Сваха для дракона

– У меня много дел, – улыбнулась я, с благодарным кивком принимая книги из рук испуганного Коржака. Не часто в этой части Геммина появляется четверка гвардейцев при полном параде. Местные жители испытывали к княжеской гвардии смесь трепета, восхищения и ужаса, и поведение книготорговца было обоснованным. – Боюсь, никак не могу оторваться. Передайте князю мои наилучшие пожелания.

Снорре вздохнул еще раз, куда печальнее. И сделал маленький шажок в сторону, заслоняя мне путь.

– Сами и передадите. Леди Ималия, прошу, не вынуждайте меня применять меры.

Я вскинула голову, тряхнув кудрявой копной волос. Северянин с молочно-белой кожей, такой бледной, что я видела синие речушки вен, пульсирующие на виске и шее, не хотел сдаваться. Я тоже.

– Вязать будете? – со снисходительной усмешкой я протянула Снорре руки, предлагая накинуть веревку на запястья.

Но Снорре лишь покачал головой:

– Не потребуется.

Его улыбка мне не понравилась, слишком уж она была торжествующая. Сердце тревожно екнуло.

***

– Грязный прием, – прокомментировала я действия Снорре, устраиваясь в княжеском экипаже. С виду я могла показаться равнодушной, но в душе пылал пожар. Ненавидела, когда на меня давили, но Снорре лишь пожал плечами, усаживаясь напротив.

– Угрожать мне потерей лицензии на частную практику… – я зло цыкнула, прекрасно понимая, что меня обыграли. Снорре явно знал, куда давить – уж не князь ли дал пару ценных советов?

Капитан хитро прищурился и протянул:

– Княжеская лицензия дело такое. Сегодня есть, завтра нет…

Я скрипнула зубами. В Снорре меня бесило ровным счетом все, от мягких белокурых кудряшек, до носков начищенных сапогов. И зная об этом, он старательно меня провоцировал.

Стоило отвернуться и полностью игнорировать саркастические замечания Снорре. Отсутствие внимания к его персоне сделало свое дело: капитан замолк и нахохлился, разглядывая меня в упор. Я чувствовала его взгляд, но мысли мои были далеко.

При всем уважении к князю Лоркану, искать ему жену я не хотела. Хватало мне слухов о том, как он поступает с теми, кто посмел его оскорбить или пойти против воли. Если что-то не по душе, князь придумывал изощренные наказания для провинившихся. Конечно, не кровавые пытки, но…

Одного из придворных, посмевшего беззастенчиво глазеть на младшую сестру Девятого Дракона, постигла страшная кара. Весь его дом по приказу Лоркана завесили портретами княжны, но вход во дворец ему был заказан. Геммин смаковал подробности, я и сама видела его однажды. Очень грустный худой мужчина, взирающий на мир с усталостью. Он бродил мимо княжеского дворца, с тоской заглядывая в далекие окна, но князь Лоркан не привык менять гнев на милость.

Любовь… Кому как не свахе знать, какими тяжелыми бывают сердечные муки, особенно, если они не взаимны. Я прекрасно видела эту связь – призрачную цепь с серебряными, которая тянулась из груди мужчины ко дворцу. Видимая только для меня, она петляла между статуями Драконов в саду и терялась в галереях. Но видела я эту нить только если прилагала определенные усилия.

А история про гвардейца, сбежавшего на свидание из караула? Теперь бедняга следовал за Девятым Драконом след в след, не имея ни выходных, ни увольнительных.

Да, порой Лоркан перегибал палку, но все, без исключения, жители Аралиона души в князе не чаяли, а подобные выходки списывали на возраст.

Мы никогда не встречались лицом к лицу, я лишь наблюдала князя издалека на приемах, на которые меня без причины звали все чаще и чаще. В белом мундире, с перекинутой через грудь темной косой, Лоркан был чудо как хорош. Если не знать, конечно, что он своевольное чудовище во плоти.

– Задали же вы задачку, – внезапно сказал Снорре, отрываясь от окошка, словно там не было более ничего интересного. Как по мне, в Снорре было куда больше любопытного: северяне – редкость в Аралионе, а вокруг Снорре была еще и аура тайны, которая не давала покоя всем свободным девушкам Геммина и предместий. И некоторым замужним, к слову сказать.

– Задачку? – уточнила я, стискивая руки в кулаки и улыбаясь.

