Багровый Колизей

Он пошел вперед, тяжело ступая по обсидиану, и вскоре наткнулся на причину, ради которой здесь собрали весь этот цирк. Впереди на огромной площади колыхалась шумная, разношерстная толпа бойцов, прибывших на бойню. Зрелище было поистине гротескным, словно кто-то смешал кислотный трип с комиксом для конченых психопатов. В одном углу рычали трехметровые орки-мутанты с вживленными в бугристые спины пулеметами роторного типа. Рядом с ними грациозно прохаживались изящные эльфийки-некромантки, чья «боевая экипировка» состояла исключительно из узких стрингов, сплетенных из полированных детских черепов, и костяных лифчиков, источающих миазмы смерти. Дальше щерились зубастыми пастями многомерные демоны с пульсирующей, вывернутой наизнанку плотью, агрессивные хромированные киборги, напоминающие шагающие танки, и прочая смертоносная шваль со всех выгребных ям мультивселенной.

- Мать честная, - саркастично выплюнул Джек, вынимая сигару изо рта. - У меня ощущение, что я завалился на конвент для обдолбанных фриков. Знал же, что нельзя мешать паленый виски с суккубьей слюной.

- Мы предпочитаем термин «элитные гладиаторы», здоровяк, - раздался сбоку холодный, гипнотический женский голос, в котором сплелись аристократическое изящество и откровенная кровожадность.

Свинчатка лениво повернул свою квадратную челюсть. В нескольких шагах от него стояло существо, от одного вида которого у нормального человека остановилось бы сердце, а затем разорвалось от похоти. Это была молодая девушка, которая выглядела на безупречные, порочные двадцать с лишним лет. Метр восемьдесят чистого, магнетического соблазна, возвышающегося на агрессивных пятнадцатисантиметровых стальных шпильках. Ее фигура представляла собой гипнотические «песочные часы», способные лишить рассудка. Тончайшие полоски черного латекса, которые она называла одеждой, казалось, держались на чистой магии, еле-еле прикрывая колоссальную, идеальнейшую грудь пятого размера и крутые бледные бедра. В каждой из ее изящных рук было зажато чудовищное оружие - гигантские, изогнутые боевые косы, целиком выкованные из пульсирующей, кристаллизованной крови ее врагов.

Прямо сейчас незнакомка лениво, с абсолютно бесстрастным лицом изящной хищницы, слизывала свежую, еще теплую кровь с обломка ребра какого-то неудачливого бойца, чей расчлененный пополам труп уже остывал у ее шпилек. На похотливые, пускающие слюни взгляды окружающих монстров она не обращала ровным счетом никакого внимания, взирая на них как на грязь.

- Элитные гладиаторы? - цинично хмыкнул Джек, окинув ее тяжелым, взглядом с ног до головы. - Судя по недостатку ткани на твоей заднице, ты перепутала смертельную арену с дешевым стрип-клубом, кровососка.

Селеста грациозно отбросила обглоданную кость на обсидиановый пол. Ее алые губы дрогнули в высокомерной, игривой усмешке.

- Одежда сковывает движения, здоровяк. А заодно и фантазию моих жертв прямо перед смертью, - проворковала она, и ее голос оказался гладким, как шелк, но холодным, как стужа. - Я Селеста Бладгрейв.

- Джек «Свинчатка» Стоун. Для тех, кого я скоро буду втаптывать в этот паршивый камень - Свинчатка.

- Свинчатка... - Селеста медленно, словно пробуя грязное слово на вкус, обнажила кончики идеальных белоснежных клыков. - Какое варварское, лишенное вкуса прозвище. Тебе подходит.

Она сделала пару шагов к нему. Ее бедра покачивались с убийственной кошачьей грацией, а гигантские кровавые косы оставляли за собой в воздухе едва заметный красный туман. Вампирша подошла вплотную к горе плоти и металла, без тени страха задрав подбородок, чтобы посмотреть в глаза наемнику. Она оценивающе провела тонким пальцем с острым маникюром по ледяным поршням его гидро-протеза, а затем перевела расчетливый взгляд на монолитные биологические мышцы левой руки и торса.

