Пиф-Паф 3

Тимофей протянул рисунок, где довольно карикатурным образом была очерчена чёткая фигура преступника.

- И на этом спасибо, - похвалил его Евгений. – Он какой-то звук не издал случайно? Кашель, чихание, может, громкое дыхание?

- Нет, - разочаровал их Тимофей. – Я всего-то видел его в течение нескольких секунд.

- Может быть, был какой-то определённый запах, духов, пота, сигарет? – Спросил Георгий, но и ему свидетель тоже ответил отрицательно.

- Не могла быть это переодетая женщина, по-вашему? – Спросил Евгений, надеясь отработать этот вариант.

- Не думаю, - не уверенно ответил Тимофей. – Нет, думаю, что мужчина.

- Хорошая выправка у него, и к стене он не прислонился, военный, интересно, что ли? – Задумался Евгений, глядя на рисунок. – Полицейский, пожарный, сотрудник службы спасения?

- Или спортсмен, - стал перебирать свои версии Георгий, - артист, манекенщик, телевизионщик, учитель физкультуры, зожник, танцор?

2) Раннее утро – «Вот и съездил на дачу»

- Всё может быть, подумаем. – Задумчиво ответил Евгений. – Давайте к сегодняшнему утру перейдём. Значит, вы встали так рано, чтобы поехать к жене на дачу?

- Да, они там сидят с понедельника, у него кашель просто, а там у нас сосны вековые, высокие-превысокие, и природа – прямо благодать, и жена решила лечить природным кислородом вместо ингаляторов, - объяснил Тимофей. – Хотел им продуктов привезти, но вот незадача.

- Извините, - сказал Евгений, почувствовав неловкость, - нам надо было сперва вас допросить, а потом уже консьержку.

- А, нет, теперь уже можно не спешить, - заверил их Тимофей. – Теперь у меня уважительная причина. Да вы не переживайте, там есть магазин, и даже не один. Им просто хотелось меня лишний раз сдёрнуть, чтоб я сильно тут один не расслаблялся. А теперь мне можно никуда не спешить.

- Ясно, - понимающе согласился Евгений, жена которого почти постоянно жила на даче в весенне-летний период. – Итак, вы спустились по подземному лифту вниз, вы сразу заметили машину Сергея?

- Нет, я полусонный шёл, с большой сумкой, - стал рассказывать Тимофей, - загрузил сумку в багажник, сел за руль, чуть прогрел двигатель, начал выезжать, и только тут заметил, что на повороте есть машина. Я чуть испугался, если честно, такого не ожидал. Остановил машину, вышел и поспешил туда пешком. У нас ведь спуск непрямой под землю, чтобы резкого разгона не было. Подошёл к повороту и увидел, что случилось. Сергей лежал на руле, но стекло было разбито, и было много крови. Я подошёл ближе, потому что подумал, что вдруг он ещё живой, и ему требуется помощь, но увидел, что уже поздно. Не стал к нему прикасаться и сразу позвонил в полицию. Вот и съездил на дачу, называется.

- Как вы думаете, как именно могло получиться, что само убийство никто не увидел и не услышал? – Спросил Евгений, желая услышать версию жильца этого дома.

- Думаю, машина при подъезде к дверям гаража остановилась, но потом Сергей переставил ногу назад на педаль газа, и именно в этот момент раздались выстрелы. – Стал рассуждать Тимофей. – Думаю, что даже после смерти давление на педаль сохранилось, поэтому машина поехала. Первый плавный поворот она проехала, потому что руль был уже заранее повёрнут в нужную сторону, а во второй уже не вписалась.

- Да, похоже на правду, - согласился Евгений. – Когда машину уберут, мы поэкспериментируем на машине с похожей системой управления. Почему закрылась дверь гаража?

- А она всегда закрывается автоматически через 15 секунд после проезда автомобиля, - объяснил Тимофей.

- Да уж, получается, что если бы не ваш больной ребёнок, то вообще не понятно, когда бы это обнаружили, учитывая, что у вас так мало жильцов в подъезде, - проговорил Евгений, - может, и в понедельник.

- Да нет, Марина Владимировна каждый день и подъезд, и гараж начищает, - заверил следователей Тимофей. – С ними не забалуешь, всё под контролем. Может, оно и к лучшему.