Снорре хитро улыбнулся, зарываясь пальцами в светлые кудри, как будто задумавшись. По сравнению с его кожей, очень белой, почти фарфоровой, моя была – цвета меди. Я ужасно ему завидовала: Снорре ходил под жгучими лучами без всякого опасения обгореть. Такая светлая кожа должна была покрываться волдырями как по щелчку пальцев, но нет, капитан без страха подставлял лицо солнечному свету.

– Задачка: почему ваша контора так популярна? “Влюбленный дракон”, кажется?

– ”Счастливый дракон”, – раздраженно поправила я. Экипаж трясло на каждой кочке, а Снорре лез на рожон, не в силах сдержать желание пообщаться. Или разозлить меня.

– Счастливый, влюбленный, какая разница! – капитан взмахнул рукой, широко ухмыляясь. – Высокопоставленные персоны только рады отдать вам денежки. Расскажите, каково это – зарабатывать, продавая воздух?

С такой откровенной издевкой я сталкивалась впервые, и потому, на мгновение онемела. Он считал, что я наживаюсь на своих клиентах?

За словом в карман лезть мне не приходилось, но с такой откровенной издевкой я сталкивалась впервые. Он считал, что я наживаюсь на своих клиентах? Допустив, он тоже не испытывал ко мне теплых чувств. Где же я так его задела?

И мне пришлось прибегнуть к проверенному способу избавления от докучливых персон:

– Капитан Снорре, я смотрю ваша левая рука пуста. Вы до сих пор не женаты?

Он украдкой взглянул на свою руку, свободную от обручального браслета. Я расцвела лучезарной улыбкой, которая обычно приберегалась для самых вздорных и заносчивых клиентов.

– Отличная новость! Только сейчас – специальное предложение: новым клиентам скидка! К тому же, я давно присмотрела замечательную кандидатуру для вас, капитан Снорре!

От фальшивого энтузиазма, которым озарялось мое лицо, Снорре растерялся. Не такой реакции он ожидал, ох, не такой!

– Знаю я, каких невест леди Ималия подбирает своим клиентам, – кисло отозвался капитан, нахохлившись, – благородные драконы рыдают, как дети!

– Ну что вы, капитан! – с жаром откликнулась я, выуживая из рукава визитку. Картонный прямоугольник с ярким логотипом “Счастливого Дракона” оказался перед носом Снорре. Капитан растерянно хлопал ресницами, не находя слов.

– Будущая невеста будет для вас прекрасной парой!

Взгляд Снорре стал слегка затравленным, словно он не знал, чего ожидать от сбрендившей девицы, которую ему довелось сопровождать.

Экипаж мягко притормозил на перекрестке, пропуская карету леди Ардалин, покидавшую княжеский двор.

– Смотрите, а вот и она! – я ткнула пальцем в окно.

Снорре вздрогнул, подумав, что я имею ввиду леди Ардалин, импозантную женщину лет шестидесяти с хвостиком, недавно оставшуюся вдовой. Но совсем с лица капитан спал, когда понял, что я указывала вовсе не на нее, а на юную девушку на другой стороне дороги.

Девица грязно-сером платье стояла среди деревьев и темным взором гипнотизировала влюбленную пару, которая нашла прибежище на лавочке в сквере. Вот-вот должна была разыграться нешуточная драма.

– Марна? – Снорре в ужасе отпрянул от окна, задергивая занавески в надежде, что Марна его не заметит. – Леди Ималия, да вы с ума сошли?

– Я могу соединять сердца, не забывайте, – пожала я плечами, понимая, что этот раунд остался за мной. Экипаж плавно двинулся вперед, заворачивая на подъездную аллею княжеского дворца.

Марна была одной из немногих в Аралионе, кто владел магией, но магического образования не имела. Ведьмовская сила, клокочущая внутри, была источником многих ее бед, и в результате чужих кривотолков и бесконечных ударов судьбы девушка озлобилась на весь белый свет. Мне было жаль парочку, которая попала под горячую руку, но еще больше было жалко саму Марну. Одинокая и потерянная, она день за днем бесцельно бродила по Геммину и заработала славу городской сумасшедшей. Лучшей кандидатуры, чтобы припугнуть Снорре, не найти.

– Так что, ждать вас в качестве клиента в “Счастливом драконе”? Марна все еще одинока, я бы могла с ней поговорить, – я склонила голову к плечу, щурясь от удовольствия. Видеть, как потерявший всю спесь Снорре старательно отводит взгляд, было как бальзам на душу.

– Упаси меня Дракон-Отец, – прошептал Снорре, окончательно скисая.

