Сети

- Хабиби, ты проснулась? – прервал голос Хусейна размышления испуганной девушки.

- Да, - еле слышно ответила она, - я захотела пить.

- Давай я включу кондиционер сильнее? В спальне всегда душно. – Заискивающе спросил он.

- Сеня, а ты где ходишь посреди ночи? – подозрительно поинтересовалась Рая, даже не ожидая, что он с такой легкостью ответит.

- Я в МакДональдс ходил. – Показал он пакет с едой, подняв его над собой, - Проголодался, решил тебя не будить. Ты будешь?

- Нет, я не хочу кушать. Спасибо. – Холодно ответила она и направилась в спальню.

Он остановил ее, взяв за руку.

- Хабиби, все нормально? Ты ничего не забыла сделать?

- Да, все хорошо. – Соврала Рая, пытаясь заглушить свое частое биение сердца. – Просто это духота меня истязает. Ты же понимаешь, у нас в стране не такой климат. Организму тяжело. – Ответила она равнодушно и, поцеловав его в губы, направилась в спальню.

Девушка старалась изо всех сил, выглядеть естественно. Но в душе у нее бушевал ураган. Она терялась в догадках, какие планы у него на ее счет. Что он собирается делать? Действительно ли он был влюблен или он так со всеми своими жертвами поступает? Уже стало ясно, что нет никакой фирмы, никаких сделок. В голове всплыл сюжет прощания с его матерью и его ответ, что он это делает для высших целей. «Черт, как я могла попасться, ведь не раз по телевизору про это показывали? Но я была уверена, что вербовщики обязательно должны говорить хоть иногда о своей религии, но он никогда этого не делал. Мы разговаривали о чем угодно, только не о Коране и Аллахе. Хотя откуда я знаю, о чем они должны говорить? Факт есть факт. В его кабинете коробки с оружием. Они же ему для чего-то нужны?! Странно одно, почему он оставил дверь открытой? Может он нарочно хотел, чтобы я это увидела и приняла его сторону, а если нет, то он меня им сдаст или вообще убьет?», с ужасом мысли пролетали у нее в голове. Она лежала на кровати и неустанно думала, как ей теперь быть. Хусейн лег рядом и обнял ее.

- У тебя сердце так бьется, хабиби. Ты себя плохо чувствуешь?

- Я же говорю духота. Ты не мог бы принести мне воды?

- Давай я тебе мятный чай сделаю? Он успокаивает. И жажду утоляет.

Он встал и пошел обратно в кухню. Девушка услышала, как он, поставив чайник на плиту, закрыл на ключ дверь кабинета. Рая решила вернуться к разочаровавшему ее возлюбленному, чтобы при свете наблюдать за ним, уже зная, чем он занимается на самом деле. Хусейн стоял посреди кухни, рвал листочки мяты и аккуратно складывал их в прозрачный заварочный чайник.

- Моя бабушка мне всегда делала такой чай, когда я был ребенком. – Внезапно заговорил парень, улыбаясь. – В детстве я очень часто испытывал страх.

- Так я ничего не боюсь, - быстро сказала она, испугавшись быть разоблаченной.

- Я не говорю, что ты чего-то боишься. Я имею в виду, что он успокаивает. У тебя сердце часто бьется, может это давление от жары поднялось, сейчас выпьешь чай, и сразу станет легче. – Ласково ответил он и поцеловал ее в щеку. – Хабиби, у тебя щеки красные. Ты уверена, что все нормально?

- Да, все хорошо. Сейчас выпью чай станет легче. – Спокойно проговорила Рая, с трудом пытаясь проглотить стоявший поперек горла ком. Ей хотелось рыдать в голос, а вместо этого она была вынуждена сдерживать себя, потому что совершенно не знала, что будет с ней, дай она волю своим эмоциям. – Сень, а давай вечеринку завтра устроим? – улыбнувшись через силу, спросила она.

В голове у нее созрел план. Единственный человек, которого она здесь встречала, хоть и отдаленно была русской, это Урсула. «Она же взрослая, не малолетняя тупица, тем более, она просто туристка. Может она сможет мне помочь?»

- Хабиби, это так здорово, что ты сама предложила. Я так тебя люблю. А какая тема вечеринки?

- Пусть будет наша помолвка? Я сама приготовлю наши русские угощения, а ты пригласишь всех своих друзей с их половинками, и мы отметим. Как тебе моя идея? – обрадованно сказала девушка. На душе стало легче, потому что у нее появилась надежда оттуда выбраться живой.

