Меркурий и Венера

И поковыляла к заветному выходу. Увы, но скорость таки пришлось сбавить. Не удобно ходить, когда на правой туфле отсутствует семисантиметровая шпилька. Знала ведь, что нужно обуваться в более удобную обувь. Да не думаю, что здесь одобрят кроссовки.

- То есть, тем самым вы хотите сказать, что подобного рода походка в норме вещей? – поинтересовался мужчина, тоже приходя в движение. Даже от стойки отошел и зашагал рядом со мной. Руки заложил за спину. Будто учитель перед непутевой ученицей. – Не заметил подобного утром. Да и до этого…

Смолчала, несмотря на то что хотелось высказаться. И выругаться. И стукнуть его чем-нибудь по голове. Да хотя бы и поломанной туфлей. Теперь еще и за ремонт обуви платить… Хорошо, что у меня в машине была еще одна пара…ботинок. Не очень презентабельных и удобных. Они жутко натирали правую пятку, но зато были. Мне ведь по офису целый день в них не носиться, верно?

- Вы меня игнорируете, - не вопрос, утверждение. С которым я, опять же, спорить не стала. Зачем? Если он прав. Хотя бы в этом. – Я хотел бы знать, почему?

Тут я могла ответить чисто по-женски: «Потому что!» Однако и этого делать не стала. Знала я себя. Стоит нам перейти в словесную баталию и… В лучшем случае я просто лишусь работы. В худшем, еще и на лекцию опоздаю. А меня, между прочим, корейцы ждут. После практики я еще больше убедилась в том, что Корея – моя страна. Да и все приятнее смотреть на тощего корейца, чем на толстого русского. Нет, само собой, не все такие. Но все чаще я ловила себя на том, что «соплеменники» мне не по душе. Наверное, всему виной расставание с Александром. Хотя, не я первая, не я последняя, кто так разочаровывается.

- Послушайте, - продолжил допытываться Венер. Еще и за руку меня повыше локтя ухватил, сжал сильно. – Неприлично не отвечать на прямой вопрос.

- Неприлично, - парировала я, - задерживать меня после работы. Простите, - осторожно стала отцеплять от своей руки его пальцы. – Я опаздываю. Из-за вас, стоит отметить.

Мою конечность после этих слов поспешно отпустили. И я смогла отойти на безопасное расстояние. Всего пара шагов. Потом возобновила продвижение к выходу. Оказывается, пока меня пытали вопросами, мы остановились. В каком-то метре от выхода.

- Прощу прощения, - пошел на мировую Маркус. – Но любопытство сильнее меня. И все же?

- Все же… - Посмотрела на наручные часы, всем своим видом стараясь дать понять, что не настроена на долгий диалог. Как и на короткий, чего уж там. – Все же я опаздываю. Всего доброго.

Сказала и захромала дальше. Если по ровному, намытому полу идти было еще возможно, то по кривой, местами раздолбанной дороге – нет. Как итог, я подвернула ногу и, неуклюже замахав руками, стала падать. Злосчастный каблук выскочил из моей руки и каким-то странным, невероятным образом, полетел в сторону Венера, который уже повернулся ко мне спиной.

Все показалось мне замедленной съемкой. Мое падение, взмахи руками, вскрик, каблук, темноволосая макушка иностранца, поворот его головы, недоуменный взгляд при виде летящего в него, опять же, каблука…

- Что… - как ни странно, произнести он успел это на русском языке. Потом, когда «грозное оружие» достигло цели, мужчина скатился до вполне себе обычного для него иностранного мата. Проблем с другими языками у меня не было, поэтому я прекрасно поняла, кого и куда он хочет запихнуть. Думаю, и так понятно, что жертвой его ругательств стала я.

Признаться, слабое чувство вины все-таки во мне зародилось. На пару секунд. Потом оно резко сдохло в зародыше, потому что Венер продолжил полоскать меня грубыми словечками. Считал, скорее всего, что если я работаю аналитиком, то в его вывертах ничего не понимаю. Могла расстроить – понимала. И довольно хорошо.

Давать ему об этом понять или нет, вот в чем вопрос. С одной стороны, хотелось посмотреть на его реакцию. С другой – его неведение может в дальнейшем сыграть мне на руку. Когда? Если бы я знала. Именно поэтому и размышляла, надо оно вообще или нет.

