Опасная связь. Преподша и мажор

Но сердце всё равно билось так, будто готово было выпрыгнуть из груди.

Секретарь ректора, молодая женщина с неизменно строгим лицом, кивнула мне:

- Проходите, вас ждут!

Я глубоко вдохнула, постучала и вошла.

Кабинет ректора поражал масштабом, массивный стол, книжные шкафы до потолка, на стенах, портреты выдающихся учёных. Сам ректор, Григорий Павлович, сидел за столом, хмуро листая какието бумаги. Рядом сидел Амир.

Его поза была расслабленной, почти вызывающей, руки в карманах, одна нога закинута на другую. Но взгляд, брошенный в мою сторону, уже не был насмешливым, в нём читалась настороженность.

- Елена Викторовна, присаживайтесь! - голос ректора прозвучал сухо, без приветливого тона, к которому я привыкла на общих собраниях.

Я села, выпрямив спину, стараясь выглядеть уверенно, хотя внутри всё дрожало.

- Мне доложили о некоем инциденте, произошедшем вчера в аудитории?! - продолжил Григорий Павлович, отложив бумаги и пристально посмотрев на меня.

- По словам Амира Дамировича, вы некорректно повели себя в отношении него, спровоцировали конфликт, а затем попытались опорочить его репутацию?!

Я почувствовала, как кровь приливает к лицу.

"Невероятно. Он перевернул всё с ног на голову!"

- Григорий Павлович! - я заговорила чётко, контролируя интонацию.

- Всё было с точностью до наоборот. Амир Королёв позволил себе недопустимые действия, он приблизился ко мне слишком близко, распукая руки. Я остановила его и попросила соблюдать границы.

Амир фыркнул, но промолчал.

-У вас есть свидетели? - ректор поднял бровь.

- В тот момент в аудитории никого не было, кроме нас троих, меня, Королёва и Сергея Ивановича. Он всё видел! - твёрдо произнесла я, стараясь не выдать нарастающей паники.

Григорий Павлович перевёл взгляд на Амира, потом снова на меня.

- Сергей Иванович не подтвердил вашу версию?! - холодно произнёс он.

- Более того, он сообщил, что вы сами вели себя вызывающе, сидели на столе, провоцировали студента, а когда он отреагировал, попытались выставить его виноватым.

Мир будто на мгновение замер. В ушах зазвенело, а в груди разливалась ледяная пустота.

"Как? Почему Сергей Иванович так поступил? Ведь он видел всё своими глазами!"

- Это ложь! - вырвалось у меня прежде, чем я успела себя остановить. Голос прозвучал громче, чем я рассчитывала, но я не стала его смягчать.

- Сергей Иванович был свидетелем того, как Королёв позволил себе недопустимые действия в отношении меня! Он видел, как я остановила его, как потребовала соблюдать границы!

Амир усмехнулся, откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

Ректор поднял руку, призывая к тишине.

- Достаточно. Давайте без эмоций?! - жёстко произнёс Григорий Павлович и сцепил пальцы в замок.

- Елена Викторовна, поймите меня правильно. Я не намерен из-за какого-то инцидента с участием простого педагога подвергать наш университет риску. Уже пошли разговоры, репутация под угрозой.

Я почувствовала, как земля уходит из-под ног.

"Разговоры? Значит, слухи всё-таки расползлись"

- Поэтому я предлагаю вам выбор?! - продолжил ректор, глядя мне прямо в глаза.

- Либо вы пишете заявление по собственному желанию, либо будете уволены по статье за создание конфликтной ситуации и дискредитацию учебного заведения.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Амир ухмылялся, откинувшись на спинку стула, словно наблюдал за спектаклем, в котором победа уже была на его стороне.

"Уволиться? Просто взять и сдаться? После всего, что я пережила? После того, как боролась за это место ради Феди?"

Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Боль помогла сосредоточиться.

- Григорий Павлович! - мой голос дрожал, но я заставила себя говорить чётко и громко.

