Плетение миров

Егор Захаренко

Плетение миров

Глава 1

На возвышении холма стоял храм.

Вниз спускалась каменная лестница, состоящая из нескольких сотен потрескавшихся камней. Ворота, стоявшие внизу, имели большие деревянные арки. На арках были искусно вырезаны символы и лики людей, которые несли в себе какой-то смысл.

Раньше храм мог вызвать чувство восхищения своей архитектурой, утонченностью деталей и видами. Однако сейчас картина обрела новые ужасающие краски.

На вершине холма храм разрушился от пожара. Огня уже не было видно, однако небо до сих пор закрывала копоть дыма. В изящных арках торчали стрелы. А вся лестница была усеяна трупами.

Река крови стекала к ногам путников. Старик стоял неподвижно, молча глядя на возвышение. Его седые волосы были завязаны в тугой узел на затылке, кожаный плащ развевался на ветру, местами просвечиваясь дырами.

Рядом со стариком стоял мальчик лет девяти. В окружающем сумраке его кожа казалась еще бледнее, чем обычно. Он со скучающим видом пытался выкопать небольшой булыжник у его ног.

Голубые глаза старика были пронизаны острым безразличием. Несмотря на жуткую картину, он продолжал внимательно осматривать храм и окружение, прислушиваясь к шорохам.

Мальчик зевнул и почесал свою макушку. Волосы мальчика были такими же белыми, как и его кожа. Нельзя было назвать их седыми, оттенок был абсолютно инородным и непривычным для любого человека.

- Долго нам еще стоять?

Старик оставил вопрос без ответа и молча тронулся к вратам. Очевидно, что врата даже не успели закрыть, так как никаких следов взлома на них не было. Все стрелы имели разное оперенье – где-то были черные хвостики, где-то оперенья из птиц, а некоторые и вовсе представляли собой самодельное убожество.

Следом за стариком двинулся мальчик. Подойдя к арке, он потянулся к одной из стрел, но старик отдернул его руку.

- Ничего не трогай, – раздался сухой голос старика. Голос звучал еще старше, чем его носитель.

Пройдя в арку, в нос ударил сильный запах гнили. Мальчик недовольно почесал нос, но тут же отвлекся на обратную сторону ворот. К одной из них была прибита голова мужчины, раскрытая в беззвучном крике.

Люмин раньше не видел трупов. Глаза мертвого мужчины были наполнены кровью, во рту язык явно распух, а под отрезанной головой была засохшая лужа крови, в которой копошились насекомые. Мальчик чуть наклонился, чтобы осмотреть незнакомца внимательнее. На лбу трупа была татуировка, напоминавшая глаз. Старик встал возле него.

- Срез неровный, – с важным тоном отметил мальчик.

- И что это значит?

- Это значит… Что голову неровно отрезали.

- А чем ее могли отрезать?

- Я-то откуда знаю? – тяжело вздохнул Люмин. Он уже порядком устал от нравоучений, которыми его грузил старик.

- Какие идеи?

- Да не знаю я. Мечом отрезали или ножом. Какая вообще разница?

Старик развернулся и пошел к лестнице.

- Разница в том, что если кто-то из нападавших еще там, то ты будешь в курсе, что тебя ждет.

- Отлично. Я теперь в курсе, что на них напали с мечом, спасибо. Ты мне даже ножа не даешь, так что мне от этой информации?

Старик повернулся к мальчику. Несмотря на свой возраст, он был очень крепок. Даже старый плащ не мог скрыть его широких плеч.

- Следи за своим тоном. Если у тебя нет «даже ножа», то на это есть причины.

Мальчик скривился и обиженно спрятал руки на поясе. Одежда была ему явно не по размеру, поэтому он постоянно поправлял рукава и пояс.

Некогда величественная лестница была заполнена трупами. Засохшая кровь, человеческие конечности, кишки и другие внутренние органы были практически на каждой ступени. Каждый из трупов был одет в однотипный серый балахон с белым воротником. Мало у кого из людей было оружие. В основном на земле валялись ржавые кортики, вилы и дубинки.

- Почему у них у всех символы на лбу? – спросил мальчик, попытавшись пнуть отрезанную кисть.

- Это последователи Видриона. Они носят на лбу его символ.

- Видрион… Видрион… Это один из первых богов?

- Да.

- Ты рассказывал, что у него как раз три глаза. Поэтому они их себе рисуют?

