КОНТАКТЕРСТВО СКВОЗЬ ПРЕДЕЛЫ И ВРЕМЯ

Валерий Стрижов

КОНТАКТЕРСТВО СКВОЗЬ ПРЕДЕЛЫ И ВРЕМЯ

КОНТАКТЕРСТВО - СКВОЗЬ ПРЕДЕЛЫ И ВРЕМЯ.

"Сравнительный анализ случаев контактерства в эзотерике" (и не только)

на основании общедоступных информационных материалов взятых из интернета

и других источников.

Предисловие

Феномен контактерства сопровождает человечество с незапамятных времен,

принимая различные обличья в зависимости от эпохи и культурного

контекста. От древних оракулов и шаманских камланий до современных

«ченнелеров» и уфологических «посредников» - сквозь века тянется одна

и та же нить: стремление человека прорвать границы обыденного восприятия

и соприкоснуться с некоей внеположной реальностью. Природа этой

реальности остается предметом острейших споров, порождая полярные оценки

от благоговейного почитания контактеров как «проводников высшей

истины» до обвинений их в мошенничестве, самообмане или даже психической

патологии. Истина, как это часто бывает, пролегает в сложном,

многомерном пространстве между этими полюсами, и путь к ней требует не

столько окончательных суждений, сколько тщательного и непредвзятого

анализа.

Данная работа представляет собой попытку такого анализа. Мысленно

обращаясь к наследию выдающегося советского писателя-философа и

ученого-палеонтолога Ивана Антоновича Ефремова, чей стиль отличала

глубокая рефлексия, стремление к синтезу знания и гуманистическая вера в

светлое будущее человечества, мы постараемся подойти к феномену

контактерства как к сложному социокультурному и психологическому

явлению, избегая как излишнего скепсиса, так и некритичного приятия.

Наша цель - не вынесение морального приговора, а сравнительное

исследование различных его форм, выявление глубинных структурных

параллелей и постановка фундаментальных вопросов о природе и критериях

достоверности такого рода опыта.

«Знание без опыта есть сухая теория; опыт без знания - опасное

заблуждение. Великая Цель познания - в развитии чувства единства

человека с окружающей его природой и всем космосом.»

Из наследия Ивана Ефремова.

Сравнительный анализ случаев контактерства в эзотерике: От теософских

махатм до плеядеанских посланий

Стоит ли начинать давно уже сказанное? Стоит. Стоит, потому что тень,

отброшенная ночью, всё ещё не рассеялась. Бессонница тайного знания

тянет свои руки к каждому, кто хотя бы однажды ощутил зыбкость мира, в

который мы вброшены. Эзотерическое контактерство - этот изначальный

жест души, стремящейся прорвать тишину, чтобы услышать ответ из того,

что ещё не рождено, или от того, что давно умерло, - становится в

нашем странном, электрическом веке одновременно и последним прибежищем,

и новым искушением.

В беззвучных кабинетах, где медиум, затаив дыхание, ждёт прикосновения

крыла, и в компьютерных лучах, где контактер фиксирует новое

«откровение», происходит одно и то же: человек пытается выскользнуть из

собственной плоти и ума, чтобы стать рупором чего-то, что, как ему

кажется, больше его самого. Феномен «каналинга» - получения информации

от внеземных сущностей, «вознесённых учителей», богов или планетарных

логосов - с поразительным упорством воспроизводит одни и те же черты

на протяжении почти полутора столетий. Эта работа - попытка заглянуть

в эту тень: проследить, как менялась риторика «духовного контакта» от

писем тибетских махатм Елены Блаватской до телепатических сеансов

российского контактера Ориса Ориса и его «Странника». Нам предстоит

вслушаться в неуловимый, часто прерываемый шумом «я» голос - или

кажимость голоса - оттуда, где, быть может, нет никого, кроме

отражённого лика самого ищущего.

Предоставленные нам источники - «Тайная доктрина» и теософские

нарративы, книги Карлоса Кастанеды о его ученичестве у дона Хуана, серия

«Внеземные контакты» российского автора Ориса Ориса - суть разные

эпохи, разные культурные ландшафты, но единая устремлённость. Нам важно

не столько оценить истинность этих сообщений (это удел пророков или суд

эсхатологических времён), сколько понять их внутреннюю структуру,

механизмы и, главное, то, как они соотносятся с вечной проблемой

человеческой субъективности и её способности к самообману, к игре с

собственным бессознательным, к созданию иллюзий, которые кажутся более

реальными, чем реальность.

