Твоё милое чудовище

Завожу руку за спину, достаю из-за пояса джинс пистолет. Тихий щелчок предохранителя звучит, как приговор. А после прислоняю тёплый металл к его лбу.

– Я не это спросил, – устало выдыхаю. – Пользовался?

– Да, – дрожащим голосом отвечает парень.

Мне большего и не требуется: приглушённый звук выстрела разгоняет по венам кровь. Я привыкший лишать жизни и уж точно не один раз слышал, как звучит смерть, но эффект, который производит этот момент… он, сука, ни с чем не сравним.

Некогда живой человек растекается на стуле безвольным мешком, а я наблюдаю, как из его, и без того туманного взгляда, уходят последние крупицы жизни.

– Вызови наших, – бросаю тихо, проходя мимо друга. – Пусть подчистят.

– А остатки доставки?

– Это объедки, а они никому нахер не упёрлись.

– Какая ирония, – хмыкает Демон, когда мы выходим обратно в коридор. – Он сдох ради минутного удовольствия.

– Не он первый, не он последний, – отвечаю с усмешкой.

И ведь это, сука, правда. Лет десять я сам занимаюсь этой частью бизнеса отца, и за эти года, чуть ли не каждый третий, кто приходил работать, заканчивает так же, как этот парень. Всеми движет корысть, жадность и, как выразился Айко, минутное удовольствие. Каждый думает, что он умнее, быстрее и, самое главное, догадливее меня. Однако это ошибка. Я рос в окружении гиен, что представляют себя львами. Я знаю, как выглядит человек, способный предать. Знаю, но каждый грёбаный раз даю этим бедолагам возможность доказать мне, что я не прав. Только вот в конце концов мозги всё равно летят по стенке.

– Сегодня охота? – спрашивает Демон, когда мы заходим в кабинет, а после падает в кресло у стола и снова утыкается взглядом в экран ноута. – Ты ведь не только из-за курьера здесь.

– Да. Несколько девочек минусанулись, – прохожу к столу и, взяв ещё один бокал, наливаю себе из бутылки, которая всё также стоит открытая, усаживаясь в кресле напротив.

Повисает молчание.

Я, как обычно, задумываюсь о своём, а Айко что-то усердно ковыряет в компе.

– Не поверишь, кто здесь, – усмехаясь тянет друг, вырывая из белого шума в моей голове, а после поворачивает ноут ко мне.

На экране – камеры со входа. На них белым пятном плывёт светловолосая дева в коротком чёрном платье и виляя жопой. Я узнаю этот зад из тысячи тупо потому, что не один раз трахал его, в любых состояниях и позах.

– Кукла, – констатирую я. – И?

– Думаешь она здесь просто так? – хмыкает Айко. – Ты же её кинул.

– Чтобы кинуть, нужно что-то обещать, – усмехаюсь. – Пусть радуется, что не дёргает задницей в “Свити”, как все её предшественницы. Дай Марсу и Витале инфу, чтобы её не впускали, – бросаю с полуулыбкой, припоминая, как все, кто хотел со мной отношений, соглашались стать стриптизершами и шлюшками, лишь бы не переставать видеться совсем.

Он тут же берёт в руки рацию и передаёт ребятам на входе мои слова. А я отвожу взгляд, но вдруг замечаю, как вслед за Ритой плывёт другая фигура: изящная, хрупкая, обтянутая коротким светлым топом, но скрытая снизу из-за широких штанов; с чёрными, как смоль волосами, которые даже сквозь рябь камеры кажутся шелковистыми.

И тут всё тело прошибает разрядом электричества. Ощущения почти те же, как когда нажимаешь чёртов курок.

– Её надо к моим сокровищам, – киваю подбородком на экран.

– Дать отворот? – Айко вскидывает тёмную бровь.

– Да. Она нужна в мою коллекцию.

Глава 4. Наблюдать

Лис

Неспешным шагом плыву в вип-комнату на втором этаже главного зала. Это единственное огороженное помещение, и в него можно попасть только с ключ-картой. Випку с натяжкой можно назвать прям помещением: комната в двенадцать квадратов полностью из стекла, но тонированного так, что изнутри можно увидеть, что происходит на танцполе, а вот оттуда не разобрать, кто смотрит на тебя. Тёмный пол, тёмный потолок, диваны из белой кожи и тяжёлый стол из светлого дерева. Своеобразная клетка для тех, кого сюда приводят. Или, как однажды её назвал Демон – наблюдательный пункт.

