Истории Бездны: Дьявол в белых доспехах

Леди Бланш

Истории Бездны: Дьявол в белых доспехах

Пролог

Когда-то давно, более ста звездных ночей и восходов, две феи-погодки, мальчик и девочка, встретили одного человека.

Этот человек хоть и был молод, но также мудр не по годам. Он желал всех спасти, а из спины его росли белоснежные крылья.

Скоро эти крылья должны были вспорхнуть и отправить его в путь, поэтому человек хотел провести остаток времени здесь непринуждённо.

Однажды феи спорили между собой. Девочка говорила: «Мечи хорошие!», а мальчик ей отвечал: «Нет, все мечи плохие!»

Человек заинтересовался их спором и попросил каждого из них объяснить свою точку зрения.

Тогда мальчик объяснил, что можно порезаться и тогда станет больно, на что девочка рассмеялась: «Мечом можно добыть еду и даже защититься!»

Человек улыбнулся и показал маленьким феям свой белоснежный клинок. Он был так красив, что феи забыли о споре и восторженно смотрели на него.

Человек спросил, что они думают об этом предмете. Обе феи похвалили клинок за его изящную красоту.

Человек протянул руку к фрукту, почистил и нарезал его феям.

Когда феи съели фрукт, человек спросил: «А как бы вы себя чувствовали, если бы этот клинок держал демон?»

Феи хором воскликнули: «Тогда нам было бы страшно!»

Человек спросил почему и получил такой ответ: «Потому что все демоны злые!»

Тогда человек задал следующий вопрос: «А что бы вы чувствовали, если бы пришел ангел с таким же клинком?»

Феи рассмеялись: «Тогда бы нам стало спокойнее, потому что ангел бы нас защитил!»

Человек улыбнулся и грозно поднял свой клинок: «Тогда что произойдёт, если с этим клинком к вам придет человек, пока ангел с демоном сражаются?»

Феи озадаченно переглянулись, так как однозначного ответа на этот вопрос у них не оказалось.

Мальчик сказал: «Если это был бы ты, то все было бы хорошо.»

Девочка кивнула: «А если бы это был кто-то другой, то нужно будет подумать, какой он: хороший или плохой.»

Человека позабавил их ответ: «Вы сказали о том, что чувствуете, когда этот клинок держит кто-то, а теперь вы можете сказать, хороший он или плохой?»

Феи поняли, что клинок сам по себе не плохой, все зависит от его владельца.

Человек ласково погладил фей по головам и обнял их белоснежными крыльями.

Глава 1 - Любимый или ненавистный Богом?

В темной комнате без окон из мебели была лишь старая деревянная кровать. С засыревшего потолка стекали капельки. За много лет из-за влаги стены покрылись мхом, а ножки кровати почти сгнили. Стоит лишь раз приложить силу, как они легко сломаются.

Дензел простонал от боли и сжался. Каменные стены в столь мерзлую осень совсем не держали тепло, да и неоткуда ему было взяться. На стенах снаружи камеры высоко висели уже когда-то давно потухшие фонари.

К сожалению, надзиратели давно забросили свою работу, лишь время от времени сменяли друг друга на посту. Иногда они коротали свои будни за чтением скучных книг, крепкой и ароматной выпивкой и карточными играми.

Обычно надзиратели так и оставались всю смену в своей более теплой и освещенной комнате, в которой был не только большой новый стол из дуба, но также несколько стульев, шкаф с тумбой, заставленные посудой и различными предметами, в которых нуждался каждый обычный человек.

Помимо этой комнаты у надзирателей была подсобка, в которой они хранили свои личные вещи и оружие с доспехами. В этой маленькой, но теплой подсобке, которую можно было сравнить с узкой деревянной коробкой, стояла кровать, заправленная тяжелым одеялом и меховой шкурой. Здесь надзиратель после пересменки мог восстановить свои силы.

В их условиях осенью и зимой в особенно холодные дни можно было легко заболеть, если не одеваться тепло. В отличие от них, обычно умиротворенно попивающих чай, разбавленный бальзамом, в данный момент Дензел лежал на ледяном полу в тоненькой летней одежде, покрытой въевшейся грязью.

Прокашлявшись, Дензел стал вспоминать, как он оказался в подобном положении, но не мог собраться с мыслями. Сейчас больше всего ему хотелось согреться и хоть чем-то набить желудок, хотя аппетита особо и не было.

