Скажи, кто твой друг?

Отдраив себя с головы до ног, из последних сил, я доползла до кровати. В голове мелькали мысли позвонить народу, сказать, что я добралась, но я просто не смогла. Мокрая голова коснулась подушки и меня не стало.

Я долго спала. Несколько раз просыпалась, но чувствовала себя так паршиво, что каждый раз уговаривала еще поспать. Слышала, как отчим ругался, что я дрыхну, и снова проваливалась в спасительный сон. И не сказать, что там было очень хорошо. Я ходила в темноте, искала кого-то, но не смела позвать в голос. Спотыкалась об какие-то темные свертки, которые стонали и тянули ко мне руки.

Когда больше не удалось себя уговорить, я посмотрела на часы. 21:40. Надеюсь, еще сегодня. Не помню, чтобы хоть когда-нибудь мне было так скверно. Пролежав еще с полчаса, я встала и умывшись, стараясь не смотреть в зеркало, пошла на кухню. Благо, там никого не было. Включив чайник, я прислонилась к батарее. Брр, ну почему такая холодная?!

- Юля, давай разогрею ужин - на кухню вошла мама. Ее движения были нервными. Кто ее так довел? Я или отчим? Скорее всего оба.

- Мам, я люблю тебя! – вырвались странные слова. Что ж я за несчастный ребенок! Не помню, чтобы меня обнимали и говорили, что любят. Может, маму тоже не обнимали в детстве? Не научили? Моя бабушка, конечно, строгая, но я знала, что она меня любит.

Мама замерла возле холодильника, потом обернулась и смотрела на меня таким взглядом, что мне стало больно.

- Выспалась?! – тяжелые шаги отчима были слышны, наверное, и соседям с первого этажа. Он открыл холодильник и вытащил упаковку сока. Мама отвернулась, чтобы он не видел ее лица, а я села на самый дальний стул у окна. Оставляя между нами такую хлипкую преграду, как стол.

- Правильно! Корми ее, а она только и будет, что шляться с отморозками! И где они деньги берут на такие тачки? Наркоманы!

Почему люди всегда думают про самое плохое? Случилось нехорошее, значит будет еще хуже. Случилось хорошее, значит ненадолго, скоро опять будет плохо. Отчим постоянно нудел, что на работе одни дебилы, соседи идиоты, а в общем все встречаемые им люди недоразвитые. Как мама только терпит этот постоянный пресс из негатива?

Оголодав почти за сутки, я съела макароны с котлетой и стараясь не вникать в чушь, которая вылетала изо рта отчима, думала, как бы улизнуть с кружкой чая к себе в комнату. Но это была невыполнимая задача, отчим не терпел, когда ели где-то помимо кухни. В недрах квартиры заиграл динозавр, бодро призывая меня ответить. Я, благодарная этому ископаемому и абоненту на том конце, вскочила со стула.

- Куда?! Мы еще не поговорили! – ну вот, наконец приступил к главному, а то я уже устала бояться.

Я села обратно на стул, положила руки на колени. От кружки с чаем шел легкий парок, тонкие узоры на поверхности менялись каждую секунду.

- Где ты была? – адрес его интересует что ли?

- У знакомых.

- Я, что из тебя клещами должен вытаскивать все?! – отчим стукнул по столу кулаком. На поверхности чая пошли круги. Тут что не скажи, все равно будет плохо. Блин, я что тоже заразилась этой болезнью?!

- Я была с приличными людьми. Они не наркоманы – отчим злорадно хмыкал.

- Где это место?

- Где-то в центре, я не знаю адреса.

- Как ты вообще попала туда?

- Помогла одному человеку, ему было плохо, вызвала врача – он просто хотел отблагодарить меня.

Отчим недоверчиво смотрел на меня.

- Что за чушь ты городишь?!

- Вам не угодишь! Молчишь плохо, говоришь еще хуже!

