать прежний вес, и я наконец то опустилась на пол. Справедливости ради мне и самой надоело быть между полом и потолком. Прикольно конечно, но как-то непривычно.

— Айрис, что ты ей дал? — спросил Рей у незнакомца.

— Нейтрализатор. Но все равно придется теперь за ней присматривать. Я не уверен, что он полностью закрепился в организме.

«Айрис?» это же мой пес — с недоумением подумала я, пытаясь сопоставить облик этого человека и лохматого добродушного пса. И тут я все вспомнила. И гнома (будь он неладен), и поляну в лесу, и несуразный дом рильдинок. И главное — Айриса.

— Лия, как ты себя чувствуешь? — обратился ко мне Айрис. — Покалывание в пальцах осталось? А зрение? Посмотри мне в глаза — продолжил он, приподнимая пальцами подбородок и впериваясь взглядом в меня.

«Какие красивые у него глаза» — мечтательно подумала я. — «Карие, с золотистым спиралевидным ободком и проблесками голубых искр. А зрачки тозрачки то вертикальные», отметила я про себя, уносясь в водоворот его взгляда и не в силах противиться молчаливому приказу.

Наваждение закончилось так же внезапно, как и началось, сморгнув от резкой боли в глазах, я вполне осознано посмотрела на притихшую компанию и ответила:

— Нормально я себя чувствую. Нор-маль-но.- чуть ли не по слогам повторила я. — Ну да, осталось покалывание в пальцах и видеть я стала ярче. Как будто красок добавили. Вон Рейник так весь сиреневый, а Даркус — жёлтый. Как осенняя листва. И вспомнила я все. И Айриса, и рильдинок, и цель визита.

— И совсем я не желтый. — Обиженно пробубнил себе под нос Даркус.

— Даркус, не обижайся. Ну, правда, ты желтенький. Если не нравится сравнение с листвой, значит пусть будет как цыпленок или календула. Я же не виновата, что ты стал такого цвета.

— Действует! Действует! — неожиданно захлопала в ладоши одна из рильдинок.

— Конечно, конечно, детонька. Ты ни в чем не виновата — ласково гладя меня по волосам, проговорила одна их хозяек. — Ауру ты стала видеть. А она у каждого своя. Как звать то тебя?

— Омелия.

— А ты — Айрис? Разве у тебя такое имя? — что-то припоминая. Обратилась она к Айрису.

Тот молчаливо отрицательно покачал головой и приложил палец к губам.

Ага. Тут что-то интересное наверняка происходит. Я не я буду, если не разговорю его. От любопытства аж в носу защекотало. Эх. Поскорей бы поймать момент чтобы прижать этого скромника.

Глава 13

— Ой, что же это мы! — суетливо всплеснула руками одна из старушек. — Уже почти полдень, а наши дорогие путники не накормлены, не напоены!

— Дорогие, как же — пробурчал Даркус себе под нос.Я покосилась на него.

— Уже в животе бурчит, скоро сам себя есть начнет. Он уже к спине прилип с голодухи, — пояснил он. — А они тут стоят и какие-то склянки перебирают.

Я посмотрела на старушек, потом на Даркуса и вдруг вспомнила.

— А вы знаете, у нас есть скатерть-самобранка! Точнее, платок. Не нужно ничего готовить. Мы сейчас его достанем, расстелим — и все будет.

— И главное — всем хватит! — радостно добавила я. — Да-да, всем. Она для всех может приготовить.

Даркус с ужасом уставился на меня, округлив глаза.

Рейник встрепенулся.

— А ведь точно! — сказал он. — Совсем забыл. У нас же есть тот самый платок от Варвары Бурановны.

— Сейчас все устроим! — воодушевленно продолжила я.

Даркус хлопнул себя ладонью по лбу и начал осторожно пробираться к моему рюкзаку.

— Даркус, ты что делаешь? — подозрительно спросила я. — Ты куда пошел?

— Я? — удивился Даркус. — Никуда.

— Как это никуда? Я же вижу, что ты движешься к моему рюкзаку.

— Это тебе показалось — серьезно ответил он. — Наверняка после этих аур все перемешалось в голове и в глазах. Я никуда не двигаюсь.

