Земля. Реальность

- Ты мне нравишься, - сказал Локи.

Я стремительно покраснела, внутри все взрывалось, таракашки в голове прыгали от счастья. Мне же не послышалось? Он сказал, что я ему нравлюсь? Или он имел в виду, как человек, друг, товарищ?

- Я в тебя с детства влюблен.

Я сейчас в обморок упаду, что он творит. Я же всю жизнь этих слов ждала. А что говорить в ответ? Тип, ты тоже мне нравишься. Или что? Черт, пауза затягивается.

Надо что-то делать.

- Я понимаю, что я запоздал с этим признанием, но… я не могу без тебя. Никак. Ты повсюду, даже когда глаза закрываю, все равно тебя вижу.

- Локи, я тоже хотела тебе сказать, - несмело произнесла я. – Ты мне безумно дорог, прости, что накричала на тебя, но я волновалась, я боялась, что ты не вернешься. Что я тебя больше не увижу, потому что я, как и ты, не могу без тебя. Я тебя люблю. И тоже с детского сада.

Его улыбка грозилась выползти за пределы лица. Я никогда не видела его таким счастливым. Он притянул меня к себе, аккуратно снял маску. Наткнувшись взглядом на шрам, долго рассматривая его. Я тоже помнила тот эпизод. Такое невозможно забыть, но мне повезло, что он буквально ворвался и спас меня.

Локи приблизился к моему лицу:

- Можно? – шепотом произнес он.

- Да, -также тихо ответила я.

Он несмело поцеловал меня, его губы нежно касались моих, пробуя на вкус, узнавая, пытаясь запомнить каждый миллиметр. Я отвечала на поцелуй, растворившись в объятиях Локи. С каждой секундой мы становились смелей, наглей, и уже не стеснялись своих желаний. Я гладила его шею, зарывалась руками в волосы, прижималась всем телом. Ни на секунду не хотела его отпускать. Он сжимал меня руками, исследуя мое тело, от его горячих прикосновений, я приходила в восторг, моему возбуждению не было предела. Он использовал запрещенные приемы, целуя меня в шею.

Я не могла сдержать стонов. Он, видя, что мне это нравится, нагло дразнил, гладя по внутренней части бедер. Я не выдержала и направила его руку в нужное место, Локи нежно дотронулся. Я испустила стон, он продолжал ласкать меня, нашептывая в ухо всякие непристойности. Меня это только больше заводило. Он осторожно расстегнул мои штаны и пролез своей рукой к самому заветному.

Медленно начал гладить, ощущая мое возбуждение. Когда я уже была на грани, он спросил:

- Ты не против?

В его взгляде читалась такая нежность вперемешку с бешенной страстью.

- Не против, - простонала я.

Он аккуратно ввел один палец внутрь и не спеша начал действовать, прижав ладонь к клитору. Я двигалась в такт ему и постанывала прямо в ухо. С каждой секундой он ускорял темп, я вцепилась ему в шею и практически прокричала:

- Только не останавливайся, умоляю. Рома, только не останавливайся.

- Как скажешь, - прозвучал его мелодичный голос. – Ты решила назвать меня по имени?

- Прости, я не знаю… само вырвалось…

- Мне нравится, Стешка, - весело сказал он и притянул меня к себе для поцелуя.

Этот наглец засунул второй палец, и я издала глубокий стон. От его действий, я уже не контролировала себя. Все, что мне удалось выдавить из себя:

- Да, умоляю, еще, только не смей останавливаться. О, черт, черт, черт.

Его ласковые прикосновения к моему телу, горячие пальцы, удовлетворяющие меня между ног, жадные поцелуи, которые он оставлял на шее, - все слилось воедино. Я последний раз вскрикнула от удовольствия и рухнула на него. Он медленно гладил меня по спине и по волосам, вдыхая мой запах. Я обессиленно лежала на нем, без возможности пошевелиться. Если бы не его надежные руки, я рухнула бы вниз, но он прочно закрепил меня на себе. Так мы пролежали несколько минут.

- Не боишься, что нас опять потеряют? – спросил он.

- Ты прав, надо возвращаться, - сказала я, медленно поднимаясь.

Но так и осталась сидеть на нем сверху. Он придерживал меня за талию, и хитро улыбался.

- Ты такая миленькая, когда стонешь.

