Церцогиня под маской

— Прекрасно. Значит, обычные фокусы скоро перестанут работать. Тебе нужно научиться читать его мысли по дыханию и движению зрачков. И помни философию Королей: величайшая победа — это позволить противнику думать, что он тебя разгадал, и поймать его в ловушку этой иллюзии.

В полдень в замок Роквер прибыл неожиданный гость. Мужчина черном камзоле с жетоном Тайной Канцелярии. Граф де Морт — лучший следователь. Его прислал лично король, обеспокоенный слухами о «Тени в маске», которая заменила жандармерию.

За обедом де Морт сидел и сканировал всех присутствующих.

— Этот ваш герой, капитан Брок, — произнес де Морт, обращаясь к Адриану. — Это не просто разбойник. Он знает восточные единоборства и это женщина.

Адриан напрягся. Его пальцы сильнее сжали кубок. Эвелина, используя новые уроки Казимира, мгновенно это зафиксировала: «Зрачки Адриана расширились, левое плечо чуть подалось вперед — он защищает. Он защищает Тень!»

— Женщина? — переспросил Адриан, — Граф, при всем уважении, переулки порта — не место для барышень.

— О, поверьте мне, капитан, — тонко улыбнулся де Морт. — И я уже затягиваю петлю. Мои агенты выяснили, что Тень использует редчайшее масло дикого ореха для ухода за волосами — его привозят только под заказ для аристократии. Я уже проверяю списки всех дворянских домов в радиусе пятидесяти миль. Как только я найду флакон — я найду Тень.

Адриан побледнел и мельком посмотрел на Эвелину. Он вспомнил тот самый запах ореха от ее волос во время примерки колец. В его голове сошлись все кусочки пазла. «Боги Это она. Моя, покорная невеста — это Тень», — пронеслось в его мыслях, и Эвелина четко прочитала эту панику по его прерывистому дыханию.

Адриан оказался перед страшным выбором: сдать ее де Морту и выполнить долг офицера, или промолчать, став соучастником... преступления?

Адриан закрыл глаза, беззвучно выдохнув. Он принял решение. Долг гвардейца официально полетел в бездну.

День свадьбы. Главный собор города был украшен белыми лилиями. Музыка торжественно гремела под сводами. Эвелина в роскошном платье медленно шла к алтарю. Лицо скрывала густая белая фата, но под ней Эвелина была сияющей, уверенной в себе красавицей.

Адриан ждал ее у алтаря. Он был в парадном гвардейском мундире, но его лицо казалось каменным. В первом ряду гостей сидел де Морт, внимательно наблюдая за церемонией.

Когда Эвелина встала рядом, священник начал читать положенные молитвы о «покорности жены и власти мужа». Адриан наклонился к ней, якобы чтобы поправить ее фату, но на самом деле прошептал так тихо, чтобы слышала только она:

— Прекрасная маскировка, леди Эвелина. Или мне называть вас Тенью? Ищейка де Морт сидит в первом ряду. Около собора тридцать гвардейцев. Флакон масла дикого ореха, который я ночью тайно выкрал из вашей комнаты и выбросил в реку, спас вам жизнь. Но сейчас, перед Богом Клянусь, если вы скажете «да», вы станете моей главной узницей. Я не выпущу вас из замка ни на одну ночную прогулку.

Эвелина под фатой улыбнулась. Она слегка приподняла фату, открывая Адриану свое настоящее лицо — без бледной пудры, со сверкающими, умными глазами.

— О, капитан — так же тихо ответила она. — Вы думаете, что спасли меня, выкинув флакон? Как это мило.

Адриан на секунду потерял дар речи, его левая бровь взлетела вверх (абсолютное потрясение по Казимиру). В его душе зажегся такой яростный огонь, какого он не чувствовал ни на одной войне.

— Согласны ли вы, лорд Адриан Брок, взять в жены леди Эвелину Роквер? — торжественно спросил священник.

Адриан медленно взял ее руку и уверенно произнес:

— Да.

Эвелина:

— Согласна, святой отец.

В первом ряду Седрик шумно вздохнул, радуясь, что сестру наконец-то забирают, а де Морт продолжит искать шпионов среди столичных графинь.

