Одарённая

Алекс Морган

Одарённая

Глава 1

Метель не прекращалась уже несколько дней, и я в который раз уже порадовалась тому, что заблаговременно заготовила дров. Погоду я всегда чувствовала, несмотря на свою некоторую неполноценность, и приближение циклона не стало для меня сюрпризом. С тех пор, как я осталась без клана, я привыкла жить одна в этой глуши. Ни люди, ни маги, ни тем более волшебные существа в этой области не появлялись.

Таким, как я, положено жить отшельниками подальше от всех. Маг-водник с больным оборотнем и «хромой» магией не может жить среди своих.

Однако я была такой не всегда. Когда-то в клане на меня возлагали большие надежды. Дочь Альфы Северного клана белых медведей. Сильный дар, сильный зверь и перспектива в будущем занять место отца. Место, которое по всем правилам всегда доставалось мужчинам, но старейшины увидели во мне силу, которой нет равных, и вопрос с моим будущим был решён. Мой зверь был крупнее и быстрее других – так, как должно быть у сильнейшего мужчины в клане. У мужчины, а не у женщины, но слово старейшин – закон, и никто бы не посмел оспорить его.

Моя медведица была уникальной. Серебристо-серая шерсть покрывала всё тело, за исключением иссиня-черной отметины на лбу. Такие отметины появлялись лишь у немногих оборотней раз в тысячу лет. Старейшины называли их «Дар Всевышнего». Бабушка рассказывала, что такие оборотни рождаются для того, чтобы однажды объединить все кланы и жить в мире, но пока это лишь красивые легенды. Кланы живут и жили в вечной борьбе за территорию. Живут с одной целью – доказать, кто сильнее. Я не верила, что когда-нибудь именно я смогу объединить всех, ну а после того, что случилось, об этом и думать не стоит.

Когда мне было двенадцать лет, клан Западных бурых медведей напал на Северный клан белых медведей. Мой клан. Западный Альфа был злейшим врагом моего отца и значительно уступал ему по силе, поэтому он пришёл не один. Я не знаю, какую сделку он заключил с ведьмами, но они пришли с ним. Ведьмы, которые живут обособленно и никогда никому не помогают.

Никакого боя не было. Ведьмы уничтожили всех до единого магическим огнём. Я выжила только потому, что ослушалась отца и вместе с другом сбежала, чтобы найти и полюбоваться цветением Ночных дэнелий. Эти цветы распускались только раз в двенадцать лет, в год Дракона. Происходило это зимой, в пик полнолуния. И их цветение длилось всего одну ночь. Странные зимние цветы, которые исполняли желание, вот только я никогда не слышала, чтобы их хоть кому-то удалось найти. И мы не стали исключением. Мы не успели их отыскать.

Яркая вспышка со стороны деревни привлекла наше внимание, и мы поспешили обратно. Когда мы добрались до места, от деревни осталось лишь пепелище. Там же мы увидели тех, кто уничтожил наш дом и лишил нас близких. Отец запрещал мне перевоплощаться перед чужаками, и я замерла на месте, заливаясь слезами. Как человек. Хотя больше всего мне хотелось перевоплотиться и разорвать тех, кто всё это сделал. Мой друг взял меня за руку, ничего не сказав, а Западный Альфа преградил путь ведьме, которая уже начала создавать магический узор.

– Кто вы такие?

– Наш клан погиб, – сказал Бедивир, крепко сжимая мою ладонь. Мне было страшно и больно, а он смело смотрел в глаза тому, кто только что уничтожил всё, что нам было дорого. И я знала, что он храбрится за нас обоих. И защищает меня. – Северный клан приютил меня и сестру совсем маленькими.

– Подойдите, – произнёс Западный Альфа не терпящим возражений голосом.

Я послушно последовала за Бедивиром, когда он потянул меня за руку. Мы оказались в окружении, словно представляли угрозу. Альфа дал знак одной из ведьм, не сводя с меня взгляда чёрных, как безлунная ночь, глаз.

То, что происходило дальше, навсегда застыло в моей памяти. Та ночь мне снилась очень и очень долго, возвращая меня в кошмар и снова заставляя переживать потерю близких людей.