Я засмущалась и отвернулась, сползая с него. Поправив одежду, я снова посмотрела на него, он вальяжно расселся на подоконнике и осматривал с ног до головы. Затем поднялся и прижал к себе, жадно целуя. Не хотелось отрываться от него, так бы и стояла целую вечность. Но прервав поцелуй, мы все же направились в обратную дорогу. Шли мы, крепко держась за руки. Теперь его мужское плечо ощущалось еще лучше, еще надежней. Тихо зайдя в школу, мы прошли по коридору. Он снова потянулся поцеловать меня на прощание, но я остановила его:

- Может, поспишь со мной? Мне теперь одной не уснуть.

Даже ничего не видя, я знала, что он улыбается. Мы осторожно вошли в кабинет и прошли в спальную часть. Быстро разделись и улеглись на широкий диван, который все эти годы служил мне кроватью. Рома, я решила, что буду называть его по имени, повернулся ко мне, прижав и нежно прошептал:

- Я всегда буду рядом с тобой, чтобы не случилось. Просто знай это. Я сделаю все, чтобы ты была счастлива.

Я улыбнулась и ответила:

- Я знаю, Ром, знаю.

- Моя милая Стешка. Как же я рад.

- Спи, давай, радостный. Спокойной ночи.

- Сладких снов.

**Арес**

Мне не спалось, я решил немного походить по коридору, тяжелый день сказывался. Выйдя, я заметил, что был не один, кто-то тоже решил стать школьным привидением. У окна стояла Перо, ее тонкую фигуру освещала луна. Она казалась сказочной, фантастической, нереальной в этих лучах. Я тихо подошел к ней, но она все равно меня заметила.

Повернулась, и сразу бросилась в мои объятия.

- Я так испугалась за тебя. Думала, что вы уже не вернетесь. Прошу тебя, больше никогда так не делай.

Я погладил ее по волосам.

- Клянусь, что всегда буду возвращаться к тебе.

Она оторвала голову от моей груди и посмотрела мне в глаза. Осторожно встав на полу пальцы, она потянулась ко мне. Я наклонился, и наши губы слились в поцелуи. Понимая, что ей тяжело так стоять, я с легкостью подхватил ее руками за бедра и подтянул. Перо обхватила меня ногами и стала целовать еще жарче. Я не чувствовал под собой пол, казалось, что мы в каком-то пространстве, что больше никого нет на этом свете. Ее горячие поцелуи покрывали мое лицо, она вжималась в меня, крепко ухватившись за шею.

Я нежно гладил ее большими пальцами по голой коже ног, и ощущал необыкновенное счастье. Наконец-то я нашел человека, с которым буду всю жизнь, даже если она будет длиться лишь мгновение. Внезапно мы услышали шорохи в коридоре, кто-то направлялся к нам. Я бережно опустил Перо, и взглянув, друг на друга еще раз, мы разбежались как нашкодившие ученики. Я запрыгнул к себе в комнату, услышав чей-то шепот недалеко. Видимо, какая-то парочка тоже решила уединиться. Ну, вот и как теперь уснуть?

Только если моя лесная нимфа мне присниться.

**Гермес**

Перед тем как идти спать, я еще раз все проверил, никаких попыток взлома больше не было. И на том спасибо. Я уже собирался уходить, как тут послышался неприятный звук. Да твою мать, вы издеваетесь? Я повернулся к монитору, и завис. Компьютер сообщал, что сигналы с датчиков пропадают по всем проложенным маршрутам. Теперь мы не сможем отследить движение зараженных, не сможем сказать Охотникам, какое направление выбрать. Это значит, что больше они не смогут приносить материалы, добывать полезные для нашего существования вещи.

Черт! Только этого не хватало. И чего этому хакеру спокойно не сидиться?

Глава 6. В ее глазах было море печали

Глава 6. Тревожно-роковое начало дня.

**Дневник**

Видимо, я поспешил с выводом о том, что на земле остались умные детишки. Как я и предполагал, они не смогли ужиться все вместе, постоянно подставляли друг друга, унижали, пытались выяснить, кто главней, тянули одеяло каждый в свою сторону. Может зря я выпустил своих миленьких монстриков, ребята справились и без меня.

Спустя полгода образования лагерей их численность резко сократилась.

Это смешно. Ведь мало им было матушки-природы, монстров, что страшнее самой смерти, так они сами добавили в свою жизнь веселья, убивая и калеча друг друга. За ними так интересно наблюдать, как за рыбками в аквариуме. Я лично связывался со многими из них и подстрекал к разжиганию ненависти в их «сплоченном» коллективе, меня это забавляло.

