Хроники опера. Сборник

- Нужно как можно быстрее продвигаться в расследовании убийства Светланы Вавиловой, - заявил он. - В городе назревает нездоровая обстановка. Слишком много неясностей, которые могут повлечь за собой нежелательные последствия. Поэтому не будем тратить время зря и сегодня же перейдем к допросам. Так как Олега нет, то вы двое, Иван и Вадим, едете прямо к Вавилову и попытаетесь вытащить из него все, что можно.

- Не думаю, что он пойдет на контакт, - возразил Смирнов, но Астахов так посмотрел на него, что тот невольно поежился.

- Я знаю, что он ни за что не захочет нам помогать! Но это не значит, что мы должны его игнорировать. Попытайтесь с ним поговорить, зацепитесь хотя бы за что-нибудь. Надо понять в каком он сейчас состоянии и что может сотворить!

- А что тут понимать! - проворчал Иван, когда они с Вадимом садились в машину последнего. - Он в бешенстве и уже обдумывает как самому найти преступника и расквитаться с ним.

- А под горячую руку лучше всего отдать нас, верно?

- Да, - согласно кивнул Иван. Тут что-то внезапно пришло ему в голову, и он лукаво посмотрел на Полякова.

- В чем дело? - перехватил его взгляд Вадим

- Да вот вспомнил, что твоя машина стояла у здания, но тебя еще не было! Ты что, вчера домой пешком ушел? Или, - внезапно его осенило, - не совсем домой? Куда-то не очень далеко? Да еще, наверное, и не один...

- Уймись, - со смехом перебил его Поляков. - Все равно ничего не расскажу!

- Да по твоей довольной роже и так все видно! - ухмыльнулся Иван и притворно вздохнул: - Эх, Лидочка, не дождалась ты своего единственного...

- Скотина! - Вадим несильно ударил его по плечу, чем вызвал только еще больше смеха.

Коттедж Николая Александровича Вавилова располагался на окраине города. Это было загородное поместье, со всех сторон окруженное высоким стальным забором. Николай Александрович отличался крайне нелюдимым характером, поэтому выложил немалую сумму, чтобы насколько это было возможно отделиться от всего окружающего мира. Территория, естественно, круглосуточно охранялась, была снабжена современными камерами слежения, то есть в целом была вполне укреплена и достаточно безопасна.

Никакие внешние законы на территории имения не действовали, поэтому не было ничего удивительного, когда приехавших следователей тщательнейшим образом осмотрели и только после того, как изъяли оружие пропустили в сам дом, представлявший собой огромное белое здание с высоченными колоннами и шикарным балконом.

Высокий молчаливый молодой мужчина знаком показал мужчинам следовать за ним на второй этаж по широкой лестнице. Там они подошли к роскошной резной двери. Мужчина исчез за ней, впрочем, отсутствовал он меньше минуты, после вышел и сухо сообщил, что их ждут. Вадим и Иван переглянулись и осторожно прошли в кабинет.

Роскошь рабочего кабинета Вавилова поражала: массивная мебель, дорогие украшения и аксессуары производили впечатление, что молодые люди попали в апартаменты аристократа или музей. Даже балкон, главное украшение особняка, выходил именно из этого кабинета.

Сам хозяин, грузный и внушительный, сидел за огромный письменным столом и исподлобья разглядывал посетителей. По кислому выражению лица было ясно, что приход гостей его нисколько не порадовал.

- У меня не так много времени, чтобы ждать, когда вы здесь все рассмотрите, - сухо произнес он. - Хотя, конечно, ваше начальство и сообщило мне заранее о вашем приезде, тем не менее нам лучше ускориться, чтобы беседа прошла как можно быстрее.

- Да, конечно, Николай Александрович, - взволнованно кивнул Иван. - Мы постараемся не отнимать у вас много времени.

- Замечательно! Тогда начнем. Я думаю, что вы пришли сюда по причине расследования гибели моей дочери?

- В первую очередь, - согласился Вадим. - Но у нас есть еще несколько вопросов.

- Неужели? - недовольно поморщился Вавилов. - Какие же?

- На следующий день после убийства вашей дочери произошло другое происшествие: были убиты еще два человека, - осторожно начал Иван. - Вы не находите странным такое совпадение?