Ведьма, конечно, распознала в Бедивире Северного оборотня. На его шее захлопнулся магический ошейник с длинной цепью. Я слышала о нём, но никогда раньше не видела. Уж тем более не представляла, как он действует. Только в теории. Бедивир схватился за горло, отпустив мою руку, и рухнул на колени.

– Не трогайте её! Она человек! Человек! – прохрипел он, а затем в одно мгновение превратился в небольшого белого медведя.

Магические ошейники ломали оборотня. Человеческая натура подавлялась, и отныне существовал только зверь. Медведь рыкнул, но ведьма щёлкнула пальцами, призывая Альфу к действию, и он натянул на себя цепь, причиняя боль Бедивиру. Я же не могла произнести и слова, с ужасом глядя на друга.

– Бедивир! – прошептала еле слышно, прижимая ладони ко рту.

– Бедивир отныне будет служить мне. Как собака, – ухмыльнулся Альфа и передал цепь своему подручному. Шагнул ко мне и больно сжал лицо в капкане жестких пальцев. – Значит, человек? Как твоё имя?

– Лита, – соврала я.

– Она лжёт, Альфа! – выплюнула зеленоглазая ведьма рядом с ним.

– Вот сейчас и узнаем!

И в следующий миг я уже стояла перед ним в магическом ошейнике. В горло словно заливали раскалённый металл. Я упала на колени, хватая ртом воздух и чувствуя, как бьётся в агонии медведица, запертая в моём теле. Она не рычала, она скулила, как маленький медвежонок. Скулила до тех пор, пока голос её не затих. Я чувствовала её, но она как будто уснула. Нас словно раскололи надвое. Однако, в отличие от Бедивира, я не превратилась в медведя. Я осталась человеком.

Боль от ошейника утихла довольно быстро, и я вздрогнула от голоса Альфы, обращавшегося к ведьме:

– Ей было больно. На людей действует ошейник?

– А тьма его знает! – фыркнула ведьма. – На людях испытания не проводил никто. Где мы и где люди! И как вообще это недоразумение занесло в клан к Северным?

– Может, она ведьма?

– Ведьм я за версту чую, Западный! – прорычала зеленоглазая. – Человек! Точно человек!

– Бесполезное существо! – бросил с презрением Альфа. Развернулся и зашагал прочь.

– Альфа, что прикажете с ней делать?

В ужасе метнула взгляд на мужчину, сжимавшего в руках цепь моего ошейника.

– Мне не нужны люди. Толку от неё не будет. Оставь её здесь, сама скоро умрёт.

– А ошейник?

– Магический ошейник снять невозможно, – фыркнула ведьма. Оседлала метлу и взмыла в небо.

И вскоре я осталась одна.

Я не знала, почему ошейник подействовал на меня иначе, чем на Бедивира. Вот только что толку? Я теперь не оборотень и не человек. Магия во мне отзывалась весьма неохотно, так что и маг я теперь никудышный. Да ещё с исчезновением медведицы температура тела тоже стала другой, и вскоре я почувствовала, что замерзаю. Куда идти я не знала и просто пошла в противоположную от врагов сторону.

Вконец обессилев от холода и пережитого ужаса, я опустилась на поваленное дерево у замёрзшего пруда и уставилась в небо. Там теперь были все, кого я любила. Я не смогу даже отомстить, потому что этот ошейник отобрал у меня всю силу, которую я могла бы обрушить на головы Западных и ведьм, что пришли с ними.

Прошло немного времени, и я услышала хруст снега. Этот звук подсказал, что кто-то шёл прямо сюда. И, судя по всему, это не зверь.

– Ох ты! Девица! – раздался мужской голос позади меня.

Резко обернулась и поднялась. Передо мной оказался старик с длинной бородой, одетый в тёплый длинный овечий тулуп. В руке он держал небольшую корзину, в которой что-то едва заметно мерцало.

– Ты что здесь делаешь в таком виде? Кто ж посмел обидеть такую красавицу? – он сокрушённо покачал головой и шагнул ко мне.

Я попятилась, всё ещё сжимая руками ошейник, а старик поставил на снег корзину и поднял руки вверх в примирительном жесте.

– Не бойся, не обижу! У меня тут дом в горах. Пойдём, накормлю, да у камина погреешься.