- Ты посмотри на нее! – он тыкал в меня пальцем, чтобы мама точно смотрела на меня, а не куда-то еще – На машине прокатили, так теперь дерзить начала!

Бля, и далась ему эта машина!

- Допустим, что за человек был?

- Какой-то бизнесмен, он не объяснялся – я хлебнула чаю. Фу, уже остыл!

- И как нынче благодарить принято?

- Вечеринка была, и сказал, что подарочную карту подарит – о, как я выкрутилась! Это же можно будет действительно все принести легально домой! Крутяк!

- На какую сумму? – заинтересовался отчим.

- Я не знаю!

- Понятно, на три копейки! – отозвался он презрительно.

Иррационально, но мне стало обидно за босса! Он-то нормальный, вряд ли там три копейки!

- Не думай, что я поверил в эту ерунду! – он постучал пальцем по столу – Из школы, чтобы шла домой! Я теперь лично буду следить, раз твоя мать не справляется!

Подавив тяжелый вздох, я пошла, вылила остывший чай, помыла за собой посуду. И налив стакан воды, пошла в комнату. Закрыв дверь и еле успела поставить стакан, как меня начало скручивать так, будто тело выдавливало из себя гадость, что успело впитать.

Руки и ноги корчились в болезненных судорогах. Согнувшись в три погибели, я упала на кровать, не смея выдать ни стона. Боль выдавила весь страх, и просто хотелось, чтобы все прекратилось, уже не важно как. Скомкав под себя подушку, я содрогалась в агонии бессчётное количество времени, когда почувствовала, что понемногу чудовищное напряжение начинает ослабевать.

Наверное, так рождаются дети. Волосы промокли и прилипли к голове, пижама под халатом тоже была вся мокрая. Жуть, что это такое было? Я протянула руку к стакану с водой и ужаснулась. Рука тряслась так, что ничего бы сейчас не удержала. Попью потом. Свернувшись в клубочек, я тихо заплакала от жалости к себе. Как же я устала! Меня тошнило от этого места, которое называлось домом! Стены давили, заставляя чувствовать себя беспомощной. Пожалуйста, помогите мне!

Наверное, я уснула, потому что открыв глаза, я увидела, что была середина ночи. Слабость отступила и сев на кровати, я наконец выпила воду. Жутко хотелось в душ, но зная какие здесь стены, я не решилась. Придется терпеть до утра.

Звонить Борису и Маринке среди ночи тоже не вариант, но поискать телефон нужно. Включив свет, я нашла рюкзак возле двери. Выгрузив учебники, я обыскала все карманы, но не нашла телефон. Осмотрев все вокруг, я догадалась, что телефон забрал отчим. Что ж, ладно. Зато теперь у меня есть отмазка!

Спать не хотелось, что-то читать тоже, поэтому остались только уроки. Открыв учебник, я принялась решать задачи, успокаивая свой ум. Сделав все, что можно, дальше были темы, которые мы еще не проходили, я взялась за историю. Там была наискучнейшая глава, так что выключив верхний свет, я завалилась на кровать и включила светильник на тумбочке. Как я и ожидала, нудятина про культурные достижения, одолела меня, и я наконец уснула.

- Юля, просыпайся, в школу пора – я почувствовала, как мама забирает учебник у меня из рук. Из коридора светила яркая лампа прямо в глаза.

- Сейчас – я положила руку на глаза, закрываясь от этого прожектора. Мама убедилась, что я действительно проснулась и вышла из комнаты, прикрыв дверь. Обычно, она не встает так рано, а меня встает будильник. Ах, да, будильник был изъят!

Вот почему так сильно ночью хотелось в душ, а теперь не хочется?!

Освежившись и уложив волосы, я почувствовала себя лучше, но время уже поджимало. Забежав на кухню, я думала перехватить бутерброд, но на столе меня ждала яичница. Фигасе! Мама, вы меня пугаете!

