Обречённые империи

Только песня совсем не о том,

Как не ладили люди с котом.

Говорят, не повезёт,

если чёрный кот дорогу перейдёт…

Советский народ, воодушевлённый руководством КПСС в едином порыве, перевыполняет производственные планы.

Я шут, я арлекин, я просто смех,

без имени и, в общем, без судьбы,

Какое право дело, вам до тех, над кем

пришли повеселиться вы...

На экране кадры пустых прилавков и бесконечные очереди.

Колючая проволока, люди, бегущие под огнём автоматчика.

В беглецов стреляет часовой в форме ГДР.

Ускорение, обрыв, тьма.

16 Портрет Брежнева. Съезд КПСС: Преимущество плановой экономики по сравнению с жаждой наживы капиталистической системы, очевидно. Советский народ семимильными шагами идёт в светлое будущее, и нет силы, способной остановить нас на этом пути!

Имел бы я златые горы и реки полные вина…

Миллион, миллион, миллион алых роз. Love store – Geol…

Космические старты, виды электростанций, прокатных станов, розлив расплавленной стали.

Mane, mane.. Твист, Рок-Н-рол, Летка екна.

Старинные часы ещё идут,

Старинные часы свидетели и судьи….

Траурный марш Шопена. Похороны у Кремлёвской стены.

Гроб с телом Брежнева неаккуратно роняют в могилу.

Портреты Черненко и за ним Андропова с траурной лентой и их похороны...

Портрет Горбачёва. Очередной съезд. На трибуне Горбачёв.

Кадры очередей винных и водочных магазинов, пустые полки магазинов.

Ускорение кадров, обрыв, тьма

КОНЕЦ ПРОЛОГА

*

КАРТИНА 1

ИНФОРМАТОР

Гламурия карьером птицы-тройки

Мчит лихо по ухабам перестройки,

Из-под коренника летят подковы,

Знать подковали плохо коренного.

В наставший сорок пятый год победы

Гламурия преодолела беды,

Пережила разруху, крах и стыд,

Приобретя благопристойный вид.

Из года в год план перевыполняя,

Шагами семимильными шагая,

Догнать пыталась строй калипатизма

Гламурия, раба цосиализма.

Баня в Велобужской пуще:

Цельин, Чукрав, Дамаович, Мираков, Ковержак.

Все в простынях. Стол с пивом и раками. Слышится плеск воды и женский смех.

КОВЕРЖАК

Патрон, пора расслабится по полной,

Пусть окмунисты гонят чушь и волны.

ЦЕЛЬИН

И рад бы взять за персики девицу,

Да через три часа отлёт в столицу,

А, впрочем, подремлю и в самолёте.

Смотрит в приоткрытую дверь:

Русалка! Бесподобная в полёте.

Встаёт и поднимает кружку, говорит невнятно:

Приветствую весь сбро, как это? Саммит:

Империя в душе навеки с нами.

Однако ныне так подпёрло время,

Что и профессор часто чешет темя.

Здесь, в Пуще Велобужской сдвинем кружки,

пока не растащили нас подружки.

Взорвав, союз отправим под откос,

как партизаны вражий паровоз.

За независимость разорванного круга,

За одоление прежнего недуга,

И за преображение окмунизма

Я пью, не чокаюсь, как принято на тризне.

ДАМАОВИЧ

Вайткурсия приветствует друзей!

Короткий тост: Империю – в музей!

Расстанемся как истинные братья!

Для прессы скрепим мир рукопожатием.

Входит корреспондент фотографирует и уходит.

ЧУКРАВ

Отныне мы свободные цари,

Но нет меж нами зла, держу пари!

Клянёмся сохранить и мир и дружбу,

Народам это именно и нужно.

Брешу – горилкою и салом подавлюсь!

Да я самою Библией клянусь:

Салохвия не подведёт никак!

Кто сбрешет, тот изменщик и мудак.

МИРАКОВ

В терпении и мудрости востоком

Изучены истории уроки,

И мы народу северной страны

Во все века истории верны.

Империя дарует всем свободу.

На пользу ли? Ответ подскажут годы.

И наши не расходятся пути,

Нам рядом это поприще идти.

Все поднимают бокалы, сближают их,

раздаётся мелодичный звон.

Кровавым цветом этого вина

Клянёмся в верности! Пью за неё до дна!

ЦЕЛЬИН

Мой верный Санчо, мне плесни покрепче,

Не к пиву заключительные речи.

Не трезва память, но в уме вполне,

Империи считать остаток дней.

