Катарсис: Слияние Судеб. Слияние Первое. Пространственный Вор

Стоять и смотреть, пока воин себе навоется вдоволь, не лучший вариант – я подбежал и начал быстро наносить ему ранения. Отрезал всаднику руку с мечом – легче, чем резать живого, как мне кажется – и нанёс ударов пять, прежде чем он упал. Петруха и Женёк возликовали, подбежали и пару раз пнули воина, причём Петруха переборщил – противник с мягкостью не дружил. Петруха, ойкая, запрыгал на одной ноге.

Лоромир свалил с ног коня, его меч, как и кинжал Долариса неплохо справлялся с бронзой. Мы остались вполне довольны. Я спрятал кинжал под олимпийку и мы побежали к месту общей битвы. Снова, не торопясь. Только для галочки. Это не наша битва. Из-за дерева вдалеке послышался шорох, будто кто-то смотрел за нашим сражением, а затем убежал.

– Вы тоже это слышали? Кто-то кряхтел за деревом, даже не пытаясь нам помочь! – тяжело дыша, крикнул Петруха.

– Если это кто-то из наших, – ответил я, – То он мог спалить кинжал у меня в руке, а это не самый лучший расклад!

– Фак! – выругался Женёк, – Давайте за ним!

Мы петляли вдоль деревьев, но убегающего так и не настигли, лишь пару раз увидели мелькнувшую спину. Через пару минут выбежали к месту битвы.

Всеобщий вой всадников, что мы слышали, оказался сигналом – говорящим об их капитуляции. Всадники вскакивали на коней и бежали прочь. Помимо нашего всадника, разбойники разделались ещё с двумя и одним конём. Семь лошадей с шестью воинам убирались из леса. Тэлос дал отмашку Магнису и его людям преследовать их на расстоянии.

Разбойников погибло очень много, около трети всего отряда. Кровавый ходил мрачнее тучи. Он-то точно никак не ожидал такого жесточайшего удара по численности его армии. Ещё вчера, он приветствовал всего троих новичков, что не так-то часто у него появляются, а здесь, какой-то отряд проклятых воинов, разбил под орех его хвалёную тренированную армию – самое время, перед назревающим конфликтом с Рычащими.

Тэлос приказал подкатить телеги, стоящие у подножия склона в лес, и складывать на них раненых и убитых. Но и дураку ясно, что даже если поглотим весь провиант, всё равно не погрузим и половины раненых. А помимо них, ещё больше убитых. Ранеными занимались несколько разбойников, они оказались по совместительству полевыми медиками. К нашему всеобщему сожалению, ненавистного Писюльку не задело. Тэлос выругался, кажется, он сказал что-то в адрес пропавшего Хиарта. Мы мгновенно потупили взор, как бы, занимаясь своим делом. Конкретно я пытался стянуть доспехи с поражённого воина. Нагрудник не поддавался, зато шлем не особо планировал задерживаться на бронзовой голове. Тяжёлый – килограмм пять, не меньше. Писюлька что-то сказал Тэлосу, тот омрачился ещё сильнее. Я поймал на себе его взгляд – он не предвещал ничего хорошего…

… – Смотрящий в ночь! – окликнул Владыка Гильдии Эраана Майбириоса.

Довольно странно, я не чувствовал вызова в этот раз. Мы вновь сидели за столом полным составом. Наверное, за стол поодиночке не вызывали по местным правилам. На сей раз, я сидел не напротив Владыки и Магистра, а справа от них. В теле ощущалась лёгкость и чувство наполненности энергией, хотя секунду назад там лишь кипел до сих пор не угасший адреналин после битвы с бронзовыми всадниками. Правда ещё меня преследовало такое ощущение, будто я страдал от дикой боли.

– Смотрящий в ночь! – вновь прогудел Владыка Гильдии сквозь свой литой рогатый шлем.

Я окинул взглядом то место, где сидел в прошлый раз. Что же там с Майбириосом, неужели его так сильно побили, что он потерял дар речи и не может откликнуться. Но вместо лица Эраана Майбириоса, прикрытого маской и капюшоном, я увидел лицо в… Да это же моё шикарное лицо, поверх которого накинут бронзовый шлем одного из поверженных всадников. На это-то лицо, то и дело с недоумением поглядывали другие участники Гильдии. Также они и поглядывали на меня, как и Владыка Гильдии. Я потрогал рукой в перчатке свой подбородок, прикрытый повязкой. Ага, ясненько!

