Обреченная

— Надоело. Слушаюсь, старейшина. Будет исполнено. — рявкнул я и вышел из дома.

***

В столице и правда было тепло, ни одной снежинки. Сколько же маны на это уходило? Тратят ресурсы ради собственного удобства. Наша карета медленно двигалась по улицам столицы. На всем пути толпился народ. Все было усыпано черными розами, женщины шли в венках. Народ уже праздновал, из всех таверн лилась музыка. Улицы были увешаны фонарями, каменная мостовая сияла украшениями. Дома тянулись один за другим, одинаковые, с золотистыми крышами. На каждой площади возвышались статуи королевской семьи. Здесь почитали и древних духов. На одной из улиц нас встретила статуя Аурии.

Дворец был виден из любой точки города. Он возвышался над городом и выглядел так, словно внутри обитало древнее зло. Высоченные колонны, острые башни. На первый взгляд, всего три этажа. Чем ближе мы подъезжали, тем плотнее становилась толпа. Люди сидели даже на фонарных столбах и крышах. Каждый хотел увидеть церемонию. У ворот нас встретила королевская гвардия и сопроводила к площади.

Внутренняя площадь оказалась меньше, чем я ожидал. В центре возвышался алтарь, к нему вела дорожка из роз. Народ уже занимал лучшие места. Отец поднялся на балкон, специально выделенный нам королем. Чтобы мы во всей красе лицезрели церемонию. Разумеется, подниматься туда я не стал. Совсем не хотелось лишний час проводить среди этих упырей, когда можно было затеряться в толпе.

Люди взволнованно перешептывались, наследницу, как я понял, почти не показывали народу. Судя по разговорам, ходили даже слухи о ее ранней смерти. Конечно. Боятся, наверное, показывать свое сокровище и главное оружие страны. Девчонка выглядела потерянной и напуганной, но изо всех сил пыталась казаться уверенной магиней. Ее выдавал взгляд. Тонкие бледные руки дрожали то ли от тяжести факела, то ли от волнения. Мне даже стало ее немного жаль. Наверное, страшно опозориться перед такой толпой. Если она не контролирует магию, зачем вообще выводить ее на площадь перед всеми? У короля, похоже, совсем крышу снесло. Хочет показать врагам, что очередная жертвенная овечка полна сил и готова к обряду? Отец еще называется. Мерзость.

Девчонка стояла с факелом в руках, казалось, целую вечность. Но вдруг ее глаза расширились, всю площадь словно парализовало.

— Человек, здесь что-то неладное. Нужно уходить, — взволнованно прошептал дух.

— Я чувствую, Аурия девчонка пробуждается. — По спине стекал холодный пот.

Воздух сдавило, стало трудно дышать. Что-то зловещее словно застряло в горле.

— Не только, человек. Девчонка не одна. Его присутствие чувствуют все духи на площади. Она его проводник. — дух появился неподалеку от меня, приняв свою обычную форму, а печать вспыхнула синим светом. Все духи на площади словно затаили дыхание. Интересно, сообщили ли они своим хозяевам о том, что чувствуют?

— Низшие архаи не способны распознать его. Но они в полной мере ощущают зловещую силу, только не могут понять в чем дело — пояснила мне Аурия

С тонких пальчиков девчонки сорвались черные искры. Она разожгла факел, черный огонь вспыхнул, поглощая весь свет. На ее лице на долю секунды расползлась зловещая улыбка, а глаза вспыхнули алым. Мне ведь не померещилось? Девочка шатнулась, и когда я уже решил, что она упадет, гвардейцы подхватили ее. Отлично. Еще и неуклюжая.

Но в ней вдруг что-то изменилось. Гордо подняв голову, она грациозно зашагала к алтарю. Она посмотрела прямо на меня своими большими зелеными глазами и остановилась. Люди вокруг нервно зашептались. Иди дальше, дура. Огонь ведь потухнет. Чего она уставилась на меня? Она чувствует силу архая? От ее пристального взгляда становится тошно. И зачем только природа дала ей такие глаза, как у олененка. Жертва с глазами маленького олененка. Судьба, должно быть, решила посмеяться.

Я посмотрел на ее руку. Что-то блестело, отражая солнце. Что за дурацкий браслет у нее на руке? Руны, значит. Боятся, что она выйдет из-под контроля. Ну конечно. Надо же спасать свои задницы. Гнилая семейка Сильверов.

