ИЗ ЖИЗНИ ЧАЙНИКА

И точно – в недавно обнаруженную мною прореху протиснулись три нестарых мужчины, одетые очень по-разному, но одинаково немодно и неаккуратно. Впереди идущий бережно зажимал в скукоженных ладонях две небольшие бутылочки, ещё два горлышка торчали из нагрудных карманов старой клетчатой рубашки. Увидев небритого парня, он радостно вскинул руки и заорал неприлично громким голосом: – Джоник! Ты ли это?

Сидевший рядом со мною парень поднялся на ноги и заулыбался ещё шире. Он был действительно рад. А «наши» тем временем появились на площадке в полном составе. На том, который шёл вторым, свободно висела замызганная футболка в вертикальную полоску, третий был одет в дырявую майку, из которой выпирали загорелые плечи. Оглядев меня цепким оком, клетчатый перевёл взгляд на Джоника.

– Кореш? – спросил он, кивнув в мою сторону.

– Не-а! – Джоник улыбнулся ещё радостнее. – Хороший мужик.

– Обожди, – прервал его полосатый. – Ты же, вроде, кичманулся?

– Было дело под Полтавой, – подтвердил Джоник и тут же небрежно махнул рукой. – А, выпустили.

– Ну? – спросил полосатый, требуя более подробного рассказа.

– Да брось ты, Колян, – вмешался загорелый. – Солнце встало выше ели…

– Точно! – подтвердил клетчатый. – Душа горит. Доставай.

Загорелый ловко вынул из кармана обрезанных до колен брюк пластиковый стаканчик, в который тотчас перекочевала часть содержимого одной из бутылочек.

– Давай, Джоник, за возвращение!

Полосатый Колян без особого восторга наблюдал, как благословенная влага исчезает в глотке внезапно воскресшего из небытия товарища. А тот, отпив положенную дозу, крякнул и передал стаканчик клетчатому. Вновь забулькало, посудинка перешла к полосатому, потом операция повторилась дважды, круг замкнулся, и виночерпий повернулся в мою сторону.

– Будешь? – спросил он. Я поспешно замотал головой.

– Ну, точно, хороший мужик, – подтвердил клетчатый и засмеялся.

– Короче, – вмешался Джоник, привлекая внимание к своей персоне, – была какая-то проверка, что ли, а перед проверкой менты учинили большой шмон. Народу замели немеряно, а закрыть-то некуда. Вот тогда меня и ещё кучу таких же на улицу попёрли.

Стаканчик пошёл по второму кругу.

– Ваня! – послышалось со стороны городской улицы. Все, включая меня, повернули головы и увидели, что в сквер торопливо входит женщина. Я сразу узнал её – та самая, с разноцветными глазами.

– Вон Каркуша твоя идёт, – угрюмо сказал Колян. – Опять весь аппетит испортит.

– Ваня! – издали запричитала женщина. – Ты снова за своё? Когда же это кончится? Ведь чудом тебя отпустили, за ум бы взяться, заняться делом…

– Начинается, – устало, без улыбки, сказал парень и виновато посмотрел на товарищей. – Опять эта Карина.

– А вам, алкашам проклятым, неужели не совестно? – продолжала женщина, приближаясь довольно стремительно. – Вы-то совсем конченые, а он же молодой, ему жить надо, жениться, детей заводить…

– Не ори, дура! – злобно сказал парень и, сжав крепкие кулаки, сделал шаг в сторону женщины, которая была уже рядом.

– Ванечка, братишка, пойдём домой, – спокойно, почти ласково, сказала она. – Зачем тебе эти алкаши? Ты же не такой, ты хороший…

– Иди отсюда! – сказал он также негромко, но с ещё большей злобой. – Прилипла, как банный лист, сама не живёшь, другим не даёшь. Найди себе хахаля и командуй, а меня не трогай – хуже будет!

– Я же говорю, – пробубнил полосатый, – вечно аппетит испортит.

– Пошли отсюда, – скомандовал клетчатый. – Джоник, ты с нами?

– Я всегда с вами – подтвердил парень, успев улыбнуться коротко, но очень приветливо.

