Ты уйдёшь, когда выпадет снег

– Я должен был заступиться, просто не ожидал такого от препода, – оправдывался он.

– Да ты-то тут причем? Я что, и правда на него так уставилась? – Я глянула на Тёмку.

– Не знаю, я не видел, ты же стояла спиной, – пожал он плечами.

– Мы на месте.

Наша группа остановилась около огромного вырытого котлована за лесом. Горы песка и ничего интересного. Что вообще здесь можно найти?

– Когда-то здесь было небольшое имение, в подвалах которого хранили всё, что только можно, вплоть до закопанных трупов, – говоря последнюю фразу, наставник многозначительно посмотрел на меня. Чего он ожидал? Что я развернусь и убегу с криками?! Не на тех напали! Или же он имел ввиду, что ещё одно опоздание и я труп?!Хм…

– Ребята будут копать, девчонки могут взять совочки и поковыряться вон там, Алексей ткнул в кучу песка. – Вы уж извините, формочек не нашел, поэтому справляйтесь подручными средствами. – Он засмеялся.

– Это уже не смешно! – сказала Лиза.

– Ты права, это не смешно, – наставник резко изменил тон своего голоса.

Разъяснив нам наше задание, Алексей спустился в самую глубь котлована и начал копать. Солнце палило так сильно, что пот сразу же выступил на его майке, которую он тут же, сорвав с себя, отбросил в сторону.

Мы с ребятами возились на поверхности и чувствовали себя немного глупо.

Рельефные мышцы наставника постоянно заставляли мой взор опускаться именно туда. Как я заметила, Лиза вообще не сводила с него глаз.

– Что тут может нравиться? Самовлюбленный хам!

– Да, с тобой он что-то жестко обошелся, – сочувственно произнесла девушка. – Хотя знаешь, встречаются экземплярчики и похуже, да?

– Ты о чем?

– Прикидываются защитниками, не дают покоя ни днем, ни ночью, заставляют о них думать, а сами в это время развлекаются с другими.

У меня ком в горле встал от этих слов.

– Что ты несешь?

– Он приходит ко мне каждую ночь, потому что я могу дать ему то, что ему от тебя не нужно. – Лиза закатила глаза и сделала слащавое выражение лица. Я даже имя его знаю, в отличие от некоторых.

И тут я не выдержала.

Звонкая пощечина заставила всех посмотреть на нас.

Не знаю, что Лиза увидела в моих глазах, но она попятилась. И пятилась она к краю котлована.

– Что происходит? – закричал, резко появившийся, наставник.

«Успокойся!» – услышала я в голове уже знакомый голос.

«Спи!»

Глава 10

Очнулась я уже… «где я?»

Как только я открыла глаза, мне сразу ослепили сначала один глаз, затем другой

– Всё в порядке?

– Да, обычный солнечный удар, но лучше денёк всё же отлежаться и без головного убора на солнце не появляться.

– Хорошо, спасибо. Можно отвести её в номер?

– Да, пожалуй, можно.

Меня сграбастали сильные руки и понесли в неизвестном направлении.

Я попыталась вырваться, чтобы пойти самой, но держали так крепко, что мне не хватило сил чисто физически это сделать.

– Тебе нельзя вставать несколько часов, а то опять сознание можешь потерять.

Зрение вернулось. Мой наставник нёс меня куда-то. Я не особо понимала, что

происходит.

И тут моё сознание выдало ряд интересных картинок из памяти, как парень с тёмными волосами до плеч в чёрной рубашке, с расползающимся по ней мокрым пятном от шампанского удивленно смотрит мне вслед.

Я посмотрела ему в глаза. Он это заметил.

– Ты опять начинаешь? – Я уже отворачивалась, когда он улыбнулся.

Тёмка ждал нас в моем номере.

– Надеюсь, ты не против, чтобы твой друг побыл рядом какое-то время? Поправляйся. – Алексей положил меня на кровать и вышел из номера.

