КОНТАКТЕРСТВО СКВОЗЬ ПРЕДЕЛЫ И ВРЕМЯ

пробить аргументами. Контактерство в этом смысле - абсолютно

герметичная система.

Феномен контактерства, от шаманского камлания до каналов в интернете,

демонстрирует нам одну и ту же, вечную, человеческую потребность:

прорвать тишину мира, чтобы услышать голос, который объяснит, утешит,

направит. Формы этого поиска меняются, но суть остаётся. И пока

существуют вопросы, на которые нет ответов у науки и традиционной

религии, - будут и те, кто утверждает, что слышит эти ответы извне.

Будет ли это Великий Дух, Махатма М., Лоно Сета или «Странник», имя

которому - легион, - вопрос, скорее, не к тому, кто говорит, а к

тому, кто слушает. Ибо, как писал поэт, внемля шуму ветра: «...То не

ветер, то - Русь моя...». Или - собственная душа, ищущая своё

отражение в звёздной пустоте.

Сквозь туманную дымку, окутывающую историю человеческой мысли, всегда

пробивался странный, тревожный свет - отсвет иного, нездешнего мира.

Это тянется нить от сивилл и пифий древности, чей невнятный лепет

почитался за глас богов, до наших дней, где на месте античных

дельфийских треножников - удобное кресло, а вместо жертвенного дыма

мерцание монитора. Контактерство - этот древний, как сама

культура, феномен - есть не что иное, как попытка установить связь с

«тем, что по ту сторону». Оно есть вечное человеческое, быть может,

самое человеческое, если понимать под человеком существо, всегда

стремящееся вырваться за пределы собственной ограниченности, чтобы

услышать ответ из Безмолвия, которое, как ему кажется, вот-вот

заговорит.

В предыдущем очерке мы коснулись лишь верхушки айсберга, набросав

контуры явления от шаманского камлания до каналов информационной эпохи.

Настала пора раздвинуть горизонты и погрузиться в те темные, или, быть

может, прозрачные, глубины, где сокрыты более спорные, более тревожные и

потому особенно притягательные грани контактерства.

Глава шестая. Глоссолалия: Язык, которого нет

Одним из самых загадочных и одновременно вызывающих феноменов,

сопутствующих контактерству, является глоссолалия - «говорение на

языках». Это не бессвязный набор звуков, не лепет умалишенного. Это, как

тонко подмечает канадский лингвист У. Самарин, «бессмысленное, но

фонологически структурированное человеческое высказывание, выдаваемое

говорящим как существующий язык, но не носящее систематического сходства

с каким-либо естественным языком, живым либо мертвым». Это псевдоязык,

видимость языка, порой до жути убедительная.

Современная наука о языке, лингвистика, видит в глоссолалии некое

принципиальное противоречие. Французский лингвист Ж.-Ж. Куртин

утверждает: глоссолалин не является языком; более того, анализ способен

показать, почему конкретно она не является языком. Однако

глоссолалическое высказывание, будучи не производным от системы

существующего языка, производит тот же эффект, что и язык, создавая

иллюзию языковой формы, которую оно в то же время превосходит. Это речь,

лишенная истории (а-историзм), безразличная к прошлому и хронологии.

Итальянский философ Джорджо Агамбен усматривает в этом нечто,

напоминающее Логос: «Слово, которое было в самом начале, -- это и слово

небытийствующее (то есть слово значащее должно начинаться с того, чтобы

ничего не сказать)».

Что же это - шизофренический жаргон, мистическое переживание

пришествия языка, или же сакральная попытка преодолеть ограниченность

человеческой речи? Р. Якобсон, великий лингвист, подчеркивал творческую

и коммуникативную природу глоссолалии, ее направленность на общение с

высшим разумом. Возможно, мы имеем дело с фундаментальным свойством

человеческой психики: в состоянии измененного сознания мозг начинает

порождать структуры, имитирующие речь, но лишенные семантического

содержания. Это не бессмыслица, это - чистая форма, жест, устремленный

в пустоту. Контактер, извергающий потоки глоссолалии, подобен музыканту,

играющему на инструменте, которого нет, чтобы извлечь мелодию, которой,

быть может, никогда не существовало. В этом его трагедия и его величие.