Так вот, все эти мысли пронеслись в моей голове за долю секунды. Именно в те мгновения, когда я летела на встречу с землей. Давненько я, признаться, на ней не лежала. Говорят, она лечит. Но это касалось, наверное, обычной земли, а не выложенной паршивым асфальтом дороги.

Никто подхватывать меня в полете не спешил. Как это обычно бывает в романтических фильмах. Дорамах… Там, обязательно тощий, но ми-ми-ми-какой-красивый азиат показывает не только чудеса выносливости, но и, как ни странно, богатырскую силу. Понимаю, что девушка там тоже близка к анорексии, но все же… Опустим тот момент, что ее с самого детства кормили одним пустым рисом.

И вот лежу я такая на холодном асфальте и размышляю. Нет, не о дорамах и их чем-то всегда похожих сюжетах. А о том, что меня так никто и не поднимает. А время, между прочим, идет. Время капает, словно вода на лоб. То есть, раздражает до зубовного скрежета.

Приподняла голову, посмотрела на Венера, который, о чудо, чтоб его, все-таки пошел в мою сторону. Но смотрел так зло и с такой силой потирал лоб, будто разминал руку для того, чтобы сомкнуть сильные пальцы на моей тонкой и, прошу заметить, хрупкой шее.

- Вы… - выдавил из себя Маркус, наклоняясь надо мной и протягивая руку, предлагая за нее ухватиться. – Вы чертовски… как это по-вашему? Катастрофа.

- Бедовая? – предположила.

Помощь мужчины приняла. Но была начеку. Нет, разумеется, убивать он меня не станет. Надеюсь… Однако, мог дернуть за руку сильнее, чем того следовало. Или вцепиться в меня мертвой хваткой, так, что аж кости затрещат.

- Да, именно, - подтвердил мое предположение Венер. – Это слово… очень вам подходит.

Мне помогли подняться на ноги и даже, точно машинально, отряхнули юбку. Мою. Юбку. Сзади. То есть, наглая мужская конечность прошлась по моим ягодицам. От такого я впала в ступор. Нет, нежной барышней я не была, и подобные прикосновения были для меня не новы. Но чтобы ко мне прикасался малознакомый мужчина!

- Это… - выдохнула.

И сразу закрыла рот, потому что не знала, что сказать дальше. По сути, он мой начальник. Вроде как. И если я начну показывать свой характер, то рискую, опять-таки, вылететь с работы, на которую только-только устроилась. А вот с другой…

Вот честно, рука сама дернулась. Причем, с невероятной для меня силой. И пощечина вышла знатная, хлесткая, с характерным громким звуком. Зато наглую конечность с моей пятой точки убрали. Даже на шаг отошли. Или отшатнулись. Удар, повторюсь, получился знатным. Как я его еще в нокаут не отправила, загадка века.

Ладонь горела, щеки тоже. Жажда убийства становилась все сильнее. Я ведь опаздываю! И вместо того, чтобы мчаться к своей побитой малышке, стою тут и буравлю этого наглого иностранца тяжелым взглядом. Тяжелее взглядов у меня, наверное, еще никогда не было. Даже когда с Сашкой разошлась, таким взором его не награждала. Скорее всего потому, что он руки свои загребущие не распускал.

- Женщина, ты сумасшедшая? – спросил Венер.

Акцент у него стал более выразительным. Нервничает или злится. Склоняюсь ко второму варианту. Как же, нас ударили. И кто? Обычный сотрудник. Новичок, которому, кажется, не объяснили, что начальству нужно лизать пятки. Ну или кое-что другое. Что именно, думать не хотелось вот вообще.

- Придурок, - сорвалось с губ прежде, чем я успела сообразить, что и кому говорю. А ведь еще какую-то секунду назад осознавала, что передо мной гребанное начальство!

И с чего это, спрашивается, я стала ругаться? Нервы сдали, не иначе.

Плюнув на все, в том числе и на свое скорое увольнение, я поправила сумку, что сползла с плеча на сгиб локтя и заторопилась, все так же прихрамывая, к своей машине. Смотрела исключительно себе под ноги, чтобы не дай бог снова не навернуться. Хватит с меня на сегодня глупых и нервотрепных ситуаций. Раньше я думала, что единственным источником истончения моих нервных клеток является Макс. Непутевый старший брат. Теперь, как оказалось, у него появился конкурент. Вот Мерк обрадуется. Хорошо еще, что Хомячок, Машка то есть, способна его осадить и приструнить. Правильно. Должен же его кто-то воспитывать? А то распоясался. По девкам пошел. На гонках своих зависал. Маню мою нервировал. Странная у мужчин любовь, губительная. Вместо того, чтобы сказать все, как есть – всячески изводят объект своей симпатии. Делать им что ли больше нечего?