Это стало моим единственным развлечением. Заодно я, таким образом, выяснял, их состав, есть ли среди них нужные мне… Но так никого не нашел. Господин злиться, я боюсь смотреть в его глаза.

Он начал часто избивать меня, обвинять во всем. Но я клянусь, что как только я найду их, то жизнь сейчас в круговороте монстров, катаклизмов, природного гнева и попыток выжить, станет для них приятным воспоминанием. Они будут страдать, даже больше, чем их родители на этом операционном столе. Надо подвести итоги, сейчас на планете остались следующие цифры: Россия – 7 лагерей, Беларусь – 10, Франция – 11, Испания – 5, Швеция – 15, Норвегия – 7, Казахстан, Китай, Бруней, Канада – 1. Я продолжу свою деятельность, уничтожу один лагерь за другим. Я буду посылать все больше и больше монстров, пока они не сотрут этих детей с лица земли. …

Детишки приспособились. Они поняли, что мои подопечные боятся звуковых волн, и все силы направили на защиту и укрепление. Что ж придется прибегнуть к моей любимой части – предательство. В каждом из этих сообществ всегда найдется человек, которому будет нужно чуть больше остальных. Стоит только поманить его, сделать вид, что хочешь помочь ему, может даже что-то пообещать, как он уже падает к твоим ногам и готов верно служить. Так же как и я когда-то.

Но в отличие от них мой Господин меня не обманет, он пообещал мне вечность. Великую вечность. И я ему всецело верю.

**Ведьма**

Солнце ярко освещало комнату, его лучи проникли на мою подушку и ослепили меня.

Не хочу просыпаться, вдруг все, что было этой ночью лишь сон. Я боялась открыть глаза и не увидеть его, понять, что это была моя фантазия. Но мои страхи развеяли, когда огромной рукой подтянули к себе и нежно провели по спине, остановившись на самом интересном месте. Я выгнулась, как кошка, показывая, что мне нравятся эти ласки. Ощущая возле уха его горячее дыхание, я повернулась спиной и припечатала его к стене. Чувствуя, как в меня упирается весьма внушительный размер его возбуждения, я запрокинула руку ему на шею, ласкового поглаживая.

Он замурчал, как кот, которому дали самое вкусное, свободной рукой водя по всему моему телу. Эти прикосновения вызывали во мне волну мурашек, мне казалось, что окружающий мир был невыносимо холодным, и только Рома мог меня согреть. Я не смогла сдержаться, дыхание обжигало кожу, прикусив губу, я медленно начала тереться о его пах.

- Ты ведь доиграешься, - прошептал он.

- И что же будет? – невинно спросила я.

- Я сорвусь.

- Ты один из глав, должен уметь держать себя в руках, как бы тебя не провоцировали.

- С тобой это невозможно. Как только речь заходит о тебе, я зверею и бью любого, кто хоть как-то говорит о тебе. И ты хочешь, что бы я сдержался сейчас? Когда ты так близко ко мне?

- А ты докажи, что кремень, прояви свою выдержку.

Я медленно повернулась к нему и заглянула в глаза. Он нагло улыбался мне, что ж пора поставить его на место. Я не спеша провела рукой сначала по его щеке, затем кончиками пальцев по шее. Он на секунду отстранился, но потом вновь вернулся, подставляя свое тело под мою руку. Ах, да, он же щекотки боится, я совсем забыла об этом, что ж постараюсь быть аккуратней. Я продолжила маршрут от его груди все ниже и ниже.

С каждым изученным мной сантиметром, его дыхание становилось глубоким, а зрачки расширялись.

Все это время мы не отрывали взгляда друг от друга. Наконец, я добралась до нужного места. Прикусив губу, я очень осторожно дотронулась до него.

Он выдохнул, мышцы лица напряглись. Я продолжала поглаживать его, видя, как Рома возбуждается. Осмелев, я неловко сжала рукой выпирающий объект, боясь, что могу сделать больно. Парень улыбнулся, и словно прочитав мои мысли, сказал:

- Можешь сжать его крепче, ему это только понравится.

- А тебе?

- А я уже самый счастливый человек на планете.

Я сделала, как он велел. Казалось, что его зрачки сейчас выпрыгнут из орбит. Он покусывал губы, не отводя от меня глаз. С каждым разом я становилась уверенней, мне так понравилось его дразнить, что я уже вошла во вкус. Продолжая активно водить рукой, я подтянулась к нему и поцеловала в шею. Он испустил глубокий стон и откинул голову назад.

От того как сильно он сжимал мои ягодицы, я поняла, что он уже на грани. Его стоны вырывались наружу, только подтверждая мои догадки.

