Никаких иллюзий

– А что, уже пожаловались? – хмуро ответил прокурор из Вранье. – И кто оказался хозяином электронных сигарет?

– Понятия не имею, – сказал Драган Павлович. – Я по поводу протестов в Прешево.

– А, – протянул коллега. – Мы вчера совместно с погранслужбой контрабанду задержали, не знаем чья. Думал, Вы об этом. А Вы о прешевских сепаратистах? Устроили там себе малую Албанию, гимн слушают... Конечно будет проверка на экстремизм, – без особого энтузиазма подтвердил прокурор.

– Мы здесь очень ждём результаты, – подбодрил его Драган Павлович.

– Я понял, – подтвердил коллега и добавил уже менее уверенно. – Лучше бы Вы забрали сигареты...

– Отправьте их в Белград на уничтожение, – посоветовал Драган Павлович и повесил трубку.

После обеда должен был прийти Игор Савич. До беседы с ним Драган Павлович хотел немного отвлечься от текущих дел и поехал в «Тополя».

Дорогу всё ещё ремонтировали, и Драгану Павловичу пришлось отправиться в объезд. Вместо бульвара Вильсона он свернул на Савичку и включил радио. Передавали новости.

«Сегодня развитие получил спор относительно дальнейшей судьбы здания Генерального штаба. Директор Республиканского института охраны культурных памятников госпожа Джуканович в знак несогласия с решением городского управления об отмене статуса памятника подала в отставку. Теперь исполняющий обязанности директора Горан Весич вынесет окончательный вердикт и подпишет соответствующие документы».

Драган Павлович услышал, что сзади ему сигналит «БМВ». Обгоняя «Туарег» прокурора, водитель машины ещё и что-то выкрикнул.

«Будь жив и здоров, раз ты такой ловкий!» – ответил ему прокурор.

В другой раз Драган Павлович мог бы запомнить номер и попросить проверить документы водителя на следующем же дорожном посту. Но сейчас его больше волновал вопрос Генштаба. Госпожа Джуканович слово сдержала и своего согласия на снос не дала. И вот чем это для неё закончилось...

Есть расхотелось. Драган Павлович миновал «Тополя» и проехал по набережной вперёд. Припарковав автомобиль, он зашел в пекарню и купил остававшиеся там с утра колачи, которые скормил земунским лебедям.

Когда Драган Павлович вернулся в прокуратуру, Игор Савич уже ждал его возле кабинета. Мужчина был ненамного старше самого прокурора и выглядел ещё крепким. Но если у Драгана Павловича седина только начинала пробиваться на висках, то волосы Савича уже совсем поседели.

– Пройдёмте, – пригласил прокурор и, заняв своё место за столом спросил: – Вы обратились в прокуратуру по поводу отобранного социального жилья, правильно я понимаю?

– В общих словах так, – подтвердил Савич. – Дело в том, что в Косово у меня оставалась земля, а не так давно я ещё получил и жилищный сертификат. Думал переедем в квартиру, а на земле устроим огород. Но, как только мы появились в Зубин-Потоке, к нам сразу пришли албанцы. Они стали предлагать выкупить мою землю. Ещё и по цене ниже рыночной. Я, конечно же, не согласился, потому что рассчитываю пользоваться землей сам, – мужчина вздохнул. – Но после отказа начались угрозы в адрес моей семьи. Я беседовал с бывшими соседями, они говорят, что там часто доходит до нападений на не желающих расставаться с землей или поджогов. Хотя у меня на земле и построек-то нет. Дом уже давно разрушен. В общем, я семью повёз на время обратно в Рашку, а когда вернулся, получил повестку из «албанской полиции» в связи с обвинениями в «военных преступлениях». На таких же основаниях уже осудили одного нашего селянина на 8 лет. А я к тому же бывший полицейский. Служил до войны в Зубин-Потоке. Так что приписать мне участие в конфликте, незаконные аресты, физические и психологические пытки для «косовского» правосудия проще простого.

– А Вы в войне не участвовали? – уточнил прокурор.