Наперебой клялись не изменять,

И дружбу в испытаниях не терять.

История запомнит обещания:

Иуду не минует наказание.

Предупреждаю господа-товарищи,

В ответе голова, а не седалище.

Всё обнажавшее в Гламурии свой меч,

Унижено ровнёхонько до плеч.

ИНФОРМАТОР

Незримо занавесом специальной стали:

Все от него в империи устали.

На новые ворота поглядеть

И как баран рогами их поддеть?

Ваш автор – честно – так себе поэт,

А до политики ему и дела нет.

Однако неким образом участие

Иметь в Гламурии – немаленькое счастье.

Лишь злит однообразие сюжетов,

Одно и то же вертят так и этак!

По штату должно старикам ворчать:

Если оригинально, то в печать!

И, закрепляя авторское право

Призвать юриста…, слева или справа?

Разумнее всего нанять в юристы

Надёжного бесстрастного центриста.

В Гламурии всё стало вверх ногами:

Союзники представились врагами!

Гламурия аффект, но где мораль?

А ведь была, казалось, пастораль…

КАРТИНА 2

Кабинет, флаг с надписью: Гламурия.

За столом Гробачёв. Звонок, голос Саиры:

Мой командор, я жду тебя на чай.

И не забудь Гламурскую печать.

Я прочитала сборник поэтичный,

Высокий слог и ритм необычный.

Поторопись, твой чай ещё горяч.

А я хочу «Окошко Ильича»

Вполне оригинальную картину…

ГРОБАЧЁВ

Преподнести в подарок Насреддину.

По мне в ней непонятная черта:

Ночь, хата и не видно ни черта!

САИРА

Ну, что ты, это же сюрреализм:

Тот Свет в окошке самый главный Изм!

ГРОБАЧЁВ

Знать в идеологическом отделе

Совсем устали думать от безделья.

Цена на нефть упала до предела,

Моя причёска сильно поредела.

САИРА

Ах, бедный мой! В заботах и трудах

И ночь, и день…, а в южных городах

Все за тебя – процентов девяносто.

ГРОБАЧЁВ

Беда, беда, всё плохо и не просто.

Голос секретаря:

Прошу прошения, к вам Цельин на приём

И Ковержак, естественно при нём.

ГРОБАЧЁВ (в трубку)

Прости, прости, подруга боевая,

Сдаётся мне, что будет не до чая.

Из Велобужской пущи нам подножка,

Придётся пить Боржоми на дорожку.

Секретарю:

Дай Ковержаку чая иль кофЭ,

Пусть полчаса скучает на софе.

Через минуту Цельин пусть войдёт,

Мы с ним обсудим севооборот.

ГРОБАЧЁВ

Не сын казачий, не клинком махает:

Оглоблей по башке и хата с краю.

Входит Цельин:

Привет, коллега! Дело к неотложке.

От декларации Союз протянет ножки.

Хоть мне и не плевать на глас народа,

Но яд уже разлит, тот яд – свобода.

ГРОБАЧЁВ

С чего неймётся? Спрыгнул со стакана?

Унизился у власти до обмана?

Понравился кремлёвский кабинет?

Учти, в верховной власти счастья нет.

ЦЕЛЬИН

В ЦЭКа уже совсем не стало смелых,

И митинги у «красных» и у «белых»!

Одни про пролетарский бронепоезд,

Другие про акацию, про гроздья.

Царям библейским было хорошо:

Оракул рявкнул и народ пошёл.

ГРОБАЧЁВ

Вот здесь тебе от логики зачёт.

Куда река Гламурии течёт

Нам никакой пророк не напророчит.

Интриговать не повод, между прочим.

ЦЕЛЬИН

Я прост, как пуп, какие там интриги?

Даю под нос, а не в кармане фиги.

Закончилось собрание престарелое,

На сцене племя наглое и смелое.

ГРОБАЧЁВ

Обидно, что меня считают трусом.

В Рофосе из ракушек клеил бусы.

Какою кровью отстояли Крым!

Сгорит империя, рассеется и дым.

Мне обещал заморский босс с куста,

Что НАТО не откроет ворота,

Божился, клялся, слово мне давал,

Не вал по плану, а по плану вал.

ЦЕЛЬИН

Что по рукам? И дело за юристом.

Налей сто грамм, кремлёвской водки чистой,

Ведь мы не в банке и не пауки,

В Гламурии быть жадным не с руки.

ГРОБАЧЁВ

Как жаль что я в кремле, а не в Китае!