– Я поговорил с Палычем. Он не знает никакого Макса, да и вообще у него даже племянника нет.

В принципе я этого и ожидала!

– Тебе лучше поспать, набраться сил, – сказал Темка.

– Да, я что-то устала.

Сон поглотил меня, как морская пучина глотает тонущие корабли, показывая все прелести подводного царства, в моем случае – одинокую черную фигуру, склонившуюся над телом молодой девушки, по всей видимости – мертвой девушки.

****

Проснулась я в холодном поту уже посреди ночи. Тёмки уже не было.

Я включила торшер на прикроватной тумбочке. После кошмара, приснившегося за минуту до пробуждения, мне стало немного не по себе. Давящая тишина нагнетала пугающие мысли. И тут я вспомнила о Нём. А именно о том, что рассказала мне Лиза перед происшествием с солнечным ударом.

«Что она увидела в моих глазах? Правда ли Он приходит к ней по ночам?»

Я не могла до утра откладывать эти два волнующих меня вопроса.

Оглядев себя в зеркало, я заделала волосы в хвост и выскользнула в коридор. Одеваться мне не пришлось, благо никто не удосужился переодеть мою покалеченную персону, прежде, чем уложить в постель.

«Хм».

Правда сказать, я не знала, в каком номере живет Лиза и как её найти тоже мало себе представляла. Не будить же мне всё крыло, чтобы узнать ответы на дурацкие, но в то же время очень волнующие меня вопросы.

Скорее даже только из-за ответа на один из них, я поперлась ночью к девчонке, которая меня ненавидит.

Я шла по коридору, прислушиваясь у каждой двери. Но везде была тишина. Когда я уже потеряла надежду найти именно ту дверь, и уже было пошла в обратном направлении, за моей спиной что-то стукнуло. Я застыла. Обернувшись, я снова ничего не увидела. Через некоторое время стук повторился из номера 44. Я подошла к двери вплотную и приложила левое ухо. Ничего подозрительного или необычного я не услышала. Хотя подождите…

«О господи!»

– Прекрати, мне больно! – жалобно произнес женский голос, в котором я узнала Лизу.

Мне было нужно узнать кто Он, даже не просто нужно, а необходимо.

Я отошла не в силах, что-либо предпринять. Стучать в дверь и кричать было бы слишком глупо. Я просто стояла и слушала, вперившись взглядом в дверь, не моргая некоторое время. Глаза защипало и, неожиданно, дверь перестала быть преградой, она стала мутнеть, мутнеть и совсем растворилась. Мне открылся вид в плохо освещенную комнату. Так же был включен торшер у кровати, а на ней были двое: парень с черными, как смоль длинными волосами и девушка с короткой светлой стрижкой. Они сидели. Молодой человек держал лицо девушки в своих руках и пристально смотрел в её глаза. Девушка морщилась и кривилась как от боли, а её глаза были безжизненными и мокрыми. Мой взгляд, привлекла кожаная куртка, висящая на спинке стула. Та самая куртка, в которой Он приходил ко мне.

«Лиза не врала!»

Слезы выступили на моих глазах, когда спина парня напряглась и он, почувствовав что- то, обернулся. Наши взгляды встретились. Я была уверена, что он меня видит так же, как и я его.

«Пошла вон!»

Этого я уже не смогла выдержать и бросилась бежать по коридору.

Не знаю что произошло в тот момент, но мне хотелось броситься за ней, догнать, доказать свою невиновность…

«Да что со мной происходит, чёрт подери?!» – злился сам на себя, застигнутый врасплох демон.

«Почему я должен перед ней оправдываться?» – тут же убеждал он себя в обратном.

«Я ничего не сделал, просто покопался в памяти этой глупой девчонки, чтобы как можно больше узнать о Ней», – грустно подумал он, оттолкнув Лизу, потерявшую уже к тому времени сознание и вышел в коридор.

