Стажёры. Клятвы и тайны

Портрет над камином притягивал взгляд. Молодая женщина в старинном подвенечном платье смотрела строго, почти осуждающе. Её черты показались мне смутно знакомыми — будто я видела их много лет назад. Почему лорд хранит этот портрет? И почему он единственный висит здесь?

Лорд стоял спиной к двери, но при нашем появлении повернулся. Его лицо снова скрывала иллюзия — образ седовласого старца, но чёткие движения и жесты выдавали человека, если не молодого, то активного и вполне здорового, лет сорока или сорока пяти.

Его глаза сверкали насмешливым задором — два холодных голубых огонька. Голос звучал глухо, будто доносился из колодца:

— Гостья наконец почтила нас визитом, — опускаясь в кресло, он повелительным жестом указал на соседнее: — Садись, побеседуем. Расскажи-ка нам, как тебе удалось покинуть свои покои? Что у тебя в голове? Неужели до сих пор не уяснила, что правила здесь устанавливаю я? Ну? Жду объяснений.

Я осталась стоять, скрестив руки на груди. Горбун замер у двери, ожидая приказаний.

Любезничать мне совсем не хотелось.

— Вы похитили меня, увезли, мерзы знают куда! — прямо сказала я. — И теперь требуете объяснений?

— О, какие резкие слова, — лорд неприятно усмехнулся. — Скажем так: я вынужден так действовать. Это суровая необходимость. И моей гостье придётся мириться с этим.

— И что теперь?

— Теперь я предложу тебе выбор.

Казавшийся стариком человек резко поднялся, твёрдой поступью пересёк комнату и остановился в трёх шагах от меня. От него веяло силой — плотной, осязаемой. Я невольно напряглась, активируя свою магию. И тут же уловила то, что искала: тонкие нити, связывающие хозяина со статуями-стражами. Но это было не всё. Среди энергетических потоков я различила следы, характерные для клятвы — той самой, которую дают заговорщики, вступая в тайный союз сепаратистов.

«Так вот кто ты, — пронеслось в голове. — Один из тех, кто мечтает отколоть эти земли от империи».

— Твой выбор прост, — продолжил хозяин. — Либо даёшь мне клятву верности и становишься моей союзницей. Взамен я обеспечу тебя защитой, влиянием, возможностями, о которых прежде и мечтать не могла. Либо — он сделал паузу, — либо будешь сидеть под замком, пока не передумаешь. Поверь, рано или поздно ты согласишься.

— Это называется выбором? — усмехнулась я. — Надеть магические кандалы прямо сейчас или позже.

— Таково моё условие. Не надейся, что тебя найдут. О моём дворце известно только верным и преданным. И сбежать не получится: лес вокруг, а там полно хищных зверей.

Я молчала, обдумывая ответ. Дар, который я потихоньку активировала, подсказывал: хозяин тайной обители, кем бы он ни был, уверен в своём могуществе, но недооценивает меня. В его глазах Даниэла Микки — пустоголовая аристократка, которую легко запугать. У меня есть шанс воспользоваться его самонадеянностью, для этого нужно выиграть время.

— Дайте мне подумать, — сказала я как можно спокойнее. — Серьёзные решения нельзя принимать в спешке.

Лорд откинулся на спинку кресла, забавляясь моими попытками обыграть его. Милостиво кивнул:

— Разумеется. Но не слишком долго. Когда терпение закончится, я отправлю тебя в сырые подвалы, а там не так уютно, как в гостевых покоях.

Я сдержала усмешку и мысленно фыркнула: «Сырые подвалы? В приюте зимой вода в кружке замерзала к утру, а одеяла были такими тонкими, что сквозь них просвечивали звёзды. Этим меня не запугать».

Лорд молча наблюдал, ожидая моей реакции. Я же снова посмотрела на портрет. Кто эта женщина? Почему мне кажется, что узнать это важно? В голове крутились мысли: «Лес за стенами — ловушка. Вполне возможно, слова о хищниках — правда. Кроме того, здесь, во дворце, я ближе к разгадке. Если лорд втянут в заговор сепаратистов, его бумаги, книги, даже разговоры слуг могут дать нужные зацепки. Эдвард найдёт меня — а пока я сама должна собрать как можно больше сведений».

Я сделала вид, что смущаюсь:

— Здесь так скучно Я бы с удовольствием что-нибудь почитала. Во дворце наверняка есть библиотека Вы позволите мне пользоваться ей?

Он рассмеялся — резко, отрывисто.