- Да.

- Круто.

Старик остановился. На лестнице лежал труп ребенка. Мальчик, несколькими годами старше Люмина. Он лежал в позе эмбриона, держась за окровавленный живот.

- Кровь – это интересно, – сказал мальчик, без всякого отвращения рассматривая лежащий перед ним труп.

- Помолчи.

Чуть повыше виднелись еще трупы детей.

Поднявшись к храму, в нос ударил жуткий запах гари. На нескольких колах были насажены мертвецы, окруженные воронами, которые их клевали, отрывая лоскуты засохшей кожи.

Храм сгорел не полностью. Основной урон ушел на левую часть здания, из-за которой провалилась крыша. Все стекла в здании были разбиты, ставни вырваны, а двери сняты с петель.

- Почему здесь одни мужчины? – не унимался ребенок.

- Скоро поймешь.

Внутри здания картина была еще уродливее. В центре холла, напротив винтовой лестницы, была гора трупов. Все помещение было заполнено мухами, жужжание которых эхом разлеталось от стен.

- Стой здесь. Я проверю есть ли что-то ценное и двинемся дальше, – велел старик и направился к правой части коридора, скрывшись в одном из помещений. Люмин заметил, что несмотря на огромные сапоги, старик передвигался практически бесшумно.

Люмин стал расхаживать по помещению, считая шаги. От входа до горы трупов 23 шага. От трупов до правого коридора 18 шагов. От правого коридора до левого – 47.

Левый коридор полностью превратился в уголь. Здесь не было мертвецов, что странно. Однако в конце коридора виднелась закрытая дверь. Оглянувшись, чтобы проверить, не вернулся ли старик, Люмин на цыпочках пошел по коридору. Сгоревший пол предательски трещал и скрипел под ним. Боковые двери были раскрыты, открывая миру пустые и сгоревшие комнаты.

Дойдя до конца коридора, мальчик заглянул в небольшую щель в центральной двери. Комната тоже была забита трупами. Видимо здесь и произошел первоначальный поджог, потому что все трупы превратились в бесформенные черные фигуры. Толкнув дверь, Люмин просунул голову внутрь, чтобы осмотреть их поближе.

Однако дверь не поддавалась до конца. Посмотрев вниз, он увидел относительно уцелевший труп женщины.

- Всех женщин согнали сюда.

Люмин вздрогнул и обернулся на голос. За ним стоял старик, держа руку на рукояти булавы, висевшей у него на поясе.

- Зачем?

- Не всегда человек довольствуется только логикой. Порой, он довольствуется своими желаниями.

Люмин ничего не понял. Старик часто говорил односложно. Иногда, любой своей фразой он пытался нагнать жути, и мальчик не понимал зачем он так делает. Это скорее раздражало и не порождало никакого желания расспрашивать дальше.

- Нашел что-нибудь в коридоре?

- Вход в подвал. Идем туда.

Пол подвала был усеян разбросанными книгами. Пустые книжные шкафы были повалены. Здесь трупов уже не было. Только длинные кровавые следы, которые вели наверх. Вся мебель была задвинута в угол.

Старик взял с пола ножку стола, достал из сумки ткань и огниво. Спустя мгновение подвал озарился светом.

- Может здесь переночуем? Я уже устал спать под открытым небом.

- Нет. – сказал старик, внимательно осматривая книги на земле.

- Почему? Все равно здесь все мертвы. Или ты боишься мертвецов?

- Потому что поле битвы всегда привлекает стервятников.

Люмин пнул одну из книг и пошел к горе сваленной мебели.

- Ты боишься птиц?

- Это значит, что сюда могут прийти мародеры. Если мы с тобой заметили дым, то его точно заметил кто-то еще.

- А если все в округе замечают дым, то его замечают, наверняка, и боги? Почему этот… Видион не пришел спасти своих последователей?

- Видрион.

- Ну Видрион. Я помню, что ты говорил, что богам до нас дела нет. Но у него тут целый дом людей, кто себе набивает на лбу татуировки в его честь. Бог ведь легко бы смог разобраться с нападавшими и спасти их.

Старик подобрал одну из книг и протянул Люмину.

- Вот, история падения великих древ. Будешь изучать ее, пока мы…

Старик прервался, схватил Люмина и оттолкнул его себе за спину. Мальчик отлетел и приземлился на землю.

- Выходи, – тихо сказал старик, глядя на груду мебели.