Заходим вместе с Айко и пока он усаживается на один из диванов, я достаю из термошкафа бутылку виски, а после разливаю его в два ледяных бокала, один из которых протягиваю другу.

Стою, смотрю на зал, лихорадочно бегая глазами по силуэтам людей. Часть танцует, кто-то просто сидит или стоит у стойки, слишком часто обмениваясь рукопожатиями, но меня интересуют не все они. Только одна. Та, что пришла с Куклой. И спустя некоторое время у меня всё же получается выцепить её взглядом у столиков на возвышении. Их четверо: Рита, эта девушка, огромный – даже для немаленького меня – белобрысый бугай и ещё один тёмный чел с видом всемогущего великомученика. Понятия не имею, как отсюда вижу всё настолько чётко, но будто каждый раз, когда зрение цепляется за россыпь чёрных волос, все чувства в организме разом обостряются, вынуждая все системы работать на пределе.

Когда блондин обнимает моё Сокровище, я слегка напрягаюсь, однако отпускает также быстро, когда он поспешно делает шаг назад, но те касания, что происходят дальше, вынуждают пальцы на бокале сжаться сильнее, отчего я практически слышу хруст собственных костей.

– На шест или на продажу? – лениво спрашивает Айко, видимо, заметив мой повышенный интерес.

– На месте разберусь, – выталкиваю из себя, продолжая подобно коршуну наблюдать за компанией.

Смотрю, как они пьют, разговаривают, как она смеётся. В эти моменты кажется, что я слышу её мелодичный голос и от одного этого глюка в штанах чувствуется напряжение. Спустя время вижу, как брюнет закидывает руку на плечо моему Сокровищу и вот в этот момент готов повторить момент из подвала.

– Лис, ты норм? – снова слышится голос друга.

– Да, – цежу сквозь зубы.

– Ну тогда повторю вопрос: когда следующая доставка?

– Завтра, – не поворачиваясь к нему, отвечаю.

Не хочу пропустить ни единого её движения. Будто я одержим.

– Мне поехать?

– Нет, я сам, – киваю Айко в отражение.

Я определённо благодарен ему за то, что он всегда на поддержке. И это забавно, учитывая, что мы стали друзьями после драки. Совсем пацанами схлестнулись да так и продолжаем общаться.

На тот момент для меня было немыслимо, чтобы я начал дружить с пацаном из скид-роу, потому что хоть я и был «Никчёмным наследником», но всё же был. А Айко… его воспитывала улица и пара бездомных кошек, потому что мать – единственная кто реально о нём заботилась – умерла, а батя… про таких говорят, что лучше без него, чем с таким, как он.

А теперь… теперь его имя знают наравне с моим, и это точно не из-за того, что он мой помощник. Скорее из-за того, что немаленькую часть работы он берёт на себя. Как тот же клуб: я тут тупо есть, а он заведует всем и именно поэтому в собственниках мы оба.

– Демон, отрой информацию, кто те двое с Ритой и её подругой, – роняю, продолжая гипнотизировать собственническую руку на плече брюнетки.

А ведь я в своей голове представил десять способов, как отделить конечность от тела этого парня, а после ещё пять разных вариантов, куда её можно ему запихать.

– Парни? – в тоне Айко слышится удивление. – Меняем вектор?

– Нет. Мне просто нужна информация.

Он не отвечает, но я и так знаю, что Демон принял задачу в оборот. Не удивлюсь, если уже поставил перед айтишниками план на выполнение.

Наконец, взгляд улавливает движение. Не, его вокруг полно, но теперь происходит именно то, что мне было нужно: моё Сокровище выползает из-под руки этого придурка, и они вместе с Куклой идут на танцпол.

Танцует. Один трек, другой. Быстрый, медленный, сексуальный и чувственный. Двигается так, что под кожей растекается раскалённая лава. Ничего подобного я никогда не испытывал. Какие-то новые, абсолютно непонятные чувства, которые буквально толкают меня в её сторону.

И это я тоже делаю впервые. Покидаю пределы наблюдательного пункта. И хотя внутри всё рвёт и мечет оказаться ближе в эту же секунду, но я не тороплюсь. Неспешно выхожу, прохожу вдоль балкона, здороваясь со знакомыми людьми, спускаюсь. Также медленно почти плыву в её сторону, и мне даже плевать, окажется ли Кукла в этот момент рядом: взгляд, эмоции, всё моё нутро зацепилось за хрупкую фигуру и даже спустя такой путь не отпускает.