Стоит ли теперь так отчаянно цепляться за жизнь? У него больше ничего не осталось, кроме его собственного обезображенного тела. Да и оно, наверняка, скоро лишится своих последних сил. Больше не осталось жизненной энергии, поддерживающей его здоровье.

На самом деле, было удивительно, почему он до сих пор был жив. Вероятно, это божьи проделки. Иных вариантов попросту нет.

Дензел совсем не будет удивлен, если он после проведенной ночи на холодном каменном полу умрет от пневмонии. Никто больше не вспомнит о нем, а надзиратели только рады будут, если их единственный заключенный в этой старой подземной тюрьме сам пойдет в объятия бога.

Хотя только по своей воле он и может пойти к богу. Он заперт здесь навечно. Никто не придет к нему на свидание, не принесет ему гостинцы и не даст ему деньги под залог для досрочного освобождения.

Дензел сжал тонкие пальцы и разжал их, повторяя сие действие из раза в раз, пока окоченевшие руки не стали его слушаться. Приподняв свое худое тело, он посмотрел на маленькую лужицу, скопившуюся за ночь из-за протекающего потолка. Он облизнул свои сухие губы и упал лицом в лужу.

Хрипло посмеявшись из-за своей маленькой неудачи, Дензел поднял голову и всмотрелся в воду, пытаясь разглядеть свое отражение. К счастью или к сожалению, было слишком темно, чтобы что-то разглядеть. Да и если бы он что-то разглядел, то испугался бы своего собственного отражения: сейчас он был словно живой скелет с натянутой на кости обожженной и изрезанной кожей.

Сделав несколько глотков, Дензел встал и оперся о стену своей камеры. Поковыряв мох в стене, он оттряхнул его и скомкал в маленький плотный шарик, чтобы затем проглотить его, не жуя. Силы стремительно покидали с каждым новым днем.

От подобных действий его ногти и кончики пальцев позеленели. Сок от мха так сильно въелся в кожу, что его уже нельзя было просто смыть обычной водой. Да и стоит ли тратить столь малые запасы воды на подобную глупость?

Дензел посмотрел на свои позеленевшие и исхудавшие пальцы и на лужу. Слабая улыбка появилась на его лице из-за пролетавших мыслей в его голове. Он подумал, что умрет от пневмонии, но, стало быть, выбора у него много.

Например, из-за этой грязной воды и отсутствия гигиены он может заразиться холерой или дизентерией, из-за мха он может отравиться или подавиться им, да даже из-за маленькой заносы рана может воспалиться.

Без должного лечения он умрет. О лечении в принципе нет смысла мечтать, когда ему даже не приносят еду и воду. Очень странно, но надзиратели даже перестали к нему заглядывать.

Дензел чуть наклонил голову в бок, стараясь рассмотреть очертания коридора за решеткой, но ничего не разглядел.

Его живот сильно заболел. Он поднял свое тело и, пошатываясь, дошел до угла камеры, поддерживая себя от падения, держась за стену рукой. От ужасного запаха аммиака, исходящего из ведра, он сморщил нос.

Здесь не было окошка, куда можно было бы вылить отходы. От того, что он переставит ведро за решетку, ничего не изменится, потому как надзиратели уже больше трех месяцев не отпирали дверь в подвальные помещения. Дензел даже начал сомневаться в том, были ли надзиратели здесь вообще.

На следующий день, проснувшись снова на полу, Дензел наконец понял, как он там оказался прошлой ночью. Его кровать окончательно развалилась. Вчера она все еще могла его удерживать.

Упал он тогда лишь потому, что кровать накренилась из-за сгнивших ножек. Сейчас же эти ножки от кровати полностью сломались, отчего он вновь скатился и оказался на полу. Дензел глубоко вздохнул сырым и мерзлым воздухом и неожиданно для себя стал кашлять до боли в горле и груди.

Нужны ли и дальше такие страдания? Почему за время заключения он все еще не отправился к богу? Если он перестанет пить грязную воду и есть ядовитый мох, то все равно очень скоро отправится к нему. Наверное, даже завтра. Дензел не понимал, любит ли его бог или же ненавидит.

Освещения, конечно, не было, но по ощущениям Дензел стал хорошо разбираться в смене суток, так как раньше надзиратели часто приходили к нему в одно и то же время по утрам и вечерам и перекидывались с ним парой слов.