- Я так больше не могу, - хрипло сказал он. – Умоляю, остановись сейчас, пока не поздно.

- А может, я не хочу останавливаться. Может, я хочу продолжения.

- Ты уверена?

- Как никогда.

Он резко перевернул меня на спину и оказался сверху. Под его жадным взглядом я чувствовала себя беспомощным зверьком в лапах хищника, и мне это чертовски нравилось. Он медленно провел по моим губам большим пальцем, я, высунув язык, облизнула его. Рома заулыбался. Приблизившись ко мне, он поцеловал мою шею, я закатила глаза, ловя безудержный кайф. Задержавшись на ней, он буквально впился в меня, как вампир. Через несколько мгновений он отпустил, довольно ухмыляясь.

- Зараза, ты мне засос поставил? – спросила я, пытаясь нагнать на лицо обиженный вид.

- Только не говори, что тебе не понравилось.

Я лежала смущенная и глупо улыбалась. Он решил пойти дальше, осторожно опустившись к моей груди. Ласково лаская ее руками, он не отрывал взгляда от моего лица. Затем приблизился и нежно лизнул сосок. Я не смогла сдержать стон. Он, довольный собой, продолжил свои игры с моей грудью.

От каждого его прикосновения по телу пробегали мурашки, я запрокинула голову, задыхаясь от собственных стонов. Целуя каждую клетку тела, он спускался все ниже, пока не подобрался к самому сокровенному. Взглянув на меня, он произнес:

- Не смей отводить глаза, я хочу видеть твое наслаждение.

- Что будет, если не послушаюсь?

Он натянул на себя наглую усмешку, чуть оторвал от кровати мой зад и смачно шлепнул меня по нему. Я вскрикнула от неожиданности, но не скрою, мне было приятно. Бережно вернув все на место, он аккуратно раздвинул ноги и провел пальцем по самому нежному месту. Не отрывая от моих глаз взгляда, он медленно опустился, словно дразня меня, и ласково поцеловал. Я вздрогнула, необычное ощущение, как будто внизу живота растекается глубокое море, волна за волной. Рома водил своим языком по поверхности, проверяя, насколько я готова к следующему этапу.

Почувствовав мое возбуждение, он аккуратно двинул кончиком языка внутрь. Я закатила глаза от удовольствия, погружаясь в неизведанный мне мир, но меня вернули в реальность, снова шлепнув.

- Я же сказал, не смей отводить глаз.

- Извини, - смущенно произнесла я.

Видеть, как он доставляет мне удовольствие, периодически поднимая взгляд, было очень стыдно, но мучительно приятно. Осмелев, и чувствуя себя на пике возбуждения, я не сдержалась и сжала его голову своими бедрами. Не знаю, как он там выжил от этого удушья, но я уже не соображала.

От его наглого языка, я сошла с ума и схватила Рому за волосы, крепко сжав. Стоны, не видя препятствий, вырывались и становились все громче. Задрожав, я выгнулась, буквально врезаясь в его лицо. Через несколько секунд тело расслабилось, и я его отпустила. Эта счастливая мордашка пожирала меня взглядом, водя языком по своим губам. Я лежала, раскинувшись на подушке, вся красная от смущения, мне было неловко.

Рома продолжал целовать мое тело, постепенно приближаясь к лицу. Поравнявшись со мной глазами, он сказал:

- Если ты все, мы можем остановиться.

- Не можем, я хочу продолжения.

- Стеш, ты уверена?

- Да, умоляю тебя, да.

- Сама напросилась.

Он чуть навалился на меня, нежно целуя в шею, и я почувствовала, как его член аккуратно входит в меня. Рома боялся причинить мне боль и сдерживал себя, чтобы не навредить мне. От такой заботы внутри все расцветало. Медленно войдя в меня, он произнес:

- Привыкни к нему, я не хочу, оставить после себя неприятное впечатление.

- Что бы ты не делал, тебе это не удастся.

Он смотрел на меня с улыбкой, я начала постепенно двигаться, медленно, не торопясь. Вначале было неуютно, но спустя несколько мгновений, я начала получать удовольствие.

- Хочу тебя, - сквозь стоны произнесла я.

- Моя милая Стешка, - все также улыбаясь, произнес он.

