Изольда, Изогния, Изэира

Уже у калитки они услышали, как дверь в их домике сломали и в дом ворвалось войско короля.

— Обыскать всё, найти и привести ко мне, — выкрикнул их предводитель.

Но в доме было пусто, как и в саду около него. Изольда и Изэира летели со всех ног по полю, подальше от войска короля. Благо, что никто из солдат девушек не заметил, а потому погоня за ними организована не была.

Ведь по правилам кампании каждый колдун, обнаруженный в жилище, должен был быть обыскан на предмет нахождения в доме королевы или вещей, которые могли бы указывать на её пребывание в данном месте. Далее маг должен был быть с пристрастием допрошен — всё на ту же тему. Потом все его колдовские вещи должны были быть уничтожены вместе с домом, чтобы не было соблазна вернуться. А самому магу зачитывался приказ короля и ставилось клеймо раскалённым железом на ладони. Потом войско короля при нахождении колдуна первым делом смотрело, нет ли у него на ладони клейма, и если они его находили, то это значило, что субъект ослушался приказа короля, не покинул королевство и должен быть уничтожен. Если же мага не обнаруживали в жилище, то часть воинов оставалась в колдовском жилище с целью дождаться возвращения мага и завершить начатое. Если колдун не появлялся в доме полгода, то жилище сжигали. А на пепелище оставляли специально разработанный ядовитый порошок, который отравлял почву под сгоревшим домом, так что место на долгие годы становилось непригодным для жилья.

Когда девушки оказались у входа в грот, они наконец все воссоединились. Изольда от пережитого стресса заливалась слезами, разрывая этим зрелищем души старших сестёр.

— Тише, девочка моя, — Изогния протянула свою руку к младшей. — На, возьми меня покрепче, тебе станет лучше. И ты, Изэира, давай руку сюда, а вторую дай Изольде, — девушки взялись друг за друга, образовав неразрывный круг. — Мы сильные, — продолжила Изогния. — Наша сила — в нашем единстве. Сейчас нам страшно, нас выгнали из дома, но пока мы вместе, нас невозможно сломить. Мы уйдём отсюда на время. Мы отправимся на юг, через Жуть ‑ гору, в другое королевство. Именно оно поможет нам вернуться домой. Будьте храбрыми — и у нас всё получится. А теперь давайте простимся на время с нашим ущельем.

Держась за руки, девушки последний раз переглянулись между собой. Затем каждая закрыла глаза и опустила голову, прощаясь таким образом с родным местом.

***

НАСТОЯЩИЕ ДНИ

Утром в комнату сестёр постучала прислуга и сообщила, что девушек через час ожидают король и принц за завтраком. Затем им были переданы все принадлежности для ухода за собой и щедрый подарок от принца — в виде новых платьев, с посланием, что, возможно, дамы найдут эти туалеты интересными, если вдруг понадобится альтернатива их нарядам.

Платья, переданные от Александра, были похожи на всё убранство дворца — мрачные, грустные, но по виду тёплые. Поэтому, чтобы не обидеть его величество, Изэира примерила одно.

— Да, идёт тебе. Как будто ты подпитываешься магией земляной грязи, судя по цвету платья, — рассмеялась Изольда, смотря на сестру.

— Зато я выгляжу тепло и перестану мозолить всем глаза платьем из шёлка, которое явно для местного климата неподходящее, — обиделась средняя сестра на младшую.

Затем девушки привели себя в порядок и отправились на завтрак с королём и принцем. С самого утра Изогния и Изэира чувствовали себя неважно, их одолевала слабость, но они пытались не подавать вида, чтобы не пугать Изольду и не вызывать подозрений у принца. Младшая же сестра, хоть и испытывала небольшое недомогание, была слишком заинтересована всем вокруг, поэтому особо на своё состояние внимания не обращала.

Зайдя в залу, где обычно завтракала королевская семья, девушки обнаружили, что старый властитель и принц уже на месте. Дождавшись девушек, они все вместе сели за стол и приступили к трапезе. Королевский стол был без излишеств, но и не обделён чем‑либо.

За завтраком принц вёл беседу, рассказывая девушкам об обычаях их королевства, о городе, в котором находился королевский замок, и о праздниках, которые раньше часто проходили. Затем принц погрустнел и добавил, что уже давно они ничего не празднуют — с момента, как его матери больше нет с ними, — и что он скучает по прежним временам.