Повисла тишина. Люмин поднялся, с интересом глядя на гору в углу. Но ничего не происходило.

- Я тебя вижу, выходи.

Некоторое время ничего не происходило. Люмин уже язвительно хотел заметить, что зрение старика все-таки подводит, однако тишину прервала упавшая деревяшка. Затем упало еще несколько и мебель стала раздвигаться. Из-под нее появилась фигура мальчика.

Мальчик вылез лишь на половину, со страхом глядя на незнакомцев. Старик передал факел Люмину и схватил ребенка за воротник, полностью вытащив из обломков и поставил на ноги.

Ребенок был не сильно младше Люмина, однако выглядел гораздо меньше. На голове серо-пепельные волосы прилипли ко лбу, посередине которого была черная татуировка глаза. Мальчик сильно дрожал, крепко схватившись руками за свой балахон. На Люмина он даже не смотрел, а пристально наблюдал за стариком.

- Кто-то еще выжил? - спросил старик хриплым голосом. Он не сводил глаз с татуировки мальчика, словно пытаясь что-то вспомнить.

Мальчик молчал. Тогда старик повторил свой вопрос громче. Его хрип эхом разлетелся по подвалу.

- Нет, - тихо ответил мальчик, на глаза которого уже подступали слезы.

- Как давно на вас напали?

- Несколько дней назад.

- Кто это был?

Первая слезинка потекла по щеке. Люмин с некоторым недоумением смотрел на мальчика. Он в нем не вызывал чувство жалости, только нечто очень похожее на отвращение.

- Я не знаю.

- Во что они были одеты?

- В рваную одежду… Они все смеялись. А лица были разукрашены… Кровью.

Мальчик уже во всю плакал. Слезы стекали по лицу, размазывая грязь и засохшую кровь. Нос предательским тек, заставляя его шмыгать после каждого слова.

- Как тебя зовут?

Несмотря на странные чувства, которые вызывала картина перед Люмином, он вдруг почувствовал что-то еще. Что-то незнакомое прежде. Легкий трепет. Казалось, что на мгновение весь воздух вышел из легких, словно ожидая беду.

- Арид. Меня зовут Арид.

Возле входа в храм стояла лошадь. На своей туше она несла несколько седельных сумок. Черная грива была коротко подстрижена. Ноги были покрыты толстым слоем пыли от нескольких месяцев дороги. А бока непростительно ссохлись от количества пройденных шагов.

Стоящий запах дыма вызывал волнение. Лошадь слышала вокруг шорохи, крики птиц и откуда-то издалека доносился запах крови.

Наконец, из дверей показались две знакомые фигуры. Старик быстрым шагом подошел к ней и начал прятать часть найденных припасов между сумок. К нему подошел Люмин, что-то постоянно бормоча. Спустя мгновение, из врат показался еще один ребенок, прятавший лицо в ладонях. Постоянные всхлипы и плач прерывались чем-то отдаленно похожим на поскуливания.

- Ты решил взять его с собой? Разве ты не говорил, что чем меньше людей будет знать о нас двоих, тем лучше?

- Все так.

- Так зачем ты берешь его с собой? - Люмин обернулся посмотреть на Арида, который упал на колени недалеко от врат и стал закапываться лицом в землю, пряча свой крик.

- Это не обсуждается.

- Посмотри на него. Думаешь он выдержит дорогу? Из-за него наш путь продлится на несколько недель дольше. Как по мне, лучше было бы бросить его здесь…

Старик резко развернулся и схватил Люмина за рубашку, чуть оторвав мальчика от земли.

- Запомни две вещи, пацан. Первое - мои решения с тобой не обсуждаются. Здесь я говорю, что делать, а ты это делаешь. Второе - если ты считаешь себя лучше него, лучше меня или любого другого мертвеца из храма, то забудь об этом. Ты такой же никчемный и жалкий, как мы все. Все, что тебя выделяет, это твое рождение и твой дар. Если ты думаешь, что ты всесилен, то поверь мне - из-за этих мыслей ты быстро убедишься, что ты заблуждаешься. Тебе все понятно? Понятно, я спросил?!

На лице Люмина проступил страх. Он смотрел на изуродованное лицо старика, которое выглядело гораздо страшнее той горы трупов, которые он видел в храме. Сколько бы Люмин ни старался показать, что он не испугался увиденного, казалось, старик видел его насквозь. Он видел, что мальчик напуган ничуть не меньше, чем Арид.

