Проклятый код

Дэй отдышался и схватил Георга за руку.

«Нет, не делай этого. Это ничего не изменит, мне ты уже ничем не поможешь», — сказал он, — «на тот случай если я с тобой не справлюсь, они вызвали еще двух персекуторов. Их активировали и уже должны доставить. Это все..., и я тоже ловушка Тебе нужно уходить, как можно быстрее брат мой. Они пустят их по твоему следу».

Георг сразу вспомнил Янлин, Ксу, молодых веселых ребят из лаборатории. Дэй не хотел их смерти, и смерти своих собратьев, работающих где-то в глубине здания, но ярость, возбужденная норадреналином в Георге, еще продолжала клокотать. Он понимал, черный спаун-дизайнер не хотел их смерти. Но упоминание о персекуторах тут же вызвали из памяти мучительные для его души образы — прекрасные глаза, пожираемые тонкими нитями красного пламени и в конце превратившееся в черные, как блестящий отполированный гагат безжизненные склеры глаз. Ловушка. Да все теперь встало на свои места, это ловушка. Но ярость и жажда мести подогретые нейромедиаторами требовали совершить акт мести и рассчитаться с тем, кто все это спланировал.

Из воспоминаний его вернул звук шороха рядом. Тело Дэя забилось в конвульсиях, словно по нему пустили электрический ток. Георг видел, как черная нейронная перемычка Дэя начала пульсировать, быстро ускоряя частоту и разогревая мозг. Наконец она ярко засияла, словно нить накаливания в стеклянной лампе. Еще одно мгновение, яркая вспышка, и все кончено. Тело Дэя до этого неестественно выгнувшееся мостиком медленно опустилось на спину, руки расслаблено вытянулись вдоль туловища. Черный спаун-дизайнер больше не подавал признаков жизни - он мертв. На месте его мозга до этого, переливающегося «искрами» нейронной активности находился чернеющий ком безжизненной плоти.

Георг, сжал кулаки и закричал от боли и ярости.

Он нагнулся над телом и положил руку на лоб мертвого Дэя.

— Атрайе! Да встретит тебя Свет по ту Сторону, брат, уходи спокойно...

Глава 4. Схватка.

Георг стряхнул с себя оцепенение, возникшее от отчаянья, и решительно зашагал по лестнице. Он уже знал, при любом исходе его миссии здесь, даже если он незамеченным покинет здание компании, по его следу пустят двух биокибернетических тварей, страшных не знающих пощады и сострадания персекуторов. Он даже предчувствовал, обособленным чутьем существа, не раз сталкивавшегося с ними — они уже здесь и поэтому не может быть речи, покинуть компанию «Sinopharmic Biotechnology Corporation» не приняв бой. Все говорило о том, что его шансы остаться в живых не велики, но однажды он уничтожил персекутора и убьет сейчас, даже если ему суждено погибнуть самому. Судьба человечества его сейчас очень мало заботила.

Он достал маленький, похожий на ампулу, шприц из слоеного боросиликатными слоями свинцового стекла, плотно прижал к венам на запястье. Шприц специально разработан для инъекций без использования игл. Георг нажал кнопку дозатора, медленно вводя в вену микроскопическую капсулу, содержащую всего один изотоп, самого дорогого метала на земле — калифорния. Попав в кровь, капсула раскрылась, освободив в специальной оболочке изотоп. Теперь с помощью нейромода и одного изотопа калифорния он сможет сгенерировать луч, выстреливающий поляризованными протонными пучками со скоростью, близкой скорости света. Подобный луч образуется от черной дыры и пронзает космическое пространство на миллионы световых лет, уничтожая все на своем пути. Это излучение не просто прожжёт насквозь оболочку персекуторов, оно уничтожит все на своем пути. Главное, чтобы обе эти твари оказались на одном направлении, тогда будет проще решить их участь всего за доли секунды. Но у этого луча существовало еще одно «побочное действие», испуская частицы со скоростью Света он пробивал отверстие в ткани пространства-времени, создавая, таким образом, гравитационный удар и замедляя время для всех окружающих объектов, кроме него.

Так что он примет бой и неизвестно кто еще останется в живых.