Глава первая. Теософский миф: Голос из Гималаев

Всё начинается, конечно, с неё. С Елены Петровны Блаватской, «Сфинкса

XIX века», как назвали её современники. Человек, чья жизнь - лабиринт,

где реальные странствия по Востоку причудливо сплетались со странствиями

духа, создавая ткань, в которой уже при жизни правда и вымысел срослись

до неразличимости. Она утверждала, что черпает свои знания не из книг

(хотя в её трудах их причудливый синтез очевиден), а от Учителей -

Махатм, «Вознесённых Владык», обитающих в недрах Гималаев, в тайной

Шамбале. Согласно одному из центральных теософских мифов, эти Учителя

(Кут Хуми, Мориа и др.) представляют собой эволюционно продвинутые

человеческие души, достигшие совершенства и теперь направляющие духовную

эволюцию человечества из своего невидимого убежища. Именно они, по

словам Блаватской, тесно сотрудничали с ней, диктуя страницы «Тайной

доктрины» - «синтеза науки, философии и религии».

Но какова природа этого контакта? Каков его метод? У Блаватской он

амбивалентен. С одной стороны - «Письма Махатм», физические послания,

чудесным образом возникавшие в запертых комнатах или найденные на видном

месте. С другой - внутренняя интуиция, «оккультное восприятие»,

способность читать «Хроники Акаши», информацию, запечатлённую на тонком

плане.

Историк А.И. Андреев, разбирая теософский миф, жёстко, но не без

оснований, утверждает, что Блаватская была «большой фантазёркой и

выдумщицей», склонной ради привлечения сторонников создавать «популярную

легенду». Правда в её историях, отмечает он, «перемешана с откровенным и

беззастенчивым вымыслом». И в этом есть горькая ирония. Мифотворчество,

которое должно было служить иллюстрацией высшей Истины, стало для

критиков главным доказательством его несостоятельности. Сам тип

«контактёра» у Блаватской - это пророк-иерофант, наделённый

исключительным (исключающим) знанием и властью. Она не просто «передаёт

сообщения» - она является основателем нового мировоззрения, новой

религии, и её контакты с Махатмами служат фундаментом этого здания.

Глава вторая. Кастанеда: Остановивший мир, чтобы увидеть

Ровно через сто лет после рождения Блаватской в мире появляется другой

голос - Карлос Кастанеда. Его контакт - иного рода. Если Блаватская

имела дело с далёкими, почти безличными гималайскими магами, то

Кастанеда нашёл своего Учителя в мексиканской пустыне - в лице дона

Хуана Матуса, индейца-толтека. Эта линия контакта принципиально иная:

она не вертикальна (снизу вверх к «учителям мудрости»), а горизонтальна,

почти экзистенциальна. Речь идёт не о диктовке доктрины, а об

ученичестве, о передаче живого, опасного, изменяющего сознание знания.

Метод «узнавания» у Кастанеды - это не автоматическое письмо и не

галлюцинации пейота (хотя и они присутствуют на ранних этапах). Это

сложная психотехника: сновидение, управляемые сны; сталкинг, искусство

тотального контроля над поведением; и, наконец, остановка внутреннего

диалога - того непрерывного шума в голове, который, согласно учению

дона Хуана, создаёт иллюзию стабильного мира. Точка сборки восприятия

сдвигается, и мир, который мы знали, исчезает, уступая место иной, более

«энергетической» реальности. Это «изменённое состояние сознания» не

просто фиксируется, а является целью и инструментом пути.

Кастанеда - ученик, а не пророк. Его тексты - это отчёт о

собственном трансформирующем опыте. Он не заявляет о своей

исключительной связи с Богом или Вселенским Разумом, он рассказывает

историю. Это придаёт его книгам ту убедительность, которой часто не

хватает блаватскому пафосу. Однако и здесь есть подводные камни.

Проблема «документальности»: реальна ли линия дона Хуана или Кастанеда

создал столь же гениальный миф, как и Блаватская? Исследователи до сих

пор спорят. Но ключевое отличие в том, что контакт здесь - это не

источник авторитета, а сам Путь. Знание неотделимо от личного, опасного

и трудоёмкого опыта изменения самого себя.

Глава третья. Орис Орис: «Странник» в цифровую эпоху

Взгляд в конец XX и начало XXI века: российский исследователь Орис Орис.

Его многотомный цикл «Внеземные Контакты» - это уже прямой и

недвусмысленный канал. Здесь нет ученичества, нет тайны. Есть регулярные

телепатические сеансы связи с представителями внеземных цивилизаций:

плеядеанцами, сириусианцами, «Странником» - представителем «дрейфующей

во Вселенной сверхцивилизации».