Я рассмеялась,понимая, что визит к Девятому Дракону больше не тревожил меня.

– В вас же нет драконьей крови, капитан?

Гвардеец криво усмехнулся, распахивая дверцу прежде, чем экипаж окончательно остановился.

– Вы правы, ни капли.

Порази меня пламя Дракона-Отца, если в голосе Снорре не звучала потаенная грусть.

Глава 2

Княжеский дворец встретил меня зеленью газона и алыми знаменами, реющими над главной башней. Золотой силуэт Дракона-Отца трепетал под порывами морского бриза, извиваясь, словно плыл по воздуху прямо ко мне. Крылатый змей разевал пасть, обнажая острые иглы зубов.

Я вдохнула соленый воздух и взглянула на полотнище пристальнее. Требовалось время собраться и войти в гостеприимно распахнутую дверь. Снорре терпеливо ждал, пока я решусь, и переглядывался со слугой. Тот застыл на пороге и улыбался мне, слегка скованно, словно не знал, чего ожидать. На его ливрее, в цветах княжеского дома Аралиона, скакали солнечные зайчики.

Мимо промаршировали гвардейцы, сменяя караул у главных ворот, ведущих к дворцу. Мелькнуло несколько знакомых лиц, в голове сами собой всплыли имена. Я помнила каждого из своих клиентов поименно, и не имело значения, сколько времени прошло с нашей встречи в гостиной “Счастливого Дракона”.

– Князь ждет, – напомнил Снорре, начиная терять терпение. Со вздохом смирения я преодолела несколько шагов, разделяющих меня и капитана. Не можешь чему-то противостоять, прими это как неприятную действительность.

В гулком прохладном холле, стоило пересечь порог, на меня уставилось несколько десятков внимательных драконьих глаз. Дракон-Отец Вергельд был повсюду – изображен на стенах в качестве фресок, на вазах, и даже плитка под ногами была выложена в виде когтистого предка.

Испытывающий взгляд Вергельда преследовал мне, как будто Дракон-Отец точно знал, что мне не следует здесь находиться.

– Госпожа, сюда, пожалуйста, – слуга почтительно склонился, открывая для меня дверь. Следом протиснулся и Снорре и застыл у входа мраморным изваянием. Я едва удержалась от комментария по поводу его глупого выражения лица. На нем не было ничего, кроме слепого обожания и щенячьей преданности.

Я оглядела комнату и оказалась слегка разочарованной. Обыкновенная гостиная загородного дома, если упустить из внимания факт, что находилась я в приемной Девятого Дракона. Сказать честно, я ожидала большего.

– И где же князь?

Этикет строго-настрого запрещал присаживаться, если собеседник более знатного происхождения еще на ногах. Или вовсе еще не явился. Снорре открыл рот, чтобы вновь схлестнуться со мной в словесной баталии, но энергичные шаги, донесшиеся из-за неплотно прикрытой двери, заставили его осечься. Толкнув дверь плечом, князь Лоркан почтил нас своим присутствием.

Так близко князя Лоркана я видела впервые. Известие о моем прибытии явно отвлекло его от прогулки верхом, и он пришел в чем был. Только князь мог позволить себе встретить леди в простой сорочке и свободных штанах из выделанной кожи. На лбу и висках еще дрожали бисеринки пота, в руках Лоркан держал хлыст, постукивая им по бедру.

– Леди Ималия? Не ждал вас так рано, – Лоркан подошел ближе, перекидывая небрежно заплетенную косу за спину. Он едва удостоил меня взглядом, даже когда я исполнила изящный поклон, следуя правилам придворного этикета. Уточнение князя было обосновано – мы не были представлены лично, никогда не встречались лицом к лицу. Возможно, он видел меня на приемах, но так близко – никогда. Я тщательно следила за тем, чтобы не попадаться ему на глаза чаще, чем нужно, от греха подальше.

– Прошу прощения, князь, что посмела отвлечь вас от прогулки верхом, – сдержанно отозвалась я. Если Девятый Дракон планировал побеседовать со мной ближе к ужину, то теперь старательно нащупывал верную нить разговора.

На мое замечание Лоркан цыкнул, щелкая хлыстом по голенищу сапога. Я прищурилась, забывая об инстинкте самосохранения.

– В княжеском роду принято приветствовать даму ударом хлыста?

Лоркан негромко рассмеялся, подходя к окну, и от звука его смеха я внутренне сжалась. Обернулась, рассматривая его фигуру на фоне оконного проема, залитую теплым, медовым светом.

