Заполошная едальня

Эль Дар

Заполошная едальня

Глава 1

***

Развалившись на нагретой весенним солнцем черепице человеческой едальни, я лениво потягивался, выпуская острые коготки и оставляя после них длинные отметины глубоко радующие мою таинственную кошачью душу.

Приоткрыть глаз не давало слишком яркое солнце этого мира, согревающее его всем своим широким спектром лучей. Но отползти пару метров туда, где на крышу падала благословенная тент от высокой верхушки огромной сосны было невероятно лень. Сила притяжения просто расплющила меня по теплой поверхности, превратив в подобие моей истинной формы.

Я с тоской подумал о вожделенной тени, но с места не сдвинулся, лишь нехотя махнул хвостом, к которому толком пока не привык. Еще пара часов и эта тень доползет до меня сама, стоит ли так торопить события?

Тело, ставшее расслабленным до такой степени, что я его практически не чувствовал, неохотно реагировало на внешние раздражители. Да и раздражители, честно говоря, были так себе: легкий ветерок, назойливая стрекоза, да пара наглых воробьишек, ютившихся на самом карнизе и поглядывающих на меня со страшным интересом. Но страшно им, видимо, было сильнее, чем интересно поэтому они решили сменить такое опасное соседство, упорхнув на верхние ветки.

Вон вдалеке, у опушки леса, появилась маленькая фигурка Ирки. Она опять пошла блудить в лес. Чего ей только дома не лежится? Это все потому, что у этих кожаных шерсти нет! Не повезло же тварям!

Чувствуя восторг и гордость за свою лоснящуюся на солнце, густую шкурку, я отвлекся. Инстинкты требовали вылизать бок, показавшийся не настолько лоснящимся, как думалось. А пока они, эти инстинкты, правили мозгом я забывал обо всем на этом отсталом свете.

Тряхнув головой, отгоняя звериные повадки, резко пришел в себя. О чем я так приятно-презрительно только что думал? Ах да, Ирка! Вот же ведьма бестолковая!

Я аж зевнул от досады на ее железобетонную непробиваемость. Хорошая девка со способностями, истинная ведунья между прочим, а отгородилась мыслями от своей сути, как сосед забором.

Я вспомнил какой забор отгрохал один из постояльцев едальни, на крыше которой я нежился и тяжко вздохнул. Да, в этот двор мне путь заказан, а жаль. Тихое уютное местечко ... было. Двуногие там знали толк в смысле жизни, умели отдохнуть так, что я уже начинал проявлять к ним несвойственное мне уважение. Но нет, никакое уважение не поможет мне перелезть через такой высоченный забор! Пусть он им еще аукнется! Если б мой Дух не занял это совершенное тело, то я уж заставил бы их пожалеть, но пока мне лень.

Мне даже на Ирку сейчас лень отвлекаться, хотя она моя основная задача, а точнее ее душа, просящая помощи, ведь самостоятельно достучаться до слишком упертого сознания она уже отчаялась.

Эта девица нахаживает себе круги по лесу, сил набирается, аффирмации дурацкие под нос бормочет. Радуется еще чему-то! Глупая, думает это это ей помогает. А то, что ведьма она просто и силы природы чувствует, а они ее питают и к себе манят никак понять не может.

Жить ей нужно оставаться тут, а не на выходные приезжать! Как рыба она там, в своем городе, на сушу выброшенная. Сколько не притворяйся, что ты на самом деле кто-то другой, но не научится рыба жить без воды, хоть ее мехом облепи и мяукать заставь.

Так и Ирка строит из себя уверенную, самодостаточную, успешную, целеустремленную особу с приклеенным к лицу "покерфейсом". А по факту несчастная и потерянная человечка с пропиской у психолога, которого, кстати говоря, надо отучить аффирмации раздавать. Она их раньше вслух проговаривала, так бедные зверюшки по лесу почти перевелись.

Часть птиц, как "достойные лучшей жизни" на юга полетели, бобр, как "архитектор своей жизни" всю реку плотиной перегородил, сороки от фраз "все, что я ищу - я нахожу" совсем с катушек слетели и натаскали в гнездо столько блестящего хлама, что сами там не помещаются. Но когда Ирка приехала в очередной раз с фразой "Я верю, что могу все" тут даже я испугался за лесное братство.

Да и то, что вокруг до около своего суженного она эти круги наматывает Ирка ни сном ни духом. Кстати, сны я на нее уже напускал, и на дороге встречал, заманивал, и все ее пути к едальне сворачивал, как только она задумывалась, но она упорно продолжала ничего не замечать и тараном переть в обратную сторону.

