Выход через книжную лавку

-Евгений Карлович,срочно скорую! Она жива!

-Что?!-раздался ошарашенный голос криминалиста. Звоню!

-Ах вот чем ты занят?

-Блин, Лера. Мы все уже выяснили. Кто тебя сюда пустил, немедленно покинь место преступления! Да, как ты вообще тут оказалась ?!- взбешенно говорил Ярослав.

-Почему посторонние в помещении?! Крикнул он одному из оперативников указывая пальцем на бывшую.

-Тебе еще хватило наглости заявиться и сюда?!Лера после всего...да ты с... -прошипел он сквозь зубы.

-Но любовь моя, я просто немного перебрала в клубе.

-Что? Ты и он. Как ты вообще могла?? Ключи!

Ужасный вечер вчерашнего дня мелькал в воспоминаниях Ярослава раз за разом: «ключ повернулся в замке. Ярослав по привычке кинул связку ключей на тумбу и, стягивая ботинки с пяток, швырнул их в угол. Белоснежные носки быстро скользили по новому паркету. По привычке он нажал кнопку на кофеварке и поставил чашку на подставку.Послышалось какое-то шевеление в комнате.Ярослав замер. Тишина повисла в воздухе, липкая и тяжёлая, будто сама квартира затаила дыхание. Он медленно обернулся на странные звуки, а потом, уже не по привычке, а по старой, въевшейся под кожу интуиции, аккуратно ступая на цыпочках, пошёл к спальне. Рука сама нырнула под куртку, вытащила пистолет из кобуры. Ствол смотрел в пол, но пальцы были напряжены.

Стоны. Он толкнул дверь. И мир рухнул. Лера, его любимая Лера, верхом на каком-то качке. В груди что-то оборвалось, а следом вспыхнула такая ярость, что в ушах зазвенело. Ярослав схватил Леру за волосы — не нежно, не осторожно, а грубо, как хватают, чтобы удержать себя от чего-то худшего. Выволок из комнаты. Вернулся в спальню. Удары сыпались каскадом, но он почти не чувствовал своих кулаков. Хлипкий качок закрывал лицо и голову руками, скулил что-то неразборчивое.

— Пошёл! — кричал Ярослав, голос срывался на хрип. Он дал пендаля новоиспечённому любовнику Леры, схватил в охапку их вещи и понёсся к окну. Рывком распахнул ставни в спальне.Адиос.Вещи полетели вниз с десятого этажа, кувыркаясь в воздухе, как нелепые символы рухнувшей иллюзии.

— Ваши шмотки уже ждут такси внизу! Давайте, Адам и Ева, покиньте мой ад! Он вытолкнул парочку на лестничную клетку, захлопнул дверь и прислонился к ней спиной. В груди бушевал ураган, а в голове была звенящая пустота.С тех пор прошло меньше суток, а казалось — целая жизнь. И вот теперь Лера снова здесь. В книжном. На месте преступления...

— Лера, прошу, исчезни! Не беси! — рука Ярослава сжалась в кулак, застыв в воздухе. Он говорил тихо, но в этом шёпоте было больше угрозы, чем в крике.

— Всё кончено. Ты мешаешь мне работать! Вон отсюда!

— Смирнов, почему Валерия Александровна ещё тут? Живо выведи её!

— Будет сделано, Ярослав Владимирович! — Смирнов жестом, не терпящим возражений, указал Лере на выход.Заданная траектория оказалась довольно сложной физической задачей для неё: шатаясь из стороны в сторону на каблуках и одёргивая короткую юбочку, Лера нехотя посеменила к выходу, попутно размахивая руками и что-то выкрикивая.

— Шмирнов, убери лапы! Сама дойду!

— Валерия Александровна, вы перебрали.

— Наглец! Меня только что бросил любимый мужчина! Как мне теперь жить?

— Валерия, вам не стоило появляться в таком виде. Тем более на месте преступления.