– Пороть вас на конюшне я не планирую, – Лоркан повернулся, усмехаясь, – пока, по крайней мере. Но окончательное решение будет зависеть от итогов нашей с вами беседы.

Я выдержала его взгляд, не переставая улыбаться. Противостояние взглядов продолжалось несколько секунд, и в повисшей тишине стало слышно, как переговариваются слуги этажом ниже. Где-то вдалеке раздались мелодичные переливы колоколов Святилища Дракона. Скоро обед, подумалось мне с тоской. Была бы моя воля, повернула домой еще на пороге. Но было убегать, стоило выдержать испытание с достоинством. И увильнуть от предложенной работы с честью.

– Князь, – я склонила голову к плечу, – простите мое любопытство, но я вынуждена спросить.

Лоркан подошел ближе, откладывая в сторону хлыст. Он был полон внимания, слишком пристального, чтобы казаться искренне заинтересованным. Князь скучал, едва скрывая зевоту, и я радовалась. Это значило, что он не слишком рад моему визиту. Я вспомнила, что письмо-приглашение было подписано верховным магом Геммина, а не самим Лорканом. Вероятно, Девятый Дракон и вовсе против моего участия?

Я притворно вздохнула, обводя взглядов гостинную:

– Разве принято оставаться с незамужней леди наедине? Если вы желаете найти достойную невесту, следует вести себя более осмотрительно.

– С леди – нет, не принято, – Лоркан еще раз усмехнулся, усаживаясь в кресло. Он рассматривал меня без стеснения, словно недоумевал – как эта женщина здесь оказалась? И вновь пришла мысль – князь вовсе не в восторге от моего визита.

– Снорре не подойдет на роль свидетеля нашего совершенно безобидного свидания? Не доверяете капитану княжеской гвардии?

Я подарила князю укоризненный взгляд. Он был волен ерничать сколько угодно, я здесь была не по собственной воле.

– Снорре, – окликнул Лоркан телохранителя. Тот насторожился, становясь похожим на охотничью собаку, готовую рвануть по приказу хозяина вслед за зверем.

– Да, мой князь?

– Раз уж леди Ималия так обеспокоена своей репутацией, отвлеки Одхана от опытов – пригласи к нам.

Снорре отсалютовал, выходя за дверь. Мы остались наедине. Если кто-нибудь узнает, что я находилась с князем тет-а-тет, будет невесело. Чужие языки – злы, а слухи разносятся по Геммину быстрее княжеских указов. Уже завтра с утра меня могут ославить как любовницу Девятого Дракона, что повлечет за собой множество пересудов и косых взглядов от соседей, и не только. Просчитав в голове количество возможных убытков, я едва не застонала. Но до моих переживаний Лоркану не было никакого дела. Поудобнее устроившись в кресле, он закинул сапоги на кофейный столик, сложил руки на груди. С виду – дремал.

Воспользовавшись моментом, я огляделась чуть пристальнее. Меня снова окружали драконы, но куда в меньшем количестве. Кроваво-красное полотно украшало стену, и Дракон-Отец сурово взирал на меня, скалясь. От его застывшего взгляда по спине бежали мурашки, и мне с трудом удалось сохранить безразличное выражение лица. Под тяжелым взором Дракона-Отца, я автоматически поправила платье, перчатки, а затем… Затем ощутила на себе еще один взгляд, источник которого был куда ближе.

Лоркан, притворяющийся дремлющим, разглядывал мой профиль сквозь хитрый прищур. Поняв, что его разоблачили, князь заговорщицки улыбнулся. Уголки губ едва-едва дрогнули, и мое сердце пропустило удар. Убежденность, что ничего хорошего из этой встречи не выйдет, крепла минута за минутой.

***

Верховный маг Геммина Одхан питал слабость к эффектным появлениям и хотел поразить меня в самое сердце. Открыть дверь и войти было слишком скучно, Одхан в облике тени прошел сквозь дверь и поплыл ко мне по воздуху, простирая руки для приветствия. Его фигуру окутывал магический туман с искрами, от которого исходил слабый запах сирени.

Полупрозрачный силуэт медленно наполнялся красками, тень обернулась человеком из плоти и крови, и на скуластом лице волшебника расцвела такая широкая улыбка. Мне стало не по себе – не привыкла, чтобы мое появление в обществе вызывало такой бешеный энтузиазм. Мне бывали рады, но что бы так…

Вслед за ним в кабинет ворвался Снорре, раскрасневшийся и злой, как болотная ехидна. На Одхана он смотрел исподлобья, до хруста стискивая зубы. За недолгое отсутствие Снорре успели пребольно наступить на хвост.