Пришлось подняться к остальным на балкон, чтобы никто не задался вопросом, куда подевался сын герцога. Играть роль наследника сильнейшего рода, юноши, якобы целиком поглощенного обучением и подготовкой к наследованию семьи, было уже несложно. Роль, которую мы с отцом всегда разыгрывали на людях. Здесь мы были отцом и сыном, а не старейшиной и его учеником.

***

На балу нас посадили рядом с принцессой Азалией. В отличие от своей старшей сестры принцесса внешне куда больше походила на представителей рода Сильверов. Азалия нервно ерзала на стуле, то и дело выискивая кого-то взглядом. Король сидел с высоко поднятой головой, ожидая появления жены и наследницы. Его взгляд проходился по каждому сидящему за столом, словно проверяя их на прочность. Левой рукой он то и дело перебирал столовые приборы, едва слышно звякая металлом.

— Опусти взгляд, сын, — тихо произнес отец, не меняя расслабленного выражения лица Я поймал себя на том, что слишком долго смотрю на его величество, и поспешно перевел взгляд к входу. В дверях показалась элегантная и плавная словно лебедь императрица и позади нее плелась девчонка наследница.

Отец поставил фужер и почтительно склонил голову, незаметно дернув меня за штанину под столом. Я вздрогнул, отдернул ногу и тоже склонил голову. Сила этой девочки, поражала. Она затмевала все вокруг. По спине мгновенно выступил холодный пот.

— Ты чувствуешь? — шепотом спросил я.

— Конечно, это невероятно Нейлор. Вот она, истинная сила рода. — По его лицу медленно расползлась улыбка, то ли от искреннего восхищения, то ли от мыслей об игре, которую уже начал Орден.

Девчонка села рядом с сестрой и моим отцом и уставилась на меня. Какая она все-таки странная. Смотрит так, словно призрака увидела. От ее взгляда становилось не по себе. Гордость подпирала горло, сжимая его. Я никогда не склоню перед ней голову. Перед той, что так легко принимает свою судьбу. Это слабость. Какой бы силой рода она ни обладала, духом она слаба. Ей не повести армию.

— Человек, у девочки странная связь с ним. В их роду такого еще не было — прошептала Аурия.

Сделав вид, что не слышу ее, я сосредоточился на разговоре короля с отцом.

— Налиус, будь добр, поделись секретом. Как твой наследник, с таким магическим опытом, заключил пакт с одним из самых могущественных духов? Ты что, практиковал с ним магию с пеленок? — Король сверлил взглядом моего отца, даже не взглянув на меня. Он говорил так, будто меня здесь нет. Это жутко раздражало. Орден скрывал тот факт, что я заключил пакт в слишком раннем возрасте.

Отец положил руку мне на плечо и сжал его. — Что вы, государь, к нашему большому удивлению, мой сын приглянулся Аурии. Мы сами были этим удивлены. Для нашего рода это стало большой неожиданностью. Как вы знаете, Аурия давно лично не выбирала никого из нашего рода. Лишь покровительствовала.

Убрав руку отца со своего плеча, я дал ему понять, что контролирую себя. Я посмотрел на сестер, обе склонили головы и были темнее тучи. Наверное, они тоже уловили в голосе короля недовольство. Как это у его друга ребенок оказался талантливее, чем его собственный. Почему же она не может пользоваться всей своей разрушительной силой? Интересно.

— Как насчет прислать своего наследника во дворец в качестве учителя моей дочери? Наш разговор так и не был окончен в тот день. Конечно, ему щедро оплатят труд и задерживать надолго не будут. Мы понимаем, что он и сам еще обучается. Но я считаю, это пойдет на пользу Залии. — Девочка поперхнулась и резко повернулась к королю. С ней, видимо, это тоже не обговаривали.

— Ваше величество, вы мой король. Ваше слово закон. — Отец поднял бокал и склонил голову в знак одобрения сделки. Отлично. Меня только что продали во дворец, как овцу.

Залия

Часом позднее я все еще пребывала в легком шоке. Появление этого парня сбило меня с толку. Не ожидала, что это будет именно он. Матушка велела мне идти в сад: сын герцога желал поговорить. Я села на ближайшую лавочку у невероятно красивых роз. В клумбах цвели розы всех сортов, какие только смогли найти в столице. Матушка очень любила эти цветы. Подданные со всего королевства свозили сюда семена на свадьбу родителей.