Король всё это время увлечённо расправлялся уже с третьим по счёту яйцом всмятку, и казалось, что разговоры сына его не особенно интересуют.

Изольда же так прониклась всеми рассказами принца, что невольно задала наивный вопрос:

— Александр, значит, раньше по приезду всех гостей замка устраивались балы и был салют? — Глаза её горели от восторга.

— Да, именно так, не было более радушного приёма гостей, чем в нашем королевстве. Ведь не зря про наши земли ходят легенды, что в таких холодных краях могут жить только люди с горячими сердцами, — на лице принца снова появилась улыбка.

— Но мы же ваши гости, может быть, вам сделать для нас маленькое исключение? — не унималась Изольда. Она позабыла обо всём на свете: жажда новых впечатлений, которую она так давно испытывала, находясь в изоляции в ущелье, совершенно задурманила ей голову.

— Конечно, — осёкся Александр. — Я был бы рад показать вам истинное радушие этих мест, но, прошу прощения, сейчас это невозможно. — И принц мельком посмотрел на короля, который по‑прежнему занимался только яйцами, не участвуя в разговоре.

— Я думаю, что нам нужно узнать у вашего величества! — перехватив взгляд Александра, предложила Изольда; глаза её при этом загорелись ещё больше. — Ваше величество, — не откладывая в долгий ящик, обратилась она к королю, — я узнала, что у вас в краях, если в замке появлялся гость, то в честь него устраивали бал и салют. Мне очень хочется этого! Позвольте свершиться этому?

Старшие сёстры оторопели от происходящего. Они изумлённо переглянулись между собой, осуждая действия младшей сестры. Король же наконец отвлёкся от завтрака и посмотрел на Изольду.

— Позволяю, — после небольшой паузы, смотря прямо в глаза девушке, произнёс властитель. — Александр, дай все необходимые распоряжения для подготовки. Бал состоится послезавтра, салют будет сегодня вечером. А теперь всем желаю ещё раз доброго утра, я возвращаюсь к своим королевским делам. — Он встал из‑за стола, а остальные поднялись, уважительно провожая короля. После того как он удалился из залы, все сели.

Александр ошеломлённо смотрел вслед отцу.

— Не верю своим ушам, — в глазах принца читалось смятение. — После стольких лет! Вы точно действуете на него волшебным образом, — повернувшись к Изольде, улыбнулся принц.

В этот момент старшая сестра громко раскашлялась. На помощь ей подоспела Изэира, поддержав родственницу под руку.

— Изогния, ты в порядке? — испугалась за сестру младшая девушка.

— Да, немного простудилась, видимо, после вчерашнего дня. Мне нужно прилечь, — ответила, продолжая покашливать, но уже не так интенсивно, Изогния.

На этом утренняя трапеза была срочно окончена. Принц проводил девушек до их комнаты, после чего удалился, пообещав, что скоро вернётся в сопровождении доктора. В этот раз он категорично настоял на визите лекаря.

Когда дверь в комнату за Александром закрылась, Изогния повернулась к сёстрам, и во взгляде её читался сильный испуг:

— Он догадался, он всё знает.

— С чего ты взяла? — удивилась Изольда.

— Ты что, не слышала? Он говорил про волшебство, что мы действуем на короля волшебным образом! — вмешалась в диалог Изэира.

— Ах, это! А я уж подумала… — отмахнулась Изольда. — Не берите в голову, просто принц использует слова «волшебство» и «колдовство» для того, чтобы описать что‑то хорошее.

Старшие сёстры недоумённо переглянулись.

— Что ты имеешь в виду, Изольда?

— А то, что вчера принц сказал, что наша красота околдовала короля, а сегодня он просто продолжил вчерашнюю тему, уверяю вас, не более, — слегка засмущавшись, пояснила Изольда. — Сами посудите: стал бы он любезничать с теми, кто околдовал его отца?

Старшие сёстры ещё раз переглянулись. Сейчас их взгляды были уже не такими испуганными — было видно, что тревога отступает. И пришло время серьёзного разговора касательно выходки Изольды на завтраке, но в этот момент в комнату к сёстрам постучали: это пришёл принц с королевским врачом Георгом.