- Это мне? – я застыла на пороге. Мама обернулась ко мне, согласно кивая. С утра она была еще растрепанная и в халате. Круги под глазами и болезненно выглядевшая в холодном кухонном свете, кожа.

- Спасибо! – я уселась за стол и принялась завтракать, невзирая на чувство вины и возможное опоздание.

- Юля – мама робко позвала меня – Ты вернёшься домой после школы?

- Мам, ну что за вопросы?! – я почувствовала себя еще гаже – А куда мне еще деваться?

- То есть, если бы тебе было куда идти, ты бы не вернулась? – блин, я ж хотела успокоить! Яичница застряла в горле.

- Мам, ну что ты придумываешь? Куда я уйду от тебя? Ну?

- Юля, если ты боишься, что я расскажу отцу, - меня передернуло от этого слова – То это не так. Поговори со мной, пожалуйста!

- Мам, - я демонстративно посмотрела на часы – Во-первых, я опаздываю, а во-вторых, вчера я сказала правду. Кстати, ты знаешь где мой телефон?

- Виталик забрал, я ничего не смогла сделать. Я тебя прошу, приходи после уроков сразу домой! Сколько их сегодня?

- Шесть – буркнула я, обуваясь.

- Я буду ждать – услышала я вслед, сбегая по лестнице.

На уроки я таки успела и на бледных щеках даже появился цвет, после пробежки до школы.

Уронив рюкзак на пол, я села рядом с Маринкой, которая полулежала на парте.

- Блин! Ну наконец то! - она бросилась обниматься – Я уже не знала, что думать! Почему не отвечала?!

- Телефон забрали – вот и пригодилась отмазка.

- Все так плохо? – ее маленькое личико скорчилось от огорчения.

- Ну, я живая, значит все норм – я пожала плечами, не желая плакаться.

- Если честно, то выглядишь не очень – она придирчиво осматривала меня.

- Нормально все – отмахнулась я – Расскажи, как все прошло!

- Классно все! Утром приехал та-а-акой красавчик, привез деньги и договор. Теперь Лешка будет работать в автосервисе, ты знаешь? Родители сначала были в шоке, потом согласились. Но, знаешь, что самое странное? За долгом так никто и не пришел! - она сделала большие глаза – Ты знаешь что-нибудь об этом?

- Что-то знаю, наверное, сейчас им не до этого. Но, я думаю, что они все равно придут.

- Лешка тоже так сказал.

- Он не против работать?

- Вроде даже рад. Я ему рассказала про тебя и Бориса – виновато призналась Маринка – Иначе родители не взяли бы деньги – Но они не знают! И Лешка не скажет никому.

- Ладно – я махнула головой.

- Юль, а кто это был? – она томно смотрела на меня.

- Где?

- Ну, тот, который деньги привез – ну, хоть что-то в жизни стабильно.

- Это друг Бориса. Но тебе он явно староват – я довольно хмыкнула, радуясь, что мы обсуждаем не наркотики и деньги.

- Что ты понимаешь?! – возмутилась Маринка – Он как ангел, который спустился с небес и спас меня! – она восторженно закатила глаза – Такой красивый и неприступный!

- Слышь! – я потрясла ее за руку, возвращая на землю – Это я спустилась и спасла! И мне еще разгребать неизвестно сколько!

- Ты-то само собой! Но он… Кстати, как его зовут?

- Ты не поверишь…

- Скажи! Я хочу знать имя своего кумира!

- Веня…

- Что?!

Я хмыкнула от брезгливого недоумения, которое явно читалось на ее лице.

- Реально?!

- Ага! Вениамин. Но все зовут его Мин.

- Мин? – Маринка покивала головой – Это интригует!

- Куда уж больше? – я покачала головой – Тебя уже и так накрыло.

- Юль – Маринка вдруг стала серьезной – Тебе действительно нужно отрабатывать за помощь мне?

- Я не знаю – моя щека непроизвольно дернулась – Борис в больнице, я надеюсь казнь пока отложена.