– Нет, – глядя из-под густых ещё не до конца седых бровей, ответил Савич. – Мой дом был разрушен в начале конфликта, и я переехал в Рашку. Именно из-за того, что дом был уничтожен, я смог получить сертификат на новое жилье. Теперь мне надо доказать, что я не причастен к преступлениям, потому что меня попросту не было в крае. А сейчас я даже вернуться не могу – меня арестуют. Но если я не вернусь, это знаете, к чему ведет? – мужчина пристально посмотрел на Драгана Павловича.

– Говорите, – попросил прокурор.

– Это касается многих уехавших сербов, – сказал Савич. – Возвращаясь в край, люди находят свои дома занятыми. Есть уже опробованная и хорошо отлаженная схема: если хозяин отсутствует, «местные органы» заявляют, что дом построен незаконно, владелец не получает извещения, а через месяц суд принимает решение о сносе дома или продаже албанцам для того, чтобы узаконить его на имя новых хозяев.

– Понятно, – Драган Павлович переложил несколько папок на столе с подобными делами, которые ему принёс Сашко. – А чем вы занимались с того момента, как выехали из края?

– Работал на сельскохозяйственном предприятии у родственников жены. Сначала просто помогал, потом уже устроился официально... – ответил Савич.

Это было довольно частым явлением, поэтому Драган Павлович не стал вдаваться в детали:

– Вы сейчас вернулись в Рашку? Для Вас там безопасно?

– Да, – заверил Савич, – хотя у меня есть подозрения, что за мной следят.

– С чего Вы так решили? – уточнил Драган Павлович.

– Недавно мне показалось, что меня фотографировал мужчина, – неуверенно сообщил Савич. – Я хотел подойти к нему, но он побежал. Я его не догнал.

– Зачем кому-то Вас фотографировать? – не понял прокурор.

– Не знаю, – покачал головой Савич. – Наверняка это как-то связано с тем, чтобы отобрать мою землю и дом. Ведь сейчас меня нужно в чём-то обвинить. И любое сфабрикованное доказательство подойдёт...

– А вы обращались в местную полицию? – задал очень важный пусть и немного провокационный в данной ситуации вопрос прокурор.

– Обращался, – сжал губы Савич. – И получил повестку с обвинением.

– Ясно, – приступил к подведению итога беседы Драган Павлович. – Чтобы Вам было понятнее, расскажу о шагах, которые мы будем предпринимать. Начнём с жилищного сертификата и проверки законности постройки. И если Вы не возражаете, наши сотрудники-криминалисты осмотрят Вашу машину. Если мы действительно имеем дело со слежкой, то нужно выяснить кто это делает и зачем. А уж доказать, что Вас не было в крае во время войны должно быть проще всего...

– Конечно, – согласился Савич.

Драган Павлович поднял телефонную трубку и к себе вызвал криминалиста.

В этот же момент зазвонил и личный мобильный прокурора. Драган Павлович спешно попрощался с Савичем и ответил. Звонила Марина:

– Ты помнишь, что мы через полчаса едем к бабушке? – напомнила она.

Драган Павлович не успел ответить, потому что раздался стук в дверь и на пороге показался криминалист. Прокурор показал ему жестом, чтобы он подождал.

– Марина, поезжайте с Нику, – сказал он, глядя на криминалиста, папки на столе и повестку для министра Весича.

Больше он ничего пояснять не стал, а подозвал к себе криминалиста.

– Слушай, можете прямо сейчас проверить машину бывшего сотрудника МВД?

Молодой криминалист, который теперь выполнял работу Костича кивнул.

– Спасибо, – поблагодарил его Драган Павлович.

А когда криминалист удалился, прокурор вызвал к себе Сашко:

– Пригласи к нам, пожалуйста, Весича, исполняющего обязанности директора института охраны культурных памятников, – он протянул секретарю повестку.

– Нику, – сказала Марина цыгану, откладывая телефон в сторону и присаживаясь на диван, – извини, я никуда не поеду.

– Но бабушка стареет, – возразил мужчина, чей брутальный вид немного пугал Марину, несмотря на то, что они уже были знакомы. Залысины цыгана блестели, остальные волосы были собраны в аккуратный хвост на затылке, а черная рубашка расстёгнута до самой груди. – Мы не можем не ехать.