Не знаю, как я оказалась на улице, но возвращаться в номер мне совсем не хотелось.

Идя вдоль живой изгороди по парку, я вспомнила Его слова о том, что во мне Его кровь, и я принадлежу Ему. И тут решение пришло само собой.

«Я должна вывести его кровь из своего организма! Но как?»

Вернувшись в номер, я нашла свой сотовый. Мне нужен был Тёмка, но идти в то крыло я больше не собиралась.

На часах уже было: 5:21.

Я прекрасно понимала, что Тёмка спит и, будить друга такую рань мне было очень неудобно, но никто кроме него не мог помочь мне в данной ситуации. Гудков через шесть, я всё же услышала сонное и недовольное: «Алло».

– Тём, приходи ко мне срочно!

– Ты с ума сошла?! На часы хоть смотрела?!

– Пожалуйста, мне не дожить до утра!

– Чего? Иду! Не делай глупостей! – Тёмка дал отбой.

Я понимала, что друг не даст мне резать вены только потому, что в моем теле течет чужая кровь. Но выносить то, что в моем теле течет кровь какого-то монстра, я не могла сама. Если бы я была на месте Тёмки, тоже бы не особо верила. Пришлось действовать по-быстрому.

Схватив небольшой перочинный нож, который я периодически использую в своей практике, я побежала в ванную, перед этим отперев входную дверь, – мне совершенно не хотелось заляпать кровью весь номер.

Присев на краешек ванны, я медлила. Но времени оставалось не так много.

«Не смей!» – приказал чужой голос в моей голове.

«Отвали!» – грубо ответила я.

Вытянув левую руку немного вперед ладонью кверху, я сжала изо всех сил кулак и резанула по запястью. Кровь полилась ручьями. Я опустила руку ниже в ванну, чтобы не испачкаться.

От увиденного зрелища мне поплохело, пришлось включить воду, чтобы она тут же смывала кровь и отвернуться. Было совсем не больно, только немного тянущее чувство в области пореза и тепло, разливающееся по руке.

– Сааааш! – окликнули из комнаты буквально через минуту.

– Тём, я в ванне.

Дверь распахнулась и Тёмка чуть в обморок не упал от увиденного.

– Тихо! Так надо.

Я объяснила другу в двух словах свою затею.

– Ты понимаешь, что если ты потеряешь хотя бы два литра, то тебя потом могут не откачать. Дура!

Тёмка бросился из ванны.

Через минуту он прибежал обратно. Схватил полотенце с вешалки и затянул его удавкой на моей руке чуть выше пореза. Затем взял окровавленную руку и подставил под струю воды.

Неожиданно в комнате послышался какой-то грохот и Тёмка вышел, потребовав от меня не усугублять ситуацию, и держать руку, как он показал.

– Кто ты? Зачем пришел сюда? – спросил друг кого-то, но ответа не последовало.

– Тём! – окликнула я.

– Оставь её! Я сам помогу ей. Не смей к ней приближаться, если хочешь, чтобы с ней всё было в порядке! – закричал друг.

Я знала, что это был Он, но войти он так и не решился. А когда спустя три минуты Тёмка вернулся, я облегченно вздохнула.

Через десять минут мы уже ехали в машине скорой помощи вместе с Палычем. Он ничего не спрашивал, только косо смотрел в мою сторону.

В больнице мне сделали переливание. Сказали, что я потеряла много крови и всё такое. Я ничего не чувствовала. Было не больно и не страшно. Было всё равно!

Мне было велено остаться в стационаре еще на пару дней.

Палыч ждал в коридоре, когда Тёмка сидел около моей кушетки и с состраданием смотрел на мою изувеченную руку.

– А обо что я порезалась?

Тёмка вопросительно посмотрел.

– Палыч спрашивал меня, обо что я порезалась, но я почему-то не помню. Я что, опять сознание потеряла?

– Скажи Палычу, что порезалась о край ванны.

– А серьезно?