- Ни грамма жира. Сплошные перекачанные мускулы, шрамы и грязный титан, - коварно, но абсолютно бесстрастно резюмировала она. - Ты настолько примитивен, Стоун, что в этом есть определенный, обольстительный шарм. Как в тяжелом куске гранита, которым можно раздробить череп.

- Мой примитивный кусок гранита способен пробить танковую броню навылет, - упрямо отрезал Джек, стряхивая пепел почти ей на носок латексной туфли. - Так что держи свои заостренные зубки при себе, леди, если не хочешь жевать ими титановые шестеренки.

Селесту ничуть не возмутила его брутальная грубость. В ее дьявольских глазах вспыхнула игривая искра.

- И как же такое прямолинейное животное угодило на турнир к лорду Малакаю?

- Одна рогатая сука-демоница устроила полный разгром в баре. Мы немного... размяли кости. Ей понравился мой правый хук и еще кое-что, - мрачно ухмыльнулся Свинчатка, выдувая дым вверх. - А ты что? Потерялась по пути на скучную готическую БДСМ-вечеринку?

- О, моя история куда прозаичнее, Джек, - будничным тоном начала вампирша, лениво поправляя выбившуюся черную прядь. - Я аристократка из измерения вечной ночи. Знаешь, эти бесконечные тысячелетия чопорных интриг среди древних вампирских кланов... Томные балы на костях, унылые политические браки, споры о чистоте крови. Мне наскучило это болото до кровавой тошноты. Поэтому однажды ночью я просто вырезала весь свой ковен. Отсекла головы старейшинам, выпила их кровь досуха и кристаллизовала ее вот в это чудное оружие, - она с показной нежностью провела ладонью по лезвию огромной косы. - Затем я пустилась в свободное путешествие по мультивселенным. Услышала про турнир Малакая и решила, что здесь мне хотя бы не придется делать реверансы перед тем, как кого-то выпотрошить.

Джек вынул сигару, смерив ее оценивающим, откровенно саркастичным взглядом.

- Вырезала всю свою родню просто потому, что тебе стало скучно? Мать твою, напомни мне никогда не приглашать тебя на День Благодарения. Это отличная экономия на индейке, но как-то слишком ебануто даже для меня.

- О, Джек, - губы Селесты изогнулись в холодной, плотоядной улыбке, полной нескрываемого коварства. - Я пришла бы к тебе на ужин только ради десерта. А именно - твоей яремной вены.

- Эй! Сюда смотри! - внезапно прорезал гул толпы грубый, хриплый человеческий бас.

Свинчатка нехотя повернул свою массивную шею, широкую, как ствол векового дуба. Неподалеку стоял мускулистый чернокожий мужик. На нем были надеты потертые камуфляжные штаны, тяжелые армейские берцы и плотно обтягивающая бугры мускулов грязная майка. Типичный крутой вояка, явно возомнивший, что его бицепсы решают все проблемы вселенной.

- Сюда подойди, я сказал! - рявкнул мужик, нагло тыча в Джека загрубевшим пальцем.

Лицо Стоуна мгновенно окаменело, превратившись в гранитную маску. Он перекусил сигару зубами, и его глаза сузились в ледяные, безжалостные щели.

- Тебе надо, ты и подходи, мудила! - басовито, угрожающе рыкнул Джек, и его голос разнесся по платформе, словно рычание проснувшегося вулкана.

Мужик скривился в злобной гримасе, громко хрустнул костяшками пальцев и, грубо отпихнув с дороги какого-то многоглазого мутанта, тяжелым, переваливающимся шагом направился прямо к Свинчатке.