Два изотопа калифорния он получил в качестве оплаты от одного северокорейского лидера. Жестокий диктатор захотел быть снова молодым и очень долго жить, а также попутно избавиться от тяжелых болезней, приобретенных в результате пристрастия к вредным привычкам. Очень дорогая оплата, но заказчик остался доволен работой спаун-дизайнера, поэтому, не особо раздумывая, отдал то, что его страна нарабатывала в течение двух десятков лет. Георг разработал необычный имплантат, работающий с изотопом калифорния, но еще ни разу его не применил. Сейчас, похоже, пришло время, когда придется использовать частицу, самого дорогого метала на земле.

Но первым делом, прежде чем начнется неравный поединок с персекуторами, Георг хотел навестить господина Джиангуо директора «Sinopharmic Biotechnology Corporation». Предъявить ему особый счет за Дэя, именно его он считал ответственным за его гибель. Он не мог уйти, не поквитавшись за своего собрата. А для этого ему нужно подняться на самый верхний этаж в административное крыло здания. Он, перепрыгивая через несколько ступенек побежал, поднимаясь по лестнице.

На цокольном этаже, отданном для руководства компании, стояла тишина. Легкий шум вентиляторов из кондиционеров навевал душевное и физическое спокойствие. На стенах висело несколько картин известных китайских художников, пейзажи Ни Цза Ня чередовались с современным пекинским живописцем Цзэн Фаньчжи. При всей умиротворяющей обстановке в воздухе чувствовалось напряжение — критическая ситуация и для Георга, и для его противников. Несколько глазков камер видеонаблюдения смотрели на непрошеного гостя. Георг остановился посреди широкого коридора, чтобы оценить обстановку. Он упирался в матовую стеклянную дверь офиса господина директора Джиангуо, хитроумная ловушка, устроенная со всей азиатской наивной изящностью — подослать ему противником слабого спауна, чтобы спровоцировать желание мести. Но он пошел на этот шаг сознательно, понимая крайнюю степень опасности для себя.

Георг толкнул от себя дверь.

За столом в стиле хай-тек, с толстой стеклянной столешницей сидел китаец плотного телосложения. Ровный, как ученическая линейка пробор с левой стороны подчеркивал качественную стрижку черных гладких волос, которые были аккуратно уложены на правую сторону. Лицо заметно «европеизировано» с помощью дорогой косметической операции, корректирующих имплантатов и не обошлось без генетических изменений. К «модному» среди богачей лицу «еврокитайца» прилагался обязательный набор состоятельного бизнесмена из Поднебесной — дорогой костюм, сделанный руками итальянских портных и дорогие ботинки европейского производства. Он встретил Георга надменным и одновременно насмешливым взглядом, так встречают какое-нибудь жалкое существо не достойное жить на земле.

— Легендарный и таинственный мистер Аренский, единственный в своем роде русский спаун-дизайнер. Обладатель уникального, непревзойденного никем нейромода, — усмехаясь, сказал он, — признаюсь, до сего дня я много слышал о тебе, но не верил в ваше существование. Но оказывается ты все же существуешь.

Он оперся локтями на стекло столешницы и покачал указательным пальцем в сторону Георга.

— Твоя голова необычайно ценная вещь, как и вся твоя нервная система. Ты один из последних спаунов имеющих фантастический аниматидный нейромод. Говорят, они невероятны, поэтому твоя голова нужна целой. Но ты меня откровенно разочаровал. Как же ты предсказуем. Я ждал тебя мистер Аренский, стоило мне поджарить мозг никчемного спауна и вот ты уже здесь. Скоро твоя голова окажется на блюде передо мной.

Джиангуо провел указательным пальцем в воздухе, имитируя отсечение головы и потом прищелкнул ими, как бы финализируя течение событий, в исходе которых он не сомневался.

Георг молча смотрел на Джиангуо.

— Если ты хочешь залезть ко мне в мозг, то у тебя ничего не получится, — Джиангуо легонько постучал кончиком указательного пальца себя по лбу, — самый высокий класс защиты.

Он рассмеялся.

— А это даже забавно. Как в фильме Помнишь, что сказал пират Джаба Хатт молодому Скайвокеру? Твои джедайские штучки бесполезны, они не действуют на меня, — процитировал Джиангуо фантастического персонажа.