Глава 2

На учебу я в итоге опоздала. Что было ожидаемо. Сколько времени убила сначала на пререкания с Венером, потом в пробке. И попробуй объясни суровому педагогу, что меня в самом прямом смысле этого слова, начальство задержало. На что мне было сказано, что в универе у меня другое начальство. И я самым бессовестным образом опоздала на работу. Досадно, но и с этим смириться можно. Увы, было обстоятельство, с которым я смиряться не собиралась, потому что просто не могла. Это не сочетание ботинок и моей юбки. Туфли пришлось оставить в машине. Все-таки выбирая между хромотой и не сочетанием стилей, я выбрала второе. Теперь из-за этого на меня косо посматривали одногруппники.

Упала на свое привычное место и стала поспешно доставать учебник. Тетрадь для конспектов и ручку. Ленка, соседка по парте, откровенно на меня пялилась. Ну да, главная модница универа, Елена Ким, пошла по стопам великих родителей-модельеров. То есть, одевалась ярко, броско и… иногда специфически. Но сегодня, как ни странно, на этой красотке (с восточными, как вы успели заметить по фамилии корнями) блекло смотрелся серый свитшот и синие джинсы. Зато со стразами по бокам. В этом Ким себе не изменила. На ногах массивные кроссовки. Мне бы такие… Но не к деловому костюму. Хотя…

- Итак, - продолжил после паузы, причиной которой была я, преподаватель, - сегодня мы поговорим о…

О том, что в данный момент никак не хочет лезть в мою бедовую голову. А все этот иностранец виноват. Надо же было такому случиться: работать с ним в одной фирме! Но может обойдется, и сталкиваться мы будем только в коридорах. Крайне редко. Только в праздники. В том смысле, что в праздники на работе и так никого нет. Значит, шанс с ним столкнуться приравнивается к нулю.

- Боже, дорогая, это жесть, - прошептала через какое-то время Лена, скользя по мне своим раскосым взглядом. Взгляд же может быть раскосым? Или нет? – Что на тебе надето? В смысле, что ты на себя обула.

Ну, как бы… ботинки. Старые. Очень старые и затоптанные. Ну кто виноват, что в них мне удобнее всего водить машину?

- Жесть и обула, - пробормотала, в свою очередь кося на преподавателя. Не услышал бы наши перешептывания.

- Что тебя на это толкнуло?

Мужик. А если быть точнее – сволочь непорядочная. Но, спрашивается, какой он тогда мужик, если подходящее под него определение женского рода?

Знал бы Маркус, какие мысли сейчас крутятся в моей голове, прибил бы на месте. Потому как, я сама того не ожидая, сравнила его со слабым полом.

Ответом на вопрос Ким было нервное пожатие плечами. Сказать мне ей особо было нечего. Зато накликать на себя беду в лице профессора Сердерюк вполне могла. И если у подруги я могла вызвать лишь осуждение, то у мужчины явное несварение. Вон как его уже перекашивает при взгляде на меня. А мне ему, кстати, еще экзамен сдавать. И если я с ним пролечу, то о дипломе можно плавно забыть. А там и о Корее.

- Потом расскажешь, - погрозив мне наманикюренным пальчиком, проговорила Ким. – Не отвертишься.

Я и не смогла отвертеться. Потому что меня в самом прямом смысле этого слова «прижали» к стенке. Если быть точнее, подловили у лестницы, ухватили за руку и потащили в укромное место. Коим оказался закуток под этой самой лестницей. А там, между прочим, было темно и безлюдно. В самом деле, что студентам делать под лестницей? Если только прятаться от декана или преподавателя по английскому языку. Как ее там… А! Изольда Раульфовна. Женщине было уже за семьдесят, но на своих лекциях мучила студентов так, что молодняк выползал из аудитории еле живой. Сама у нее на первом курсе училась. Потом, слава богу, педагога нам заменили.

Так вот. Рассказ мой получился сжатым и не особо информативным. Это немного раздосадовало подругу. Но лишь, повторюсь, немного. Потому что Венер ей не понравился сразу же. Как только я сообщила ей о том, что это «тот самый иностранец, в которого я влетела». Кажется, у Ким в голове все сложилось. И антипатия легко сформировалась в ее голове. Ну или где она там формируется.