И я заколебалась. Понять, человек передо мной (а в наших краях людей никогда не было!) или оборотень я не могла, ведь теперь я не обладала чутьём зверя. Останусь здесь – точно замёрзну. Пойду с ним… и что меня там ждёт? Мне бы только снять этот ошейник! Желаю этого сейчас больше, чем согреться!

Щелчок раздался раньше, чем я успела додумать эту мысль. Злосчастный магический ошейник упал к моим ногам. Мы с дедом оба ошалевшими глазами смотрели на него. Как это возможно?

– Вы маг? – наконец отмерла я.

– Бог с тобой, доченька! Говорю же, живу я здесь в горах. Один. Уж лет тридцать как!

Тридцать лет! И мы ничего о нём не знали! Или… только я не знала?

– И вы… никого тут не встречали? – с сомнением поинтересовалась, а старик уже подошёл ко мне и бесцеремонно накинул на плечи свой тулуп. – А как же вы?

– А до саней моих доберёмся – там и согреюсь, – он подхватил корзину. – Ну так что, пойдёшь со мной?

– Пойду, – наконец решилась я, кутаясь в тулуп деда. – Меня зовут Сондра.

Почему-то ему я сейчас не могла лгать. Если он враг мне, то никакая ложь меня не защитит, но старику удивительным образом хотелось верить.

Взгляд мужчины неожиданно изменился, и он посмотрел в том направлении, где когда-то стояла моя деревня. И я поняла, что он знает. Он точно знает, кто я!

– Меня зовут Рэй Мюррей. Старик Рэй. Зови, как хочешь, Сондра, – старик продрал горло, развернулся и пошёл в глубь леса. – Идём.

– Вы знали моего отца? – спросила, не таясь, и по вздрогнувшим плечам поняла, что угадала.

– Я видел всё, что случилось, – тихо промолвил старик Рэй, не оборачиваясь. – Мне очень жаль.

– А что… что вы здесь делали?

– Очевидно, то же, что и ты с твоим другом. Искал Ночную дэнелию.

– Нашли?

– Нашёл, красавица, – он усмехнулся и потряс корзинкой. – Всего одну. И хорошо, что нашёл, иначе ты никогда бы не избавилась от той штуковины, что была на твоей шее!

Я ахнула, прижимая ладонь к горлу. Так вот почему он разомкнулся! Я пожелала этого! Просто подумала, находясь вблизи цветка, и он исполнил желание!

– Простите.

– За что, красавица?

– Вы же искали его для себя, а тут я…

– Желание пошло на благо, – заметил старик. – Я хотел собрать семена, пока он цветёт, и попробовать сам вырастить это дивное растение. Ничего. В следующий раз обязательно повезёт.

– А так можно?

– А кто ж знает? Я хотел попробовать. Есть повод ещё задержаться на этом свете!

Вот только старик Рэй не дожил до следующего цветения Ночной дэнелии, и через четыре зимы я осталась совсем одна. Медведица не откликалась на зов, хотя во снах я часто видела её. Она словно спала в магической паутине. Спала, но не просыпалась. И не слышала меня. Да и магии у меня практически не было. Так, жалкие крохи.

Старик Рэй много чему научил меня. В первую очередь быть человеком. Научиться думать, как человек. Слышать и видеть, как человек. И жить одной. Словно знал, что скоро его не станет и я останусь совсем одна.

Вздохнула и повесила последнюю игрушку на ёлку. Скоро Новый год.

Рэй всегда ставил маленькую ёлочку в доме за несколько дней до праздника, говоря, что это символ жизни и защиты. Это был праздник, который стал для меня особенным. Праздник, в который я стала другой. Праздник, который отобрал у меня семью, но взамен столкнул меня со стариком Рэем. Каждый год мы вместе украшали ёлку самодельными деревянными игрушками, а потом садились у камина и пили крепкий чай с мятой и цедрой апельсина. Вот как и сейчас.

Когда Рэй был жив, он примерно раз в несколько месяцев отправлялся через пещеру под горой в город, где торговал деревянной и глиняной посудой, мехами или попросту выменивал редкие драгоценные камни, найденные в пещере, на нужные нам товары. В последний раз, словно чувствуя что-то, он взял меня с собой и представил местным торговцам как свою внучку. Когда его не стало, я попросту заменила его, снабжая людей тем, чего они не могли сами достать. Например, меха любых животных были редкостью в людском мире, ибо леса охранялись оборотнями как зеница ока. Вот только на Рэя этот закон не распространялся. У него был договор с моим отцом, а когда его не стало, на земли Северного клана так никто и не пришёл предъявлять права. Западным нужно было стереть с лица земли наш клан, и они это сделали. На многие сотни километров поблизости никто не жил. Только я.