Вопреки ожиданиям молодых людей Николай Александрович не вышел из себя, а даже с каким-то уважением поглядел на них.

- А я все думал: когда кто-нибудь осмелится задать этот вопрос, - криво усмехнулся он. - Вот и дождался. Не менжуйся, спроси прямо: не ты ли, ошалев от злости, в отместку расправился с шестерками того, кого считаешь заказчиком?

- Ну а если бы и так? - осмелел Смирнов. - Такое потрясение сложно перенести...

- Если тебе дали всего лишь палец, то не надо думать, что ты в состоянии откусить руку! То, что я так сказал, говорит лишь о том, что у меня нет времени ходить вокруг да около, тем более, что я по вашим рожам вижу, что вы именно так и думаете! Однако, - внезапно успокоился он, - это говорит о том, что и в вашем ведомстве в первую очередь подозревают все-таки Трофима?

- Мы этого не говорили, - возразил Вадим, но Вавилов не обратил на него никакого внимания.

- Не важно! Главное, что наше мнение сходится. А что касается вашей версии... могу сказать следующее: то, что сдохли эти две мрази меня лично нисколько не расстроило, но вы зря ищете мой след в этой истории.

Он поднялся, взял сигару, неспеша закурил, и только после этого заговорил:

- В то утро меня разбудил телефон. Мужской голос, мне не знакомый, сказал, чтобы я немедленно ехал к Свете. Я сразу понял, что что-то случилось и тут же к ней отправился, но было уже поздно.

Он повернулся к молодым людям:

- Понимаете? В тот момент, когда расправлялись с Куликовым и его адвокатом, я стоял в квартире моей дочери над ее уже остывшим трупом, и больше всего на свете хотел, чтобы это оказалось страшным сном, а я как можно быстрее проснулся! А теперь, - он тряхнул головой, словно стараясь отогнать нахлынувшие неприятные воспоминания, - если у вас ко мне больше нет никаких серьезных вопросов - заканчиваем.

- Да, Николай Александрович, - кивнул Вадим, подталкивая Ивана. Тот кивнул, и они оба направились к выходу. Вавилов задумчиво посмотрел им вслед.

- Что толку во всем этом? - внезапно произнес он, ни к кому конкретно не обращаясь, но следователи недоуменно повернулись.

- Простите, что вы сказали? - переспросил Вадим.

- Ничего важного, - также не глядя на них ответил Вавилов и не спеша направился к выходу на балкон. - Я знаю, что вы мне все равно не поверите, но для меня это не имеет уже ровным счетом никакого значения.

- Почему?

- Потому что всему на этом свете когда-нибудь приходит конец. Неужели не ясно? Меня списывают со счетов, я уже добираюсь до своей конечной станции. Дальше хода нет! Наступает время больших перемен, в которые я, по ходу, не вписываюсь. Убийство дочери, да вдобавок еще и попытки записать на мой счет гибель тех двоих - что это как не определенная цель оказать на меня давление? Меня пытаются загнать в угол!

- Но вы не собираетесь сдаваться? - медленно произнес Вадим.

Николай Александрович повернулся к нему с надменным выражением лица.

- Обсуждение подобных тем не входит в план нашей беседы, я и так сказал много лишнего. Бывайте!

Следователи вышли из особняка и покинули территорию в сопровождении все того же молчаливого мужчины, который проводил их ранее к хозяину. Сев в машину, Вадим бросил последний взгляд в сторону особняка и увидел Вавилова, стоящего на балконе и смотрящего в их сторону.

- Ну, какие впечатления? - спросил Иван.

- Пока рано говорить, - отвечал Поляков, - но в одном я уверен: он не причастен к смерти людей Трофимова.

- Возможно, - согласился Смирнов. - Только это нас ни на каплю не придвинуло нас к разгадке преступления.

- Как знать, - задумчиво проговорил Вадим.

Внезапно зазвонил мобильник. Иван достал телефон из кармана и удивленно посмотрел на Вадима.

- Астахов звонит! Что-то на него не похоже...

- Отвечай, давай! - чувствуя неладное, перебил его Поляков.

- Да, Валерий Юрьевич, - сказал в трубку Иван. - Что-то случилось?