Он остановился и развел руками.

— Вот рюкзак. Вот я. Видите?

И тут неожиданно Чиприк метнулся мне под ноги. Вот кто его просил? Что он там увидел на полу? Солнечного зайчика?Несносный кот!

Я испуганно подпрыгнула и тут же забыла, что теперь умею летать. Через мгновение оказалось, что я уже болтаюсь почти под самым потолком.

Рейник озадаченно задрал голову, а вот Айрис лишь вздохнул с обреченным видом. Хорошо что комнатка, где мы находились была маленькая и негде было особо полетать. Только благодаря данному обстоятельству Айрис дотянулся до моего ботинка на ноге и опустил меня на пол.

— Странно — произнесла я почувствовав под ногами твердую поверхность.

— Что странного? Что ты снова взлетела? Это как раз нормально — возразил мне Рейник — Лия, ты вечно притягиваешь всяческие странности, как магнитом.

— Вот это то как раз и странно. Не прошло и часа, как я выпила этот гадкий нейтрализатор. А он снова не действует.

И тут я заметила, что старушки больше не спорят, а внимательно наблюдают за нами. Затем они быстро переглянулись между собой и направились в нашу сторону.

— Молодой человек, не надо так нервничать.- Обратилась одна из них к Даркусу — У нас всегда есть угощение для путников, которые посетили наше жилище. Только надо спуститься вниз по лестнице и пройти в правое крыло. Там и места больше все диваны с креслами удобные стоят.

— Прошу всех за мной- я покажу вам короткий путь чтобы не заблудились.

С этими словами одна из старушек прикоснулась ладонью к стене и перед ней открылся проем в стене с виднеющимися перилами лестницы. То, что все мы были удивлены — это мягко сказано. Ведь Айрис зашел в комнату через совершенно другую дверь, которая кстати так там и осталась.

Ребята гуськом потянулись вслед за хозяйкой. Возглавлял эту процессию конечно же Даркус, зачем-то прихвативший еще и мой рюкзак. Вот ведь! Ну никак не может держать руки свободными! Вечно старается что-то тащить!

Я уже хотела пристроиться вслед за Джарени, но меня неожиданно ухватила под руку вторая старушка. Та самая, неугомонная, что совсем недавно пыталась потыкать в меня иголкой.

— Подожди, детонька, — ласково проговорила она. — Помоги старой женщине по лестнице спуститься. Что-то ноги сегодня совсем не слушаются.

Не успела я опомниться, как старушка уже повисла на моей руке и решительно направилась к лестнице.

Только вот шла она почему-то так медленно, будто пересчитывала каждую ступеньку отдельно.

Впереди бодро топали Даркус, Рейник и Джарени.

— Мы их не потеряем? — спросила я, когда Джарени уже начал скрываться за поворотом.

— Не потеряем, детонька, не потеряем, — торопливо ответила старушка.

При этом она почему-то обернулась назад. Потом еще раз.Через пару ступенек это повторилось.

Странно. Я тоже на всякий случай оглянулась.

Айрис по-прежнему шел следом. Правда, теперь в руках у него почему-то оказалась большая корзина с клубками.

— Молодой человек, будьте добры, придержите еще и это, — донесся голос одной из хозяек.

После чего сверху на корзину лег какой-то длинный сверток.

Айрис явно хотел что-то сказать, но промолчал.

Через несколько ступенек у него в руках появился еще и деревянный короб.

Я нахмурилась. Что-то здесь было не так. Еще и Чиприк куда-то запропастился.

Старушка рядом со мной снова обернулась назад. И подмигнула. Потом еще раз. Потом повернулась ко мне и снова подмигнула. Нет, точно странно.

Я внимательно посмотрела на нее. Может, она заболела? Или у нее нервный тик?

Старушка заметила мой взгляд и тут же широко улыбнулась. Я нервно улыбнулась ей в ответ и постаралась высмотреть хотя бы кого-то из ребят, который ушли далеко вперед.

А эта неугомонная снова обернулась назад и похоже что опять подмигнула.

Нет, точно тик. Или что-то в глаз попало и никак не сморгнет.