- Да… Сэр…

- Чудно. Парень, если ты еще не устал рыдать, то подойди сюда и возьми факел. Мы отправляемся на север. Ты идешь с нами. Солнце уже зашло, но нам нужно отойти от этого места на некоторое расстояние. Мы будем в дороге еще несколько часов. Ты когда последний раз ел?

- Я не помню.

Старик вытащил из сумки яблоко с куском горбушки и кинул их по очереди мальчику.

- Трогаемся. Съешь их по пути, - старик взял лошадь за вожжи и потянул на себя. - Меня зовут Идрис. Пацана - Люмин. Думаю, вы с ним подружитесь. Трогаемся.

Все трое двинулись в сторону леса. Когда храм начал скрываться за спиной, Арид в последний раз обернулся, чтобы посмотреть на место, где вырос. Будучи ребенком, он не понимал, какие эмоции в нем вызывает его прошлое. Однако уже сейчас точно знал, что каждый раз, когда будет думать об этом месте, перед глазами будут горы мертвецов его соратников и друзей. И этого поменять будет нельзя.

На мгновение, Ариду показалось, что он кого-то видит на вершине храма. Некую фигуру. Несмотря на расстояние, фигура казалась огромной. Но моргнув, силуэт скрылся в ночи, как и в воспоминаниях самого мальчика.

Глава 2

За несколько дней в дороге Арид немного успокоился. По ночам ему продолжали сниться кошмары. Он видел лица своих друзей и наставников, залитые кровью. Иногда, просыпаясь в холодном поту, мальчик видел их стоявшими рядом. Они стонали и тянулись к нему.

В день встречи, Идрис вымыл Арида возле небольшого водоема. Мальчик смотрел, как кровь буквально не заканчивается, бесконечно стекая с него, пачкая и без того грязный балахон.

Старик отрезал от балахона воротник, большую часть подола и треть рукавов. Нитки предательски торчали во все стороны, оставаясь единственным чистым местом. Идрис снял с себя куртку и отдал мальчику.

Мало того, что куртка была большой, так от нее еще и невыносимо плохо пахло. Старик обмотал пояс мальчика небольшим мотком веревки и завязал в тугой узел. Рукава закатал, насколько мог, однако даже этого не хватило, чтобы кончики пальцев выглядывали наружу.

- Замотай это на голове, - протянул старик клочок ткани. - Запомни, ни одна живая душа не должна увидеть, что у тебя за символ на лбу. Ты меня понял?

- Да.

- А почему? - Люмин пытался наточить найденную ветку небольшим камнем. Книга из храма лежала возле него.

- Тебя это тоже касается, пацан.

- Да, да, я помню. “Никто не должен видеть твои волосы”. В чем проблема? Как будто мы вызовем больше подозрений, если наши головы будут покрыты непонятными мешками.

- Тут дело не в подозрении. Мы не знаем, что за людей мы будем встречать. Чем меньше лиц будут знать о нас, тем наш путь будет спокойнее.

- Простите, - Арид неуклюже завязал повязку на лбу. Благодаря неуклюжим волосам, казалось, что он пытается таким образом уберечь свои глаза от попаданий кончиков волос. - А куда вы, собственно, направляетесь?

Люмин с интересом посмотрел на Идриса. Он неоднократно спрашивал старика об этом, но каждый раз получал какой-то односложный ответ, который по своей сути ничего и не значил.

Старик достал огниво и стал разводить костер.

- Мы идем на встречу.

- На какую встречу? - спросил Люмин, отбросив ветку, которая уже была ни на что не годна.

- На встречу с архонтом.

Арид раскрыл глаза так широко, что повязка поднялась, открыв символ на его лбу.

- С самым настоящим Архонтом?

- Архонт… А кто это? - спросил Люмин, не понимая восторга Арида.

- Архонты — это первое поколение после богов. Их наследники.

- Это дети Богов, которые по силе ничуть не уступают Великим! Когда Боги отошли от дел, то власть Восьми взяли на себя именно Архонты. Они путешествуют между миров и поддерживают контроль на каждой из планет.

- Думаешь, у них это получается? – спросил старик, начав раздувать маленькие уголки пламени.

- В каком смысле? – не понял вопрос мальчик.

- Осмотрись. О каком контроле идет речь? Планета разорена, а человечество разрушено. Этому в храме вас учат? Любить богов и всё с ними связанное?