Вадим не слышал, что говорил начальник, но видел, как меняется выражение лица Ивана.

- Ну что? - нетерпеливо спросил он, когда Смирнов убрал телефон в карман и тупо уставился на него.

- Олега нашли. Мертвого. Его зарезали прямо у дома вчера вечером. Тело пролежало в кустах почти всю ночь.

Вадим схватился за голову, но тут же заставил себя успокоится.

Через несколько секунд машина рванула в сторону трассы.

* * *

Алексей Борисович Залесский рассеянно просматривал свежий выпуск местной газеты, одновременно потягивая кофе. Маргарита Евгеньевна сидела рядом, запахнувшись в яркий шелковый халат, и задумчиво глядела на мужа.

Супруги Залесские прожили вместе уже более тридцати лет. Доктор искренне любил свою жену, она отвечала ему тем же. Между ними никогда не было серьезных размолвок, они умели в любой спорной ситуации прийти к соглашению, что позволило им относительно спокойно прожить вместе такой долгий период времени. Единственным кто нарушал идиллию счастливой и размеренной семейной жизни был их сын Денис.

В вопросах воспитания своего отпрыска чета Залесских кардинально расходилась. Маргарита Евгеньевна и преподавателем была нестрогим - ни один из ее студентов не смог бы припомнить ни одного случая, чтобы ей не сдали самый трудный зачет даже самые бестолковые ученики - и как мать она проявляла чрезмерные чуткость и нежность. Никогда в жизни она не сказала Денису ни одного строгого слова, ничего с него не требовала и закрывала глаза на все его провинности, оправдывая тем, что мальчик еще очень молод и совершает ошибки не специально, а по юношескому незнанию жизни, которое свойственно абсолютно всем молодым людям. Она любила повторять, что мудрость приходит с годами, и сын еще будет иметь время многое пересмотреть в своем поведении.

Однако, Алексей Борисович не разделял такую позицию. Он прекрасно видел, что сын на почве постоянного материнского баловства постепенно превращается в эгоистичную, наглую и ленивую натуру. Вдобавок, с возрастом у него проснулся нездоровый интерес ко всему запрещенному, отец неоднократно ощущал от Дениса запах наркотиков и алкоголя. На все его замечания по этому поводу тут же появлялась мощная зашита в виде Маргариты Евгеньевны, которая, конечно же, ничего не чувствовала, добавляя при этом, что сын - спортсмен, а такие люди подобными вещами не занимаются. В итоге доктор, оказавшись в меньшинстве, отступал, а "милый ребенок" продолжал выкидывать очередные фокусы...

Маргарита Евгеньевна подлила мужу кофе. После вдруг погладила его по руке. Доктор вздрогнул от неожиданности и отложил газету в сторону. Посмотрев на жену, он с удивлением и беспокойством увидел печаль на ее лице.

- Что случилось, Марго? - спросил он и слегка придвинулся ближе.

Женщина тяжело вздохнула.

- Нам необходимо поговорить, Алексей, - произнесла она. - Очень серьезно. У меня пропали деньги.

- Какие деньги?

- Ну, те самые, что мы с тобой недавно сняли со счета, для того чтобы поехать отдохнуть.

- Так! - озабоченно потер подбородок Алексей Борисович. - Ты хочешь сказать, что все двести тысяч, что ты положила в свой туалетный столик...

- Они исчезли! - на глазах Залесской показались слезы.

Доктор тут же подошел к ней и обнял за плечи.

- Успокойся, моя дорогая, - мягко проговорил он. - Может, ты просто куда-нибудь их переложила и забыла? Такое случается...

- Леша, я пока в своем уме, - покачала головой Маргарита Евгеньевна. - Деньги еще вчера вечером лежали на месте, а сегодня утром их уже не было.

- Но куда они могли пропасть ночью? - доктор внимательно посмотрел на жену: - Марго, ты мне что-то не договариваешь?

Маргарита Евгеньевна печально вздохнула.

- Вечером ты пошел в душ, - начала рассказывать она, предварительно достав из кармана халата платок и периодически поднося его к глазам. - Я начала готовиться ко сну, и решила еще раз пересчитать. Я не заметила, что сзади появился Денис.

Доктор напрягся.

- Продолжай!