Глава седьмая. Звездные войны в индивидуальном сознании: Контактеры

1950-х

1950-е годы. Мир, только что переживший ужасы войны, замер в ожидании

нового. И он явился - не с мечом, но с посланием. В Америке, а затем и

по всему миру, появляются люди, заявляющие о регулярных контактах с

«братьями по разуму» с других планет. Джордж Адамски, Трумен Бетурум,

Джордж Ван Тассел, Вудро Деренбергер и многие другие - эта плеяда

«контактеров» (contactees) создала целую мифологию, которая жива до сих

пор. Их «космические собеседники» - венерианцы, марсиане, плеядеанцы

были не похитителями, а учителями и спасителями, принесшими

технологическую и духовную мудрость.

Исследователи этого феномена справедливо отмечают: «В этом контексте

можно было ожидать, что контактеры 1950-х годов сформируют свои

собственные религии, и именно это многие из них и сделали». И

действительно, контактер неизбежно становился духовным лидером культа,

единственным и неповторимым пророком новой эры. Послания, которые они

получали, носили ярко выраженный синкретический характер: смесь

библейских моральных предписаний, уфологии, восточного мистицизма и идей

о «свободной энергии» создавала весьма привлекательную для потерянного

человека смесь. Мифология контактеров 1950-х оказалась удивительно

живучей. Она задала парадигму, по которой до сих пор строятся многие

«каналы», отдавая дань этим первым глашатаям звездного Евангелия.

Глава восьмая. Эпоха марианских видений

Однако не только «тарелочники» населяют эзотерический космос. Рядом с

ними, в соседней, более почтенной галерее, - католические мистики,

видящие Деву Марию. Фатима, Лурд... В 1960-х годах к этому списку

добавилась испанская деревушка Гарабандал. Четыре школьницы, Мари Лоли

Мазон, Хасинта Гонсалес, Мари Крус Гонсалес и Кончита Гонсалес, с 1961

по 1965 год якобы видели архангела Михаила и Деву Марию. Целью посещений

был призыв к «обращению сердца», а само явление сопровождалось тысячами

свидетелей и предполагаемыми паранормальными феноменами.

Но, в отличие от Фатимы, Католическая церковь так и не признала

сверхъестественный характер Гарабандальских видений. Епископы епархии с

1961 по 1970 год утверждали, что этот характер не может быть

подтвержден. Окончательное заключение гласит: non constat de

supernaturalitate - «сверхъестественное не установлено». Более того,

католикам категорически запрещено следовать этим явлениям или

участвовать в связанных с ними благочестивых практиках.

Что же мы видим здесь? Исключительно интересный случай, когда массовые

видения не получают санкции свыше (в лице церковной иерархии) и остаются

уделом маргинальной набожности. Являются ли видения в Гарабандале

«психозом толпы», плодом истеричной фантазии юных девушек, или же

подлинным, но непризнанным знамением? Официальная позиция Церкви, в

данном случае, является ярчайшим примером работы «бюрократического

скепсиса», фильтрующего подлинность трансцендентного. Именно здесь, на

этом поле, наиболее остро встает вопрос о критериях истинности контакта:

даже внутри единой религиозной традиции они могут быть не просто

размыты, но и антагонистичны.

Глава девятая. Новая маска древнего соблазна: Сатья Саи Баба

Этот же вопрос о критериях встает и перед нами, когда мы обращаемся к

феномену Сатьи Саи Бабы, индийского гуру, чья деятельность, по сути,

является одной из форм контактерства - но контактерства, где

источником является он сам. Он считал себя реинкарнацией святого Саи

Бабы из Ширди и провозглашал себя аватарой - воплощением Бога на

Земле. И здесь мы сталкиваемся с ослепительным и отталкивающим

парадоксом.

С одной стороны, Сатья Саи Баба представал как бескорыстный

благотворитель и чудотворец, материализовавший из воздуха священный

пепел вибхути и другие предметы, как провозвестник универсальной

духовности, привлекавший миллионы последователей по всему миру. Его

образ - это образ живого Бога, ходящего среди людей, дарующего

утешение и надежду. Этот образ был создан, растиражирован и стал могучим

полем притяжения.

Но с другой стороны - тень, без которой нет и света. Вся деятельность

гуру окрашена обвинениями в сексуальных злоупотреблениях и финансовых

махинациях. Даже его ближайшее окружение, по некоторым данным,

признавало его обманщиком. Вопрос, который встает в данном случае

ребром, - может ли контакт с Высшим быть опосредован личностью, чья

земная природа столь далека от идеалов? Не является ли «чудо

материализации» лишь отточенным трюком, иллюзией, призванной укрепить

власть гуру? Случай Сатьи Саи Бабы - это, быть может, самый яркий и

трагичный пример того, как древняя потребность в живом божестве может

быть цинично использована, а жажда чуда - обернуться духовной и даже

физической катастрофой. Контактер может стать жрецом, пророком - и

тираном.