Оказываюсь очень близко. Настолько, что, протянув руку, могу её коснуться, но не делаю этого, продолжая впитывать в себя её движения, а вместе с ними любую мелочь. Цепляю глазами момент, как она ведёт руками вдоль своих рёбер и выше, будто ласкает себя; как поправляет волосы, перекидывая их на один бок; как плавно двигается все её тело под спокойную мелодию. Замечаю каплю пота на позвоночнике, которая медленно стекает ниже, под пояс штанов, и ловлю себя на мысли, что хочу исследовать тот же путь языком.

Всё же делаю шаг ближе. Укладываю руки на её бёдра, глубоко вдыхая сладкий аромат, и даже когда она напрягается, не перестаю дышать ей, только наклоняюсь ниже и практически у самого уха произношу:

– Если будешь послушной, я даже разрешу тебе дотронуться до меня в ответ.

Это звучит самодовольно, но я знаю, какой эффект произвожу. А ещё я реально не люблю, когда девушки меня трогают, но этой Крохе я позволю всё, если она хотя бы раз покажет больше, чем позволено в клубе.

Она резко, практически истерично, обхватывает мои руки своими тонкими пальчиками, чем заставляет меня немного усилить давление, чтобы не дать ей выбраться. Но это всего на секунду, потом её тело расслабляется и моё следом за ней. Настолько, что я сам не замечаю, как моё Сокровище вырывается из моих рук и, разворачиваясь, наотмашь хлещет по моей щеке ладонью.

Мне бы разозлиться да выбить из неё всю дурь, но я смотрю в её голубые, как два топаза, огромные глаза и весь остальной мир вокруг нас будто сужается до минимума.

На лице автоматически вырисовывается улыбка, чтобы она не испугалась. Хотя внутри бушует такой ураган эмоций, что если дать ему волю, то от клуба не останется ни следа.

Смотрю на её пухлые губы, раскрывшиеся в удивлении; на мягкие черты лица; успеваю разглядеть часть татуировки на руке, вместе с тем заметить, что под ней рубцы; осматриваю венку, которая бьётся на тонкой шее со скоростью тысяча ударов в минуту и не могу ничего сделать, даже шагнуть в её сторону, потому что вся моя энергия направлена на то, чтобы удержать себя на месте. Удержать и не сорваться в диком голоде к её шее.

– Даниил! – сквозь музыку слышится знакомый писк.

Это Рита. Она всегда издаёт этот, нервирующий звук, когда видит меня, и сейчас он как никогда бьёт по барабанным перепонкам, несмотря на громкую музыку.

– Прости, – говорит Сокровище едва слышно, так что мне приходится читать это по её пухлым губам.

А после разворачивается и уносится со скоростью света.

Кукла в растерянности смотрит вслед подруге, затем переводит дикий взгляд на меня, но всё же вымученно выдыхает и идёт туда, где скрылась чёрная голова.

Я так и стою, словно молния в темечко ударила, а в голове беспорядочно крутятся шестерёнки, наводя на одну-единственную мысль: я хочу её себе.

– Не хило она тебе всекла, – хмыкает непонятно откуда взявшийся Демон.

– Найди мне по ней данные к моему приезду, – провожу костяшками пальцев по пылающей щеке.

– Шест, продажа, утиль? – перечисляет друг.

– Нет. Она моя.

Глава 5. Бояться

Сокровище

– Рит, может, всё же расскажешь, откуда ты знаешь того парня? – спрашиваю в пятисотый раз за последние несколько дней, помешивая чай, сахар в котором уже давно растворился.

Кукла вымученно выдыхает, осознавая, что я не отстану и ещё больше бегать от ответа она не сможет. Падает на стул за столом напротив меня и наигранно дуя губы, бормочет.

– Это Даниил…

– Спасибо, кэп, – усмехаюсь, делая глоток обжигающего напитка. – Я это поняла ещё когда ты позвала его по имени.

– И чего он тебя не отпускает? – возмущается подруга.

– Да мне как-то всё равно на него, – пожимаю плечами. – Меня не отпускает тот факт, что ты о нём не рассказываешь. Это, знаешь ли, звоночек, – тихо посмеиваюсь.

Наблюдаю, как Рита нервно закусывает губу, о чём-то размышляя. Почти буквально вижу, как её разрывает желание мне всё рассказать, но при этом она сама себя тормозит. Вот это уже чертовски интересно!

– Ну, давай, говори уже, – подначиваю её, откусывая кусочек печенья.