Изогния с большим трудом уверила их обоих, что ей уже гораздо лучше. Однако доктор настоял на том, чтобы старшая сестра легла и провела сегодняшний день в постели, принимая специальный живительный элексир каждые два часа. Чтобы избавить сестру от внимания лекаря, Изэира взяла в руки флакон и обещала, что лично проследит за сестрой и будет ей давать этот элексир собственноручно столько раз, сколько он рекомендует. Потом она поднесла склянку на свет и слегка взболтала жидкость, внимательно её рассматривая.

— Только не сочтите за дерзость, но каков состав вашего живительного элексира? — скромно поинтересовалась у Георга Изэира.

— Тут не менее 50 ингредиентов, — поспешил ответить доктор. По виду было понятно, что он чрезвычайно доволен заданным вопросом: эта тема сильно занимала его, а данный элексир являлся предметом его гордости.

— 50! — изумилась девушка. — Это так много! Обычно я в своих составах использую не более 10 ингредиентов. Было бы очень интересно узнать, зачем вам так много компонентов. — На лице у Изэиры появился лёгкий румянец смущения.

— Поражён и восхищён, что вы интересуетесь элексирами! — изумился Георг.

— Ты ещё не видел, какие искусные у сестёр флаконы под это дело, — вмешался в разговор принц.

— Да, флаконы я тоже мастерю сама, — засмущалась ещё больше прежнего Изэира.

— А ещё у Георга богатейшее собрание трав. Рекомендую вам побывать в хранилище, если эта тема вам так интересна, — улыбнулся Александр средней сестре.

— Спасибо, принц, спасибо, Георг, я очень интересуюсь! И мне непременно хочется… — Изэира не успела закончить фразу, как её оборвал приступ кашля у Изогнии.

Лекарь пытался ещё раз настоять на полном осмотре старшей сестры, но девушка пуще прежнего настояла на том, что ей стало лучше. Поэтому, удовлетворившись тем, что Изэира обещала давать капли сестре, доктор удалился.

— Я рад, что вам уже лучше! — улыбнулся Изогнии Александр. — Но мне жаль, что болезнь настигла вас именно сегодня: мне не терпелось познакомить моих очаровательных гостей замка с нашим прекрасным городом, к тому же вечером будет салют, — слегка огорчился принц.

— Спасибо, ваше величество, за участие и заботу, — ответила принцу старшая сестра. — Мне правда неловко, что моё состояние сегодня не позволит участвовать в вашей программе.

— Изогния, — тихим голосом перебила старшую сестру Изольда, — извини, что вмешиваюсь, но мне неприятно вдвойне: ведь это я настояла на салюте. Позволь мне принять приглашение Александра, иначе выходит, что я зря беспокоила короля с просьбой, — жалостно и с надеждой смотрела младшая сестра на Изогнию.

Конечно, старшая сестра понимала, что горное ущелье, в котором жили сёстры вдали от больших городов, напрочь было лишено такого веселья, как главный город королевства. И что младшая сестра сгорает от желания увидеть всё это, как любой молодой человек, с жаром интересующийся всем новым. А уж возможность впервые в жизни наблюдать такое чудо, как салют, о котором младшая девушка читала лишь в книгах…

Изогния никогда не отличалась эгоизмом и давно уже привыкла думать и заботиться о сёстрах. И потому сейчас она остро чувствовала, что Изольда нуждается в капельке счастья. На этой мысли её сердце дрогнуло.

— Хорошая идея, Изольда, — слабо улыбнувшись, согласилась Изогния. — Принц, позвольте нам ненадолго уединиться с нашей сестрой, прежде чем мы её отпустим?

— Разумеется, — моментально сообразил принц и, кивнув головой, быстрыми шагами удалился из комнаты. Уже в дверях он добавил:

— Будьте уверены: я ручаюсь за вашу сестру и верну её этим вечером в целости и сохранности. А вам желаю скорейшего выздоровления, — затем он вышел.

— Изольда, — лицо Изогнии стало серьёзным, — ты понимаешь, что у тебя есть важная задача, которая требует от тебя колоссального расхода энергии?

— Да, понимаю, — слегка сморщившись, ответила младшая.

— Как мы можем отпустить тебя одну с принцем, когда ты так уязвима? Вспомни же вчерашний вечер! — напирала Изогния.

