Орден Воды

Марта вздохнула, поправила спутанные волосы и начала свой рассказ.

— Когда вампиры осадили замок... — Её голос звучал глухо, словно она перебирала старые, пыльные воспоминания. — Мы не сразу поняли, что происходит. Думали — отобьёмся. Ты же знаешь: стены высокие, стража крепкая. Но их было слишком много. Они летели с неба, как стая саранчи. Чёрные тени закрыли луну. А потом они прорвали оборону. Ударили с нескольких сторон сразу. И стали заполонять весь замок.

Она замолчала, глядя на огонь.

— Мы с Коржиком были в сокровищнице. Я думала — может, успею забрать что-то ценное, пока они не добрались. А потом слышим — ломают дверь. Снаружи. Тяжёлые удары, треск дерева. Я уже прощалась с жизнью. Коржик встал передо мной, кирку поднял. Дверь уже трещала, готова была рухнуть. И тут...

Она запнулась.

— Появился Ксенагор. Прямо из воздуха. Синяя вспышка — и он стоит перед нами. Ни слова не сказал, только схватил нас за плечи — и мы исчезли. А когда я открыла глаза, мы были уже здесь. В этой пещере. Ксенагор сказал: «Сидите здесь и ждите». Сказал, что Фома вернётся. А потом исчез. Так же внезапно, как появился.

Марта развела руками.

— Мы даже не знаем, где мы. И сколько там вампиров осталось в Лагере. Мы никуда не выходим. Наши запасы заканчиваются. — Она кивнула на жалкие остатки мяса, разложенные на тряпице. — Однажды мы слышали голоса. Кто-то шёл снаружи. Коржик встал в проходе и замахал киркой. Голоса стихли. Видимо, они убежали. Больше никто не приходил.

Фома взял её за руку. Рука была холодной и тонкой, но ответила ему крепким пожатием.

— Марта, — сказал он. — Вы находитесь на территории Ордена Воды. Здесь нет вампиров. Вообще. Это самое безопасное место во всём Котле. А тут неподалёку есть ферма. Там хорошие люди. Завтра мы отправимся туда. Вы отдохнёте, поедите нормальной еды. А потом будем думать, что делать дальше.

Марта посмотрела на него долгим взглядом, и в её глазах — может быть, впервые за всё это время — мелькнуло что-то похожее на надежду.

— Ты нас спасёшь, — сказала она негромко. — Я знала. Я всегда знала.

Они легли на грубые шкуры, разложенные прямо на каменном полу. Коржик остался стоять у входа в пещеру на страже. Фома закрыл глаза. Усталость навалилась на него, но это была хорошая усталость. Усталость человека, который сделал важное дело.

Разговор ещё немного продолжался. Они вспоминали Древний Лагерь. Первое кольцо лачуги нищих, запах дыма, крики торговцев. Второе кольцо тренировочный плац, стражники, охотники с добычей. Замок холодный камень, факелы на стенах, тронный зал.

— Помнишь, как ты впервые вошёл в замок? — спросила Марта.

— Помню, — ответил Фома.

— А помнишь Коржика, когда он впервые надел штаны?

Фома усмехнулся в темноте.

— Помню.

Фома заснул. Его дыхание стало ровным, глубоким. А Марта продолжала рассказывать тихо, почти шёпотом. Она перебирала воспоминания, как старые чётки, и каждое было драгоценным. Она говорила о том, как Фома стал Бароном. О том, как они праздновали его первую победу. О том, как Марта учила его разбираться в людях, а он учил её не бояться скелетов.

Она говорила, и голос её звучал как колыбельная. Убаюкивая найденного сына.

[Инвентарь:]

— Волчий доспех (защита: 15) — надет.

— Топор лесника (стальной, урон: 20, прочность: средняя).

— Метательные ножи ассасинов (3 шт., урон: 35, серебряное покрытие).

— Кремнёвый нож.

— Малое зелье здоровья (1 шт.).

— Сильное зелье здоровья (1 шт.).

— Зелье маны (1 шт.).

— Записка Ксенагора.

— Руна телепортации.

— Спальный мешок из медвежьей шкуры (тепло: высокое, эффект: отпугивание диких зверей, вес: 4 кг).

— Заплечный мешок из шкуры болотной крысы.

— Инструменты для резьбы по дереву.

— Карта местности.

— 20 монет.

[СТАТУС: Изгой (Уровень 2)]

Здоровье: 110/110

Мана: 20/20

Очки Значимости: 40

Доступно очков обучения: 6

Характеристики:

СИЛ: 12

ЛВК: 9

ИНТ: 10

ВЫН: 12

Навыки:

Владение мечом (Ур. 1)

Лук (Ур. 1)

Дробящее оружие (Ур. 1)

Разделка туш (Ур. 2)

Скрытное перемещение (Ур. 1)

Резьба по дереву (Ур. 1)

Истинная невидимость (активна, расход маны: 2 ед./мин.)

Беспрепятственный проход через препятствия (активен, расход маны зависит от плотности/толщины стены)

Отвращение вампиров (пассивный навык, действует только на вампиров)

Поглощено сфер: 2

Квесты: найти Ксенагора. Поглотить третью сферу. Уничтожить Пелену. Разобраться с бандитами в пещере (награда: 90 монет).