— Молчи, цыц! Учить меня собрался?! Как жить?! Любовь моя-я-я! — всхлипывая, продолжала завывать Лера, растягивая слова, будто пыталась сделать свою боль слышнее.

— Вот, Смирнов, мой корабль любви встал на мель, даже не отправившись в путешествие.

— Валерия Александровна, вам правда лучше покинуть место преступления. Ярослав Владимирович и так в ярости. Вы же сами понимаете — не положено.

— Ярослав Владимирович, Ярослав Владимирович Заладил. Ухожу. Чао!

В этот момент в дверь заглянул молодой человек — нервный, с бегающими глазами, в слегка помятом пиджаке.

— Добрый день. Подскажите, я могу здесь найти Ярослава Владимировича?

— Вы посторонний и не имеете права находиться на месте преступления, — сухо ответил оперативник, не сводя с парня настороженного взгляда.

— Вау, преступление! Понимаю. Но у меня для него экстренное сообщение. Очень срочное.

— Порядок один для всех, — строго отрезал Смирнов.

— Покиньте помещение.

— Да что же за день такой Где скорая? Смирнов, кого там ещё принесло на парусах любви? — пробормотал Ярослав, потирая виски. Голова гудела, а нервы были натянуты до предела.

— Ярослав Владимирович, не положено

— Положено, не положено, — ворчал под нос Ярослав. Он подошёл вплотную к двери и кивком головы указал парню на выход.

— Давай, выходи. Кто вы? Зачем меня искали? Говорите быстро. У нас работа.

— Хорошо, хорошо. Я бы не стал вас беспокоить, Ярослав... В общем, ваша книга набрала более десяти тысяч положительных откликов и пятьсот скачиваний только за прошедшие пять часов. Мы не могли ждать. На нашем сайте вы произвели фурор. И, главное, больше всего отзывов — от сотрудников полиции. Мы крайне удивлены, но очень рады. Хотим завтра пригласить вас на презентацию в книжном магазине «Лабиринт». А ещё в ближайшее время готовы предложить публикацию в нашем издательстве и раскрутку вашего произведения. Ярослав моргнул. Будто парень сказал что-то на незнакомом языке.

— Что? Сколько? — он резко повернулся к Смирнову.

— Смирнов, это что, Карпин всем разослал мою писанину? Я же просил — материал сырой! Неужели и отдел знает?

— Да, Ярослав Владимирович. Я тоже прочитал. Всем пришла рассылка на почту: мол, срочное поручение от начальства — ознакомиться с новым пособием. Кто же знал...Приказ есть приказ. Прочёл от корки до корки — не пожалел, Ярослав Владимирович. Вы талант! А как эти вурдалаки-менты по ночам девушек спасали прыгая по крышам и всех негодяев на куски рвали...А потом раз — с утреца на службу приходили, как обычные люди. Всё чинно-благородно, никто не знал. Ярослав Владимирович, вы молоток!

— Что за день?! То испортят настроение, то поднимут до небес — Ярослав Владимирович с силой провёл ладонью по лицу,и не скрывая раздражения проговорил:

— Смирнов, передай потом Карпину, пусть свои айтишные трюки на других испытывает! А если наверху узнают — нам всем мало не покажется!

— Да вы чего так переживаете, Ярослав Владимирович? Ну сказочные оперативники, что такого? — развёл руками Смирнов, но тут же, поймав тяжёлый взгляд начальника, поспешно добавил:

— Ведь службу-то всё равно несут исправно!

— Смирнов, ты сильно-то не заводись. Ещё цыганочку мне тут начни отплясывать, а то руки вон уже пустились У нас тут труп — то ли жив, то ли мёртв. Где там скорая застряла?

— Да вон, смотрите! — Смирнов мотнул головой в сторону улицы.

Сотрудники скорой помощи, будто сорвавшись с места по невидимой команде, быстро забежали в книжный магазин — и так же стремительно вынесли девушку на носилках. Ткань простыни едва прикрывала её плечи, а бледность кожи казалась неестественно яркой даже в тусклом свете вестибюля.Врач скорой, подойдя к следователю, тихо, почти шёпотом, произнесла, не глядя Ярославу в глаза — будто боялась спугнуть хрупкую надежду:

— Ярослав Владимирович, ничего не гарантирую... Она на волоске от смерти.