– Это Даниил, и мы были любовниками, – на одном тяжёлом выдохе выпаливает она.

– Так а чего секретного-то?

– “Подвал” – его клуб, а он… – Кукла укладывает обе руки на столешницу, собирая пальцы в замок, и нервно заламывает их. – Он сын… верхушки мафии.

Издаю звук похожий на кряканье и начинаю кашлять, ощущая, что подавилась крошкой печенья.

– Гонишь? – давлю, вытирая выступившие слёзы, а когда вижу её тоскливый взгляд, направленный на меня, понимаю – не шутит. – Рит, ты больная? Ты как в это ввязалась?

– Я ведь говорила, что мы знакомы с универа, – бубнит себе под нос, вскакивая на ноги, и начинает порхать по кухне в притворной занятости.

– Ага, прям так и сказала: знакомый с универа. Просто, видимо, забыла уточнить, что он связан с криминалом, а ещё что ты спала с ним, – начинаю смеяться. – Вот это тебя занесло, конечно. Скажи ещё, что влюбилась.

– Ты просто не знаешь, какой он, – внезапно останавливается с пустой тарелкой в руках.

– А ты знаешь? – вскидываю бровь, вспоминая, что он даже не посмотрел на неё в клубе.

Рита в очередной раз поджимает губы и молча заканчивает пустую уборку. В общем-то, кажется, на этом мои полномочия заканчиваются, только вот есть одна вещь, которая мне сто процентов не даст покоя.

– Рит, ты бы перестала по нему слюни пускать, – роняю тихо, вставая с места. – Судя по его семейным связям, он плохой человек. Я бы даже сказала… опасный.

Подруга коротко улыбается, оставляя мою реплику без ответа, а я и не настаиваю. Только надеюсь, что у неё хватит ума последовать этому совету.

Конец того вечера прошёл довольно сносно, хотя и намного спокойнее, чем планировалось изначально. Как только я сбежала с танцпола, попросила ребят уехать, и мы свалили к нам в квартиру. Пили, разговаривали, смеялись.

Того парня я больше не вспоминала, если не считать попыток разговорить подругу, но в целом… плевать. Только периодически кажется, что он где-то из-за угла улыбается своей милейшей улыбкой, вынуждая вздрагивать.

Из кухни иду в комнату, чтобы собраться на собеседование. Ну, собеседованием это сложно назвать, ведь я хочу устроиться секретарём в какую-то контору по производству пластиковых статуэток. И кто их вообще покупает? В общем, неважно, мне просто нужна работа, а эта, вроде, одна из немногих попавших мне на глаза, где не нужно много ума и не требуется образование. По правде, я нашла две такие вакансии, в приоритет поставила эту.

– Ты на такси? – на пороге комнаты появляется Кукла, как раз когда я уже натягиваю белую рубашку.

– Марк отвезёт, – сама от своих слов растекаюсь лужицей.

– Вы снова вместе? – лукаво улыбается.

– Не знаю, – отвечаю чистейшую правду. – Но пока мне и так хорошо.

Рита кивает, не переставая лукаво улыбаться, а я продолжаю приводить себя в божеский вид.

Ещё через полчаса я уже сижу на переднем сидении тойоты Марка у парадного входа в офис и безумно волнуюсь. Не могу понять почему, ведь это не первая моя работа, но отчего-то весь организм содрогается, стоит только подумать, что мне снова придётся взять на себя ответственность.

– Всё будет нормально, – тёплая мужская ладонь укладывается на моё колено, а большой палец едва ощутимо поглаживает кожу. – Ты справишься,

– добавляет уверенно.

Поправляю манжеты на рубашке, чтобы скрыть небольшую часть татуировки, и слабо киваю. Задерживаю взгляд на его руке, стараясь сфокусироваться только на ней.

– Да, ты прав, – давлю лёгкую улыбку, отрываю глаза и перевожу их на него. – Всё будет хорошо.

Марк медленно моргает, а после тянется, оставляя на моей щеке мягкий, горячий поцелуй.

– Жадина, – тихо посмеиваюсь.

– Выйдешь не безработной – будет больше, – хрипит, утыкаясь носом в мой висок, продолжая гладить мою ногу.

Надо отдать должное, на какое-то время это помогает забыться, утонуть в ощущении поддержки, но хватает меня ненадолго.

Снова киваю и, хватаясь за дверную ручку, выхожу на улицу. Смотрю на высокое здание, задрав голову, протяжно выдыхаю. Продолжаю теребить рукава, а вместе с ними и лямку сумки. Волнение не сходит.