Селеста грациозно оперлась на древко своей кровавой косы, ее безупречное лицо выражало абсолютное, высокомерное спокойствие, скрывающее тонкую насмешку.

- Как это забавно, - изящно и бесстрастно произнесла вампирша. - Местные приматы начинают делить территорию еще до гонга. Постарайся не забрызгать его дешевой кровью мои туфли, Стоун. Эти шпильки так тяжело отмывать.

Джек коротко, угрожающе качнул плечами. Он выплюнул недокуренную сигару на обсидиановый пол и тяжелым, неумолимым шагом двинулся навстречу армейскому выскочке. Вояка набрал в грудь побольше воздуха, открыв пасть, чтобы выдать очередную пафосную угрозо-тираду, но не успел издать ни единого звука.

Джек даже не стал брать картинный замах. Он просто намертво впечатал ботинки в пол и с оглушительным пневматическим хлопком выбросил вперед правую руку. Массивный кустарный гидро-протез из прессованного титана сорвался с места, пробивая звуковой барьер. Сто шестьдесят килограммов концентрированной брутальности вложились в один сокрушительный тычок. Металлический кулак врезался точно в центр лица незнакомца, и череп вояки не просто сломался - он с тошнотворным, влажным хлопком лопнул, как перезрелый арбуз, в который заложили тротил. Осколки костей, серое вещество, выбитые зубы и фонтаны густой багровой крови брызнули во все стороны, обильно окатив гранитный торс, лицо и шею Свинчатки густой горячей жижей.

Обезглавленный труп конвульсивно дернулся и с чавкающим звуком рухнул замертво к ногам наемника. Из обрубка шеи пульсировал фонтанчик крови.

Несколько дружков покойного - трехметровый мутант со свинцовыми пластинами под кожей, пара многоглазых рептилий и какой-то кибер-панк с циркулярными пилами на предплечьях - замерли. В следующую секунду их глаза налились первобытной яростью, они оскалились и уставились на Джека, явно намереваясь порвать его на куски.

Снимая со щеки прилипший кусок чужого мозга своей левой, биологической рукой, Свинчатка стряхнул его на обсидиановый пол и сардонически усмехнулся. Глаза наемника кровожадно блеснули из-под тяжелых надбровных дуг.

- Ой, простите, девочки, я не знал, что у вашего парня череп из папье-маше, а внутри вместо мозгов - дешевый клубничный джем! - выдал Джек, картинно разводя руками, с которых капала горячая кровавая слизь.

Толпа мутантов взревела, их глотки исторгли какофонию звериных рыков и металлического скрежета. Монстры обнажили клыки и лезвия, мгновенно сомкнув плотное кольцо вокруг массивного наемника, предвкушая жестокую расправу за наглость.

Прямо сквозь сжимающуюся толпу убийц, лениво покачивая крутыми бедрами, проскользнула Селеста. Ее пятнадцатисантиметровые стальные шпильки ритмично цокали по мертвому камню, а гигантские косы из кристаллизованной крови зловеще пульсировали в такт. Вампирша грациозно остановилась рядом с Джеком, брезгливо смахивая микроскопическую каплю чужой крови со своего глубокого декольте, едва сдерживающего пятый размер под натянутым латексом.

- Я же просила, Стоун, не брызгать этой вульгарной дешевкой на мои туфли, - бесстрастно, с ледяным аристократическим высокомерием промурлыкала она. - Но, раз уж ты столь неэлегантно открыл шведский стол раньше гонга, отказываться от трапезы было бы невежливо.

- Считай это кровавым аперитивом, кровососка, - оскалился Свинчатка. Плазменный резак на его титановом гидро-протезе агрессивно зашипел, изрыгая сноп ослепительно-синего пламени. - Погнали!

И ад сорвался с цепей.

