Верни мне дочь

Дорога до кабинета начальника заняла около десяти минут. Офис у нас большой, компания известная.

– О, Сола, привет. Ты за новым проектом? – секретарша Ниночка улыбается во все тридцать два.

– Привет. Нет. Я увольняться, – отвечаю с досадой.

– Да ты что?! – вскрикивает девушка, и в её глазах разгорается пламя интереса. – А что случилось? – сразу задаёт уточняющие вопросы.

Рассказать Нине – сродни оповестить весь офис, но плевать, факт увольнения почти свершился.

– Босс у себя? – спрашиваю, обрывая разговор в зародыше. Нет настроения болтать и делиться событиями последних суток.

И вообще, я сегодня не выспалась, так что могу позволить быть немного букой.

– Ага, – Ниночка грустнеет, но всё же сообщает по селектору о моём прибытии.

– Пусть войдёт, – раздаётся голос Тирбина из динамика, и я спешу скрыться в кабинете начальника.

– Доброе утро, Валентин Семёнович, – здороваюсь и занимаю место для посетителей.

У нас с боссом отличные отношения, и мне нет необходимости ждать приглашения, чтобы присесть.

– Судя по твоему виду, утро не такое уж доброе, – произносит седовласый мужчина, взглянув на меня.

– Вы правы. За одну ночь столько всего произошло, что любой сценарист позавидует.

– Расскажешь?

– Думаю, вам совершенно неинтересно. Я по другому вопросу, – отмахиваюсь, ведь у меня нет ни капельки желания говорить о Баринове. За последние сутки его стало слишком много в моей жизни.

– Смотри, я, если что готов выслушать и помощь оказать тоже, – Тирбин хмурится, но не лезет, что называется, в душу.

Я благодарна за это. И хоть у босса огромный авторитет в бизнес-кругах, но уверена даже ему Баринов не по зубам. И если так, то незачем его впутывать .

– Спасибо и вот, – протягиваю Валентину Семёновичу заявление.

Начальник пробегается глазами по листу бумаги, и густые брови взлетают вверх.

– Увольнение? – поднимает на меня шокированный взгляд. – Но, Сола, ты ведущий специалист в нашей фирме, я не могу тебя отпустить!

Вздыхаю. Мне безумно приятно это слышать, но…

– Удерживать силой тоже не сможете.

– Тебя переманили конкуренты? Сколько они пообещали? Давай я подниму зарплату.

– Вот сейчас обидно было, Валентин Семёнович, – хмурюсь. – Я, вообще-то, давно на вас работаю и в самом начале впахивала по двадцать четыре часа в сутки за идею, можно сказать. Серьёзно думаете, я на деньги повелась?

– Ну да ляпнул первое, что в голову пришло. Прости. Но почему увольнение? Нельзя как-то иначе вопрос решить? – не унимается Тирбин.

Я понимаю его расстройство, сама не хочу уходить, но Баринов вариантов не предоставлял.

– Нельзя. У меня выбора нет, – произношу, опуская взор.

На глаза отчего-то навернулись слёзы. Приходится прилагать титанические усилия, чтобы не разрыдаться.

– Да что там у тебя такого произошло за одну ночь? – возмущается мужчина.

– Это не важно. Подпишите, пожалуйста, заявление, – прошу, потому что дико желаю оказаться наедине с собой.

– Точно не передумаешь? – спрашивает с надеждой в голосе, видимо, смирился, что ухожи, но мосты не сжигает.

Отрицательно качаю головой.

– Может, хотя бы удалённо сможешь подрабатывать? Твоя оценка проектов нам всегда нужна. Фирменная фишка в тебе, – говорит, широкими движениями ставя подпись на листе.

– Пока ничего обещать не могу, но если что… – беру заявление и поднимаюсь.

– Имей в виду, наши двери для тебя всегда открыты, – произносит перед тем, как я покинула кабинет.

– Спасибо, Валентин Семёнович, и всего доброго, – говорю в ответ и, не дожидаясь реакции, сбегаю прочь.

Дышать тяжело, эмоции душат. Мне срочно необходим глоток свежего воздуха.

Сначала, конечно, приходится посетить бухгалтерию, а вот сразу после можно и выдохнуть.

Надеюсь, пока буду идти домой, смогу очистить мозг и настроиться на новую жизнь.

– Ассоль Сергеевна, – слышу, как меня окликает Армен.

Чёрт, отпустила же. Интересно весь персонал Баринова так ответственно выполняет поручения?