В Китае окмунизм предпочитают.

Не цвет кошачий, важно результат:

Мышей ловить задача у кота.

Эх, гламуряне: сила, воля, слава!

Прут напролом, то влево, то направо.

ЦЕЛЬИН

За пазухою камень не держи

И по ночам от страха не дрожи.

Тебе охрану круче, чем в Рофосе,

Я гарантирую, как блюдо на подносе.

ГРОБАЧЁВ

Вот стопка, юморист, и пей до дна:

Твой юмор весь из водки и вина.

Цельин опрокидывает рюмку.

ЦЕЛЬИН

Эх, хорошо, мгновенно душу греет!

От бешеной «водички» не совеют.

Кто виски хлещет, ром или коньяк,

Души гламурской не поймёт никак.

ГРОБАЧЁВ

Уж да уж! Аналитик и лингвист.

Где партбилет? Ведь ты же окмунист!

Нас партия не приучала к водке!

При дефиците пива и селёдки….

ЦЕЛЬИН

Ага, ага – находка для врага,

Тебе подобно, с недержанием речи.

И мне Гламурия не меньше дорога,

Я излечить хочу, а ты калечишь.

ГРОБАЧЁВ

Послушай, говорю тебе без зла:

Ты вроде санитар, не Эскулап.

Ведь ты не знаешь клятвы Гиппократа!

Пропишешь водку и покроешь матом?

ЦЕЛЬИН

Ты на себя смотри, «интеллигент»,

Послушал бы свой собственный акцент!

Есть у меня знакомый логопед,

Всех избавляет от «язычных» бед.

ГРОБАЧЁВ

Ох, насмешил! Лингвистов целый штат

Тебя ни в жизнь не вылечат от: «Шта»!

Заметно, из Могулии ты родом,

И миною, и родословным кодом.

Аполитично родовой гибрид,

Ты пьян по жизни и сейчас не брит!

В правителях Гламурии недолго,

Гулять тебе, как Разину на Волге.

Цельин выходит, хлопнув дверью.

КАРТИНА 3

Дача, кабинет Цельина, за окном зелень, поют птицы.

На подоконнике нежится кот, под столом спит собака.

ЦЕЛЬИН

Четыре года промелькнули тенью.

Я как на танке по ночам потею.

Тогда меня любили на Арбате,

Как эти перевыборы некстати!

Политтехнологи имеют аппетит

Такой, что даже мне от них претит.

Вдруг окмунисты вновь набрали силу,

Копают мне на кладбище могилу.

На сердце референдум – тяжкий груз!

Не лучше ль было сохранить союз?

Хохол с кацапом вкупе баня с водкой…

О, господи! Как пересохла глотка.

Эй, Ковержак! Мой кравчий и тиран,

Не жмись, не мучь! Скорей налей стакан.

Входит Ковержак:

Патрон, патрон, не жалко, ты же знаешь!

Себе во вред без меры выпиваешь,

А после удивляешься не раз:

Не мог я подписать такой указ!

К аферам явно склонно Озверебский,

Свинью подложит, он натуры дерзкой.

Он под меня копает с явной целью:

Отправить в однокамерную келью.

Вот рюмка и рассол капустный с квасом:

Испытанный рецепт рабочим классом.

ЦЕЛЬИН

Ещё одну. Ещё! Ещё…, ага,

Подать сюда подпольного врага!

Где ложки, балалайка, где гармонь?

Стакан оставь! Вот мой приказ: Не тронь!

Собрать советников по рангу и по чину,

Потери рейтинга определить причину.

Мой ультиматум хитро мудрым рылам:

Помалу брать, но так, что бы хватило.

Ковержак уходит. Входит Танатья

ЦЕЛЬИН

Наследница! Хранительница рода!

Исконно президентская порода.

Мой слух почти ласкает твой язык,

Вполне к косноязычию привык.

Мне «Цербер» похмеляться не давал!

Минут пятнадцать, гад не наливал.

Я что, не заработал рюмку водки?

Ну…, излагай сюжет последней сводки.

ТАНАТЬЯ

Я Ковержака не люблю давно.

Он прав без прав и мне не всё равно.

Тебе на всю Гламурию вещать,

А смотришь так, что можешь застращать.

Народ пока не понял ни черта:

Свободой в ад открыты ворота,

И все ортодоксальные «совки»

На шее демократам не с руки.

Танатья уходит. Входит Озверебский

ЦЕЛЬИН

Без пейсов хоть, но всё равно анчутка!