– Ты не помнишь, как резала себе вены в ванне?

Теперь я уже ничего не понимала.

– Я резала себе вены?!

Тёмка был озадачен. Он что-то бормотал себе под нос: «получилось…»

– Что получилось, Тём?

– Скажи, что с тобой произошло необычного за последнее время?

– Нуу…, – я серьезно задумалась. Меня оскорбил Багров, а еще… солнечный удар. – Я пыталась ещё что-то вспомнить, что-то, что вертелось в голове, но каждый раз, когда я пыталась это уловить, оно бесследно ускальзывало из моей памяти.

– Теперь всё будет хорошо. Завтра я приеду снова. Сейчас тебе нужно отдыхать.

Тёмка наклонился и коснулся своими губами моей щеки.

– Пока, – я улыбнулась и закрыла глаза.

****

На следующий день, как и обещал, приехал Тёмка, но не один, а почти со всеми ребятами. Палыч тоже был тут.

Когда все вышли из моей палаты, остался один Тёмка.

– Как занятие? – поинтересовалась я.

– Его не было. Багров куда-то уехал по делам.

Я удивилась, что такой заядлый трудяга, как Багров, которому работа важнее всего и вся, может пропустить занятие.

– А ты как? Завтра, говорят, выпишут уже. Палыч на такси подъедет, заберет. Вечером к тебе зайду.

Мы еще немного поболтали, когда в палату заглянул лысый и сказал, что автобус уже отправляется.

Тёмка ушел, оставив меня снова в одиночестве.

Я лежала и думала о том, из-за чего же я пыталась покончить с собой, но так ничего вспомнить и не смогла.

«Лиза?! Её не было с ребятами. Наверно обиделась на меня из-за Тёмки. Надо будет как-нибудь поговорить с ней».

В дверь постучали.

– Войдите, – я села поудобнее в кровати.

Это была медсестра.

– Витаминки, – она улыбнулась и достала маленький шприц.

Я покорно подставила руку.

– Спасибо, – я тоже ей улыбнулась. Это была девушка лет двадцати- двадцати пяти, светловолосая с большими карими глазами.

– К вам столько гостей сегодня приходило, и утром, и вот сейчас.

– Да. Утром? – я точно помнила, что с утра ко мне никто кроме неё самой не приходил.

– Ну да, мужчина, – ответила медсестра.

– Какой мужчина?

– Ну я даже не смогу описать, – задумалась она. – Высокий такой, спортивный.

– Хм… – я не знала, кто бы это мог быть, даже не было ни единого предположения.

– А, у него глаза очень красивые, запоминающиеся, зеленые.

«Багров? Что ему здесь было нужно?»

– А во сколько это было?

– Ну, часов в девять, я точно не помню. Очень интересовался, что произошло и как вы себя чувствуете. Я хотела его в палату проводить, но он отказался. – Медсестра развела руками, показывая своим жестом, что ничего не смогла сделать.

– Ясно. Спасибо еще раз. Мне намного легче.

– А чего вы вдруг решили с жизнью покончить? Такая молодая и красивая. В России за такое могут и в психушку упрятать. Вам повезло, что в данное время находитесь на территории другой страны. После витаминов нужно отдохнуть. Я пойду. Поправляйтесь.

Дверь за медсестрой закрылась. Я снова осталась наедине со своими мыслями.

«Зачем наставник приходил в больницу во время работы?»

– Блиин, мама!

Я нашарила в кармане висящей на спинке стула ветровки телефон.

«23 пропущенных!»

И все от мамы.

Набрала вызов. Буквально после первого же гудка мама взволновано закричала в трубку:

– Саша! Что случилось? Я столько раз звонила!

– Всё хорошо, мам. Телефон просто был на «беззвучном» и разрядился.