3) Сергей Литовчин – «Я что-то в этой жизни понимаю»

- Возможно, - согласился Евгений. – Скажите, а можете нам описать вашего соседа, не внешность, в смысле, а характер, какой он у него был?

- Мерзкий, если честно, - сморщил губы Тимофей. – Я сперва думаю, о, парень молодой, может, весело будет с ним, а то у нас тут одни респектабельные слишком все. Но нет, зря я только начал радоваться. Понимаете, он даже разговаривал грубо, надменно, типа, если я художник, то никто, по его меркам. А что делать, я же не виноват, что моя жена – дочь крупного чиновника, что мне теперь, нельзя здесь жить, что ли? Ну, на самом деле, я пару раз всего с ним только общался, на парковке, сначала я трос у него спросил, он грубо ответил, что такого хлама он не возит, захлопнул дверцу и уехал, не попрощавшись. Потом он через какое-то время пришёл и начал мне высказывать, что мой сын, видите ли, слишком близко рассматривал его машину, так, что у него сигнализация заорала. Уже и посмотреть нельзя, что ли? Я ему и посоветовал отладить систему, чтобы она была менее чувствительной. А он меня послал куда подальше. Мне так каждый раз после этого и хотелось ему по колёсам вдарить, чтобы у него она каждый день орала.

- А убить случайно не хотелось? – Спросил Евгений и уставился на соседа.

- Нет, к счастью, я что-то в этой жизни понимаю, - ответил Тимофей, почувствовав себя неуютно под взглядом следователя.

- Ладно, не переживайте особо, я просто так спросил, - успокоил его Евгений. – Привычка. Спасибо за ваш подробный рассказ и рисунок. Вот вам наша визитка, если что узнаете или вспомните, звоните. До свидания.

- До свиданья, - выдохнул напрягшийся до этого Тимофей. Когда следователи ушли, он сперва расслабился, вымыл чашки, а потом, заскучав и по жене с ребёнком, и по матушке-природе, рванул всё-таки на дачу.

9. Дмитрий Ротмистров и риэлтор – «Да какая она там взрослая-то?»

- Привет, Денис, как дела? – Дмитрий поприветствовал своего бывшего одногруппника. – И в субботу трудишься?

- А как же, у нас суббота и воскресенье – самые прибыльные дни, забыл, что ли? – Усмехнулся Денис. – Мы на неделе отдыхаем. Дела нормально, всё, как обычно. Как сам-то?

- Да не очень, на самом деле, - не хотел посвящать друга Дмитрий во всю его историю. – Слушай, я по делу к тебе, ты не думай, что я собираюсь дружбой пользоваться, я тебе заплачу за услуги, как полагается, только найди мне хорошую квартиру, ладно? У меня дочка съезжать собралась, выросла девка, хочет сама жить. Конечно, о покупке и речь не идёт пока, финансы не позволяют, да и отношения у меня с ней не сахар, но вот снять какую-нибудь недорогую квартиру я бы не отказался.

- Тебе срочно надо или ловить какую-то получше? – Сразу перешёл к делу Денис.

- Не знаю даже. Я, конечно, бы сам не торопился, и выбрал бы что получше. – Рассуждал Дмитрий. – Но жена и дочка в один голос требуют, чтобы пораньше.

- А жена-то почему? – Удивился Денис.

- Да не можем мы в одной квартире с дочкой ужиться, понимаешь? – Не выдержал Дмитрий и начал рассказывать. – Встаёт, когда захочет, за собой не убирает, пока на неё не наорёшь, ничего, кроме бутербродов и смузи не умеет готовить, в комнате бардак, ты бы видел, что там творится. Музыка во всю громкость включена, голоса такие дурные у певцов, ты бы слышал! И когда я начинаю на неё орать, она тоже орёт, что у неё есть право на личное пространство, я не должен пересекать её комнату, она уже взрослая и так далее. Что музыка нормальная, просто я её не понимаю, тупой я, прикинь?

- Ну ладно тебе, - сказал Денис, улыбнувшись. – А то ты сам в её возрасте всё убирал у себя и музыку не слушал? Мы ещё и бухали, между прочим, если ты вдруг забыл.

