Служебный роман с последствиями

Дмитрий Донской.

Растянувшись на диване, лениво щёлкаю пультом, переключаю каналы телевизора.

Ни одна из передач, ни один фильм не привлекают моего внимания. Ищу музыкальный канал, пусть музыка звучит в качестве фона.

Обычно в моей квартире телевизор работает целый день. Не для меня, для собаки Мони, породы мопс. Был период, когда она выла с утра до вечера. Где-то я вычитал, что от одиночества собакам помогает включённый телевизор. Действительно, помогает. Она любит лежать на диване, смотреть мультики и передачи о животных.

Вечер, кажется, длился бесконечно. Я скучал и зевал на деловом ужине. Пообщавшись с нужными людьми, сослался на занятость, ушёл рано, прихватив с собой очаровательную девушку. Секс был хорош. Она была настроена на продолжение, но я быстро выпроводил её. Оказалась слишком болтлива и назойлива. Надула губки, обиделась, но вида не показала, оставила свой номер телефона. Честно сказать, я даже не запомнил, как её зовут. Впрочем, какая разница?

Рабочие дела не отпускают, работа для меня важнее других сфер. Мысленно обдумываю запланированные задачи, анализирую принятые решения. Этот итальянец Росси, что ему нужно? Зачем так настойчиво добивается личной встречи?

Хватит прокручивать мысли о делах, на ногах сегодня с пяти утра, хоть ненадолго следует освободить свой ум от рабочих мыслей.

Моня громко тявкает. Встаю, открываю дверь на балкон, где она делает свои делишки на пелёнки. Утром, в обед, её выгуливает моя экономка.

Собачка не моя. Или, теперь уже моя? Моя бывшая девушка, Юля, с которой мы расстались пару лет назад, оставила своего питомца у меня.

Расстались мы не совсем гладко. Она жила у меня, надеялась на предложение руки и сердца. Когда она начала не просто намекать, а прямо говорить о свадьбе, вежливо попросил её съехать. Для неё моё решение стало неожиданностью. Море слёз, рыдания, истерики, протесты, угрозы. В конце концов, я попросил экономку собрать вещи девушки и выставить её сумки за дверь.

В ответ на вопли-сопли спокойно объяснил, что квартира моя, делать я в ней буду всё, чего пожелаю. В итоге, со скандалом, она съехала, а свою собачку оставила.

Уверен, она специально не забрала Моню с собой, в надежде, что я позвоню, вступлю в контакт. Она не понимала, что как только я приказал собрать её вещи, я поставил большую, жирную точку в наших отношениях.

Я никогда не меняю своих решений. Так Моня осталась жить у меня. Юля за ней не вернулась.

Дохожу до холодильника, вытаскиваю контейнер с гречкой и куриными ножками.

Моня вновь тявкает, требует кусочек мяса.

—Дорогуша, ты на диете! —смотрю на неё сверху вниз. Сверху она выглядит как упитанный бочок. Собака стала набирать вес, я уже убрал все лакомства, в качестве поощрения оставил только овощи и немного фруктов. Водил в ветеринару, рекомендовали специальный, диетический корм, кормить строго по граммовке, и ни капли больше. Как сказал ветеринар, мопсы очень легко жиреют и трудно скидывают килограммы. Если собака не получает физические нагрузки, она будет толстеть, а это не лучшим образом отражается на здоровье.

Экономке строго-настрого запрещено её подкармливать со стола. Моня ещё та попрошайка, посмотрит своим несчастными глазками, ну покормите меня, дайте кусочек. Экономка у меня женщина сердобольная, норовит ей вкусный кусочек подсунуть. Иногда и у меня сердце дрогнет.

—На, держи! – протягиваю Моне кусочек мяса. Подхожу к окну, смотрю на светящийся, ночной город.

Перед глазами встаёт миловидное лицо Дианы, её немного испуганные глаза в обрамлении длинных ресниц. Интересная девочка, что в ней есть, нечто такое, что цепляет.

Жаль, что отказалась от моего предложения. Почему-то мне хотелось, чтобы там, у лифта, она ответила «да»!

Вечер мог бы оказаться не таким скучным, а более насыщенным и романтичным.

Глава 6

Диана.