Тук-тук-тук!

Стук в окно прервал мои размышления, и я невольно вздрогнула. Прислушалась, но в ответ больше не раздалось ни звука. Тряхнула головой и сделала глоток чая.

Тук-тук-тук!

Поставила чашку на стол, задержала взгляд на окне, а затем перевела его на дверь. Здесь, в горах, да ещё в такую погоду точно никого не может быть! Должно быть, ветку от дерева оторвало, и она…

Тук-тук-тук-тук!

Теперь постучали в дверь, а затем с той стороны раздалось жалобное скуление, подхваченное завывающим ветром.

Оборотень бы точно не стучал. Просто вышиб бы дверь. Животное? Да все нормальные животные сидят по норам в такую погоду! Да любое существо в принципе. Нелётная погода. Ох, нелётная.

Тук-тук-тук!

Взяла в руки кочергу и, набравшись смелости, открыла дверь. Ветер тут же ворвался в дом и забрался под платье, заставив поёжиться от холода.

Опустила взгляд и в испуге поспешно захлопнула дверь.

Ниёрд! Это Ниёрд! Ледяной зверь Тёмных! Что он тут забыл? Один ли?!

Стук сменился вялым скребком по двери, а затем с той стороны и вовсе всё затихло.

Но я не могу пустить его! Он… он же Ниёрд!

Прислонилась спиной к двери и закусила губу. Ниёрд, да. Замерзающий и, судя по всему, уставший. И одинокий… наверное!

Вот же!

Вздохнула, борясь с самой собой. Ниёрды опасные только взрослые, так? А этот совсем кроха. Ну нет! Он, конечно, не должен мёрзнуть, но выглядел он как-то нездорово. Ох! Ладно! Не могу я бросить его там!

Решительно открыла дверь. Малыш не шевелился, а ветер нещадно трепал его голубую шёрстку и крылья. Не мешкая больше, подхватила его и внесла в дом. Уложила малыша поближе к камину и тут только заметила, что с ним не так. На нём был магический ошейник! Такой же, как когда-то надели на меня!

Ведьмы!

Но что зверь Тёмных мог сделать ведьмам? Нет, не так. Как они могли так поступить со зверем Тёмных? Эти животные священны, и все знают, что обижать их равнозначно смерти. Ниёрд связан с Тёмным, и по этой связи его всегда найдут. Тёмный почувствует, что существо обидели, и гнев его будет ужасен.

Нет, гнева Тёмного я не боялась. Хуже, чем со мной случилось десять лет назад, быть просто не может. Так, ладно, со мной-то всё понятно, а с ним что мне теперь делать? Что я вообще знаю о Ниёрдах?

Знаю! Для начала малыша надо накормить!

Укрыла его своей собственной шалью и направилась в погреб. Молоко – изысканное лакомство для них. Точно не устоит.

Налила в миску молока и поставила рядом с мордочкой Ниёрда. Несколько, кажется, долгих минут ничего не происходило, а затем носик малыша вздрогнул. Он умильно зашевелил им, принюхиваясь, а затем поднялся и посмотрел на меня огромными голубыми глазами. Кисточки на ушках потешно задёргались, а вот небольшой пушистый хвост даже не вздрогнул. Крылья остались опущенными, словно он попросту был не в состоянии их поднять.

– Угощайся, пожалуйста.

Ниёрд с сомнением посмотрел на миску, а затем на меня.

– Я гостей не травлю, – заметила я, прекрасно зная, что он понимает меня.

– Я не кот, чтобы лакать из миски, – фыркнул Ниёрд, но склонился над миской и с жадностью принялся пить.

– Во-первых, за исключением крыльев, ты очень даже похож на кота. А во-вторых, мог бы и спасибо сказать.

Существо опустилось на пятую точку и горько вздохнуло.

– Прости. С людьми не привык общаться. И спасибо, что всё-таки впустила.