– Не пущу! – закричала женщина, неловко замахиваясь на него маленькой чёрной сумочкой. Неуловимо-быстрым движением руки парень вырвал сумочку, грубо толкнул женщину в плечо и поспешно скрылся в кустах. Она горько заплакала, закрыла лицо ладонями, бессильно опустилась на скамейку. Всё произошло так быстро, что я, к стыду своему, не успел отреагировать. Впрочем, дело даже не в стремительности событий, просто никогда прежде мне не приходилось бывать в подобных ситуациях, я вообще не знаю, как тут нужно реагировать. Хотя, есть и ещё немаловажный момент: получается, что пресловутый Джоник – это брат женщины с разноцветными глазами. Недавно он был арестован, и это случилось сразу после того, как я удалил в корзину виртуального Джая. Но как только Джай был восстановлен, реального Джоника выпустили на волю.

Предположим, что сначала была случайность, потом произошло совпадение. А ведь всем известно, что следующим номером идёт привычка. Но так не бывает. Даже если Фёдор знаком с женщиной… как они её называли? Каркуша… Карина... Фёдор знаком с женщиной, в этом нет теперь никакого сомнения, даже имена похожи: Карина – Каэрас, Джоник – Джай. Конечно, мой друг мог предположить, что брат Карины с его образом жизни рано или поздно окажется в поле зрения правоохранительных органов. Но как можно было предвидеть, что на эти самые органы надвинется внезапная проверка свыше, и по этой причине пьянчужка Джоник будет выпущен из клетки? Без консультации с Небесной Канцелярией такое предвидение просто невозможно. А Фёдор, как выяснилось из наших разговоров, самый натуральный атеист, не верит ни в Бога, ни в чёрта, и что ещё можно ожидать от человека, родившегося и выросшего в безбожном советском обществе…

– Я очень ждала вашего звонка, – сказал женский голос. Я вздрогнул и очнулся от своих мыслей. Оказалось, что Карина уже успокоилась, сказала услышанную мною фразу и теперь смотрит на меня своими разноцветными глазами. Ответить я не успел.

– Нет, поначалу я вовсе не надеялась, – вновь заговорила она. – В наше время даже родные люди не спешат на помощь ближнему. Но когда Ванечка вернулся домой, стало понятно, что вы сдержали своё обещание.

– Что вы такое говорите! – изумился я и даже поперхнулся.

– Понимаю, понимаю, – перебила Карина. – Вы человек благородный, старались не ради благодарности, а по доброте душевной и, как говорится, от чистого сердца. И всё равно – огромное вам спасибо, дай Бог здоровья…

Она продолжила свои благодарственные причитания, а я невольно подумал о том, что этот раздолбай даже не объяснил сестре причину своего освобождения. Вот уж действительно, наибольшие неприятности человек доставляет самым близким и преданным, им же он оказывает наименьшее внимание.

Мне, наконец, удалось вклиниться в её взволнованную речь.

– Поверьте, – я приложил руку к сердцу, – я тут совсем ни при чём. Случайное стечение обстоятельств…

– В жизни нет ничего случайного, – уверенно возразила Карина. – Вы очень хотели помочь, ваше желание исполнилось, и я вам сердечно благодарна.

– Но разве вам легче от того, что ваш, извиняюсь, Ванечка вышел на свободу?

– Он хороший, – снова возразила женщина, однако, уверенности в голосе было гораздо меньше. – Дружки у него, конечно, дрянные, но сам он не такой. Я это знаю, и мне спокойнее, когда Ванечка не в тюрьме. Тамошние обитатели ещё хуже нынешних его дружков.

– А может, наказание пошло бы ему на пользу, – предположил я.

– Вы не можете так говорить! Тюрьма его погубит.

– Да, конечно, – согласился я. – Но он же вас ограбил.

Карина вздрогнула, быстро посмотрела на свои руки, с тревогой огляделась по сторонам и подняла на меня растерянный взгляд разноцветных глаз. Похоже, в пылу борьбы пропажа сумочки была просто не замечена, и сейчас это стало полной неожиданностью.

– Там почти вся зарплата, – прошептала женщина. – А завтра надо платить за квартиру…

После этого она горько заплакала.

– Не надо, пожалуйста, успокойтесь! – Я опасался, что женщина разрыдается не на шутку, и вновь возникнет ситуация, которую мне удаётся переносить с большим трудом. Однако, к моему немалому удивлению, очень скоро женские слёзы высохли, лицо стало мрачным и решительным. Карина поднялась на ноги и двинулась к выходу из сквера – она даже не попрощалась со мной. Впрочем, вряд ли уместно было бы обижаться, тем более, что меня очень встревожила внезапная перемена в поведении женщины.

