Смерть сделает нас ближе

Вся в себе и своих мыслях.

Хао взял свои истории болезней, документы, чтобы позаниматься работой. Он без стука вошел в комнату мастера. Тот спал смиренно, напоминая труп, под одеялом, с закрытым окном. В доме, как и просил Хао, стояла абсолютная тишина. Кажется, даже Зик не решался гавкать и скулить. Таким ранимым и беспомощным мастера Хао не видел. Словно одно прикосновение может заставить его рассыпаться в прах.

Он не мог оставить его в таком состоянии. До смены еще много времени, она начнется завтра в десять. Поэтому он последит за мастером.

Включив ночник за столом, Хао сел и аккуратно разложил документы. Он смахнул непрошеную слезу, еще раз взглянул на мастера и погрузился в документы, чтобы отвлечься.

***

— Ты прекрасно выглядишь.

Джин удивленно распахнула глаза и посмотрела в отражение зеркала. Там стоял Сандер в белой рубашке и черных брюках. Он редко одевался официально, лишь к семейным ужинам. Он и так был чересчур горяч, а в этом образе заставлял ее голову кружиться, как на карусели. Еще он специально расстегнул две верхние пуговицы, чуть обнажая накачанную грудь. Джин отвернулась, чтобы скрыть смущение.

— Спасибо.

Сама она тоже нарядилась для ужина. Черное платье с разрезом до бедра, покрытое редкими стразами. Она даже сделала прическу в виде пучка, а не просто, как обычно, завязала хвост. Ее вечерний макияж подчеркивал неземную красоту. Она посмотрела на карты таро, лежащие на столе. Джин хотела погадать себе на следующие три дня, однако Сандер явился немного раньше.

Он подошел к ней со спины и обнял.

— Рон приедет с минуты на минуту. Братья уже ходят недовольные, а отец замкнулся в себе, — Сандер закатил глаза. — Вечерок обещает быть занятным.

Рона никто никогда не любил. Он был младшим сыном в семье из четырех братьев. В отличие от вечно пытающихся разбогатеть родственников с помощью сомнительных или рискованных схем, он решил заняться собой. Рон идеально закончил школу, поступил на юридический факультет, и уже на третьем курсе его забронировали на работу в США. Как только он получил диплом, уехал в Штаты и там через пару лет получил документы адвоката. Его карьера была стабильной, стремительной и вызывала зависть у братьев. Сандер хоть и не показывал этого, но тоже завидовал ему. И постоянно говорил, что они с Джин чем-то похожи.

Вся эта показуха в виде семейного ужина, красивой одежды и платьев нужна для того, чтобы доказать, насколько они не хуже. Рон перестал занимать им деньги, когда понял — это не окупится никогда. Джин уже догадывалась, какое представление начнется внизу. Хоть там и будут девушки братьев Сандера, она не могла отделаться от мысли, что мозги есть только у нее.

А также немного удачи.

В дверь постучали.

— Вот и Рон приехал, — напряженно сказал Сандер и подошел к окну. — Выпендрежник.

Джин не сдержала любопытства и тоже посмотрела в окно. Там стоял какой-то спорткар. Она многозначительно хмыкнула, сразу замечая статус Рона. Не жить в Таиланде, но содержать такую дорогую машину — говорило о многом.

Сандер же раздраженно отошел в сторону и пошел к выходу.

— Дорогая, давай не будем заставлять его ждать, — проговорил он сквозь зубы.

Джин чувствовала себя выставочным материалом в музее. Сандер определенно собирался хвастаться ею. Она не очень любила подобное поведение, но рациональные разговоры бесполезны, когда мужчины пытались мериться всем, что у них есть под рукой.

Она выдохнула, еще раз проверила макияж и направилась за ним. Ситуация была настолько серьезной, что они будут обедать в обуви, а именно она — в каблуках. Джин не особо расстроилась, это важная часть ее образа.