Заключенный потер свое замерзшее тело и размял свои почти исчезнувшие мышцы. Дальше он, как обычно, выпил воды из лужи и скомкал мох. Дензел был встревожен, так как растительности становилось все меньше, а стены покрылись тонким слоем инея. Скоро и дождей не будет, а та вода, что осталось на полу, закончится или даже покроется льдом.

На следующий день так оно и стало. Резкие заморозки охватили весь регион. Тюрьма также не стала исключением. То малое количество воды, что было в луже, полностью замерзло.

Остается только растопить кусочек за кусочком в руках. Ах, тело очень холодное, видимо, чтобы растопить лед, потребуется больше времени, чем он ожидал. Дензел не смог совладать с льдинкой. Он засунул ее в рот и стал грызть ее и рассасывать.

Когда живот снова заболел, он встал на дрожащих ногах. То малое количество мха, съеденное им за эти три дня, наконец, переварилось. Оступившись, Дензел прикрыл голову руками и упал на решетки.

С грохотом несколько прутьев упали вместе с ним. Дензел поднял голову и с ужасом прижал руки к груди. Его сердце быстро колотилось. Сейчас надзиратели придут впервые за долгое время. Они увидят сломанные прутья и, возможно, наконец убьют его за попытку побега.

Прошла минута, а затем еще две. Никто так и не пришел проверить подвальные помещения даже несмотря на шум, который он устроил. Неужели никого, кроме него, в тюрьме действительно больше не осталось?

Или же надзиратель решил выпить чего покрепче, чтобы согреться, и крепко уснул в своей подсобке? Дензел облегченно выдохнул и закашлял. Вытерев губы, он принюхался к теплой жидкости, вышедшей из его горла. По запаху и металлическому привкусу он понял, что это была кровь.

Почувствовав резкую невыносимую боль в животе, заключенный вернулся в свою камеру и облегчился в ведерко с отходами. Дензел перевел взгляд на сломанную решетку. Если он сейчас выйдет к надзирателям, вспомнят ли они о его существовании? Чем так мучиться, стоит выйти и получить один единственный удар.

Дензел решился. Он в последний раз оглядел свою камеру, в которой пробыл уже больше семи лет. Сколько ему в этом году? Ах да, должно быть, это 32 года. Он попал в эту тюрьму, когда ему только стукнуло 25.

Дензел подумал о том, как хорошо было бы в последний раз выйти на улицу. Хочется вдохнуть свежего воздуха, потрогать траву и посмотреть на солнце. Сейчас должна быть зима. Или все еще поздняя очень?

Тогда можно собрать листья разных цветов, сделать из них букет и смять высохшие из них, чтобы услышать давно забытый хруст и запах. Даже если на улице солнце будет скрыто за снежными облаками, хотя бы на них было бы чудесно посмотреть. Посмотреть на снег, если нет больше листьев и травы. Да на что угодно, лишь бы не оставаться здесь.

Дензел, запрещавший себе плакать эти семь лет, больше не мог сдерживать свои чувства. Его душа хочет свободы, отнятой обществом за одну единственную ошибку.

－ Больше... не могу...

Дензел расчесал свои отросшие до лопаток черные волосы руками. Он оторвал кусочек ткани от старой и грязной простыни и подвязал ею волосы близ шеи. Накинув на плечи покрывало, он вышел в коридор. Так он, по крайней мере, будет выглядеть человечнее.

На стене, ближе к выходу из подвала, он нашел полотно с гербом их герцогства. За ним никто особо и не следил, поэтому оно местами было изъедено молью. Сняв его со стены, он отряхнул полотно от слоя пыли и заменил им засаленное покрывало.

Подойдя к двери, он нервно замер. Он пытался прислушаться к звукам, но его громкое сердцебиение не позволило ему услышать что-то, кроме него и собственного хриплого дыхания.

Дензел прижал руки к сердцу и успокоился. Спустя минуту он решительно взялся за большое кольцо, расположенное на месте дверной ручки. Он потянул его на себя, прилагая усилия. Дверь не хотела ему поддаваться.

Попробовав толкнуть дверь от себя, он отчаянно отстранился. Как ему отсюда выйти? Должно быть, дверь была заперта на ключ или даже на засов. Несчастный заключенный вновь горестно заплакал.