Глава десятая. Социология видения: Механизмы культа и власть «небесной

диктовки»

Но как устроена эта власть? Социология и психология дают здесь

неожиданно жесткие и трезвые ответы. Контактер, претендующий на

регулярную связь с Высшим Разумом, почти неизбежно оказывается лидером

культа - группы, члены которой зависят от него в вопросах ресурсов,

информации, принятия решений и, что важнее всего, - чувства

собственного достоинства и социальной идентичности. Это механизм,

описанный социологами: харизматический лидер, его ближайшее окружение,

изолированные и полностью лояльные последователи.

Феномен «Ак Джан» на Алтае - великолепная иллюстрация этого вживую.

Это современная экстатическая практика получения «небесных диктовок»

(алт. бичимелдер) внутри синкретической религиозной группы. «Диктовки»

пишутся не только духовным лидером (В. Б. Чекурашевым), но и его

активными последовательницами. Язык этих текстов - завораживающая

смесь из алтайского шаманизма («поклонение природе», «тагылы»),

буддизма, идей рериховского «Живой Этики» и новых откровений. У группы

есть своя газета, свой пантеон божеств и претензия на то, чтобы

считаться «истинной» алтайской верой.

Здесь мы видим классический механизм: «небесная диктовка» сакрализует

любой текст, произнесенный лидером и его приближенными. В кругу

последователей формируется особая реальность, где критика извне

воспринимается как кощунство. Язык «диктовок» - это язык силы,

формирующий зависимость и изолирующий группу от внешнего мира.

Контактерство становится не просто личным опытом, но социальным

конструктом, мощным орудием создания и поддержания иерархии.

Глава одиннадцатая. Молчаливые наблюдатели или вооруженный зоопарк?

Анализируя феномен контактерства в целом, нельзя не коснуться и обратной

стороны вопроса: если внеземной разум действительно существует, почему

он не вступает в открытый, официальный контакт? Этот вопрос известен как

«парадокс Ферми». В научной среде всерьез рассматривается «гипотеза

зоопарка». Согласно ей, высокоразвитые цивилизации знают о нашем

существовании, но намеренно скрываются от нас, рассматривая Землю как

своего рода заповедник или зоопарк. И уж если продолжить эту холодную,

леденящую душу метафору, то иногда они могут поймать одно из животных

контактера - и вступить с ним в связь, чтобы пометить, починить

ему чип или просто понаблюдать за реакцией.

Научное сообщество относится к этой гипотезе с изрядной долей скепсиса,

и главный аргумент критиков заключается в том, что она предполагает

существование не просто множества передовых цивилизаций, но и их

полного, тотального консенсуса в отношении невмешательства в дела Земли.

Согласитесь, трудно представить себе, чтобы все зоопарки мира

неукоснительно следовали единому, безмолвно принятому уставу. Тем не

менее, гипотеза зоопарка красиво и элегантно объясняет тишину Космоса,

противопоставляя жажде контактеров холодный разум «молчаливых

наблюдателей».

Глава двенадцатая. Тени сомнения. Верить или не верить?

Итак, вернемся к исходному вопросу: кому и чему верить? Если Церковь

отвергает Гарабандал, если фигура Сатья Саи Бабы окутана скандалами, а

уфологические культы 1950-х выродились в секты со своими законами, то

где же Истина? Психологи, исследующие этот феномен, бьют тревогу:

разработаны даже методики для психотерапии контактантов. Более того,

существует диагноз - «эзофрения», психическое расстройство, вызванное

манией к эзотерическим учениям. Где же грань между мистическим озарением

и началом болезни?

К сожалению, объективных, экспериментальных критериев нет. Есть только

субъективные: внутреннее переживание подлинности, изменение стиля жизни,

рост нравственных качеств. Но и самое светлое, подлинное откровение

может привести к катастрофе, если оно попадает в нечистые руки или

больное воображение. А самая искусная фальшивка может спасти душу, если

она ведет к Добру. Контактерство - это не истина, данная раз и

навсегда. Это поле, где сталкиваются желание и реальность, психика и

трансценденция, надежда и самообман. И каждый, кто ступает на эту зыбкую

почву, делает это на свой страх и риск, вооруженный лишь собственным

разумом и своей душой.