– Ну какой смысл нам ехать без Драгана? – Марина посмотрела на мужчину, который заставлял её говорить банальные и все понятные вещи. – Бабушка ведь его ждёт...

– Поверь, она уже давно знала, что он не приедет, – покрутил между пальцев серебряную монетку цыган и подмигнул. – Она ждала вас с Лазарем. Просто не говори об этом Драгану.

– Правда? – усомнилась Марина.

– Ты бабушку не знаешь, – отмахнулся Нику. – Давай, у тебя десять минут, я пока попью на кухне кофе.

– Ладно, – неуверенно сказала Марина. – Только я не знаю, что нам с собой взять... – она имела в виду, что Драган Павлович всегда привозил в посёлок пакеты из супермаркета.

– Всё в порядке, – успокоил её цыган. – Я уже обо всём позаботился. У нас в машине даже автолюлька есть... – он непринужденно сделал глоток из чашки.

Для Марины это был первый выход с Лазарем. До этого в гости приходили только к ним. Даже медсестру они вызывали на дом. Поэтому было волнительно. Но младший сын бабушки помог Марине с ребенком погрузиться в большой внедорожник и повез их в поселок.

Марина так переживала, что даже не успела как следует разозлиться на Драгана Павловича. От собственных забот её отвлекло происходившее за окном. На въезде в посёлок, больше не лаял пес. Три разрушенных дома снесли, выровняв площадку. Деревья вдоль дороги срубили. Даже металлолом с перекрёстка увезли. Повсюду шумела строительная техника.

– А Лазарь точь в точь Драган в детстве, – сказал вдруг Нику, выезжая на главную улицу. – Хотя он попал к нам, когда уже был чуть постарше.

– А каким был Драган был в детстве? – спросила его Марина.

– Я когда о нём думаю, всегда одну историю вспоминаю, – улыбнулся Нику, показав свои золотые зубы. – Мы, когда были детьми, иногда тайком от взрослых бегали к церкви и милостыню просили. Кто-то давил на жалость, кто-то пугал проклятиями в случае отказа дать денег, а Драгану подавали в обмен на пожелания счастья и удачи. Он ещё спрашивал бабушку, будет ли у людей счастье. И она всегда говорила, что будет, если желать всем сердцем, – цыган тронул крестик, подвешенный в машине. – И Драган всегда, за что бы ни брался, делает всем сердцем, – они остановились возле дома. На крыльце стояла Мадина в длинном цветастом платье и две их с Нику младшие дочери.

– Я уже стала беспокоиться, – начала ругать мужа цыганка.

– Это мы виноваты, – Марина вынула из автолюльки Лазаря, который с интересом смотрел по сторонам и тянул ручки к новым людям. – Никак не могли собраться...

– Не защищай его, – сказала цыганка и расцеловала Марину. – Проходите.

В доме оказалось много гостей. В просторной столовой с распахнутыми настежь окнами уже сидела бабушка с крупных бусах и видавшем её молодость пиджаке, рядом с ней – настоящий цыганский барон из Вршаца на границе с Румынией, средний из её детей, оказавшийся в Белграде по делам. Сестра Мадины с зеленой шалью, закрученной и уложенной в виде чалмы на голове занимала место по другую сторону стола. И даже младший сын Нику, норовивший куда-то улизнуть, красовался на празднике в костюме-тройе.

Марину с ребенком посадили между бабушкой и сестрой Мадины.

– Лолэ! – воскликнула старая цыганка, глядя на мальчика, и убирала в карман курительную трубку.

– Светлые волосы, к удаче, – пояснила сестра Мадины. – У нецыган удача непрочно держится, ко взрослому возрасту уходит. А если в подростковом возрасте волосы не потемнеют — его удача с ним останется.

– А с чего ты взяла, что он не цыган? – возмутилась её словам бабушка. – У него отец цыган.

Марина испугалась, что сейчас они начнут по этому поводу спорить и разругаются, но к столу подбежала трёхлетняя внучка Мадины в розовом спортивном костюме и протянула Лазарю красный клубок.