- У меня другая ситуация была! – Возмутился Дмитрий. – У нас денег ни гроша не было, я официантом подрабатывал после учёбы, приходил, еле ноги волочил домой. А у неё – всё готовенькое, образование я оплачиваю, денег хватает, мамочка на неё надышаться не может, вот она и диктует свои условия, мне, представляешь? Учиться она вообще не хочет, потому что она, видите ли, не желает быть экономистом. Она, типа, как я, хочет на телевидение. Да на этом телевидение столько грязи, никакой Геракл это не вывезет! Да и какая она там взрослая-то? Она ещё и пороху не нюхала в этой жизни, чтобы так заявлять. Начиталась всяких романов, и думает, что самая тут умная! А вот пусть поживёт одна, увидит, что значит и самой убираться, и самой готовить, и самой стирать и гладить, я жену туда на пушечный выстрел не подпущу! Раз захотела сама, так пусть и справляется сама! Надоела, овца блин! Столько делаю для неё, только на неё и горбачусь, а ей всё мало, только деньги требует и на шмотки, и на тусовки, а что касается работы по дому – нет, она, видите ли, устала! Бесит прямо. Давай уже лучше сразу, что есть, пусть катится из моего дома вон, раз такая выросла умная.

- Да, Димон, что-то тебя колбасит прямо, я посмотрю, - заметил Денис. – А помнишь, как мы в универе тоже музон слушали, а на нас родаки орали, что тупые песни были?

- У нас философские песни были, ты не путай, Ден. В них был смысл, не то, что сейчас! – Взревел Дмитрий. – И, главное, что бесит. Стоит какая-нибудь дрыгалка и трясётся с микрофоном, фальшиво напевая, и, главное, что? Кино, Алису, Наутилус! Какого чёрта? Это наши песни! Пойте, блин, свои, дебилоидные!

- Сейчас времена другие, Дим. А тем, кто на улицах песни исполняет, тоже не хочется новые песни петь. Песни нашей молодости – это протест против насилия взрослых над молодыми, так что это не чьи-то песни, это уже классика! – Заметил Денис. – А ещё, в знак протеста мы курили, помнишь? «Назло я бабушке себе я уши отморожу!» - так это называется, только доходит не сразу это всё. Хорошо хоть, что бросить вовремя смогли, успели до серьёзных последствий. Молодые сейчас хотя бы не курят, ну или так часто это встречается, как раньше, хотя бы.

- Да уж, умеешь ты успокоить, - вздохнул Дмитрий.

- Так, ладно, я тебя понял, говори, какая там квартира-то нужна? – Перешёл к делу Денис. – Сейчас поищем.

10. Артём Зимович, Анна и Матвей – «Телевидение»

1) Ссоры Крамдина и Литовчина – «Мы все его тут не любили»

Анна и Матвей вошли в кабинет, в котором над длинным столом было установлено девять мониторов сразу, а также несколько компьютеров и звуко- и видеомикшеров. За столом сидел и работал мужчина среднего роста около сорока лет, с сединой и лысиной на затылке. Он улыбнулся следователям приветливо, что было достаточно необычно.

- Здравствуйте, вы – Артём Станиславович Зимович? – Протягивая открытое удостоверение для просмотра, спросил на всякий случай Матвей, думая, что они ошиблись дверью. – Мы будем вести аудио и видеозапись допроса.

- Да, здравствуйте, он самый, - улыбнулся он ещё шире. – Знаете, мне, наверное, надо притвориться, что я сильно переживаю из-за смерти коллеги, но нет, как видите, я не расстроился, мы все его тут не любили. Старик был Сергеем недоволен, особенно с начала, когда тот только начал у нас работать. Уж так старик кипятился, я даже боялся, что его удар хватит. Знаете, так он на него орал, что у него даже челюсть сводило, не давая слова произносить. Я боялся, что он его рано или поздно прибьёт.

- Почему они ругались? – Найдя крохотную паузу, вставил короткий вопрос Матвей.

- Да потому что с ним никто не посоветовался, взяли его, сырого, ничему не обученного, да ещё и с гонором, как у спесивого пса. Нет, он, конечно, учился там, он тележурналист по диплому, ничего не скажешь, но он вообще ничего не понимал в специфике нашей передачи. Старик её сделал на волне первых санкций, когда только начала возрождаться наша экономика в полную силу, когда запустились снова заводы, закрытые когда-то, стали строиться новые предприятия, снова разрабатываться месторождения. Старик – он, молодец, знаете, поймал эту волну, когда все орали про Крым и майдан и америкосов, он почуял новое в экономике и предложил национальный проект, и наш главный на канале, который в основном всё время политикам отводил, понял, старик – дело говорит, надо ему тоже эфир дать. Так и родилась эта передача. Старик столько сил в неё вложил, столько себя самого – не передать. Я ему помогал, и помогаю, и помогать буду всегда, я в него верю, он нужное дело делает, понимаете?