- Он был весь какой-то не в себе. Подошел ко мне, поцеловал, но я-то видела, что он взгляд не отводит от денег. Мне стало как-то не по себе, я поспешно все убрала, только сказала ему, что это деньги на поездку. Он кивнул, после сказал, что пойдет спать и... ушел.

- А ты не спросила у него, где он был до этого три дня? Почему не отвечал на звонки? - Залесский взволнованно стал мерить шагами кухню.

- Я не успела, он очень быстро ушел, а потом вернулся ты, и я не захотела подымать этот разговор на ночь глядя. Хотела сегодня, но...

- Что?

- Его уже не было, когда мы проснулись. И денег, как ты понимаешь, тоже.

- Замечательно! - сурово проговорил Алексей Борисович. - Я даже не знал, что он ночевал дома! И он это понял, - доктор задумался, после растянуто проговорил: - Он понял, что ты не расскажешь мне про него, во всяком случае до утра. А когда увидишь, что деньги пропали, как всегда, чтобы его выгородить вообще мне ничего не расскажешь. Но он ошибся - ты решила в этот раз не покрывать его! - он нежно посмотрел на жену. Она снова тяжело вздохнула.

- Я и раньше замечала, что деньги пропадают, - созналась Залесская. - Но заставляла себя думать, что просто не помню, что уже их потратила. Но в этот раз...

- Ты ни в чем не виновата, - попытался утешить ее муж, - разве только, что чересчур много ему позволяла. Виноват я! - заявил он. - В том, что вовремя не проявил волю и твердость, как настоящий отец. А теперь мы просто имеем то, что получилось в результате нашей родительской бездарности.

- Зачем ему брать деньги тайком? - говорила Маргарита Евгеньевна. - Ведь я всегда давала столько, сколько нужно.

- Это ты думала, что ему нужно столько, - возразил врач.

Он задумчиво посмотрел в окно. Маргарита Евгеньевна виновата молчала, только уже в который раз складывала свой уже влажный платочек.

Алексей Борисович думал. Мысли, что приходили ему в голову, были одна мрачней другой. Он уже давно догадывался о нехороших увлечениях сына, теперь же когда жена все рассказала, окончательно утвердился в своих соображениях. И вместе с тем он понимал, что проблемы только начинаются. Скорее всего, сын попал в какую-то переделку, которая может обернуться непредсказуемыми и неприятными последствиями.

* * *

Валерий Юрьевич мрачно оглядел собравшихся. Место Олега Соколова пустовало, и это сразу бросалось в глаза. Сотрудники молчали, напряженно ожидая, когда Астахов откроет совещание. Полковник это прекрасно понимал, но что-то мешало ему открыть рот. Возможно, он боялся, что голос может ему изменить, предательски дрогнуть и показать насколько это для него личная трагедия. Но времени на сентиментальности не было, необходимо было действовать, и Валерий Юрьевич, собравшись насколько это было возможно, негромко прокашлялся и слегка подался вперед.

- В последнее время мы слишком часто собираемся здесь для проведения экстренных совещаний, - проговорил он. - И с каждым разом они становятся все более экстренными. Не могу сказать, что это меня очень радует, тем более, что вопросов становится все больше, а ответов пока нет ни на один. Поэтому, прямо говорю, что времени у нас нет! Как нет уже никакой уверенности, что завтра не случится что-то еще, и что мы не столкнемся с новой проблемой. Тем более то, что происходит сейчас, наглядно показывает, что пределов в изощренности совершаемых преступлений нет. Сначала убита беременная девушка, теперь - наш коллега.

Астахов обвел взглядом всех и тяжело вздохнул. Наступала самая серьезная часть разговора.

- Как вы понимаете, произошло серьезное событие, а для нашего отдела в частности. Я ни в коем случае не хочу сказать, что преступные действия против обычного человека и против сотрудника полиции чем-то различаются. Закон для всех одинаков, и мундир, либо его отсутствие, никоим образом не является прерогативой по степени важности расследования любого злодеяния. Но есть такое понятие как честь этого самого мундира. Все здесь присутствующие - взрослые люди, вы прекрасно понимаете, что если не найден тот, кто совершает подобные действия против обычного гражданина - это огромная проблема, но если мы не можем найти того, кто безжалостно уничтожает наши кадры - это катастрофа! Как можно будет доказать, что мы сможем защитить простых людей, если не в состоянии уберечь собственных служащих? Контора станет посмешищем, и от этой грязи будет непросто отмыться.