Надо будет потом спросить, нет ли у них целителя.

— Осторожнее, детонька, тут узкая ступенька, — заботливо предупредила старушка.

Я вздохнула и покорно продолжила спуск. Но почему-то все сильнее чувствовала, что происходит что-то странное. Причем вовсе не из-за моего полета под потолок.

Наконец-то мы спустились вместе с хозяйками по лестнице. Прямо перед нами была дверь, сделанная из реек разной длины; проемы между ними были заполнены листами белого, почти прозрачного материала, похожего на бумагу.

Одна из рильдинок легко коснулась створки, и дверь бесшумно отъехала в сторону.Я невольно замерла на пороге.

Комната была наполнена мягким золотистым светом. Высокие окна тянулись от пола до самого потолка, а за их ажурными деревянными переплетами виднелись зеленые кроны деревьев и тонкие мостики, соединяющие соседние башенки.

Темные балки под потолком образовывали сложный узор, напоминающий переплетение нитей на гигантском ткацком станке. Между ними покачивались легкие фонари из матового шелка. Солнечные лучи проходили сквозь них, рассеивались и делали помещение удивительно уютным.

Вместо привычных стульев вдоль стен стояли низкие диванчики и широкие скамьи, заваленные подушками кремового, песочного и бледно-зеленого цветов. Посреди комнаты располагался длинный низкий стол из темного дерева. Его гладкая поверхность поблескивала, словно спокойная вода.

Но больше всего меня поразили стены.

На первый взгляд они были украшены обычными панно, однако при ближайшем рассмотрении оказалось, что рисунки сотканы из тысяч тончайших нитей. Дороги, звезды, реки и незнакомые города переплетались между собой в сложные узоры, которые хотелось рассматривать бесконечно.

Я посмотрела на ребят, которые пришли сюда раньше нас с Айрисом. Конечно, им же не пришлось помогать остальным хозяйкам дома спускаться по лестнице.

Даркус разместился на одной из широких скамей, постаравшись занять все свободное пространство рядом с собой моим рюкзаком. Судя по довольному выражению лица, он совершенно не собирался в ближайшее время возвращать мне имущество.

Айрис, заметив знакомую поклажу, облегченно выдохнул:

— Наконец-то!

После чего без малейших угрызений совести сгрузил рядом с Даркусом все, чем его успела нагрузить одна из старушек по пути сюда. На скамью немедленно отправились какие-то свертки, корзинка, мешочек с сушеными фруктами и еще несколько предметов, назначения которых я даже не успела понять.

Даркус окинул растущую гору вещей одобрительным взглядом и слегка подвинулся. Совсем чуть-чуть. Ровно настолько, чтобы новая поклажа не свалилась на пол.

— Вот теперь хорошо, — заключил он.

Судя по всему, они с Айрисом нашли друг друга.

Рейник тем временем неспешно обходил комнату по кругу. Высокий маркиз с сомнением рассматривал низкие диванчики, скамьи и подушки.Потом перевел взгляд на свои длинные ноги. Потом снова на мебель.

— Что-то не так? — поинтересовалась я.

— Пытаюсь понять, где здесь можно сесть и при этом не сложиться втрое, — честно признался он.

Одна из хозяек тихо рассмеялась и указала на широкий диванчик возле окна.

Рейник внимательно осмотрел его со всех сторон, словно выбирал место для ночевки, и только после этого удовлетворенно кивнул.

— Превосходно. Кажется, мои колени останутся при мне.

А вот Джарени, похоже, вообще не интересовали ни мебель, ни удобства.

Он уже устроился возле самого большого окна, где солнечные лучи заливали широкий подоконник мягким золотистым светом. Усевшись прямо на пол, Джарени скрестил ноги и с головой ушел в изучение какого-то свитка.

— Джарени, присоединяйся к общему столу, — напомнила я.

— Угу.

— Ты меня слышал?

— Конечно.

— И что я сказала?

— Что здесь очень интересная письменность.

Даркус хмыкнул.

— А я так и говорил — что он первым делом найдет что-нибудь почитать. Эх, надо было с маркизом поспорить, глядишь и в кармане бы уже что-то звенело.