- Козлина, - первое, что сказала Ленка, когда я закончила свой короткий рассказ. – Как есть, козлина.

Не могла с этим не согласиться. И уж тем более не собиралась спорить, стараясь убедить подругу в обратном.

Как оказалось уже позже, после окончания занятий, мои злоключения и не думали заканчиваться. В том смысле, что на смену одним приходили все новые. Нет, возле универа меня не поджидал ненавистный Венер. Преподавательница по английскому языку не встала на моем пути. И никто не заваливал меня на лекциях вопросами, ответы на которые я не знала. Просто сев в свою машину, которая только недавно побывала в автосервисе, я, вдруг четко поняла, что влипла. Но тогда не послушала голос рассудка. Или шестого чувства. В общем, проехав всего половину пути до дома, я встала. Мой автомобиль самым бессовестным образом решил заглохнуть. Или высказать таким образом свое фи.

- Ну да, стоило ожидать, - пробормотала, ставя машину на ручник.

Ну что за гадство? Этот трудный и тяжелый день когда-нибудь для меня закончится? В том смысле, когда череда злоключений, начиная с расставания с Александром, для меня закончатся?

Выйдя из машины, первым делом вытащила из багажника аварийный знак. Поставила его за автомобилем. Выругалась. Тихо, но со вкусом. Со вкусом обреченности на губах. Это же надо было такому случиться! И что теперь делать? Звонить, вызывать эвакуатор? Опыт общения с работниками этой службы у меня уже имеется. Но мне же нужно как-то попасть домой. А до ближайшего метро, судя по всему, прилично идти. Еще и вечер, поздно. Как бы я еще каких неприятностей не накликала.

Лишь страх за свою жизнь толкнул меня на звонок отцу. При других обстоятельствах я бы не стала его тревожить. Спихнула бы свои проблемы (временно) на Макса. Однако, этот шалопай остался в Питере. Я же по-прежнему топчусь в Москве. И постигаю науку общения с азиатскими странами.

- Да? Света? Что случилось? – в голосе родителя сразу же послышалось беспокойство. Ну да, не часто я ему так поздно звонила. Если быть точнее, то количество таких звонков можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Ходить вокруг да около не стала. Сразу обрисовала родителю ситуацию и попросила о помощи. Папа волноваться меньше не стал. Пообещал взять ситуацию под свой контроль. Выяснил, где я застряла и наказал сидеть в машине и не вылезать, пока не приедет эвакуатор. И тот, кто должен был меня забрать и отвезти домой. Кто именно, папа отвечать не стал. Сказал лишь, что это его деловой партнер. И по плану он должен был находиться поблизости от меня. Папа только недавно с ним созванивался.

Ничего другого не оставалось делать, как тихо сидеть в машине и ждать. Признаться, почему-то нервничала перед встречей с папиным знакомым. Которому он, стоит отметить, доверял. Иначе бы не попросил о помощи. Слишком родитель пекся обо мне. В последнее время опека была особенно ощутима. Поэтому абы кому звонить он бы не стал. И кто это, интересно, такой? Что заслужил доверие моего дражайшего родственника.

Сначала прибыл эвакуатор. Уж не знаю, откуда он ехал, но рядом с моей машиной оказался минут через десять после того, как я позвонила отцу. У меня ничего не спрашивали. Просто сообщили, что прибыли по звонку такого-то и что отвозят мою страдающую, иначе не скажешь, иномарку в автосервис. Далее, спустя еще немного времени прибыл тот, кто должен был довезти меня до дома. И вот спрашивается, почему я сразу не могла догадаться, кто это такой будет? Ведь знала уже, что день с самого начала пошел наперекосяк. И ничего хорошего от него ждать не приходится.

Венер был явно недоволен. Если говорить откровенно, он был недоволен тем фактом, что пришлось нянчиться именно со мной. Видела, как он посматривал на меня время от времени, пока разговаривал с водителем эвакуатора. Я в свою очередь стояла в стороне и притворялась валенком. Забытым кем-то на дороге валенком. Вполне штатная ситуация, чего уж там.

- Пойдем, - сказал Маркус, когда мою машину уже погрузили на эвакуатор и повезли в неизвестном мне направлении.