- А что с ним случилось? – вот любопытная варвара.

Я многозначительно посмотрела на нее, не отвечая на вопрос. Она сначала не поняла, а потом как поняла, что ее глаза стали больше в два раза, а рот открылся, чтобы забросать меня еще кучей вопросов. К счастью, прозвеневший звонок спас меня от допроса.

Эти простые разговоры и привычное место помогли мне расслабиться. Отработанные ночью темы давали мне ощущение уверенности в своих силах, поэтому уроки проходили спокойно. Ленка вела себя хорошо, так что чем ближе был последний урок, тем меньше мне хотелось отсюда уходить.

- Юль, а пойдем в кафешку – Маринка громко сказала мне в ухо, так в холле была дружно вопящая и совместно одевающаяся толпа – Я угощаю! – она подвигала бровями.

- Я под арестом – мое настроение падало с каждой минутой – Минутой позже явлюсь, считай побег – закончила я кисло.

- Это из-за меня? – ее руки опустились, комкая мягкий шарф.

- Нет – коротко ответила я, не желая думать об этом и тем более объяснять.

- Ладно – Маринка выглядела расстроенной – Тогда я позвоню тебе.

- Ты забыла? Телефон тоже под арестом.

- Тогда на домашний.

- Ну попробуй – не стала я спорить, потому что, если отчим будет дома, вряд ли он даст мне заниматься такой фигней, как разговор по телефону.

Мы вышли на крыльцо. Холодный ветер начал зло щипать мои руки, заставляя спрятать их в карманы. Похоже, нужно попросить маму достать мне перчатки.

- Привет! – на меня упала чья-то тень, лишая редких лучей солнца, которые с трудом пробивались сквозь облака.

Я подняла голову, не веря своим ушам. Фигасе!

Глава 23

Прямо на моем пути стоял Павлик. Я растерянно смотрела на него, не догоняя каким образом он оказался здесь. Вокруг нас образовалось свободное пространство, как от капли средства для посуды, которое разгоняет жир.

Он выглядел здесь неуместно. Руки в карманах, как всегда, широких штанов и короткая куртка нараспашку просто кричали о том, как неимоверно он крут. Блин, за что мне такое «везение»? Народ еще не пережил прошлое явление Бориса.

- Ты здесь откуда? – мои брови нахмурились от недовольства такой подставой, а Пашкины удивленно поползли вверх. Теперь наблюдать за ними было одно удовольствие, потому что они не прятались за волосами. На его макушке красовался завязанный хвостик. Мысленно я заулыбалась. Надеюсь, он носит так не потому что приперся сюда?

- Пойдем пройдемся – не дождавшись приветствия, он кивнул себе за спину.

- Чувак, если ты за одеждой, то я не ношу ее с собой и вообще еще не постирала!

Боковым зрением я заметила, что Маринка уже бьется в экстазе. Блин, кажется я ляпнула лишнее.

- С хрена ли она мне нужна?

- Так твоя любимая вроде…

- Ага, была сто лет назад. Давай пошли уже. Сколько можно тут торчать?! – он вытащил руку из кармана и ухватив меня за локоть потащил вперед.

- Блин, Палыч! Опять свои ручонки распускаешь? – я уперлась пятками, но он, по-моему, даже не заметил.

Я перестала сопротивляться в виду бесполезности, и мы быстро дошли до парковки. Естественно, не на автобусе же он приехал! Так, стоп, а как он на машине приехал? Заглянув в салон, я увидела на водительском сидении Бориса. Да, твою же!

- Блин, Борь! Ты нормальный, а?! – я открыла дверь и возмущенно посмотрела на Бориса – Вчера лежал-помирал! Какого ты тут забыл?!

- Садись давай! Холодно! – он слегка поморщился.

Я обернулась, Маринка стояла рядом с Пашкой. Конечно, разве могла она упустить такую возможность?