Она шла медленнее, чем Сандер. Тот на эмоциях совсем все позабыл и побежал вниз. Помимо того, что ему надо похвастаться, особенно новым семейным бизнесом, он должен сделать безразличный вид к успеху Рона.

Джин поджала губы и медленно шла к лестнице, но, подойдя, остановилась на мгновение.

Джин сразу заметила девушек братьев Сандера: Мина, Коула, Пхата. Имен их девушек, как и имен остальных, она не знала, так как те недолго задерживались в отношениях. Джин подозревала — они находили себе девушек не только красивых, но и умных. Те быстро сбегали от фантазеров с не самыми полными карманами. Все, что у них осталось, — этот двухэтажный шикарный дом. Там же Джин увидела их отца чуть поодаль. Он занимал отдельное место, чтобы сохранить свой несуществующий статус босса.

Она стала медленно спускаться по ступенькам ровно в тот момент, когда двери распахнулись и в проеме появился он — Рон. Джин пришлось остановиться и взяться за перила. Она и до этого понимала, что Сандеру и его семье ни за что не получится обмануть такого человека, как Рон, своими мнимыми успехами. А сейчас убедилась в этом окончательно.

Ее дыхание перехватило.

Высокий, молодой смуглокожий парень стоял в дверном проеме. Его идеальные волосы переливались в ярком свете их залы, глаза-фениксы, что и у Сандера, как метка семьи, смотрели уверенно и без лишней гордыни. Из-за описаний ей почему-то казалось, что Рон — тот еще высокомерный выскочка. Однако это было не так. Она видела это своими собственными глазами.

Он имел довольно стройное телосложение и был выше всех своих братьев на пару сантиметров, что позволяло ему возвышаться над ними в прямом смысле. Черный, как темнейшая ночь, костюм-тройка с белой рубашкой, полосатым галстуком и обувью явно какого-то бренда оказывал на всех почти ощутимое давление превосходства. На его руках — дорогие часы, на шее — не менее дорогая подвеска.

Элегантный, красивый, недосягаемый — точное и лаконичное описание Рона.

— Привет, братец. Рады, что ты наконец-то нашел время увидеться со своей семьей. Уже почти год, как не приезжал лично, — слово взял Сандер, видимо, остальных душила зависть.

— Пи, я правда пытался вырваться, но дело того конгрессмена отняло все мои силы и время. Как только разделался с ним, взял билеты до Бангкока и, не заезжая домой, а то вдруг там еще какая почта, — он улыбнулся, — вылетел сюда.

— Я всегда советовал тебе отключить почту, — усмехнулся Сандер.

— Тогда нечем будет платить ипотеку за квартиру.

Рон улыбнулся, обнажая идеальные белые зубы, и Джин могла поклясться на своих картах, что он сошел с экранов тех самых популярных лакорнов.

Этот человек точно сын своего отца? Брат своим братьям?

Она сомневалась.

— И долго я буду ждать, пока ты покажешь мне ту самую умную, непревзойденную красавицу, которую хочешь сделать своей женой? Все мозги мне ею забил, — он начал выглядывать кого-то в толпе покрасневших девушек братьев. — Где та самая Джин, что исполняет желания?

— Здесь, — Сандер показал на лестницу.

Рон поднял голову и посмотрел на нее. Она знала этот взгляд. Мгновения, одного мгновения ей было достаточно, чтобы понять его. Зрачки янтарных глаз распахнулись, рот приоткрылся в неверии, и даже на смуглых щеках появился румянец. Он не моргал, не дышал, не сводил с нее взгляда. Джин была уверена: сердце его замерло.

Она точно знала, что произошло.

Сандер неожиданно положил руку ему на плечо.

— Ну что?! Красавица? — он был доволен реакцией брата, но не до конца понимал ее. — Скажи, она невероятна?

— Да… — прошептал Рон. — Она прекрасна.

МАСТЕР ТЕН, ПОЖАЛЕЙТЕ ХАО!