- Вы считаете, что убийство Олега - преднамеренное? - спросил Иван.

- У меня нет права озвучивать свое личное мнение, потому что в данный момент располагаю недостаточным количеством фактов, - уклончиво ответил начальник. - Но даже не это на самом деле важно! Пусть его убили бомжи за мелочь в кармане, либо он был ликвидирован высокопрофессиональным киллером по заказу могущественных врагов - преступники должны быть найдены в любом случае, даже если придется прошерстить всю страну!

Валерий Юрьевич поднялся и взволнованно стал прохаживаться по кабинету.

- Нельзя, конечно, забывать и о других делах, - добавил он. - Гибель Вавиловой, Куликова и Голикова также должны интенсивно расследоваться, дело Олега пойдет параллельно с ними. А сейчас необходимо решить еще один важный вопрос, - он остановился и повернулся к собравшимся: - Дело в том, что Соколов не был рядовым сотрудником отдела, и с его... уходом получилось так, что ваше подразделение осталось без руководителя. Такого быть не должно, вам необходим человек, который будет следить за выполнением заданий, и также координировать все основное направление вашей деятельности. Конечно, брать чужака со стороны сейчас нет смысла: его придется вводить в курс дела, а на этом может потеряться уйма времени, которого у нас и так нет. Поэтому, я принял решение, что начальником отдела должен стать кто-то из вас, и, рассмотрев все кандидатуры, свой выбор остановил на тебе, Анзор.

Каримов встрепенулся от неожиданности, и поначалу недоуменно посмотрел на начальника. Тот ободряюще кивнул ему.

- Я уверен, что ты справишься, тем более, что на периоды отсутствия Олега как раз ты и выполнял его работу. Так что, думаю, возражений от коллектива не будет.

Оглядев всех, он удовлетворенно кивнул.

- Теперь, я хочу послушать вас. Какие результаты от беседы с Вавиловым? - Обратился он к Вадиму и Ивану. Последний неуверенно прокашлялся.

- Особо важного мы ничего не узнали, - проговорил он. - Как и предполагалось, он уверен, что за убийством дочери стоит Трофимов.

- Это логично, - кивнул Астахов.

- В нашей помощи он не нуждается, и вполне ясно заявил, что будет действовать своими методами, - добавил Смирнов. - Так что, наши прогнозы следующие: война не за горами.

Начальник досадливо потер лоб.

- Все это следовало ожидать! Больше ничего?

- Он думает, что его хотят отодвинуть в сторону, - вдруг произнес Вадим

- Не понимаю тебя, - Валерий Юрьевич напрягся.

- По его словам начинается передел, где его интересы не учитываются.

- Игра Трофимова?

- Не только. Он считает, что есть еще кто-то, кто укрепляет позиции Трофимова, помогает ему создавать провокации в отношении Вавилова. Цель - полностью уничтожить его как конкурента.

- Интересно! - задумчиво произнес полковник. - То есть два криминальных авторитета выступают в роли марионеток в чьей-то непонятной игре? Это слишком фантастическая теория, поэтому я не могу в нее поверить.

- Но Вавилов в нее верит, - возразил Вадим.

- Тогда продолжайте работать в этом направлении. А что у тебя, Анзор? Ты сделал, то что я тебя просил?

- Попытался, - криво усмехнулся Каримов. - Но в отличие от ребят, мне вообще нисколько не повезло - меня даже не пустили на порог особняка Трофимова, сказав, что хозяина нет и неизвестно, когда он появится. Так что рапортовать не о чем!

- Понятно. В общем все не так просто, - мрачно подытожил Астахов. - Со всех сторон - полная блокировка наших действий. А время уходит... Ладно! Тогда нечего его терять и...

- Подождите! - внезапно сказал Анзор. - Мне бы хотелось кое-что добавить.

- Говори!

- Дело действительно очень сложное, - осторожно начал новый начальник, заметно волнуясь. - И у меня возникли некоторые соображения...

- Говори яснее, что ты хочешь предложить? - нервно перебил его полковник.