— Книги? Для лайд? Ты думаешь, я держу здесь развлекательные романы?

— Ну если нет романов, тогда что-нибудь историческое, — настаивала я. — Я почти ничего не знаю о прошлом Хетинаи, хотелось бы лучше понять здешние ценности.

Лорд задумчиво постучал пальцами по подлокотнику.

— Что ж, любопытство — полезная черта. Пусть будет история. Горбун, проводи гостью в библиотеку. Но смотри, чтобы не задерживалась там надолго.

— Благодарю, — я склонила голову, скрывая ликование.

История — это шанс узнать мотивы безымянного лорда. Я не сомневалась, они связаны с полузабытым прошлым Хетинаи. Пусть лорд считает, что библиотека для меня — просто убежище от скуки. Это арсенал, где каждая книга — оружие. И я научусь им пользоваться.

— Ступайте, — махнул рукой хозяин. — И помни, Даниэла, время на моей стороне.

Горбун снова возник рядом, жестом указывая на дверь. Я бросила последний взгляд на лорда. Он резко дёрнулся, от этого движения иллюзия дрогнула на мгновение, и я успела уловить тень шрама у виска — ещё одна деталь, которую стоило запомнить.

По пути в библиотеку атмосфера менялась: запах пергамента и лавандового саше становился всё сильнее. Где-то далеко тикали старинные часы, отсчитывая секунды, которые я выиграла. Пленивший меня человек сказал, что время на его стороне. Это ещё одно его заблуждение, и моя первая, пусть и крошечная победа.

Пикировка с незнакомцем отняла силы, заставив волноваться едва ли не сильнее, чем прежде. Снова и снова я прокручивала в голове услышанное в кабинете.

«Зря мерзкий лорд так уверен в беспомощности моего напарника, Эдвард найдёт меня, — думала я, стараясь успокоить бешено бьющееся сердце. — А пока я сама разберусь, что за игру ведёт мой похититель, и как его планы связаны с сепаратистами».

Горбун оставил меня у массивных дубовых дверей с резным узором в виде переплетающихся корней и листьев, напоминавших раскрученные свитки. Недовольно буркнув, что придёт через два часа, сопровождающий удалился. Я толкнула створку — та с тихим шорохом отворилась, явив глазам поистине волшебное зрелище.

Библиотека оказалась круглой, с пятью ярусами книжных полок, опоясывающих стены по спирали. Лестницы-мостики соединяли уровни, а в центре, словно ствол древнего дерева, возвышалась винтовая лестница, ведущая к застеклённому читальному залу под куполом. Воздух здесь был сухим и терпким — смесью запахов пергамента, кожи переплётов, пыли веков и всё того же едва уловимого аромата лавандового саше. Свет лился не от факелов, а от парящих сфер — дюжины магических ламп, напоминающих лунные плоды.

— О! О! — раздался писклявый голос за ближайшим стеллажом. — Посетитель! Настоящий посетитель!

Оттуда выскользнула и застыла за прилавком юркая фигура невысокого существа. Библиотекарь оказался представителем древней расы луминари — их отличали полупрозрачная, будто подсвеченная изнутри кожа, большие миндалевидные глаза цвета аквамарина и тонкие, почти паучьи пальцы. На голове — копна серебристых волос, собранных в неаккуратный пучок, из которого торчали перья и закладки. Одет он был в длинный халат, местами залатанный, но расшитый символами древних алфавитов.

— Я — Ниралэ, хранитель свитков, каталогизатор забытого, — он поклонился так низко, что чуть не стукнулся лбом о прилавок. — И как же зовут мою драгоценную гостью?

— Даниэла, — улыбнулась я, невольно заражаясь его энтузиазмом.

— Прелестно, прелестно! — Ниралэ захлопал в ладоши. — Давно у нас не было гостей. Последний раз хозяин приводил сюда учёного из Академии Хроник семь лет назад? Или девять? Время здесь течёт иначе, знаете ли. Книги поглощают его, как губка воду. Кстати, в преданиях говорится, что в этих стенах зеркала не просто отражают — они подменяют истину ложью, и выдумка становится правдой. А ещё обладающий особым даром человек может увидеть в них тени тех, кто ходил здесь столетия назад

— Весьма занимательно... — вежливо заметила я, оглядываясь в поисках зеркал. Ниралэ сказал, что находятся они в этих стенах, но я не видела ни одного. Улыбнувшись библиотекарю, я спросила: — С чем бы вы, шер Ниралэ, посоветовали мне ознакомиться для начала?