Признаться честно – я дико боюсь контакта с незнакомыми людьми. Видимо, во мне это заложила матушка, когда каждое моё знакомство сопровождалось ремнём и дикими криками, словно я обнесла магазин. Для профилактики, так сказать, чтобы не появилось мыслей делать глупости. Помню, как жутко мне было идти в универ в другом городе… каждый день – испытание для нервов.

Но сейчас, как и тогда, у меня нет выбора. А потому, надо идти. В конце концов, что может пойти не так, да?

Глава 6. Поражаться

Сокровище

В светлом фойе я сижу одна, если не считать базовую блондинку, что стучит ноготками по клавиатуре и делает серьёзный вид. Она же, между прочим, попросила меня подождать пять минут… ровно полчаса назад. И от этого ожидания я нервничаю ещё больше, уже прикидывая в голове, что пора уходить.

Но все мои великие планы рушит звон рабочего телефона.

– Да, Вадим Андреевич… – отвечает блондинка, имени которой я не запомнила. – Да, конечно, сейчас, – важно кивает, кладёт трубку и уже мне говорит: – Можете проходить, вас ожидают.

Встаю с кресла, на котором сидела всё это время, гипнотизируя полупрозрачную дверь. Руки слегка трясутся, но в целом – жить можно. Первый шаг даётся сложно, а затем я всё же беру себя в руки и прежде чем зайти в кабинет поправляю невидимые складки на белой рубашке.

За столом сидит мужчина лет сорока. На его носу небрежно висят тонкие очки, а на висках виднеются проблески седины, однако он не одет, как показывают начальников во многих фильмах – нет строго костюма и галстука. Обычная рубашка-поло в клеточку. И все его внимание обращено в монитор ноутбука.

– Здравствуйте, – прочищая горло, подаю голос.

Он всё же отрывается от своего занятия, оглядывая меня с ног до головы. Взгляд заинтересованный. Даже слишком. Но не пошлый. И это меня воодушевляет.

– Меня зовут Ярослава, – начинаю тихо, проходя ближе к столу. – Учусь на экономическом, третий курс. Ну ещё не совсем учусь, но с сентября буду, – бормочу быстро.

– Любопытно, – хмыкает мужчина, не думая представляться. – Вы не подходите мне, Ярослава, – добивает коротко.

Я же не сразу понимаю, что он сказал, а когда до меня доходит, то так, и замираю, не дойдя до точки назначения. Хмурюсь. Злюсь. Негодую. В целом – бешусь. Но всё же спрашиваю:

– Могу я узнать почему?

– Мне нужен человек с опытом и без груза в виде обучения, – пожимает плечами.

– Но в объявлении сказано…

– Неважно, что сказано там, – перебивает меня достаточно жёстко. – Я вынес своё решение.

Не знаю, как объяснить, но в моменте органы вниз упали и давят на меня с титанической силой. Конечно, моя жизнь на этом не закончилась, только вот внутри клубится чувство, будто меня использовали и выбросили. Словно я зря столько времени переживала. И от этого я начинаю натурально закипать.

Понимаю, что надо валить, пока эмоции не взяли верх над разумом и, разворачиваясь на пятках, выхожу, напоследок громко хлопнув дверью. На блондинку даже не обращаю внимания, а вот стоит сесть в машину Марка, как меня прорывает.

– Вот же мудак! – шиплю змеёй, глядя перед собой.

– Собеседование провалилось? – боковым зрением вижу, как он кидает на меня настороженный взгляд.

– Даже больше, – фыркаю, откидываясь на спинку сидения. – Оно не началось.

– Ты успела сделать что-то, что ему не понравилось? – наклоняется ближе и теперь его лицо с задранной бровью, перед моим.

– Я не успела ничего, – смотрю на него, поджимая губы. – Только имя сказала.

– Может у него аллергия на Ярослав? – хмыкает.

– Вообще, не смешно, – хмурюсь. – Придётся ехать на второй адрес, но там меня не ждут.

– Будь наглее и смелее, Яра, – говорит тихо, а после мягко касается своими губами моих. – Говорят, это упрощает жизнь.

И вместе с этими словами отстраняется, возвращаясь к рулю. А я… пару раз моргаю, скидывая с себя наваждение, и всё же, делаю так, как сказал Марк: достаю из сумки телефон, открываю заметки и копирую оттуда номер, набираю его. Несколько гудков и вот на той стороне слышится мужской, практически убаюкивающий голос.