Что ж придется предпринять экстренные меры, гвоздь ей в кеды! Нет, лучше шуруп! Ну ногу калечить не буду, я не изверг! Пока. Пусть только подошву проколет и застрянет так, чтоб ступить не могла. А без хозяина этой едальни она его своими искусственными коготками ни с одной аффирмацией не вытащит.

- Ой! - послышался недовольный возглас с окраины леса, а затем невнятный бубнеж.

Ну Ирочка, душа ты, на мою совесть внезапно свалившаяся, ковыляй ка к ближайшему местечку, где тебе помочь смогут! А там и мужичек твой встретит и сами уж как-нибудь без меня справитесь, не маленькие ведь.

Мне хоть и досталось самое лучшее тело из всех возможных на земле (по блату естественно), но домой жуть как хочется, а пока ты, Ирочка, суть свою не признаешь, обречен я вылизываться и день и ночь. А напрямую мне вмешиваться ну никак нельзя и так штраф отрабатывать приходится за прошлый раз.

Так и не долго самому забыть кто я есть на самом деле и что тут делаю.

***

Я сидела в лучшей клинике города и, скучая в ожидании своей очереди, разглядывала паспорт, хотя его данные знала наизусть, как и данные многих других своих документов: ИНН, страхового полиса и прочих.

Будучи с детства "заучкой" и хорошей девочкой, я старалась жить правильно, как учила меня мама. А то, что эта правильность была у всех разная я поняла гораздо позже, разводясь с мужем и ставя "неправильную" печать в свой паспорт. Моя правильность в итоге оказалась гораздо правильнее его.

"Надо вернуть свою фамилию и поменять паспорт", - подумалось мне, пока я стучала своими пальцами с идеальным гигиеническим маникюром по книжице, завернутой в прозрачный чехол. Сейчас я в ней значилась как Мягкая Ирина Петровна, 1999 года рождения.

С фотографии на меня смотрела строгая, в отличии от фамилии, девушка с большими серыми глазами и безупречной прической, сделанной по такому важному поводу в салоне. Ничем не примечательная внешность не давала мне выделяться из толпы. За мной не бегали толпами мужчины, хотя некоторым спросом я пользовалась...но до определенного момента.

Узнав меня поближе, мужчины обычно исчезали из моей жизни таинственным и непостижимым образом. То ли им не нравилось обувать одноразовые тапочки в моей квартире, то ли на мне висело неведомое проклятье. Может моя бабка, ставя на меня оберег от нечисти, вместе со злыми духами отогнала и всех мало-мальски приличных потенциальных женихов?

Выйдя в свои двадцать пять замуж за кандидата исторических наук Павла Мягкого, продержавшегося дольше всех претендентов и достаточно быстро сделавшего мне предложение, я рассчитывала на долгую семейную жизнь с вечерними чаепитиями и занимательными дискуссиями о спорных моментах истории, коих на мой взгляд виделось предостаточно, чтобы достойно встретить старость.

Но Павлик потерял интерес к спорам также быстро, как и до этого позвал замуж, я бы даже сказала стремительно. В итоге мы плавно перешли от обсуждения истинных причин падения Римской империи к вопросу падения его ... хм... интереса ко мне как к женщине.

Застав же мужа на нашем супружеском ложе с его ассистенткой, имеющей гораздо большую квалификацию, чем у меня (размера на два точно), я отправила Павлика практиковаться где-нибудь в другом месте, выставив их обоих из своей трехкомнатной квартиры, чему кандидат наук искренне расстроился, ведь квартира очень удобно располагалась в непосредственной близости от университета.

Павлик предпринял несколько настолько вялых попыток вернуться, что даже сам при этом имел вид настолько сомневающийся, что уж я точно не поверила в его искренность и раскаяние. Да и переживала я больше не о разбитом сердце, а о крушении своего четко выстроенного жизненного плана, утвержденного и согласованного всеми моими внутренними инстанциями.

Услышав приглашение в кабинет, я, отбросив неприятные воспоминания, встала и, торопясь насколько позволяла моя юбка-карандаш, зацокала каблучками по идеально вымытой плитке, радующей мой глаз и внушающий доверие к клинике. На гостеприимно открытой двери висела табличка: "Врач-терапевт высшей категории Заздравных Жанна Юриковна".

- Ирина Петровна, все ваши показатели в пределах нормы, - торжественно заявила плотная, высокая женщина в очках с удивительно дорогой для терапевта оправой, на которую я невольно засмотрелась. - Я бы даже сказала они идеальны для вашего возраста, - уточнила она, поправляя очки, начав нервничать, заметив мой пристальный интерес.