- Старик говорил, что боги – это зло, – сказал Люмин, с насмешкой глядя на Арида, который казалось был возмущен данным фактом. – Именно из-за них планета превратилась в огромный булыжник, а люди умирают от голода. Если их дети от них не отличаются, то неудивительно, что в мире все плохо.

- Это ложь! – крикнул Арид, вскочив с земли. – Наставники всегда говорили, что Боги и Архонты – это наши спасители! Те, благодаря кому зародилась жизнь.

- Если боги такие добрые, то где они были, когда на ваш дом напали? – спросил Идрис, вставая и глядя на мальчика. Арид замолчал. Он чуть потупил глаза и с сомнением посмотрел на костер.

- Должно быть, это была часть великого плана.

- Что такое великий план? – спросил Люмин. Ему очень нравились разговоры и богах, планетах и всём с этим связанным. Однако читать найденный талмуд никакого желания не было.

- Великий план – это написанный сценарий богов, – Идрис стал разделывать пойманного кролика. Несмотря на то, что они смогли поймать сегодня дичь, кролик выглядел настолько истощенным, что не было ничего удивительного, как он попал в силки. – Сценарий, который плетут ведьмы из плетения.

- А плетение – это то из чего я родилс…

- Тихо, – прервал старик Люмина. – Что я тебе говорил?

Люмин недовольно вздохнул и монотонно, по слогам проговорил:

- Никому и ни перед кем не упоминать мое прошлое.

Арид непонимающе смотрел на мальчика. В день встречи он не обратил внимание насколько тот был бледным. Даже несмотря на несколько дней в дороге, слой пыли не мог скрыть всей его белоснежности. Особенно инородно выглядели белые мягкие волосы, которые при каждом дуновении ветра принимали забавные формы. Под белыми бровями расположились два голубых глаза. Настолько светлых, что даже после заката, они горели словно два ярких огня.

- И все же, если архонты такие злые, то почему мы к ним идем?

- Не к ним, а лишь к одному. Потому, что у нас нет выбора. Сколько ты уже прочитал? – старик закончил с разделкой кролика, нарезал мясо на куски и поставил на костер. Мяса было поразительно мало.

- Ну, где-то половину.

- Половину книги?

- Нет, половину первой главы.

- Там же нет глав.

- Ладно! Половину первой страницы. Я ничего не понимаю.

- Парень, - обратился старик к Ариду. – Ты читать умеешь?

- Да.

- Люмин, садись рядом с Аридом и читай вслух. Арид, помогай пацану.

Сказать, что Люмин был недоволен, это было ничего не сказать. На его лице повисла такая гримаса ярости, что Арид несколько секунд подумал, насколько близко ему надо подсесть к мальчику.

Люмин даже не почтил соседа взглядом. Он открыл книгу и начал что-то нечленораздельно бубнить себе под нос. Арид старался разобрать хоть слово, но ничего не понимал.

- Громче! – сказал старик.

Мальчик тяжело вздохнул и начал.

- … Пял девев слепили… сойбо мир…

- Пять деревьев скрепили собой мир.

- Ага. Пять деревьев скрепили собой мир. Их лидные кони… корни пропитали вну…

- Их длинные корни проникали внутрь планеты. – Арид подвинулся поближе и прошептал. – Ты не умеешь читать?

- Умею. Просто здесь очень странно все написано. Да и темно сейчас.

- Понял. Может, тогда я прочитаю первую страницу, а ты будешь следить? А потом поменяемся с тобой?

Люмин с сомнение посмотрел на старика, внимательно наблюдавшим за шипучими кусками мяса и пожал плечами.

- Если ты так хочешь, то давай, – сказал мальчик и передал Ариду книгу.

- Пять деревьев скрепили собой мир. Их длинные корни проникали внутрь мироздания, питая все живое Плетением. Мир получил свои первые очертания, свое начало. До деревьев не было ничего, а после – появилось все.

Великие древа создали вселенную, создали галактики. Именно из плодов первых деревьев родились Боги. Великие боги, что живут и правят до сих пор…

- Подожди, - перебил Люмин. – Что-то я ничего не понял. Из деревьев появились боги? Как это возможно? Деревья ведь небольшие.

- Ну… По преданию это космические деревья размером с планеты.

- Огромные деревья? То есть они просто летали в космосе?