Повернувшись, он стал осматривать коридор и камеры. Возможно, он найдет что-то, что поможет ему выбраться наружу. Дензел вернулся к своей камере. Под его ногами лежали сломанные прутья, которые издали звонкий лязг, когда он наступил на них.

Следующие часы он потратил на то, чтобы подпереть петли массивной двери с помощью прутьев. Справившись с нижней петлей, он обрадовался и удивился давно позабытому чувству.

В детстве он часто радовался разным мелочам. Юношей он стал понимать, какое счастье приносит достигнутая цель. И только в зрелом возрасте он стал осознавать, как приятен бывает сам процесс достижения чего-либо.

Он добился таких успехов, каких не достигал никто из его братьев или сестер. Родители больше всех хвалили именно его. И именно поэтому он теперь здесь, один, гниет в тюрьме заживо.

Брат, оправилась ли матушка от болезни? А как там отец? Я слышал, что он ехал домой после работы так быстро, как только мог, поэтому очень устал и немного выпил. А как остальные братья и сестры?

Мне снился сон, в котором все мы были счастливы. Очень горький и одновременно сладкий сон. Я же знаю, что их больше нет... Их травмы были слишком тяжелы, чтобы выжить в тот день. Брат, я до сих пор виню себя.

Все слышали, как они звали меня, выкрикивали мое имя. Ты со своими друзьями видел меня, крепко держащего засов на двери, из щелей которого выходил черный дым. Тогда я сильно обжег руки, но продолжал пытаться открыть дверь.

Неудивительно, что многие считают, что появилась такая удачная возможность избавиться от целого рода, собравшегося в одном месте. Управлять слугами, оказывается, легко. Стоит им заплатить, как они тут же исчезнут, а особо хитрые даже всадят нож в спину.

Даже несмотря на обвинения в поджоге и попытке убийства от бездействующих окружающих, я был единственным, кто пытался войти внутрь и спасти их. Их смерть была выгодна многим, а не только нам с тобой и дяде, брат. В итоге я сам поранился и не помню, смог ли кого-то спасти.

Я должен был всех спасти...

Таковы были мои слова, но в итоге я все равно здесь, даже не зная, чем все закончилось. Брат, ты поверил не мне, а решил довериться своим глазам и ядовитой речи дяди. Брат, тебя могут предать так же, как и меня, поэтому ты должен быть очень осторожен. Надеюсь, ты не станешь чьей-то куклой.

Интересно, жив ли кто-то еще? Мне никто ничего не рассказывает. Мне кажется, спасли только меня, раз до их пор не вытащили отсюда. А как же остальные? Я чувствую очень сильную вину и обиду. Они, как звери, грызут мое сердце. Почему тебя не было тогда в особняке? Где же ты тогда был, дорогой брат, что так сильно опоздал... Неужели узнал обо всем заранее?

Среди нас был предатель.

И теперь для всего мира я тот, кто пытался сжечь собственную семью. Какая ирония. Я не этого хотел. Я всего лишь желал спасения. Как же сильно могут пасть люди?

Брат, я до самой своей смерти буду нести эту ношу. Один. Я никогда не хотел быть тем, кем меня заклеймили. Это очень обидно. Я пытался их спасти! Небеса знают правду. Я тоже ее знаю, мне этого достаточно. Вы опустили меня так низко, а значит, что теперь мне некуда падать. Даже ямы не вырыть в этих каменных стенах.

Теперь я умру, отдавшись небу и земле, и встречусь с родными на небесах, так как они теперь точно смогли бы туда попасть. Я хочу извиниться. О большем я и мечтать не мог.

Если же их там не будет, пусть будет так. Это будет значить, что я их все же спас, и мы встретимся чуть позже. Иначе, если их нет ни здесь, ни на небесах, выходит, так спасти и не смог... Я должен покаяться.

Предавшись раздумьям, Дензел справился и со второй петлей. На шум так никто и не пришел. В порядке ли надзиратели? Что же происходит в мире за пределами этих стен?

Заключенный толкнул дверь и отошел. Дверь была неимоверно тяжела, отчего не упала, а лишь накренилась. Однако Дензел сейчас был достаточно худым, чтобы пролезть в узкую щель, что он и сделал.

Подобрав зацепившееся за косяк полотно, он вновь намотал его на себя. Осмотреть комнату было трудной задачей. Пришлось отыскать фонарь и зажечь его.