– Исполнено, князь, – процедил Снорре сквозь зубы и отвернулся. Я надеялась, что капитан откланяется и слиняет нагонять шороху в гвардейских казармах, но нет. Замер у двери с каменным лицом, но в беседу не вмешивался.

Отлично, вместо одного мужчины – трое. Но никакого, впрочем, негодования по этому поводу я не испытывала.

– Леди Ималия! – Одхан бросился ко мне, целуя руки. Пока он в припадке чувств лобзал мои руки сквозь перчатки, я кинула взгляд на Лоркана. Неужели он не сделает замечания? Одхан, молодой и жизнерадостный, пускай и был верховным магом, ходил по очень тонкому льду. И делал это с виртуозным мастерством.

С учтивой улыбкой я безуспешно пыталась отнять руку, когда Одхан пошел в своей поцелуйной страсти на третий круг. Но маг вдруг поднял голову и с горечью прошептал:

– Вы пытались порвать мое письмо, леди. Такое огорчение!

Воспользовавшись подвернувшейся возможностью, я отдернула руки. Одхан взирал на меня с таким разочарованием, что кому угодно стало бы совестно. Но не мне.

– Прошу меня простить, мастер Одхан, – со вздохом призналась я, – вечно принимаю неверные решения. Надо было его сжечь.

Где-то у двери хмыкнул Снорре, безуспешно пытаясь сдержать смешок.

Одхан всплеснул руками и нахохлился, становясь похожим на гигантскую птицу. Особенное сходство придавала традиционная мантия верховного мага – черная хламида, сползающая с плеч и волочившаяся по земле, как будто в спешке Одхан натянул чужое платье. В Аралионе мужчины заплетали волосы в косы – но Одхан носил сразу три косы, огненно-рыжие, как пламя. Растрепанные пряди выбивались из нос, вились кольцами у висков. Но подобная небрежность и легкомысленность в образе культивировалась им специально. Не было никого опаснее во всем Геммине, чем верховный маг Одхан. После князя Лоркана, конечно же.

– Леди Ималия! Как вы могли! – маг картинно прижал ладонь ко рту, распахивая в притворном ужасе глаза. Какое счастье, что он пошел по стезе волшебства, а не в профессиональные актеры. Театры Аралиона с ума бы сошли от его “незаурядных” актерских способностей.

– Я так старался!

Одхан продолжал кривляться и не спешил переходить к делу. Терпение мое стремительно истончалось. Еще минута, и я бы покинула княжеский дворец без всяких церемоний. Время дороже.

Князь был того же мнения. Приоткрыв один глаз, он тихо, но веско приказал:

– К делу.

Одхан преобразился тут же: перестал паясничать и притворяться, что готов разрыдаться от досады. Скинув личину княжеского шута, он стал тем, кем и являлся – могущественным волшебником, правой рукой Девятого Дракона. В глубине зеленых глаз вспыхнули угли, предупреждающие вести себя вежливо и покорно. Как будто я когда-либо следовала чужим предупреждениям.

– Приношу свои извинения, – без притворного обожания улыбка Одхана стала гораздо приятнее. Голос – ниже, а в осанке появилось достоинство, присущее его положению. Пронаблюдав за метаморфозами, я поразилась: передо мной стоял совершенно другой человек, сосредоточенный и настроенный на серьезную беседу. Такой расклад меня устраивал.

– Думаю, леди Ималия уже знает, зачем ее сюда позвали. Позвольте мне добавить немного подробностей.

Я с благодарной улыбкой приняла из рук Одхана стопку бумаг, испещренных бисерным, мелким почерком. Их было бы достаточно, но волшебник решил внести окончательную ясность. В этих документах содержался целый перечень требований, которым должна была соответствовать будущая жена князя Лоркана. Неисчислимое количество, я сбилась на третьем десятке.

– Наш князь, поддавшись на уговоры ближайших соратников, собирается жениться, чтобы продолжить славный род Дракона-Отца.

– Ближайших соратников? – я с сомнением покосилась на Снорре, продолжающего терроризировать взглядом спину Одхана, и на самого мага, который пространно рассуждал о необходимости скорейшей свадьбы в интересах Аралиона в целом, и Лоркана в частности. – То есть, на ваши уговоры, мастер Одхан?