– Постойте! – я тоже встал со скамейки и поспешил следом. – Что вы задумали? Успокойтесь, прошу вас! Впереди целые сутки, мы обязательно что-нибудь придумаем…

Казалось, мои возгласы и уговоры просто не доходят до её слуха. С неподвижным лицом и застывшим взглядом она быстро шагала по тротуару. Через некоторое время мы оказались у подъезда старой четырёхэтажной хрущёвки. Привычно, автоматически, протянулась женская рука, щёлкнул кодовый замок, через пару секунд железная дверь захлопнулась перед моим носом. Разочарованный и встревоженный, я вернулся на городскую улицу и побрёл домой. Единственное утешенье – теперь мне примерно известно место, где живёт Карина. Хотя, пока ещё неясно, что в этом хорошего. К тому же, совсем неизвестно, что может произойти в самое ближайшее время. Погружённый в свои мысли, я не заметил, как шаги мои постепенно ускорились, вблизи своего подъезда я почти бежал. Куда, зачем?

Оба-на! Квартирная дверь оказалась незапертой. Сильно встревоженный, я вбежал внутрь и внимательно всё осмотрел. В квартире никто не прятался, все вещи были на месте. Остаётся одно объяснение – склероз подкрался незаметно… Впредь надо быть внимательнее. И хватит об этом.

Давно уже не удивляюсь тому, как моё внутреннее «я» принимает решения. Мне доподлинно известно, что главным советником и начальником в этом нелёгком деле является не сознание моё, а подсознание. Впрочем, тут необходимо уточнение: если имеется этаж и подвал, то вполне можно предположить наличие чердака. Иными словами, кроме сознания и подсознания наверняка есть и надсознание. Если человек решается украсть или убить, то это решение, без сомнения, возникает и утверждается в мрачных подвалах подсознания. Посыл же к положительным действиям может родиться в более приветливой обстановке, например, на балконе светлой и просторной мансарды… Я набрал номер Карины. Вскоре на противоположном конце провода подняли трубку.

– Карина, это я! – Тут пришлось запнуться, поскольку было неясно, как мне должно представиться. Она молчала и прерывисто дышала в микрофон.

– Карина, я всё придумал! Пожалуйста, не волнуйтесь, всё будет хорошо, обещаю твёрдо и прошу мне поверить.

Она продолжала молчать.

– Карина, пожалуйста, никаких решительных действий! Надо просто подождать до завтра. Вы меня слышите?

Томительная пауза. Наконец-то – глубокий вдох…

– Да, – выдохнула Карина.

– Ждите моего звонка завтра, во второй половине дня.

Новый выдох: – Да. – И женщина положила трубку.

Прекрасно! Я встал под прохладный душ и на все лады повторял это слово: прекрасно, прекрасно, прекрасно…

После душа – чай с любимыми сухариками. Всё правильно: обожравшийся кабан не в состоянии выполнить серьёзную работу, поэтому переедание просто неуместно. Пора! Я погонял по столу мышку, чтоб разбудить дремавший в режиме ожидания монитор. Экран осветился, из темноты проросла картинка знакомой базарной площади. Отдохните, ребята, ваш возлюбленный Бхавакан оставляет вас примерно на сутки…

После тщательного осмотра экрана нашлась крохотная панелька, составленная из трёх квадратов – свернуть, восстановить, закрыть. Конечно, свернуть, потому что при полном закрытии может потом и не открыться, не зря же отец Феодор окрестил меня Суперчайником. Щёлк! – базарная площадь исчезла, ей на смену явился обычный рабочий стол, где приютились знакомые ярлыки. Я открыл «Мои документы», нашёл файл с текстом заказа, выполнения которого так страстно ожидал Пётр Семёнович. Единственное, что мне хорошо удаётся – править кривые тексты. Именно этим и надо заниматься, тем более, что других способов добычи денег у меня нет. Надеюсь, что сумма, необходимая для оплаты квартиры в старой хрущёвке, намного меньше той, что требовалась для найма хорошего адвоката. Стоп! Хватит отвлекаться – за дело!

7.

Ранним утром следующего дня, когда работа была почти окончена, на мою взъерошенную голову полилась вода. Этот освежающий душ вывел меня из рабочего транса и вынудил обратить воспалённый взгляд на потолок. Именно оттуда, с потолка, тонкой, но довольно энергичной струйкой проливалась мутная влага.

Делать нечего, пришлось подниматься по лестнице и ломиться в квартиру верхних соседей. Дверь открыл сильно заспанный и злой спросонья мужчина. Имени его я не знаю, хотя, конечно, мы с ним встречались в подъезде или во дворе – здрасьте-пока…

– Чего? – сосед откровенно зевнул, широко раскрыв рот, окаймлённый румяными губами.