– Я хочу прогуляться, – говорю, не оборачиваясь, и начинаю движение по направлению дома.

Охранник не перечит, просто запускает двигатель и со скоростью хромой черепахи следует за мной.

Да блин, никакой личной жизни.

Резко останавливаюсь и иду в машину, потому что иначе наша процессия привлекает излишнее внимание окружающих.

– Куда едем? – спрашивает Армен.

– На мою квартиру, – отвечаю со вздохом.

Мужчина кивает, автомобиль ускоряется, и вдруг между мной и водителем поднимается чёрная шторка. Меня оставили одну.

– Спасибо, – шепчу тихонечко и перестаю сдерживать слёзы.

Обычно я сильная и редко плачу, но сегодня… Моя нервная система не выдерживает.

Баринов – скотина! За пару встреч и разговоров испортил мне всю жизнь. Теперь вот сижу и наматываю сопли на кулак.

Судьба и так потрепала меня как следует, и родителей рано не стало, и сестры, и просто по мелочи доставалось, теперь вот ещё и мистера деревяшку подкинула. Не зря говорят судьба-злодейка…

– Так! А ну-ка, быстро взяла себя в руки!

Резким движением стираю слёзы и шумно выдыхаю.

Если раньше справлялась, то и сейчас не станет исключением.

Главное все живы и здоровы, с остальным разберёмся!

Глава 8

В своей квартире я сначала собрала всё самое необходимое. Милашины вещи, игрушки, посуду. Для себя лишь небольшую сумку с одеждой. Если что буду ездить переодеваться. Надеюсь, через недельку Баринов не будет против нашего с дочерью отсутствия в пару часов. Если нет, пусть отправляет с нами охрану, но взаперти сидеть мы точно не станем.

– Армен, будь добр, помоги с сумками, – позвонила с просьбой на сегодня моему личному провожатому.

– Иду, – коротко отрапортовал и отключился.

Спустя двадцать минут весь скарб был упакован в автомобиль, и мы выдвинулись в Бариновский дом.

Там Армен вновь помог мне с сумками. Я переоделась, наконец расставшись с джинсами, и приступила к обустройству нашей с Миланой спальни.

Сначала были мысли сделать раздельные комнаты и поселить малышку за стенкой, но, проанализировав все за и против, решила, что жить вместе гораздо удобнее, нежели подрываться посреди ночи и нестись в соседнюю комнату.

– Ассоль Сергеевна? – примерно в середине разбора вещей по дверному косяку постучали, и я услышала женский голос.

– Входи, Маш, – сразу узнала горничную и пригласила её внутрь.

– Там доставку привезли, – сообщила девушка, просочившись в комнату.

– Уже? Супер. А есть у вас, кто может мне помочь перетащить всё, что доставили в комнату?

– Ну именно грузчиков нет. Можно мужчин из охраны попросить.

Блин, обещала Армену, что он не будет таскать тяжести.

– Больше некого? – спрашиваю с надеждой.

– Не-а. Повар у нас с завышенной самооценкой. Садовник слишком стар, а остальные в доме женщины.

– Ясно. Значит, сама справлюсь, – принимаю волевое решение.

Я если обещала, значит, слово сдержу.

Маша показывает, где конкретно выгрузили коробки, и я мгновенно жалею о своих словах. Мало того что я заказала кроватку, так я ведь ещё заказала и манеж. Да оно всё в разобранном виде, но всё равно капец какое тяжёлое. Если со стульчиком и игрушками я легко справилась, пришлось всего-то пять раз сбегать туда-сюда, а вот с остальным возник затык.

– Блин! – пока тащила коробку с манежем, случайно выругалась громче, чем требовалось.

– Что здесь происходит? – на шум в гостиную вошёл Армен.

Так как я не видела Марка у меня два варианта: либо он сегодня сопровождает Баринова, либо за помощь мне его вообще уволили.

– Ничего. Я просто пытаюсь дотащить посылки, – призналась, потупив взор.

– Чего не попросила помочь? – уточняет, снимая пиджак и закатывая рукава.

– Ну… Я ведь пообещала вам, что таскать ничего не придётся.

– Ассоль Сергеевна, – мужчина посмотрел с укором, – я, конечно, благодарен за заботу, но позволить женщине надрываться, тоже не могу. Посторонитесь.

Армен отодвинул меня в сторону, и сам взялся за коробки. Вот уж не думала, что тот, кто хорошенько приложил меня спиной о комод, сначала попросит прощения, а потом ещё и потратит время и силы на помощь мне.