- О, как это классно. Да, конечно, мы так и сделаем.

- Как думаешь, Таир придет со своей русской дамой? – скривившись, поинтересовалась Рая, как будто невзначай.

- Я думаю, да. Пока она будет здесь, он от нее не отлипнет. У него так со всеми туристками. А насколько я помню, русских у него еще не было. – Прокомментировал Хусейн, сделав глоток чая.

- Отлично. Тогда так и сделаем. А сейчас пойдем спать. Мне стало лучше.

Утро быстро наступило. Рая отправила Хусейна за продуктами, написав ему список всех необходимых ингредиентов. Как только он вышел из квартиры, и она вслед, послав ему воздушный поцелуй, на несколько оборотов закрыла входную дверь, сразу принялась искать деньги или может быть что-то, что можно было бы продать. Она судорожно рылась в его вещах, на шкафу, пересматривала все коробки, в надежде найти хоть что-то. Но все было впустую. «Точно! Его кабинет!» Раиса ринулась к двери. Но дверь была закрыта. «Черт! Конечно же, он ее закрыл! Как мне туда попасть?» Было совершенно понятно, если она сейчас расковыряет замок, встроенный в ручку, он все поймет и тогда будет только хуже. Но что делать она действительно не знала, и от этого становилось совсем плохо. Ее накрывали приступы паники от безвыходности ситуации.

Девушка внезапно закричала, напугав саму себя. «Черт, это его мобильник звонит!». Поняла она, положив руку на сердце. «Вот это в передрягу я попала! Ну, ты даешь Рая! В такое только ты могла вляпаться с твоим-то везением!»

- Алло.

- Райза, это ты? – послышалось на другом конце трубки.

- Да. – Девушка уже перестала исправлять каждого, кто ее так называл. Видимо, ее имя было уж слишком тяжелым для них.

- Это Таир. Где Хусейн?

- В магазин за продуктами вышел. Вы придете к нам сегодня? Я очень жду свою землячку. – Соврала она.

- Да, я хотел поговорить с братом.

- Так в чем проблема, - обрадовалась Рая, - приезжайте сейчас. Он скоро придет. Ты сможешь с ним поговорить. А Урсула мне заодно поможет с приготовлениями.

- Хорошо, мы скоро приедем.

Рая знала, что египетское «скоро» может означать от нескольких часов до суток. Неизвестно насколько это все растянется. Он мог бы приехать, только если срочность вопроса превышала быстроту времени.

Раздался стук в дверь. Раиса отворила дверь, и в квартиру зашел довольный Хусейн, держа в руках несколько тяжелых пакетов.

- Хабиби, я так счастлив, ты себе просто не представляешь. Ты воплощаешь все мои мечты. Я жил с надеждой, что однажды у меня будет такая жизнь, как сейчас с тобой. Я так тебя люблю!

- Таир звонил. Они с Урсулой сейчас приедут.

Парень быстро поменялся в лице. По нему стало видно, что он чем-то обеспокоен.

- Что случилось? – спросил он.

- Не знаю, он мне ничего не сказал. Только то, что ему срочно нужно с тобой поговорить. Я предложила им приехать сейчас, заодно Урсула поможет мне приготовить на всех.

- Ясно. – Ответил Хусейн и взял в руки телефон, чтобы позвонить. – Странно, он не берет трубку.

- Может занят? – сказала Рая, выкладывая содержимое пакетов на стол.

В дверь позвонили. Парень направился к входу, чтобы впустить гостей. Таир только переступил порог дома, как сразу же заговорил по-арабски. А Урсула, переминаясь с ноги на ногу, осталась стоять за ним, еще в подъезде.

- Таир, дай девушке зайти в квартиру, - смеясь, сказала Рая, выходя в коридор.

Казалось, что они оба не обратили на нее внимания. Хусейн достал из кармана ключ от кабинета, и они зашли внутрь, не переставая что-то бурно обсуждать.

- Заходи быстрее, - по-русски сказала Раиса и толкнула ее в кухню, закрывая за собой двери. – Черт, я не знаю, как тебе объяснить все. Но ты моя последняя надежда. – Полушепотом произнесла Рая, оборачиваясь на дверь кабинета. Она взяла ее за руки и продолжила, - Ты единственная русская, кого я знаю. Хоть я и считаю тебя тупой курицей, которая по-русски разговаривает как узбекский гастарбайтер, я буду говорить по-английски, чтобы тебе все более менее было понятно.