– Потоп, – сказал я и махнул рукой в сторону ванной комнаты, из которой явственно слышался шум льющейся воды. Сосед молча повернулся и неспешно прошествовал в указанном направлении. Через малое время вода умолкла, хозяин вернулся в прихожую.

– Извини, – пробурчал он. – Опять Людка кран не закрыла. Как дитя малое, честное слово. Извини.

Зевнув ещё раз, он закрыл металлическую дверь. Какое-то время я просто стоял, не зная, что делать, что предпринять. Потом в голову пришла мысль: человечество пережило всемирный потоп, так неужели мне не удастся пережить незначительное локальное протекание потолка? Вода высохнет, останется пятно. А кому от этого плохо? Насколько мне известно, парадные приёмы в честь иностранных послов и звёзд шоу-бизнеса в моей квартире не планируются… Я ещё раз внимательно оглядел соседскую дверь и, спускаясь уже вниз по лестнице, почему-то вспомнил, как накануне точно так же закрылась железная дверь в доме Карины…

А, кстати, зачем пресловутая Людка включала воду в такую рань? Предположить можно всё, что угодно, вариантов множество, наверняка ясно одно – теперь это не имеет никакого значения. Было и прошло, надо забыть и продолжить работу. Лить сверху перестало, иногда только падали тяжёлые капли. Я вытер стол, передвинул стул и вернулся к своим занятиям.

Однако, дело не заладилось. Видимо, сказывалась бессонная ночь, наполненная напряжённым трудом. К этому примешивалось раздражение в адрес безалаберной соседки – мне безразлично, зачем она ни свет, ни заря включила воду, но почему не выключила? Всегда одно и то же: кошке игрушки, а мышке до слёз. Завидую тем, кто мало страдает от несовершенства мира, жизнь этих счастливцев состоит из простых действий, направленных на удовлетворение основных потребностей. Хорошо, я согласен, но зачем же гадить окружающим? Без пользы-выгоды, без злого умысла – просто так, мимоходом, совершенно случайно. Вспомнился прохожий, который просил у меня сигарету и, не получив, обозвал нехорошим словом. Почему? Я ничем ему не обязан, он меня совсем не знает, нет никакой моей вины в том, что не курю. В народе говорят: на нет и суда нет, вот гражданину и не обижаться бы на мой отказ. А он с разворота наотмашь…

Я попытался сосредоточиться на работе.

Увы! Вместо мыслей по поводу исправления текста в голову беспардонно влезли товарищи Джоника-Ванечки. Невооружённым глазом видно, что он явно фрукт наподобие редиски, тюрьма плачет по нему на полном основании. Но, по словам Карины, «дрянные» дружки гораздо хуже. Судя по всему, никто из них не работает, однако, каждый день все они находят деньги на выпивку. Вряд ли эта бурная деятельность укрепляет и совершенствует миропорядок, всё как раз наоборот. Эта бурная деятельность вызывает чьи-то слёзы, лишает кого-то не только радости, но и возможности нормально питаться-одеваться. Да о чём тут говорить, если даже сейчас, заочно, эти ужасные типы не дают мне окончить свою работу, даже отсутствуя, они мешают жить. Но кто-то должен противостоять этим мерзким тварям, мы ведь не можем из-за них н е ж и т ь.

Вот говорят: кто-то служит Богу, кто-то – его вечному оппоненту. Мне кажется, что это просто красивый образ, иллюстрирующий одно из главных условий жизни в целом. А главным условием является равновесие. Без него не обойтись в макромире, ибо если даже на короткое время центробежная сила пересилит центростремительную (или наоборот), то, к примеру, планета Земля погибнет в ледяных просторах Космоса (или сгорит на Солнце). То же в микромире, там при нарушении равновесия высвобождается такая энергия, что лучше вообще об этом не думать. День-ночь, лето-зима, тепло-холод и т.д. – примеры равновесия в природе.

Без него невозможна и жизнь человека: любовь-ненависть, добро-зло, щедрость-жадность, милосердие-жестокость… В каждой душе намешано всякого, но всё же есть люди преимущественно хорошие, есть их антиподы. Существование антиподов неизбежно, они, ужасные типы и мерзкие твари, обеспечивают запланированное Высшими Силами равновесие. Проще говоря, победа добра, о которой с таким жаром мечтают гуманисты, невозможна в принципе. Вернее, победа добра, как нарушение всемирного равновесия, может означать только одно – конец света. И что же нам делать в сложившейся ситуации? А ничего особенного, надо просто жить, работать, бороться со злом и верить в то, что конец света под вывеской «Победа Добра» всё же лучше, чем его противоположный вариант.

