Полная версия
ДЕЦЛ. Голос российского хип-хопа. История Кирилла Толмацкого глазами друзей и близких
Александр Толмацкий
ДЕЦЛ. Голос российского хип-хопа
© Толмацкий А. Я., текст, 2026
© Фото из личного архива Толмацкого А. Я.
© ООО «Издательство «Эксмо», 2026
Выражаю благодарность всем, кто принял участие в создании этой книги, чтобы сохранить память о моем сыне Кирилле:
Анне Толмацкой, моей жене
Родиону Газманову
Андрею Бабурину
Рубену Оганесову
Коле Маню
Лие Волянской
Кнаре Завацкой
DJ 108 (Павлу Пачкаю)
Кириллу Батиште Петрову
Dino МС 47
Олегу Грузу
Beat-Maker-Beat SpaceKid (Дмитрию Семёнову)
Анду
T. Check (Тимуру Саед-Шаху)
Роберту Райда
Steppa Style aka Stepski
Павлу Беленцу
Крип-А-Крипу (Глебу Волкову)
DJ Worm (Никите Лаврентьеву)
Роману Уразову
Slem (Сергею Шабанову)
Глебу Викторову («Три дня дождя»)
Всем артистам и музыкантам, которые продолжают исполнять песни Кирилла.
Всем поклонникам творчества моего сына.
Сынок, я всегда буду тебя любить и делать все, чтобы о тебе помнили.
00. Предисловие
У каждого поколения молодежи есть свой герой. В мое время им был Владимир Высоцкий. Потом – Виктор Цой. Его песни мы не просто слушали, мы в них жили.
А потом наступили другие времена. Другая музыка. Другая молодежь.
Мы никогда не знаем, кто будет следующим таким культовым парнем. Это невозможно просчитать или спродюсировать. Такие вещи просто случаются.
Так произошло, что героем поколения нулевых стал Кирилл… Мой сын. ДеЦл.
Он ворвался в эфир, как бас в колонке на полную громкость – нагло, смело, без предупреждения. Как граффити на витрине дорогого бутика – ярко, дерзко и сразу в самое сердце. Его голос звучал отовсюду: с телеэкранов, из динамиков старых «Панасоников», из окрестных ларьков, из окон проезжающих машин. Его не ждали. Но признали. Поставили на репит[1].
Эта книга – не просто биография. Это хроника времени, когда рэп еще не продавался оптом, а рекламный слоган «Pepsi, пейджер, MTV…» закрепился за целым поколением, рожденным в конце 1980-х – начале 1990-х, и дал ему название «Поколение Pepsi».
Не верьте сказкам из интернета, там пишут разное, порой полную чушь. Наконец пришло время рассказать, как все было на самом деле.
Без прикрас. Без монтажа. Вживую.
Слава – штука коварная. Вначале она светит, как софит, под который ты впервые выходишь на сцену. Но потом жжет. Лупит в глаза. Обжигает кожу. Кирилл знал, что такое стоять под этим светом. Слишком рано. Слишком резко.
Он не был мальчиком с обложки. Он был пацаном с огнем внутри.
Да, он был любимцем миллионов. Но знаете, что стояло за этим? Труд. Порой – война с собой. Выдержка, которой не учат. И одиночество, когда приходишь в гостиничный номер после концерта.
Он жил быстро. Как будто чувствовал – времени мало.
И ЭТА КНИГА – ПОПЫТКА ВЕРНУТЬ ЕМУ ГОЛОС. БЕЗ ФАЛЬШИ. БЕЗ ГЛЯНЦА. ТАКИМ, КАКИМ ОН БЫЛ. БОЛЬШЕ, ЧЕМ ОБРАЗ. НАСТОЯЩИМ. ЖИВЫМ.
Именно поэтому книга объединяет голоса его близких, друзей, коллег, единомышленников, молодых артистов, для которых он однажды стал примером. Из этих кусочков воспоминаний собралось единое полотно многогранной личности Кирилла. Артиста, музыканта, отца, сына и настоящего человека. Воина света.
Александр Толмацкий,отец и продюсер ДеЦла01. Кирилл. Сын
Вечеринка у ДеЦла дома,
Гуляет весь район,
гуляет вся школа
«Вечеринка», 2000 год
– Саша, привет! Поздравляю! Ваш клип «Вечеринка» победил! Ты сможешь вылететь с Кириллом и Владом в Нью-Йорк на награждение в ближайшее время?