— Это было вчера, сегодня мне уже лучше. Я чувствую лишь небольшое недомогание, не более. Видимо, всё дело в этой местности: здесь на десятки километров вокруг — бескрайний холод, вы же знаете, как это действует на меня, — потом Изольда сделала небольшую паузу, задумавшись, она добавила: — Вчера я обещала вам сделать всё то, что входит в наш план, и я это сделаю. При этом вы знаете, что я очень давно мечтала побывать в столице, рассмотреть город и познакомиться с принцем. Не отнимайте у меня этой возможности. Уже скоро всё для меня изменится, когда я закончу воплощение нашего плана. А принц и вовсе перестанет быть собой. Так дайте мне хоть напоследок насладиться такой возможностью.

Лицо Изогнии было очень напряжённым: она пристально рассматривала Изольду, что‑то анализируя в своей голове.

— Хорошо, да будет так, как ты желаешь, — разрешила старшая девушка. — Изэира останется со мной, так как она тоже очень слаба, к тому же при всех сестра обещала позаботиться обо мне, давая каждые два часа капли доктора, поэтому ты пойдёшь одна. Мне страшно тебя отпускать, но я хочу, чтобы ты провела это время приятно и немного отвлеклась от происходящего. — Изогния сделала паузу, а затем обняла младшую и на ухо ей добавила: — Только прошу тебя, не сближайся с принцем. Тебе и так придётся тяжело: ведь разум молодого юноши с большой жаждой к жизни будет сильно сопротивляться. Но если ты начнёшь ещё и жалеть его, то ничего не получится. Помни, зачем мы здесь и кто мы такие, — она положила руку Изольды на брошь, которую прикрепила ей вчера на платье. — А ещё будь осторожна и ни в коем случае не колдуй: принц не должен узнать о нашем волшебстве! Ведь если он узнает, ты знаешь, чем это закончится.

Затем она отпустила младшую сестру, и, когда та выходила из комнаты, на глазах двух других навернулись слёзы.

— Она попросила короля о бале и салюте, зная, что он не сможет ей отказать. Использовала слово подчинения — «позвольте», — сказала Изэира старшей сестре.

— Да, и надеюсь, что на этом её злоупотребление закончится, — успокоила Изогния среднюю сестру. — Одного вот только понять не могу: насколько же у неё большой потенциал, раз она так легко удерживает контроль над королём. Она не врёт — я прочитала это по её лицу.

— Если мы сейчас наблюдаем от неё такое, что же будет дальше, когда она станет в полной мере управлять своими возможностями?

Сёстры переглянулись, и в их взглядах читались все недосказанные друг другу слова: обеспокоенность, интерес и восхищение.

***

Когда Изольда вышла из комнаты, она вдруг почувствовала, как сильно бьётся её сердце в груди, предвкушая интересное продолжение дня. Принц стоял в конце коридора и смотрел в окно, ожидая девушку. Когда она подошла, он повернулся — и глаза его тоже светились.

— Вы знаете, сегодня мне отец напомнил того лёгкого человека, которым он был при матери. Всё это вернуло меня в детство. А сейчас, когда я смотрел в окно и видел все эти оживлённые улочки города с высоты замка, я вспомнил, что мальчиком я иногда сбегал через тайный тоннель и гулял по улицам. Мне нравилось, что никто во мне не узнавал принца и люди не менялись при мне — все были такие обычные, занятые своими делами. Я бы, наверное, так никогда и не узнал настоящего города, если бы не эти вылазки.

Мне почему‑то захотелось вам показать этот город именно таким, какой он есть на самом деле. Не сочтёте ли вы, будучи принцессой, моё предложение безумным — выйти в город, как обычные люди, без свиты и знаков отличия королевской семьи, чтобы увидеть всё таким прекрасным, какое оно есть на самом деле? — Александр затаился, ожидая ответа Изольды.

— Милый принц, лучшего и придумать было нельзя! — засияла девушка, а на щёчках у неё появился лёгкий румянец от волнения.

Ещё больше засияв, после согласия Изольды, Александр повлёк её за собой по коридорам и лестницам замка. Попутно он заглянул в свою комнату и вынес два абсолютно непримечательных плаща, в которые оба сразу же облачились.

В конце своего пути по замку они оказались в подвальном помещении, откуда расходились несколько длинных неосвещённых тоннелей. Александр уверенно выбрал один из них — и ещё через 15 минут пути по темноте они оказались у выхода из него.