Папе я доверяла, как самой себе. Может даже больше. Поэтому не волновалась, что с моей машиной все будет в порядке. Напрягало другое – присутствие рядом Венера. Напряженного, колючего иностранца, который, точно знаю, будь его воля, придушил бы меня на месте. Но, учитывая тот факт, что мой родитель был его деловым партнером, портить с ним отношения моему новому знакомому не очень-то хотелось. Поэтому он, скорее всего, и согласился меня подвезти. Знал, я уверена, знал, за кем ему придется ехать. Не сложно сложить два и два. Одна фамилия, отчество-имя. Не бывает таких явных совпадений.

Молча подошла к дорогой иномарке и открыла переднюю дверь со стороны пассажира. Джип. Будто только из салона. Наверное, та бедолага, в которую я влетела, была все-таки служебной. А эта своя. Ну или взятая на прокат. Не стал бы иностранец везти сюда с собой любимую машину. Не игрушечная. А вот оплатить ее на время и спокойно кататься – вполне. Не перебрался же Венер сюда на постоянное место жительства.

Венер занял свое место, сразу же пристегнулся ремнем безопасности и тронулся с места. На меня не смотрел. Я на него тоже старалась не смотреть. Вот странно, почему мы так невзлюбили друг друга? Неужели виной тому авария? И при других обстоятельствах общение между нами было бы не таким напряженным. Еще вопрос – с каких это пор меня волнует подобное? Да, еще недавно я надеялась на то, что судьба не столкнет нас снова. Однако, столкнула. Ничего страшного не произошло. Подумаешь, рядом с этим мужчиной я все чаще задумываюсь о членовредительстве.

Кстати, красный след от моей пощечины еще красовался на его щеке. Вероятно, и это сыграло свою роль в злости, направленной в мою сторону. Как же, ведь такой след нормально не скроешь. Если только тональным кремом. А мужчины не очень любят пользоваться косметикой. Если только они не специфической сексуальной ориентации. Венер точно не из таких. Иначе бы это было сразу заметно. Впрочем… возможно, тогда бы мы проще нашли общий язык. Пообсуждали мальчиков, модные новинки сезона и так далее. Хотя мне, не очень следящей за этой самой модой, стало бы скучно. Это Ким у нас любительница странной, дорогой и новомодной одежды.

- Почему ты на меня так смотришь? – спросил в какой-то момент Венер, легко переходя с «вы» на «ты». Возмущаться не собиралась. Однако, для себя пометочку сделала. Перейдет ли он на работе обратно на официоз? Может сейчас обстановка не позволяет мне выкать. Как знать.

- Я не смотрю, - проговорила, отворачиваясь к боковому окну. Сама, чего уж там, не заметила, как повернула голову в сторону мужчины и стала размышлять о его покраснении на коже. – Просто задумалась и все.

- Да? – Маркус иронично изогнул темную бровь. Правую, если быть точнее. Левую я пока не видела. – Оцениваешь силу нанесенного мне урона?

- Силу урона? – сделала вид, что понятия не имею, о чем он говорит. И снова отвернулась. Что это у меня шея своей жизнью зажила. Крутит головой, как хочет. – Я не хотела. Но не надо было меня трогать.

Что я еще могла сказать? Правда ведь, если бы не прикоснулся ко мне чуть пониже поясницы, я бы его и пальцем не тронула. Так… прошлась бы по ноге, обутой в дорогой ботинок, уцелевшим каблуком и все. Сделала бы вид, что тоже чисто случайно.

- Я коснулся тебя машинально, - кажется, кое-кто захотел оправдаться. Даже руль сжал пальцами сильнее. Заметила это по побелевшим костяшкам. – И получил незаслуженно.

- Предлагаешь мне извиниться? – И откуда во мне столько смелости?

- Было бы неплохо.

- Не могу этого сделать.

- Уволю, - пригрозили мне.

Что ж, печально. И некритично. Пусть не сразу, но я смогу найти новую работу. Все-таки училась я не так уж и плохо. И перешла на вечерку именно для того, чтобы в остальное время (кроме ночи, конечно же) работать. Пусть зарплата будет не такой уж хорошей, как обещают на месте аналитика, но у меня были на этот случай накопления.

- На основании чего? – поинтересовалась, продолжая гипнотизировать боковое окно. Как назло, даже в отражении я видела не свое лицо, а профиль мужчины. Симпатичный. Совсем чуть-чуть. Но ведь говорят, что мужчина должен быть хотя бы немного не похож на обезьяну. Или как? В общем, я бы сказала, кого вижу на месте водителя, но, думаю, Венер обидится. И точно меня уволит.

- На основании чего? – Увольняться, так с музыкой, как говорится. Или там было не про увольнение?