– Что вам, уважаемый? – ответил я, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку удобного кресла.

– Почему ты отклонился от курса? Перед тобой стояла конкретная задача! – грубо сказал Владыка.

– Я чё, на марионетку похож? Для себя пожить тоже надо. Я ж не настолько патриотичен, чтобы отдавать всё своё время вашим целям! – огрызнулся я.

– У тебя мало времени! Скоро его будет не достать, а ты сходишь с ума и делаешь то, с чем не можешь справиться, и в чём нет никакой необходимости и логики! – холодно сказал Магистр.

– Да будет вам, ребята! Всё сделаю в лучшем виде, тут можете не переживать! – отмахнулся я, – Но и для себя уясните, что я занимаюсь не только делами Гильдии. Я не ваш полноценный раб. Я сам по себе и Гильдии помогаю только постольку, поскольку состою в ней. И пока не вижу ответного извлечения пользы!

– Мне нравилось больше, когда ты молчал! – рассвирепел Владыка.

– Спокойно, Смотрящий, мы с тобой отдельно обговорим аспекты нашего сотрудничества на тренировке! – мягко прервал Магистр Гильдии.

– Скрытый Дракон, что у тебя? Всё идёт по плану? – спросил Владыка.

– Владыка, Великий Магистр! Когда вы затевали это нелёгкое дело, мы надеялись всего лишь на «Шанс», когда мы продолжили, у нас появилась возможность взять не меньше, чем «Риск». Но, мы стали близки, как никогда, к «Перекату». А сейчас, могу смело заверить, что у нас «Корона»! Не хватает лишь маленькой детали! Но, это уже зависит не от меня и не от обстоятельств, каковыми я в силах управлять, – отчитался человек в грязно-чёрном плаще, скрываясь за маской. За ней даже неясно, как звучит его голос.

– Многоглавое чудовище! Твой человек, ему можно доверять? Ты понимаешь, что от него зависит успех огромной кампании с невероятными перспективами! – спросил Магистр обеспокоенно.

– Да, великий Магистр! – кивнул человек, названный Многоглавым.

– Не подведи меня! – заключил Магистр…

…Вот я молодец! И когда только успел накинуть себе на голову шлем? Эти ребята мутят там что-то очень крупное, надеюсь, это никак не коснётся меня, хотя о чём это я? Уже касается и уже, ни с одной стороны. Знать бы ещё кто такой Фариан Даур, кого мне приказали убить в Хибраэле. Блин, и ведь не поделиться ни с кем всей этой баламутиной! Самое досадное, что я не мог вспомнить, кто же остальные участники Гильдии, память будто специально отключалась, хотя она меня не особо-то часто подводила.

– Жора, ты видал, как на нас палил Тэлос? Прям сверлил взглядом, а если он знает за щенка Хиарта? – прошептал Петруха.

– Так или иначе, ещё не всё готово. Мы не запасли еды и у нас пока только пять человек, с учётом, что Честер идёт с нами. Шесть человек в команде куда удачнее. Надо бы привлечь твою Ланессу, – также шёпотом ответил я.

Мы аккуратно стаскивали раненых и укладывали их на телеги. В основном раны касались обрубленных конечностей, ибо бронзовые всадники если и попадали в корпус, то это выходило смертельно. В редких случаях, удары проходили скользом, вспарывая бедолаге брюхо, содержимым которого он не преминул окропить окружающих.

Полевые медики старательно перетянули жгутами кровоточащие конечности. Мы с трудом сдерживали рвотные позывы, ибо крови трупов и кусков, некогда являющимися частью людей, вокруг наблюдалось столько, что наступи внезапно зомби апокалипсис, у нас – людей – появилось бы, как минимум, пару дней. Именно на то, чтобы зомби увлечённо насыщались всем тем пиршеством, что за короткий срок успели устроить бронзовые всадники в лесу, лежащем в Волчьей впадине острова Долариса. Страшнее кровавого зрелища были дикие крики полумёртвых разбойников. Немногие из них должны выжить.

Женёк оказался не в состоянии носить раненых – либо он очень ловко притворялся, что его сейчас вырвет. Мы и сами с Петрухой пребывали белее снега. Но, что поделать, жизни этих бедняг висели на волоске и мы обязаны оказать помощь.

– Всё равно обезболивающего на всех не хватит! – спорил с Тэлосом Писюлька, – Так зачем волочить их до лагеря, похороним здесь!

– Я здесь вождь! И эти люди нуждаются в моей помощи! А теперь, проваливай! И помоги остальным! – осадил его Тэлос.