Карета, увозившая молодоженов в замок Брок, погрузилась в молчание. Адриан сидел прямо, скрестив руки на груди, и пристально разглядывал свою жену.

— Значит, со мной маринованными огурцами пахло, — нарушил тишину Адриан, и в его голосе смешались возмущение и подспудное восхищение. — А у самой под матрасом склад ядов и банда воров в подчинении?— Дисциплина, капитан, — эхом отозвалась Эвелина, подмигнув ему. — Умение подчинять свои «хочу» слову «надо». Надо притвориться овсянкой — я притворяюсь.

Замок Брок встретил их величием и тишиной. Едва за слугами закрылась дубовая дверь спальни, Адриан решительно подошел к двери и повернул огромный ключ на три оборота. Щелчок прозвучал как выстрел. Более того, он вытащил ключ, спрятал его в карман мундира.

— Что вы делаете, милорд? — спросила Эвелина, присаживаясь на край огромной кровати.

— Реализую права законного супруга, — твердо ответил Адриан, снимая перевязь со шпагой. — Мой долг — оберегать твою жизнь, Эвелина. Даже от тебя самой. Ищейка де Морт все еще в городе. Никаких ночных прогулок. Сегодня Тень официально уходит на покой.

— Запирать женщину — это тактически неверный ход, — мягко заметила она.

— Посмотрим, — Адриан устало улыбнулся, сел в кресло напротив и закрыл глаза. — Спокойной ночи, жена.

Эвелина вздохнула. «Ох, святая невинность, — прокомментировала в ее голове леди Вивиан. — Он думает, что замок на двери останавливает женщину. Милая, покажи ему, как работает заколка для волос».

Эвелина бесшумно встала. На ней все еще было свадебное платье, но двигалась она с грацией дикой кошки. Адриан, утомленный безумным днем, на секунду задремал. Когда он открыл глаза от странного шороха, Эвелина стояла у настежь открытых дверей, держа в руках его собственный ключ.

— Как?! — Адриан вскочил, проверяя карман мундира. Тот был пуст. — Когда ты успела?

— Истинный воин забирает победу до того, как противник поймет, что началась война. Ну что, капитан? Идешь со мной, или останешься охранять пустую спальню? Нам нужно забрать мои вещи из Роквера. Кое-что очень ценное.

Адриан посмотрел на закрытую дверь, затем на свою жену. На его губах медленно поползла обреченная, но азартная улыбка:

— Ведите,прекрасная леди. Но если нас поймают, я скажу, что ты взяла меня в заложники.

Через час, минуя потайные ходы, они проникли в заброшенное крыло замка Роквер. Нажав на дубовую панель, Эвелина пропустила мужа вперед.

Адриан осторожно шагнул в крошечную, затянутую паутиной каморку. На каменном столе горела свеча, освещая стопку старых книг.

— И это твое тайное логово? — удивился капитан, оглядываясь. — Здесь же только пыль и...

— И мы! — громогласно раздалось под потолком.

Серебристый туман мгновенно заполнил комнату. И перед ошеломленным гвардейцем соткались четыре призрачные фигуры.

— Разрази меня гром, это же кавалерист! — рявкнул сэр Гавейн, летая вокруг Адриана и критически осматривая его шпагу. — Хват хороший, но локоть завален! Парень, кто тебя учил колоть? Твой учитель был слепым кротом!

— О боги, еще один военный, — поморщился лорд Бальтазар, поправляя призрачные очки. — Эвелина, скажи мне, что у него хотя бы есть сбережения. Этот господин выглядит как чистый дефицит бюджета.

— У него прекрасный центр тяжести, — примиряюще заметил Мастер Ли, паря в позе лотоса. — Но слишком много мыслей в голове. Мысли мешают телу танцевать со смертью.

— Зато каков мужчина! — облизнулась леди Вивиан, проплывая мимо застывшего Адриана и подмигивая ему. — Эвелина, дорогая, одобряю. Талия узкая, плечи широкие.

Адриан стоял неподвижно. Его лицо выражало высшую степень изумления. Он переводил взгляд с усатого рыцаря на летающего китайца, затем на казначея и куртизанку.

— Эвелина — тихо произнес он. — Скажи мне, что у меня галлюцинации.

.— Нет. — ласково улыбнулась Эвелина. — Познакомься, это мои учителя. Они живут в книгах. Ну, точнее, они и есть книги.