- Рая, зря ты меня считаешь тупой курицей, - заговорила Урсула на чистом русском языке без малейшего акцента, - я известный прокурор в Германии. Меня удочерили, когда я была уже достаточно взрослая. Поэтому по-русски я прекрасно говорю. А ту девушку, которую ты видела в пустыне – это все игра. Такие женщины, как мне кажется, больше нравятся мужчинам.

Раиса не верила своим ушам. Эта тупая блондинка так хорошо говорит по-русски, как будто они обе вообще сейчас в России находятся.

- Ладно, собери свою челюсть с пола, - смеясь, продолжила Урсула, - что случилось? Чем я могу тебе помочь?

- Черт! Вот это мне повезло! – со слезами кинулась девушка на шею своей спасительнице. – Ты себе просто не представляешь, в какую передрягу я попала.

И Раиса с самого начала поведала ей свое вчерашнее открытие. Урсула слушала ее внимательно и не перебивала.

- Я не знаю, что мне теперь делать? – плакала девушка, сидя за столом.

- Так, не реви, сейчас что-нибудь придумаем. У меня самолет завтра утром. У тебя документы есть? Он их не забрал?

- Нет, все у меня.

- Неси, их мне сюда. И перестань плакать, он не должен ничего заподозрить, постарайся вести себя как обычно. – Порекомендовала Урсула, убирая документы в сумку. – Я сейчас через интернет забронирую тебе билет. И полетим вместе.

- Но, мне не нужно в Германию, - удивленно ответила Рая.

- Ты Германии тоже не нужна, милочка. Я завтра лечу в Москву. Хочу найти свою родную мать, если она, конечно, еще жива. – Медленно проговаривала каждое слово Урсула и что-то набирала в своем телефоне. - Прилетим, а там уже сама сориентируешься, куда тебе нужно ехать. Деньги я тебе дам. Потом по возможности вернешь. А теперь давай, вытирай слезы, и начинаем готовить. Они оттуда могут выйти в любой момент. – Уже быстро ответила она и, положив в сторону свой андроид, повязала фартук. – Так, ну что у нас тут? Что будем готовить?

Рая смотрела на деловитость своей спасительницы и не верила, что ей так повезло. Настроение само собой поднялось, потому что она понимала, что теперь у нее есть союзник, который непременно ей поможет.

В кухню зашли парни, и она тут же поменялась.

- Таир, дорогой, ты себе не представляешь. Мне так повезло. Райза сейчас мне объяснит, как готовить русские блюда.

- Да, вы нам только не мешайте и мы все быстро сделаем, - робко ответила Рая, удивившись, как легко удается Урсуле держать в себе два противоположных образа.

Всю ночь она не сомкнула глаза. Не раз вставала выпить стакан воды. Хусейн спал беспробудным сном. Урсула накапала ему в апельсиновый сок несколько капель снотворного, чтобы Рая могла спокойно собраться и уйти. На улице стало светать. Девушка приняла душ, накрасилась, надела бежевые брюки и его любимую блузку бутылочного цвета. Раиса вспомнила, как они вместе ходили по магазинам и выбирали вещи. Как смотрели друг на друга влюбленным взглядом. Как бережно относились к каждой минуте проведенной вместе. Она села на стул рядом с кроватью и посмотрела на Хусейна. Любила ли она его до сих пор, несмотря на то, чем он занимался? Она не могла ответить на этот вопрос. Ей было очень хорошо и комфортно рядом с ним. Он с такой необъятной нежностью относился к ней, так оберегал, даже поругался с матерью из-за нее. Неужели все это было сделано ради выгоды? Девушка не могла в это поверить, а может просто не хотела, потому что не верила, что на ее пути могут встречаться только лишь подлецы и мерзавцы. Рая поднялась, взяла в руки сумочку, и хотела было уйти, не попрощавшись, но не смогла. Она наклонилась к нему, чтобы поцеловать. Он на мгновение открыл глаза во сне и улыбнулся. Их взгляды встретились. Она нежно поцеловала его в губы. Слеза скатилась по лицу. «Я не знаю, правильно ли я поступаю, но так мне подсказывает сердце. Спасибо за все и прости», прошептала она, еле шевеля губами.

Раиса оказалась на улице, одела сразу же солнечные очки и побежала к стоянке такси.

- До аэропорта, пожалуйста.