Глава 2 - Феи

Комната оказалась пуста. На столе был толстый слой пыли. Видимо, надзирателей здесь не было все эти три месяца, а точнее, с того дня, как они перестали к нему заходить.

Дензел по-хозяйски обошел комнату и подсобку, собрав все, что могло бы ему пригодиться. Еды здесь не было. Он также очень испугался, когда из-под меха, который он приподнял, выбежали маленькие белые мыши и разбежались по всей подсобке.

－ Ох...

Дензел проглотил слюну.

На мгновение он задумался, можно ли их поймать и съесть, но стоило ему сделать шаг, как он тут же отказался от этого плана. Он был слишком истощен, а потому и не мог угнаться за прыткими маленькими существами.

Стоило присесть на кровать и укутаться в шкуру, как сознание Дензела предательски покинуло его, предавшись сну. Открытие двери забрало у него слишком много сил. Очнувшись через несколько часов, он понял, что ему больше не стоит здесь оставаться. Чем больше он отдыхает, тем больше хочет есть и спать.

Удивительно, что он все еще жив. Дензел не переставал об этом думать. Даже если он все же выживет сегодня, то последствия долгого пребывания в тюрьме наверняка уже скоро проявят себя, следуя за ним до самого конца.

Дензел нашел в шкафу запасную одежду. Она была намного лучше его нынешней одежды, поэтому он с радостью переоделся. Он также нашел кожаные доспехи, оставленные надзирателем, что было очень странно.

Возможно, они покинули тюрьму в спешке, даже не думая брать доспехи. Оружие... Здесь есть кинжал.

- Да и вряд ли я смог бы поднять тяжелый меч.

Уже на открытие двери энергия почти иссякла. Дензел решил забрать кинжал, нож, меховую шкуру и прут от решетки с собой. На улице может быть опасно. Все же хочется прожить чуть дольше.

Освещая фонарем путь, сбежавший заключенный дошел до последней двери. Отрыв ее, он навсегда покинет свою клетку, как птица, улетит далеко-далеко.

Дензел успокоил свое дыхание после протяжного кашля. Он, не думая, открыл дверь и сделал первый шаг. Снег хрустнул под его ногами.

Дензел взволнованно вздрогнул. Он поднял ногу и наступил на другой участок снега. Снежок вновь приятно хрустнул. Это так сильно взволновало его, что слезы потекли из глаз. Дензел не мог их остановить.

Он просто сделал еще один шаг, а затем еще. Он невысоко прыгнул и приземлился на снег спиной. Лежа на снегу, Дензел, укрытый шкурой, смотрел на пар, выходящий из его рта. Смотреть на белый снег было больно, но он был рад, что все еще может на него смотреть.

Чувства переполняли его. Теперь он мог и умереть с миром. Закрыв глаза, Дензел провалился в долгий и приятный сон, в котором он вместе с семьей катался на санях с холма, после чего матушка завела своих промокших до нитки непоседливых детей в дом. Каждый получил чашку горячего молока с медом.

Выпив горячее молоко, Дензел проснулся, когда его мама подошла к нему и погладила по спине. Она сказала ему не засыпать здесь.

Дензел смотрел на солнце, проглядывающее из-за снежных туч. Солнечный лучик нежно грел его лицо. Дензел не понял, когда он вновь заплакал. Это были теплые воспоминания давно ушедших дней.

－ Матушка... Ты права. Мне не стоит здесь спать.

Дензел шел дальше по снежному лесу, опираясь о прут. Его руки давно примерзли к металлу, но что ему еще оставалось делать? Он не сможет идти своими силами, да и в любом случае скоро умрет. Пусть лучше он запомнит мир как можно лучше.

Дензел посмотрел на большое дерево, ствол которого был расцарапан, а кора съедена. Должно быть, здесь были олени. Точно, раз он ел мох, то почему бы ему не поесть кору?

Дензел стал скрести мягкие участки коры ножом и есть их. Это не было лучше мха, но вполне съедобно. Наполнив свой желудок, Дензел стал осматривать деревья.

Он мог собрать еще коры и взять ее с собой. Он также мог поискать дупло. Возможно, ему повезет, и там окажется беличий клад. К счастью, он нашел достаточно большое дерево, полое внутри. Теперь он сможет переждать снегопад и немного поспать.

Дензел укрылся мехом до головы и устало закрыл свои глаза, прокашлявшись перед сном. На следующий день он проснулся от боли в груди. Смотря на дерево, окружающее его и защищающее от снега, он улыбнулся, так как представил себя жучком.