Конец рабочего дня, всё офисное здание, кажется гудит, как улей. Пробегая мимо кабинетов, вижу, как девушки подкрашивают губки, причёсываются, готовые сорваться с места, как только стрелки часов приблизятся к заветным восемнадцати-ноль ноль.

Пятница-развратница, кажется, все готовы расслабляться и развращаться, у всех на вечер запланированы романтические свидания. У всех, кроме меня.

У меня график ненормированный, дел ещё уйма, повезёт, если получится уйти часов в восемь вечера. Нужно будет навестить папу. Затем домой, спать, чтобы завтра, субботним утром, как штык, вновь быть на рабочем месте.

Незаметно пролетел месяц, как я работаю в корпорации, на должности помощника личного ассистента генерального директора.

На следующий день после, как мне казалось, провального собеседования, позвонила Маргарита. Сообщила ошеломительную новость, что моя кандидатура одобрена, меня жду в отделе персонала для оформления трудоустройства.

Моему удивлению и радости не было предела! Я не сразу смогла осознать новость. Возможно, я была излишне строга к себе и собеседование прошло намного удачнее, чем кажется моему внутреннему критику?

Интуиция подсказала, что решающую роль сыграло не собеседование, а наше, так сказать, не формальное общение с Маргаритой. Как бы там не было, она предоставила мне шанс, и я не сбираюсь его упускать.

Я настроена вцепиться зубами в эту работу, пахать за заработную плату и бонусы, которые мне обещали. Сейчас у меня испытательный срок, надеюсь успешно его пройти. Я готова несколько лет быть «вынужденным трудоголиком», работать без выходных и праздников, лишь бы заработать деньги. Я очень нуждаюсь, я в долгах, как в шелках.

Маргарита является моим непосредственным руководителем. Она занимает должность личного ассистента генерального директора – Дмитрия Донского. А я её помощник.

Работать с Маргаритой не так просто, она личность неординарная, имеет сложный склад характера, очень уверенная и очень умная.

Мои должностные обязанности не такие сложные, я шутливо называю себя «принеси-подай», но что делать, должность директора мне никто не предлагает.

Как объяснила мне Маргарита, время владельца бизнеса — это ценный ресурс. Направлять его нужно в те области, которые способствуют росту и развитию компании. Генеральный директор занимается глобальными вопросами, укреплением внешних связей, стратегическим планированием, а большую часть рутины берут на себя помощники.

Маргарита занимается планированием встреч, организует совещания, подготавливает отчёты. Через неё проходят все указания и приказы руководителя, она ездит в командировки, участвует в переговорах.

Я выполняю рутинные и личные поручения. Планируется у босса командировка, мне требуется узнать все тонкости: билеты, трансфер, гостиницы, пересадки, переезды.

На прошлой неделе я выбирала ресторан для важной деловой встречи с партнёрами по бизнесу. Тут надо было организовать всё по высшему разряду. Сама я не большой знаток ресторанов, поэтому мне пришлось довольно туго. Изучить ресторанный рейтинг, проверить всё самой: интерьеры, безопасность, качество обслуживания. За один день пришлось объездить сразу шесть или восемь ресторанов, чтобы оценить на месте.

Ещё я занимаюсь подбором и покупкой подарков для деловых партеров и родственников, решаю организационные вопросы, связанные с подготовкой свадьбы его сестры, заказываю через интернет-магазин корм для его собаки.

Как-то мне пришлось провести серьезный мониторинг в поиске адекватной цены, когда босс решил купить новый автомобиль. Разбуди меня ночью и спроси цену автомобили премиального класса, скажу без запинки.

В общем, занимаюсь всем, от покупки билетов, доставки корреспонденции до бытовых вопросов — например, замены резины на СТО. Работы хватает.

Спускаюсь на первый этаж, хочу успеть забежать в кафе, сегодня у них сокращённый рабочий день. Покупаю булочку и стакан кофе. Пожалуй, это будет моим ужином, думаю я. По пути заглядываю в дамскую комнату, поправляю волосы, собираю их в низкий хвост., направляюсь в свой кабинет.

Невольно отступаю, когда из кабинета Донского выбегает потрясающе красивая, черноволосая женщина. Слёзы текут по её прекрасному лицу. Она останавливается перед лифтом, оглядывается, двери раскрываются, но она не уезжает.