- На основании не соблюдения субординации, - ответили мне. – За рукоприкладство, хамство, направленное на начальство. Что еще…

- А чем докажите, - оставлять такое обвинение без ответа не собиралась, - что отпечаток на вашем лице моей руки дело?

- Придется провести экспертизу, - невозмутимо проговорил Маркус, прямо смотря перед собой. Оказывается, наблюдать за ним через стекло очень удобно. Вроде и не смотрю, а на самом деле, наблюдаю. – Ты думаешь, я оставлю это без своего внимания?

Было бы неплохо. Рассчитывать на подарок судьбы, на щедрость фортуны, на милость Мироздания… В общем, на что-либо надеяться не приходилось.

- Конечно, нет, - моим спокойствием можно было подавиться. Только вот Венер давиться не собирался. Хмыкнул тихо, продолжая сверлить взглядом лобовое стекло. За которым уже было так темно, что меня основательно начинало клонить в сон.

Уже на грани сна и яви до меня вдруг кое-что дошло. И это кое-что взволновало. Я ведь не называла адрес, куда меня вести. А что, если Маркус привезет меня к отцу? Нет, этого мне еще не хватало!

- А куда конкретно ты меня везешь? – полюбопытствовала. Голос снова попыталась сделать убийственно спокойным. Получилось или нет, понять было сложно. Лицо Венера по-прежнему было непробиваемым.

- К тебе домой, куда же еще, - пояснили мне. – Твой отец сообщил нужный адрес.

- Ясно.

Дальше у нас разговор не клеился. Будто крахмал, которым пытаются прилепить к стене тяжелые обои. Где-то да начнет торчать уголок. И его потом еще раза три минимум нужно будет подклеивать. В нашем с Венером случае, никто ничего подклеивать не собирался. Наверное, мужчина, как и я, решил, что лучше молчать и делать вид, что между нами не проскочила толпа упитанных черных кошек.

Меня везли какой-то незнакомой дорогой. Руководствуясь навигатором. Я же предпочитала уже привычный маршрут. В связи с этим во мне и зародились сомнения о конечной точке нашего маленького, точнее моего, путешествия. И кто, спрашивается, именно сегодня решил посбивать у фонарей лампочки? Пока подбирались к нужному подъезду, я с трудом, но заметила лежащие на асфальте осколки. Да и свет фонари не давали. Из-за чего двор был погружен не просто в полумрак, а в полный… мрак. И идти до заветной двери было как-то боязно. Еще и компания подозрительная неподалеку шумела. Пятеро довольно внушительного вида мужчин гоготали, аки гуси-переростки. В том смысле, что их гогот мало чем отличался от клича упитанного гуся в период поиска себе самочки. Впрочем, это меня уже куда-то не туда понесло.

- Твой подъезд? – на всякий случай решил уточнить Венер.

- Да, - кивнула, смотря на металлическую дверь. Потом перевела взгляд на явно подвыпившую компанию. – Послушай… те, - от беспокойства я снова перешла на официоз, - а не могли бы вы проводить меня до подъезда.

Маркус проследил за моим обеспокоенным взглядом, тоже заметил подозрительных мужчин, на которых до этого не обращал никакого внимания, и тяжело вздохнул.

- Разве я могу оставить девушку в беде? – спросил у меня, как-то подозрительно посматривая на дверь подъезда.

И чудился мне в его словах срытый подтекст. Что-то типа: «Я бы с радостью отправил тебя одну, а сам скрылся во мраке ночи» или «Я готов пожертвовать одним бойцом во спасение командира. Которым, собственно, и являюсь».

В общем, я пожалела о своих словах. Тех самых, про подъезд и меня. В самом деле, идти не далеко. Если придать себе ускорения, то я могу влететь в потемки дома со скоростью кометы. Страх и чувство самосохранения, знаете ли, помогают быстро принимать правильное решение.

- Пойдем, - скомандовал Венер, первым выбираясь из машины.

Было тепло, уютно и относительно безопасно. На промозглую, темную улицу выходить не хотелось все больше. К моему глубочайшему сожалению, остаться здесь на постоянной основе, месте жительства, если быть точнее, я не могла. Венер поймет меня неправильно. Вытащит силой и подумает, что у меня не все дома. Впрочем, и правда не все. Родители жили отдельно. Брат вообще остался в родном городе. О своей семье я уже задумывалась, но кандидатов на мой суповой набор пока не подобралось. Был один, да всплыл. Как то самое, что плохо пахнет и не тонет. Кота что ли завести…