Интересно, этот парень тоже не знал, что его попросят меня учить. Он ведь совсем еще молод для этого. Нервно прокручивая браслет на запястье, я попыталась выровнять дыхание.

— Кхм, Залия, я так полагаю? — вздрогнув я обернулась.

Сын Герцога стоял за моей спиной, скрестив руки на груди. Лицо его ловило теплые лучи солнца. Его карие глаза с желтой крапинкой внимательно за мной наблюдали. В руках он сжимал свиток, нервно откинул прядь волос цвета горького шоколада и бесцеремонно уселся рядом. Слишком близко, я бы даже сказала.

— Что, языка нет? У меня нет времени возиться с тобой. Что бы с тобой ни было, очень прошу скорее прийти в себя. — сказал он и щелкнул пальцами у меня перед носом.

Такое поведение было просто недопустимо. Возмущение и гнев забурлили во мне с неистовой силой. От негодования я открывала и закрывала рот, не зная, что ему сказать.

— Да что же это такое, давай заново. — парень встал на ноги и почтительно мне поклонился. — Добрый день, принцесса Залия. Меня зовут Нейлор, я сын герцога Налиуса и

— Мне известно, кто вы. И да, язык у меня тоже есть. Попрошу выбирать выражения в присутствии члена императорской семьи, Нейлор Каэрис, — вскинув голову выше, произнесла я. Не такого знакомства я себе представляла.

— Ох, я погляжу, у нас и клыки есть. Чудесно. Папаша решил отложить наше с тобой обучение до твоего восемнадцатого дня рождения, учитывая, что сила в тебе еще не полноценна. Кстати говоря, когда оно у тебя? — Нейлор снова сел рядом со мной, положил руку на спинку скамейки и слегка наклонился, вопросительно изогнув бровь.

Просто невероятно: за какие-то пять минут он умудрился оскорбить меня дважды, к тому же назвал меня неполноценной. Гнев продолжал переполнять мои вены, глаза застилала пелена. Я чувствовала, как магия переполняет меня. Что-то треснуло в голове, словно удар молнии. Я не смогла сдержать этот порыв: вскочила на ноги и резко вскинула руки вверх. Вспышка темной магии вырвалась из меня, сжигая все на своем пути. Птицы судорожно разлетались в разные стороны, гвардейцы окружили нас по кругу.

— Не подходить, — крикнул им Нейлор.

Пытаясь отдышаться, я разглядывала розы матушки. Все в ближайшем метре от меня обуглилось: цветы, трава, скамейка, когда-то золотистого цвета, теперь была чернее ночи. Еще никогда я не приносила таких разрушений. Страх окутал меня, паника, словно болезнь, разрасталась в моем сознании.

— Аурия! — крикнул Нейлор, и от неожиданности у меня перехватило дыхание. Парень с легким, плавным движением руки выпустил в меня мощный поток воды. Ледяной воды.

— Это было совсем не обязательно, — выжимая воду из волос, сказала я.

— Вот и проверили. Все видели? Она совсем не контролирует свои эмоции, что приведет к большой беде. Сегодня это сад, завтра вся столица, — гордо заявил он, повернувшись к моим отцу и матушке.

У меня закружилась голова. Все это время мои родители и отец Нейлора наблюдали за нами. Он намеренно пытался вывести меня из равновесия, чтобы проверить. А я, как ребенок, поддалась на его провокации?

Стыд окутал меня, и я опустила глаза вниз. — Прости, матушка. Ведь это были твои любимые цветы.

— Залия, важнее всего, что ты не поранила себя. Что на тебя нашло? — глаза матушки округлились, разглядывая обугленную землю и сад.

— Позвольте сказать в ее защиту, что это не совсем она. Девочка не контролирует свои эмоции и неосознанно посылает импульсы своей магии. Такое часто случается, когда большая сила переходит к неподготовленному магу. Уверяю вас, это нормально. Так было и с моим сыном в самом начале пути. — сказал Герцог, похлопав сына по плечу.

Внутри перемешались все чувства, когда я увидела Азалию, стоящую за отцом. Она испуганно разглядывала все, что я сожгла, и изредка смотрела на меня. Таким взглядом, словно я монстр. Как они могли позволить ей быть здесь? Если они планировали проверить меня и мою силу, зачем взяли с собой сестру? Мне так не хотелось ее пугать, не хотелось, чтобы она видела все это.