Тен медленно открыл глаза. Он впервые после возвращения в поместье после практик почувствовал себя настолько отдохнувшим. Ни крики снизу, ни духи, ни иррациональное волнение не стали причиной его пробуждения, а обычный солнечный свет.

Он повернул голову к окну и сделал вывод — около полудня. Значит, он проспал минимум ночь и утро. Тен подозревал, что его магическая часть не успела прийти в норму. Во всяком случае, ему придётся восстанавливаться «на ходу».

Он скинул с себя одеяло и сел.

Пока Тен выбирал одежду на смену, чтобы Хао вновь не ругался из-за его привычки ходить голым, он пытался считать ауру всего дома. Во-первых, поместье восстановило те силы, которые ему пришлось занять для изгнания духов Чи, — это хорошо. Дополнительных ритуалов проводить не нужно. Во-вторых, ничего смертельного за время его сна не произошло. Все, кроме Хао, который, вероятно, на смене где-то внизу.

Он направился в душ, оголился и встал под прохладную воду. В-третьих, он вернул себе потерянный вес. Тен переживал, потому что не хотел отбирать у поместья слишком много сил. Он знал, как тяжело будет проводить ритуал восстановления, и источником всё равно будут их души. Поэтому вместо этого он решил отдать часть себя в буквальном смысле. Ему повезло, и он похудел лишь немного, а остальное вернулось к нему с током энергии.

Тен вышел из душа и надел чистую одежду. Ему ужасно хотелось есть. Он надеялся, что Хао успел оставить ему подписанный контейнер с едой, иначе Дин вновь будет готовить рамен. Выходило у того так себе, но лучше, чем у самого Тена.

Он спустился вниз и нашёл всех на кухне. Они замерли, словно к ним подошёл тигр с рогом на голове. По их аурам Тен понял — волновались. Неудивительно. Ситуация с духом Чи для неподготовленных душ могла стать травмирующим событием.

Он попытался снять напряжение в комнате и улыбнулся. Вышло так криво, будто ему перед этим зарядили в глаз и прыснули перцовым баллончиком в лицо. Зато теперь все сидели с такими же перекошенными лицами.

— Лю, посмотри признаки инсульта в интернете, — спокойным голосом попросил её Дин.

— Не нужно. Они буквально «налицо», — она проговорила шёпотом. — Если вы хотите нас подбодрить, мастер, то лучше верните себе лицо китайской мафии. Мы уже привыкли к холоду, надели куртки, носки тёплые… Не надо нас тут на экватор вывозить.

— В последний раз я с вами дружелюбный, — обжёг её долгожданным морозом Тен.

— Вот так-то лучше, — улыбнулась она. — Как вам спалось, Си-Си? Кома — это очень дешёвый кинематографичный трюк.

— Хочешь трагичный конец для себя посередине истории? — спросил её издевательским голосом Тен. — Теперь я могу запечатать любую душу.

— Пожалуй, я лучше приготовлю вам кофе, чтобы вы не сделали меня девочкой для битья, — она широко и нервно улыбнулась.

— Хорошее решение, — Тен сел на своё место и погладил Зика.

— А если без шуток, как вы, мастер? — спросила его Джин. — Мы думали вызывать вам скорую или типа того. ПиХао пишет нам каждый час по поводу вашего состояния. Мы тут аскезу взяли на разговоры, пока вы не проснётесь.

— Двенадцатичасовой сон меня не убьёт. Из-за потерянной энергии от создания сосуда и разгона духов Чи мне пришлось…

— Вы хотите сказать, тридцатишестичасовой сон? — перебила его Джин. — Мастер, вы проспали около полутора суток. ПиХао просидел с вами всю ночь, спал на столе и вчера в двенадцать ушёл на работу. Сейчас чуть за полдень, и он вернётся вот-вот. Мы отменили встречу с кхунПлой до вашего восстановления.