Писюлька разъярённо фыркнул, но спорить дальше с Кровавым не стал, после чего пошёл к раненым.

– Слышь, оглобля, – окликнул его Петруха.

Тот посмотрел на него, выпучив глаза так же, как и Петрухины, подсвечивающиеся горящими фингалами.

– Да я не бить тебя собрался, расслабься, всего-то спросить хочу! А чё б больных в рощу Долариса не свезти? Там же трава, типа целебная и всё такое?

Писюлька остановился как вкопанный, и вперил в Петруху оценивающий взгляд. Он помолчал долгих три секунды, а затем ответил:

– Когда это она была там целебной?

– Ну вот, четыре дня назад, как только нас телепортнули на этот остров. Мы ж, в роще этой оказались, вот трава и спасла от Лагроваргов, напавших на нас тогда, – почесав голову, сказал Петруха.

Я пнул его в голень, чтоб он заткнулся.

– А вам не говорили, что трава эта целебной становится не чаще, чем раз в год. А то и реже?! И то, что никто из разбойников этого не заставал уже несколько лет. С чего бы вам посчастливилось её найти? – сощурился он.

– Да, говорили нам, это у него галюны прост. Его тогда ударили по голове, а он сдуру и подумал, что ранили. Вот мы ему как очнулся, сказали, что травой его лечили, чтоб не обиделся, что раньше всех из строя вышел. Пошутили мы, – пренебрежительно махнув рукой, и, натянуто улыбнувшись, ответил я за Петруху.

– То-то, я смотрю, что он ведёт себя крайне странно! – Писюлька сплюнул и пошёл от нас прочь к Бугаю. Тот хромал после утренней раны в голень, но тем не менее в битве участвовал.

– Нахрена ты ваще с ним заговорил! Это дело Тэлоса! – выругался я.

– Не, ну я ж не знал. А чё такого-то? – пожал плечами Петруха.

– Ладно, забей! – махнул рукой я, – Но косяк этот ещё боком выльется, брат!

Мы продолжили укладывать раненых. Желудки пустовали, но есть не хотелось. К нам подошли Лоромир с Честером перепачканные с ног до головы в крови. Честер смотрел исподлобья, будто всё хотел что-то спросить, но при этом никак не решался.

– Ладно, я согласен, но только при одном условии, – наконец, вздохнул я.

Честер вскинул на меня молящий взгляд.

– Что за условие?

– Видишь вон того долговязого? Мы его Писюлькой зовём и, мне плевать, как его там кличет Тэлос на самом деле. Проследишь за ним и за тем вот здоровым до вечера. Узнаешь обо всех их переговорах: с кем, во сколько, ходили или нет в туалет, кушали и так далее. Вечером всё перескажешь. Мы же пока займёмся едой для путешествия. У тебя есть деньги? – спросил я.

Честер кивнул.

– Мы все вкладываемся в общее дело, так что рассчитаешься с Женьком. Он у нас казначей, – сказал я.

– Всё сделаю! Денег у меня вот только немного…

– Не бойся, всё не заберём, вложишь столько, сколько Женёк посчитает нужным!

Честер пошёл в сторону Писюльки с Бугаем.

– Ну что, давайте дальше за работу, – сказал я утомлённым голосом…

Дарль Криган.

Западный Континент.

На пути к поместью Баластариат.

… Дарль Криган на Западном Континенте в поместье барона Баластариата встретил очередное утро вместе с остальными восьмью учениками.

Среди учеников двое являлись его братьями, ненавидящими его, как и остальных. Их звали Изолированная Элита. Они убивали и питались демонами, полностью захватившими Западный континент, запечатанный «Линией Круга Тринадцати Магов Четырёх Континентов». По причине того, что четверть века назад, на Западе разверзлась Геенна Огненная. Из проклятых недр появлялись всё новые и новые полчища демонов, чей пыл для людей оказался неостановимым.

Люди спешно покидали Запад, но все эвакуироваться не успели. Маги установили Энергетический Купол над Западным Континентом. Он с тех пор служит непреодолимой завесой. Один из последних представителей человечества, запертый под Куполом – Барон Баластариат – успел спасти многих блокированных Куполом. Он приютил выживших в своём поместье. Барон взращивал из части спасённых людей учеников через ненависть друг к другу, посылая их на безумные испытания. В настоящее время, выживших учеников оставалось девять.