– Пожалуйста, – я всё же улыбнулась и обхватила ладонями остывшую кружку чая. Уточнять, что я не человек, не стала. По сути… я вообще нЕчто. Больной оборотень с «хромой» магией.

– Меня зовут Клео, и я прошу у тебя убежища, человек.

– Убежища? У меня? Почему не у Тёмных?

– Потому что я не знаю, как их найти. Хозяина оглушила ведьма, а на меня нацепили это… – он вытянул шею, демонстрируя мне магический ошейник, который и так был хорошо виден даже в его густой шерсти.

– Сбежал?

– Постыдно удрал. Если ведьма заполучит Ниёрда… она приобретёт могущество, которому не будет равных. Такого нельзя допустить!

– Но разве рабство…

– Я не сказал, что Ниёрд должен быть живым, – перебил меня Клео. – Ошейником она полностью заблокировала мою сущность, а убив меня, забрала бы всю магию. По сути, без сопротивления.

– То есть ошейник просто блокирует твою магию? – уточнила я.

– Получается, что так. Я летел куда глаза глядят, пока не выбился из сил. Меня подхватил снежный вихрь и выкинул аккурат к твоему дому. Одна живёшь?

– Как видишь. Кстати, меня зовут Сондра.

– У-м-м, «победительница» значит. Хорошее имя, – заметил Ниёрд. – Так как, приютишь меня, пока меня не найдёт хозяин? Буду помогать тебе. Молочка же ещё дашь?

Я рассмеялась, глядя на умильное выражение мордочки.

– Сколько хочешь. Моя коза даёт молоко исправно. Мышей ловить умеешь?

– Научусь! – заверил Клео. А ещё будет утверждать, что он не кот!

Ночью меня разбудил оглушительный грохот, и я мгновенно вскочила. Дверь была заперта, так что к нам точно никто не проник, а вот яркое голубое свечение в углу комнаты подсказало, где находится Ниёрд. Нащупала масляную лампу и зажгла её.

– Профти, рафбудил? – поинтересовался Клео, направляясь ко мне и явно что-то пожевывая.

– Что ты там делал? – я подняла повыше лампу и ахнула. К моим ногам Ниёрд бросил придушенную маленькую мышку. – Издеваешься?

– Что не так? Сама сказала, чтобы мышей ловил!

– А можно как-то обойтись без боя посуды и мебели?

– Я случайно. Честное слово, случайно! – он виновато опустил крылья и пригнул голову.

– Клео, я тебя очень прошу, давай сегодня обойдёмся без мышиной охоты?

– А что делать будем?

– Спать.

– Спать? Ниёрды ночью не спят!

– Я очень за тебя рада, но в моём доме ты будешь спать ночью.

Клео почесал себя за ухом и вздохнул.

– Прости. Я не буду больше шуметь. Клео будет полезным. Честно!

– Будешь. Конечно, будешь. Ты знаешь, я уверена, что Всевышний не просто так свёл нас.

– Думаешь?

– Уверена, – повторила я и подмигнула ему. – А сейчас давай спать. Над всеми напастями будем думать завтра.

Глава 2

Проснулась от громкого урчания Ниёрда. Он тарахтел так, что, кажется, весь дом ходил ходуном. И это он ещё маленький! Сложно, конечно, маленьким называть того, кто размером с небольшого волка, но такова уж природа этих существ! Страшно подумать, какие звуки издает большой Ниёрд. Замки у Тёмных, должно быть, добротные. Крепкие.

И, кстати, этот незваный гость в край оборзел и спал у меня в ногах! Точнее, на ногах! А я-то думаю, почему у меня так всё затекло!

– Клео, слезь с меня! – я пошевелилась, недовольно ворча.

– А? – Ниёрд поднял голову и зевнул. Спрыгнул с кровати и сладко потянулся. – Доброе утро, Сондра!

– Ничего оно не доброе! – встала с кровати и накинула халат. – Ты зачем ко мне спать примостился?

– Ты же не сказала, где мне спать! – возмутился зверь вполне себе логично. Не поспоришь!

– Это не значит, что со мной. Диван есть ещё как минимум!

– Он жесткий, я на таком спать не могу.

Понимая, что спорить с ним бесполезно, отправилась в баню, чтобы умыться и привести себя в порядок. Затем переоделась и наведалась к моей козочке-кормилице. Вернулась с целым ведром молока и водрузила его на стол.