- Да, - поддакнула Анна, которая просто дар речи потеряла от такого потока слов, который на них обрушился.

- Ну а тут взяли этого Сергея, который хотел своими репортажами старика изжить со своего места, чтобы все на него одного – звезду новую – только и смотрели. – Артёма понесло. – И пришёл, и начал тут делать то, что не входило в формат – начал недостатки искать производств, неправильные, по его мнению, решения освещать, в общем, обрушил волну критики, хотя наша задача была и остаётся – поднимать экономику с колен, а не проблемы в ней искать. Ему на другую надо было бы передачу, в новости, или в криминальную хронику, но нет, его именно в нашу принесло.

- Погодите-ка, - Матвей, наконец, смог влезть в это неиссякаемое русло бешенного словопотока, - как мы знаем, он пришёл на это место, потому что оно было свободно, из-за того, что ваша бывшая корреспондент ушла на другой канал.

- Да нет, всё не так было, вы только старику не говорите, а то он не выдержит, - Артём снизил громкость своих слов, - когда Сергей только пришёл, и начались первые ссоры, я испугался за старика, и пошёл к главному. Говорю: «Что хотите делайте, но только уберите этого Литовчина отсюда, а то старика удар хватит». А он мне, только это секрет, и говорит: «Не могу, это сверху прислали, не могу сказать откуда, именно в эту передачу. Сперва на другом канале соломки подстелили, чтобы туда Лаботину переманить, а уж потом, когда она ушла, поставили к вам Литовчина. Терпите. Сам не выдержит и уйдёт. Только старику ни-ни, пусть не знает об этом».

- Почему, как вы думаете, кто-то сверху так хотел, чтобы он сюда пришёл? – Спросил Матвей, которому стало жаль «старика» Крамдина.

- Я сперва тоже не понимал, - Артём начал новый опус. – Думаю, ну он же из Питера, там, наверное, связи разные, решил не вмешиваться. А потом узнал, кто у него папашка, и понял всё сразу. Это не с того верху прислали, которого я испугался. Значит, его большому бизнес-папе нужно было что-то под себя регулировать, вот он и прислал сыночка. Но ничего не скажу, работы меньше не стало, где-то заказов прибавилось даже.

- Игорь Валентинович только вначале ссорился с Литовчиным или продолжал всё время это делать? – Матвей спросил Артёма, надеясь поскорее выбраться от этого собеседника.

- Только вначале, потом успокоился, - снова стал рассказывать долго и много Артём. – Понимаете, ну что тут толку орать, когда этот всё равно всё по-своему сделает? Ну, может, объяснили ему что-то тоже. Он – старый, пенсия скоро, а этими криками – только себе здоровье портить. В общем, он стих, но всё равно всё по-своему делает. Литовчин едет и снимает всякую ересь, а мы всей командой все его наезды вырезаем и оставляем только то, что подходит под формат. То есть, формально он делает то, что крутой папочка ему говорит, а на самом деле всё получается, как Игорь Валентинович решит. Так что, по сути, нет и смысла орать. Как он это понял, так и перестал. Мели, мол, Емеля, твоя неделя, всё равно всё повырежем.

2) Отношения с остальным коллективом – «Ух, как все ругались!»

- Как у Сергея складывались отношения с остальными членами коллектива? – Перешёл Матвей ко второй части допроса. – С вами? С другими работниками?

- Да отвратительно со всеми абсолютно, что там говорить? – Начал новую тираду Артём. – Нет, надо сказать, что Димарий мог с ним как-то общаться, он вообще у нас тихий, да и каблук, по правде говоря. Ну Зоя, кстати, она тоже с ним общалась, но она со всеми сразу, как Эрдоган. А вот остальные – ух, как все ругались! К одному он приставал, чтобы быстрее всё делал, к другому – чтобы ему больше времени предоставляли, третья не так выглядит, ну всё ему было, буквально – всё, не так, не по его хотению!