– Кеша, ему ещё это рано, – сказала ей тетка.

Но девочка снова протянула и произнесла:

– Лолэ-рома!

И Лазарь с улыбкой схватил смотанные нитки.

– Ну всё, нашли парню невесту, – рассмеялась сестра Мадины.

– И второе тайное имя, – добавила бабушка.

Девочка тем временем залилась краской и убежала, а Марина забрала у сына клубок:

– Рано ему ещё невесту.

– Правильно, – согласился подошедший Нику. – Сначала надо коня, – в руках у него была игрушка: палка с бубенцами и тряпичной головой лошади, – он поставил свой подарок у стула Марины.

– Спасибо, – сказала она, едва удерживая Лазаря, который стал активно ворочаться.

– Марина, ты ешь, пожалуйста, – настояла Мадина, обходившая гостей. – Потому что потом будут танцы.

– Что вы, я не танцую, – замотала головой Марина.

– Ты это брось, – строго сказала хозяйка. – Сидишь целыми днями дома, хоть тут отдохнёшь и повеселишься. Девочки тебя научат.

Даже без её указания рядом появились младшие дочки. Марина хотела отказаться, но заиграла музыка.

– Давай Лолэ-рома, – протянула руки к Лазарю сестра Мадины. – Мы его не украдем, выяснили уже, что он и так наш, – она рассмеялась.

Хозяин и хозяйка первыми станцевали танец, подавая гостям пример. Цыганские девочки стали тянуть Марину за руки, и она сдалась. Они показали ей, как надо двигаться. Но несмотря на все старания, получалось у нее плохо. Внезапно к ним подошёл старший брат Нику. Он галантно протянул Марине руку с тремя золотыми перстнями, приглашая на танец.

– Давай, как мы тебя учили! – обрадовались девочки.

Заиграла новая совсем мелодия. Жгучая. Марину и её партнёра впустили в круг. И цыган несмотря на свой возраст и плотное телосложение стал так резво подскакивать, что Марине оставалось только крутиться и водить руками. Девочки хлопали. А Марина жалела, что танцует с ней не Драган Павлович.

Под конец цыган обнял раскрасневшуюся Марину и проводил на место. И как только она успела успокоить, скакавшее в груди сердце, как бабушка сказала ей:

– Что-то я устала, проводи меня в комнату.

Рядом тут же появилась Мадина:

– Сиди, – велела она Марине, – я провожу.

Но бабушка возразила:

– Ты со стола убирай, а мы с Мариной пойдём.

В общем -то бабушка без проблем сама дошла до комнаты и села в кресло у окна в сад. На улице уже стемнело и на небе была видна молодая луна. Старая цыганка зажгла настольную лампу с абажуром, украшенным бахромой.

– Тяжело вам сейчас? – спросила бабушка.

И Марина как-то сразу поняла, что говорит она не про Лазаря, а про Драгана Павловича, о котором до этого ни слова не спросила.

– Мы как будто отдаляемся, – сказала Марина, сжимая пальцы.

– Что поделать, – бабушка достала из кармана трубку и положила на стол. – Все дни жизни счастливыми не бывают.

– А мне-то что делать? – спросила Марина.

– Это ты сама решишь, – уверенно ответила бабушка. – Дай мне лучше посмотреть клубок, который твоему сыну Кеша дала.

Цыганка взяла клубок красных ниток и подняла его так, что его коснулся свет луны.

– Он тебя и Лолэ-Рома убережет, – сказала она наконец, возвращая моток. – Теперь иди, я спать буду.

После праздника Нику отвез Марину с Лазарем домой. В окнах их новой квартиры свет не горел. Это означало, что несмотря на поздний час Драган Павлович всё ещё не вернулся.

Вынимая из машины полученные подарки, Марина показала цыгану клубок и спросила:

– Почему бабушка сказала, что он меня убережет?

– У цыган красные предметы приносят удачу. А нить – символ судьбы. Он тебе от сглаза и порчи поможет, ты нитку на руку повяжи, – посоветовал Нику. – А клубок храни всю жизнь, – мужчина донёс уснувшего Лазаря до двери, попрощался и поспешил вернуться домой.