Стоит, бедняжка, ждёт, что сейчас Донской кинется за ней, догонит, обнимет, вернёт обратно. Наивная, мысленно фыркаю я. Естественно, он не сделает этого, не побежит за ней. Становится жаль девушку. Не понимает она, Донской не из тех мужчин, на которого действуют женские слёзы.

Красавица, всхлипнув, видимо, осознав, что так и не дождётся его, вновь нажимает на кнопку лифта. Бросает последний, разочарованный взгляд на дверь его кабинета, входит в лифт и уезжает.

«Ещё одно разбитое сердце»! – думаю я. Интересно, он ведёт подсчёт, помнит ли тех, кому разбил сердца? Сомневаюсь. Если и вёл когда- то подсчёт, то наверняка, сбился со счёта. А ведь, по сути, сами девушки виноваты. Сначала они придумывают мужчине те качества, которыми он не обладает, а потом наступает большое-большое разочарование.

Она ушла?

Я от неожиданности вздрагиваю, когда дверь кабинета открывается, Донской собственной персоной выглядывает и оглядывается по сторонам.

Я смотрю на него, поджав губы. В моих глазах стоит укор, который не укрывается от его проницательного взгляда.

- Я не виноват! - немного смутившись, говорит он. – В этот раз моей вины нет.

Глава 7

Диана.

— Естественно, нет! — с сарказмом фыркаю я. —Вы никогда ни в чём не виноваты.

Пожалуй, мои слова звучат слишком грубо. Возможно, это не лучший тон для разговора с боссом. Но то отчаяние, которое я увидела на лице черноволосой девушки, до сих пор стоит у меня перед глазами.

— Ты получила мои сообщения? —сухо интересуется Донской, всем своим видом давая понять, что мои комментарии неуместны и излишни.

Донской, несмотря на то потрясающее предложение, от которого я гордо отказалась, за время, которое я работаю в компании, даже не пытается со мной флиртовать.

Больше от него не поступает никаких непристойных намёков. Между нами сугубо-официальные, деловые отношения, как будто и не было того разговора у лифта.

— Да! Корм для вашей собачки заказала, с экономкой созвонилась. В назначенное время она встретит курьера и получит заказ.

— Отлично!

— Ваша сестра звонила!—пользуясь случаем, докладываю я. — Она интересуется, определились ли вы с галстуком?

— С галстуком? — в его глазах появляется недоумение.

— Она отправила вам электронное письмо с фотографиями галстуков, —терпеливо объясняю я. — Так как свадьба предполагается быть тематической, галстуки друзей должны быть в едином стиле, дополнять образ жениха. Она сказала, что сегодня звонила вам несколько раз. Вы не ответили.

– Напомни ей, сколько стоит мой рабочий час! – рявкает Дмитрий. – И если она продолжит звонить, предложи ей заплатить.

— Вы действительно хотите, чтобы я предложила вашей сестре заплатить деньги за возможность позвонить и пообщаться с вами? —удивлённо переспрашиваю я, уверенная, что сейчас он взорвётся. Временами он может быть очень резким.

— Я хочу, чтобы ТЫ, — чеканит Донской, — научилась отделять чепуху от действительно важных вопросов. Именно в этом состоит твоя работа. Ты же не думаешь, что меня действительно интересуют эти чёртовы галстуки? Поэтому ты сама его сама выбираешь, отправляешь ей, указываешь, что это мой выбор. Меня подобной чушью не беспокоишь. Тебе ясно?

— Ясно!

— Отлично! — произносит Донской, повернувшись, направляется обратно в свой кабинет. Внезапно останавливается, разворачивается. — Кстати, сегодня вечером ты занята?

— Вообще-то, да, — отвечаю сквозь стиснутые зубы, — у меня есть планы на вечер!

— Что ж, придётся их отменить! — пожимает плечами. — Алана должна была отправиться со мной на светское мероприятие. Ты сама видела, она сбежала в слезах. Я не могу пойти один.

— Я не могу! — восклицаю я. — У меня действительно важные дела, которые я не могу отменить.

Мне становится обидно и горько. Я целую неделю усердно работала, пахала как папа Карло, до позднего вечера задерживалась на работе. На неделе я ни разу не навестила своего отца, планировала сегодня поехать к нему. Это несправедливо. Всё-таки, у меня личная жизнь, а не одна сплошная работа.