— Постарайтесь очень! — голос Ярослава прозвучал жёстко, но в нём дрогнула едва уловимая нота отчаяния.Врач кивнула, коротко и резко, будто давая себе внутреннюю установку, и поспешила к двери, унося с собой этот хрупкий шанс.

— Так, Смирнов! Что смогли выяснить? Опросили свидетелей и сотрудников магазина? Кто был на месте? Так, стоп Лера...

— Ярослав Владимирович, я её выпроводил на улицу, — торопливо вставил Смирнов.

— Она сказала, что была в соседнем клубе в эту ночь. Подожди, Смирнов, оставайся здесь, я мигом.Ярослав направился к выходу из книжного, чувствуя, как внутри всё сжимается от нехорошего предчувствия — будто кто-то невидимый тянул его наружу, в эту серую, пропитанную сыростью улицу. Он вышел и огляделся. На ступеньках у магазина сидели Дима и Леночка — замерли, едва заметив его взгляд. Он коротко кивнул им и снова скользнул глазами по улице.На другой стороне виднелся небольшой участок с зелёными насаждениями — что-то вроде старого садика, давно забытого городскими службами. Сквозь редкие кусты и покосившиеся ограды проглядывала старая чугунная скамейка. Ярослав вгляделся в полумрак — и вдруг заметил её: Леру, спящую, бессильно обмякшую на скамейке.

«Вот дура... А если преступник ещё здесь и наблюдает за всеми? Вот ненормальная!» — мысль ударила, как пощёчина.

Не раздумывая, он перебежал улицу, едва не угодив под колёса проехавшего мимо такси, и прошёл вглубь садика. Остановился над Лерой и на мгновение замер, склонившись. Старые чувства вдруг накрыли его, как ледяной волной, вытаскивая из памяти обрывки юности: она тогда тоже спала вот так — беззащитно, доверчиво, словно весь мир был обязан её беречь.Каштановые локоны, мягко уложенные, теперь спутались и струились почти до самого асфальта. Рука небрежно повисла вниз, пальцы чуть подрагивали во сне. Ветер тронул край её куртки, и она едва слышно всхлипнула — так, что у Ярослава что-то больно дёрнулось внутри. Он помотал головой, отгоняя воспоминания, и глухо, почти себе под нос, пробормотал:

— Нет...С меня хватит. Это всё её загулы. Как я устал...

Ярослав поднял Леру на руки — она обмякла, как тряпичная кукла, и он вдруг остро почувствовал, насколько она лёгкая, почти невесомая, будто вся её дерзость и упрямство куда-то испарились. Он понёс её к своей машине, стараясь ступать ровно.

«Пусть проспится», — подумал он, аккуратно укладывая её на заднее сиденье старой «шестёрки». Скрипнула обивка, пахнуло пылью и забытым запахом кофе — машина давно не знала химчистки, но была надёжной, как старый друг.«Надеюсь, она не закатит истерику насчёт этой старой груды металлолома», — пронеслось в голове. Лера была дочерью состоятельного бизнесмена и с детства привыкла к роскоши: к кожаным салонам, к запаху новой обивки, к тому, что всё вокруг должно быть безупречным. А тут — потёртые чехлы, царапина на стекле и запах бензина, въевшийся в металл.

«Ничего, потерпит. Мне нужно работать», — жёстко оборвал он собственные сомнения. С усилием открыл окно — пусть воздух поступает, пусть хоть немного проветрит этот душный, тяжёлый вечер. Захлопнул дверцу и, помедлив секунду, будто не доверяя даже металлу, закрыл её на ключ.