— Вот как… — он облизал губу, и в этот момент Лю поставила ему кружку с кофе. — Теперь понятно, почему я и поместье успели восстановиться. Это больше необходимого… Во всяком случае, я рад, что Хао…

Все уставились на него.

— В смысле нонгХао вернётся скоро, — он демонстративно наигранно зевнул. — Я ещё не до конца проснулся просто.

— Вы сегодня какой-то странный, мастер Тен, — сказал ему честно Брайт.

— Хм… — он наклонил голову. — Я, конечно, не самый терпеливый человек на Земле, однако не собираюсь давить эмоционально на тех, кто впервые пережил нападение явно злого духа. Я переживаю, что вы испугались.

— Мы и испугались, — сказал ему с вызовом Дин. — Но это не значит, что нас надо жалеть и обходиться нежно. Мастер Тен, каждый из нас знает — вы не позволите никому нам навредить. Поэтому мы хоть и чуть не померли страха, но всё ещё здесь с вами и готовы дальше решать проблемы. У нас для вас новости.

Тен улыбнулся. В этот раз еле заметно и искренне. Он отпил кофе и признал — лучше Хао ему кофе никто не готовил.

— Удиви меня.

— Милд мёртв, — сказал сухо Дин. — Мы пролезли к нему в дом и обнаружили труп. Осторожно можно сделать вывод — умер он за сутки до этого. Мы смотрим за новостями, но, кажется, его ещё не обнаружили. Мы забрали его чётки, он был христианином.

— Значит, дух Чи добрался до него… или шаман, — сделал вывод Тен безэмоционально. — Судя по тому, что я видел, дух Чи ещё не переродился в монстра. Но достаточно близок. Тогда я, как поем, проведу ритуал призыва. Надо посмотреть, не заблокировал ли его тот шаман. Иначе ничего не получится.

— Разве кто-то может вас перебить в этом деле? — спросила Лю и села на своё место.

— Обычно шаманы моего уровня способны уничтожить магию другого шамана, не получившего статуса мастера заклинателей духа. Однако, если он достаточно отчаянный, мог связать чью-то душу с призывом духа Чи, и тогда я разрушу не только связь, но и убью кого-то. Отменить смогу, когда узнаю это, — он пил кофе. — Самый удачный вариант — найти шамана и узнать подробности ритуала и следом за ним найти дочь кхунПлой и запечатать духа Чи.

— Думаете, шаман пойдёт на это? — спросил Брайт.

— У него не очень много выбора, — Тен усмехнулся. — Во-первых, я знаю пару аргументов для убеждения. Во-вторых, проклятье на несварение — не весь мой арсенал способностей. В-третьих, я могу отнять его магию. Навсегда. Выбирать ему. Есть несколько исключений, которые могут его спасти. Но это крайности. Но его найти будет непросто, он, наверно…

— Мы нашли его, — сразу сказала Джин. — С помощью заколки кхунРози, — она выложила её на стол. — Я провела ритуал поиска по гугл-картам.

— Технологический прогресс, — прошептал Дин.

— Мы нашли это место в лесу, поэтому можем отправляться, как только вы будете готовы, мастер, — Джин улыбнулась. — Без вас мы из дома не выходили.

— Я же сказал, что мы храбрые, Джин, не надо вскрывать, что мы трусы… — Дин выдохнул.

— У нас на лице написано, — засмеялась Джин. — Так что, мастер, мы хорошо постарались, пока вы спали?

— Да. Это действительно так, — он не стал язвить. — Мы дождёмся Хао… точнее.

— Да забейте, — махнул Дин.

— Мы дождёмся Хао, доделаем ритуал по поиску рассекателя на всякий случай, и тогда отправимся к шаману и постараемся решить вопрос одним днём.