В тот день им полагалось выжить в самоубийственном испытании – уничтожить армию демонов в деревне Хараджин, а также и их повелителя Аралога, о чьём местонахождении в деревне барон им не сообщил. Помимо убийства демонов, в обязанность учеников входило междоусобное сражение друг с другом – разделение на три группы по три человека – бой за первенство, уничтожение демонов, как вторичной цели.

В этом и заключалась суть испытаний барона – прежде всего, междоусобная битва между собой.

После – определившийся победитель мог уничтожить демонов и первым вкусить его плоть. Проигравшие, как правило, питались объедками и заживляли многочисленные повреждения. Либо их ждала участь погребения на поле брани, как и павших демонов. Но такие люди редко умирали. Их способности выживать могли вызвать зависть, их даже и людьми назвать представлялось сложным.

Дарль Криган проиграл в этом сражении, уступив первенство братьям Краин – самым сильным представителям их Элиты.

Дарль Криган, Скай Дрен и Эйвинг Дасталариан при побеге из деревни падают со склона и оказываются в вентиляционной системе последней школы чёрной магии Каэрин – Шарад-Гархилиасс.

В школе магии собрались главенствующие представители Запада и не только. Дарль Криган в числе прочих обнаруживает и барона Баластариата, в ходе разговора упомянувшего о том, что он контролирует своих учеников гораздо надёжнее, чем тем кажется. Ведь барон смотрит глазами одного из самых сильных учеников, вот только кого?

Дарль Криган прозревает, что всё, чему его учили двадцать пять лет жизни – липа – он вырос во лжи. Демоны отнюдь не так глупы. Они также сражаются за власть, словно люди и готовятся снять печать магов – Купол. Дарль Криган узнает про пророчество Ардарика, связанное с возвращением демона Дарн-Мустарга, и про орка, что каким-то образом поможет демону возродится.

Но демоны и сами против возрождения Дарн-Мустарга, ведь нынешний повелитель большинства демонов Цербер не хочет уступать тому свои полчища и власть. Чтобы предотвратить осуществление пророчества, эмиссар тьмы Эраан Старгринд посылает своего ученика Эраана Майбириоса убить орка. А также Дарль Криган подслушивает, что многоликий бог Фест клеймил своего избранника.

Дарль Кригану не удаётся остаться незамеченным – его оглушают. Он просыпается в подвале, подвешенный к потолку. С ним беседует Эраан Старгринд, желающий убить новоявленного шпиона. Но Дарль Криган рассказывает ему о своих знаниях с Востока, полученных, будучи Жорой в телах других личностей и Эраан Старгринд оставляет Дарль Кригана в живых. С условием, что Криган станет шпионом Старгринда против барона Баластариата…

… – Может уже проснёшься или мы так и будем тебя тут ждать? – недовольно произнёс Скай Дрен.

Эйвинг Дасталариан также проснулся, но молча стоял и разминался.

Я стряхнул с себя красный песок, обильно засыпавший тело во время сна – ветер тут не унимался ни на секунду. Этот песок хотя бы скрывал нас от посторонних глаз. Я ощупал свои повреждения – за ночь раны почти затянулись. Регенерация не могла не радовать. Уже в который раз. И это при том, что за прошлый день мы выпили всего лишь стакан воды. Чувство голода и жажды почти не давало о себе знать. Мы могли выдерживать по трое суток без еды и воды.

Скай Дрен до сих пор прихрамывал, Эйвинг тоже довольно неуверенно передвигался, всё-таки им досталось больше, чем мне. Я-то всего лишь лишился костюма и не более, мелкие раны можно не перечислять.

– Сами-то давно проснулись? – спросил я.

– Да уж, пораньше тебя, – хмуро ответил Дрен.

– Слушай, Скай, с чего бы я тебя так раздражаю? Ну да, барон поставил меня в лидеры, но сейчас-то смысл дуться? Мы продули, давай спокойненько вернёмся домой и делов-то!

– А ведь, Криган прав, – вставил вечно молчаливый Эйвинг, – Я тоже не разделяю твоего недовольства.

– Да хрен бы с ним, с недовольством, что с бароном-то делать будем? То, что мы узнали, просто мимо ушей не пропустить, – прервал его я.

Я отряхнулся, взял поверженного мной Карраха за хвост и мы двинулись прочь от одинокой скалы к поместью Баластариат.

– Ты узнал! Не мы! – сварливо прервал меня Дрен, – Кто знает, что ты там себе мог навыдумывать!