– Здравствуйте, – прочищая горло говорю. – Я звоню по поводу объявления на должность администратора.

Хотя, по правде говоря, я вообще не вижу себя организатором праздников: более унылого человека ещё поискать надо, но, как говорится, за неимением лучшего…

– Добрый день, – его голос растекается, как мёд. Приторно и слишком заманчиво. – Можете подъезжать, я пока на месте.

– Вот так просто? – искренне удивляюсь.

– А что ещё нужно? Вы думаете, для организации мне нужно высшее юридическое? Или может ваше знание числа “Пи” до пятнадцатой цифры? – следует бархатистый мягкий смех. – Мне важно знать, привлекаете ли вы клиентов и насколько коммуникабельны. Не более.

Протяжно выдыхаю, совершенно не ожидая такого ответа, но тем лучше, правда ведь?

– Хорошо, в течение получаса буду, – наконец выдаю, понимая, что пауза задержалась.

– Ожидаю, – всё также меланхолично отвечает и обрывает звонок.

– Ну, что сказали? – Марк вопросительно смотрит на меня, когда я поворачиваюсь к нему.

– Н-нормально вроде, – бормочу, глядя то на него, то на экран смарта. – Правда, сложилось впечатление, будто я разговаривала с гипнотизёром.

Марк тихо смеётся, а после открывает на панели навигатор и выжидающе смотрит на меня. Больше не говорю ни слова, только ввожу адрес, и мы сразу же начинаем движение.

В дороге Марк пытается отвлечь меня разными рассказами, но я то думаю о работе, то о новом месте учёбы, то меня и вовсе заносит в моих размышлениях с одним-единственным вопросом.

– Почему у тебя никого нет? – вдруг поворачиваюсь и смотрю на Марка.

Он вскидывает брови, видимо, не ожидая такого развития событий, но после усмехается. По-доброму, но так, словно я спросила какую-то глупость.

– Не хотел отношений, – пожимает плечами. – Мне всего двадцать три, хотелось пожить для себя.

– ХотеЛОСЬ, – делаю акцент на прошедшем времени.

– Малышка, если ты думаешь, что только ты была безумно влюблена пять лет назад, то ты крупно ошибаешься, – улыбается мягко, бросая в мою сторону короткий взгляд.

А я… кажется, от кончиков пальцев и до корней волос краснею, если такое возможно. Он так легко и прямо об этом говорит, что у меня органы сводит в один сплошной комок, от которого хочется танцевать.

На самом деле за эти несколько дней я поняла, что Марк сильно изменился. Он и раньше был стойким и точно знающим, чего хочет, но теперь передо мной настоящий мужчина. Который сегодня отменил все дела, чтобы сегодня быть со мной и терпеть мои припадки неуверенности в себе. Который несколько дней назад держал меня за трясущуюся руку, пока мы ехали в такси. Который каждый раз смотрит так, будто готов закрыть от всего мира. И да, я всё ещё испытываю трепет перед ним и его отношением ко мне, однако не могу сказать и сейчас влюблена настолько же, как раньше.

На нужный адрес подъезжаем через двадцать минут, и в этот раз я выхожу из машины немного более уверенная в себе. То ли присутствие Марка так действует, то ли я просто взбешена прошлым отказом.

На этот раз меня сначала встречают на ресепшен. Молодой парень очень вежливо спрашивает документы, интересуется куда и к кому, а я практически по слогам читаю название фирмы “King of Foxes”, на что тот лишь многозначительно хмыкает, но всё же говорит, что мне на двадцать пятый этаж.

Пока еду в лифте, перебираю все возможные варианты кто и что меня там ждёт. Такая же блондинка и ослепительно-белый цвет стен? Или, может, что-то в бежевых тонах?

Но явно не ожидаю, что за столом секретаря будет сидеть самая обычная рыжая девушка, без вычурного маникюра и яркого макияжа; в самых простых джинсах и белой футболке с надписью “FUCKтически я работаю”. Еле сдерживаюсь, чтобы не засмеяться, но, видимо, на моём лице это написано, потому что как девушка поднимает лицо, тут же широко улыбается.

– На собеседование? – спрашивает она.

– Да, – киваю, почёсывая костяшками нос, чтобы скрыть смех.

– Проходите, вас ожидают, – машет рукой в сторону и встаёт следом за этим движением.

Выплывает из-за стола, шоркая подошвами кроссовок по паркету, и после двух коротких стуков в дверь, просовывает голову в кабинет.