— Мне нужно навестить отца, — неохотно объясняю я, не желая вдаваться в подробности о своей личной жизни. — Я обещала ему приехать сегодня вечером.

— Так скажи, что ты работаешь.

— Я и так откладывала поездку всю неделю. Сегодня хотела уйти пораньше.

Вижу, как Донской недовольно хмурится. Но и нарушить обещание, данное папе, я не могу.

— Послушайте! — в моём тоне звучат умоляющие нотки. — Я сегодня, правда, не могу. Уверена, вы найдёте кого-нибудь, кто согласится сопровождать вас. Пожалуйста.

— В моих планах сегодня исключительно ужин! — он внимательно смотрит на меня. —Ну, хорошо. Маргарита у себя? Попрошу её

— Нет, не надо! — громко восклицаю. Знаю, Маргарита сегодня идёт на приём к именитому врачу-репродуктологу. Она долго ждала записи, там очередь на месяц вперёд. Она возлагает на доктора большие надежды, последнее, что ей сегодня нужно – это вечер в компании Донского. Я знаю, боссу она отказать не сможет, представляю её чувства, приём врача накрывается медным тазом. — Так и быть, я пойду с вами!

— Ты уверена? —Донской вновь хмурится. — Мы можем по пути заехать и навестить твоего отца. Как тебе такой вариант?

— Нет! — качаю головой. — Я же буду в вечернем платье!

— И? — ухмыляется он. —Что это меняет? Давай, иди, собирайся! Через час мы выезжаем!

Я выдыхаю, отправляюсь в специальную комнату, здесь у нас оборудована душевая, гардеробная, мы можем привести себя в порядок, если предстоит срочный выход «в люди». Заправляю волосы под шапочку, быстро принимаю душ.

Открываю шкаф, где хранятся мои вещи. Порывшись в своей сумке, достаю косметичку, наношу лёгкий макияж. За последнее время я набила руку, теперь ровные стрелки – мой конёк.

Натягиваю на ноги тонкие чулки, затем облачаюсь в своё неизменное маленькое, чёрное платье. Нитка белого жемчуга дополняет образ. Со вздохом ставлю свои удобные, мягкие балетки в шкаф, вместо них достаю туфли на шпильке. Скривилась, мне сегодня за день пришлось много бегать по этажам, уставшие ноги гудят. Не так я планировала провести сегодняшний вечер.

Но что делать? Издержки работы. Распускаю свои густые волосы, пытаюсь придать им красивую форму. Смотрю оценивающим взглядом на себя в зеркало. Конечно, до идеала далеко, но в целом, кажется, совсем неплохо!

Глава 8

Диана

— Тебе нужно новое вечернее платье!— комментирует Донской, увидев меня в знакомом, чёрном платье. Оно у меня универсальное, что называется, и в пир, и в мир. И единственное, купленное по совету Маргариты. Та мне сразу разъяснила, что для разных мероприятий мне обязательно потребуется вечернее платье.

— Как только у меня будет выходной, может быть, пройдусь по бутикам! — парирую я. — Вы готовы?

Он игнорирует мой вопрос. Донской редко отвечает на бессмысленные вопросы. Вместо этого он направляется к лифту. Я следую за ним, держу в руках спортивную сумку с гостиницами для папы. Сегодня я планировала сразу, после работы, отправиться к нему. Донской бросает взгляд на мою сумку, но от комментариев воздерживается.

Придерживает передо мной дверцу своего автомобиля, я сижу на заднем сиденье, смотрю в окно, не утруждаю себя светской беседой. В этот пятничный вечер на дорогах огромные пробки. Мы движемся со скоростью улики.

Я каждую минуту нервно поглядываю на часы, готовая услышать от него: «Сорри, мы опаздываем на меропритятие. Нет времени заехать к твоему отцу!»

Может, это и к лучшему. Мне не хочется, чтобы он что-то знал о моей личной жизни, объяснять, почему мой отец оказался в частном пансионате для престарелых.

— Сначала заедем ко мне домой! — говорит он, свернув к элегантному дому премиум-класса. — Следует покормить Моню!

В квартире работает телевизор, я хожу по огромной гостиной, пока Донской измеряет и накладывает дозированную порцию корма в миску. — Моня у нас на диете! — объясняет он.

Я пожимаю плечами. Честно сказать, не совсем понимаю, какое место в его жизни занимает старый, толстый мопсик, вернее, мопсиха.