Содержание этих посланий представляет собой синкретическую смесь из

элементов теософии (описание многомерной Вселенной, Хроники Акаши,

учение о тонких телах), новой эры (наступление Новой Эпохи, концепция

«со-творчества»), христианства (обращения Христа-Майтрейи и Архангелов)

и современной футурологии (инопланетные корабли, свободная энергия).

Информация, переданная Орису, носит характер откровения, призванного

духовно подготовить человечество к великому переходу и установлению

«Городов Света».

Методология: предполагается, что Орис находится в глубокой медитации и

записывает транслируемую ему информацию. Принципиально здесь то, что

контактёр уже не просто пассивный приёмник, но со-творец, активно

участвующий в «космическом эксперименте». И в отличие от одинокого

Кастанеды или «избранной» Блаватской, Орис ориентируется на сообщество

«Звёздно-рождённых» - людей, которые, как и он, пробуждаются к своей

внеземной миссии.

Это очень современная, технологичная форма контакта: без таинственных

«писем» и демонстрации феноменов, но с ощущением глобального плана, в

котором человеку отведена роль сознательного и активного агента.

Глава сравнительная. Скрещенье рук и судеб

Мы видим три эпохи, три способа говорить «оттуда». Что же в них общего,

помимо самого факта заявления о «контакте»?

Структура авторитета: Блаватская апеллирует к авторитету Махатм, которые

стоят над ней, но чья воля и информация лишь транслируются ею. Кастанеда

апеллирует к авторитету дона Хуана, однако этот авторитет имеет иную

природу: это авторитет Учителя, проверяемого личным мучительным ростом.

Орис создаёт наиболее демократичную, но и наиболее расплывчатую

структуру: авторитетом становится сама информация, исходящая от разных,

но единодушных внеземных источников. Критерий истинности - не столько

личность контактёра, сколько внутреннее созвучие читателя с посланием.

Риторика неизбежности: Теософы говорили о приближающейся эпохе Водолея,

Кастанеда - о конце человеческой формы и пути воина, Орис - о

квантовом скачке и наступлении Новой Эры. Во всех случаях контакт служит

ключом к эзотерическому знанию, которое необходимо для спасения

человечества от катастрофы и для его духовной эволюции.

Проблема источника: Этот вопрос - центральный и для исследователя, и

для адепта. Где пролегает граница между откровением и иллюзией, между

контактом с Высшим Разумом и диалогом с собственным подсознанием?

Психологические механизмы «контактерства» давно вызывают интерес. В

аналитической психологии Карла Густава Юнга «каналинг» может

интерпретироваться как проецирование содержания коллективного

бессознательного - «феномен контакта с потусторонними духовными

существами, о котором заявляют ченнелеры, на самом деле является

проецированным контактом с содержанием собственного бессознательного ума

ченнелера». Иными словами, контактер слышит не голос из космоса, а голос

своей собственной, неосознанной психики, облечённый в доступные и

желанные культурные формы. Это объясняет, почему информация от

«инопланетян» так точно соответствует ожиданиям, страхам и чаяниям

конкретной эпохи и аудитории.

Более того, мозг человека в изменённых состояниях (медитация, транс,

аутогенная тренировка) способен продуцировать образы, которые

переживаются как нечто внешнее, и эти образы могут быть удивительно

детализированы и внутренне согласованы. Это не обязательно «обман» в

вульгарном смысле слова - это сложная психосоматическая реальность,

где интроспекция создаёт иллюзию интроекции. Контактер искренне верит,

что говорит не он, а кто-то через него, и эта вера - важнейший элемент

феномена.

Глава четвёртая. Тени у порога: Риски и предостережения

Эзотерическое контактерство несёт в себе не только обещание истины, но и

древние, как мир, опасности.

Во-первых, это проблема «лжепророков». Как отличить истинное послание от

ложного? Библия даёт чёткие критерии: пророк, чьи предсказания не

сбываются, или тот, кто уводит от почитания Единого Бога, - лжепророк.

В светском эзотерическом поле эти критерии размыты. Успех «контакта»

часто измеряется его красотой, сложностью или просто тем, насколько он

созвучен ожиданиям аудитории.