– Я уже лететь к тебе собралась! – было заметно, что мама значительно успокоилась, так как начала рассказывать всё подряд: о работе, домашнем любимце – коте Стёпке, и обо всём, что можно было вообще рассказать, вплоть до того, что в фильме, который мама смотрела два дня назад, у главной героини погиб муж. И она весь фильм была увлечена поисками нового счастья.

Я уже не слушала, а думала о своем.

«Не надо было всё-таки поддаваться на Тёмкины уговоры! Сейчас бы с мамой в Грецию уже собиралась лететь, а не вот это всё!» – грустно подумала я.

– Ну ладно, Саш, я побежала. А то у Степы корм закончился, а он ходит за мной – есть просит. Целую, звони.

– Хорошо. Пока, мам.

Глава 11

На следующее утро, как и говорил Тёмка, за мной приехал Палыч на такси. На прощание мне, исключительно по доброте душевной, медсестра вколола еще пару кубиков витаминов – «для профилактики» и проводила нас до выхода.

Вернувшись в свой номер, я первым делом приняла душ. После того, как я вылезла из ванной, я заметила кровавые дорожки на краю самой ванны. Схватив губку, я стерла кровь и, как следует, вымыла губку и руки.

Немного отдохнув, я решила сходить подкрепиться. Завтрак уже давно закончился, а обед еще не начался, но что делать, если организм требует. Взяв немного денег, я отправилась в буфет. Ничего нормального из еды в буфете не оказалось, кроме булок и пирожных. Пришлось довольствоваться тем, что было. Взяв два слоеных пирожка с лимоном и чай, я села за крайний столик у окна.

Когда я съела один пирог и, уже было, приступила к следующему, напротив меня сел мужчина лет 27– 30-ти и стал смотреть на то, как я ем.

Я недоуменно уставилась на него.

– Что? Никогда не видели, как девушка ест?

Он не ответил.

– Простите, что вам нужно? – мне уже было не смешно, особенно учитывая события, произошедшие со мной за последнее время.

– Еле нашел!

Я сразу уставилась мужчине в глаза.

«Карие».

А то было, уже подумала, что это он приходил в больницу, а не Багров.

– Что вы имеете ввиду?

– Третий день тебя ищу.

– Зачем?

– Думаю, ты догадываешься, – он прищурил глаза и посмотрел так, что я чуть не подавилась. – Где Дик?

Теперь я вообще ничего не понимала.

– Кто? Я не знаю такого, вы меня с кем-то путаете.

– Не думаю. Значит, он тебе и имя свое не сказал. Хм… – мужчина озадачился, но не надолго. – Идем.

– Я с вами никуда не пойду!

– А тебе и не придется.

Мужчина наклонился и стал пристально смотреть мне в глаза. Сначала ничего не происходило, но потом его зрачки сильно сузились, потом напротив начали расширяться, расширяться, а когда чернота вышла за границы самих зрачков, тело перестало меня слушаться, а затем наступила темнота.

****

Когда я открыла глаза, то обнаружила, что лежу на грязном каменном полу в маленькой камере с решетками со всех сторон в каком-то подвале. Осмотревшись, я обнаружила, что не одна. В соседней камере лежала Лиза. Девушка сжалась на полу комочком и

плакала.

– Лиза… Лиза!

Девушка подняла голову. Увидев меня, она успокоилась и привстала.

– Кто они? Что происходит? – Я вообще ничего не понимала и надеялась, что хоть кто-то мне сможет всё объяснить.

– Они ищут Дика. И они его найдут, потому что он придет сюда за мной! – Лиза закрыла глаза и заулыбалась.

Мне стало не по себе от этого зрелища. Кажется, девушка сошла с ума.

Ты давно здесь?

– Дня три наверно, – пожала она плечами. – А он всё не идет и не идет… Я так скучаю, а его нет.

– Три дня?! Но тебя никто не ищет! Почему? – я очень удивилась.

Вот где она была, когда все приходили ко мне в больницу. Бедная девочка была здесь и постепенно сходила с ума.

– А если он не придет? Мы умрем?