— К слову, я знаю, когда твой день рождения, — прошептал Нейлор и протянул свиток. — Держи, подарок. Надеюсь, к моему возвращению ты будешь знать его содержимое наизусть, маленькая принцесса.

Я осторожно взяла свиток и подошла к сестре. Азалия даже не взглянула на меня. Сердце пропустило пару ударов, пока я вставала рядом. Надеюсь, она не будет теперь меня сторониться. Она — все, что у меня есть. Что-то обжигало изнутри, но я все еще не могла разобраться ни в своей силе, ни в ощущениях, что преследовали меня, ни в этом таинственном голосе. Мне нужны ответы.

Герцог с сыном решили оставить нас наедине и двинулись к замку.

— Залия, отдай мне сверток, — тихо произнес отец, глядя, как уходит его друг с наследником.

— Ваше величество, это ведь

— Я сказал, отдай сверток. Тебе еще рано такое изучать, — пригвоздив меня взглядом, отдал приказ король. Мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться.

Как бы я хотела узнать, что такого мне подарил наследник семьи Каэрис. Одно мне было ясно точно: отец не простит мне такой ошибки. Судя по атмосфере вокруг, это было очевидно для всех членов моей семьи.

— В темницу ее, — прорычал отец.

Нет, пожалуйста, только не это. Я молилась, не понимая кому. Азалия громко всхлипывала, пока гвардейцы окружали меня. Нас с сестрой уже очень давно не наказывали темницей. Мы делали все, чтобы этого не допустить. Как же так вышло?

— Сестра, все будет хорошо. Я тебе обещаю. — из последних сил крикнула я. Последнее, что я видела, — матушка о чем-то просила отца, но он лишь оттолкнул ее.

Глава 4

Залия

Три года спустя.

Утро началось с привычных дел. Мейлла помогла мне подготовиться к празднику, уложила волосы в косу и закрепила их на голове, словно корону. Азалия с самого раннего утра принесла цветы. В этом году она решила сделать венок из моих волос. Я наблюдала, как она осторожно вплетает в пряди бутоны роз, маленькие колокольчики и ромашки.

Композиция получалась удивительно красивой, но больше меня радовала ее улыбка. С таким восхищением она украшала мою «корону», что сердце сжалось. Как много мы уже пережили И сколько всего еще предстоит. От одной только мысли, что мне когда-то придется оставить сестру одну, в душе разрасталась темнота.

— Ты не выглядишь как девушка, которая сегодня становится совершеннолетней, — сказала Азалия, присаживаясь напротив и устало улыбаясь. — Сестра, ну улыбнись. Мне больно смотреть на твое грустное лицо. Сегодня ведь твой бал. Столько людей собирается в твою честь.

Моя младшая сестра все время поправляла венок, будто и сама нервничала не меньше меня. Этот праздник давно стал для нас тяжелым бременем и ассоциировался со страшными событиями нашей жизни. Все в этом дне напоминало мне подземелье, звук капающей с потолка воды и бесконечную боль. Музыка и возгласы за окном навевали ощущение сырости и поднимали к горлу новые волны тошноты. Руки предательски тряслись, и я постоянно повторяла себе, что это в прошлом, все прошло. Сегодня все будет иначе, как в прошлом году и позапрошлом. Мы в безопасности. Мы не позволим этому повториться.

Мейлла положила холодную руку на мое плечо и выдернула меня из мыслей — Если ты не сделаешь лицо попроще, я тебя ущипну. Я закрою глаза на то, что ты себя не жалеешь, но посмотри на нее. — она указала на мою бледную младшую сестру. — Посмотри, как ей тяжело. Не делай ей больнее. Ты хоть видишь, как она за тебя переживает? Как мы все переживаем за твое состояние. Пожалуйста, Залия, соберись.

Собраться. Пожалуй, сейчас это было самым сложным. Каждая клеточка моего тела хотела бежать. Все мое нутро молило меня: беги. Если я подведу отца, если хоть малейшая деталь пойдет не по плану, все повторится. Дни и недели, проведенные в темнице, снились мне каждую ночь. Каждый день я просыпалась в холодном поту и долго не могла прийти в себя, поверить, что лежу в своей постели.

Подойдя к окну, я выдохнула, набралась сил и выдавила измученную улыбку — Я в порядке. — Эта улыбка стоила мне всех последних сил.