Я не мог в это поверить! Как это возможно? Пару месяцев назад в наш офис поступил факс с сообщением о номинации клипа «Вечеринка» на приз зрительских симпатий MTV. Среди наших конкурентов оказались клипы «Жара» Чичериной и «Без обмана» группы «Мумий Тролль». Мы сразу же об этом забыли, никто не верил, что хип-хоп может победить в этой стране.
И вот в самом начале сентября 2000 года мне позвонил Борис Зосимов, который в тот момент возглавлял MTV, и рассказал, что Кирилл победил в номинации «Выбор зрителей MTV Россия». Я позвонил Валову и сказал: «Влад[2], мы победили! Едем в Нью-Йорк!»
Мы сразу же купили билеты. Тогда были прямые рейсы «Аэрофлотом» до Нью-Йорка. Сели в бизнес-класс и полетели.
В полете ощущение нереальности происходящего только усилилось. С нами в одном самолете было много известных личностей, в том числе Валентина Матвиенко и Ахмат Кадыров. Так получилось, что я долго беседовал с Кадыровым-старшим. Он расспрашивал, куда и зачем мы летим, я рассказал историю о нашей победе на MTV. От канала MTV в Нью-Йорк полетели Антон Комолов и Ольга Шелест со съемочной группой.
7 сентября мы прибыли в нью-йоркский Radio City Music Hall на 17-ю церемонию MTV Video Music Awards. Шоу началось уже на улице. Перед входом выступала группа Papa Roach.
И вдруг случилось то, что повергло меня в настоящий шок…
Как только мы зашли в зал, все американские звезды начали со мной здороваться, жать руку, похлопывать по плечу, как будто мы лучшие друзья… «Что вообще происходит? Откуда они меня знают? – думал я. – Ну здороваются и здороваются. Может, так принято?»
Влад Валов, Шеff, – рэп-исполнитель, участник хип-хоп-объединения «Bad B. Альянс».
В тот момент ДеЦл находился на пике популярности. Мы совсем не тушевались перед мировыми знаменитостями, а сами чувствовали себя звездами.
Наконец, мы заняли места в первых рядах. Вдруг в зал вошел Роберт Де Ниро и сел прямо передо мной… В то время мы были довольно похожи. И тут я понял, что нас просто перепутали.
А дальше уже нас ждала минута славы. Moby[3] в красном костюме вышел на сцену, держа в руках серебряную статуэтку астронавта с флагом в руках, и произнес:
– Я счастлив объявить победителя в номинации «Приз зрительских симпатий MTV Russia». В этой категории победили ДеЦл и Шеff с клипом «Вечеринка».
Под овации зала на сцену вышли Кирилл и Влад. Они получили статуэтку из рук Moby, на тот момент одного из самых титулованных музыкантов. Его альбом Play 1999 года был продан тиражом свыше 12 миллионов копий. В 26 странах он получил статус платинового, три года подряд номинировался на премию Grammy и завоевал несколько наград на MTV и VH1.
Кирилл свободно владел английским и выступил с ответной речью:
– Привет! Я ДеЦл. В Москве, в России тоже есть хип-хоп. Мы открыты для всего нового. Мир всем!
Это был наш звездный час. Впервые российский клип удостоился такой награды. Мы были счастливы и горды собой. Позже в интервью СМИ Влад Валов сказал:
– Больше никто из русского шоу-бизнеса не прыгнул выше этой планки…
ДЕЦЛ БЫЛ НАСТОЯЩИМ. НЕ КОПИЯ, НЕ АДАПТАЦИЯ, НЕ КАЛЬКА С ЗАПАДА – ОН БЫЛ ТЕМ САМЫМ ГОЛОСОМ СВОЕГО ПОКОЛЕНИЯ. ЭТО ПОЧУВСТВОВАЛИ СРАЗУ, НЕ ТОЛЬКО У НАС, НО И НА ЗАПАДЕ.
В то время, когда другие артисты пытались выглядеть «как там», Кирилл уже был там – по вайбу, по форме, по свободе. У него не было комплекса русского рэпера. Он не играл – он жил этим. В нем был стиль. И внутренняя культура.
MTV вручает награды не просто за клипы или треки. Они отмечают явление. Символ. А Кирилл стал именно таким символом новой волны, когда подростки наконец перестали слушать, что им навязывают, и начали выбирать свое.
