Женщина которую звали королева

Эта девочка. Кира. Она сидела на подоконнике в далеком, хмуром городе, который когда-то назывался родным, и ждала. Просто ждала, как ждут дождя, который всё равно пойдет. Помощи. От кого? Бог знает. Но бабушка уже хлопотала на кухне, гремела кастрюлями, словно это могло защитить от всего, что снаружи. За окном стыла серая картинка дождей, и только этот маленький домашний шум – чайник, шипение масла на сковороде, старая кофта на спинке стула – ещё удерживал мир от того, чтобы окончательно рассыпаться. Кира ни о чём не просила вслух. Она просто ждала, сжимая в кулаке край свитера, а бабушка ставила перед ней кружку с молоком, и это было единственной помощью, которую человек ещё может получить, когда всё остальное уже потеряно.

Краем глаза я увидел ее. Диана стояла, сжав руки, и на ее лице была написана такая нагота надежды, такая беззащитная, исступленная вера в чудо для своей девочки, что мне захотелось снова опуститься на колени и просить, просить до тех пор, пока не сорвется голос. Она молча заняла мое место у гроба, а я, не оборачиваясь, пошел к выходу, давясь комом в горле.

Через несколько минут она вышла. По ее лицу текли слезы – две ровные, молчаливые струйки. Она отворачивалась, пытаясь их скрыть, сделать вид, что это всего лишь тень от свечи. Я не сказал ни слова. Просто обнял ее, притянул к себе, в складку своей нелепо красной майки.

Просите, и дано будет вам. – вдруг прорезало память обрывком давно забытого.

Она уткнулась лицом мне в плечо, и сквозь тонкую ткань майки я чувствовал жар ее слез. Они были обжигающими. Сердце сжалось, стало тесно и больно. Я молча гладил ее по спине – легкие, неумелые движения, будто боясь сломать что-то хрупкое в ее согнувшихся плечах. Гладил, как гладят испуганного зверя, который нашел временное укрытие, но все еще слышит за спиной лай псов.

Роковой обгон

Побродив здесь еще около часа – просто так, без цели, подчиняясь тому праздному любопытству, что иногда берет верх над осторожностью, – мы купили пару безделушек на память. Потом засобирались в обратный путь. Мысль о том, что придется снова проползать по той же горловой петле, не настораживала – она пугала. Откровенно и глубоко.

«Дай я посмотрю другую дорогу», – сказал я, доставая телефон. Навигатор, холодный и безразличный, тут же выдал объездной маршрут. Цена – плюс тридцать минут. Я посмотрел на Ди. Она молча кивнула – один короткий, решительный жест. Договор был заключен. Я уверенно ткнул в «Проложить маршрут».

BMW привычно взревел, почуяв долгожданное пространство вместо каменных тисков. Я перевел рычаг в «драйв спорт». Облако пыли, поднятое нами, медленно и печально оседало, словно провожая нас в путь, которого лучше бы не было. Я выкрутил магнитолу на полную, и теплый ветер, ритмичный бит и красавица справа от меня слились в один опьяняющий коктейль. Эта дорога, хоть и длиннее, была создана для скорости – ровная, с плавными изгибами. И я, поддавшись глупой браваде, вдавил акселератор в пол.