Хм… Может не всегда первое впечатление верно? Может, и Баринов не такой деревянный, как показалось на первый взгляд?

Так, а с чего это я о нём думаю?

Быстро отогнала все мысли об отце Миланы и засеменила за охранником.

Спустя три похода туда-сюда Армен перенёс остатки коробок в спальню.

– Спасибо, – благодарю и принимаюсь распаковывать покупки.

– Не за что. Ассоль Сергеевна, можно вопрос?

– Конечно, – отвлекаюсь от своего занятия и перевожу взор на охранника.

– А как вы планируете всё это собирать? – обводит пространство рукой.

– Эм… – подвисаю. – Не знаю, – бормочу, вспоминая свой опыт сборки кроватки.

Тогда Милаша была совсем маленькая, и я чуть с ума не сошла в попытках собрать «мужской конструктор». В итоге плюнула и вызвала мужа на час.

О, так и сейчас можно.

Правда озвучить свою мысль не успеваю, ведь Армен, заметив, что замешкалась, предлагает:

– Разрешите вам помочь?

– Нууу… если несложно, – решаю не отказываться, потому что адекватно оцениваю свои возможности.

Следующие пару часов мы с моим новоявленным помощником занимаемся обустройством комнаты и естественно общаемся.

Как оказалось Армен не только умеет извиняться за свои косяки, но и является прекрасным собеседником.

В итоге получается что персонал у Баринова в большинстве своем замечательный, а значит у меня есть шанс не сойти с ума на новой работе. Это радует. С боссом можно обращаться по минимуму и тогда думаю всё будет супер.

– Ну вот, мне кажется у нас вышел идеальный интерьер, – подытоживаю, когда мы закончили.

– Согласен, – подтверждает Армен.

– Спасибо, – говорю, ведь даже на время небольшого как мы шутили с охранником ремонта у меня не возникало никаких дурных мыслей. Будто все переживания отложила на потом и смогла переключиться.

– Ай, – отмахивается мужчина, – время в вашей компании пролетело незаметно. Наверное нам пора ехать за Миланой?

Смотрю на часы.

– Ой и правда. Я сейчас быстренько переоденусь и едем.

– Жду в машине.

***

Забрав Милашу из сада я предвкушала реакцию малышки на обстановку в комнате. Да, мебель новая, но все самые любимые игрушки я не поленилась и притащила из дома.

– Хочешь посмотреть как мы с дядей Арменом украсили спальню? – спрашиваю у дочери пока идём по лестнице на второй этаж.

Миланка улыбается на мой тон и кивает. Она ещё совсем не умеет разговаривать, но иногда выдаёт слоги очень схожие со словами. Я не жду от неё радостных возгласов, но надеюсь всё станет ясно по реакции.

Вот только мои планы рухнули в одночасье, ведь стоило нам войти в комнату как я замерла на пороге.

Посреди помещения стоит Баринов. Руки в карманах, брови нахмурены, взглядом внимательно изучает пространство.

– Добрый вечер, Андрей Кириллович, – здороваюсь и опускаю малышку на пол. Ей совершенно плевать на строго папу и новую мебель, она увидела любимые игрушки и во всю спешит к ним.

– Вы превратили комнату в дешёвый отель, – выдаёт вместо приветствия.

Да уж, дерево лучший материал…

– Вообще-то ребёнку не важна цена, важна атмосфера, – отвечаю и иду к Милаше. – Давай снимем курточку и вымоем ручки потом поиграешь, ладно?

– В том то и дело, что ребёнку всё равно, можно было обустроится по высшему разряду, – Баринов настаивает на своём.

– Хорошо, допустим. Я бы заказала всё самое лучшее, а дальше что? Всё время боятся испачкать? Не использовать мебель, а только смотреть как на выставке?

– С чего бы? Я ведь выделил достаточно средств.

– Наверное. Просто… Знаете, не стану скрывать… Мы не жили богато. Я как привыкла так и сделала. Не нравится вызвали бы дизайнеров, – говорю и чувствую как становится обидно. Я ведь и есть дизайнер, просто теперь в прошлом…

Хотя стоп!

Комната на мой взгляд, выглядит замечательно. Да мебель в средней ценовой категории, но это ведь неважно. Важна атмосфера и общая эмоция интерьера.

Валентин Семёнович всегда говорил моя фишка сделать красиво и недорого. Баринов первый человек, который не пытается съэкономить или просто из вредности придирается?

– Дело не в дизайне… Дело…

– В цене? Вы серьезно? – не могу сдержаться. Мистер деревяшка сильно перебарщивает.