Выход представлял собой маленькую, в половину роста человека, дверь, обшитую со стороны тоннеля чем‑то гладким и холодным — по типу металла. Принц ощупал дверь и нашёл скрытую замочную скважину. Ключ он достал из внутреннего кармана куртки, надетой под плащом.

— Одолжил этот ключ в 11 лет у отца, а тот так и не заметил пропажу. Но обещаю: как только заметит, я сразу же верну, — оправдался Александр перед Изольдой.

После того как принц провернул несколько раз ключ, он попытался открыть дверь, но она не поддавалась: видно, ей никто давно не пользовался. Поэтому молодому наследнику пришлось сильно её пнуть ногой. Когда же дверь была открыта, они оба выбрались наружу и оказались в подвальном помещении какого‑то дома на окраине города. В углу подвала виднелась лесенка наверх, в конце которой была приоткрыта дверь на улицу.

— Вот мы и на месте, — повернулся к Изольде принц. — Вы можете не надевать капюшон, но я вынужден буду укутаться в плащ поглубже: иначе меня сразу узнают горожане.

Александр за руку повлёк за собой Изольду по лесенке на улицу, и через мгновенье они уже были в подворотне. Далее по небольшим улочкам принц провёл девушку к главной пешеходной артерии города, по которой с окраины можно было дойти до главной площади столицы.

Изольда с большим интересом разглядывала всё по сторонам: ведь это был её первый раз в столице. Поэтому девушку поражало всё: вывески и витрины магазинов, огромное количество людей, запахи свежей выпечки и пряностей, наряды горожан и невероятное количество звуков жизни.

Принц же, в свою очередь, с любопытством наблюдал за Изольдой. На лице девушки читался неприкрытый восторг от всего происходящего.

— В ваших краях вы не гуляли по городу? — поинтересовался принц.

— Да, вы же знаете, что наш отец был очень скрытен. Поэтому королевской семье было запрещено покидать замок, — неловко улыбнулась в ответ Изольда.

— Что ж, я рад, что доставил вам такое удовольствие. Но самое интересное ещё ждёт нас впереди: ведь на главной площади сегодня проходит ярмарка, — засиял Александр, предвкушая восторг своей спутницы.

— Ярмарка? — торжествовала Изольда. — Уже не терпится увидеть! Давайте же скорее пойдём туда!

— Всё по порядку, — улыбнулся девушке молодой наследник. — Сначала я хочу показать вам несколько дорогих моему сердцу мест.

Поэтому по пути к главной площади города принц сначала завёл Изольду в свою любимую лавку сладостей. Там он угостил её превосходным яблоком в карамели, которое было причудливого ярко‑оранжевого цвета — по особенному рецепту хозяина кондитерской.

Изольда смаковала каждый кусок, попутно рассматривая происходящее в кондитерской. Маленький зал, где мог присесть с покупками каждый покупатель, казался ей самым уютным местом на земле.

Вот в углу старушка пробовала булочку с корицей, от удовольствия зажмурив глаза. А за соседним столом мать угощала своего кроху улиткой с изюмом — и он, держа внушительного размера изделие обеими руками, смешно жевал его за обе щеки. Аромат в помещении царил сладкий и пряный. Девушка с жадностью вдыхала его и надеялась на то, что это мгновение продлится как можно дольше.

Принц же с интересом наблюдал за своей спутницей, отмечая её чрезвычайно восторженный вид.

— Спасибо вам за это место, — улыбнулась Александру Изольда. — Оно необыкновенное. Такое тёплое и душевное. Вы часто здесь бываете?

— К сожалению, нет, — с грустью ответил спутнице принц. — Бывал здесь только в детстве. Многое изменилось с тех пор, как мать была похищена. Отец обезумел от горя, и мне быстро пришлось повзрослеть. Но давайте не будем о грустном. Может, вы желаете ещё попробовать тарталетку с северной ягодой? Я помню, какими изумительными они казались мне в детстве.

— Александр, я бы попробовала здесь всё, что есть, — пуще расплылась в улыбке Изольда. — Но боюсь, что тогда мне придётся закончить вечер здесь, в сладостном дурмане.

— О нет, — рассмеялся принц. — У нас грандиозные планы: это лишь первое место, которое я задумал вам показать сегодня. Заканчивайте свой десерт — и двинемся дальше.