- Что значит «не так выглядит»? – Прицепилась Анна к его словам. – Это кто и как было нужно?

- Ну это он к Зое, она, по его мнению, сильно старомодная – каблуки высокие, платья, это всё прошлый век, по его мнению. – Артёма трясло от этого. – Он ей говорил, что современные девушки ходят в кроссовках и в удобной одежде, а она смотрится нелепо и выглядит гораздо старше своих лет в этой своей одежде «в стиле классики». Он просто не понимал, что значит «формат передачи». Старик всегда в костюме, при галстуке, а Зоя должна, по его мнению, в дырявых джинсах тут скакать? Но, к слову сказать, Зоя с ним не ругалась, не то, чтобы между ними какие-то отношения были, нет, но она никогда с ним не конфликтовала и даже иногда защищала.

- Так, а к вам лично какие были претензии? – Матвей решил, что с этой девушкой надо встретиться.

- А я, видите ли, с помощью ИИ вопросы составляю! – Артёма несло. – Нет, ну вы только подумайте! Как будто это запрещено, даже если бы я и правда это делал! Да я тут с этой передачей ношусь, как с курица с яйцом, в руках всё горит, составляю, приглашаю, планирую, утрясаю, везде за всё отвечаю, ещё и тексты, видите ли, должен авторские делать. Да нафига это нужно вообще? Наш старик – ведущий с огромнейшим стажем, ему только общую концепцию набросать в виде плана, и дело с концами, он сам всё свяжет и оформит, как надо. А Литовчину я начал по привычке писать, вот тут он как начал возникать, зачем такие пустые неинтересные, по его мнению, тексты давать, он бы сам лучше сделал, ну вы думаете, что я тогда сделал? Да плюнул и всё! Дал ему то, что он так просил, он сам после этого составлял все тексты для себя, а мы потом вырезали и монтировали, как надо. Хоть бы Лаботина теперь назад вернулась, хоть бы старик её уломал!

- Алла Лаботина пересекалась с Литовчиным по работе? – Успел вставить Матвей.

- Да, специфика-то передач общая, они часто виделись на разных экономических форумах, конференциях и так далее. – Тут вдруг Артём стушевался. – Я не очень всё понял, если честно. Она вроде даже старалась ему понравиться сперва, потом перестала, начала сторониться. Вроде как отворот получила, но я не спрашивал, я-то сам её редко видел, сами понимаете.

- Как она выглядит? – Заинтересовался Матвей. – Особенно рост интересует.

- Она очень высокая, - ответил Артём, и Анна принялась быстро искать её в соцсетях, - красивая, с длинными каштановыми волосами, глаза карие, да, вот она, точно.

Анна повернула остальным свой планшет с её портретом, на них, лучезарно улыбаясь, смотрела очень приятная девушка.

- Как её можно найти? Дайте нам её телефон, пожалуйста, - попросила Анна.

Артём спросил номер Анны и переслал ей нужный телефон.

- Она сейчас на работе или дома? – Спросил Матвей, поняв, что к ней нужно обязательно.

- Понятия не имею, если честно, - отрицательно поводил головой Артём.

3) «Винный комбинат» - «Вот, наконец, Сергей своё получит»

- Расскажите нам, пожалуйста, про историю с арестами на заводе «Винный комбинат» после репортажа. Были ли оттуда какие-то угрозы в адрес корреспондента? – Перешёл на новую тему Матвей.

- Да, угрозы точно были, - Артём аж передёрнулся при воспоминании. – У нас чуть телефон не взорвался, вы себе не представляете, как нам угрожали, когда рассказывали, что с нами хотели сделать. А я себе посмеивался, вот, наконец, Сергей своё получит. Может, узнает, наконец, как ездить критиковать всех, может, научится сдерживаться.

- Реализовали ли они какую-то из своих угроз? Что они вообще предприняли, в связи с этим? – Матвей нахмурился.

- Нет, вроде, я, во всяком случае, такого не знаю, - растерялся Артём. – Как-то само собой всё затихло.

- Вообще, завод полностью закрыл свою деятельность с тех пор, как прошло расследование? Или только та часть завода, где были выявлены нарушения, была приостановлена? – Матвей понимал, что кто-то из их отдела должен будет туда поехать.