- Вы предлагаете мне уйти из-за лжи, которую распространяет студент, позволивший себе недопустимое поведение в отношении преподавателя? Вы готовы поверить клевете вместо того, чтобы разобраться в ситуации?

Ректор нахмурился:

- Не стоит драматизировать. Мы уже разобрались. Показания Сергея Ивановича однозначны.

Я замерла на мгновение, чувствуя, как внутри всё обрывается.

"Значит, правда не имеет значения? Деньги и связи важнее справедливости? Амир добился своего"

Глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в руках. Гордость боролась с отчаянием, но унижаться дальше не было сил.

- Хорошо! - произнесла я тихо, но твёрдо, поднимая взгляд на ректора.

- Я напишу заявление об увольнении. Но если вы готовы расстаться с преподавателем ради денег отца Королёва, это на вашей совести?!

Развернувшись, я направилась к двери, стараясь идти ровно и не выдать, как сильно дрожат ноги. В спине будто вонзились сотни игл, столько осуждения и несправедливости я ещё никогда не чувствовала.

Вышла из кабинета, закрыла дверь и пошла по коридору. Во мне всё клокотало, обида, гнев, отчаяние, горечь поражения.

"Как они могли? Как можно так легко поверить лжи?"

Шаги эхом отдавались в пустом коридоре. Я шла, сжимая кулаки, стараясь не сорваться на бег, не дать волю слезам.

"Главное, дойти до выхода. Главное не показать слабость".

Но только я спустилась с лестницы, как вдруг кто-то обхватил меня сзади и потащил под лестницу, зажав мой рот рукой. Я замерла от ужаса, сердце заколотилось с бешеной скоростью.

-Тихо Елена Викторовна! - раздался шепот прямо над ухом.Это был Амир.

"Да как он смеет?"

Я рванулась изо всех сил,но его хватка была железная.

- Отпусти меня немедленно! - выдохнула я, задыхаясь от ярости.

- Как ты вообще смеешь после всего, что натворил?!

- Успокойся, не дёргайся! - Амир чуть ослабил хватку, но не отпустил.

- Ты можешь исправить свою репутацию. Я предлагаю тебе за это быть моим репетитором на дому, лично для меня. Ну как, здорово я придумал?

Я замерла, не веря своим ушам. Гнев захлестнул с новой силой, такой, что перед глазами потемнело.

- Ты...ты серьёзно? - я резко развернулась к нему лицом, едва сдерживаясь, чтобы не ударить.

- Предлагаешь мне сделку? По сути, взятку? Чтобы я забыла о том, как ты ко мне приставал, оклеветал перед ректором, поставил под удар мою карьеру?!

- Ну почему сразу взятку? - он попытался улыбнуться, но улыбка вышла жалкой.

- Просто взаимовыгодное сотрудничество. Ты помогаешь мне подтянуть экономику на дому, а я ну, скажу ректору, что всё было не так, как я говорил раньше и тебя вернут обратно.

- Не так? - я горько рассмеялась.

- То есть ты признаёшь, что солгал? Признаёшь, что я ни в чём не виновата?

- Да, я солгал ректору! - продолжил Амир, и в его голосе зазвучала прежняя наглость.

- Но в том, что ты меня перед всей аудиторией отчитала как мальчишку, это однозначно. А такое я не прощаю. Поэтому выбирай, или взаимовыгодное сотрудничество, или на все четыре стороны. Только потом ты даже поломойкой не устроишься!

Кровь прилила к лицу, а в груди вспыхнул такой жар, что, казалось, ещё секунда и я взорвусь от ярости. Всё это время я пыталась найти в нём хоть каплю человечности, а он снова показал своё истинное лицо, самовлюблённого, избалованного мальчишки, привыкшего, что мир крутится вокруг него. Но в голове пронеслась мысль о брате и дрожь страха прошла через всё тело.Если меня уволят, я не смогу заработать денег на его лечение.