Он забегал вдоль полок, снимая книги и тут же ставя их обратно, бормоча названия: — Что бы вам предложить? «Хроники Хетинаи: от основания до мятежа Семи Баронов»? «Магические династии континента»? О, или вот — «Легенды и предания южных земель»!

Я замерла. В голове всплыл образ женщины с портрета. Кто она? Почему лорд держит картину в кабинете, словно святыню? И почему слова библиотекаря о зеркалах отозвались в душе странным трепетом, будто я уже слышала нечто подобное? Ах, да! Ещё толстяк Потап намекал про опасность зеркал во дворце.

— Пожалуй, «Легенды и предания», — осторожно сказала я.

— Отличный выбор! — Ниралэ взлетел по лестнице с ловкостью белки, схватил толстый том в тёмно-синем переплёте и спустился вниз, чуть не кувыркнувшись на последней ступеньке. — Вот, держите! Здесь собраны самые любопытные истории. Хотя, должен предупредить, многие из них — всего лишь сказки. Но порой в сказках больше истины, чем в хрониках!

Я открыла книгу и стала листать страницы, украдкой наблюдая за библиотекарем. Он переминался с ноги на ногу, то и дело поправляя халат и приглаживая волосы.

— А — я запнулась, подбирая слова. — Подскажите, Ниралэ, кто изображён на картине в кабинете лорда? Та женщина в подвенечном платье

Ниралэ замер, его глаза расширились. Он огляделся по сторонам, будто опасаясь, что нас могут услышать.

— Ох, милочка, — прошептал он. — Таких вопросов здесь не любят. Даже книги иногда закрывают страницы, если подойти слишком близко. А зеркала — он замолчал, будто сказав лишнее, и нервно сглотнул. — Простите, простите! Просто иногда я болтаю о том, в чём совсем не смыслю. — Он потёр ладони, снова улыбаясь. — Но раз уж вы здесь Позвольте, я помогу найти что-то ещё? У нас есть уникальные манускрипты! Например, «Геральдика северных земель» — там все гербы с пояснениями. Или «Тайны древних замков Хетинаи»

Его искреннее желание угодить было трогательным.

— «Геральдика» подойдёт, — сказала я мягко. — И, если можно, ещё о магических династиях.

— Сию минуту! — Ниралэ снова метнулся к полкам, бормоча: — Геральдика где же она А, вот! Магические династии — о, у нас чудесный сборник с иллюстрациями: рунами и схемами!

Пока он искал книги, я просматривала «Легенды и предания». Переворачивала страницы, вглядывалась в рисунки, пыталась найти хоть что-то, что напомнило бы черты женщины с портрета. Ничего похожего. Но я не сдавалась. Здесь, среди этих полок, спрятаны ответы — нужно лишь их обнаружить. И понять, почему лорд хранит портрет показавшейся мне знакомой женщины, и что значат слова Ниралэ о зеркалах, отражающих тени прошлого

— Вот, пожалуйста! — Ниралэ положил на прилавок два фолианта. — Устраивайтесь в читальном зале, там удобнее. И — он понизил голос, — если понадобится что-то ещё, просто постучите по перилам три раза. Я услышу. Всегда слышу, когда человека привлекают книги.

Я благодарно кивнула. В аквамариновых глазах библиотекаря светилась неподдельная радость — у него появился слушатель, а не просто посетитель. «Здесь, среди этих полок, — подумала я, открывая «Геральдику», — спрятаны ответы. Нужно лишь научиться их читать. И разгадать тайну зеркал, о которых говорил Ниралэ. Возможно, это ключ ко всему».

Глава 4

Эдвард Морейт

Солнце едва поднялось над холмами, когда я покидал поместье графа Депара. В ушах ещё звучали слова деда моей невесты, сказанные ночью: «В Хетинае всё не то, чем кажется. И помни: зеркала иногда не просто отражают — они подсказывают». Я невольно оглянулся на высокие башни поместья, будто надеясь увидеть в одном из окон силуэт Даниэлы. Но окна оставались слепыми и молчаливыми. Малютки здесь не было, в этом я убедился.

Я завёл двигатель своего кабриолета — редкой диковинки в Хетинае. Автомобиль прибыл морем из Кельтука ещё вчера, и пришёлся очень кстати. Я не мог представить, сколько бы мне пришлось потратить времени на поездку в имение графа Депара, не будь у меня машины. И всё для того, чтобы узнать, что дед Даниэлы не причастен к её похищению.