- Нет, конечно же не весь, кто ж его полностью закроет, это же сверхприбыль, там много кто замешан, помимо заводского начальства, - хмыкнул Артём. – Кого-то посадили, конечно, сняли несколько людей для виду, в основном, их там просто перемешали по должностям. Но вообще, надо признать, наши неплохо поработали там. Наказали действительно виновных, и предприятие вздохнуло с облегчением, смогло продолжить работу без тех, кто им там всё портил.

- Понятно, спасибо, мы выясним, - сказал Матвей, думая, что это дело простым не окажется. – А были ещё какие-то громкие репортажи с тех пор?

- Нет, вроде не было больше. Это же не наш формат, старик бы не одобрил такого, но, прямо скажем, его не сильно-то и слушался наш убитый, - напомнил Артём.

- Вы про себя ещё не успели рассказать, - устранил этот недостаток в разговоре Матвей. – Сколько вам лет, как давно вы на телевидении и в этой передаче, в частности, и женаты ли вы?

- Мне 40 лет, на телевидении с момента окончания университета, в этой передаче все 12 лет, не женат и никогда не был. Ни с кем не живу, если интересно. – Не очень словоохотливо ответил Артём.

- И последний вопрос, где вы были и что делали вчера в 23.00? – Спросил Матвей, готовый подниматься и выходить из этого круговорота слов.

- Я был дома, смотрел фильм, свидетелей нет, - вздохнул Артём, - но вы меня, надеюсь, не подозреваете, я так думаю, во всяком случае.

- Звоните, Артём, если что-то важное узнаете или вспомните, у вас есть мой номер телефона, до свидания, - сказала Анна, и они, наконец-таки, вышли из этой душной комнаты.

11. Общий чат «Сергей Литовчин» - «Три направления»

Телевидение:

Литовчин Сергей Андреевич, 24 года - выездной корреспондент в передаче "Экономика Родины" на телеканале "Уведомления24", убит 27 апреля в 23 часа 5 минут

Крамдин Игорь Валентинович, 61 год - ведущий программы "Экономика Родины", мужчина среднего роста, во время убийства – в фитнес-центре с женой

Ротмистров Дмитрий Михайлович, 47 лет, - выездной оператор программы "Экономика Родины", высокий, алиби не требовалось из-за роста

Ярская Лариса Васильевна, 44 года, - жена Дмитрия Ротмистрова

Ярская Вероника Дмитриевна, 18 лет, - дочь Дмитрия Ротмистрова, девушка высокого роста, худая, во время убийства – дома отсутствовала

Зимович Артём Станиславович, 40 лет, редактор "Экономики Родины", мужчина среднего роста, во время убийства – дома, свидетелей нет

Лаботина Алла Валерьевна, 29 лет, бывший выездной корреспондент, женщина очень высокого роста, худая, пока не допрошена

Дом:

Васильева Оксана Владимировна, 66 лет, консьержка в доме Сергея, женщина среднего роста, алиби не требовалось из-за роста.

Васильева Марина Владимировна, 68 лет, клинер в доме Сергея, женщина среднего роста, алиби не требовалось из-за роста

Претипов Тимофей Николаевич, 38 лет, сосед Сергея Литовчина, мужчина среднего роста, во время убийства был дома без свидетелей

Суть ИТ:

Светлякова Софья Игоревна, 37 лет, зам директора по связям с общественностью "Суть ИТ", женщина высокого роста

Кадовников Роман Николаевич, 42 года, завскладом, высокий рост, толстый, алиби не требовалось из-за полноты

Пчёлый Данил Викторович, 22 года, работник склада, мужчина среднего роста

III

. 18 апреля 2026 года, суббота, день – «Похищена девушка»

1. Вероника – «Тапок сегодня не будет, сорян!»

Вероника Ярская, дочь Дмитрия Ротмистрова, счастливая, как сияющее солнце, быстро выбежала из своей квартиры. Она была рада всему, что творилось вокруг – и дождливой холодной погоде, и лужам на асфальте, и грязным машинам, и торопливо идущим прохожим, и у всего этого было великолепное основание – ей предложили квартиру! Счастливая девочка чуть не вприпрыжку перескакивала через большие лужи, расплываясь в улыбке и издавая счастливые возгласы, если удавалось перескочить особенно далеко.