День, когда умерла Мэри

- Вам лучше подготовиться, - тихо сказал он.

- Кто это? - спросил Джек.

Нолан медленно покачал головой.

- Лица почти нет.

Эти слова ударили сильнее, чем должны были.

Они пошли через лес по узкой тропе. Земля под ногами была мокрой и рыхлой, ветки цеплялись за куртки. Воздух здесь оказался странным - слишком влажным, с тяжёлым запахом гнили, болотной воды и чего-то металлического под этим всем.

А потом Джек увидел тело, и мир словно качнулся.

Девушка находилась между двумя огромными соснами в нескольких метрах от тропы. В первый момент мозг вообще отказывался понимать, что именно он видит. Казалось, будто тело каким-то образом вросло в деревья.

Тонкие молодые ветви были обмотаны вокруг рук, груди и ног так плотно, что местами уходили прямо в разорванную кожу. Некоторые сучья торчали сквозь тело насквозь - один пробил левое плечо, другой вышел чуть ниже рёбер. Со стороны это выглядело не так, будто её просто убили и бросили здесь. Скорее словно лес медленно затягивал её внутрь себя или пытался удержать.

Одежда превратилась в грязные лохмотья. Живот был вспорот почти до грудины, а внутренности частично вытащены наружу и перемешаны с мокрыми листьями и землёй. На бёдрах и руках тянулись длинные рваные полосы, похожие одновременно и на порезы, и на следы когтей. Некоторые были настолько глубокими, что белели кости, но хуже всего было лицо.

Точнее то, что от него осталось.

Нижняя челюсть была вывернута под неестественным углом, будто кто-то с чудовищной силой дёрнул её вниз. Кожа вокруг рта разорвалась почти до ушей. Один глаз отсутствовал полностью - в глазнице темнела чёрная дыра, заполненная дождевой водой и грязью. Второй глаз остался открытым.

Он смотрел прямо вверх.

И в этом взгляде застыл такой ужас, что Джек почувствовал, как внутри у него всё обрывается.

Томми рядом тихо выругался и отвернулся, прижав ладонь ко рту.

- Блять

Но Джек почти не слышал его, потому что он уже узнал эту куртку.

Кеды.

Тёмные волосы.

Мэри.

У него внезапно подкосились ноги, и на секунду показалось, будто лес вокруг начал медленно вращаться. Всё стало глухим и далёким - голоса людей, шум ветра, треск веток под ногами криминалистов.

Он подошёл ближе, сам не понимая зачем.

Лицо Мэри было покрыто грязью, кровью и какими-то тёмными разводами, похожими на болотный ил. Под ногтями виднелась содранная кожа, словно она до последнего пыталась за что-то цепляться.

И ещё были следы вокруг тела, Джек заметил их не сразу.

Мокрая земля вокруг сосен была вся испещрена отпечатками. Но это не были следы животных. И не человеческие.

Они выглядели так, будто кто-то ходил вокруг тела длинными тонкими конечностями, оставляя глубокие узкие вмятины в грязи. Местами отпечатки напоминали босые ступни, но слишком вытянутые и неестественно узкие. А рядом с ними тянулись борозды, будто по земле волочились корни или ветви.

Один из лесорубов стоял неподалёку и нервно крестился.

- Я охочусь здесь двадцать лет, - пробормотал он дрожащим голосом. - Ничего такого в жизни не видел

Джек не ответил.

Он смотрел на дочь, висящую среди мокрых ветвей, и чувствовал только пустоту.

Тело Мэри снимали почти сорок минут.

Джек всё это время стоял под дождём и не чувствовал ни холода, ни воды, стекающей за воротник куртки. Он вообще почти ничего не чувствовал, кроме какого-то тупого, рвущего давления внутри груди. Вспышки фотоаппаратов постоянно освещали лес коротким белым светом, и каждый раз ему приходилось заново видеть изуродованное тело дочери среди ветвей.

Это было невозможно.

Ещё утром она сидела у него на кухне, смеялась над его яичницей и спорила про школьную контрольную, а теперь её снимали с дерева, как животное с охотничьего крюка.

Томми несколько раз пытался увести его к машине, но Джек только молча вырывал руку. В какой-то момент он подошёл ближе к носилкам, и один из криминалистов хотел что-то сказать, но, увидев его лицо, просто отступил.

Мэри накрыли чёрным пластиковым мешком не сразу. Джек успел заметить её руку - бледную, всю в грязи и засохшей крови. На запястье всё ещё висел тонкий красный браслет из ниток, который они купили на летней ярмарке.

У Джека резко перехватило дыхание. Он отвернулся и прижал ладонь ко рту, чувствуя, как внутри всё начинает ломаться. Не как в фильмах, где люди красиво плачут и падают на колени. Нет. Это было хуже. Намного хуже.

Томми осторожно подошёл ближе.

- Джек

- Не надо, - хрипло сказал тот.

Голос звучал так, будто он неделю пил стекло.

Артур Ливингстон, помощник коронера, стоял возле носилок с таким лицом, словно сам хотел оказаться где угодно, только не здесь.

- Я никогда такого не видел, - тихо произнёс он.

Томми нахмурился.

- Животное?

Артур медленно покачал головой.

- Нет. Медведь не делает такого.

Он запнулся и посмотрел в сторону тела.