— Так, Смирнов, попроси Капралова присмотреть за этой бестией. А то снова завернёт не туда на своих двоих. Потом ещё от свёкра выслушивать, как я сломал его милой дочурке жизнь, — Ярослав говорил быстро, рублеными фразами, словно пытался спрятать за ними собственное раздражение.

— Да ты, Артемидов, возьми себя в руки. Свет клином на ней не сошёлся, — спокойно, но твёрдо ответил Смирнов, чуть наклонив голову, будто оценивая состояние начальника.

И в этот момент тёмный силуэт мелькнул из-за угла ближайшего дома — резкий, угловатый, будто вырезанный из самой темноты. Краем глаза Ярослав заметил движение и резко обернулся, всматриваясь в мрак улицы, где тени сплетались в причудливые узоры.

— Да, кажется, я всё-таки забыл выключить чайник, — произнёс он, всматриваясь в мелькающий в полисаднике силуэт. Голос прозвучал нарочито буднично, будто он пытался обмануть самого себя, убедить, что это просто сосед вышел покурить, что ничего страшного не происходит.

— Погоди-ка, Смирнов. Дело приобрело новый оборот, — Ярослав уже бежал через проезжую часть, не замечая машин, не слыша гудков, которые разрывали тишину ночи. Он мчался к полисаднику, где тень склонилась над скамейкой, на которой только что лежала Лера.

— Руки вверх! А ну, показывай, что у тебя в руках! — рявкнул он, выхватывая фонарик и направляя луч прямо в лицо незнакомцу. Мужчина повернулся, шатаясь на ногах, и в свете фонаря показалась фигура молодого, подкачанного парня — того самого, которого Ярослав ещё вчера выставил из своей квартиры, не желая слушать ни оправданий, ни криков.

— Ах ты, петух гамбургский! Ты что тут разнюхиваешь?! — голос Ярослава сорвался на хриплый крик. Душевная рана ещё не зажила, и любое напоминание о вчерашнем ударяло ножом по уже кровоточащей боли, выворачивая наизнанку всё, что он пытался спрятать глубоко внутри.

— Прости, братан...Лерунь, моя девочка, она опять сбежала к тебе. Она клялась, что любит меня, что ты ей больше не нужен. Я же был уверен, что ты очкарик затюканный и мамкин сынок, а она, выходит, всё врала. Крутила мной. А я, дурак, поверил — парень говорил сбивчиво, глотая слова, его голос дрожал то ли от алкоголя, то ли от отчаяния.

— Давай сюда, что там у тебя, — Ярослав протянул руку, не сводя глаз с парня, готовый в любую секунду сорваться на действие. Пьяный парень покрутил в руках карточку и протянул её Ярославу дрожащей рукой.

— На, держи. Она, походу, выронила. Где она? Ты её спас? — он говорил, и язык заплетался, слова сливались в один неразборчивый поток.

— Твоя девочка лежит вон в той тачке. Хочешь — забирай и довези её до дома. Я вызову вам такси. Хотя можете прокатиться с операми. Так, для профилактики, — в голосе Ярослава звучала холодная ирония, но внутри всё кипело.

— Нет, братан. Уважаю тебя, ты мужик! На такси доедем. Довезу мою куколку, — парень закивал, будто пытаясь убедить не только Ярослава, но и самого себя.

— Давай шевелись. Потом придёте в отдел, как просохнете. Расскажете, что было в клубе — это важно, — Ярослав говорил жёстко, но в глубине души понимал: сейчас главное — чтобы Лера была в безопасности, а уж разбираться с клубами, клятвами и разбитыми сердцами можно и позже.

— Братан, как скажешь. Любой твой каприз. Ты мою куколку не оставил одну ночью. Давай обниму, — парень шагнул вперёд, раскинув руки, но Ярослав только отмахнулся.

— Так, послушай. Шуруй к тачке. Я сейчас подойду, вызову такси, — он достал телефон, быстро набирая номер, и краем глаза следил, чтобы парень не сделал ничего лишнего.