– С одной стороны ты прав, но с другой, какой мне смысл? Если оклевещу барона ни за что, что я с этого буду иметь? Во-первых: меня может прикончить сам барон, во-вторых: буду отстаивать свою ложь, а я ненавижу ложь! Именно поэтому я не могу спокойно смотреть на всё это! Я за справедливость и только!

– Ты только глянь, как запел! – усмехнулся Скай Дрен.

– А я верю тебе, Криган! Барон всегда нам что-то не договаривал, – неуверенно перебил его Эйвинг, Дрен опешил и хотел было перебить, но всё же решил дослушать, – И кто мы? Задумайся, Дрен, кто мы есть? Пешки в руках барона! Чего мы добиваемся, кроме упорных тренировок и ненависти друг к другу? Да у нас же ничего нет за плечами! Мы живём только как его рабы и не более! А если его голова черна как ночь? То именно мы будем теми, кто осуществит его идеи! Я верю Кригану и буду всё выяснять по мере сил, но это всё так не оставлю!

Я благосклонно кивнул.

– А-а-а, Гхаэрдзь! Я с вами! Куда деваться, не первый раз в одной упряжке! И пусть, у нас не всё ладно складывается, но мы не предавали друг друга! – выдавил Дрен.

Эти слова для вечно сварливого молотобойца выдавливались тяжелее, чем слова признания в любви, приготовленные юнцом для своей первой возлюбленной.

Скай Дрен хромал, используя молоты как костыли, Эйвинг тяжело дышал, а я волочил Карраха. Наша скорость оставляла желать лучшего. Нам не особо хотелось идти отчитываться перед бароном, но поторопиться всё-таки стоило. Никогда не знаешь, когда твой мирный диалог прервёт обезумевший демон, ведомый острым чувством голода.

Для меня в качестве Дарль Кригана, прошла всего лишь ночь, но сколько всего нового я узнал за эту ночь! Сколько всего бесценного и ненужного! И всё-таки я не мог понять, в каком времени пребываю, ведь, будучи Жорой, я провёл на острове Долариса уже почти пять дней. А сейчас только второй мой день внутри Дарль Кригана. По крайней мере, новые знания сделали меня опытнее и сильнее, чем вчера, когда мы сражались с демонами и с другими бойцами Изолированной Элиты.

Сквозь бурю показалась величественная гора Арнахаэлдон у её подножия и расположилось выбитое в скале поместье Баластариат. Со стороны его разглядеть бы не удалось никому. Вход в поместье располагался через подземелье, а оно надёжно укрывалось каменной пластиной с хитрым механизмом…

… В нашем тренировочном зале, где мы проводили большую часть своего времени; где и спали; и ели; и взращивали в себе ненависть, собрались все. Недоставало только нас троих. Барон брезгливо осмотрел нас, в открытую поморщившись. Все остальные выглядели чистенькими и щеголяли заштопанными костюмами. Мы же, проходя мимо подземного озера, решили пока не мыться, чтобы не расстраивать Баластариата тем, что и так задержались. Лицо барона смягчилось сразу же, как только я затащил тело Карраха в зал.

– Опаздываешь, братец! – ехидно усмехнулся Дарль Толгрейн, поднимая общий гомон негодования среди остальных.

– Молчать! – приказал барон.

Гул стих.

– Я вижу, ты не с пустыми руками, Дарль Криган, что с костюмом? Закажешь у женщин новый, у них достаточно шкур Фаундов! – холодно продолжил барон.

– Но, учитель, а как же убитый мною Каррах? Позвольте сделать себе костюм из его шкуры? – предложил я.

– Ты что, возомнил себе, что можешь перечить мне? – барон повысил голос так, что все его ученики опустили взгляды в пол.

– Что вы, как я мог посметь… – сказал я, тщательно скрывая саркастический тон.

– Вы трое, сейчас же идёте и отмываетесь! Далее, повторю то, что уже сказал: идёте на кухню и готовите демонов, которых убили. Даю вам день на восстановление. Вечером приступите к тренировке, и, возможно, уже завтра, для вас будет новое испытание.

Неужели? Новое испытание второй раз в неделю? Раньше такого не случалось. Сразу вспоминается обещание, данное бароном Церберу.

Мы поплелись обратно к подземелью. По пути я зашёл в жилые кельи, где жили мужчины, женщины, старики и дети, что занимались у барона хозяйством. Вот только демонов он им готовить не позволял, ибо мы – воины, должны сами уметь это делать на случай непредвиденных обстоятельств, что могли бы застать нас. Демоническое мясо также не полагалось к употреблению для всех хозяйствующих, так как оно сильно воздействовало на психику, меняло функции тела. Так сказать, прокачивало, но какой ценой! Оттого остальные люди варили лишь супы из шкур и шкварок, да питались подземными крупами.