На весь доклад тебе одна минутка.

Своей заумной хитро-мудрой речью

Ты мне мозги и уши покалечишь.

ОЗВЕРЕБСКИЙ

Приветствую твоё великолепие.

Доклад мой короток: готовиться отрепье

На выборах нажать на левый борт,

А я им спровоцирую аборт.

Сто ящиков развёз по адресам,

Контроль осуществляю лично сам.

Устрой соратникам приличное застолье,

А окмунистам мы ещё насолим.

Процент высокий наш электорат,

Не будь я убеждённый демократ,

И, чтоб мне не иметь с калипатизма

Ни цента, и страдать от онанизма.

ЦЕЛЬИН

Мастеровой великий интриган,

Рыдает по тебе большой наган.

Не пудри мозг, гарантию давай!

Налей сто грамм. Себе не наливай.

Озверебский наливает стопку и уходит.

Слышится несколько голосов.

Входят Геор, Байсчуб и Енкиринко.

ЦЕЛЬИН

«Соратники», фальшивящий оркестр…

Обращается к вошедшим:

Я тут один сижу, один как перст.

Эй, Ковержак! У нас команда есть!

Команда хочет выпить и поесть.

Сутяге Озверебскому скажи

Пусть блудниц присылает для души.

Одну помну и словно молодею:

Чаксоб презентовал свою идею.

Мне донесли: Виагру применял,

А виски пил..., и на «Тот Свет» попал.

Не повторив подобную ошибку:

Я без Виагры раззадорю пипку.

Появляется призрак:

Кто бередит ушедших на покой,

Бесчестит их неправдою такой?

Эх, президент, ты снова подшофе?

А «Цербер» где, что носит галифе?

Входит Ковержак:

Чаксоб? Ого! Ты от чего прозрачен?

Здесь «Этот Свет» и президента дача.

Тебе неймётся, как во время Оно?

Не вздумай здесь наехать на патрона.

И призраку найдётся укорот,

Здесь без тебя достаточно забот.

ЦЕЛЬИН

Оставь его, и все идите вон!

Молчать! Бегом! Я здесь один патрон.

В пространстве времени как ты меня нашёл?

Приветствую, хоть здесь не хорошо:

Ты вовремя… не вовремя ушёл!

Наместники бесчестные донельзя,

Достойно в укорот или в сидельцы.

ПРИЗРАК

Сочувствую и не имею зла:

Юдоль земная кратка и мала.

Когда и вдруг приходит время икс,

Всех ждёт Харон на переправе Стикс.

ЦЕЛЬИН

Не откажи, прошу, дай мне совет,

Советников достойных рядом нет.

Я досыта наелся высшей власти,

Да что-то от неё немного счастья.

ПРИЗРАК

Да, груз её порой невыносим.

Оставь стакан, храни остатки сил.

Гламурия упала на колени,

От ужаса, нисколько не из лени.

ЦЕЛЬИН

Поэтому я не могу не пить.

Легко беду руками разводить,

Да только если та беда чужая.

ПРИЗРАК

Сочувствую, прекрасно понимаю.

Однако ты же знаешь: взявши гуж,

Не жалуйся упряжке, что не дюж.

Есть кандидат из тайного приказа,

Он патриот с прививкой от проказы.

ЦЕЛЬИН

Не жалуюсь, но ныне криминал

Из власти всех приличных разогнал,

Остались «реформаторы» без чести

Случайные бугры на ровном месте.

ПРИЗРАК

Приехали! А ты не реформатор?

Искусственного фаллоса вибратор?

Глаза зальёшь и ложками стучишь,

Ты президент или мальчиш-плохиш?

Призрак исчезает

ЦЕЛЬИН

Ну вот, пропал. Эх, горе не беда!

Security, гони народ сюда.

Входят Геор, Енкиринко, Байсчуб и Ковержак.

ЦЕЛЬИН

Геор, короче, строго по порядку

Изволь скорее резать правду-матку.

ГЕОР

Я для анализа не спал три ночи к ряду,

Готовил заключение к параду.

Ведущих бирж их индексы и курсы

Имеют много минусов и плюсов…

ЦЕЛЬИН

Ещё короче и не так заумно.

Истрачена вся занятая сумма?

Сам не берёшь, но где же твой контроль?

Сидишь в кустах и не играешь роль?

ГЕОР

Мы взяли в долг у мирового банка,

И вновь в казне огромная баранка.