— Ты забыл Джиангуо, что было после «и это последняя ошибка, которую ты когда-либо совершил!». Мне достаточно лишь ощутить окончания твоей периферической нервной системы и этого будет для меня достаточно.

Георг презрительно посмотрел на сидящего перед ним человека.

— Пусть это будут нервные окончания на твоей левой ноге, — с выражением снисходительности на лице сказал он.

Директор «Sinopharmic Biotechnology Corporation» заметно занервничал, он ни разу не сталкивался с представителями первого поколения спаун-дизайнеров, обладателей аниматидных нейромодов. Хотя несмотря на то, что их почти всех уничтожили, именно их больше всего стоило бояться. Никто до конца не знал всех их возможностей.

«Толи дело черные спауны с нейронной перемычкой, управляемые и полностью подконтрольные. Без проклятого аниматидного нейромода. Щелкнул пальцами, и нет больше проблемы», — всегда размышлял в этих случаях он.

Поэтому, внешне он старался выглядеть бодрым и беспечным, но слова Георга его всерьез обеспокоили.

— Используя их, я отправлю сигнал на мышцы твоей шеи, и они будут сжимать твою гортань, пока ты не задохнешься или пока они ее не сломают. Так что мне не нужно добираться до твоего мозга, который защищен по самому наивысшему классу. Ты убил Дэя, только за то, что он не справился с твоим приказом и ты убьешь других. Я знаю. Но я остановлю тебя.

— Пес, который не смог защитить интересы хозяина должен поплатиться своей шкурой, — парировал директор компании.

Неожиданно Джиангуо перестал смеяться, он побагровел, судорожно потянул, дрожащей рукой, узел галстука.

— Ты нарушаешь договор, — прохрипел он, с усилием водя головой из стороны в сторону. Договор, который вы спауны заключили с людьми.

— Между кем? — саркастически спросил Георг, — между убийцами и жертвами.

Джиангуо не в силах больше терпеть, преодолевая мышечные спазмы и громко сипя, как старинный паровоз, выкрикнул.

— Уничтожьте его!

Он обмяк и откинулся на спинку стула закатив глаза. За спиной Георга раздался легкий шелест отъезжающей в сторону стеклянной двери, а с левой стороны от Джуангуо открылась стеновая панель, ведущая в просторную комнату для переговоров. За ней, так же, как и за его спиной находился персекутор. Существа высотой боле двух метров, отчасти напоминающие симбиоз человека и андроида. С длинными конечностями из титанового сплава, покрытого особым композитным материалом на основе графена. Части подвижных конечностей сделаны из сплава золота и платины, поэтому имели характерный почерневший вид из пленки алмазоподобного углерода. Ноги в отличие от человеческих имели особенность сгибаться назад, что при движении обеспечивало персекуторам беспрецедентную скорость и возможность совершать высокие прыжки. Имитация лица из белого гибридного пластика, выглядело особенно зловеще, так как оно не имело способности выражать, какие-либо эмоции. На полусферах глаз, если присмотреться, поблескивала нейровизуальная матрица.