Машина двинулась с места, снова послышались сигналы. Она в последний раз кинула взгляд на удаляющийся его дом, посмотрела на часы. Время в запасе еще было. Волнение не отступало. «А вдруг Урсула проспала? Вдруг опоздает? Вдруг что-то случится? Все мои документы у нее, что я тогда буду делать? Я даже не помню, как добраться до посольства. И у меня денег на такси нет. Хорошо, что он не попросил сначала деньги, потом аэропорт. Приедем, отдам ему свои золотые серьги», подумала девушка и начала снимать с себя ювелирное изделие, которое так давно ей подарил муж. Она посмотрела на них и спросила саму себя: «Почему так все получается в моей жизни? Неужели я не достойна, быть счастливой?» Автомобиль остановился, водитель что-то сказал на арабском. Рая посмотрела в окно и увидела надпись «Аэропорт Каира». Таксист протянул руку, она вывалила ему серьги и быстро выбежала из машины. Он что-то кричал ей вслед, но она не оглядывалась и не останавливалась. Несмотря на то, что шпильки на туфлях были достаточно высокими, страх, который ею двигал, не давал обращать внимание на неудобства. Случайно, наткнувшись на невысокую темноволосую девушку, возле самого аэропорта, она услышала фразу «аккуратнее девушка», на автомате ответила «черт! Простите, пожалуйста, я не хотела», протянув ей руку в знак извинения, она направилась внутрь. И уже оказавшись на месте, поймала себя на мысли, что ей сказали по-русски, и она ответила так же. «Никогда не думала, что здесь так много нас», сама себе сказала она.

Рая стояла посреди аэропорта и не знала, куда идти дальше. Вокруг было море людей, и она не представляла, как ей здесь теперь найти Урсулу. Она стала всматриваться в лица и идти по направлению к кассе. Бросила взгляд на табло. «Каир- Москва. Вылет 10.25». Она снова посмотрела на часы. «Где же ты, Урсула?» вслух произнесла девушка и увидела, как мимо нее прошла та, которую она нечаянно толкнула. «Тоже, наверное, уезжает», подумала Раиса, провожая ее взглядом.

- Привет. Пойдем быстрее к кассе. Регистрация уже началась. – Быстро сказала Урсула, подталкивая Раю.

- Слава Богу, ты пришла! – обрадовалась она.

- А ты думала, что я здесь решу остаться? Таир, конечно, хорош, но не настолько. Это не тот город, где я бы хотела остаться насовсем. Хусейн не проснулся? Все прошло, как надо?

- Да, как только все ушли, он упал на кровать в одежде и уснул.

- Надеюсь, ты не писала ему никаких записок прощальных?

- Нет, ты же запретила. Я не взяла с собой никакие вещи, только то, что на мне.

- Правильно, пусть думает, что ты просто вышла. – Согласилась прокурор, и достала из сумки документы. – Вот, держи, это твои. Это мои. Пойдем в очередь встанем.

- Я не знаю, как тебя благодарить. – Вытирая слезы, сказала Рая.

- Ты забыла, как по-русски будет «спасибо». Вроде не так долго находилась в Египте. – Пошутила Урсула.

- Мне так стыдно. Я тебя тупой блондинкой назвала, когда впервые увидела.

- А я и играла эту роль. Как-нибудь, когда будем уже на месте, встретимся, посидим в кафе, и я расскажу мою долгую историю. Я думаю, ты все правильно поймешь.

- Как тебя на самом деле зовут?

- Урсула Штайнке. А если ты имеешь в виду, как меня звали, то при рождении мама меня назвала Ульяной.

- Почему эта очередь не двигается, уснули что ли? – послышался голос из соседней очереди.

- Я так соскучилась по русской речи, - сказала Рая, смотря в сторону девушки, которая по-русски разговаривала с кем-то в очереди, - и не думала, что услышу ее так много именно здесь.

- Какая духота! – возмутилась Урсула, махая паспортом, как будто это был веер. – Так много народу. Как будто все разом решили отсюда уехать.

Рая повернулась и посмотрела в большие окна. В этот момент ей стало жалко, что так, не объяснившись, она вынуждена убегать от человека, который был так к ней добр. Но дороги назад уже не было и, наверное, это было ни к чему.

ГЛАВА 2.

УРСУЛА.