Украли всё! Налоги и кредиты…

ЦЕЛЬИН

Достал, Геор! Тебя послать? Иди, ты…

Ни охранять, ни воровать – ни дать ни взять!

Нет проку от тебя, ядрена мать!

ГЕОР

Быть или пить? Гламурию понять?

Вам не хватает мужества признать,

Что передел во много раз страшнее,

Чем праволиберальные идеи.

ЦЕЛЬИН

Тринадцать месяцев меня ты доставал:

Не боронил, не сеял, лишь «пахал»!

В известности уже по боле деда.

Всё! Сдашь дела сегодня, до обеда.

ГЕОР

Уйду в науку на один оклад,

Гол как сокол, но этим даже рад.

И, может быть, когда-нибудь народ

Простит меня за этот страшный год.

Геор уходит

ЕНКИРИНКО

А я не так понаторел в науках,

Один Геор, в них как в навозе муха.

Не вышел в рост, зато готов всегда

Гламурию ограбить как орда.

ЦЕЛЬИН

Ты что, глухой? В бюджете ни копша!

Подобно нищим: Фаллос да душа.

Когда же перестанут воровать?!

Куда ни глянь хапуга или тать.

Ну, погодите! Всех в бараний рог

Согну и отпинаю за порог.

Ты от чего притих, молокосос?

В премьеры хочешь или фигу в нос?

Ты можешь капитал обосновать?

Кредиты брать и их не воровать?

ЕНКИРИНКО

Инфляция не возникает вдруг:

Пора брать всю планету на испуг,

Они привыкли деньги занимать…

Нам их не из карманов вынимать.

Придётся брать не криво и не прямо,

Банк мировой не долговая яма.

ЦЕЛЬИН

Не быть тебе отпущенным козлом!

Быть жертвою при этом и притом.

ЕНКИРИНКО

Готовлюсь я, лишь жду соизволения.

Понаторел уже до умопомрачения:

Подобное случалось и не раз.

Чего изволите? Я выполню приказ.

ЦЕЛЬИН

Но ты же слышал! Ни копейки в банке!

Без пользы танк – одна броня на танке.

ЕНКИРИНКО

Подумаешь проблема – есть дефолт!

Затянем гайки туже, был бы болт.

Возьмём побольше, и здоровья для,

Откажет леди, поимеем б***ь.

ЦЕЛЬИН

Тпру, Орлик! Ты Гламурии должник.

Послушай, молча, что глаголет старший:

Не далеко от кресла до параши,

Уж слишком близок к «фене» твой язык.

Тебя долги учили отдавать?

Банк мировой не тёща и не мать.

ЕНКИРИНКО

Чтоб провалиться мне на этом месте! Готовиться сидеть премьером в кресле?

ЦЕЛЬИН

Противны мне кредиты иностранцев!

В системе банков множество засланцев.

Дерут с долгов огромные проценты,

На тысячу в нагрузку числят центнер.

ЦЕЛЬИН

Вперёд и с песнею твори великий грех,

Лишь бы принёс Гламурии успех.

Эх, брошу пить и с этим разберусь.

Гламурия родимая, не трусь!

БАЙСЧУБ

С волками жить по-волчьи выть придётся:

Гламурии в калипатизм неймется.

ЕНКИРИНКО

Ведь ты уже бабла срубил, братишка:

За книжку двести зелени и шишка?

ИНФОРМАТОР

На сценах все поющие трусы,

Промежности с журнальной полосы

И, прежде благородная Европа,

Прилюдно обнажившаяся попа.

ЕНКИРИНКО

В стране непуганых чтецов и полиглотов

Народ бесплатно трудится в субботу,

А значит за бутылку и буханку

Нам соберёт по тачке и по танку.

БАЙСЧУБ

Пора приватизировать заводы,

Леса и недра, реки, пароходы

И, обещая накормить народ,

Залить дешёвой водкой всякий рот.

Заплатят нам за каждый киловатт,

Для исполнения прошу мне дать мандат.

ЦЕЛЬИН

Эх, дать бы кулаком по морде этой,

За все его «бесценные» советы.

Приму стакана три и точно дам

Пока течёт не только по усам.

ИНФОРМАТОР

Чиновники укрылись за заборы,

В законе, да и вне закона – воры,

И Дума, за продажную «свободу»

Безбожно лжёт несчастному народу.

ЦЕЛЬИН

Финита, умники! Мать вашу, «патриоты»!

Гнать в шею с государственной работы!

Скорее врежьте «Барыню» пока,

Мне лень вам уши драть и мять бока.