Персекуторов предназначенных для борьбы со спаун-дизайнерами вооружили генератором сверх высоких частот. Они направляли излучение на объект, что приводило к структурному молекулярному разрушению любого биологического объекта. Попадая под СВЧ излучение нейромод спаун-дизайнера, в буквальном смысле воспламенялся. Георг за свою жизнь повидал много таких «перегоревших» спаунов, с мозгом похожим на черный древесный уголь. В их ладонях из стали, покрытой сплавом титана с золотом, инженеры оружейники вмонтировали излучатель мощного режущего лазера, способного легко срезать толстое, в несколько обхватов дерево, словно тонкую соломинку или разрезать корпус автомобиля, как спичечную коробку. Это были по-настоящему опасные и смертоносные биомашины. Часть внутренностей персекуторов — это гениальный симбиоз кибернетики, имеющей в своей основе машинно-цифровые свойства и биологические модули в виде ганглиозной нервной системы, управляемой множеством цифровых и биологических чипов, остатков от неудавшейся нервной системы спаунов. У персекуторов была и своя, так называемая кровеносная система, содержащая вместо алой крови белесую дурно пахнущую жидкость на основе фторопластов. Изначально эти существа создавались для войны в качестве самостоятельной боевой единицы, но потом выяснилось, что без обычного человека в качестве солдата, все же не обойтись и персекуторов перевели во вспомогательной ранг, для придания огневой мощи человеку на поле боя. Боевая универсальность, вот главное качество персекутора. Они так же очень хорошо зарекомендовали себя в борьбе со спаун-дизайнерами. Они могли сутками, месяцами рыскать в поисках своих жертв, сканируя поблескивающей нейроматрицей склеры глаз, каждый объект, находить и безжалостно уничтожать цель. Особенно прославился класс персекуторов получивший название в честь Рика Декарда, ловкого и удачливого полицейского-убийцы, уничтожившего больше всех несчастных репликантов. Их автономность дополнялась телеуправлением — в этом случае контроль осуществлялся через специальные подразделения полиции, в ведение которой находились вопросы работы со спаун-дизайнерами. Но сейчас за спиной и перед лицом Георга находились новые, более совершенные персекуторы. Их присутствие он почувствовал немедленно.

Его словно ударила молния, боль от парализованных мышц и сознания, он вызвало по всему телу огненное жжение. Направленные лучи СВЧ излучения, идущие от биокибернетических убийц это первый удар, что они нанесли. Жар растекся от головы, переходя к кончикам пальцев, дыхание сбилось. Его спасло, что персекуторы еще только приходили в боевое положение. Они разворачивались из транспортного состояния, как трансформеры игрушки, но уже атаковали.

— Нет! — закричал пришедший в себя Джиангуо.

Он почувствовал, сильно как ослабли спазмы мышц, но все еще испытывая остатки удушающей хватки Георга разорвал рукой воротник рубашки и хрипя от натуги заорал.

— Сохраните его голову! Отсеките ее, она нужна целой и невредимой! Это приказ!

Жар мгновенно прекратился. Георг упал на одно колено, перед глазами все плыло и качалось. Нейромод спаун-дизайнера самая могущественная его часть, но и самая уязвимая. Вопрос только в том насколько он окажется проворнее и первым нанесет сокрушающий удар. Георг, понял, что нужно немедленно собраться и воспользоваться неожиданной передышкой. Но времени очень мало, так как персекуторы полностью развернулись и приготовились к выполнению приказа. Краем глаза Георг увидел, как нему тут же метнулись два ярко красных луча. Перекрещиваясь, как концы ножниц они намеревались рассечь его надвое. Он, превозмогая слабость отпрыгнул в обратную сторону и перекатившись через спину встал на ноги. Пришлось сразу же пригнуться. Над головой издавая шипение, прошёл красный луч лазера, прожигая на стене черную линию. Бетон в месте соприкосновения лазера лопался и большими кусками разлетался в стороны, наполняя помещение пылью. Персекуторы начали перегруппировку, загоняя его в угол. Один из них переместился от двери, на секунду оказавшись практически на одной линии со своим напарником. Джиангуо с восхищенным выражением на лице, приподнялся в кресле, наблюдая, как они готовятся к последнему броску.

«Нужно действовать немедленно. Иначе мне конец! Ждать некогда!», — пронеслась в голове Георга мысль.

Он подбросил вверх маленький шар стального цвета, контейнер в котором находился сгенерированный сгусток плазмы невероятной плотности. Нейромод синхронно направил на него всю радиоактивную силу изотопа Калифорния, создав энергетический треугольник. Полусферы контейнера с щелчком раскрылись, разлетаясь в стороны и освобождая плазму. Раздался громкий треск, как будто невидимы гигант разрывал толстую крепкую ткань. Сияющий шарик вытянулся линией в сторону персекуторов, с оглушающим грохотом выстрелив в их стороны черными с фиолетовой окаемкой лучами. На месте шарика на сотую долю секунды образовалась миниатюрная черная дыра, которая сразу аннигилировалась, высвобождая невероятную по силе энергию. От плотных протонных лучей близких к скорости света и многократно превышающих скорость звука прошла ударная волна, разорвавшая барабанные перепонки Джуангуо и кровеносные сосуды на его холеном лице. Она же выбила все стекла и двери в здании. Разрушила часть стен перегородок. Все пространство вокруг дрогнуло одной искажающей волной, которая прошла по всем объектам, на мгновение, вызвав эффект дисторсии, когда нарушается геометрическое подобие между объектом и его изображением. Георга отшвырнуло к стене, он почувствовал, как от удара хрустнули кости и онемели отбитые мышцы.