Тен был горд своей командой. Он бы и один справился, но пришлось ходить по всем домам самостоятельно, разговаривать, выискивать мелочи. Его методы отличались от общепринятых в социальной среде. Он и убить мог. Как минимум выжечь сознание. Его же банда новичков справилась с ограниченным числом инструментов и сил. Когда он примется за их обучение, из них всех получатся отличные помощники.

Входная дверь хлопнула.

— О, пиХао вернулся, — улыбнулась Лю.

Тен встал из-за стола, чтобы поприветствовать его, с кружкой в руках. Зик тут же кинулся встречать его. Однако стоило взгляду Тена упасть на него, как его пальцы разомкнулись и кружка полетела на пол. Она разбилась на сотни осколков, а шокированное лицо Тена надо было фотографировать. Таким удивлённым, потерянным его никто никогда не видел.

Он открыл рот и дрожащей рукой указал на Хао.

— Ты… — он прорычал злобным тоном. — Хао!

Хао бросился бежать на второй этаж.

— Иди сюда!

Сначала Тен был рад увидеть его, впрочем, как обычно. Он хотел поблагодарить его за помощь во времени сна. Однако он сразу заметил странные потоки энергии, когда Хао пересёк границу дома, а потом увидел её:

Татуировку чёрной кисти.

Тен сначала не поверил своим глазам. В самой татуировке нет ничего необычного. Она появлялась на теле у человека, связанного с их фамильной кистью-рассекателем. Вот только то, что на плече у Хао, — немыслимо. В голове сразу появились тысячи вопросов. Он абсолютно не понимал, каким образом это могло произойти. Единственный известный ему способ — прикосновение к чёрной кисти без хозяина.

А это значит, Хао зачем-то заходил в храм.

Без него.

И вот к чему это привело.

И теперь даже то, что это Хао, не помогло Тену сдержаться от попытки к убийству. В отличие от его бестолковых сожителей тот-то понимал ответственность за каждое необдуманное действие. Он никогда не хотел, чтобы Хао взваливал на себя эту ношу. Его статус смертельной метки — уже огромная проблема, добавление новых переменных лишь усугубит ситуацию. И он заслужил наказание.

Тен смотрел, как Хао бежал через три ступеньки. Он прекрасно понимал ответственность за глупость, поэтому отчаянно спасался.

Тен бросился за ним, но судьба сегодня явно была на стороне Хао. Потому что хоть ему и удалось не наступить на осколки, но разлитый кофе и голая стопа — отличное сочетание для полёта по всей кухне.

Тен увидел свои ноги под потолком, и следом решил затылком проломить пол.

— Мастер! — Джин подскочила к нему с Лю.

— Вы в порядке?! — Брайт резко поднялся.

— Да. Всем в сторону.

Тен не смог сдержаться. Он искренне пытался, но не вышло. Его татуировка от злости вспыхнула янтарным светом, и хаотичные потоки энергии стали обретать форму огромных рук. Они поднимали его с пола.

Джин и Лю бросились к другой стороне комнаты, Брайт отступал назад к плите. Разлитый кофе испарился под его ногами, стол и стулья отодвинулись от него на полметра. И через мгновение всё исчезло.

— Хао! Только попробуй закрыть дверь!

Тен не обратил внимания на перепуганную банду. Всё, что ему необходимо, — оторвать голову Хао и устроить вечер нотаций. Он ещё не начал рассказывать ему о новом статусе, но уже чувствовал смущение. Это будет самый неловкий разговор в его жизни. Однако пока ему нужно вытащить Хао из укрытия в виде комнаты.

Тен встал перед дверью и злобно прошипел:

— Или ты открываешь сам, или, видит Будда, я вынесу дверь вместе с откосами и стеной.

Он слышал, как Хао что-то ныл себе под нос. Но щелчок услышал, и дверь медленно открылась от дуновения ветра. Тен вошёл внутрь и поймал Хао на том, что тот вылезал в окно.

— И откуда у тебя силы заниматься такими глупостями после суточной смены? — Тен недовольно зыркнул на него. — Иди сюда.