Это не чтение, — машинально возразил Джарени. — Это исследование.

— Конечно-конечно.

Рильдинки переглянулись и понимающе улыбнулись.

Кажется, состав нашей компании становился им все более понятен.

Животные тоже времени зря не теряли. Лаура с невозмутимым видом расположилась возле одного из окон. Огромная рысь вытянула передние лапы и лениво наблюдала за происходящим. Чиприк деловито обследовал комнату, обнюхал ножку стола, пару подушек и одну из резных стоек, после чего совершенно спокойно устроился неподалеку от рыси. За время путешествия они настолько привыкли друг к другу, что присутствие рядом крупной хищницы давно перестало казаться ему чем-то необычным.

Зато местный кот придерживался совсем другого мнения. Хозяин пагоды обнаружился почти под самым потолком. Серо-белый пушистый красавец восседал на широкой балке между двумя шелковыми фонарями и внимательно наблюдал за происходящим сверху вниз. Судя по напряженно подрагивающему кончику хвоста, количество новых запахов и подозрительных существ уже давно превысило все допустимые нормы. Для него наша компания явно представляла собой серьезную проблему.

— Не обращайте внимания на Шелеста, — с улыбкой сказала одна из старушек, заметив направление моего взгляда. — Он всегда сначала наблюдает.

Кот медленно моргнул. Потом посмотрел на Лауру, перевез взгляд на Чиприка. И снова на рысь. После этого он еще плотнее прижался к балке, явно решив, что наблюдать за происходящим лучше всего с максимально безопасного расстояния.

Чиприк поднял голову, заметил наблюдателя и вежливо мяукнул, но не получив ответа спокойно занялся вылизыванием, тем самым подтверждая главное кошачье правило: «Не знаешь, как поступить — вылизывайся».

Вскоре самая спокойная из хозяек прикатила к низкому столику небольшую тележку, заставленную мисочками, вазочками, чашками, несколькими менажницами и множеством крохотных пиал. Все это богатство вскоре оказалось расставлено по столу.

Чего здесь только не было!

Стол буквально ломился от мисочек, вазочек, тарелок и менажниц самых разных размеров. В одной лежали листья какого-то незнакомого растения, смешанные с дроблёными орехами и жёлтыми лепестками цветов. Рядом красовались аккуратно нарезанные овощи, посыпанные ароматными травами. Неподалёку от них стояла большая миска салата из молодых побегов, зелени и тонко нарезанных корешков.

Между блюдами поблескивали маленькие пиалы с разными видами мёда.На деревянном блюде лежали ещё тёплые лепёшки. От них доносился такой вкусный запах свежего хлеба, что голод сразу же напомнил о себе

Чуть дальше расположились несколько видов сыра: мягкий белый, рассыпчатый желтоватый и какой-то совсем необычный, с вкраплениями душистых трав. Тут же примостились крошечные пирожки с ягодной начинкой и тонкие рулетики, политые сладким сиропом.

По комнате постепенно разносился аромат травяного чая. В высоких чайниках заваривалось сразу несколько сортов. Один пах цветущим лугом, другой — лесными травами, а третий почему-то напомнил мне яблоневый сад после дождя.

Для Лауры и Чиприка хозяйки выставили отдельные мисочки со свежей сметаной.

Чиприк немедленно решил, что именно ради него все это великолепие и затевалось.

Лаура отнеслась к угощению с куда большим достоинством, хотя ее взгляд тоже стал заметно заинтересованнее.

Даже Шелест на своей балке перестал изображать каменное изваяние и теперь внимательно наблюдал за суетой, творящейся внизу.

— Угощайтесь, дорогие мои, — ласково произнесла одна из рильдинок. — Мы очень старались.

Я посмотрела на стол. Все выглядело удивительно красиво. Полезно. И очень даже по-домашнему.

Даркус тоже посмотрел на стол. Потом на второй салат. Потом на третий. Потянулся к блюду с сырной нарезкой.

И наконец задумчиво вздохнул.

— Сейчас бы гречневой каши — вздохнул Даркус.

— С грибами? — участливо уточнила одна из рильдинок.

— С мясом, — честно ответил Даркус.

Старушки переглянулись.