Джек, как неудержимый локомотив из мяса и металла, врезался прямо в гущу толпы. Его левый хук, заряженный чистой, биологической мышечной массой, с хрустом вошел в грудную клетку кибер-панка, сминая ребра и вырывая искрящие провода вместе с кусками легких. Титановый протез заработал на максимальных оборотах: пневматика со свистом вгоняла сто шестьдесят килограммов ярости в морды многоглазых рептилий, превращая их в булькающее, влажное месиво из костей и болотной жижи. Стоун танцевал танец брутального мясника. Он схватил огромного мутанта за горло левой рукой, оторвал от земли, а правой насквозь пробил ему живот, окатив свою спину фонтаном дымящихся кишок.

Справа от него Селеста устроила собственный спектакль элегантной резни. Она двигалась с гипнотической, невозможной грацией, превращая кошмарную мясорубку в высокое искусство. Ее косы порхали над платформой, расчерчивая вакуум кровавыми полумесяцами. Одно неуловимое вращение - и трехметровому гладиатору со свинцовыми пластинами аккуратно срезало верхнюю половину туловища по диагонали. Селеста, восхитительно выгнув спину в идеальных гипнотических «песочных часах», изящно скользнула под удар другого монстра, одновременно снося ему голову наотмашь. Она похотливо слизывала чужую кровь со своих губ, и в ее глазах горел расчетливый, коварный азарт истинной хищницы.

Резня набирала эпические обороты. Во все стороны летели оторванные конечности, брызги неона, кислоты и напалма, заливая обсидиановую платформу литрами разноцветной жижи.

В пылу бойни Джек увлекся, дробя череп очередной бронированной твари, и не заметил, как за его спиной вырос исполинский многорукий демон с вывернутой наизнанку плотью. Тварь уже занесла для смертельного удара пульсирующие костяные клешни, целясь в слепую зону Стоуна, прямо в основание его шеи.

Свинчатка краем глаза уловил тень, но не успевал развернуться - его титановая рука глубоко увязла в чьей-то бронированной груди.

Внезапно раздался тихий, шелестящий свист рассекаемого пространства.

Вспышка матово-черной стали.

Миниатюрная фигурка рухнула откуда-то сверху, прямо из мрака абсолютной пустоты, обрушившись на загривок демону. Девушка двигалась с устрашающей, холодной молниеносностью. На ней был стильный тактический костюм. Осиная талия, соблазнительная, но подтянутая грудь третьего размера и пугающее, хладнокровное спокойствие в глазах. Короткий взмах катаны - и обе правые руки демона с мерзким хлюпаньем отделились от туловища. Вторым непрерывным движением девчонка-ниндзя вонзила лезвие прямо в позвоночник твари, провернула его с жестоким, влажным хрустом и грациозно, словно сорвавшаяся с ветки кошка, отскочила назад, когда бездыханная туша рухнула под тяжелые ботинки Джека.

Она плавно выпрямилась во весь свой метр шестьдесят пять, резким, отработанным щелчком запястья стряхнула черную кровь с идеального лезвия и посмотрела на здоровяка абсолютно безжалостным, сфокусированным взглядом.

- Акира, - произнесла она. Ее голос прозвучал ровно и смертоносно, как лед на дне пропасти.

Джек выдернул титановый кулак из останков под ногами, смерил миниатюрную девушку уважительным, тяжелым взглядом сверху вниз и саркастично хмыкнул.

- Джек Стоун. Свинчатка. Спасибо за спину, мелкая.

В этот момент мимо них, словно по подиуму, проскользнула Селеста, оставляя за собой шлейф из разрубленных кусков плоти и тонкого аромата роз и медной крови. Она остановилась на секунду, изящно опершись на древко своей окровавленной косы, и изогнула безупречную бровь, глядя на новоприбывшую.

- Как это до тошноты трогательно, - ядовито, с изящной, обольстительной издевкой пропела вампирша. - Может быть, вы еще обменяетесь номерами коммуникаторов и расскажете друг другу о своих любимых цветах? Очаровательные голубки, сейчас не лучшее время для дешевой романтики. Нас тут вообще-то пытаются убить, если вы не заметили.