Во-вторых, опасность субъективной галлюцинации. Контактер может

оказаться в плену у собственных фантазий, которые он начинает принимать

за объективную реальность. Процесс становится нарциссическим: вместо

того, чтобы трансформировать своё «я», контактер индульгирует его,

обрастая новыми и новыми «откровениями», каждое из которых подтверждает

его исключительность. Жизненный путь Ориса Ориса от «диагностики

аномальных зон» через боевые искусства к «внеземным контактам» наводит

на мысль о последовательном поиске - то есть о том, как изменялась

маска, под которой говорит бессознательное: от инструктора по каратэ до

пророка нового откровения.

В-третьих, и это самое тонкое, - опасность подмены реальности. Мир

духа, открывающийся в контакте, может стать бегством от трудностей мира

физического. Вместо того чтобы принимать вызовы жизни, адепт уходит в

красивые и утешительные фантазии о космическом братстве, кармических

задачах и грядущем преображении.

Заключение. Неопознанный голос

Сравнивая Блаватскую, Кастанеду и Ориса Ориса, мы видим эволюцию одной и

той же формы. От монументального храма теософии с его гранитными

Учителями - к приключенческому роману о пути воина с шаманом, к

бюрократизированному, «цифровому» откровению российских нуворишей

эзотерики, где целые флоты звездолётов из созвездий и галактик

координируют свои послания, чтобы через одного человека наставить всё

человечество на путь истинный.

Этот голос, неопознанный, неуловимый, продолжает звучать. Он обещает нам

то, чего мы так жаждем: смысл, связь, причастность к чему-то большему.

Но стоит ли слепо верить этому голосу, или его истинная ценность в том,

что он, подобно зеркалу, возвращает нам нас самих - со всеми нашими

надеждами, страхами и той неутолимой тоской по бесконечности, которую мы

сами называем «душой»?

Возможно, главный ответ лежит не в декодировании посланий, а в самом

акте их искания. «Кто ищет, тот всегда найдёт», - сказал древний. Но

что именно он найдёт - дверь в новый мир или очередной, самый

красивый, коридор в лабиринте собственного «я»? Истина, как и Тайна,

вероятно, находится в самом этом напряжении, в усилиях мысли, в акте

веры, а не в содержании диктовки. «Я тебя не знаю», - повторяет поэт,

глядя в пустоту. «Я тебя не знаю, - говорит контактер, прислушиваясь к

голосу в тишине, - но я тебя слышу».

О, это тема - как мутная вода в весеннем овраге: чем глубже, тем

холоднее и темнотнёе, и всё труднее различить - свои ли ноги скользят

по глине, или чья-то чужая, незримая рука тянет на дно. Контактерство.

Сколько имён, сколько масок - от шаманского бубна, что сотрясает

воздух над безмолвной тундрой, до безликого «канала», по которому течёт

чужая мысль в информационный век. Разговор этот не о колдунах и не о

пророках. Разговор о разрыве ткани, о тонкой, вечно кровоточащей

мембране между «я» и «не-я», через которую, как кажется, просачивается

нечто... Иное. Или - не кажется?

Часть первая. Преддверие. Глоссолалия и экстаз: Традиционные формы

контакта

Не нам, разучившимся слышать даже ветер, судить о тех, для кого мир

духов был так же реален, как кровь в жилах. Шаман, сибирский тойон или

амазонский курандеро, не «контактировал» - он жил среди них. Его бубен

не инструмент для вызова иллюзий, а седло для полёта в верхний мир,

череп медведя - не амулет, а собеседник. Мир не был разделён на

материю и дух, на сон и явь - он был един, и шаман лишь умел

разговаривать с тем, что другие боялись или не умели слышать.

Исследователи выделяют в шаманском трансе стадии общения с духами; его

действия кажутся окружающим осмысленными и целенаправленными, обычная

реальность не исчезает, а лишь обретает глубину. Контактер современности

дитя больного разрыва. Его мир треснул пополам, и он, сидя в уютной

комнате в окружении электроники, пытается что-то прокричать в эту

трещину, надеясь, что оттуда, из бездны, ему ответят. Он часто не

контролирует этот процесс, он - лишь канал, открытый или, скорее,

пробитый в его собственной психике. И первый вопрос, который встаёт

перед нами: кто же говорит на том конце? Святой Дух? Бес? Ушедший

учитель? Или - что самое пугающее - часть его собственного «я», так

глубоко запрятанная, что он принимает её голос за глас Божий?

Часть вторая. Рождение «канала» (XIX - XX вв.)