Он выглядел как его ровесники, но говорил как взрослый. Он умел нести мысль в бит, и его тексты резонировали – не потому, что были круто зарифмованы, а потому, что были честными. А в эпоху напыщенной эстрады это особенно ценно.
После него появилось много тех, кто хотел попробовать себя, и тех, у кого даже неплохо получалось. Но никто не смог стать тем самым, зажечь аудиторию до такого градуса, чтобы клип показали в Нью-Йорке, а стиль начали копировать от Москвы до Владивостока.
Потому что Кирилл не пытался понравиться – он просто был собой. И это стало его главной суперсилой.
Но на этом наши американские приключения не закончились.
Получив премию, мы остались в Нью-Йорке еще на несколько дней. Влад предложил:
– Давайте купим рэперские аксессуары, ну там цепочки золотые с большими знаками и какую-то модную одежду. Мне тут сказали, есть один магазин…
– Ну поехали, – решили мы и отправились в путь прямо на метро.
Когда вышли, я понял, что мы оказались в черном квартале. Мы шли до магазина под пристальным наблюдением местных, они с нас глаз не спускали. От неприятностей спасло лишь то, что у Кирилла были дреды и его воспринимали как своего. В магазине разговаривал Кирилл, он быстро объяснил, что нам нужно, мы купили рэперскую атрибутику и поспешили обратно в отель.
МЫ БЫЛИ ПОБЕДИТЕЛЯМИ ПО ОБЕ СТОРОНЫ ОКЕАНА.
Сын, 1983 год
Мой товарищ познакомил меня с девушкой. Ее звали Лола, красивая испанка, чьи родители попали в СССР детьми во время войны и остались здесь жить. Мы начали с ней общаться. У нее была подруга Ирина. Как только я увидел эту эффектную рыжую девушку, сразу же влюбился.
Ирина работала на Сретенке в магазине косметики. Я начал за ней ухаживать. В 1982 году мы поженились. И через год, 22 июля 1983 года, появился на свет наш сын Кирилл.
Когда я узнал эту новость, мы с моим товарищем Лёвой поехали отмечать в гостиницу «Космос». В тот момент это было очень модное место. Там были бассейн, боулинг. Спекулянты и фарцовщики покупали у иностранцев вещи и перепродавали их соотечественникам, прямо не отходя от гостиницы. Короче говоря, в «Космосе» можно было прикольно провести время.
И в результате я напился так, что, прыгая в местный бассейн, начинал тонуть, а выныривая, трезвел. Это я очень хорошо запомнил. Я практически не пью, но рождение сына стало для меня таким большим событием, что на радостях я перебрал.
Мне было 23 года. Ну какой я там отец. Сейчас у меня есть четкое мнение, что у мужчин мозги только к 30 годам начинают становиться на место. Девушки уже в возрасте 20–25 лет взрослые, умные, а их ровесники – полные оболтусы. В общем, мужчины до 35 лет вообще не предназначены для совместной жизни. Поэтому я считаю, что мужчина должен быть старше женщины хотя бы лет на десять, чтобы не портить жизнь ни себе, ни жене.
ПОСЛЕ РОЖДЕНИЯ КИРИЛЛ ДОЛГОЕ ВРЕМЯ ОСТАВАЛСЯ В БОЛЬНИЦЕ ОДИН. ОКАЗАЛОСЬ, ЧТО НЕ ВСЕ ГЛАДКО ПО ЗДОРОВЬЮ. ПОНАЧАЛУ ПРОГНОЗЫ И ВОВСЕ БЫЛИ СТРАШНЫЕ. ЦЕЛЫЙ МЕСЯЦ ЗА ЕГО ЖИЗНЬ БОРОЛИСЬ МЕДИКИ.
Иру к нему не хотели пускать. Мне удалось договориться, чтобы она каждый день навещала сына и была рядом.
Наконец Кирилла выписали домой.
После рождения ребенка мы переехали ко мне – в небольшую двухкомнатную квартиру, где я жил вместе с матерью. Я родился и вырос в Измайлово, на Измайловском бульваре, недалеко от Театра Мимики и Жеста. Тогда ни у кого не было квартир, да и вообще ничего не было, только сплошной дефицит. Помню, как стоял в многочасовой очереди в «Детском мире» за немецкой коляской. И когда ее удалось купить, это стало целым событием. Добыча.