Джек саркастично осклабился, перехватывая поудобнее оторванную у какого-то киборга пушку, которую успел подхватить левой рукой.

- Мертвая стерва дело говорит, ниндзя, - проскрежетал Стоун, и пневматика его протеза угрожающе зашипела, требуя новой крови. - Лирика и знакомства подождут. Пошли месить этих уродов!

Арена взорвалась какофонией смерти, превратившись в гротескный, пульсирующий кислотными неоновыми красками филиал ада.

Джек отшвырнул пустующую пушку, которая с чавканьем пробила череп какому-то зазевавшемуся упырю, и с кровожадным, циничным оскалом шагнул в самое пекло гладиаторской мясорубки. Гидравлика его правой руки зашлась плотоядным воем. Наперерез ему бросился трехметровый химерический бык-киборг, закованный в ржавую броню и увешанный шипами. Свинчатка даже не притормозил. Он уперся в пол своими массивными армейскими ботинками и, используя всю свою чудовищную массу, встретил тварь лоб в лоб. Его левая рука намертво вцепилась в стальной рог мутанта, останавливая многотонный рывок на месте. Воздух содрогнулся. Протез с оглушительным звуковым хлопком вошел быку в бронированное брюхо, как нож в теплое масло. Джек с безжалостным хрустом провернул поршневой кулак внутри, наматывая кишки на шестеренки, и с первобытным рыком вырвал из твари половину хребта вместе с искрящим блоком питания. Горячий фонтан густого машинного масла и черной крови окатил его V-образную монолитную спину и гротескно широкие плечи.

- Кто следующий на техосмотр, ублюдки?! - проревел Стоун обветренным басом, стряхивая ошметки дымящегося мяса с титана.

В паре метров от этого брутального апокалипсиса Селеста превращала ультранасилие в извращенный, гипнотический балет. На своих стальных шпильках вампирша безупречно порхала по залитому грязью и кишками обсидиану, словно вообще не касаясь земли. Ее фигура изгибалась под немыслимыми, обольстительными углами, вызывая у врагов смертельное возбуждение за секунду до гибели. Когда два здоровенных орка-мутанта с роторными пулеметами попытались взять ее в клещи, Селеста лишь высокомерно вздохнула. Роскошная грудь, едва удерживаемая узкими полосками черного латекса, соблазнительно колыхнулась, когда вампирша сделала неуловимый пируэт. Гигантские косы из кристаллизованной крови, пульсирующие зловещим рубиновым светом, расчертили вакуум. Секунда - и оба орка аккуратно распались на ровные, обильно кровоточащие ломтики, начиная от ключиц и заканчивая пахом.

- Никаких манер. Вы совершенно не умеете ухаживать за дамой, - бесстрастно, с ледяной, расчетливой игривостью промурлыкала Бладгрейв, переступая через расчлененные трупы. Она коварно провела острым языком по лезвию кровавой косы, впитывая предсмертный ужас жертв. - О, какой топорный, вульгарный букет холестерина и страха.

Сверху, замыкая слепую зону вампирши, уже падал многомерный паразит, раскрыв пасть, полную спиралевидных зубов, намереваясь проглотить ее изящную голову.

Но воздух над ними рассекла матово-черная вспышка.

Акира появилась из ниоткуда. Без единого звука, грациозная и неотвратимая, как хирургический скальпель. Ее миниатюрное, безумно соблазнительное тело метнулось в пространстве с пугающей, хладнокровной скоростью. В темных глазах девчонки горел лишь холодный вакуум абсолютной, безжалостной концентрации. Вспышка японской стали описала ослепительную дугу.

Вжик!