Тен видел по Хао, что тот смертельно устал. Мешки под глазами, нездоровая бледность кожи, обычно прямая спина ссутулилась и мелкая дрожь в пальцах. Вероятно, он просидел почти всю ночь без сна около него, а потом отправился на работу. Тен очень хотел злиться на Хао, но физически не мог.

— Прежде чем вы будете меня ругать, скажу сразу — я не специально. Я не хотел трогать эту кисть, но что-то меня потянуло к ней, — Хао сложил руки в жесте «вай» и затараторил. Это поведение было ему не свойственно.

— Что ты имеешь в виду? — Тен сразу напрягся, когда услышал эту фразу.

— Какой-то голос сначала позвал меня к храму, и я пошёл проверить. Там я разглядывал магические атрибуты и заметил кисть. Я потянулся к ней рукой, но остановился, так как понял глупость своих действий, и в этот момент кто-то толкнул меня в плечо, — он пересказывал быстро и спокойно, а Тен, наоборот, терял связь с реальностью. — Этот голос сказал оберегать вас, пока он сам не сможет это сделать. Я не знаю, что это значило, но теперь… — он щёлкнул пальцами. — Эта кисть преследует меня везде!

Неожиданно Тен заметил в комнате чёрную кисть. Она лежала прямо под ногами у Хао. Он не ошибся, узнав её по метке.

— Это чёрная кисть-рассекатель, — выдохнул обречённо Тен. — Она позволяет её хранителю отсекать души. То, что мы должны были найти на днях для духа Чи. Её видишь только ты, до тех пор, пока сам не акцентируешь на ней внимание остальных. Она с тобой до конца твоих дней, Хао. — Тен закрыл глаза рукой и опустил плечи. — Это ужасно.

— Простите меня, мастер, я правда не хотел усложнять вам жизнь, — Хао продолжал извиняться, задрав руки над собой. — Я…

— Дело не в этом, — Тен устало остановил его и пошёл к кровати, чтобы сесть на её край. — Я не хотел, чтобы именно ты был задействован во всём этом безобразии.

— Почему? — Хао сел, но подальше, так как поджидал подзатыльник.

— Потому что это опасно. Джин, Дин и Брайт владеют силами по воле Будды, их вовлечение в этот кошмар предотвратить невозможно, но тебя и Лю я хотел уберечь, — он говорил уставшим тоном, хотя только недавно чувствовал себя таким отдохнувшим. — Я переживаю.

— Мастер, что это значит для меня? — осторожно поинтересовался Хао и положил ему руку на плечо.

— Что теперь ты мой… рассекатель душ, Хао. В прошлый раз, когда заклинателем духов в семье был не я, эта роль выпала моей маме. Именно она и хранила эту чёрную кисть, — он поднял глаза со своих колен и посмотрел серьёзно. — Теперь ты до конца дней должен помогать мне изгонять злых духов, Хао. Без тебя я буду вынужден умереть.

— Что?.. — Хао открыл рот в неверии. — Почему?

— Моя сила сосредоточена в татуировках и бусах. Отделить их невозможно. Моя душа напрямую связана с бусами, а жизненная энергия запечатана в татуировках. Встречи со злыми духами не закончатся, а значит, я буду тратить жизненную энергию, пока… не умру. Как ты уже видел, это при уничтожении духов Чи, — его глаза блеснули янтарным светом. — Я не могу отсечь душу иным способом, кроме как через жертву или своего рассекателя. И не спасать людей я не могу. Так что, если ты уйдёшь… я умру. Буквально.

— Тогда я не вижу в своём новом статусе проблем, — с улыбкой ответил ему Хао. — Потому что я не собираюсь уходить.

— Никто из них не собирался…

Это слетело с губ быстрее, чем Тен успел сообразить. Он не хотел делать и так печальный разговор совсем уж трагичным, но вот они с Хао вновь сидели, и мысли обращались в слова быстрее, чем он успевал реагировать.