Далее по пути к ярмарке они заглянули в сквер, где находился красивейший мраморный памятник холодного белого цвета. Это была статуя женщины с добрым лицом и грустными глазами. Голова её была опущена, а руки на груди сомкнуты так, будто бы она о чём‑то молила. У подножия памятника горел огонь. На плечах женщины сидели живые белые голуби.

Изольда замерла, смотря с восхищением на каменное изваяние.

— Это памятник, который был установлен здесь несколько сотен лет назад, — пояснил девушке Александр. — Он называется «Мать города». Его сделал скульптор по приказу моего предка, чтобы статуя охраняла нашу северную столицу и защищала от суровых природных условий и вражеских набегов.

— Она удивительно красива и величественна, — не отрывая взгляда, поделилась впечатлением Изольда.

— Да, обратите внимание на голубей, — принц показал пальцем, обращая внимание девушки на плечи статуи.

— Они абсолютно белые, — заметила спутница.

— Да, — согласился Александр. — Удивительно, но к этой статуе прилетают только белые голуби.

— Как странно, — задумчиво произнесла Изольда. — Это похоже на то, что место кем‑то было ранее заколдовано.

— Я тоже так думаю, — поддержал версию девушки принц. — Хорошо, что отец редко покидает замок. Иначе он вспомнил бы про наличие этого памятника и велел сравнять это место с землёй.

Изольда повернулась к Александру и с тревогой посмотрела ему в глаза:

— А вы что думаете про этот памятник?

— Я нахожу это место удивительным, — признался спутнице молодой наследник. — Я прихожу сюда и подкармливаю голубей.

— Вот как? — удивилась Изольда.

— Да. Это не одни и те же голуби. Одни улетают, другие прилетают на их место. Но всегда только белые.

— Это место точно заколдовано, — окончательно утвердила свою версию девушка.

— Знаете, когда я кормлю голубей, я мысленно общаюсь с ними, — разоткровенничался принц. — Я прошу их лететь в неизвестные мне края — туда, где находится сейчас моя мать, — и своим видом дать ей надежду на то, что она когда‑то ещё окажется в родных краях, откуда к ней и прилетели эти дивные создания.

Александр опустил голову и уставился в землю. Казалось, к нему подступают слёзы.

— Я очень вам сочувствую, — Изольда взяла принца за руку, чтобы поддержать. — Давайте вместе покормим этих голубей сейчас?

Александр тяжело выдохнул, справившись с эмоциями, и поднял свои зелёные глаза, встретившись взглядом со своей спутницей. Она смотрела на него с очень грустным видом — казалось, вот‑вот и она заплачет.

— Простите, я вас расстроил. Обещал вам весёлую прогулку и что не буду говорить о грустном, а сам почти довёл до слёз, — извинился принц перед Изольдой.

— Не говорите ерунду, Александр, — оборвала его девушка. — Я благодарна за то, что вы показали мне это удивительное место и поделились частичкой своей души.

Молодой наследник с нежностью смотрел на Изольду:

— Я знал, что вы особенная и оцените это место. Вы очень эмпатичная. Уверен, что мать была бы рада знакомству с вами, — он сделал паузу, расстворясь в ее голубых, как лед глазах. Спустя несколько мгновений он попытался улыбнуться.— Ну что, а теперь давайте покормим этих прекрасных созданий? Я прихватил из кондитерской несколько свежих булок.

Поделившись свежим хлебом с девушкой, молодые люди принялись кормить голубей. Они всё время переглядывались друг с другом, улыбаясь улыбками с нотками грусти. Александр и Изольда молчали, но в их взглядах было очень много слов, сказанных друг другу.

Затем они покинули сквер и уже перед городской площадью зашли в огромный старинный книжный магазин, где принц посадил Изольду в кресло у камина, а сам принёс книжку с историей королевства и провёл ей краткий экскурс по последним 200 годам.

— Я любил это место, когда был ребёнком. Сбегал из замка и читал здесь книги. Основатель магазина считал, что у каждого человека должен быть доступ к книгам, поэтому никогда не противился тому, что в зале кто‑то устраивался с книжкой и читал её от корки до корки. Потом магазин перешёл по наследству от него к сыну, потом к внуку и так далее, но суть всегда оставалась та же — доступность книг для всех.