И внезапно наступила тишина.

Это была абсолютная тишина, без единого звука — все замерло, лишившись движения. Один из лучей ударил прямо в стоящего перед окном персекутора. От него остались лишь части двух ног, ровно срезанных чуть выше колен, а вместо окна зияло округлое отверстие с ровными, словно сделанными высокоточным фрезером краями. Георг, собрав силы, опираясь рукой на стену встал, повернулся — второй персекутор получил повреждения, но остался цел, луч его коснулся лишь немного, срезав небольшую часть головы, где находился левый глаз, обнажив при этом ее внутренности, и большой угол левого плеча. Левый бок корпуса был сильно разогрет, что привело к поломке части биочипов и микросхем. Но он все еще оставался боеспособным. Поэтому, если он хочет остаться в живых, следует немедленно бежать, пока гравитационный удар, замедливший время, еще действовал. Единственный способ уйти, как можно быстрее, только через место, где раньше был оконный проем.

От воздействия СВЧ излучения и гравитационного удара кружилась голова. Покачиваясь из стороны в сторону, Георг подошел к окну. Джиангуо замер, сидя за столом, его широко открытые, чуть европеизированные глаза, с красными от кровоизлияния белками и с взглядом крайнего удивления недвижимо смотрели на него. Он застыл, словно восковая фигура готовая вот-вот оплыть вязкими волнами воска.

Георг бросил последний взгляд на директора «Sinopharmic Biotechnology Corporation».

Голова продолжала кружиться, путалось сознание, поэтому он сам с трудом ориентировался в окружающем пространстве, перескакивая с одного события на другое, но он четко понимал одно — нейромод поврежден сильным излучением и пока не сможет инсталлировать нужные ему имплантаты. Георг взобрался на подоконник, на секунду прислонил голову к холодной стене.

«Мне нужно немного времени».

Вздохнул и сделав шаг, попытался кончиками пальцев удержаться на стене, выложенной глянцевыми керамическими плитами. В этом случае исправный нейромод активировал бы способность Георга удерживаться на гладкой поверхности с помощью вандерваальсовых сил, использующих межмолекулярное взаимодействие. Но вместо того, чтобы удержаться на поверхности этих плит он начал медленно сползать вниз. Нужно несколько секунд, а может и минут пока мозг восстановит поврежденный биочип нейромода.

«Но у меня все же есть время. У меня есть немного времени. Я прошу тебя Атрайе», — взмолился он.

Пока действует гравитационный удар, он может не бояться упасть с высоты седьмого этажа, но, как только он перестанет действовать, то его падение ускорится.

Вскоре это и произошло, скорость падения начала безжалостно возрастать. Георг отчаянно хватался за любые препятствия на пути движения вниз: ломая фаланги пальцев о щели между плит, цеплялся за подоконники, откосы, кабель, проложенный по стене, трубки кондиционеров — он цеплялся за все. Пальцы с содранной кожей и вывернутыми фалангами уже не могли больше удержать его. Даже если биочип восстановится и инсталлируется нужный имплантат он продолжит падение. Биочип лихорадочно пульсировал, делая попытки восстановиться. Замедление времени окончательно перестало действовать, и он рухнул с высоты тертьего этажа всем весом тела. К счастью, удар был смягчен падением на мягкую почву, поросшую низкой газонной травой. Георг несколько секунд лежал на земле, обессиленный, предпринимая попытку встать, он поднимался и снова падал на спину, откидывая голову на примятую прохладную траву.

«Еще несколько секунд, еще несколько секунд! Атрайе!», — отчаянно звал он.