В салоне было тепло, а я успела проветриться пока мы сюда шли. Сзади хлопнули две двери.

Борис осторожно повернулся назад.

- Привет! И что тут за цирк? Малая, опять проблемы?

- Здравствуйте! Нет, ну что вы! – Маринка выглядела смущенной, но продолжала говорить – Я хотела сказать вам спасибо! – пожалуйста, только не надо кланяться! Почему она такая неловкая? Щас умру от кринжа!

- Ага, на здоровье! – Борис был мрачным, напугает сейчас ее до чертиков.

- Извините, я пойду – Маринка совсем съежилась от этого неприветливого и небритого лица.

- Пока, позвони мне – я улыбнулась ей, стараясь сгладить неудобство хотя бы чуть-чуть. Ей и так было страшно!

Она кивнула и вышла из машины.

- Юля, я зол! – Борис начал говорить, когда Маринка отошла от машины на несколько шагов.

Придурок, с языка просто снял!

- Да, ты что! С чего бы?

- Какого хрена ты не отвечала? – его голос стал громче – Я звонил сто раз! Думал, что с тобой что случилось! Что сложно было ответить?! – он стукнул по рулю здоровой рукой.

- С чего бы я тебе ответила?! – я тоже повысила голос. Бесит! – С табуретки?!

- Разве ты не забрала вещи из квартиры?!

- Забрала!

Он продолжал сверлить меня взглядом, ожидая объяснений.

- Отчим забрал – хоть и было стыдно - пришлось тихо признаться. Блин, ладно Борис, ну почему свидетелем позора стал еще Пашидзе?!

- Зачем?

- Зачем? – я переспросила задумавшись. Блин, я знаю? – Видимо, в качестве наказания! И вообще, почему ты не в больнице? Что, уже выздоровел?

Присмотревшись, я увидела маленькие бисеринки пота на его лбу. И это явно не от того, что ему жарко!

- Блин, Борь! Ты хотел, чтобы я несла ответственность? Я несу! Какого ты не доволен?

Он зло смотрел на меня, но по факту я была на коне.

- Что за дурь в твоей голове? – он ткнул в мою голову пальцем - Паш, дай пакет! –недовольно повернулся назад и протянул здоровую руку – Возьми! – на колени мне упал белый пластиковый пакет.

- Что это? – автоматически спросила, а руки уже залезли посмотреть. В пакете была коробка с изображением экрана. Телефон?

- И что мне с этим делать? – я посмотрела на Бориса.

Он тяжело вздохнул.

- Ну давай, я тебя еще и этому буду учить! Вот, открываешь, берешь! Вот здесь нажимаешь, включаешь! – он говорил, наклоняясь ко мне и используя две руки показывал, что делать. А я вблизи еще больше рассмотрела, что ему было совсем не хорошо.

- Дай сюда! – отобрав у него и коробку и телефон, я хотела еще и ему наподдать! Придурок! Пашке нельзя за руль, как теперь доберутся?! – Странно, что ты еще вчера не приперся в таком случае!

- Он хотел! – прозвучало с заднего сиденья – Ему Макс не дал!

- А ты здесь зачем, бесполезный? – почему Пита нет?

- Я не бесполезный! Я тебе телефон купил вообще то!

- Короче, Юлёк! Я звоню – ты отвечаешь!

- Если ты хочешь лишиться и этого – я показала на коробку – Без проблем!

- И что ты предлагаешь? – показалось или я услышала скрежет зубов.

- Я сама тебе позвоню, когда будет возможность.

- А, если мне нужно будет позвонить?!

- Зачем?! Иди к Максу, падай в ножки и просись обратно лечиться! – я не выдержала, достала бумажный платок из рюкзака и вытерла ему лоб – Почему ты не попросил Пита или кого другого, у кого есть права? А взял этого бесправного!

- Вообще-то, все ему отказали! – сдал болезного Павля.

- А ты почему не отказал? – я возмущенно повернулась к ябеднику.