Дензел вновь продолжил путь. На этот раз он складывал кору и орешки, найденные в дупле, в тканевую сумку, также полученную из подсобки. Помимо собранных припасов в ней он хранил фонарь, нож и кинжал. Хорошо, что он пока не наткнулся на диких животных.

Вот он снова нашел дерево, помеченное оленем. Дензел стал осматривать это дерево, пытаясь понять, почему именно его кору ело животное. Отодвинув кусок коры пальцами, он выяснил причину. Внутри было немного больших личинок. Видимо, их олени и искали.

－ Питательные...

Дензел с отвращением собрал их в тканевую сумку и пошел дальше. Было бы замечательно, найди он источник воды, потому как растапливать снег руками было невыносимо, а перчаток, чтобы согреть их, он так и не нашел. Только и мог, что тереть ладони о мех, прятать их под мышками или намотать поверх тканью.

Спустя несколько дней Дензел наткнулся на протоптанный охотниками путь, что еще не был засыпан снегом. Еще позже он наткнулся и на самих охотников. Мужчины в теплых куртках, валенках, шапках и перчатках, держали ружья наготове.

Сначала они испугались, думая, что к ним вышел снежный человек, но потом, приглядевшись, заметили, что это был очень худой и изможденный человек.

－ Эй, парень, ты как тут очутился?

Дензел так же, как и охотники, был в шоке. Он так давно не общался с людьми, что даже не мог связать пару фраз. Только было он открыл рот, чтобы представиться, как у него начался сильнейший приступ кашля.

Охотники перепугались, когда мужчину перед ними начало рвать кровью. Они осторожно подошли и осмотрели обессилевшего Дензела, однако вскоре он пришел в себя и вытер кровь рукой.

Охотник, что выглядел постарше, заметил его пальцы и облегченно вздохнул. Он указал на них жестом своему напарнику, тогда тот тоже расслабился. Похлопав Дензела по плечу, они потащили его в свой лагерь.

Охотники в лагере подняли шум, когда в их рядах произошло пополнение. Охотники занесли парня в палатку и уложили на раскладушку. К тому моменту Дензел уже утомился и потерял сознание.

Старший охотник заглянул в палату и впился глазами в найденыша. Он грозно уставился на своих ребят, после чего услышал объяснение об обстоятельствах, приведших к встрече.

－ Зеленые пальцы. Выраженный запах трав. В сумке была кора и личинки. Имперцы зашли настолько далеко... Только посмотрите на его состояние. Да он же сейчас умрет!

－ Поэтому мы и принесли его сюда.

Старший устало вздохнул и вышел из палатки. Они уже разведали лес и избавились от монстров. Теперь можно было возвращаться.

－ Малво притащил травника. Он в критическом состоянии. У кого остались благословения, талисманы и высшие зелья?

Охотники стали расходиться и проверять свои запасы. Старший подошел к своему помощнику и велел отправить весточку в замок.

***

Когда Дензел очнулся, он оказался в теплой и уютной комнате. Он даже подумал, что у него начались галлюцинации, или он все еще спит, или, возможно, уже умер.

－ Очнулся?

Дензел перевел взгляд в сторону говорившего. Им оказался молодой мужчина в красивых одеждах с очень длинными черными волосами. Дензел посмотрел на волосы, которые почти доходили до его колен.

Нечеловеческой красоты мужчина нахмурился и снова позвал его. Дензел вздрогнул и посмотрел в его темно-зеленые глаза, цвета дремучего леса.

－ И почему ты плачешь?

－ Живой... человек... Просто рад видеть.

Собеседник покачал головой и криво улыбнулся.

－ Человек, говоришь. Здесь нет людей помимо тебя.

Дензел моргнул, пытаясь осмыслить эти слова. Кажется, незнакомца это развеселило. Он пододвинул стул и сел.

－ Я не буду спрашивать, что с тобой случилось. Из того, что я увидел, понял, что ты был заперт достаточно долго, чтобы твое тело ослабло до подобного состояния. Ты пришел с прутом. От тебя пахнет травами. Отравлен и болен.

Незнакомец думал над обстоятельствами этого человека. Он был тощий, на грани смерти. Он, скорее всего, даже специально травил себя, чтобы посмертно уйти в отставку, но все равно смог сбежать от имперцев даже в таком состоянии.