Одхан медленно моргнул, словно змея, пригревшаяся на солнце и криво усмехнулся. Солнечные лучи падали на рыжие косы, подсвечивая их изнутри янтарным светом. Впрочем, Одхана так просто было не смутить. Выдержав паузу, он запрокинул голову и рассмеялся:

– Ох, леди Ималия! Вас не проведешь!

Я пожала плечами, откладывая в сторону требования к княжеской невесте Зачем забивать голову лишней информацией, если планируешь наотрез отказаться от предложения?

– Нам нужна самая лучшая, – доверительным шепотом произнес Одхан, склоняясь ближе. От него пахло чем-то терпким, с легкой горчинкой, и я вспомнила, что сказал князь: “Отвлеки Одхана от опытов”. С чем же он экспериментирует? У магии нет запаха, даже у масштабных иллюзий. Она стерильна как приемная лекаря, зашивающего раны.

Я молчала, позволяя волшебнику развивать мысль, но почти каждый клиент приходящий ко мне, просит самую лучшую. Пришло время вступить в игру:

– Вы же понимаете, что это невозможно? – белые листы веером раскинулись по дивану. Прикусив губу, я подняла глаза на Одхана.

– Если я возьмусь за поиск невесты князю, многое из того, что содержится в списке, может не сбыться. Я соединяю сердца, не заключаю политически выгодные союзы!

Лоркан, до того момента участвующий в беседе лишь номинально, распахнул глаза. Тонким скальпелем взгляда он препарировал меня, методично раскладывая на составляющие.

– У вас интересный акцент, леди Ималия.

– Я много путешествовала.

Ладони мгновенно вспотели, по спине побежали мурашки. Казалось, князь видит меня насквозь. Но от дальнейших расспросов князь Лоркан воздержался; вновь откинулся в кресле, складывая руки на груди. Рукав сорочки задрался, обнажая багровую полосу совсем свежего ожога. Глядя на гладкую и блестящую кожу, я пыталась понять – где же так можно обжечься? Виднелась только часть раны, но она становилась шире и скрывалась от любопытных взглядов под рукавом. Руку в камине он держал, что ли, пока кожа не начала плавиться?

Лоркан вызывал у меня оторопь, как любой, кого я не могла понять. Чего он добивался?

– Не обращайте внимания на Лоркана, леди, – снисходительно проронил Одхан, мимолетно касаясь моей руки, – он думает, что я чересчур тревожусь о будущем Аралиона. Считает, что я параноик, если вижу врагов за каждым углом.

– А это не так? – бездумно брякнула я и только спустя долгую секунду поняла, что сказала. Одхан помедлил, а затем его губы растянулись в улыбке, которая говорила больше, чем могли сказать слова. В ее лукавом изгибе я увидела и уверенность, и обещание. Только чего?

Лоркан вновь приоткрыл один глаз:

– Господин верховный маг уверен, что женитьба – единственное, что сможет уберечь меня от поступков, о которых я могу пожалеть.

– Возможно, стоит к нему прислушаться? – я оказалась между двух огней, между молотом и наковальней. Действительно ли Лоркан скептически смотрел на возможную свадьбу? Ведь когда я вынесла вердикт, он нахмурился и упрямо поджал губы.

– Князь Лоркан высказывает мне величайшее доверие, но я вынуждено отказаться.

Лоркан прищурился, приподнимая бровь. Я находила под прицелом.

– В чем же причина? – Одхан выглядел искренне расстроенным, но не в моих правилах отступать

– Поиск невесты князю займет все время, и остальные клиенты останутся без внимания. Не могу этого допустить.

Я поднялась на ноги и подхватила зонтик, намереваясь закончить беседу. Одхан подскочил следом, хватая мою ладонь и крепко ее сжимая.

– Леди, прошу хорошо вас подумать и принять решение. Уведомить нас вы сможете любым удобным для вас способом. Подойдет что угодно! Хоть на древесной коре пришлите весточку!

Я вежливо поклонилась князю, с трудом выдергивая руку из цепкого хватки мага.

– Не думаю, что стоит ждать у моря погоды. Поищите другую кандидатуру. Всего доброго, господа!

– Проводи леди Ималию, Снорре. До самого выхода, – раздался голос Лоркана, все еще полулежащего в кресле. Я вспыхнула от уязвленной гордости.

– Если князь опасается, что я украду одну из его бесценных ваз, то напрасно, – надменно произнесла я, чувствуя, как в груди все полыхает, – они совершенно безвкусные.