Адриан внезапно рассмеялся.

— Знаешь, Эвелина, — сказал он, глядя на призраков. — В академии нас учили, что армия — это высшая сила в государстве. Но теперь я вижу, что высшая сила — это обиженная девчонка, которой не покупали новые книги.

— Философия проста, капитан, — вкрадчиво произнес гроссмейстер Казимир, материализуясь из темного угла. — Сила клинка ограничена его длиной. Сила армии — количеством солдат. Но сила ума, подпитанная уязвленным самолюбием и хорошей литературой, не имеет границ. Вы взяли в жены не просто женщину. Вы взяли в жены Будущее. Вопрос в том, готовы ли вы стать его частью?

Адриан посмотрел на Эвелину. В свете свечи ее лицо, было прекрасным, живым. В ее глазах горел тот огонь, который он искал в тумане портовых переулков.

Капитан подошел к ней и взял за талию, притягивая к себе:

— Похоже, у меня нет выбора. Но у меня есть одно условие, жена.

— Какое же? — приподняла бровь Эвелина.

— Ночные патрули — только вместе. Я не могу позволить, чтобы Тень города Роквер гуляла без конвоя. И — он мельком взглянул на Гавейна, — пусть этот усатый господин все-таки покажет мне, почему мой локоть считается «заваленным».

Вечером в спальне замка Брок подготовка к ночному выходу приняла неожиданно интимный оборот. Эвелина стояла перед большим зеркалом.

Адриан подошел сзади. Его сильные ладони легли на ее обнаженные плечи, медленно скользя вниз по гладкой коже, от которой пахло диким орехом. В полумраке спальни ее фигура казалась выточенной из благородного мрамора — изящная, гибкая, сильная.

Эвелина обернулась в его руках, ее ладони легли на грудь мужа, медленно расстегивая верхние пуговицы его рубашки. Она потянулась вверх, дразняще коснувшись своими губами его губ.

Адриан усмехнулся, прижимая ее ближе к себе так, что она почувствовала жар его тела и стук сердца. Эвелина ловко выскользнула из его объятий, оставляя на его губах вкус предвкушения, и потянулась за облегающим черным кожаным костюмом.

Они вернулись в свой замок, когда небо на востоке начало светлеть. Сбросив маски, они стояли у окна, глядя на просыпающийся город.

— Ну что, леди Брок, — Адриан нежно обнял ее сзади, утыкаясь носом в растрепанные волосы. — Мы навели шороху. Что дальше?

— Дальше, дорогой мой капитан, — Эвелина повернулась к нему и мягко улыбнулась своим настоящим лицом, — мы откроем еще одну книгу. Но сначала давай наконец-то выспимся.

Комната взорвалась дружным призрачным хохотом. Свадебная ночь леди Эвелины и капитана Адриана Брока началась не с банальных клятв, а со звона тренировочных клинков и тихой, счастливой философии двух людей, которые нашли друг друга в самом глубоком омуте этого королевства.

Королевский дворец в столице сиял тысячами свечей. На главном балу года собрался весь высший свет, включая семейство Роквер. Герцог и его сын Седрик стояли у фуршетного стола. Герцогиня нервно обмахивалась веером.

Вдруг глашатай громогласно объявил:

— Их светлости, лорд Адриан Брок, граф Южный, и его супруга, леди Эвелина Брок, урожденная герцогиня Роквер!

Двери распахнулись. Зал ахнул.

Под руку с блистательным капитаном шла невероятная красавица. Эвелина, ведомая уроками леди Вивиан, двигалась с кошачьей грацией. На ней было облегающее изумрудное платье, открывающим безупречную линию шеи и плеч. Ее мышиные когда-то волосы струились шелковой волной. Она шла так, словно этот дворец построили исключительно для ее триумфа.

Герцогиня выронила веер прямо в суп стоявшего рядом маркиза.

— Э-Эвелина?.. — прозаично пискнул Седрик, у которого от удивления вытянулось лицо.

Молодожены подошли к онемевшему семейству. Адриан безупречно поклонился, а Эвелина ослепительно улыбнулась своей матери.

— Добрый вечер, матушка, — произнесла Эвелина. — Вы так бледны.

— Но как?! Твои волосы, твоя осанка — задыхалась герцогиня.