В зале заседания воцарилась кромешная тишина, когда слово взяла молодая, но уже довольно известная по количеству обвиненных преступников прокурор Урсула Штайнке. Высокая блондинка с фигурой Афродиты медленно прошла перед обвиняемыми. Черный официальный костюм, казалось, еще сильнее подчеркивал красоту ее округлых форм. А строгий, пронизывающий насквозь взгляд говорил о том, что ни у кого не получится утаить от нее даже малейшей мелочи. Она сложила руки на груди, обхватив себя пальцами. Урсула остановилась и ждала, когда все внимание присутствующих будет сконцентрировано на ней.

- Обвиняемый Мартин Рюке пытался оспорить показания своей жены-соучастницы Иды Рюке, что на момент преступления она находилась в состоянии алкогольного опьянения и не принимала никакого участия в убийстве своего малолетнего сына Якоба Дрозке. Однако, его показания опровергаются протоколом судебной медицинской экспертизы погибшего, где зафиксированы многочисленные удары металлическим предметом по черепу, понесшие за собой мгновенную смерть Дрозке. При осмотре места преступления была найдена металлическая ножка стула, на которой были отпечатки пальцев обвиняемой Рюке. По поводу обвинения в соучастии в убийстве Иды Рюке, прошу исключить признак ее беспомощного состояния в связи с наркотическим опьянением, так как согласно показаниям свидетелей, они совместно вынесли тело убитого Дрозке и попытались спрятать его между трубами, по которым в многоквартирный дом поступает отопление. После чего они спокойно отправились обратно в квартиру для того, чтобы продолжить пьянство и употребление запрещенных препаратов. Считаю, что нет оснований для смягчения вины обвиняемых Мартина и Иды Рюке, вследствие чего они должны понести наказание в местах лишения свободы строгого режима в полном объеме без права на досрочное освобождение.

Урсула замолчала и обвела глазами всех присутствующих в зале.

- На этом свою обвинительную речь считаю законченной. – Подытожила прокурор и закрыла папку с уголовным делом.

- Суд удаляется для принятия решения по делу об убийстве несовершеннолетнего Якоба Дрозке матерью Идой Рюке и отчимом Мартином Рюке. – Удар молотка прервал судебное заседание.

Урсула вышла в коридор и сразу же подошла к бойлеру. Она налила себе пару стаканчиков холодной воды и залпом их выпила.

- Нелегко было раскрутить это дело, Уши? – послышался приятный мужской голос за спиной.

Торстен Орст следователь, который занимался этим уголовным делом вместе с Урсулой. Он давно был в нее влюблен, но все его попытки объясниться в любви каждый раз резко пресекались со стороны девушки. Она не терпела фамильярности на работе, не смотря на ее довольно молодой возраст, Урсула была крайне рассудительна и всегда с холодной головой подходила к любому вопросу, как на работе, так и в личной жизни.

- Тор, это все благодаря твоей команде следователей. Я только подвела итоги, ты же знаешь. – Спокойно ответила Уши, даже не посмотрев в его сторону. – Ты – молодец!

- Я бы никогда не смог озвучить обвинение с таким жаром, с которым это сделал ты. – Произнес он, проводя пальцем по ее спине.

Урсула строго посмотрела на него, Торстен испуганно отдернул руку.

- Уши, почему ты так себя ведешь? – умоляюще спросил он.

- Как так? – невзначай бросила она через плечо, направляясь к лестнице.

- Так холодно. Мы же давно работаем вместе…

- Вот именно, голубчик, - остановилась она, - мы работаем, а ты каждый раз пытаешься залезть мне под юбку, зная, что при любом твоем таком поползновении можешь вообще лишиться руки.

- Уши, но я…

- Тор, хватит, прекрати. Я не смешиваю работу и всякие там любовные штучки. Ты же знаешь, я замужем.

- Можно подумать, что ты вообще можешь любить. – Обиженно прокомментировал Торстен.

- Может, и не могу, поэтому и выбрала мужчину, по характеру слабее себя. Раз я с ним живу так давно, значит, меня все устраивает. А тебе посоветую, если хочешь продолжать со мной работать, работай, а любовь крути с кем-нибудь другой, ну или другим на худой конец. – Сказала, как отрезала Урсула и направилась к кассе, чтобы заплатить за небольшой перекус.

Она взяла поднос с порцией салата, булочкой и ананасовым соком и направилась к свободному столику.

- Уши… - снова заговорил коллега, присаживаясь с подносом рядом с ней. Урсула закатила глаза. Она делала это каждый раз, когда кто-то ей надоедал. – Ты не можешь отрицать того, что между нами было.

