Кольцо от босса

Расклад у меня не ахти. Если я теряю работу, то оказываюсь в положении «из огня да в полымя». Стараниями Мымры быстро хорошее место не найду, тем более, если она сумеет уволить меня «по статье». Сейчас она давит на меня психологически, вынуждая написать заявление на увольнение по собственному желанию. Но я этого не сделаю. Я полна решимости не поддаваться на её манипуляции. Как научиться быть непробиваемой и иметь стальные нервы?

Меня бросает то в жар, то в холод, то в гнев, то в отчаяние. Вдруг невыносимо заболела голова, подхожу к окну и прижимаюсь лбом к холодному стеклу. Нужно срочно придумать, чем занять себя, иначе мысли о будущем сведут меня с ума. Так, с кинофильмом у меня не заладилось. Нужны активные действия, например, навести порядок дома, устроить кардинальную уборку. Или лучше выбраться на пробежку, чтобы сделать форму тела более спортивной и стройной.

По-хорошему, следовало купить билет и отправиться в гости к родителям. До того кошмарного периода, когда родителей начали терроризировать коллекторы, я любила возвращаться в родительский дом, туда, где прошло моё детство. Заходила в свою комнату и плакала от ностальгии по своим девичьим вещам, фотографиям, книгам, они все были на тех же местах, как будто я ушла из этой комнаты только сегодня утром, а вернулась вечером. Теперь моей комнаты нет. Как и того дома. Всё сгорело в огне. После того несчастья я стала реже бывать у родителей. Я им ничем не могла помочь, обстановка в доме царила напряжённая. Психологически мне было очень тяжело, из поездок я возвращалась в депрессии, долго отходила.

Эх, следовало, всё-таки, собраться. Тем более, радостный повод имеется. Купить тортик, отметить такое важно событие. Это настоящий праздник, освобождение семьи от кредитной кабалы. Представляю, столько радости и позитива было бы от моего приезда! И я бы зарядилась любовью самых близких и любимых людей.

Честно сказать, остановило меня одно: вдруг я понадоблюсь Громову. Он мне дал чётко понять: я должна быть всегда готова. Пока наше соглашение в силе, по крайне мере, он мне не объявлял о его расторжении. Видимо, прелести новой секретарши Инессы отвлекли его от меня.

И тут мои мысли прерывает неожиданный звонок в дверь.

Глава 15

Я вздрагиваю от неожиданности. Без предварительной договорённости ко мне редко кто заглядывает. Не люблю незваных гостей, впрочем, кто их любит.

— Ты?

— И тебе «здравствуй!» Ждала кого-то другого? — ухмыляется Громов, собственной персоной нарисовавшийся в дверном проёме. — Даже не интересуешься, кто за дверью. А если грабитель? Насильник? Это же элементарная вещь, спросить, кто там, прежде чем открыть дверь.

Высокомерный, самовлюбленный, грубый тип, надо же, читает мне лекцию на тему вопросов личной безопасности. Пропускаю его слова мимо ушей, уставившись на него. На вид он неотразим. В черных обтягивающих джинсах, в модном свитере и стильной куртке напоминает красавчика, сошедшего со страниц модного журнала.

Невольно отмечаю, что повседневная одежда идёт ему намного больше, чем строгие костюмы. Сейчас он кажется расслабленным, простым и доступным. И даже, немного близким, своим. Но хорошо ли это? Почувствовала, как слабеют мои ноги, стоило только вырваться из пучины грёз и вспомнить, какие взаимоотношения нас связывают.

— Я думала, ты предварительно позвонишь? — пролепетала я, призывая на помощь всю свою выдержку. Не на «чай» же он зашёл.

— Власова, тебе необязательно думать! — кончиком пальца задевает меня за нос. — Достаточно быть милой. И чаще улыбаться.

— Спасибо за то, что выполнил своё обещание! — переминаюсь с ноги на ногу. Моя квартира с её простой обстановкой является для меня своего рода гаванью, укрытием, а этот человек без зазрения совести вторгся сюда. Явился нежданно-негаданно. Не хочется впускать в свой маленький мир, где он чужой. — Я получила деньги, родители погасили все долги.

— Отлично! Ещё какие новости? — вежливо интересуется он, чуть насмешливо поглядывая на меня сверху вниз. Босиком, я едва достаю ему до плеч.

— Мымра хочет меня уволить! — не подумав, выпалила я то, что тревожит меня сейчас больше всего на свете.

— Мымра? — его бровь вопросительно поднимается. Недоумённо смотрит на меня.

— Эээ, то есть, Марина Юрьевна! — сморщив нос, немного сконфуженно, отвечаю я. — Мы её так с коллегой Лилией между собой называем.