Ему нужно всего лишь еще две, три, четыре, пять секунд чтобы нейромод восстановился. Из проема, где находилось окно в офис Джиангуо, и из которого он только что, выбрался, пытаясь сбежать, появился персекутор. Сначала, обезображенная выстрелом поляризованных протонных лучей, голова, потом тело. Он, широко выбрасывая одну руку, разбивал плитки и глубоко вонзаясь шарнирными пальцами из твёрдого сплава в бетон — начал спускаться к нему. Одна из рук убийцы безвольно свесилась вдоль стены и издавала угрожающий скрежет, цеплялась за поверхность плит. Острые осколки плит и стекла дождем полетели в лежащего внизу на земле спауна-дизайнер. У персекутора остался один рабочий глаз, он зловеще смотрел на Георга, поблескивая нейроматрицей. Он захватил цель, захватил частоту нейромода, того кого он должен уничтожить. Из срезанной части головы тягучими каплями вытекала белая жидкость на основе фторопласта и летела также в куче осколков вниз. Весь этот поток приближался к лежащему на земле Георгу.

Наконец нейромод восстановил часть своей работоспособности и ввел в организм Георга большую дозу эпинефрина, одновременно посылая в мышечную ткань большое количество аденозинтрифосфорной кислоты, ее распад в мышцах дал прилив сил и возможность двигаться. Это позволило ему встать, чтобы продолжить бегство в сторону ограждения. Нейромод не сможет бесконечно долго синтезировать большие объемы аденозинтрифосфорной кислоты и подавать в организм эпинефрин, так как их переизбыток в организме может вызвать обратное воздействие и привести к сбоям в работе сердца и всей кровеносной системы. Но Георг пошел на такой шаг, чтобы выиграть время, и оторваться от преследователя. А этот шаг чрезвычайно трудный и опасный, так как работающий биочип оставлял фон и персекутор безошибочно шел по его следу, словно опытная ищейка. Преодолев ограду, он что было сил, побежал по оживленной улице, пытаясь огибать встречающихся на пути людей. Несколько раз Георг падал сбитый с ног столкновением с людьми. Но каждый раз быстро поднимался, не давая себе расслабится, потому что где-то сзади он слышал страшный клацающий стук стальных когтеобразных ступней персекутора и крики испуганных людей.

Он отчаянно искал место, где можно укрыться или спрятаться на время от преследователя. Отключить нейромод, таким образом отсечь фон, идущий от него. Но ориентируясь по крикам людей, и слыша клацающий звук, он понимал — персекутор не отстает от него ни на шаг. Путь его бегства перегородило большое здание, с высокими колоннами, стилизованными под эпоху Древнего Китая, справа и слева, за высоким ограждением из органического стекла дороги многополосных оживленных автострад, с сотнями движущихся на большой скорости автомобилей. Сверху многоярусные маршрутные линии пассажирских и грузовых квадракоптеров. Вдоль боковых стен здания шли узкие тротуары, заполненные плотными потоками людей. Преодолеть автострады было возможно лишь через подземный переход, опять же заполненный плотным потоком идущих людей. Он оказался загнанным в западню. Деваться не куда. Оставалось одно войти в здание и попытаться, используя его архитектурные особенности, запутать преследующего его биокибернетического убийцу или же если он окажется с ним на одной прямой, использовать последний изотоп Калифорния. Хотя он тут же отказался от этой мысли. Луч из поляризованных протонных пучков убьёт тысячи ни в чем не повинных людей. Он сметет все на своем пути, разбивая на атомы любой встретившийся ему объект, на несколько километров в разные стороны.

Автоматические двери распахнулись перед ним, впустив вовнутрь здания.

В большом холле, увидев человека в окровавленной и изорванной одежде — к нему бросились несколько охранников. Георг мгновенно установил связь с их нервной системой, взломав слабые имплантаты защиты. Послал сигналы, на мышцы заставив их мозг произвести мощный выброс соответствующих нейромедиаторов. Получив непроизвольный электрохимический импульс мышцы людей, причиняя боль, сначала сократились, а потом вытянулись, заставив их совершить невероятный прыжок. Со стороны это выглядело, как будто неведомая сила разметала четверых отчаянно кричащих человек в разные стороны. За ним в холл ворвался персекутор, разбив на мелкие осколки стеклянные двери. Он яростно отшвырнул со своего пути несколько человек.