Ночью после ухода лекаря у нас состоялся откровенный разговор. Граф очень переживал за внучку и корил себя за всё, что с ней случилось.

— Понимаешь, Эдвард, — печально вздыхал он, лёжа на высоких подушках и сжимая мою руку. — Это ведь я разыскал и привёз сюда Матину. Если бы не моё упрямство, они обе прекрасно жили в Кельтуке вместе с моим зятем. А он — граф скосил глаза в сторону окна, имея в виду человека, имя которого не мог сообщить, — он бы никогда не нашёл их! Побоялся бы соваться в метрополию.

Видя, как лицо старика багровеет, и чувствуя дрожь в его руке, я постарался успокоить больного:

— Лекарь запретил вам волноваться, граф. Что было, прошло. Когда я найду Даниэлу, скажу ей, что вы раскаялись, она очень добрая девушка и непременно простит вас.

— Нет, — сокрушённо качал головой несчастный дед. — У девчонки мой характер! Она ни за что не простит меня, даже если проползу отсюда до Хартина на коленях.

— И всё же я настаиваю. Чтобы получить прощение, вам нужно поправиться. Что толку, если важные слова внучка произнесёт над гробом?

— Да, ты прав, Эдвард! — снова сжал мою руку граф, на мгновение закрыв глаза. — Я должен встать на ноги. У меня теперь есть цель. Не та, что раньше, когда я хотел приблизиться к правителям Хетинаи, а простая и понятная: вернуть потерянную семью.

— Рад, что вы это понимаете, — поднялся я. — А теперь позвольте удалиться, мне нужно вздремнуть хотя бы два часа, чтобы поскорее отправиться на поиски Даниэлы.

— Да-да, иди, сынок! — счастливая улыбка осветила лицо больного. — У моей внучки замечательный жених! Я верю, что ты найдёшь похитителя и не позволишь обмануть нашу девочку.

Я приехал в поместье ночью, никем не замеченный. Теперь же улицы поселений, через которые шла дорога, наполнялись народом, едва на околице раздавался звук мотора. В Хетинае до сих пор автомобили почти не встречались, а в деревнях так точно были за диковинку. Местные жители провожали его удивлёнными взглядами. Полную скорость я мог набирать только в полях, мимо домов приходилось ехать медленно, чтобы не задавить любопытного мальчугана или заполошную курицу. Я бросил взгляд на датчик топлива — бак был полон. Мотор урчал ровно, без посторонних стуков — это позволяло надеяться, что я без лишних неприятностей доберусь в Хартин, выясню, где скрывается лорд, о котором рассказал дедушка Даниэлы, и брошусь в погоню.

По мере удаления от поместья пейзаж менялся. Сначала — виноградники на пологих склонах, потом — ухоженные сады с фруктовыми деревьями. Дальше потянулись поля, а за ними — плато вдоль обрыва над каменистым берегом моря. Корабельные сосны обступили дорогу с обеих сторон.

Ветер приносил знакомые запахи преющих водорослей, рыбы и йода. Я приоткрыл окно, вдыхая морской воздух. Перед глазами возник Кельтук, детективное агентство «Чистая вода» и его хозяин — наш с Даниэлой наставник Сайт Ватер. Мне как никогда раньше требовалась помощь опытного сыщика! Много бы я отдал за возможность поговорить с ним, подробно изложить все полученные факты и выслушать мудрые заключения! Ватер умел разложить по полочкам самые запутанные дела, выделить главное и расставить задачи по приоритетам. Уже молчу о том, как мне не хватало своей напарницы — её интуитивные решения и магический дар не раз выручали нас в расследованиях «Чистой воды». Теперь же я остался один на один с проблемой, к решению которой не знал, как подступиться.

«Что бы сейчас сказал Ватер? — размышлял я. — Наверное, напомнил бы, что паника — худший советчик. Или посоветовал бы, отключив мешающие эмоции, поочерёдно исследовать вопрос за вопросом: кто мог похитить Даниэлу? Зачем? Какие мотивы у преступников? И почему именно сейчас?»

Автомобиль, поднимая клубы пыли, покатил по рыбацкому посёлку. Идущие по улице люди оборачивались, показывая пальцами на самодвижущийся экипаж. Мальчишки бежали следом, пока их не окликали родители. Старуха у колодца плюнула и пробормотала что-то про «мерзкую повозку». Я лишь усмехнулся — здесь, как и в столице империи, скоро привыкнут к новейшему и очень удобному транспорту.