Он загнал меня в тупик, но он никогда не узнает, по какой причине я сейчас ему продамся, согласившись на репетиторство.

- Хорошо, твоя взяла! - произнесла я обессиленно.

- Когда нужно провести тебе занятие?

Слова дались с таким трудом, будто я выталкивала их из себя по капле. Внутри всё сопротивлялось, кричало, что нельзя так просто сдаваться, но перед глазами снова возникло лицо Феди, его улыбка, слабая, но такая родная, его глаза, в которых столько надежды

Амир ухмыльнулся. Его самодовольная ухмылка дрогнула, он на мгновение растерялся, но тут же взял себя в руки.

- Ну,а прикидывалась, что не продаешься? - сказал он посмотрев в мои глаза.

- Сегодня в пять вечера у меня дома. Адрес я тебе скину. И оденься как-то поприличней,не это бабушкино шмотьё? - ответил он,пробежав взглядом по моему телу,отчего моё лицо вспыхнуло и развернувшись,пошагал прочь.

Я стояла,прислонившись к стене лестницы и слёзы текли по лицу,от бессилия и без исходности.

Глава 5 Амир

Всю ночь мне снилась Красилова и утром я проснулся в хреновом настроении.Я пришёл в институт с одной целью, наказать эту выскочку. С самого утра внутри всё кипело, злость, обида, жажда мести. Вчера она унизила меня перед всей аудиторией, так холодно, так демонстративно, будто я какой-то мальчишка, а не студент с амбициями и связями.

"Она заплатит за это!" - твердил я себе, поднимаясь по лестнице.

План созрел быстро, использовать связи, надавить на ректора через репутацию университета. Отец всегда учил, если хочешь добиться своего, используй то, что есть. И я собирался использовать всё, влияние семьи, страх перед оглаской, уязвимость простого преподавателя перед системой.

Я уже сидел в кабинете ректора, когда она вошла. Бледная, но блять, такая красивая. Прямая спина, дрожащие руки, взгляд, в котором борются страх и гордость. Внутри что-то ёкнуло, но я тут же подавил это чувство. Не время для сантиментов.

Наблюдая за ней, я ловил странное удовольствие. Вот она пытается говорить уверенно, вот сжимает кулаки, вот пытается доказать свою правоту. Её отчаяние было почти осязаемым, и это распаляло меня ещё сильнее. Я хотел, чтобы она сломалась. Чтобы признала своё поражение. Чтобы поняла, кто здесь главный.

Когда ректор озвучил выбор, увольнение по собственному или по статье, я едва заметно ухмыльнулся. Победа была близка. Но когда она произнесла эти слова:

"Я напишу заявление об увольнении. Но если вы готовы расстаться с преподавателем ради денег отца Королёва, это на вашей совести?" - внутри всё перевернулось.

Не раскаяние. Не жалость. А злость. И ещё что-то, чего я не мог объяснить. Она не унижалась. Не молила. Она обвинила. И это задело сильнее, чем я ожидал.

"Нет, так просто ты не отделаешься?" - решил я.

Я дождался, пока она выйдет из кабинета, и последовал за ней. Видел, как она идёт по коридору, спина прямая, шаги твёрдые, но я то знал,внутри она сейчас рассыпается. Это читалось в каждом движении, в том, как она сжимала кулаки, как старалась не сорваться на бег.

Под лестницей я схватил её сзади. Она вздрогнула, попыталась вырваться, в глазах ужас, а потом ярость. Её сопротивление только распаляло меня. Запах этот её дешманский,но от которого меня не воротило,а только еще больше распаляло,что в джинсах стало туго.Глаза большие в которых читалась ненависть ко мне,но гордость. Хотелось сломать эту гордость, стереть эту уверенность, показать, кто здесь главный. В этот момент я хотел не просто победы, я хотел полного подчинения.

Предложение пришло само собой, репетиторство на дому. Простая, циничная сделка. Я получу то, что хочу, а она шанс сохранить работу. В голове крутилась мысль:

"Я её трахну и мне станет легче, выкину из головы и забуду?!"