— Братан, уважаю... Лерунь, я бегу к тебе! — парень прилип лицом к стеклу задней двери, изображая страстный поцелуй, и захихикал, будто всё это было какой-то нелепой игрой. Лера всё ещё спала, тихо похрапывая, и выглядела в этот момент удивительно беззащитной.

Глава 7. След

— Евгений Карлович, откуда такая загадочная улыбка?

— Ярослав Владимирович, у меня для вас интересная новость. Ну, так, чтобы хоть ненадолго отвлечься от всех этих трудностей...

— Смирнов, вырубай свет! — скомандовал криминалист.— Вы что, Евгений Карлович? Какие шутки?! — возмутился Ярослав. - У нас тут преступление, а не цирк!

— А теперь смотрите внимательно, — заговорщицки произнёс Евгений Карлович, направляя ультрафиолетовый фонарик в главный зал книжного магазина.

— Я попросил бригаду скорой вынести тело потерпевшей с другой стороны от стеллажей — так, чтобы ничто не мешало осмотру.

Яркий луч ультрафиолета упал на пол и высветил размазанную дорожку следов от бахил.

— Вот, смотрите сюда, — продолжил криминалист, чуть наклоняясь вперёд.

— Преступник не заметил, как прорвался материал бахилы, и у нас есть фрагмент протектора ботинка. Я уже почти потерял надежду найти хоть что-то... Думал, что этот негодяй всё продумал, не оставил ни единого следа. Но тут вспомнил про особый дактилоскопический порошок — его принес мне знакомый. Он работает только в ультрафиолетовом свете. Евгений Карлович медленно повёл лучом фонаря дальше, вдоль чёткой цепочки следов.

— Смотрите, Ярослав Владимирович: нам виден весь путь нашего «исполнителя» — от самого места преступления и прямо до двери. Словно он сам нарисовал для нас карту своего бегства. Теперь у нас есть не просто зацепка — у нас есть маршрут.

— Это просто замечательно, — выдохнул Ярослав. — Продолжайте работать.

Евгений Карлович уже хотел было кивнуть и вернуться к осмотру, но вдруг замер. Он чуть нахмурился, перевёл взгляд с цепочки следов на Ярослава — и в этом взгляде мелькнуло то самое напряжение, которое появляется, когда из мозаики выпадает ключевой фрагмент.

— Ярослав, тут ещё кое-что, — произнёс он уже не с торжеством, а с той тяжестью, с какой говорят о вещах, переворачивающих всё с ног на голову.

-Пули...их нет.

Ярослав почувствовал, как внутри всё на мгновение сжалось, будто кто-то резко дёрнул невидимую струну.

— Как это — нет? — переспросил он, стараясь удержать голос ровным, хотя в груди уже ворочалось недоброе предчувствие.

— Врач скорой так же подтвердила: пуля была извлечена из тела потерпевшей, — спокойно, но жёстко проговорил Евгений Карлович, словно сам не до конца верил в то, что произносит.

— Не осталась в теле. Её кто-то забрал.

В зале повисла тишина — та самая, что бывает перед грозой. Даже тени от ультрафиолетового луча будто стали резче, острее, словно подчёркивая, насколько хрупкой оказалась только что обретённая надежда. Ярослав медленно обвёл взглядом пространство: стеллажи, пол, дверь, за которой скрылся преступник. Теперь каждый след, каждый фрагмент протектора обретал новый, зловещий смысл.

— Кто-то вернулся на место преступления, — тихо, почти про себя, произнёс он. — Или не уходил. Евгений Карлович зафиксируйте все, и видео маршрута не забудьте.

— Смирнов, включай освещение, — распорядился следователь. — Хватит с нас этой ультрафиолетовой дискотеки. Проведи опрос всех возможных свидетелей. Особое внимание удели тем, кто мог заметить подозрительных лиц, выходящих как через главный, так и через чёрный ход магазина. Повторяю: важны любые детали, даже самые незначительные. Да, и не забудь про камеры наружного и внутреннего наблюдения.

— Ярослав Владимирович, — доложил криминалист, — на платье погибшей обнаружен длинный рыжий волос.