- Да.

- А что было до них, если они создали вселенную?

- Я не знаю! Тут не написано. Наверное, ничего.

- Ну ладно, просто как-то странно. Давай дальше читать.

- Что странного, это наша история. Боги там были, поэтому это достоверная информация. На чем я остановился? А, вот. «…И правят до сих пор. Великие боги были первыми детьми Великих деревьев. Они жили на их ветвях, передвигались по листве и строили первые города в коре.

Однако, умысел деревьев был сокрыт от Богов. Плетение – самое великое дарование деревьев, было скрыто от Богов. Деревья питались им, не подпуская туда первых людей. Все могущество, скрытое в плетении, сгорало впустую, не открывая Богом всех тех возможностей, что перед ними было.

Деревья остановились. Они больше не видели смысла в новых воплощениях или новых жизнях. Богов они приравнивали к рабам, к той силе, которая кормила их и ухаживала за ними. Весь потенциал человечества так бы и остался первозданным, если бы не Ардвель».

- Ардвель, это который самый главный сейчас? Бог, который на солнце сидит? – перебил Люмин.

- Да. Только он не на самом солнце сидит. У него там крепость.

- Крепость на солнце?

- Да не на солнце, а рядом. Она летает вокруг солнца. Давай дальше. «Именно Ардвель, наш могущественный праотец, собрал вокруг себя круг приближенных и пошел войной против деревьев. Не все первые люди были на его стороне. Кто-то боялся силы Деревьев, кто-то боялся идти им наперекор.

Но именно Ардвель и его одиннадцать последователей (которых мы сейчас зовем Двенадцатью главами) восстали против Великих деревьев. Они начали самую первую и самую масштабную войну за всю историю вселенной.

Многие были ранены, многие ослабли, однако наши праотцы одержали победу. Они смогли свергнуть власть Великих древ и забрать себе плетение. Однако природа Великих деревьев до сих пор окутана тайной. Для них не существует понятия жизни или смерти. Полной победы над ними одержать было невозможно.

Тогда Ардвель с соратниками, покинули Великие древа и с помощью силы плетения создали новую вселенную. Вселенную, которую мы с вами сейчас знаем. Вселенную со своими законами и правилами. Мир, где человечество не находилось внизу пищевой цепочки, а напротив возглавляло его.

Ардвель поставил человека на вершину космических творений. Выше великих деревьев, выше плетения и любой другой субстанции, которая существовала в те времена. С помощью плетения Ардвель спрятал наш мир от великих деревьев и их последователей. Именно здесь…»

- Еда готова, – прервал их Идрис.

- Ну мы почти дочитали, – начал хныкать Люмин.

- Потом дочитаешь. – Идрис сложил маленькие куски мяса в большие листья и раздал импровизированные тарелки мальчишкам. Каждый вдобавок получил по яблоку.

- То есть, если я правильно понял, то деревья тоже плохие? – спросил Люмин, чавкая сухим кроликом. Мясо обжигало язык и заставляло его перекидывать мясо от одной стороны к другой.

- Да. – ответил Арид. Мальчик придвинулся поближе к огню, так как начал замерзать.

- Но и боги плохие! – пытался найти логику Люмин, кратко глядя на Идриса. – То есть деревья были еще более плохими?

- Боги не плохие. У богов свой замысел, который нам не понять.

- Хватит. – Идрис настороженно смотрел на чащу леса. – Пацан, заруби себе на носу – боги тебе не друзья. Хватит возводить их в абсолют. Я понимаю, что в храме вам промывают мозги, но ты теперь оказался в другой реальности, более суровой. Ты слишком мал, чтобы приходить к каким-то умозаключениям. Поэтому повторяю последний раз: либо ты перестаешь здесь восхвалять своих богов, либо отправляешься обратно в храм. Ты меня понял?

Повисла тишина. Арид испуганно смотрел на кончики своих ботинок, сдерживая слезы. Он скучал по дому. Идрис пугал его. Старик выглядел ничуть не лучше, чем те люди, которые напали на них. Он был груб и от него плохо пахло. Каждый раз, когда он обращался к Ариду, у мальчика внутри что-то сжималось.

Люмин нравился ему не сильно больше. Мальчик не разговаривал с Аридом и смотрел на него всегда свысока. Люмин всегда держался старика и всегда с издевкой смотрел на мальчика, который старик поручал какое-то дело ему, а не Ариду.