Но даже тогда, произнося эти слова мысленно, я чувствовал, что всё не так просто.

Когда она сказала:

"Хорошо, твоя взяла" - внутри всё ликовало."Ну а прикидывалась,что не продаешься?"- ответил я ей.

Победа. Я её сломал. Но вместо триумфа почувствовал пустоту.

Её глаза, полные отчаяния и боли, вдруг показались мне слишком настоящими. Слишком живыми. Я увидел не просто строптивую преподавательницу, я увидел человека, который борется за что-то важное. Что-то, что мне было не понять. В тот миг я вдруг осознал, что она не просто фигура в моей игре, она живой человек с болью, страхами, надеждами.

Выходя из института, я закурил и глубоко затянулся. Почему-то не было того удовлетворения, которого я ждал. Вместо него, странное, неприятное чувство, будто я только что переступил какую-то черту. Будто победа оказалась не такой сладкой, как я себе представлял.

"Всё правильно" - убеждал я себя.

Она получит то, что заслужила. А я то, что хочу. И скоро я выкину её из головы. Забуду, как страшный сон".

Но где-то глубоко внутри я понимал, забыть не получится. Её взгляд, её голос, её гордость, всё это останется со мной. И чем сильнее я пытался отогнать эти мысли, тем настойчивее они возвращались.

Я сжал кулаки, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Злость, желание доказать что-то, жажда власти, всё это смешалось в один клубок, который не давал покоя. Я хотел стереть её из памяти, но она уже вросла в неё, как заноза, которую невозможно вытащить.

"Ничего! - подумал я, швыряя окурок в урну.

Сегодня вечером всё станет на свои места. Я получу своё, а потом забуду. Обязательно забуду".

Я не знал, как дождаться вечера. Часы тянулись мучительно медленно, будто кто-то специально замедлил время. Мысли крутились вокруг предстоящего вечера, я то убеждал себя, что это просто сделка, то ловил себя на том, что представляю её взгляд, её голос, её сопротивление.

"Всё, хватит. Это просто сделка!" - повторял я, но сам себе не верил.

Но училка оказалась пунктуальной, пришла ровно в пять. Я открыл дверь и на мгновение замер. Вроде одета просто, но от её вида, чёрного капрона и кожаной юбки, меня повело. Она стояла на пороге, чуть приподняв подбородок, стараясь выглядеть уверенно, но я видел, как подрагивают её пальцы, как нервно она сжимает ремешок сумки.

- Проходи! - хрипловато произнёс я, отступая в сторону.

Она вошла, не глядя на меня, осторожно ступила на паркет. Я закрыл дверь и на секунду замер, вдыхая её запах,цветочный, но такой запоминающийся. Внутри всё сжалось.

"Спокойно. Это просто игра. Ты её уже выиграл!" - напомнил я себе.

Я указал ей на стул в гостиной:

- Садись!

Она присела на стул и стала доставать учебники. Я плюхнулся рядом, практически касаясь своим бедром её бедра. От этого меня трясло, руки чесались. Запах её духов заполнял комнату, проникал в лёгкие, затуманивал разум.

- Ну что? - хрипло произнёс я, стараясь говорить ровно.

- Начнём с макроэкономики? Или сразу перейдём к тому, ради чего ты здесь?

Она замерла, но не подняла глаз. Пальцы судорожно сжали край учебника.

- Я здесь ради занятий! - ответила она тихо, но твёрдо.

- И я бы попросила тебя придерживаться рамок приличия?!

Я резко наклонился ближе, почти касаясь её уха.

- Приличия? - прошипел я.

- Ты продала свою гордость за место в институте. Какое теперь приличие? Ты здесь потому, что я так решил. Потому что без меня ты никто?

Она вздрогнула, но не отпрянула. Медленно повернула голову и посмотрела мне в глаза. В её взгляде была такая смесь боли, гнева и презрения, что внутри всё перевернулось.