— Евгений Карлович, — задумчиво произнёс следователь, — я не исключаю вероятности того, что это волос Валерии Александровны. Не стоит забывать, что они могли пересечься в баре.

— Смирнов, есть кто-нибудь из персонала книжного на месте? Приведи сюда!

— Ярослав Владимирович... — Смирнов указал рукой в направлении входной двери.

Дверь осторожно открылась, и на пороге появилась Леночка. Она огляделась и вошла внутрь. Столкнувшись взглядами с Ярославом, она вопросительно посмотрела на него. Ярик замахал рукой, жестом приглашая её подойти ближе.

Лена немного смутилась от такой непосредственности следователя, но всё же сделала шаг навстречу и направилась к Ярославу.

— Доброй ночи, — произнёс он, протягивая удостоверение. — Ярослав Владимирович Артемидов, старший следователь Центрального следственного управления.

— Расскажите, что вы видели? И можем ли мы прямо сейчас посмотреть записи с камер наблюдения?

— Доброй ночи, меня зовут Елена. Я администратор книжной лавки и старший продавец, — поправляя юбку, произнесла Леночка. — Да, можно сделать это прямо сейчас. Предлагаю пройти в служебное помещение и посмотреть записи.

Они проследовали через центральный зал в техническое помещение.

— Мы приехали с Дмитрием Николаевичем около трёх часов ночи, — проговорила Леночка, перебирая в руках ключи. — Нам потребовался где-то час, чтобы добраться до книжного. Всё это время на телефоне была наша сотрудница Татьяна — она младший продавец и кассир. Она вернулась в лавку около двенадцати часов ночи, потому что днём забыла здесь свой мобильный. Таня была очень напугана и расстроена.

Леночка на секунду замолчала, будто заново переживая тот момент.

— Защитные уличные жалюзи были открыты, и входная дверь тоже. Таня заходила с чёрного входа и была уверена, что всё было закрыто. Я закрывала лавку в районе девяти часов вечера: включила сигнализацию и закрыла уличные жалюзи на замок. Но перед самым закрытием в книжный зашёл странный мужчина — он был довольно навязчивым. В 12:30 у нас должна была состояться презентация, и я предложила ему поприсутствовать. После этого он удалился, а я поспешила на тренировку по танцам. Теперь даже не знаю, сможем ли мы провести презентацию сегодня после случившегося. Вы могли бы оставить одного из ваших оперативников? Возможно, мужчина придёт на презентацию — и вы сможете зафиксировать его внешность.

— Даже если это возможный подозреваемый, мы не должны его спугнуть, — твёрдо проговорил Ярослав. — Думаю, останусь сам. Мне ещё нужно осмотреть книжный после того, как мы закончим. Смирнов, ты всех опросил? Кто там на улице?

— Ах ,да... Позвольте, я вмешаюсь, товарищ старший следователь, — замялась Лена. — Когда мы подъехали к книжному ,там на ступеньках сидела беременная девушка. Её недавно увезла скорая. Нам пришлось принимать роды прямо на улице, поэтому в книжный мы зашли не сразу — не могли оставить бедняжку в таком положении.

Она вздохнула, будто тяжесть того момента до сих пор давила на плечи.

— Дмитрий Николаевич заходил внутрь, чтобы убедиться, что Таня не пострадала. Он сказал, что она сидела внутри, спрятавшись за кассу: ведь неизвестно было, остался ли преступник в лавке или давно ушёл. Потом Таня вышла помочь нам принять роды. К тому же ей не хотелось сидеть в одиночестве рядом с незнакомой женщиной, которая была в таком тяжёлом состоянии.

— Да, это важный момент, Елена, — кивнул Ярослав. — Смирнов, опроси продавца Татьяну: может быть, она заметила когонибудь, когда заходила в магазин.

Он на мгновение задумался, взвешивая варианты.