– Вам было дано чёткое задание. Я привык, что подчинённые выполняют обязанности беспрекословно. Вы не справились. Этим я недоволен, – Баринов хмурится, видимо недоволен ещё и тем что перебиваю.

– Ну если мы смотрим с такого ракурса, то во-первых, я пока ещё не ваша подчинённая. А во-вторых, вы сказали должно быть всё самое лучшее, а не самое дорогое! В следующий раз будьте добры формулировать точнее, – тараторю, стараясь подавить в себе приступ ярости.

Отец Милаши меня реально бесит. Вот прям так сильно, что придушить охота.

– М-да… – тянет со вдохом. – Сложно нам придётся. Ладно пусть всё остаётся так как есть. Занимайтесь ребёнком. Хорошего вечера, – говорит и покидает помещение.

– А я бы всё равно не стала переделывать, – бухчу, когда дверь за Бариновым закрылась. – Пойдём ручки мыть, милая, – обращаюсь к дочери и переключаю на неё всё своё внимание.

Глава 9

Остаток вечера мы с Милашей провели разбираясь с новыми игрушками и осваиваясь на новом месте.

Ближе к девяти вечера я покормила малышку (опять попросила Машу принести еду в комнату), а затем уложила дочку спать.

– Спокойной ночи, зайка, – поцеловала любимый лобик и подоткнула одеяльце.

Всё, на сегодня работа мамы, то есть няни окончена, теперь можно уделить время себе.

Только подумала как желудок призывно заурчал.

– Ой, я ведь сегодня ничего не ела.

Первой мыслью было оправится на поиски кухни, но потом я подумала что это черевато встречей с хозяином дома. Оно мне надо? Скорее всего нет.

Что ж доставка работает круглосуточно.

Беру телефон и заказываю пиццу. Ну да, на правильное питание слабо тянет, но это лучше чем лечь спать голодной.

Курьер позвонил, что подъезжает буквально через пятнадцать минут. Довольная мчусь к главным воротам и получаю свою драгоценную коробочку.

Мммм, сейчас я буду кушать.

Но разве я буду я если не найду проблем на ровном месте…

Туда я добралась без проблем, зато на обратном пути прямо в холле мне повстречался худощавый с кудрявыми волосами мужчина. У меня почему-то сразу возникла ассоциация с главным героем одного известного мультфильма про поварёнка и крысу. [1]

– Доброго вечера, – вежливо здороваюсь и пытаюсь обогнуть мужчину, который заметив меня выпучил глаза и жадно хватает ртом воздух.

Неужели так впечатлился моей красотой? Вовсе не стоило.

– Что за мерррдэ[2] здесь происходит? – вместо ответа с французским акцентом завопил кудряшка.

И чего так орать-то? Аж в ушах зазвенело.

– Какого диабле[3] я целыми днями провожу на кухне? – истерика продолжается и те слова, что он вставляет не на русском явно далеки от прекрасных эпитетов.

– Эм… Попробуйте дышать, – пытаюсь успокоить мужчину, но кажется делаю только хуже. Вместо успокоения он вообще приходит в ярость и сосредотачивается на мне. До этого он метал молнии в коробку с пиццей, а теперь кажется желает испепелить меня.

– Вы! Как вы посмели? – тычет указательным пальцем в мою сторону.

– Простите, а можно точнее? Я не понимаю, – бормочу пытаясь уловить суть претензии.

– Это возмутительно! Не понимает она! – кричит и тычет в мою ношу.

Упс. Кажется до меня дошло и дело точно не в красоте.

– Вы повар? – на всякий случай уточняю, но для собственной безопасности отступаю на шаг.

– Точно! – задерает подбородок.

– Адам, что случилось? – из своего кабинета, видимо услышав шум, выходит Баринов собственной персоной.

Блин, весь дом переполошил этот Адам из-за какой-то пиццы.

– Андррэ, я увольняюсь! – кудряшка тут же переключается на хозяина дома.

Какое милое обращение. Хочется улыбнуться, но я сдерживаюсь.

– Что на этот раз? – со вздохом спрашивает Баринов.

– Доставка, Андррэ, доставка! Это выше моих сил!

Ой-ёй многоуважаемый Андррэ заметил меня и в очередной раз нахмурился. Надо узнать когда у Андрея Кирилловича день рождения, чтобы подарить ему крем от морщин.