- А ему братан сказал тебе в ножки падать и благодарить – хохотнул Борька.

- С чего бы это?

- Ему разрешили пойти на гонки, которые он так долго ждал. Мин сказал, только благодаря тебе. Так что он твой должник.

- Я ни причем! – не надо мне этих собак дворовых!

- Ладно, поехали, подвезем тебя – Борис пристегнул ремень.

- Борик, ты… - хотела сказать тупой, но он же все-таки болезный и приехал, потому что беспокоился – Нормальный? Я под наблюдением! Если кто-то увидит, что ты меня привез, то будет атомный взрыв, после которого не факт, что я выживу!

- Ладно! – недовольно смирился Борька – Позвони, как будешь дома!

Я покачала головой. Пипец, ты странный! Делать тебе совсем нечего?

- Пока! Паш, сядь вперед – попросила я и плотно прикрыла за собой дверь – Паш, какого ты повелся? Ты не видишь, как ему хреново? – я подождала, пока Павлик обойдет машину и высказала ему претензию.

- Если бы не я, то он бы приехал один и было бы еще хуже!

- Капец! Ну надо было Максу стукануть, пусть бы ему успокоительного вколол! Ладно, смотри за ним. И езжайте прямо в больницу! – как будто меня кто-то будет слушать! Зараза!

Пашка запрыгнул на сидение, а я пошла домой. Ну как пошла, побежала, потому что потеряла столько времени здесь.

Отдышавшись перед подъездом, я спокойно поднялась на свой этаж.

- Явилась! – словно ведро помоев на голову вылили. Блин, ну почему он дома?! Сегодня же рабочий день. Гадство! Я хочу в школу! Хочу учиться с утра до ночи! – Где была?

- В школе – я тяжело вздохнула.

- Вздыхает она! Я тебе что вчера сказал? Из школы домой! А это что? – он ткнул мне в лицо экран, где было видно, как я сажусь в Борькину машину.

Да что ж такое?! Откуда эта хрень у него?! Сам следил? Почему тогда не подошел? Не устроил скандал?

- Кто из тебя вырастет?! – он брызгал слюной над моей головой, пока я снимала кроссовки - Гены поперли наружу? В мамашку свою пошла?

Как же гадко! Впервые в жизни мне хотелось завизжать, заорать на этого недочеловека. Вцепиться в его поганую рожу ногтями и бить, царапать со всей силы, пока он не захлебнется от крови и перестанет изрыгать из себя все эти нечистоты. Гнев поглотил все мое существо, клокотал в груди, поднялся к горлу… И застрял там. Я так и не посмела сказать даже слова, чтобы защитить себя и маму. Ну, почему я такая?!

- В свою комнату! Марш! - я очнулась от этих слов и побежала мимо мамы, которая стояла в испуге прижав руки к груди и молчала, как и я. Все, чем я выразила протест - это громкий топот моих ног, который никто не заметил.

Захлопнув дверь, я услышала еще одну угрозу в свой адрес и со злостью пнула рюкзак. Ааааа! Бросившись на кровать, я заорала в подушку, не в силах удержать все то, что переполняло меня. Я кричала, пока не поняла, что еще чуть-чуть и моя голова лопнет от напряжения. Перестав орать, я продолжала бить кулаками мягкую подушку, пока полностью не выдохлась.

Устав от этого перфоманса, я повернулась на спину и уставилась в потолок. Гнев уступил место жалости и слезы потекли по лицу, давая мне возможность дышать.

Мне хотелось бежать отсюда со всех ног. Чтобы быть как можно дальше от этого человека, который, как свинец отравлял меня, взращивая агрессивное желание крушить и убивать.

- Юля! – мама ахнула, заглянув в комнату и воровато прикрывая за собой дверь – Быстро приведи себя в порядок! Не зли его еще больше!

Она подняла мое безвольное тело в сидячее положение.