Похоже, этим шибко умным раздумьям удалось загасить раздражение в адрес безалаберной Людки, которая спросонья забыла закрыть водопроводный кран. Если быть справедливым до конца, то можно понять, что это со всяким может случиться, все мы грешные, один Бог без греха. И в моей жизни было такое, что вспомнить стыдно. К счастью (или сожалению?), альбом моих прегрешений имеет не так много страниц, но ведь было, было! Зачем же обижаться на заспанную женщину? А что касается дружков Джоника… Они, конечно, плохие парни, но, может, благодаря их несуразной, скверной суете вокруг бутылки сохраняется мировое равновесие и продолжается жизнь на планете Земля…

После того, как все антиподы были прощены, работа моя сдвинулась с мёртвой точки и примерно через час была завершена. Ещё через полчаса я вошёл в кабинет Петра Семёновича. Шеф-редактор встретил меня приветливо, собственноручно перегрузил текст с дискеты в свой компьютер. Более того, попросил секретаршу принести чаю. Пока я с удовольствием хлебал горячую сладкую жидкость, он перелистал текст, пытливо вглядываясь при этом в экран монитора. Иногда Пётр Семёнович удовлетворённо кивал головой, как будто клевал невидимые зёрнышки, и чуть слышно бубнил своё знаменитое «угу, угу». Судя по настроению, дела в издательстве шли неплохо. Это не могло не радовать, потому что истекал назначенный мною срок, а других способов выполнить обещание у меня не было.

Радостные предчувствия не обманули, и вскоре я шёл по улице, ощущая приятную тяжесть притаившейся в кармане пачечки хрустящих купюр. Кстати, в эти счастливые мгновенья фраза, повествующая о том, что женщины вдохновляют мужчин на подвиги, не казалась мне такой высокопарной и выспренней. Действительно, если бы не Карина… Если бы не проблема, рухнувшая на голову несчастной женщины, я до сих пор даже не подумал бы выполнить давно обещанную работу. Отговорок нам не занимать, и уж если, потакая собственной неорганизованности и лени, так легко договориться с самим собой, то отбрехаться от какого-то там Петра Семёновича – не смешите меня! А Карина ничего не просила, она даже не подозревала о моём замысле. Нет, видимо, не зря Петрарка, Шекспир и Пушкин так вдохновенно воспевали прекрасных дам…

Поднявшись к себе, я набрал заветный номер, Карина тотчас подняла трубку – она ждала! Она ожидала моего звонка, надеялась, что данное мною обещание будет выполнено. Значит, слова о том, что я – человек благородный, для неё не просто звук, именно так она ко мне относится. Нет, не напрасной была эта бессонная ночь!

– Да, – тихо сказала женщина.

– Здравствуйте, Карина! – мне хотелось кричать, я с трудом сдерживал себя.

– Здравствуйте… К сожалению, не знаю вашего имени-отчества.

– Это неважно, это потом. Вы можете прямо сейчас придти в тот сквер у магазина?

– А что случилось?

О лукавстве женщин тоже написано немало.

– Карина! Жду вас в сквере у магазина.

Я положил трубку и тут же, спохватившись, с опаской посмотрел на аппарат. Поспешность может быть истолкована как чрезмерная решимость на грани резкости… А, к чёрту! В моих намерениях нет ничего предосудительного, просто хочется помочь, и пусть бросит в меня камень тот, кто считает, что это плохо. Скромность, конечно, украшает, но нужны ли настоящему мужчине украшения? Эту фразу я впервые услышал довольно давно, но, кажется, применить заложенный в неё принцип на практике мне доводится впервые.

Ощутив прилив уверенности, местами переходящей в самоуверенность, я взял чистый лист бумаги и в центре его написал свой телефонный номер. Всё логично: после трёх встреч женщина ничего обо мне не знает. Инкогнито, таинственный незнакомец – это пошло, батенька, да и просто невежливо. Порядочному человеку нечего скрывать, нет нужды прятать своё истинное лицо. Значит, пора предоставить женщине хотя бы какую-то информацию… Я аккуратно разделил деньги поровну, одну часть бросил в ящик стола, другую упаковал в бумагу с номером, засунул пакет в карман и вышел из квартиры.