Тьфу ты что за мысли? Тут у нас проблема вселенского масштаба, а я…

– Пойдём в кабинет, обсудим и не забывай дышать, – Баринов быстро забывает обо мне и берёт Адама под локоток, чтобы увести мужчину подальше от меня.

– Ты не понимаешь… – по пути жалуется повар, – мало того, что ты всё время на работе. Готовлю для персонала, некому по достоинству оценить мои труды. А тут ещё и это…

Дальше не слушаю и спешу покинуть место преступления. Я должна успеть уничтожить одну из главных улик. Вот сразу после я обязательно буду готова ответить за нарушение по всей строгости закона, но сначала я поем.

Добравшись до комнаты, удобно располагаюсь в кресле и уплетаю пиццу. Когда целый день не ел, кажется, что она невероятно вкусная.

Я тороплюсь, ведь точно знаю – меня придут карать снайперским взглядом и колкими, скорее всего, обидными фразочками.

Вот только я успела расправиться со своим вредным ужином, умыться и даже расстелить кровать, а грозный дядя так и не пришёл. Что ж, кажется мистер деревяшка решил оставить упрёки и нравоучения на завтра. Ладно, я не против, буду ложиться спать. Это был тяжёлый день.

Достаю из шкафа свою любимую пижаму с цветочками и быстро перепрыгиваю из штанов в шортики, а вот из футболки в маечку… Не успела. Ну точнее, снять футболку успела, а вот надеть верх нет.

Дверь распахнулась, и на пороге появился тот самый грозный дядя.

– Начните стучать! – возмущаюсь недовольно и спешу прикрыться, чтобы не сверкать хлопковым бельём.

– Начните закрываться! – тут же реагирует мистер деревяшка. – С вашим появлением в доме одни проблемы, – сразу продолжает нападать.

– Во-первых, не кричите, Милаша спит, – киваю в сторону кроватки. – А, во-вторых, в чём я опять виновата?

– Из-за вашей выходки повар чуть не уволился! – рычит, но поубавив пыл. Радует, что на дочь ему не всё равно.

– Извините, но я человек новый. Ничего здесь не знаю. Мне захотелось есть, пришлось выкручиваться, – по интонациям нисколько не уступаю. – Я не виновата, что у человека существуют естественные потребности. Выживаю как могу.

Желваки Баринова бегают, глаза прожигают во мне дыру, а в голове идёт мыслительный процесс.

Молчу и не провоцирую. Сил ругаться просто нет. Я выжата и физически, и эмоционально. За последние дни получила столько эмоций, сколько за неделю не всегда получалось.

Спустя несколько минут мужчина вздыхает, а затем говорит то, что я меньше всего ожидала услышать.

– Хорошо, пойдёмте покажу вам дом, чтобы впредь не было проблем.

Это значит меня оправдали?

– Эм… Ладно, – несмотря на усталость соглашаюсь. Вечерняя прогулка после вредного ужина пойдёт на пользу, да и узнать, как устроен дом, тоже не повредит. – Мне надо лишь переодеться и можно идти, – сказала и жду.

Баринов вместо того чтобы тактично выйти, ну или хотя бы отвернуться, просто стоит, ждёт, и его взгляд с моего лица съехал на мои ноги. Бессовестный!

– А вы можете выйти? Мне говорю, переодеться надо, – приходится произнести, чтобы вернуть Андрея Кирилловича в реальный мир.

Вот до чего странные существа эти мужчины… Вроде бы и беситься из-за меня, иногда будто придушить готов, но скользнуть взглядом, а то и вовсе хорошенько так зацепиться, возможность не упускает. Уверена, предложи я что-то большее, он бы точно не растерялся.

– Эм, да, – говорит пару раз моргнув. – Буду ждать вас в коридоре.

Надо же, есть всё-таки в нём что-то адекватное.

Не хочу долго рассусоливать, поэтому как только Баринов вышел, быстро возвращаюсь в домашний наряд, проверяю Миланку и топаю на выход.

Баринов стоит в полуметре от нашей комнаты и разглядывает картину на стене.

– Можем идти, – произношу и ловлю на себе удивлённый взор.

– Шустро вы, – хмыкает.

– А чего рассусоливать… – озвучиваю свои недавние мысли.

– Тоже верно. Идёмте. Начнём с кухни.

Баринов уверенным шагом отправляется на первый этаж.

Я семеню за ним следом и поражаюсь, что несмотря на вечер, мужчина до сих пор в брючном костюме и рубашке. Неужели всё ещё работал?

Ну и если так, то напрашивается логичный вопрос: как он собирался воспитывать Милашу? Хотел спихнуть на какую-то неизвестную даму?