- Юля! – я слышала в ее голосе страх, но ничего не могла сделать. Мне стало все равно. Я ничего не чувствовала. Все плохое никуда не делось, оно по-прежнему давило на меня, но я как будто смотрела со стороны, как мама трясет меня. Какое у нее испуганное лицо. И слезы начинают бежать по ее щекам.

Ей стало все равно, что нас услышат. Ее голос взлетел до потолка. Не хочу на это смотреть! Я закрыла глаза. Так гораздо лучше.

Я слышала голоса, но не понимала смысла. Где-то на периферии сознания подумалось, что это круто. Но где-то очень далеко. А потом стало больно… Боль проникала через вату, которая обволокла сознание, разрывая ее, заставляя меня снова чувствовать. Снова бояться. Снова хотеть убивать.

Я не хочу! Не хочу! Здесь лучше! Моя паника и нежелание разогнали остатки спасительной ваты, и я снова ощутила всю тяжесть пресса, который давил на меня. Мама хлестала меня по щекам, стараясь вернуть в сознание. Поток холодной воды, попал мне в нос и рот, не давая дышать и вызывая боль и жжение в носу. Я вскочила так быстро как могла и закашляла.

– Юля! О, господи! – выдохнула мама и без сил опустилась возле кровати.

- Что ты устроила? – в комнату ворвался голос отчима и я дернулась от испуга.

- Виталя, уйди отсюда! Выйди, я сказала! – мама встала с пола и повысила голос. На моей памяти это было в первый раз.

- Ты ей что веришь?! – мама закрыла дверь перед его носом.

- Юля, посмотри на меня! – она убрала мокрые волосы с моего лица – Как ты себя чувствуешь?

Как последний отстой я себя чувствую!

- Я тогда вызову скорую, пусть посмотрят - не дождавшись моего ответа, мама хотела уйти.

- Не надо! – я схватила ее за руку.

- Тогда поедем сами!

- Зачем? Чем они мне помогут? – если только вылечат этого придурка!

- Ладно, не хочешь сейчас, я запишу тебя на прием!

- Я не пойду!

- Пойдешь! – мама редко повышала голос, но за последние десять минут постоянно. Похоже, она тоже вышла из берегов.

Я сердито смотрела на нее исподлобья, но она была непреклонна.

Идея показывать чужим людям эту сторону себя, пугала до чертиков. Я не псих! А, если узнают в школе, то я туда вообще больше не пойду!

- Хорошо! – мой голос догнал маму на выходе из комнаты – Но я пойду только к Максу!

- Максу? – мама отпустила ручку двери и вернулась ко мне – Кто это?

- Доктор, который лечил мои руки, помнишь?

- Юля, он вообще то хирург – мама недовольно скривилась от одного только упоминания.

Ничего не знаю!

- Он сказал, что у них есть все специалисты. Его визитка в верхнем ящике – я указала рукой на стол.

- Юля – мама присела на стул – Почему именно туда? Эти люди мне не нравятся!

- Ладно, я же говорю, что не нужно идти.

- Хорошо! Пойдем туда! – мама так резко выдвинула ящик стола, что там все смешалось в кучу.

А я так и не выбросила ту визитку. Почему-то.

Откопав в груде вещей нужную бумажку, мама уставилась на нее как на ядовитую змею.

- И что я ему скажу? – услышала я ее тихий голос.

- Если хочешь, я могу сама позвонить – не скажу, что жажду, но…

- Нет уж! – мама забрала визитку и вышла из комнаты.

Что за жизнь! Форма мокрая, волосы мокрые, а выходить из комнаты дико страшно. Страшно, что меня опять скрючит, если я услышу этот голос. Кажется, я не могу это контролировать, что пугает еще больше. Я больше не могу просто подождать пока он перестанет. Такой злости я еще не испытывала.

Переодевшись, я повесила форму сушиться в комнате. А если мне в туалет приспичит? Блин, что значит если?! Когда мне приспичит!