Так, например, один из первых компьютеров Macintosh в нашей стране оказался у нас дома. Первые приставки для видеоигр тоже появились у Кирилла раньше всех. Мы вместе с ним объездили практически полмира. У него всегда все было, он ни в чем не нуждался.
Но давайте вернемся в начало 1980-х. Тогда у меня было много денег, но тратить их было некуда. В тот момент я был известным диджеем, цеховиком[4] (шил партиями джинсы и делал обувь), параллельно учился в Московском технологическом институте мясной и молочной промышленности, но толком туда не ходил. Был в центре музыкальной тусовки, поскольку стал одним из первых диджеев в стране. Занимался организацией подпольных концертов. Играл на барабанах и бас-гитаре. Короче, сегодня все это называют «шоу-бизнес».
В конце 1970-х – начале 1980-х годов я был одним из главных организаторов самых больших в Москве дискотек, таких как «Кругосветное путешествие» в ДК завода «Серп и молот», а чуть позже – «Мираж» в ДК завода Ильича. Туда приходили по полторы-две тысячи человек, и на тот момент это было грандиозно. Тогда музыку запускали с бобинных магнитофонов, а светорежиссеры управляли светом простыми выключателями. Множество известных людей выросли вместе со мной и многого добились в жизни. Они стали министрами, руководителями крупных компаний, телевизионных каналов и просто успешными людьми.
Так случилось, что я стал одним из первых, у кого появился видеомагнитофон. Со всей Москвы ко мне приезжали гости с видеокассетами. И даже когда родился Кирилл, в нашей маленькой квартирке была тусовка. В той самой квартирке в Измайлово, где я жил с мамой с самого детства. Жили мы небогато. Но как любой парень в конце 1970-х, я мечтал, чтобы у меня появились джинсы. И вот мне кто-то сказал, что недалеко от нас, в районе Измайловского бульвара, есть человек, который круто шьет. Им оказался Саша Заборовский, в тот момент он работал осветителем в Театре Мимики и Жеста и одновременно был светорежиссером группы «Машина времени». Вся музыкальная тусовка ходила в его джинсах.
Я заказал у него джинсы. Мы подружились, и я стал ходить к нему в гости и смотреть, как он шьет. Одновременно мы много беседовали о музыке.
Однажды я подумал: «Блин, я тоже так смогу». На самом деле я ни разу не садился за швейную машинку. Я зрительно запомнил, как Заборовский кроил джинсы. Купил материал, по памяти раскроил ткань и сшил свои первые брюки. С этого момента я решил: теперь все умею. И очень красиво шил. Так начался мой 1977 год.
В тот момент средняя зарплата составляла 100 рублей. А пошить брюки у Саши Заборовского стоило 10 рублей, но я, будучи очень наглым и деловым молодым человеком, сразу назначил цену по 25 за пару. Ко мне выстроилась очередь. Я шил и шил, а со временем перешел на изготовление целых партий, в среднем по десять пар в день. Позже мы с друзьями начали продавать мою продукцию через магазины «Березка»[5] и комиссионки.
Так я начал зарабатывать деньги.
Помимо пошива джинсов я занимался продажей музыкальных инструментов, аппаратуры, видеомагнитофонов, организацией подпольных концертов и нелегальных дискотек. То есть делал все, что фактически было запрещено Уголовным кодексом СССР. Это называлось незаконным предпринимательством в сфере торговли и спекуляцией. Но я никогда не читал Уголовный кодекс и думал, что все делаю нормально.
ПАПА КАК ЕЖИКПериодически, приезжая домой, я видел, что при въезде и выезде из нашего двора стоят две машины: 24-я «Волга» и «копейка». Там все время сидели люди с фонариками, ели бутерброды и куда-то смотрели в бинокли.
Как-то раз, вернувшись домой, я сказал жене:
– Ир, слушай, по-моему, у нас в доме живут какие-то шпионы. Во дворе стоят две машины и за кем-то следят.
В ТОТ МОМЕНТ Я СЧИТАЛ, ЧТО СЛЕДЯТ ТОЛЬКО ЗА ШПИОНАМИ, А САЖАЮТ ЛИШЬ УБИЙЦ, ВОРОВ И ХУЛИГАНОВ.