Я затащил им Карраха и сказал, что барон приказал пошить из него на меня костюм. Женщины сняли с меня мерки и кивнули мне в знак того, что готовы приступать к работе.

Мы же тем временем спустились под землю по идеально вытесанной каменной лестнице в полутёмный подвал, представляющий собой огромный зал с ровными стенами, украшенными гномьими барельефами. В центре отшлифованного каменного пола находилось подземное озеро невиданной глубины, а рядом с ним располагался бассейн, куда заботливо налили чистой воды хозяйствующие. В самом озере барон купаться не позволял – из него мы пили воду, оно считалось святыней.

Я с разбегу прыгнул в бассейн бомбочкой, подняв тучу брызг. Скай Дрен и Эйвинг Дасталариан скинули с себя рваные костюмы и, как-то забито прошли к бассейну.

– Да чё вы как бабы? Вы настолько боитесь своего барона, что даже здесь ограничиваете себя? Как он мог так жестоко влезть в ваши головы? Хватит уже безвольно подчиняться ему! Он всего лишь человек, возомнивший себе невесть что! – настраивал их из воды я.

Эхо моего голоса разносилось по всему подземелью, Эйвинг и Скай не переставали подносить палец ко рту, чтобы я говорил тише. Я успокоился.

Они всё так же неуверенно начали оттирать с себя грязь.

– Да блин, мне даже неловко рядом с вами становится, нахрен надо! – возмутился я.

Я по-быстрому умылся, натеревшись тряпочкой из числа специально приготовленных для нас и покинул бассейн, решив, что за процессом покроя моего костюма наблюдать будет куда интереснее. К тому же, имелось парочка дизайнерских предложений, куда встроить шипы и сделать наплечники помассивнее. Этим уже занимались мужчины, безвылазно сидевшие в поместье последние двадцать пять лет жизни и находившие себя в таком ремесле как кузнецкое дело.

Женщины довольно быстро занимались покроем, они накинулись на изготовление костюма всем скопом. Сначала им необходимо провести выделку шкуры. Начинали они, насколько мне известно, с соляного раствора называемого отмок. После чего они совместно мездрили шкуру, убирая остатки мяса и сухожилий демонов. Далее мойка шкуры, после, пикеливание, для придания эластичности будущему костюму, дубление, жирование и сушка. Думаю, он скоро будет готов. Подождать пару-тройку дней. Я накинул им дизайнерские предложения, надел рубаху и штаны и двинулся на кухню.

Кухня, где готовили мясо демонов, представляла собой длинное помещение с вентиляцией и огромным каменным столом в центре. Здесь было довольно много посуды и столовых приборов. К примеру, если бы кто-нибудь безоружный захотел бы начать бунт в этом поместье, то лучшего места и придумать нельзя. Высококачественные ножи отлично бы компенсировали недостаток вооружения.

Демонов уже приволокли на кухню. Сейчас кухню занимали только мы вдевятером. В столешнице имелись углубления каминного типа для разжигания костров под ними. Всё работало по принципу плиты, встроенной в стол. Гномы считались мастерами своего дела и спорить с этим никто не смел. Здесь даже водопровод имелся на манер ветряной лестницы с использованием насоса.

Скрит Фо, всё ещё покалеченный и едва держащийся на ногах, стоял в компании с Лиосом Луордом. Луорда, как мне кажется, лупили больше остальных, но при этом он выглядел бодрее бодрых, живее всех живых. Они свежевали туши Фаундов, принесённых братьями Краин. Дарль Хок и Дарль Толгрейн шинковали шматки мяса, переданные им Лиосом и Скритом. А Краин Стралл и Краин Ворлис высокомерно заняли место у плиты. Что вы, что вы, ну куда деваться.

На самом деле, жарить мясо – считалось честью в этих стенах. Это делали всегда только победители, и они всегда съедали первый кусок. А также кормили всех остальных, показывая своё превосходство, показывая всем, кто здесь добытчик, кто в этой хате папа, кто в этом районе бугор. Странно, что Лиос Луорд не стоял с ними у плиты, хотя это можно объяснить тем, что Луорда в итоге одолели. А также и тем, что братья Краин никогда никого к себе не подпускали. Они не относились друг к другу с ненавистью, вопреки наставлениям барона Баластариата.