На одном из участков дорога пошла в гору. Мотор начал натужно рычать, и я переключил передачу. Прислушался к звукам двигателя: нет ли посторонних стуков? Всё ли в порядке с системой охлаждения? В Хетинае сложно найти запчасти для кельтукских машин, так что приходилось беречь каждую деталь.

У развилки стояли двое крестьян с телегой. Увидев автомобиль, они замерли, разинув рты. Один осенил себя знаком Лиарины, другой схватил на всякий случай увесистую дубину, но глаза обоих горели неподдельным любопытством. Я притормозил. Захотелось узнать, не ходят ли по окрестностям Хартина слухи о похищенной лайде.

— Добрый день, уважаемые. Подскажите, нет ли каких новостей из Хартина?

Рыбаки переглянулись. Тот, что с дубиной, опустил своё оружие.

— Плохие новости, господин, — хрипло ответил он. — Слыхали мы, в городе неспокойно. Чиновников убивают, говорят. И стража молчит, будто сговорились все. Вы бы поостереглись.

Я напрягся. Преступления в Хартине Неужели сепаратисты начали активные действия? Если похищение Даниэлы я ещё мог признать случайностью, ведь никто из местных не знал о нашем задании, то смерти тех, кто верен императору, нельзя не принимать в расчёт.

Вот и город. Мимо мелькали склады, мастерские, конюшни, каретные сараи. В гавани небо расчерчивали мачты кораблей. Дымили трубы. Хартин встретил меня суетой портового города: криками извозчиков, скрипом телег, запахом рыбы и смолы.

Я вёл автомобиль осторожно, объезжая выбоины и внимательно наблюдая за пешеходами. Несколько мальчишек бежали рядом, восхищённо разглядывая машину. Их смех резанул по сердцу. Как я могу красоваться перед толпой зевак, раскатывая в новеньком кабриолете, тогда как моя любимая ехала неведомо куда в коневозке, без каких-либо удобств!

Сердце затопила горечь. Как мне спасти мою милую малютку? С чего начать? К кому обратиться за советом?

Вспомнилось, как шер Ватер напутствовал нас перед отъездом:

— В Хетинае свои правила. Слушайте больше, говорите меньше. И если что — дайте знать. У меня там старые связи, помогу, чем смогу.

«Старые связи» — мысленно повторил я. Когда-то наставник вёл дела в Хартине — расследовал пропажу артефактов из портовых складов, помогал местной полиции распутать сеть контрабандистов. У него остались здесь знакомые, люди, которым он помог и которые теперь готовы отплатить добром. «Сейчас бы мне очень пригодились эти связи! — подумал я, сворачивая к гостинице. — И если Ватер действительно оставил здесь друзей, я их найду». Жаль, что Сайт Ватер далеко, а терять время на отправление запроса в Кельтук и ожидание ответа очень не хотелось.

Я ворвался в гостиничный номер — и замер. На столе лежало письмо из Кельтука. Его доставили накануне, уже после моего отъезда. Сердце ёкнуло: Ватер! Прочитав, я издал ликующий возглас. Наставник, даже находясь вдали от своих стажёров, не оставил нас без внимания и сумел оценить сложившуюся ситуацию.

«Эдвард, я узнал о вашей задержке в Хетинае. Подозреваю, что дело связано с поручением ИСБ. Не требую подтверждений — мои догадки останутся при мне. Но я не могу бездействовать. Помнишь мои связи в Хартине? Полковник Риан Торн предупреждён — он ждёт твоего визита. Действуй осторожно и не полагайся только на свои силы. Ты и Даниэла — достойные специалисты, но опыта в серьёзных делах не имеете, я верю, что Торн поможет вам эффективнее, чем кто-либо ещё».

Не зря владелец «Чистой воды» считался самым успешным и талантливым детективом Вейзорской империи. Его не раз приглашали работать в столицу, но Сайт Ватер слишком привязался к приморскому городу и не желал покидать его. Теперь мне довелось убедиться, что сильному и умному магу не обязательно находиться в центре событий: такие, как Сайт Ватер, способны анализировать разрозненные факты и сведения, оставаясь за морем.

Я сменил костюм, наскоро проглотил завтрак. В голове крутились версии. Во-первых, заговорщики не могли знать о нашей миссии — мы с Даниэлой действовали осторожно. Обычные влюблённые, задержавшиеся из-за магического запрета на перемещения Во-вторых, дед Даниэлы дал подсказку: лорд, четверть века назад добивавшийся руки Матины, теперь охотится за её дочерью. Мне было с чем обращаться к полковнику!