Он медленно начал двигаться в такт со мной. От каждого толчка по телу расплывалась волна удовольствия. Мои стоны становились все громче, Рома закрыл мой рот поцелуем. Его правая рука чуть приподняла меня за бедра, тем самым позволяя ускорить темп. Вторая схватила меня за запястья, вытягивая руки вверх. Мы задыхались от поцелуя, нам было жарко и душно, но остановиться возможности не было. Нам было плевать на весь мир, сейчас существовали только он и я.

Его толчки усилились, мое тело горело и не хотело его отпускать. Замерев, я ощутила, как сковало горло, грудь, живот и ноги, и, почувствовав, как волна эйфории накрывает меня с головой, я издала последний вздох. Он резко вышел, и горячая жидкость растеклась по мне. Я сама же нарушила установленное правило, заниматься только защищенным сексом. Что ж надо будет сбегать к Дажьбогу и взять несколько штук, вот он удивиться. Рома повалился рядом, тяжело дыша.

Мы смотрели друг другу в глаза, смущенно, и немного стыдясь произошедшего. Его рука убрала у меня с лица прилипшие волосы.

- Ты меня чуть не задушила своими ногами, - тихо сказал он. – Делай так почаще.

- Только если ты будешь так же стараться.

- Ради таких ощущений, клянусь.

Мы рассмеялись, пора было вставать, но как же не хотелось покидать это уютное место. Внезапно мы услышали голоса в кабинете:

- Ведьма, ты тут? Есть срочный разговор.

Дверь в спальню распахнулась, и на пороге замаячил Дажьбог.

- Ой, - выдавил он, разглядывая нас.

- Тебя стучаться не учили, - гневно крикнул Рома, прикрывая меня собой.

- Извините, - захлопнул дверь парень, за его спиной я успела разглядеть, красную от стыда Машу, пришедшую узнать про результаты теста.

- Я убью его, - сказал Рома.

Я лишь тихо рассмеялась.

- С добрым утром, - произнесла я, перелезая через его огромную тушку.

- Очень смешно, - проворчал он, поднимаясь.

Мы быстро оделись и смущенно уставились на дверь.

- Как думаешь, они вышли или еще там стоят, подслушивают? – спросил Рома.

- Сейчас узнаем.

Я распахнула дверь и увидела картину маслом. Маша скромно сидела на стуле, опустив глаза в пол, Дажьбог вальяжно развалился рядом с дерзкой улыбкой на губах.

- Доброе утро, голубки. Как спалось? Вы кстати завтрак пропустили. У всех столько догадок, куда вы пропали. Все уже думали, что вы с ночной прогулки не вернулись, хотели спасательный отряд за вами посылать. А они в постельке нежатся.

- Слышь, шутник, ты откуда про ночные походы знаешь?

- Я не слепой, и долго не могу заснуть, поэтому в курсе, куда ты по ночам уходишь. Правда, когда ты сегодня не вернулся, я испугался, вдруг, что случилось, вот и рассказал остальным.

- Ладно, ничего в этом страшного нет, - произнесла я. – Не вселенскую тайну открыл. Ты чего пришел-то?

- У меня деликатный разговор, - сказал Дажьбог, выразительно посматривая на Рому и Машу.

- Я пойду, работы много.

Рома повернулся ко мне и на прощание нежно поцеловал.

- Еще увидимся, - сказал он и скрылся за дверями.

- Со мной тоже увидься, - крикнул вслед Дажьбог. – Нам тут новые члены лагеря ни к чему.

Рома показал ему неприличный жест и покинул нас.

- Маша, подожди, пожалуйста, в коридоре. Мы поговорим, и я, наконец, займусь тобой.

- Хорошо, - тихо проговорила девочка и шмыгнула вслед за Ромой.

- Что хотел?

- А вы собираетесь как-то афишировать отношения? – ухмыляясь, спросил он.

- Ты об этом пришел поговорить?

- Ладно, не сердись, я наоборот за вас очень рад. Дело вот в чем, у нас возникла очень большая проблема. Вчера на собрании я ее не озвучил, так как это касается нашей тайны.

- Что-то с зараженным?

- Хуже, вчера Тот принес мне малышей без сознания. Я долго бился над ними, а потом взял анализ крови. Он-то и показал, что дети заболели тем же вирусом, что и зараженный. А вечером у них уже появился первый признак – потеря зрения.

Я откинулась на спинку кресла. Вот тебе и доброе утро.

- То есть теперь еще и дети в опасности. Как ты думаешь, если он появился у них, он может передаваться по воздуху, заражая окружающих?

- Все возможно, ты же знаешь, его даже толком изучить не успели, как все исчезли.