Паразит рухнул на платформу уже по частям: жвала, шипастые щупальца и разрубленный ровно по центру торс разъехались по скользкому камню с тошнотворным влажным шлепком. Девчонка-ниндзя приземлилась на три точки, словно хищная пантера, резким, выверенным движением смахнула с катаны густую инопланетную слизь и мгновенно растворилась в тенях, перерезая сухожилия очередному хромированному безумцу, попытавшемуся подобраться к спине Джека. Она не произнесла ни слова. Лишь сфокусированная, верная и смертоносная эффективность, забирающая жизнь за жизнью.

- Хорошая девочка, - изящно и коварно усмехнулась Селеста, не глядя отсекая голову подкравшемуся к ней эльфу-отступнику.

- Слышь, кровососка, не прикармливай ее иллюзиями! - саркастично огрызнулся сквозь зубы Свинчатка, упрямо дробя уцелевшим биологическим локтем челюсть какому-то ящеру. - Эта мелкая психопатка может и руку по локоть отхватить ради профилактики!

Площадь превратилась в бурлящий, китчевый океан запредельного безумия. Мутанты заживо рвали на куски киборгов, демоны сжирали чернокнижников, а в самом центре этой стилизованной мясорубки трое невероятных союзников перемалывали тонны живой плоти и железа. Джек заливал все вокруг брутальной, прямолинейной яростью, превращая врагов в кровавый фарш; Селеста упивалась элегантным, кровожадным садизмом, а Акира была смертоносным призраком, шинкующим монстров на аккуратные анатомические пособия. Уровень оторванных конечностей, блестящих внутренностей и липкой, воняющей озоном и серой крови на обсидиановом полу уже достигал их щиколоток.

И в этот самый момент мир внезапно содрогнулся.

Грохот рвущейся плоти, вопли умирающих и металлический лязг циркулярных пил мгновенно потонули в звуке, похожем на раскат космического грома, от которого закровоточили барабанные перепонки. Темно-багровые, смогистые небеса над ареной с невероятным, оглушающим хрустом лопнули пополам, словно гнилая театральная ширма.

Сквозь колоссальную трещину в реальности вниз хлынул противоестественный, слепящий бледный свет, магии которого с лихвой хватило бы, чтобы стереть с лица земли небольшую планету. Чудовищное давление обрушилось на площадь: гравитация вмиг возросла десятикратно, заставив выживших тварей, киборгов и демонов с жалобным воем рухнуть на колени прямо в бурлящую кровавую жижу. Джек, стиснув зубы до скрипа, тяжело уперся гидравлическим кулаком в пол, поддерживая свой гранитный торс, Селеста грациозно оперлась на косы, а Акира замерла, вонзив катану в камень.

- ДОСТАТОЧНО, МЯСО, - прогремел из зияющего разлома голос, который не просто звучал, а вибрировал прямо в костном мозге, сводя с ума своим абсолютным могуществом. - РАЗМИНКА ОКОНЧЕНА. ИСТИННЫЙ ТУРНИР НАЧИНАЕТСЯ.

Глава 3: Тень вселенского Зла.

Гравитационный коллапс вбил в пол не только жалких мутантов, но и саму жажду крови. Мясорубка захлебнулась в собственном соку. Выжившие твари размазывали кишки по обсидиану, не в силах даже поднять голов.

Джек со скрежетом шестеренок вогнал свой гидро-протез в камень, чтобы не рухнуть. Его мышцы вздулись от невероятного напряжения.

- Какого хрена тут происходит?! - прорычал киборг, выплевывая сгусток чужой черной крови. - Что за дешевые спецэффекты в этом сраном цирке?!

- О, кажется, на сцену выходит главный режиссер, мой сладкий кусок бетона, - томно промурлыкала Селеста. Ее фигура даже под чудовищным давлением сохраняла обольстительную, хищную грацию. Вампирша картинно оперлась на косы, ее грудь дразняще вздымалась. Акира не произнесла ни звука. Миниатюрная девчонка-ниндзя лишь хладнокровно стерла слизь со своей катаны зажатым в пальцах лоскутом чьей-то кожи, ее глаза-льдинки сосредоточенно буравили расколотые небеса.