- Торстен Орст! – воскликнула прокурор. – Мы были студентами юридического колледжа. Это было почти пятнадцать лет назад. И это был всего лишь поцелуй и ничего больше! Забудь ты уже об этом.

- Урсула, я не могу, ты понимаешь, я столько времени жду, что ты обратишь на меня внимание и мы…

- Тор, этого «мы» никогда не было, был ты и я. В лучшем случае, «мы» в значении команда, но никак не любовный дуэт. Пожалуйста, перестань. У тебя есть много поклонниц, готовых ради тебя на многое. А, кстати, вот одна из них. Мадлен! – закричала Урсула и помахала рукой девушке у стойки. – Иди к нам. У нас есть свободное место.

К ним приблизилась молодая девушка, которая работала помощником прокурора. Все знали, что ее будет ждать успешная карьера из-за высокого уровня исполнительности. У Мэд, как ее часто называли, были короткие неухоженные редкие волосы, которые она часто собирала в маленький хвостик. Угревая сыпь на лице и брекеты. Она была достаточно застенчива, но Урсула знала, что тот, кто сможет открыть в ней женщину, станет по-настоящему счастливым.

- Присаживайся к нам, - улыбаясь, пригласила она девушку за стол, указав рукой на пустой стул. – Расскажи как дела у Мранда Шмидта. Я его сто лет не видела.

- Все хорошо. Сейчас он немного подвержен депрессии, но думаю, в скором времени все будет, как и прежде. – Застенчиво ответила помощница, поправляя свою «прическу» и кидая украдкой взгляд на своего возлюбленного.

- О, нет, не говори, что она снова от него ушла? – с сожалением произнесла Урсула, и перестала, есть свой салат.

- Да и опять к тому же. – Подтвердила Мэд.

- Это ж надо, сколько раз она уходила к этому мерзавцу, и каждый раз возвращалась обратно, как побитая собака, правда Тор?

- Я б на месте Мранда ее бы больше не принимал. Что за карусель, в конце концов? – возмутился Торстен и сделал небольшой глоток черного кофе.

- Ты бы на его месте не оказался, еще не нашлась ни одна сумасшедшая, согласившаяся выйти за тебя замуж. – Быстро ответила Урсула и посмотрела на время. – Так, нет времени мне тут с вами сидеть. Я побежала. Мэд, дорогая, займи Торстена Орста чем-нибудь, а то он бедный уже совсем заскучал.

Урсула, не дождавшись ответа, оставила своих коллег сидеть за столом, а сама направилась в зал заседания суда, хотя она была уверена в своей победе, волнение ее не покидало. Она знала, что их осудят по всей строгости. В такие моменты она искренне сожалела о наличии гуманности в их стране и отмене смертной казни. Их бы она казнила дважды. Сначала на электрическом стуле, а потом бы еще повесила. Как могла родная мать смотреть на то, как убивают ее родного сына. Да так жестоко. И еще помогала своему второму мужу спрятать тело. Какое зверство! Они оба не достойны, называться людьми после этого.

После каждого такого дела, она отправлялась в спа-салон, чтобы снять это напряжение и оставить весь впитавший в нее негатив на горячих камнях. Релаксирующий массаж всегда обновлял ее тело. На протяжении всех процедур, она хранила тишину и просила с ней не разговаривать. Ей нужно было морально восстановиться перед тем, как идти домой к мужу. Оставить всю работу за пределами их уютного гнездышка. Да, в семье она была главной и все шло по тому сценарию, который она написала за долго до того, как в ее жизни появился Томас. Он целиком и полностью подчинялся ее воле. Стоило ей только отдать приказ, как он тут же мчался его выполнять. Именно за это его так любила Урсула. За его услужливость, за приветливость и за чуткость. Он всегда понимал, когда можно с ней разговаривать, а когда нужно воздержаться. Она ценила в нем все качества его самого лучшего воспитания и никогда не позволяла никому его обидеть или высказаться в его адрес насмешливо или грубо. Урсула отдавала себя полностью работе, а то, что оставалось, она безвозмездно дарила своему мужу. Ее очень любили мужчины, но для них она всегда была недоступной и недосягаемой звездой. О ней мечтал каждый ее коллега, но никогда она не дала никому ни единого шанса на то, чтобы завоевать ее сердце, потому что там был только Томас и больше никого.