Я не замечаю между ними какой-то особой привязанности. Я несколько раз бывала в его квартире, у меня сложилось впечатление, что они не любят друг друга. Тем более, с графиком Донского, с его многочисленными разъездами, командировками, мероприятиями, зачем иметь собаку, которую следует выгуливать два раза в день, заботиться?

Понятно, что я не могу задать ему эти вопросы, это не моё дело. Моя работа заключается в том, чтобы вовремя заказать корм для собаки, вызвать ветеринара на дом или предупредить экономку, что Донской внезапно уехал в командировку.

—Загляни в ванную комнату! – кричит Донской из спальни. — Посмотри на полках, там должны быть флаконы с парфюмом! Сейчас до меня дошло, что в твоём образе не хватает последнего штриха - капельки духов.

Полки и шкафчики ванной комнате напоминают мне полки магазина косметики и парфюмерии. Самые разнообразные флаконы, гели для душа, молочко для тела, лосьоны, крема. Вижу флакончик каких -то дорогих и модных женских духов, наверняка, остались от предыдущих девушек.

Я в парфюмерии совсем не разбираюсь, всегда покупаю какие-нибудь дешёвые духи с цитрусовыми нотками. Верчу в руках стильный, красивый флакон, пшыкаю несколько капель на запястье. Приятный цветочно-древесный аромат, достаточно сильный и стойкий.

Когда вновь возвращаюсь в гостиную, прохожу мимо комнаты Донского. Дверь спальни открыта, он, одетый лишь в чёрные боксеры, выбирает вечернюю рубашку. На миг останавливаюсь. Он потрясающий.

Я привыкла видеть его в строгих костюмах, напыщенного и высокомерного. Его снисходительный тон по отношению ко мне помогает мне отключиться от того факта, что он самый красивый мужчина, которого я когда –либо видела. У него длинные мускулистые ноги, которые даже в носках выглядят сексуально. Когда он натягивает рубашку, перед моим взором оказывается мощные бицепсы и стальной пресс.

Где-то внутри живота рождается томление и желание. Быстро отвожу взгляд, поспешно иду в гостиную, зову собачку, глажу её, что-то ласково бормочу, лишь бы отвлечься от образа прекрасного, мужественного, почти обнажённого босса.

Зачем я это видела? Уверена, перед сном его прекрасный образ будет преследовать меня, не давая заснуть.

— Ты готова? Если ты хочешь, чтобы мы успели заехать к твоему отцу, нам лучше поторопиться.

Я настолько взволнована своими тайными фантазиями о нём, что его голос в дверях заставляет меня подпрыгнуть. Наши взгляды встречаются. Мы смотрим друг на друга неприлично долго. Когда я отвожу глаза, уголки его губ дрогнули.

Он знает, что я украдкой наблюдала за ним.

Чувствую себя пойманной с поличным. Мои щёки покрываются румянцем.

Несмотря на мой холодный, независимый вид, с которым я держусь, общаясь с ним на работе, он понимает, что я к нему неравнодушна.

Впервые за время своей работы в компании чувствую себя уязвимой.

Глава 9

Диана.

— Так где живёт твой отец? —немного нахмурившись, интересуется Донской.

Я называю водителю адрес, мы с Донским занимаем заднее пассажирское место. По мере того, как автомобиль приближается к месту назначения, моё напряжение растёт. Мы проезжем по улице, утопающей в зелени, мимо двухэтажных, частных домов и кирпичных коттеджей за высокими заборами.

— Здесь хорошо! — оглядывая окрестности, произносит Донской. — Так здесь выросла?

Я отрицательно качаю головой. Если бы мой отец мог позволить дом в этом районе, то я была бы дочерью миллионера. И мне не пришлось бы работать девочкой на побегушках у высокомерного и циничного босса.

Сижу как на иголках. Борюсь с искушением немедленно отменить поездку, сказать водителю, пусть разворачивается и везёт нас на запланированный ужин.

Но я знаю, папа меня ждёт. Он будет в отчаянии, если я сегодня не приеду. Я не могу с ним так поступить. Он распереживается, его самочувствие может резко ухудшиться, папе нельзя волноваться.

Мысленно шлю проклятия на голову босса, будь он неладен со своим мероприятием, нарушившем все мои планы.