Он поднял руку и с самой грустной улыбкой, которая есть на планете Земля, коснулся большим пальцем лба между глаз Хао. Тот открыл рот, чтобы задать вопрос, но не произнёс и слова.

— Печать рассекателя чёрной кисти.

Огромный поток энергии пошёл сквозь татуировки, бусы и грудь Тена прямо к плечу Хао, и они тоже загорелись янтарным светом — признаком его рода. Он думал, первый, кто примет татуировку, будет Джин или Брайт, но судьба в очередной раз распорядилась иначе. Тен не расстраивался. Он переживал за Хао, который теперь связан с ним не только обстоятельствами, а также и совестью.

— Вы не злитесь, мастер? — спросил Хао, когда Тен убрал с его лба палец.

— Нет. Я голоден. Дай мне еды, и я, возможно, не заставлю тебя брать аскезу на тысячу раз изобразить на свитке фразу «Не лезть, куда не пускают», — Тен фыркнул. — Я упал на собственном кофе, но причин злиться у меня нет. Ты мог коснуться трона Будды и лишиться зрения, например… Или стать ящерицей.

— Правда?

— Нет. Я шучу, — признался Тен и щелкнул его между глаз пальцами, в качестве наказания. — Больше не ходи без меня в святилище… Хотя… Ты уже часть этого рода, теперь можно. Официально. Однако ничего там без меня не трогай, кроме статуи Будды во время подношений.

— Да я не пойду туда без вас больше. Это как-то у меня сознание попуталось, — Хао нахмурился. — А что это был за голос?

— Возможно, кисть сама выбрала тебя своим носителем, пока сила дома стала меньше. Вот и всё. Считай, судьба.

Тен врал. Он прекрасно знал, что кисть может лишь наоборот — отказаться от носителя. У него было пару предположений насчёт того, кому мог принадлежать «голос», посетивший Хао, но сейчас у них не так много времени в этом разбираться.

Он встал с кровати. Сейчас они уже ничего не могли исправить.

— Идём есть, иначе я откушу тебе ногу, — сказал холодно Тен и пошёл на выход. — И вот это уже не шутка.

— Как-то вы сегодня много шутите, — проворчал Хао.

Внизу их встретило самое неловкое молчание в мире. Кажется, никто из присутствующих не ожидал, что Хао вернётся живым. Но он быстро пробежал рядом с мастером и начал разогревать ему еду и делать кофе.

Тен прошёлся до своего места со спокойным видом, будто не у него на заднице подсыхает пятно после падения в лужу. Никто всё равно не осмелится и слова ему сказать.

— Ура, в этом доме не стало на одного трупа больше, — криво усмехнулся Дин. — Если в ситуации разобрались, то давайте решим, что нам делать… Осталась одна же вещь для поиска и изгнания, верно? Шаман и рассекатель.

Хао заскулил.

— Рассекатель не нужен. Он сейчас виновато делает кофе, — без эмоций пояснил Тен, пока другие открыли рты. — Да. Теперь Хао — хранитель чёрной кисти моей матери. Он будет отсекать души от чего-либо.

— Получается, у нас в команде только Лю без каких-либо магических способностей? — Дин широко улыбнулся.

— Я волшебным образом делаю вам деньги, дурак, — фыркнула Лю. — Не нужны мне ваши силы. Нет, спасибо. Сами тут вот это самое, меня не трогайте.

— Раз пиХао стал рассекателем, то мы отправляемся к шаману? — решила увести от очередного спора команду Джин.

— Да. Причём мы пойдём сразу с сосудом и всем необходимым. Неизвестно, что нас там ждёт. Дух Чи ни за что не появится до тех пор, пока не станет монстром передо мной. Мой взгляд способен растворить его в небытие, — пояснил Тен и отпил свой вкусный кофе. — Хао должен выспаться, и я подготовиться к разговору.