Герцог-отец лишь судорожно сглотнул, а Седрик незаметно поправил левое плечо. Гроссмейстер Казимир из своей призрачной книги наверняка поставил бы этой мизансцене высший балл.

Прошло два года. Наследство покойного дяди Брока процветало, а Тайная Канцелярия де Морта окончательно смирилась с тем, что в городе больше нет преступности — Тень в сером плаще и гвардеец в полумаске навели в переулках абсолютный, почти пугающий порядок.

В один из тихих вечеров в той самой заброшенной каморке замка Роквер, ставшей теперь их семейным архивом, было шумно. На каменном столе, прямо между старинными фолиантами, стояла резная деревянная колыбель. В ней лежал полугодовалый малыш с серыми глазами отца и хитрым прищуром матери.

Над колыбелью, толкаясь и споря, зависли четыре серебристых призрака.

— Посмотрите, как он держит эту погремушку! — гремел сэр Гавейн. — Хват идеальный! Парень рожден для тяжелого полуторного меча! Я лично сделаю из него Первого Клинка Империи!

— Зачем ему железяка, старый ты олух? — ворчал лорд Бальтазар, поправляя очки. — Вы посмотрите, как он перебирает пальчиками. Он явно считает! Я вижу в нем будущего главу торговой гильдии. Эвелина, дай ему пергамент, пускай набросает смету на пеленки.

— Дитя должно дышать гармонией, — мягко улыбнулся Мастер Ли, паря в позе лотоса над балдахином. — Он спокоен, как вода в пруду. Из него выйдет великий философ.

— Ой, да замолчите вы все, — жеманно отмахнулась леди Вивиан. — Посмотрите на эти реснички и этот капризный ротик! Мальчик будет разбивать сердца всей столичной знати. Я научу его стрелять глазами так, что фрейлины будут падать в обморок до того, как он скажет «привет».

Малыш в колыбели весело агукнул и точным, плавным движением (явно по методике Мастера Ли) ухватил призрачного Гавейна за кончик его усов. Призрак замер, боясь пошевелиться, а комната взорвалась дружным хохом.

Позже, когда призрачные учителя вернулись на свои страницы, а ребенок уснул в детской под присмотром надежной няни, Адриан и Эвелина остались в комнате одни. На каменном столе догорала свеча.

Эвелина сидела на краю стола. Черный кожаный костюм Тени плотно облегал ее постройневшую, соблазнительную фигуру. Адриан подошел вплотную, его руки уверенно легли на ее бедра, притягивая к себе. Он медленно расстегнул молнию на ее вороте, обнажая шею, и прижался губами к горячей коже. Эвелина тихо вздохнула, запуская пальцы в его темные взъерошенные волосы.

— Знаешь, — прошептал Адриан, отрываясь от ее шеи и глядя в ее искрящиеся глаза, — де Морт сегодня на совете признался, что Тень — самое прекрасное и опасное явление в его жизни. Если бы он знал, что эта Тень сейчас сидит на моем столе без маски

— Меньше разговоров, министр финансов, — улыбнулась Эвелина, вовлекая его в глубокий, страстный поцелуй, в котором не было места маскам, притворству и законам. Их тела двигались в одном ритме — ритме, который они выучили спина к спине в темных переулках.

Когда пламя свечи совсем уменьшилось, из угла комнаты соткался силуэт гроссмейстера Казимира. Он посмотрел на обнимающихся супругов и тихо, с мудрой улыбкой произнес:

— Вы искали силу в науках, Эвелина. Вы искали порядок в уставах, Адриан. Но помните главную философию Королей, которую не запишешь ни в один гроссбух. Самая великая магия в этом мире — это любовь. Фехтование защищает тело, экономика строит замки, а травы лечат раны. Но только любовь способна превратить серую, никому не нужную мышь в королеву, а сурового солдата — в счастливого человека. Это единственная книга, которую вам придется писать всю жизнь вместе. И в ней не должно быть черновиков.

Казимир растаял в воздухе. Эвелина положила голову на плечо мужа, чувствуя его тепло и надежность. Книги на столе молчали, но их история только начиналась. История о девочке, которая нашла свою ценность не в бальных платьях, а в самой себе, и о мужчине, который не побоялся влюбиться в шторм.