Кажется, они впервые столкнулись с настолько серьезным случаем.

Я покосилась на Даркуса. Тот как раз с выражением мученика отправлял в рот очередную ложку салата.

— Может, воспользуемся подарком Варвары Бурановны? — предложила я.

Даркус поднял голову так быстро, словно только этого и ждал.

— Я согласен.

— Но с одним условием.

— С каким?

— Заказ контролирую я.

— Даркус!

— Омелия, ты обязательно что-нибудь забудешь.

— Ничего я не забуду.

— Забудешь.

Я тяжело вздохнула.

— Ладно. Контролируй.

Я расстелила скатерть на свободном краю стола.

— Скатерть-самобранка, пожалуйста, подай нам гречневую кашу с мясом, буженину, пироги и пару хороших кусков сырого мяса для Лауры и Чиприка.

Даркус задумался. Очень серьезно.

— Пирожки с картошкой попроси. Чтобы потом перекусить.

— Мы еще даже не пообедали!

— Именно поэтому о перекусе нужно думать заранее.

Рейник тихо рассмеялся. Даже Джарени наконец оторвался от свитка.

— Даркус, — заметил он, — твоя предусмотрительность начинает меня пугать.

— А меня пугает отсутствие предусмотрительности у некоторых присутствующих.

— Это он про тебя, — сообщил мне Айрис.

— Я догадалась. — ответила я, насупившись.

Когда все насытились, а хозяйский кот наконец осмелел настолько, что перебрался с балки на шкаф, настало время разговоров.

Первым нарушил тишину Рейник.

— Должен признаться, меня до сих пор мучает один вопрос.

— Спрашивайте, маркиз, — улыбнулась одна из рильдинок.

Рейник обвел взглядом комнату.

— Этот дом. Он странный.

— Дом обидится, — заметила одна из старушек.

— Я не хотел его оскорбить, — совершенно серьезно ответил Рейник. — Но сначала в стене появляется лестница, потом оказывается, что за ней находится целое крыло. А теперь я вообще не уверен, что понимаю, где заканчивается это здание.

Хозяйки переглянулись.

— Дом большой. Иногда больше, чем кажется. Иногда намного больше.

— Очень содержательно, — вздохнул Рейник.

— Мы старались.

Даркус тихо хрюкнул в кружку. В этот момент неожиданно подал голос Джарени.

— Простите, а эта комната тоже часть дома?

— Разумеется.

— И для чего она предназначена?

Старушки заметно оживились.

— Здесь мы принимаем гостей. Тех, кто приходит за помощью.

Даркус тут же толкнул локтем Джарени.

— Вот видишь. Гном был прав. Ну тот самый, который нам рассказал при этих-Даркус сделал неопределенный жест рукой.

— Даркус

— Ну про брачное агентство.

За столом повисла тишина.

Потом одна из рильдинок возмущенно всплеснула руками.

— Мы не супругов подбираем, — возмущенно произнесла она.

— И не составляем пары. Во всяком случае специально.

— Все это слухи. Причем совершенно нелепые. Которые распространяют некоторые недалекие индивидуумы. — подхватила другая.

Даркус сделал вид, что очень заинтересовался содержимым своей кружки.

— Тогда чем вы занимаетесь? — спросил Джарени, наконец оторвавшись от свитка.

Рильдинки переглянулись.

— Мы помогаем увидеть начало пути, иногда его поворот. Иногда только развилку.

— А дальше человек уже сам решает, куда идти.

За столом стало тихо. Даже Даркус перестал думать о пирожках.

— И как вы это делаете? — тут же спросил Джарени.

Старушки загадочно улыбнулись.

— Хотите посмотреть?

После такого вопроса отказаться не захотел никто.

Они поднялись из-за стола и направились к дальней стене комнаты. Одна из них провела ладонью по деревянной обшивке и что-то едва слышно прошептала. Я могла бы поклясться, что дерево под ее пальцами чуть заметно дрогнуло. В следующий миг одна из панелей бесшумно отъехала в сторону. За ней оказался длинный коридор. Несколько минут мы шли через комнаты и переходы, пока наконец не вышли в просторный круглый зал.