- Черт, что же теперь будет? Нельзя чтобы об этом узнали остальные, начнется паника.

- Поэтому я и пришел сегодня, чтобы только ты знала. У меня есть одно нестандартное решение, но оно не совсем человеческое.

- То есть?

- А что если попробовать соединить кровь детей и тот порошок? Я ведь уже говорил, что может, сработать. Мы еще можем направить вирус вспять.

- Предлагаешь поставить эксперимент над живыми детьми, как какой-нибудь мерзкий ученый из книги?

- Пока они еще живы, есть шанс их спасти, так что мой ответ – да.

Я тяжело вздохнула. Где-то глубоко внутри билась мысль, что так нельзя, это аморально. Но жизнь десятков людей важней. Дети уже заражены, вопрос их смерти решится через неделю. Если есть шанс, получить лекарство, то я воспользуюсь им, так хотя бы получиться обезопасить остальных.

- О них никто не должен знать, перенесешь их в подвал тайно, а Тоту скажешь, что их организм был очень слабым и они умерли. Если все пройдет, как надо, нам еще спасибо скажут.

- Что делать с тем зараженным?

- Есть одна идея, жди меня там с гостем. Детей перенесешь днем, когда все будут заняты.

- Понял.

- Можешь идти.

- Что это у тебя за шрам?

Черт я совсем забыла про маску. Вспомнила, я оставила ее вчера в том подъезде. Наверно, это знак. Пора начать новую жизнь, не скрываясь от всех.

- Так, ерунда, не обращай внимания.

- Как скажешь.

Дажьбог поднялся и вышел из кабинета. Я сидела, погруженная в мрачные мысли. Только маленьких зараженных мне не хватало. Ладно, рискнем. Если мы сможем создать лекарство, то сразу же вылечим их.

И все будет хорошо.

В кабинет постучалась Маша и попросила разрешения войти.

- Входи, садись. Дело в том, что твой результат выдал очень необычную профессию даже для прошлого мира. Я хочу проверить, подходишь ты или нет. Для этого тебе будет нужно сходить со мной в одно мрачное место. Готова?

- Да, - тихо, но уверенно сказала девочка.

- Что ж тогда вперед.

Мы вышли из кабинета, плотно захлопнув дверь.

**Арес**

Под яркими лучами солнца мы грелись в нашей столовой. Парни были мрачными, как тучи. Оно и понятно, столько всего произошло. Но лично я помнил ночной поцелуй Перо, такой жаркий и страстный. Он до сих пор горел на моих губах. Я несмело бросал взгляды на стол главных, Перо сидела и о чем-то переговаривалась с Дамаск. Внезапно она ощутила мои воздушные прикосновения и посмотрела в мою сторону. Ее улыбка сразила меня наповал, я расцвел в душе, как подснежник после долгой зимы.

Послав ей поцелуй, я широко заулыбался, видя ее смущение. Она стрельнула глазами в мою сторону и послала ответный.

- Слышь, герой-любовник, я смотрю, у тебя личная жизнь налаживается, - сказал Геб, наблюдая за нами.

- А ты не завидуй, - ответил я.

- Да ладно брат, я только рад, что ты, наконец, свою огромную тушку пристроил. А то ходил, как в воду опущенный, зато сейчас цветешь и пахнешь. Вы с ней пока только воздушным потоком пользуетесь?

- Не понял.

- Ну, только поцелуйчиками за моей спиной обмениваетесь, или уже к чему серьезному перешли?

Я красноречиво посмотрел на него.

- Понял, запретная тема, молчу.

- Что-то Локи не видно, - решил я перевести разговор в другое русло.

- И Ведьмы тоже, - сказал Геб. – Гуляют что ли где под ручку?

Чернобог и Посейдон, сидевшие за нашим столом, напряглись. Геб это заметил и продолжил издеваться.

- Погода такая хорошая, солнышко блестит, травка зеленеет, ласточки летают.

- Какие ласточки? – удивился Стрибог.

- Да, это я так к слову. Говорю, время прекрасное для прогулок там совместных, свиданий романтических, поцелуев, не таких воздушных, как у Ареса, посерьезней, конечно.

- Слышь, любитель природы, я тебе сейчас недоеденную кашу по лицу размажу, жри молча, - огрызнулся Посейдон.

Геб заткнулся, поджав губы, пытаясь удержать смех. Он ведь когда-нибудь дошутиться. Дальше ели в тишине. Ревнивцы были подавлены, видимо, слова моего друга глубоко запали им в душу, мы с ребятами старались не обращать на них внимания.