В конце концов, может быть, не так важно, с кем именно контактирует

человек - с планетарным логосом, иерархом Шамбалы, плеядеанцем,

Аллахом или собственным подсознанием. Важнее то, каким он выходит из

этого контакта: более свободным или еще более порабощенным; более

любящим и милосердным или преисполненным гордыни и презрения к

невежественной толпе. Ибо источником истинного чуда всегда был и

остается человек - его сердце и его совесть.

Сны о межзвездных перелетах, о космических братствах и великих учителях

всегда находили себе пристанище в душе человеческой. Но что, если бы мы

услышали их голос? Заговорили бы они на наречии, которое мы могли бы

понять, или же нам пришлось бы учить их язык - или, вернее, они -

наш? Вопрос о языке внеземного контакта - один из самых увлекательных

и, пожалуй, самых спорных в эзотерической культуре последних лет. Речь

пойдет не о научных изысканиях SETI, а о «межгалактическом языке», на

котором, по уверениям некоторых контактеров, говорят представители

высокоразвитых внеземных цивилизаций, таких как легендарная цивилизация

Хамилия.

I. Галактический язык в действии: Канал Хамилии

«Для большинства людей такого рода вибрации воспринимаются как звуковой

ряд - это и есть галактический язык». Так Ирина Чикунова, российский

контактер, объясняет природу языка, на котором с ней общается

«цивилизация 11-й плотности». Она утверждает, что выступает в роли

переводчика: транслирует получаемые через ченнелинг звуковые вибрации, а

затем дает их смысловую расшифровку на русском языке.

В самом канале утверждается, что ее собеседники - это «высшие

создания», одна из целей которых - «вывести [человечество] на

систему активизации кодов более глубоких форм программ, несущих более

глубокие знания», а «для взаимодействия с людьми [они] используют

галактический язык, который контактер трансформирует в понятные людям

слова».

В публичном поле этот феномен стал широко известен благодаря

видеофрагменту, где певица Катя Лель берет интервью у Ирины Чикуновой, и

та «говорит на этом необычном языке». Язык этот представляет собой поток

звуков, не похожих ни на один из существующих земных языков. Критики, в

свою очередь, сразу же отмечают: завораживающий, но нечленораздельный

синкопальный ряд больше всего напоминает типичную глоссолалию -

«говорение на языках», известное в различных духовных практиках. Это

фрагмент послания цивилизации Хамилии, переданный контактером Ириной

Чикуновой в книге «Цивилизация Хамилия. Устройство Абсолюта». За этой

фразой - целая вселенная, вскормленная компьютерной эпохой: мир, где

тайны бытия упакованы в программные коды, а духовное развитие - в их

активацию.

Расшифровка послания. Согласно доктрине Хамилии, реальность - это

сложная голографическая «матрица» («Абсолют»), а сознание человека -

система программ. Глубинные знания о бытии скрыты в подсознании в виде

«матричных программных модулей». Цель, которую ставит перед собой

цивилизация 11-й плотности, - «вывести вас на систему активизации

кодов более глубоких форм программ, несущих более глубокие знания».

«Активировать код» - значит запустить скрытую программу, что позволяет

«распакетировать» в сознании более глубокие знания.

Это послание полностью построено на метафорах, заимствованных из мира

высоких технологий, что резко отличает его от традиционных эзотерических

текстов. Однако за современной обёрткой скрывается древняя идея тайного

посвящения: существует скрытое знание, доступное лишь тем, кто пройдёт

инициацию и сможет его «активировать». «Активировать код»... Сколь

многообещающе звучит это словосочетание в нашей цифровой, уставшей от

чудес, но жаждущей их эпохе. За ним стоит целая философия, рожденная на

стыке древней гностической традиции и компьютерного фетишизма.

Представьте себе мир как гигантский, бесконечно сложный вычислительный

процесс. Вселенная - не просто материя, а информация. Человеческое

сознание - не просто биологический феномен, а своего рода

«биокомпьютер», работающий на неких изначальных, заложенных в него

«программах». Эти программы - не метафора, согласно учению Хамилии, а

реальность, существующая на тонком, информационном уровне.

Что же тогда такое «знания», которые так жаждет обрести человек? Это не

выученные параграфы и не опыт, пережитый в этой жизни. Это глубинные,

архетипические, вневременные «файлы», записанные в самой структуре нашей

души - в «монадной библиотеке». Знания о том, как устроен Абсолют, о

смысле воплощений, о законах кармы. В обычном состоянии, увы, они не

доступны. Они не то чтобы забыты - они заархивированы, «запакованы» в

плотные слои подсознания, в генетический код, в саму ткань нашей эфирной

и астральной организации.

И вот здесь на сцену выходят посланцы «цивилизации 11-й плотности» -