По комнате распространялся приятный запах лаванды от свечей, которые бережно приносила сестра все недели моего затворничества. Мне отчаянно не хотелось выходить из своей комнаты. Лишь продолжала обучение с профессорами и изредка выходила во внутренний двор, чтобы практиковать магию с профессором Арией. Она учила меня контролю и искусству темной магии. Черное пламя все никак не слушалось меня, и в последнее время занятия в закрытом помещении стали совсем небезопасными.

— Сестра, я не знала, как тебе сказать — Азалия встала со стула, неловко перебирая оставшиеся цветы в руках. Ее взгляд бегал с пола к Мейлле и обратно. На меня она не смотрела. Это заставило меня прийти в ужас, вспыхнуть и снова охладить себя выдуманным льдом в моей голове. Так учила меня профессор Ария.

«Сохраняй контроль», — повторила я себе и подошла к сестре.

— Ну боже, да не тяни. Сегодня приезжает сын герцога. — Мейлла выпалила это и словно прикрыла собой мою сестру.

Я отшатнулась от неожиданности и резко закрыла глаза. Комнату снова наполнил запах сырости и гнили. Я могла поклясться, что снова слышала звук капель. Все стало бессмысленным, земля будто уплывала из-под ног. Страх перекрыл мне дыхание, я продолжала шептать себе: «Это не повторится. Все будет хорошо. Прошлое остается в прошлом. Я его не подведу. Мы сделаем все правильно».

— Залия, соберись. Я умоляю, парнишка ничего не знал, он не виноват. Ты должна собраться и выйти сейчас к людям. Пожалуйста, ты ведь знаешь, что может произойти, если ты потеряешь контроль. — Мейлла ухватилась за мою юбку и отчаянно трясла ее.

Все это не имеет никакого смысла. Я сделаю, что должна. Опустив взгляд и сделав глубокий вдох, я покинула комнату. Даже не посмотрев на них, в полной тишине вышла в коридор. Гвардейцы переглянулись и кивнули друг другу. Мне хотелось выйти на свежий воздух, но паника поглощала меня и не давала ясно мыслить. Мне нужно успокоиться. Представить ведро со льдом и опрокинуть его на себя. Концентрация дается хуже в такие моменты. Дни, когда время замедляется и я слышу капли воды все отчетливее и отчетливее.

В памяти всплыл разговор с профессором Арией.

— Чтобы побороть свои страхи, ты должна столкнуться с ними. Должна гордо смотреть страху в глаза. — Другими словами, должна спуститься в темницу. Должна посмотреть отцу в глаза. Так много слова «должна», что меня уже тошнит.

Пройдя по коридору, мы с гвардейцами остановились у окна. Внизу виднелся проход с улицы в подземелье, огороженные каменные плиты. Дальше можно было разглядеть площадь и собравшихся там людей. За площадью виднелась конюшня, где раньше я любила проводить время с сестрой. Мне очень нравились лошади. Все это казалось таким далеким, таким забытым. Увлечения, желания и планы на и без того короткую жизнь.

Сделав еще один глубокий вдох и выдох, я решительно направилась к лестнице. Через пару минут начнется церемония, а за ней и бал. Долг и собранность — это все, что должно сегодня меня заботить.

Люди восторженно кричали наши имена, дети звонко смеялись. Торговцы кричали в толпе, предлагая всем новые выпуски своих газет. Мужчины оживленно спорили с товарищами. Женщины отчитывали маленьких проказников. Мир за этими стенами жил. Наполненный живыми людьми и яркими красками. Все радовались. С нетерпением ждали появления правящей семьи.

Я стояла в шаге от выхода, за колонной, и слушала своих подданных. Их голоса уносили меня далеко отсюда, за пределы столицы. Дыхание выравнивалось, сердце замедлялось.

— Приятно осознавать, что тебя любят. Не так ли? — позади меня возник силуэт мужчины. Вздрогнув, я машинально развернулась и прижалась к стене.

— Посмотри на меня, девочка. — В приказном тоне сказал отец. — Долго ты еще собираешься бегать от меня? Или нам стоит продолжить разговор в более темном месте?

Убрав руки за спину и сжав кулаки, я осмелилась взглянуть ему в глаза. — Что вы, я совсем не избегаю вас. У меня много занятий и шла подготовка к

— Ты знаешь, я не терплю пустые оправдания, — перебил меня отец. Он подошел ближе и двумя пальцами обхватил подбородок, приподняв мою голову. — Сегодня важный день, и ты это понимаешь. Жду от тебя здравомыслия. — Отпустив меня, он натянул пугающую улыбку и вышел во двор. За отцом я увидела матушку. Она одарила меня грустной улыбкой и вышла вслед за ним.