Сначала я даже не понял, что происходит. Подумал, что меня собираются грабить. Отъехав от дома, я увидел в зеркало заднего вида, что меня преследуют те самые автомобили, которые стояли во дворе. В районе Семёновской один из них обогнал мою машину и заставил остановиться, а второй подпер сзади. Подбежали какие-то люди, показывая удостоверения, вытащили меня с водительского сиденья, запихнули на пассажирское в мою же машину и куда-то повезли. Я не отдавал себе отчета в том, что меня арестовали, до того момента, пока машина не повернула налево на Садовом кольце, на Петровку, где всегда был запрещен левый поворот. Я даже не представлял, что там есть тюрьма.
Все закончилось судом, и я оказался в тюрьме. Первые полгода я провел на зоне в Димитровграде. Затем я попал на «химию»[6] в город Барыш Ульяновской области. Там впервые за этот длительный срок я увидел Ирину и сына.
На 1 Мая проходила демонстрация, и родственникам можно было навещать заключенных. Приехали Ира с Кириллом, и мне дали возможность пожить с семьей пару дней в гостинице. В первый день вечером я прилег рядом с сыном в кровать, чтобы уложить его спать. И он, засыпая, гладил меня по голове, на которой еще не отросли волосы, и приговаривал: «Папа у меня как ежик».
Долгое время для маленького Кирилла мое отсутствие в семье объяснялось тем, что папа был разведчиком. Вышел я в 1987-м. Новый 1988 год я уже встречал с семьей в Москве.
ПРОДЮСЕРИтак, я вернулся в Москву. В те годы работали две звукозаписывающие студии «Рекорд». Одна была под руководством Лисовского, другая – Чернавского. Последняя находилась на Преображенке. С этим районом меня связывали молодость и музыкальная тусовка. Каким-то образом я оказался на этой студии. Кто-то меня туда привел. Кто именно, я точно не помню. Так я стал руководить молодежными дискотеками и клубами.
На тот момент в студии Чернавского работали такие музыканты, как Игорь Матвиенко, Сергей Крылов, группы «Ласковый май» и «Класс», Олег Газманов. С последним я там и познакомился. Он только что написал песню «Люси», которую исполнял его сын Родион. Олег предложил мне стать директором и заняться гастролями Родиона.
Мы сдружились семьями, вместе ездили на гастроли, катали Родиона по всей стране. Очень часто Олег Газманов выезжал с женой, и я тоже брал с собой на гастроли Иру и сына. У нас было много приключений. На одном из таких концертов в городе Грозный, незадолго до известных событий[7], ко мне подошел маленький Кирилл, и я заметил, что у него из карманов торчат рубли и трешки. Я спросил:
– Что это такое? Где ты взял?
На что он мне ответил:
– Дядя попросил взять автограф Родиона и дал мне три рубля.
Ну и начал Кирилл продавать автографы – у него оказалась деловая жилка.
Вспоминаю, как маленький Кирилл, гуляя по набережной в Сочи, подошел к уличным музыкантам и стал помогать им зарабатывать деньги. Они играли, но денег им почти никто не оставлял, все проходили мимо. И вдруг Кирилл подошел к музыкантам и спросил:
– А можно я спою?
И он спел:
– Ой, спасибо, козлик наш рогатый,
Без тебя бы умер волк бы наш лохматый…
После этого на музыкантов обратили внимание, и они стали зарабатывать. А Кирилл каждый вечер тащил нас на набережную петь свою любимую песню.
Когда появилась возможность спокойно выезжать за границу, мы с Кириллом объездили полмира. Когда я работал в студии «Рекорд» и продюсировал Газманова, мы подружились с Серёжей Лисовским, который в тот момент занимался Александром Малининым. И мы стали путешествовать по миру большими компаниями.
Я познакомился с Кириллом через родителей. Мы с мамой пару раз были в гостях у Толмацких, гастролировали и путешествовали вместе, но в основном общались наши родители. Александр Толмацкий был директором отца. Кирилл ездил со своим папой на гастроли, а я – со своим. Помню, были в Израиле, в Сингапуре, в концертных поездках по городам тогда еще Советского Союза.
Во время поездок мы играли, собирали конструктор лего, обсуждали какие-то мультики. Мы были детьми, погруженными каждый в свой внутренний мир. Кирилл был довольно закрытым мальчиком, не особо общительным. На самом деле я тоже начал превращаться из экстраверта в интроверта годам к десяти.
Глядя на старые снимки, помню, как нас на этого несчастного осла загоняли, чтобы мы сделали фотографию. Думаю, по нашим лицам понятно, как мы тогда к этому относились.