- Некоторые кости словно выкручены. А шея, чёрт.

Джек резко повернулся к нему.

- Что с шеей?

Старик тяжело сглотнул.

- Такое чувство, будто её тянули вверх. Очень долго.

В этот момент один из криминалистов вдруг крикнул:

- Детектив! Сюда!

Все обернулись.

Молодой парень в жёлтом дождевике стоял возле корней дерева и светил фонариком в землю. Джек подошёл первым.

Сначала он подумал, что это камни, но приглядевшись понял.

Зубы.

Окровавленные человеческие зубы лежали аккуратной кучкой возле корней сосны. Не разбросанные. Именно сложенные. Как будто кто-то специально разложил их там.

Томми чуть было не вырвало прямо на месте.

И именно в этот момент Джек заметил движение между деревьями. Что-то высокое промелькнуло среди стволов буквально на секунду. Слишком быстрое для человека.

Он замер.

Сердце вдруг ударило так сильно, что заболела грудь, а потом оно снова появилось.

Далеко в лесу, между мокрых сосен. Очень высокая фигура. Ненормально высокая.

Будто тело было собрано из слишком длинных рук и ног. Что-то тёмное свисало с плеч, похожее то ли на мокрую кору, то ли на клочья гниющей ткани. Лица Джек не видел - только бледное вытянутое пятно между деревьев. Но оно смотрело прямо на него.

Джек даже не понял, когда начал двигаться.

- ЭЙ!

Он сорвался с места раньше, чем Томми успел его остановить.

- Джек! Чёрт, стой!

Ветки хлестали по лицу, мокрая земля скользила под ногами, но Джек бежал вперёд, почти не соображая. Всё внутри него превратилось в одну раскалённую мысль:

ОНО БЫЛО ЗДЕСЬ, ОНО УБИЛО МЭРИ.

Фигура двигалась между деревьями совершенно бесшумно. Иногда она исчезала за стволами, потом снова появлялась дальше. Слишком быстрая. Слишком плавная.

Позади слышались крики Томми и других полицейских.

- ДЖЕК!

- СТОЙ, МАТЬ ТВОЮ!

Но он не останавливался.

Лес становился всё гуще. Ветки цеплялись за куртку, грязь засасывала ботинки. В какой-то момент Джек чуть не упал, поскользнувшись на мокрых листьях, но удержался и побежал дальше.

И вдруг впереди стало тихо.

Фигура исчезла.

Джек резко остановился, тяжело хватая ртом воздух.

Темнота вокруг была почти полной. Луч фонарика дрожал в его руке, выхватывая стволы деревьев и густой туман между ними.

Ничего, только лес, а потом справа раздался треск ветки.

Джек резко повернулся, направив туда фонарь, и увидел его.

Существо стояло всего метрах в двух.

Ростом почти под два с половиной метра, невероятно худое, с длинными руками, свисающими почти до колен. Кожа - если это вообще была кожа - выглядела серой и влажной, как старая древесина после дождя. На голове вместо волос висели тонкие тёмные нити, напоминавшие мокрый мох.

Но хуже всего было лицо.

Оно словно не успело стать человеческим до конца.

Слишком гладкое и вытянутое.

Там, где должны были быть глаза, темнели глубокие впадины, а рот казался неестественно широким и рваным, будто кто-то разрезал лицо ножом от уха до уха.

Существо стояло между деревьями неподвижно, слегка наклонив голову набок. Его руки почти касались земли.

Джек почувствовал, как внутри всё сжимается от ужаса и ярости одновременно.

А потом существо заговорило тихим и сломанным голосом Мэри, будто он доносился из-под толщи воды.

- Па-а-ап

У Джека потемнело в глазах.

- Ублюдок

Он выхватил револьвер почти машинально.

Томми что-то закричал позади, но Джек уже нажал на курок.

Выстрел оглушительно грохнул между деревьями, пуля попала существу прямо в грудь.

И в тот же момент оно словно лопнуло изнутри.

Из тела резко вырвалось густое облако чёрной пыли — или спор, Джек так и не понял. Оно разлетелось в воздухе влажным тёмным туманом, и, прежде чем он успел отвернуться, облако ударило ему прямо в лицо.

Запах был чудовищный: гниль с мокрой землёй, что-то сладкое и тухлое одновременно.

Джек закашлялся и отшатнулся назад. Мир вокруг мгновенно поплыл.

Фонарики начали растягиваться длинными полосами света между деревьев. Лес зашатался, будто стал жидким. Где-то далеко Томми кричал его имя, но голос звучал так, словно доносился через толщу воды.

А потом Джек услышал смех маленькой Мэри, лет шести. Перед глазами начали мелькать обрывки воспоминаний: Мэри в школьной форме, Мэри на велосипеде, Мэри у кухонного стола утром. А потом — её лицо среди ветвей, разорванное и мёртвое.

Джек попытался вдохнуть, но лёгкие будто заполнились грязной болотной водой.

Колени подкосились; последнее, что он увидел перед темнотой, — силуэт существа между деревьями.

Теперь оно стояло намного ближе, неподвижно.

Оно просто смотрело на него своими глубокими чёрными впадинами вместо глаз, слегка наклонив голову, будто с любопытством разглядывало что-то новое.

А потом всё исчезло.