Клео, к моему удивлению, здесь не оказалось. Не мог же он на улицу уйти! Или мог? Признаться, мои знания об этих существах довольно скудные.

Как бы там ни было, но я была рада его внезапному появлению вчера. Жить в одиночестве уже порядком надоело. К тому же мне действительно было его жаль, ведь он пострадал так же, как и я когда-то. Раньше ведьмы не приближались к Темным. Что изменилось, интересно? Хотя, очевидно, что-то изменилось ещё тогда, когда они вступили в союз с кланом Западных бурых медведей. Для чего? Этого я точно никогда не узнаю. Как и не узнаю, жив ли ещё Бедивир.

Начала готовить омлет, погрузившись в воспоминания о прошлом. Прошлом, которое не отпускало меня. Прошлом, которое ворвалось вчера в дом с появлением Ниёрда, напомнив о существовании ведьм. Живя в этой глуши, в дали от всех, я как будто начала забывать, что была когда-то оборотнем. Но Клео невольно напомнил об этом.

Внезапный стук в окно заставил меня обернуться. В тот же момент приоткрытая дверь распахнулась, и в дом вернулся Ниёрд. А ведь я, задумавшись, даже не обратила внимания на незапертую дверь.

– Ты где был? И как вообще вышел из дома?

– Я же Ниёрд. Дверь для меня не проблема, – Клео стряхнул с себя снежинки и зевнул. Кажется, он не понимал, почему я удивлена.

– А чего же вчера сам не вошел?

– Ниёрды не могут попасть в жилье без приглашения. Ты разве не знаешь?

– Знала бы – не спрашивала. А где ты сейчас был?

– Так естественные потребности справлял, – он подошел к столу и принюхался, бросая недвусмысленный взгляд на ведро с молоком. – Это мне?

– Не всё, – я улыбнулась, отметив, как блестят глаза существа, предвкушая возможность полакомиться. – А как пить будешь? Из миски тебя вчера возмутило. В кружку налить?

– Да можно и в тарелку, только на стол поставь. Ну не люблю я есть на полу! Я же не кот!

– Скажите, пожалуйста, какая цаца, – я усмехнулась и налила молока в глубокую тарелку.

Ниёрд принялся уплетать своё лакомство, а я бросила взгляд на окно и обомлела. Нет, метель не прекратилась, но вот то, что было изображено на стекле, привлекло мое внимание. Определённо раньше этого не было. Не могло быть! Я прищурилась и подошла ближе.

На первый взгляд на стекле были просто морозные узоры, но они не только светились голубоватым светом, но и при ближайшем рассмотрении оказались четко прорисованными рунами.

– Клео?

– М-м-м! – произнесло существо, облизываясь после угощения. – Да, Сондра?

– Это ты сделал?

– Что именно? – он подошел ближе, и наши взгляды встретились.

По морде этого хитреца сложно было что-то распознать, но что-то мне подсказывает, что к рунам на стекле он имеет самое непосредственное отношение. Точно руку к этому приложил! Точнее, лапу!

– Я о рунах на стекле.

– Ты их видишь?

– Я по-твоему слепая? – уперла руки в боки и нахмурилась.

– Но эти руны не может видеть человек! – а вот теперь глаза его ясно отражали удивление. Безо всяких сомнений этого он не ожидал.

– Но ты их зачем-то там нарисовал!

– На всякий случай.

– На какой такой случай? А ну, признавайся, зачем на самом деле сюда пожаловал?

– То, что я тебе рассказал – правда, Сондра! Ниёрды не умеют лгать!

Поджала губы и покачала головой, признавая его правоту. Да, точно. Эти существа никогда не врут. Правду и только правду можно от них услышать, если задавать правильные вопросы. Не договорил – не значит солгал. Что ж, хорошо. Я всё равно узнаю, в чём дело.

– Хорошо. Для чего они?

Ниёрд окинул меня внимательным взглядом, как будто только что заметил, и неожиданно выдал:

– А можешь приложить ладонь к стеклу? На руны.

– Зачем?

– Клянусь своими крыльями – опасности нет! Сделай, что прошу!

Что ж. Думаю, крылья ему точно дороги. Уж точно не стал бы разбрасываться такими клятвами.