ОТВОРЯЙ ЗАБЫТЫЕ ДВЕРИ (Даффи Толстяк)

Но чем дальше они шли, тем сильнее становилось ощущение, что с городом что-то не так. В некоторых местах свет был тусклее, дома казались полупрозрачными, будто вот-вот растворятся, а фонари мерцали, как будто их пламя вот-вот погаснет. И шёпот, который раньше был полон надежды, теперь звучал тревожно — в нём слышался страх потери.

На перекрёстке, где три улицы сходились в одну, они увидели старика. Он сидел на низкой скамейке, сделанной из переплетённых теней и света, и держал в руках стеклянную банку. Внутри неё медленно кружилась серебристая дымка, похожая на туман над озером ранним утром. Старик был одет в длинный плащ, сотканный из лоскутов ночи, а его седые волосы казались сделанными из лунного света.

Когда Тим и Лия подошли ближе, старик поднял на них глаза — глубокие, тёмные, в которых отражались тысячи чужих снов.

— А, вот и вы, — тихо произнёс он, и его голос звучал так, будто доносился издалека, сквозь долгие годы. — Я ждал вас. Или, может быть, я сам вас придумал. В этом городе сложно отличить, что было на самом деле, а что — лишь сон.

Лия осторожно присела рядом с ним.

— Кто вы? — спросила она.

Старик улыбнулся — мягко, печально.

— Я хранитель снов, — ответил он. — Собираю чужие грёзы в банки, чтобы они не рассеялись в воздухе. Каждый сон, каждое желание — это кирпичик этого города. Пока они живы, город стоит. Но если хоть одно желание погаснет… — он кивнул в сторону тусклого фонаря, который едва мерцал, словно из последних сил. — Тогда начнёт рушиться всё.

Тим посмотрел на фонарь. Его свет был таким слабым, что казалось, будто он вот-вот исчезнет, оставив после себя только холодную тень.