– Вот здесь у нас кухня, – голос Баринова вырывает из размышлений. – Кофемашиной пользоваться умеете?

– Угу, – киваю, а по пути мысленно ликую. Эта та детка, что скрасит мои утра.

– Адам накрывает мне завтрак в шесть тридцать. Если у вас другие предпочтения, вы можете просто сказать ему об этом.

А Баринов, оказывается, ранняя пташка.

– Эм… Думаю, не стоит. Я утром пью только кофе и иногда могу съесть бутерброд. А вот с Милашей… Надо разработать для неё домашнее, – выделяю последнее слово интонацией, – расписание и обсудить меню, чтобы повар был в курсе.

– Кстати, насчёт отказа от садика. Я сегодня навёл справки, да и просто проанализировал… В общем, вы правы, ребёнку необходима социализация, плюс сад действительно престижный. Короче говоря, можете водить Милану в детский сад, – говорит, и моя челюсть начинает дрожать от раздражения.

– Вы хотите сказать, что я зря увольнялась? – тут же выпаливаю.

– Нет. Дети часто болеют…

– Для этого есть такая штука под названием больничный!

– Хм, опять перебиваете, – как бы подмечает, а затем продолжает: – Плюс я часто летаю по делам и планирую брать дочь с собой, а, соответственно, и вас. Для таких случаев есть какие-нибудь «штуки»? – приподнимает бровь.

– Эм… Нет, – виновато опускаю взор. Обидно, что у Баринова на всё есть свои аргументы.

– То-то же. Пойдёмте дальше, – говорит и ведёт в постирочную. – Здесь можно пользоваться машинами или попросить персонал.

Это, видимо, мне за джинсы прилетело.

– Поняла, – говорю, и мы движемся по направлению хозяйского кабинета.

– Ассоль Сергеевна, – вдруг останавливается и оборачивается, – вот скажите, неужели может быть так дорога работа, что вы готовы совмещать?

– Конечно. Я люблю свою работу. То есть любила, – отвечаю искренне и вздыхаю.

– А напомните, кем вы работали в фирме Тирбина?

– Вы ведь уже всё узнали, зачем мой ответ?

– Ну у меня информация, что вы были помощницей. Неужели за работу принеси-подай можно так держаться?

– Каждому своё, – пожимаю плечами и решаю не развеивать миф о себе.

Валентин Семёнович никогда не афишировал моих обязанностей и получается, даже после увольнения не стал. Ну и пусть. Пусть Баринов думает что хочет.

– Ладно, раз вы такая преданная, я компенсирую это в зарплате. Вот здесь, кстати, мой кабинет. Завтра утром приедет юрист. Вам надо будет подойти и подписать договор. Сможете?

– Да. Только Миланку в сад отведу и сразу зайду.

– Также я подумываю нанять дополнительного охранника и купить машину, чтобы не переживать за ваши перемещения.

– Как посчитаете нужным. Только можно нам Марка или Арсена, а вы с новенькими сами разбирайтесь. Вы ведь не уволили Марка?

– А что успели подружиться?

– Ну не то чтобы, но мне бы не хотелось становиться причиной чужого увольнения.

– Я понял. Пойдёмте на второй этаж.

– Думаю, вы показали всё, что может нам пригодиться. Спасибо. Сейчас я устала и хочу спать, – говорю и спешу вернуться к себе.

На втором этаже мне могут показать только спальни, гостевые и хозяйские. Оно мне надо? Не думаю.

– Доброй ночи, Ассоль Сергеевна. Надеюсь, впредь у вас не возникнет проблем, – доноситься в спину и я лишь угукаю в ответ.

Вроде бы нормально общались, но напоследок всё равно уколол.

Мистер деревяшка он и в Африке мистер деревяшка.

***

[1] – речь о мультфильме "Рататуй"

[2] – ругательство на французском, переводиться как дерьмо.

[3] – французское слово переводиться как дьявол.

Глава 10

Следующее утро начинается гораздо лучше, чем предыдущее.

Во-первых, я разобралась, как закрывается дверь, и смогла выспаться.

Во-вторых, Милаша отлично чувствовала себя в новой кроватке и ни разу за ночь не потребовала моего внимания.

Ну и в-третьих, кофемашина, о которой я узнала вчера, варит замечательный кофе.

Почти идеальное утро. Почему почти? Потому что оно не дома…

– Машина ждёт, – сообщает Марк, как раз когда я допиваю свой капучино.