Девятнадцатый век. Век пара и электричества. Стук спиритических столиков

в гостиных Европы и Америки становится таким же привычным звуком, как

гудки паровозов. Учёные мужи, как сэр Уильям Крукс, пытаются доказать

реальность потусторонних явлений. Елена Петровна Блаватская, фигура

сложная и противоречивая, - её называли и выдающимся духовидцем, и

гениальной мистификаторшей, - сама была медиумом. Она ошеломляла юг

России своими спиритическими сеансами, но в своих трудах яростно

осуждала бездумный медиумизм, считая, что медиумы, лишённые теории,

становятся «игрушками в руках неведомых им сил». Контакт был не целью, а

лишь средством. Его нужно было одухотворить, подчинить Учителям -

«Махатмам», стоящим на эволюционной лестнице неизмеримо выше.

В 1963 году в обычный американской домохозяйке Джейн Робертс является

«развоплощенная сущность» по имени Сет. Её муж стенографирует тысячи

страниц текста, которые она произносит в трансе. С этого момента

начинается Нью Эйдж (New Age) - «Новая эра». Сет - не дух умершего

человека, не дьявол и не бог. Он - «проводник» и «стимулятор

мышления», «сущность», говорящая о природе реальности, снов,

реинкарнации. Эдгар Кейси, «спящий пророк», входит в транс и читает

«Хроники Акаши», вселенскую библиотеку судеб. Контактер окончательно

становится «каналом», а источник сообщений - всё более безликим, всё

более соответствующим ожиданиям аудитории.

Часть третья. Шаманы дивана: Психология «говорящих»

Что же происходит в сознании контактера? Наука пока не даёт однозначного

ответа. Известно, что его мозг в момент сеанса перестраивается,

демонстрируя измененную активность. Но почему он начинает говорить

другим голосом, излагая сложные философские концепции?

Юнг считал, что подобные явления - это прорывы из коллективного

бессознательного, из общего для всех людей глубинного слоя психики,

наполненного архетипами - изначальными образами. Контактер

подключается к этому «вселенскому компьютеру», но воспринимает

информацию как внешний голос. Фрейд, со своей стороны, видел в этом лишь

проявление вытесненных желаний, возвращающихся к «Я» в изменённой форме.

Но есть и ещё более тонкий механизм - иллюзия кажущегося согласия,

когда бессознательные ожидания и верования самого контактера и его

аудитории создают иллюзию объективной истинности сообщения. Сообщения от

«Странника» к Орису полны ярких, детализированных образов: «двигатели

наших кораблей не производят никаких возмущений в окружающей среде»,

«наши глаза немного больше ваших». Это не сухая информация, это

текст, созданный для того, чтобы в него поверили. Он утешает,

объясняет, даёт надежду. И в этой утешительности - его главная

психологическая сила.

Часть четвёртая. Тени, отбрасываемые светом: Феномен Ориса Ориса

В конце XX века на просторах бывшего СССР появляется свой «канал» -

Орис Орис. Создаётся, по сути, целая мифология «космического контакта»,

идеально вписавшаяся в духовный вакуум постсоветского человека,

разочарованного в официальной идеологии, но не нашедшего себя в западной

прагматичности. Его собеседники - уже не просто «духи» или «учители»,

а представители конкретных звёздных систем: сириусяне, плеядеанцы,

андрометяне. Послания от Араарагота или Аллаагора не содержат в себе

требования морального подвига, поста или молитвы. Они

предлагают технологию спасения: «переход на более высокий уровень

Сознания», гармонизацию с Планетарным Сознанием. Контактёр здесь не

столько пророк, сколько проводник новой парадигмы, технократичной даже в

своей духовности. Миф сотворён, и он отвечает на главные вопросы

современного человека: кто я, откуда, и что меня ждёт? «Ваша земная

концепция перевоплощения не совсем точно отражает Истину», - вещают из

космоса. «Вы составляете Одну Единую Сущность». Противоречия стираются,

страх смерти уходит - остаётся лишь светлое, обещающее всё и вся

Будущее.

Часть пятая. Критика и иллюзии. Миф как социальный конструкт

Научное сообщество, как правило, относится к контактерству с крайним

скепсисом. Психолог Дарья Ведмицкая справедливо замечает: «Пока нет

убедительных исследований, которые доказывали бы реальность общения

ченнелеров с высшими силами». И это - честный ответ. Объективных

доказательств нет. Всё, что мы имеем, - это субъективные

свидетельства, эмоциональные отклики аудитории и... изменения в

активности мозга самого канала. Последнее доказывает лишь то, что

человек искренне верит в происходящее, но не объективность источника.

Всякая критика в этом поле упирается в стену веры, которую невозможно