— Думаю, не стоит откладывать презентацию. Это только поможет следствию. Есть вероятность, что преступник может быть среди ваших постоянных клиентов или участников презентации. Чем раньше мы его вычислим, тем лучше. Так, давайте посмотрим, остались ли записи с уличных и внутренних камер.

Лена повернула ключ в замке технического помещения. Следователь вежливо пропустил её вперёд, придерживая дверь рукой.

— Да вы ещё и джентльмен, — чуть улыбнулась Лена. — Мне казалось, сотрудники правопорядка довольно циничны и холодны.

— Не исключено, — вопросительно поведя бровью, заметил Ярослав. — Но это не означает, что я должен быть груб со всеми, кто может оказаться на месте преступления. Это просто непрофессионально.

— Сейчас секундочку, я подключусь к системе.

— Начнём с момента, когда вы закрывали книжный, — Ярослав неожиданно повернулся, будто ощутив чужое присутствие, и тут же нахмурился. — Смирнов... ээ... Евгений Карлович?! Вы как тут оказались? Я что, теряю бдительность? Вы подкрались незаметно! Я же отправил вас собирать факты — улики ждать не будут. Живо работать!

— Ярослав Владимирович... — Смирнов неловко почесал затылок. — Мы просто боялись, вдруг вы сгоряча влюбитесь ну, вот в свидетельницу Елену... — выпалил он. Евгений Карлович рядом утвердительно кивнул, стараясь выглядеть серьёзным, но в глазах плясали смешинки.

— Господа, не стоит за меня переживать! — рявкнул Ярослав, а потом, чуть понизив голос, добавил: — Как вы вообще до такого додумались? Марш работать! Евгений Карлович, вы же взрослый человек! Смирнов то понятно, молодой ещё, но вы ,то как могли?

— Да мы просто переживаем за вас, — примирительно протянул Евгений Карлович. — Да и любопытно было: куда это вы хотели уединиться со свидетельницей

— Я вам устрою «переживаем»! — Ярослав провёл ладонью по лицу, будто пытаясь стереть эту нелепую ситуацию. — Странный у вас способ поддерживать начальника. Сам справлюсь, не беспокойтесь. Не стану кидаться в омут с головой. Тем более вам должно быть стыдно перед дамой?

— Да, неслыханная наглость, — удручённо проговорила Лена, и её голос вдруг стал жёстче, будто она надевала броню. — Я и так в шоке от происходящего, а мне уже роман со следователем приписали. Прямо в разгар оперативных мероприятий. Вот, начало записи, сами смотрите.

На экране мелькнули кадры: Лена закрывает книжный, щёлкает замком, опускает жалюзи.

— Это вы закрываете лавку, — пробормотал Ярослав, всматриваясь в изображение. — Так. Вот этот странный мужчина. Ага...О, он вам что-то вслед сказал, когда вы ушли. Дальше... Ничего себе! Этот мужчина вернулся через час, потоптался у входа и ушёл. Уже стемнело. Это ваша продавец Татьяна?

Леночка отвернулась и уставилась в окно, выходившее во внутренний двор. Её пальцы нервно сжимали край стола.

— Там ктото пробежал от нашего чёрного входа, — вдруг выдохнула она.

Не дожидаясь ответа, Лена резко выскользнула из технического помещения и бросилась к чёрному ходу.

— Куда вы?! — Ярослав дёрнулся, будто хотел схватить её за рукав, но не успел. — Смирнов, догони её! Ай, сам ...— буркнул он и рванул следом. — Стойте! Он может быть вооружён!

Но Лена уже неслась по тёмному двору, её каблуки стучали по брусчатке. Она настигла тёмный силуэт невысокого роста и схватила за рукав куртки.

— А ну, стоять! Ты что здесь ищешь? Зачем подошёл к чёрному входу?

— Эй, пусти! Да ты что, больная какая-то?! Какой чёрный вход, о чём ты, тётенька? — голос был звонкий, детский.

— Елена, отпустите девочку, — выдохнул подоспевший Ярослав. — Похоже, это моя племянница. Очень любит приключения.