Кроме отправки повестки Драган Павлович попросил секретаря приготовить кофе и никого не впускать.

– Драган, душа, ты кажется так ничего и не понял, – сказал на это Сашко. – Начальники говорят, что их нет на месте, чтобы не работать. А ты наоборот – чтобы тебя никто не отвлекал.

Драган Павлович только отмахнулся. Но все-таки отвлечься от текущих дел ему пришлось. Криминалист сообщил, что во время проверки машины Савича были обнаружены прослушивающие устройства. Их передали в технический отдел для более подробного изучения.

Это означало, что Савич был прав в своих опасениях. Кому так сильно понадобилась его земля? Драган Павлович посмотрел за окно. На улице уже стемнело. Накрапывал дождь. Прокурор собирался покинуть свой кабинет и поехать домой, когда на мобильный телефон позвонили.

На экране отобразилось имя заместителя директора БИА, с которым Драган Павлович беседовал после взрыва. Пришлось ответить.

– Господин прокурор, могли бы мы встретиться? – сразу спросил сотрудник БИА.

– Подъедите? – предложил Драган Павлович, присаживаясь обратно в кресло под флагом.

– Я бы предпочел неформальную встречу, – ответил мужчина. – Как насчет башни Генекс? У нас в левой части есть офис. Вам подскажут.

Драган Павлович на секунду задумался. Вообще-то эта идея ему не нравилась.

– Вы же не боитесь высоты? – поторопил собеседник.

Башня стояла на въезде в Новый Белград. Вокруг был темный запущенный сквер, несмотря на то, что в правой жилой части оставались люди и свет в окнах горел. Из-за дождя вокруг пахло мокрыми листьями и ушедшей эпохой. Драган Павлович проверил, на месте ли оружие, миновал давно не функционирующий фонтан и вошел в холл. Его действительно встретил охранник.

– Вас ждут на 30-м этаже, – сообщил он.

Драган Павлович задумался, и охранник понял его озадаченность.

– Вам не обязательно подниматься по лестнице, – сказал мужчина. – Можете воспользоваться лифтом. Это не опасно. Монтажники, которые меняют рекламу, им всегда пользуются.

Этот аргумент не слишком убедил прокурора. Но он чувствовал себя таким уставшим, что ни за что бы не поднялся сейчас на тридцатый этаж пешком. Поэтому, медленно развернувшись, он нажал кнопку вызова лифтов.

Кабина была чистая и современная, оснащенная даже экраном, показывающим продвижение. Её немного качало, особенно это ощущалось на более высоких этажах. И было слышно, как снаружи трос скользит. Под потолком мигали пожарные датчики. Минута не самых приятных эмоций, и двери лифта разъехались в стороны.

Драган Павлович оказался на площадке, откуда можно было попасть на тёмную лестницу. Но справа была полупрозрачная дверь, за которой горел свет. Прокурор направился туда.

Свет исходил из небольшого зала перед бывшим кинотеатром. Здесь ещё оставались серые и бежевые кресла, низкие столики. Между первым и вторым окном в пол-оборота сидел замдиректора БИА. За ним был неплохой вид на спальные блочные районы.

– Места более экзотического придумать сложно, – приветствовал собеседника Драган Павлович.

– Не ворчите, – попросил сотрудник БИА. – Хотите подняться в ресторан?

– И тут хорошо, – ответил Драган Павлович, присаживаясь напротив мужчины.

– Как скажете, – усмехнулся тот, но тут же принял серьезный вид. – На самом деле вопрос непраздный. Не знаю, может быть, Вы уже видели, – он поставил планшет н стол и включил интервью.

На экране появился президент Республики Сербской. Говорил он о возможной дате референдума по вопросу выхода энтитета из состава Боснии и Герцеговины. Он же добавлял, что Сербская рассматривает и возможность присоединения к Сербии.

«Было бы абсолютно естественно и исторически оправданно объединиться в единую структуру и сообщество, где большинство населения составляют сербы, но эта задача для будущих поколений и политических ре