— Ты не справляешь со своими должностными обязанностями? — в голосе появляется строгость, с лица исчезает благодушная улыбка. Понимаю, что совершила грубую ошибку, забыв на мгновение, с кем имею дело.

— Справляюсь! — отвечаю, гордо вскинув голову, мысленно ругая, что упомянула об этом. — В остальном, всё потихоньку-помаленьку! — равнодушно пожимаю плечами, желая сменить тему. — У меня в холодильнике завалялись сырники, сейчас разогрею. Когда я училась в школе, нам в школьной столовой давали сырники, политые сгущенным молоком. Но я больше люблю со сметаной! — быстро проговариваю я, разворачиваюсь, торопливо иду на кухню, открываю холодильник.

Властным, уверенным движением Громов разворачивает меня к себе, одновременно закрывая дверцу холодильника. Чувствую сладкий и чуть-чуть терпкий аромат его парфюма, который сводит меня с ума.

— Мы не договорили! — я оказываюсь в кольце его рук. — Ты ведь не просто так завела разговор о своём увольнении?

— Никакого разговора я не заводила! Ты спросил как дела, я ответила. Вот и всё. Тебе, по-моему, хочется поговорить об этом больше, чем мне! — выдавливаю кривую улыбку.

— Марина Юрьевна — компетентный, высококвалифицированный специалист

— Угу, самодурка ещё та! Мымра она и в Африке Мымра!– бормочу я, рассматривая свои короткие ногти, покрытые бесцветным лаком.

— Мария, запомни! — продолжает он, делая вид, что не слышит моей реплики. — Если ты надеешься получить какие-то поблажки, то можешь сразу выкинуть подобные мысли из своей светлой головушки.

— Поблажки? — вскидываю на него свой взгляд и нервно сглатываю. Его губы сурово сжаты, лицо — непроницаемая, холодная маска. Разительный контраст с тем, человеком, которому я открыла дверь.

— А разве нет? Ты пытаешься жаловаться на Марину Юрьевну, надеясь, на своё «особое положение?

— Вы о чём, Иван Александрович? — непонимающе уставилась на него, поджав губы.

— Объясняю в первый и последний раз, Власова. Я не занимаюсь подбором и увольнением рядовых сотрудников! — чеканит он. — Для этого имеются специальные люди, в частности, Марина Юрьевна, которая зарекомендовала себя отличным управленцем. Если у неё имеются к тебе претензии, значит, они обоснованы. То, что между нами интимные отношения, совсем не означаете, что ты теперь можешь относиться к работе спустя рукава, затем бежать ко мне и плакаться! — жёстко выговаривает он, холодно буравит меня взглядом. — Работники, которые не справляются с трудовыми обязанностями, нарушают правила трудового распорядка, подлежат увольнению.

— Я вас прекрасно поняла, Иван Александрович! — Буря возмущение поднимается во мне, сердце гулко бьётся. Права была Лилия, говоря, что Громов не заступится за меня.

Горько осознавать, что на его поддержку мне не стоит рассчитывать. В любом случае, Мымра у него в приоритете, вон, как уважительно о ней отзывается. Случись что, поверит ей, а не мне. С трудом удерживаю слезы. — Мне нужно достать сырники! — бормочу я, пытаясь увернуться от его пронзительного взгляда.

***

Громов.

Смотрю на нее сверху вниз, она кажется совсем маленькой и беззащитной. Хочется защитить её, стереть печаль и обиду с её красивого лица. Удивительно. Я встречался со многими женщинами, но их красота не захватывала меня полностью. Встречались, занимались любовью, расставались. Пустота. Но Мария Власова! Существует в ней какая-то изюминка. Манящая тайна, которую хочется разгадать.

Напоминаю себе, что не стоит очаровываться её невинным взглядом. Только что она продемонстрировала, что не так беззащитна и уже пытается играть мной. Упоминание о её проблемах на работе дико меня разозлило. Обычно, я не приветствую интрижки на работе, молодые девчонки наивно полагают, что теперь они в дамках, раз привлекли босса, пытаются манипулировать, наивно хлопая ресничками и надувая губки.

Сразу начинают рассчитывать на повышение в должности, на премии и бонусы, другие привилегии. Начинают относиться к работе небрежно, считая, что раз они на «особом» положении, могут прийти позже, уйти раньше. И ничего не будет, теперь можно, никто слова не скажет, она же «любовница босса»!