— Вот здесь, слева, поворот! — проинструктировала водителя. — Остановите перед домом с кирпичным забором. Я быстро, долго не задержусь, туда-обратно.

Чувствую, как мои щёки горят, когда Донской смотрит на яркую вывеску, на которой написано: «Частный пансионат для пожилых людей».

— Я подожду тебя в машине! —говорит он, когда я поспешно выхожу из автомобиля. Водитель открывает багажник, вручает мне спортивную сумку.

Я чувствую на себе взгляд Донского, когда нажимаю на кнопку домофона.

—Я дочь Денисова! Приехала к нему в гости! – калитка открывается, я вхожу на территорию пансионата.

Пансионат представляет из себя собой большой трёхэтажный дом, в котором оборудованы небольшие номера для постояльцев.

— Привет папа! Вот и я! —обнимаю отца, его лицо сияет, когда он видит меня. Я чувствую себя виноватой. Он так ждёт моих визитов, которые становятся всё реже и короче.

— Ты так похожа на свою маму! — радостно говорит он. — Помню, когда мы с ней ходили на танцы.

Он продолжает говорить, вспоминать прошлое, пока я быстро распаковываю сумку, выкладываю вещи и продукты, поправляю одеяло и взбиваю подушку.

На первый взгляд у нас идиллия во взаимоотношениях, но я чувствую боль. Раньше лицо папы никогда не светилось, когда он видел меня. Это началось всего лишь несколько месяцев назад, когда он переехал в пансионат.

Он никогда не был заботливым, любящим отцом, в детстве вовсе игнорировал меня, как будто винил в смерти мамы. Порой мне жаль себя, ту маленькую девочку, которая пыталась заслужить любовь папы.

Мы никогда не были близки, не разговаривали по душам. Теперь, после его инсульта, все плохие моменты стёрлись из памяти. Впервые между нами установились отношения отца и дочери. Я услышала немного о своей матери, услышала историю их любви.

Когда с отцом произошло несчастье, меня не было рядом. Одним из последствий инсульта стал паралич правой стороны тела. Отец стал нуждаться в постоянном уходе. Все заботы легли на мои плечи, у братьев свои семьи, они живут в других городах.

Мне нужны деньги на лечение, на выплату отцовских долгов. Я должна работать. После долгих раздумий я приняла решение поместить папу в пансионат. И это действительно помогло. Сейчас папа под постоянным уходом персонала с медицинским образованием. Здесь всё продумано до мелочей, от домашнего уюта до безопасности и контроля за здоровьем. Я знаю, что папа находится в надежных руках.

— Мне жаль, что я не могу навещать тебя чаще! — разламываю на дольки его любимый шоколад, ставлю перед ним блюдце. — На работе так много дел, приходится оставаться до позднего вечера! На выходных я обязательно буду, проведу с тобой много времени!

— Тебе пора идти? — Глаза отца наполняются слезами. —Ты только что пришла.

— Извини, папа, мне нужно работать! – улыбнувшись, обнимаю и целую отца на прощание. —Я обязательно навещу тебя на выходных. Обещаю.

Я чувствую себя ужасно, побыв с ним так мало времени. Но у меня нет другого выхода. Работа мне нужна как воздух, я должна платить за дом, за его пребывание в пансионате.

Представляю, что думают обо мне медсёстры и сиделки, когда я прохожу мимо них на высоких каблуках, в вечернем платье, нарядная и красивая.

Я близка к тому, чтобы заплакать. Я так устала. Я выгляжу спокойной, уверенной, но внутри у меня полный разлад. Устала от проблем, негативных событий, мыслей, устала от борьбы, преодоления, решений, безденежья. Тяжело.

Выхожу на улицу, вижу, как Донской прохаживается неспешным шагом вдоль забора.

— Диана, подождите, пожалуйста! – слышу за спиной женский голос, меня догоняет управляющая пансионатом. — Добрый день. Я вам отправляла на электронную почту сведения о задолженности.

— Да, я в курсе! – пытаюсь говорить спокойным, ровным голосом, бросаю быстрый взгляд на Донского, стоящего немного поодаль. Надеюсь, он не слышит разговор. Выпрямляю плечи, мне нужно сделать вид, что у меня всё в порядке. —У меня новая работа, на следующей неделе вся задолженность будет погашена.