Не помню, чтобы Кирилл что-то говорил про мои выступления, да я и сам-то не очень понимал, что тогда происходило. Я был абсолютно сконцентрирован на сцене. Мне нравилось выступать, а все остальное было не так важно.
НО КИРИЛЛ ВСЕГДА СМОТРЕЛ ВНИМАТЕЛЬНО, КАК МЫ ВЫСТУПАЛИ. НЕ СКЛАДЫВАЛОСЬ ВПЕЧАТЛЕНИЯ, ЧТО ОН БЫЛ ЗАИНТЕРЕСОВАН СЦЕНОЙ ТОГДА, НО БЫЛО ОЩУЩЕНИЕ, ЧТО ОН КАК-ТО ВСЕ ЭТО ВОСПРИНИМАЕТ И УСВАИВАЕТ.
Поэтому его музыкальная карьера дальше для меня стала сюрпризом. На тот момент наши отцы перестали общаться, и мы, соответственно, тоже.
Когда у меня с музыкой все закончилось, мы ни разу не виделись. Я не увлекался рэпом, эта музыка была мне чужда. Я видел несколько интервью Кирилла уже после того, как он стал популярным, после его пика, и мне очень понравилось, как он держится, как общается, как выражает свои мысли, он нес очень хорошие мысли своим творчеством, своим примером.
ПЕРВЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ В ШОУ-БИЗНЕСЕРодион Газманов рос гениальным ребенком. Он очень хорошо учился, читал много книг. И даже когда надо было выходить на сцену, мы буквально отбирали у него из рук книжку. Но когда ты маленький мальчик, и каждый по голове гладит и говорит: «Ты гениальный», это плохо влияет на сознание ребенка. Олег вовремя это все понял и однажды сказал: «Все, давай теперь я».
Олег писал очень много песен, и на тот момент у него их было уже около 70. Я отметил несколько, которые, на мой взгляд, могли бы сыграть важную роль в его продвижении.
Для старта я выбрал две песни – «Путану» и «Эскадрон». Но «Путану» Олег успел отдать Александру Кальянову, а «Эскадрон» – Маше Распутиной. Нам пришлось встречаться с ними и решать вопрос о том, чтобы эти песни были возвращены Олегу. В результате нам удалось их записать.
Однажды Олег попросил:
– Слушай, мне надо попасть на «Утреннюю почту». Что будем делать?
Я приехал на телевидение договариваться с редактором «Утренней почты» о том, чтобы они включили в программу какой-то из наших треков. «Утренняя почта» считалась главной музыкальной программой на всем советском телевидении. Песни и артисты, которые оказывались там, сразу же становились звездами.
Редактор «Утренней почты» спросил меня:
– А у вас новогодний трек есть?
Я ответил:
– Конечно есть.
– А какой?
– «Эскадрон».
– А при чем здесь Новый год?
– Ну там лошади, «Мои скакуны», они скачут в зиму…
– Хорошо, покажите клип, – сказали мне.
И вот мы с Олегом перед Новым годом поехали на ипподром снимать клип. Я снимал его своими руками. Было очень холодно. А затем мы приехали на телецентр и в известной в то время 38-й аппаратной, где монтировались практически все известные клипы, смонтировали клип на трек «Эскадрон», который стал для Газманова судьбоносным. После эфира «Утренней почты» звезда Олега загорелась ярче, чем звезда его сына.
ГЛАВАРЬ РУССКОЙ МАФИИ И СИРЕНЕВЫЙ ЗМЕЙНаша дружба с Олегом длилась недолго: в конце 1991 года мы с ним разругались. Я решил развеяться и поехать в Берлин. В тот момент я занимался автомобильным бизнесом. Мне пригоняли машины из Европы, я их продавал. Очень многие люди из шоу-бизнеса покупали машины у меня.
Сначала я перегонял машины из Германии в Варшаву, а из нее – в Москву. У меня был знакомый, Слава, и он тоже занимался автомобилями в Германии. Он мне давал очень хорошую цену, и я периодически покупал машины у него. И вот однажды, купив машину, я перегонял ее в Варшаву.
В то время в Москве было очень сложно купить хорошую игрушку. Кириллу было восемь лет, хотелось порадовать его подарком. Накануне обратной поездки я зашел в магазин в Германии и купил двухметрового плюшевого сиреневого змея в золотых, красных и синих звездах.