Вот, и Власова оказалась из этой категории девушек. Быстро меня разочаровала, даже не пыталась укрепить свои позиции, влюбить в себя, завлечь, используя арсенал женских штучек. Сразу ход конём. Напролом, прямо, уволить, мол, меня пытаются, обижают бедняжку, защити, помоги! Видимо, зря я с ней связался. Но почему-то она привлекла меня с первого взгляда. Захотелось ей помочь, не отпускать.

Сделка есть сделка, деньги она получила, пусть отрабатывает. Как дальше пойдёт — посмотрю. Вроде, девочка разумная, поняла, что на привилегии рассчитывать не стоит.

Не забыть поинтересоваться у Марины Юрьевны, как Власова справляется со своими обязанностями. Если так же относится к работе, как в тот день, который провела в приёмной, распивая кофе, то претензии Марины Юрьевны вполне обоснованы.

Марина Юрьевна человек жёсткий, своим подчинённым не даёт расслабиться. И правильно. Если у меня начальник отдела или группы не справляется с подчинённым, вылетают оба: сотрудник за разгильдяйство и плохое качество выполнения обязанностей, руководитель за неумение руководить. Так, хватит о работе! Неделя выдалась напряжённая, хочется расслабиться.

Я не планировал приезжать к ней домой. Сегодня утром, собираясь на выходные в загородный дом, внезапно захотел забрать её с собой, провести с ней вдвоём время. Странно, учитывая то, что я никогда не возил девиц в свой дом, предпочитая встречаться на нейтральной территории. Не совсем нейтральной. Решил проблему просто — купил отдельную квартиру для приятного времяпровождения. Дешевле, чем снимать номера в отелях или квартиру на сутки. Мне нужна широкая кровать, чистое бельё и душ! Ну и, соблазнительная девушка рядом.

Решаю не менять планы. Проведу уик-энд совместно с Власовой, буду использовать её по полной, на каждом шагу. За два дня она наскучит мне. Следует быть с ней жёстким, чтобы ясно и чётко поняла: ни на какие поблажки на работе может не рассчитывать. Немного отстранился для того, чтобы посмотреть на неё и прищурился. На ней соблазнительный, домашний халатик выше колен. Обхватываю её лицо и требовательно прижимаюсь к её мягким губам.

Она прогибает спину, опираясь плечами и бедрами об стену. Моя рука задирает халат, находит пояс и развязывает его. Её тело мягкое и податливое. Под халатиком — ничего, трусиков нет. Значит, ждала меня, от этой мысли удовлетворение наполняет меня. Углубляя поцелуй, ласкаю её мягкую, сочную грудь, начинаю дразнить соски. Стон наслаждения вырывается из её груди, она запускает руки в мои волосы.

— Ты моя малышка! — вырывается у меня, у меня, когда она смело опускает руки к моим брюкам, расстегивает их. Быстро учится, не ошибся, сообразительная девочка.

Я в ней нуждаюсь. Прямо сейчас. Прямо здесь. Крепко её удерживаю, подхватываю под колени, усаживаю на стол, она обвивает мою талию ногами. Больше не сдерживаюсь, вхожу в неё. Это грубо, страстно и первобытно. Она часто дышит, задрав голову и закрыв глаза. Вхожу и снова выхожу, продолжая интенсивные толчки. Она подстраивается под мой ритм, как только мы начинаем двигаться с ней в одном темпе, я прикрываю глаза. Мы становимся единым целым. Глубже, сильнее.

— Иван- с вожделением всхлипывает она, когда её тело начинает сотрясаться. Мы одновременно достигаем кульминации.

После, восстановив дыхание, я смотрю на неё снизу-вверх, дотрагиваюсь до её подбородка. Губы покраснели и слегка приоткрыты, тёмно-шоколадные волосы разлохматились, она прекрасна. От одного ее вида что-то поднимается у меня внутри, она влечёт меня, как сирена. Только моя. Меня греет мысль, что на не принадлежала ни одному мужчине. Чистая и невинная, развратница только для меня.

Голос разума твердит, что я не могу позволить себе, чтобы она слишком близко подобралась к моему сердцу. Ощущаю раздражение, граничащее со злостью. Мои руки по-хозяйски ложатся на её хрупкие плечи.

— Собирайся! — сухо приказываю я. — Даю на сборы пять минут. Выходные мы проведём в моём доме. Ведь наша сделка в силе? — задаю вопрос, заметив на её лице тень удивления.

— В силе! — она хмурится. — Только мне хотелось бы знать, сколько она продлится? Точные сроки обозначь

— Ты будешь со мной, пока я этого хочу! — провожу тыльной стороной ладони по её нежной щеке. — Но я обещаю тебе, что когда-нибудь это закончится. А теперь собирайся! Приведи в себя порядок и выходи! Жду на улице, в автомобиле.

Г