-Ты никто без своего папаши! Ты избалованный мальчишка, который боится, что его перестанут бояться. Только когда ты угрожаешь своим авторитетом своего папы, а сам без него, ты никто. И я тебя не боюсь! - ответила она.

Я резко встал, так резко, что стул, на котором я сидел, с грохотом упал на пол. Кровь бросилась в голову, в висках застучало. Её слова ударили, как хлыст, больно, резко, до дрожи в руках.

Я застыл на мгновение, сжимая и разжимая кулаки. Внутри всё кипело, злость, обида, унижение и ещё что-то, чего я не мог назвать. Что-то, от чего горло сжималось, а дыхание сбивалось.

- Ты всё ещё играешь в героиню? - я резко схватил её за запястье.

- Думаешь, твоя жертвенность делает тебя лучше? Выше меня? Ты продалась. Признай это. Признай, что ты такая же, как все, покупаешься на условия.

Она не пыталась вырваться, только сжала губы, сдерживая эмоции.

- Да! - сказала она наконец.

- Я согласилась на твои условия. Но это не значит, что я твоя. Я не вещь, которую можно купить. И не игрушка для твоих игр.

- Замолчи! - хрипло бросил я, но голос дрогнул.

- Просто замолчи.

-Ты ошибаешься и сейчас я тебе докажу,что ты такая же продажная кукла.Я притянул ее ближе,но почувствовал брызги воды на лице.Эта сучка выплеснула мне стакан с водой в лицо.

Я застыл на мгновение, ледяные капли стекали по лицу, рубашка промокла в районе груди. В голове взорвалась красная вспышка ярости.

- Ты! - выдохнул я сквозь зубы, сжимая её рукав так, что пальцы побелели.

- Ну всё капец тебе?!

Она дёрнулась в сторону, пытаясь вырваться, но я рванул её на себя. Пуговицы на её блузке не выдержали, с тихим треском отлетели и покатились по паркету. Ткань распахнулась, обнажив край прозрачного бюстгальтера и соблазнительную линию груди.

Всё тормоза слетели. Разум отключился. Осталась только первобытная, животная ярость и что-то ещё, гораздо более опасное.

Я рванул её к себе так резко и повалил на спину,распластав её на столе,вклиниваясь между ног.

Разум отключился,руки задрали её юбку.Она сопротивлялась,но я заломил её руки над головой,зафиксировав их.

Я застыл, нависая над ней, её грудь тяжело вздымалась, в глазах плескались ярость и страх. Руки дрожали, когда я провёл ладонью по её бедру, сквозь тонкую ткань юбки чувствуя жар тела.

- Теперь ты понимаешь, кто здесь главный? - прошипел я, наклоняясь к её уху.

- Все твои слова, твоя гордость,всё это пыль. Ты в моей власти.

Она сжала зубы, пытаясь вырваться, но я держал крепко, наслаждаясь её беспомощностью. В висках стучало, кровь пульсировала в ушах.Я торжествовал,она раскрасневшаяся подо мной.Хотел её до звездочек в глазах.И потом впился в её губы.

Она сначала сопротивлялась,но я подавлял её попытки и почувствовал её отдачу. Её стон,совсем не похожий на боль.И я понял ей тоже это нравится и не мог больше ждать.Не снимая капрон и трусики,я просто их порвал и просунул руку к её "киске",горячей,влажной.

Девочка потекла.А потом я резко вошел в неё и она вскрикнула.

Я замер, будто током ударило. Её крик, слёзы в глазах.Всё внутри оборвалось.

- Что?.. - выдохнул я, отстраняясь.

- Ты... ты чё,целка?

Она не ответила. Только отвернулась, и по щеке скатилась слеза. В этот момент вся моя ярость, вся жажда власти рассыпались в прах.

Я отпустил её руки, отпрянул, будто обжёгся. Сел на край стола, провёл дрожащей рукой по лицу.

- Чёрт! - прошептал я. Чёрт, чёрт, чёрт....