Неожиданно Лиза разозлилась и, бросившись на решетку, начала трясти её и кричать:

– Он придет! Он придет за мной! Дииик!

– А ну ка заткнись! – Неизвестно откуда появился всё тот же мужчина, который меня похитил и подошел к Лизиной камере.

– Не надо, я больше не буду, пожалуйста, я обещаю, – девушка снова заплакала, опустившись на колени.

– Я же тебя предупреждал!

Мужчина сверлил глазами, сидящую на полу Лизу, отчего та стала кричать и клонить голову к полу.

– Прекрати!

Это переходило все границы. Я уже решила отмести все формальности и называть на «Вы» такого урода мне просто не хватило самообладания.

– Не трогай её! Она не знает где тот, кого ты ищешь!

– Да? Может, ты знаешь? – И он уставился своим испепеляющим взглядом на меня.

Боль оглушила меня и сделала более уязвимой. Я так же, как и Лиза, осела на пол и не могла прекратить то, что происходило внутри моей черепной коробки. Но боль прекратилась так же быстро, как и началась.

– Так, не понял… что за обрывки? У этой, – он кивнул на Лизу, – и то больше информации в башке.

Я посмотрела на своего обидчика.

– Я же говорила, что вы ошиблись.

– Я никогда не ошибаюсь!

Он больше не делал мне больно, просто недоверчиво посмотрел и ушел.

Не знаю, сколько времени я лежала в полной тишине, даже уснула пару раз. Мне казалось, что я уже никогда не увижу своих друзей и близких. Я была просто уверена, что это конец. Когда снова появился хозяин местных владений, или арендатор, я как-то в подробности не вдавалась, то снова остановился около моей камеры.

– Я не понимаю…

Я уже даже говорить не могла. Во рту всё пересохло. Даже дышать было нечем. В камере пахло только сыростью и гнилью, и что-то мне подсказывало, что это не старые

доски.

– Он же тебя не найдет теперь. Хотя для него же и лучше. – Мне показалось, похититель меня уже жалеет.

Я смотрела на мужчину, у которого неизвестно что было на уме, и не знала, бояться его или нет.

– Убей меня, – прошептала я.

Мужчина с интересом посмотрел в мое лицо.

– Зачем? Ты сама умрешь, дня через два… возможно он всё же учует. Зря что ли Максимус пожертвовал собой, пытаясь сделать его уязвимым.

«Кола?!»

Я потеряла сознание. Мозг переставал работать в любые мгновения, как автоматическая, перезагрузка. Это стало невыносимо. Мне было уже всё равно. Но во сне теперь намного лучше, чем наяву.

****

Когда я снова открыла глаза, то услышала отдаленные звуки. Какой-то грохот.

– Долго же ты шел, Дик! Я уже заждался.

Совсем близко послышалось дикое рычание.

– Что тебе от меня нужно, Азазель?

– Ты должен мне оказать услугу, – старый должок, не забыл?!

– Ах да, как я мог забыть…

Снова рычание, какой-то шум, звук ломающихся досок и тишина…

– Диик! Диик! – закричала Лиза.

Неподалеку от наших клеток из темноты появился молодой человек, Черные как смоль волосы, кожаная куртка, он походил на байкера или на скинхеда, я не слишком разбираюсь в данных субкультурах.

Его руки были испачканы кровью. Он приближался к нашим камерам, а Лиза всё висела на решетке и всё что-то кричала ему, кричала.

– Ты пришел! Ты пришел за мной.

Тогда он остановился и просто посмотрел ей в глаза, которые тут же превратились в черные угли, и Лиза упала без каких-либо признаков жизни.

Мои глаза расширились от ужаса. Кричать уже просто не было сил. Молодой человек обратил внимание на меня. Теперь точно все надежды и шансы на спасение приблизились к нулю.

Я лежала не в силах пошевелиться, когда дверь моей камеры слетела с петель, а он всё приближался и приближался.

Я зажмури