Внутри все застыло, словно часть меня медленно умирала. Посмотреть в глаза страху оказалось сложнее, чем я могла себе представить. Но, откинув все мысли я все же вышла на площадь. Мир вокруг замер. Меня встретила всепоглощающая тишина, и лишь теплый взгляд Лиарны в толпе придавал спокойствие. Люди молча смотрели вниз, ожидая речи своего короля.

— Этот день по-настоящему знаменательный для нашей семьи. — Голос отца разлетелся и эхом прокатился по всей площади. — В этот день ровно восемнадцать лет назад моя прекрасная королева подарила мне старшего ребенка. Давайте же помолимся за мое дитя.

Все склонили головы и безмолвно прочитали молитву. В толпе я увидела единственную голову, которая не склонилась в молитве. Напротив — карие глаза обжигали меня взглядом. В них я узнала сына герцога. Как и тогда, он не сидел на специально выделенном балконе, а стоял среди народа. Его взгляд с годами стал еще холоднее, от него у меня бежали мурашки по всему телу. За его спиной я впервые увидела очертания духа. Что-то светилось бледно-голубым светом. В этом свете ощущалась огромная сила и скрытая угроза. Нейлор с вызовом опрокинул голову, ясно давая понять, что не намерен молиться за меня. Гнев и ярость нарастали. Мне пришлось отвернуться, чтобы восстановить равновесие и нащупать нить, ведущую к моему внутреннему льду.

— Прошу вас, веселитесь, пейте, ешьте сегодня за мою дочь, — прервала молчание матушка. Поднялся восторженный гул. Люди начали выкрикивать мое имя.

Отец взял факел у гвардейца и повернулся ко мне. Легким движением руки я разожгла его и приняла его отцовских рук. Поклонившись, я последовала за гвардейцами к алтарю. Но что-то шептало мне на ухо и словно просило обернуться туда, где стоял Нейлор.

Встряхнув головой, я прошла дальше. Я не могу быть уверена, что если наши взгляды вновь встретятся, я не сорвусь. В данный момент мне больше всего на свете хотелось врезать по его самодовольному лицу. Три года я представляла нашу встречу и мечтала, как поставлю его на место. Как выскажу ему все и заставлю сожалеть, что причинил столько боли моей младшей сестре. Подойдя к алтарю, я зажгла темный огонь и повернулась к народу.

— Я, Залия из крови Сильверов, склоняюсь пред светом и тьмой. Да примет мир мою клятву. Да укрепит моя жизнь древний завет. Пусть кровь моя станет корнем, питающим барьер. Пусть душа моя станет пламенем, удерживающим мрак. Я звено в великой цепи. Я пепел, из которого восстанет мир, — за столько лет эта клятва уже потеряла какой-либо смысл для меня. Всего лишь еще одна составляющая этого проклятого дня.

После завершения церемонии часть людей последовала в малый зал, другая часть направилась к воротам. Там за воротами открывался безграничный мир. Со своими прелестями и недостатками. Стоя на пьедестале у алтаря, я хорошо слышала музыку и веселые голоса жителей столицы. Вдалеке блестели фонарики, усыпавшие весь город. Могу только представить, как красиво украшается город в мое день рождения. Как весело народ проводит время, гуляя до утра. Единственный день в году, когда они могут оставить работу, дела и вдоволь танцевать.

Во дворце все проходило более официально. С годами я начала различать искреннюю радость от лживой. Обычный дворцовый этикет. Традиционный бал после церемонии, на который многие приезжали из вежливости. Мало кто действительно хотел здесь быть, а кто хотел, то чтобы угодить отцу или заявить о себе.

Многие приезжали лишь позлорадствовать или зарекомендовать себя как будущего жениха Азалии. Каждый хотел хотя бы один танец с ней. Может, для нее этот день и мог быть радостным событием, однако я чувствовала, что прошлое и ее тоже не оставляет. Страх так глубоко пустил в нас корни, что теперь и ее лесная магия их не искоренит.

— Принцесса Залия, пора идти, — сказал гвардеец, мягко указав рукой в сторону дворца. От него пахло сажей и чем-то металлическим. Он всегда смотрел на меня с печалью, но стоило мне заглянуть в его темные глаза, они сразу становились холодными, как у всех, кто служил в королевской армии.