Из зияющего багрового разлома навстречу залитой кровью арене спускался ОН. В окружении свиты, от которой перехватывало дыхание.

Это были Валькирии Тьмы - абсолютный, порочный идеал извращенной фантазии. Высокие, с безупречно вылепленными, манящими изгибами тел, они были одеты лишь в невесомые ремешки из черной плазмы, врезающиеся в упругие ягодицы и едва скрывающие набухшие, темные соски на их налитых, пышных грудях. Их гладкая, перламутровая кожа мерцала от пота, стройные, бесконечные ноги заканчивались демоническими когтями, а томные, похотливые взгляды сулили неземное блаженство перед мучительной смертью. Каждое их движение было пропитано концентрированным развратом.

В центре этого левитирующего борделя парил Лорд Малакай. Эстетически безупречный, худой аристократ, чье лицо застыло в маске вселенской скуки.

- Я - Малакай. Творец Пустоты, Архитектор ваших жалких надежд и абсолютный владыка этого театра плоти, - его голос был лишен эмоций, но вибрировал абсолютной, садистской властью.

- И че ты за хер с горы? - прохрипел Джек, демонстративно лязгнув титановыми пальцами. - Спустился из гей-клуба для бессмертных, чтобы толкнуть нам пафосную речь?

Малакай медленно, высокомерно перевел на него взгляд:

- Я тот, кто дарует вам, мясным мешкам, величайшую честь. Я организатор Турнира Истины.

- Засунь свой турнир себе в аристократическую задницу, ублюдок бледнолицый, - оскалился Стоун, сжимая гидравлический кулак. Скучающее лицо Малакая озарила тонкая, ледяная улыбка:

- Сколько дерзости в куске быстро гниющего белка. Это забавно.

- Забавным будет то, как я намотаю твои кишки на свой протез, - сплюнул Джек.

Внезапно раздался громоподобный рев. Один из Высших Богов - четырехрукий титан с кожей из пылающей лавы, каким-то чудом устоявший на ногах - взревел от ярости:

- Мне надоел этот фарс! Сгинь, выродок!

В руке титана материализовалось копье, сотканное из концентрированных лучей сверхновой звезды. Он с чудовищной силой метнул его прямо в грудь организатору.

Копье ударило в Малакая со скоростью света... и просто рассыпалось роем безобидных искр об его идеальный костюм. Лорд даже не моргнул. Джек удивленно приподнял бровь, Селеста сладострастно облизнула клыки, а Акира чуть крепче перехватила рукоять катаны.

- Как грубо. И как неэстетично, - вздохнул Малакай. Он лениво щелкнул пальцами.

Пространство вокруг титана схлопнулось. Огромного бога в долю секунды вывернуло наизнанку. Раздался тошнотворный влажный взрыв - и могущественное божество превратилось в фонтан кипящего мясного фарша. Три тонны раздробленных костей, расплавленного жира, дымящихся внутренностей и литров густой крови окатили арену кровавым ливнем. Ошметки бога с чавканьем упали прямо к ногам троицы.

Джек стер со своей щеки кусок чьей-то дымящейся железы.

- М-да. А парень то умеет делать сочный стейк с кровью.

- Какая восхитительная, первобытная мощь... Я даже немного возбудилась, - томно прошептала Селеста, стирая длинным языком каплю крови бога со своих пухлых губ.

- Слишком много грязи. Неэффективный расход энергии, - тихо отозвалась Акира, не сводя глаз с врага.

- Ой, да брось, малышка, тебе же нравится этот запах, - изящно подмигнула ей вампирша.

- Итак, - монотонно продолжил Малакай, игнорируя кровавое месиво. - Правила просты. Оружие аннулируется. Магия блокируется. Только чистая, неприкрытая рукопашная битва насмерть. Голая плоть против голой плоти.