Глава 4

Утро в пещере наступило незаметно. Сюда, в глубь скалы, не проникал солнечный свет, и только тусклый, умирающий огонёк костра давал понять, что мир снаружи уже проснулся. Фома открыл глаза, сел на шкурах, потянулся. Марта ещё спала, свернувшись калачиком под своим ветхим плащом. А Коржик всё это время стоял на посту у входа в пещеру неподвижный, молчаливый, с киркой в костяных пальцах. Он не спал. Он вообще никогда не спал.

Фома осторожно разбудил Марту, помог ей собрать нехитрые пожитки, узелок с остатками еды, плащ, маленький кремнёвый нож, и подозвал Коржика.

— Идите сюда, — сказал он. — Мы уходим отсюда.

Он взял Марту за одну руку, Коржика за другую. Костяные пальцы скелета были холодными, но сжимали его ладонь с неожиданной силой. Фома сосредоточился, представил ферму Робарта поля, каменный дом, сарай, фигуру фермера, стоящего у края грядок, — и активировал руну телепортации.

Вспышка синего света. Мир вокруг них сжался в точку и тут же развернулся заново.

Они появились прямо посреди поля, в трёх метрах от Робарта. Фермер, как всегда, стоял, заложив руки за спину, и смотрел, как рабочие пропалывают сорняки. Он обернулся на звук, лёгкий хлопок, какой бывает, когда воздух заполняет пустоту, оставленную телепортацией, и увидел их.

Вернее, он увидел Коржика.

Скелет в холщовой рубахе и штанах, с пустыми глазницами, с оскаленным в вечной усмешке черепом, с киркой в костяных пальцах стоял посреди поля, и утреннее солнце, пробившееся сквозь Пелену, отбрасывало его тень на капустные гряды. Робарт издал звук, какого Фома никогда раньше от него не слышал, не то крик, не то сдавленный хрип. Лицо его побелело. Он попятился, выставив перед собой руки, словно пытаясь отгородиться от нежити.

— О, Иннос!.. — выдохнул он.

Работники, услышав, как кричит хозяин, обернулись. И увидели скелета в костюме. Один за другим они побросали мотыги. Кто-то закричал. Кто-то просто побежал, не разбирая дороги. Они неслись в сторону леса, обгоняя друг друга, спотыкаясь о грядки, ломая капустные листья. Видо бежал первым тот самый пожилой бригадир, чей храп Фома слушал две ночи подряд, и его глаза были полны неподдельного, животного страха.

— Робарт! — Фома вскинул руки. — Робарт, успокойся! Это со мной!

Фермер остановился. Он смотрел на Фому ошалелыми глазами, всё ещё держа руки перед собой, словно в любой момент ожидал, что скелет прыгнет на него и вцепится в горло.

— Фома?.. — прохрипел он. — Что... что это?

— Это Коржик, — сказал Фома, стараясь говорить как можно спокойнее. — Он ручной.

Робарт перевёл взгляд со скелета на Фому, потом снова на скелета. Его губы шевелились беззвучно, словно он пытался подобрать слова и не мог. Наконец он выдавил:

— Как такое вообще возможно? Чтобы мертвец был ручным? Ты что, некромант?

— Да нет же. — Фома махнул рукой. — Долго объяснять. Коржик — слуга и защитник Марты. Вот, познакомься. Это Марта.

Он указал на старушку, которая стояла рядом, чуть позади, и — то ли от смущения, то ли от растерянности глупо улыбалась. Робарт перевёл взгляд на неё. Маленькая, сухонькая, с седыми волосами, выбивавшимися из-под платка. Совершенно не опасная. Совершенно обычная. Это немного его успокоило.

— Марта, — повторил он. — А это... этот... Коржик — он что, с ней всегда?

— Всегда, — подтвердил Фома. — И он не причинит никому вреда. Слушай, Робарт. Если ты не против, они поживут у тебя. Марта будет помогать Хельге по дому. А Коржик сможет помогать тебе по хозяйству.

Робарт начал приходить в себя. Его дыхание выровнялось, лицо медленно обретало нормальный цвет. Он всё ещё косился на Коржика, но теперь уже с некоторым любопытством. Он сделал шаг к скелету, потом ещё один. Коржик стоял неподвижно, сжимая свою кирку, он никогда с ней не расставался.

Робарт протянул руку и потрогал Коржика. Его пальцы коснулись костяного предплечья, холщового рукава, грубой ткани штанов.

— Ну дела, — пробормотал он. — Как живой прям. Только холодный.

Он обошёл скелета кругом, разглядывая его со всех сторон, как разглядывают диковинную лошадь на ярмарке. Потом остановился и решительно кивнул.

— Ладно. Только его надо принарядить. А то у Хельги не выдержит сердце.

Он развернулся и быстрым шагом направился к дому. Через минуту он вернулся, неся в руках соломенную шляпу ту самую, в каких ходили все работники на ферме, и большой шерстяной платок. Он натянул шляпу на голый череп Коржика, сдвинул поля пониже, чтобы прикрыть пустые глазницы. Потом повязал платок на лицо скелета, закрыв оскаленный рот и провал носа.

— Вот, — сказал он удовлетворённо. — Теперь на человека стал похож. А то распугает тут всех.

Коржик, который всё это время стоял неподвижно, чуть повернул голову, и платок на его лице слегка колыхнулся.