- Хорошо, выскажусь прямо! - заявил Анзор, решительно глядя в глаза Астахова. - Эти люди никогда не пойдут на сотрудничество с нами, и вы это прекрасно понимаете. У нас просто нет ничего, чем бы мы вынудили их нам помогать. А на жесты доброй воли рассчитывать не приходится!

- То есть...

- Нам нужен тот, у кого есть необходимые сведения, для работы с ними. Тот, кого они всегда серьезно опасались. Причем настолько, что приложили все усилия для того, чтобы вышибить его из органов.

- Я понял, про кого ты говоришь. Но мой ответ - нет! - Валерий Юрьевич сурово глядел на Каримова. - И ты ошибаешься насчет причины, по которой Немов был уволен. Это не происки врагов, а его беспринципность, жестокость и откровенное пренебрежение правилами. Именно это повлекло за собой такой результат!

- Его методы всегда срабатывали! - возразил Анзор.

- Но какую цену мы всегда за это платили! Нет! - покачал головой Астахов. - Об этом не может быть и речи! Петр Петрович Немов зарекомендовал себя так, что даже под угрозой мирового терроризма его нельзя возвращать в отдел.

- Я не говорил о том, чтобы его возвращать к официальной должности! Нам нужны лишь те данные, которыми он обладает в отношении интересующих нас лиц, только и всего. Он станет кем-то вроде стороннего наблюдателя, будет просто снабжать нас информацией.

Валерий Юрьевич колебался. Было видно, что предложение Анзора ему явно не по душе, хотя он видел всю его очевидную правоту.

- Я все равно думаю, что ничего не получится, - уже не так твердо заявил он. - Немов ушел с большим скандалом, не думаю, что он захочет помогать нам.

- Конечно, если появится один из нас, то есть его бывших сослуживцев, то риск большой, - согласился Каримов. - Но что если помощи попросит кое-кто из новых?

Он посмотрел на Вадима. Тот недоуменно ответил тем же, после перевел взгляд на начальника. Валерий Юрьевич угрюмо молчал.

- Но я совершенно не знаю этого человека, - сказал Поляков.

- Да, ты пришел уже после тех событий, - согласился Астахов. - Подполковник Немов был старшим в вашей группе. Тогда произошло убийство, преступника долго не могли найти, но Немов вышел на ценного свидетеля. И тут-то все и случилось. Во время допроса он так изувечил несчастного, что его жизнь некоторое время находилась в опасности. Конечно, он выбил имя преступника - свидетель был его подельником - тот был арестован, но избитый парень написал заявление, а так как его родные были непростые люди началось разбирательство, в результате которого Петр Петрович едва не угодил за решетку за превышение полномочий. Но приняли во внимание его предыдущие заслуги - все-таки опером он был первоклассным - и ограничились лишь сокращением.

- И вы хотите, чтобы я встретился с этим человеком? - холодно спросил Вадим.

- Поверь мне, это то, чего бы я хотел меньше всего, - заявил Валерий Юрьевич. - Но Анзор прав: у Немова была наработана потрясающая информационная база по всем значимым людям в городе. Не было таких, за кем бы он не знал какие-то грешки. И уходя, он, конечно, не стал делиться своими наработками.

- Я хочу узнать о нем побольше, прежде чем мы встретимся.

- Загляни в архив. Там найдешь много всего интересного, - мрачно посоветовал начальник.

Глава 5

Вадим внимательно просматривал архивные документы. Это была уже пятая или шестая подшивка, на столе ждали своей очереди еще с десяток, а Поляков уже вспотел. Изучение похождений бравого подполковника Немова было делом увлекательным, если бы это были сюжеты крутых литературных триллеров, а не реальные разработки, проводимые реальным человеком. Вадим не считал себя крупнейшим специалистом в криминалистике, но и то понимал, что почти в каждом расследовании, проводимом при непосредственном участии Петра Петровича, совершалось немыслимое количество как мелких так и грубых нарушений оперативной работы.

Иван, сидевший напротив молодого коллеги, только усмехался, когда видел как тот периодически покачивал головой во время чтения.

- Теперь ты представляешь, как интересно было работать, когда Петр Петрович был главой отдела? - иронично спросил он.