Отряды городской стражи Хартина располагались в старом форте. Снаружи башни выглядели мрачно — выбоины, трещины, следы веков. Но за воротами открывалась иная картина: блестящая брусчатка, новые здания с большими окнами. Гарнизон выглядел благополучным и надёжным. И не удивительно: он находился в прямом подчинении столице. Вельхальм Четвёртый не экономил на безопасности, понимая, что избежать беспорядков можно лишь имея надёжных защитников закона.

Риан Торн и Сайт Ватер познакомились ещё во времена молодости, когда полковник был капитаном и ловил контрабандистов. Теперь же он контролировал всю преступность Хартина, лично проверял каждое расследование и не давал спуску нерадивым подчинённым. Его уважали, его боялись, к нему шли за советом. Если бы у Риана Торна не было весьма толкового адъютанта, научившегося верно расставлять приоритеты и направлять менее важные дела в соседние кабинеты, полковнику пришлось бы работать круглосуточно.

Именно этот расторопный офицер стал препятствием на моём пути в кабинет.

— Прошу извинить, ваше сиятельство, — вежливо кланялся худощавый, затянутый в идеально отутюженную форму адъютант, выверенным движением подкручивая пышные рыжие усы. — Никак не могу пропустить вас без записи. Полковник занят и на этой неделе не принимает по личным вопросам.

— Прошу доложить! — настаивал я. — Граф Эдвард Морейт по протекции детектива Сайта Ватера. Полковник извещён о моём визите.

— Увы, — качал головой офицер, загораживая мне дорогу. — У меня на этот счёт указаний не было. Ещё раз прошу извинить, но вам придётся ждать дней десять. Если к тому времени не случится новых убийств

— Случится! — зло процедил я сквозь зубы. — Случится и прямо сейчас! Если вы не доложите, как полагается, о моём приходе начальству.

Для убедительности я поднял руку, сложив пальцы в боевую руну.

— Кхм — вытаращился поручик, не приняв мои угрозы всерьёз. — Ваше сиятельство, это не делает вам чести

— У меня невесту похитили! А я тут стою битый час, время теряю.

Адъютант побледнел, но всё ещё держался:

— Оставьте заявление в ближайшем к месту жительства отделении полиции. Там примут меры

— Уже! Приняли, да всё бесполезно, — всё сильнее раскалялся я.

Дело, действительно, могло закончиться рукоприкладством, но звук решительных шагов отвлёк нас обоих. Дверь кабинета распахнулась, и в приёмную вышел Риан Торн. Высокий, подтянутый, с седыми висками и цепким взглядом, он сердито посмотрел на нас — и адъютант тут же отступил, пробормотав извинения.

— Что здесь происходит? — холодно спросил полковник.

Я сделал шаг вперёд, стараясь унять дрожь в голосе:

— Полковник Торн, я Эдвард Морейт. Сайт Ватер предупредил вас о моём визите. У меня похитили невесту, и я прошу помощи.

Торн окинул меня внимательным взглядом — от причёски до сапог, будто сканируя. Затем кивнул на дверь:

— Прошу в мой кабинет, ваше сиятельство. И вы, поручик, тоже зайдите. Объясните, почему задержали графа, которого я ожидаю.

Адъютант побледнел ещё сильнее и поспешил за нами. Полковник указал мне на кресло у массивного дубового стола, сам сел напротив, а адъютанту бросил:

— Кофе для гостя и для меня. И оставьте нас.

Когда дверь за адъютантом закрылась, Торн сложил руки на столе и пристально посмотрел на меня:

— Шер Ватер писал, что вы в затруднительном положении. Расскажите подробно: что произошло, когда и при каких обстоятельствах пропала ваша невеста. Опускайте эмоции, давайте факты.

Я глубоко вдохнул, собираясь с мыслями. Наконец-то у меня появилась возможность изложить всё по порядку — так, как учили в академии.

— Даниэла исчезла вчера утром из городского парка. Последним её видел ночной сторож — он и дал показания в полицейском участке. По его словам, графиню силой усадили в коневозку и умчали в неизвестном направлении. Я заподозрил в причастности графа Депара, её деда, и сразу отправился в его поместье. Выяснилось, что похищение Даниэлы организовывал кто-то другой, но граф дал важную подсказку: за этим стоит некий лорд, который в своё время добивался руки её матери, Матины Депарри.