- Это хорошая новость, - встрепенулась я, заставив себя перевести взгляд ей в глаза. - Однако она ставит меня в тупик, не объясняя причин моего, оставляющего желать лучшего, самочувствия.

- Вот тут мы подошли к самому главному, - заговорщицки произнесла Жанна Юриковна. - Так как, проведя полное обследование, мы не выявили никаких органических патологий, то могу с уверенностью сказать, что все ваши симптомы - это чистой воды психосоматика!

Врач высшей категории торжественно уставилась на меня, будто ожидая восторженных аплодисментов.

А у меня возникли нехорошие предчувствия, похожие на предвестники надвигающихся перемен, которые я не очень любила. А ещё я не любила все, чего не понимала. А так как я не понимала сейчас что имеет ввиду врач, начала нервничать.

- Я настоятельно рекомендую вам посетить нашего психолога, - не дождавшись от меня реакции, продолжила Жанна Юриковна. - Это специалист высокого профиля, через руки которого прошло много женщин с подобными случаями.

У меня от последней фразы вспыхнула в голове непрошеная ассоциация. Почему то вспомнилась бывшая одноклассница Маринка, про которую бабки на лавочке у подъезда говорили, что через нее прошла добрая половина мужиков нашего дома.

Ну что ж. Я человек современный, без старомодных предрассудков. Психолог, так психолог!

Выходила из кабинета со смешанными чувствами. С одной стороны я испытывала облегчение от отсутствия у меня каких-либо заболеваний. Но с другой - я считала себя психически уравновешенным человеком с высоким уровнем стрессоустойчивости и не понимала как мою усталость и бессонницу может вылечить психолог.

Но как послушная девочка, искренне верившая количеству сертификатов и званий, решила пойти куда послали.

Записавшись в регистратуре на ближайшее число к рекомендованному профессионалу Марине Борисовне Кулеме (странно, что ее тоже зовут Марина, как и мою одноклассницу), я с чистой совестью и надеждой на специалиста высокого профиля отправилась домой, где меня ждали пустые три комнаты, не считая кухни.

Раньше меня не пугало одиночество, но сейчас стены буквально давили, вызывая физическое ощущение сжатия. Меня мутило, не хватало воздуха и чем дольше я находилась дома, тем хуже мне становилось. Моё уютное укрытие перестало быть таковым, выталкивая меня как нежеланного гостя, приехавшего в самый неподходящий момент.

И куда мне спрашивается деваться?

Чтобы в голову не лезли лишние тревожащие мысли я старалась заниматься тем, что меня немного успокаивало - уборкой, но когда пришлось выискивать несуществующую пыль я поняла что способ себя исчерпал.

Я с тоской смотрела на людей и уже не верила, что существуют такие, кто может вот так просто лечь в кровать и заснуть, не изводя себя предварительно до изнеможения, чтобы отрубиться. Или же читать книги до тех пор, пока буквально не потеряешь сознание.

Дождавшись назначенного времени приема, я с покрасневшими от недостатка сна глазами и с туманом в голове ввалилась в кабинет психолога.

Рассказав все свои симптомы очень внимательной, достаточно молодой женщине с темными, пушистыми волосами, собранными в пучок на затылке, который она постоянно поправляла, я замерла, пытаясь вспомнить не упустила ли чего важного.

- Что ж ваша ситуация довольна распространенная и не вы одна столкнулись с подобного рода трудностями, - сказала психолог, будто это должно было меня утешить. - Сейчас я дам вам пройти несколько тестов, которые помогут определиться мне с тактикой нашего с вами сотрудничества, но вы с самого начала должны понимать, что основная часть ответственности за полное излечение лежит на вас самой. Моя задача открыть перед вами возможности, которые помогут выйти из дефицитов.

Я старательно пыталась вникнуть в то, что мне сейчас сказали, но не могла понять в какие такие дефициты я успела залезть и когда. А ещё мне упорно слышался голос мамы, в любой ситуации говоривший мне, что я сама во всем виновата. Получается и психолог всю ответственность сейчас возложила на мои плечи.

Жаль! Я платила деньги, и не маленькие, в ожидании, что мои проблемы решит специалист.

Женщина мило, но как-то искусственно улыбалась, раскладывая передо мной кипу бумажек.

По итогу, ответив на сотни сомнительных вопросов, я вышла из кабинета с еще большей головной болью и пока единственным советом почаще прогуливаться и желательно на природе, вдали от городской суеты.