Петля времени

— Но это ложь. И люди платят за это жизнью. — Алиса подняла голову и посмотрела на него

— Тогда мы должны найти другой путь, — Дмитрий внимательно посмотрел ей в глаза. — Альтернативу.

— Какую? Нас заперли.

— У меня есть знакомый в медсанчасти, — быстро заговорил он. — Старый фельдшер, Палыч. Он мне должен. Если мы выберемся... мы можем попробовать создать что-то. Наподобие лекарство.

— Радиозащитный препарат? — Алиса посмотрела на него с надеждой.

— В 2030 году у вас ведь есть что-то такое?

— Есть, — кивнула она. — Но это сложная химия. Цистамин, B-190... нужны реактивы, оборудование.

— У Палыча есть доступ к складу. И есть старая центрифуга. Если ты дашь мне формулу... мы можем попробовать синтезировать аналог. Хотя бы что-то, что замедлит поражение костного мозга.

— Это риск, Дмитрий. Если мы ошибёмся... мы можем сделать только хуже. Мы несём ответственность за ложную надежду. Если мы дадим людям таблетки, которые не сработают...

— А если не дадим, они умрут точно, — перебил он. — Лучше попытаться и ошибиться, чем сидеть и ждать смерти. Моральная дилемма? Да. Но у нас нет выбора.

Дверь щёлкнула. Замок повернулся. Алиса и Дмитрий замерли. В проёме показался Палыч, невысокий, сутулый старик в белом халате. Он огляделся, затем скользнул внутрь и быстро закрыл дверь.

— Тихо, — прошипел он. — КГБшники ушли на перерыв. У вас десять минут, чтобы уйти отсюда.

— Палыч... — Дмитрий встал.

— Знаю, знаю, — старик махнул рукой. — Слышал про ваши доводы. Говорят, ты шпиона приволок. Но я тебе верю, Дима. Ты честный парень. Так что бери свою подругу и уезжайте от сюда...

— Нам нужно в лабораторию, Палыч. И доступ к реактивам.

— Вы что, с ума сошли? Там же сейчас радиация! Счётчики зашкаливают с утра! — Старик побледнел.

— Именно поэтому, — сказала Алиса. — Пожалуйста. Мы можем сделать что-то, что спасёт людей.

Старик посмотрел на Алису, потом на Дмитрия. В его глазах мелькнула борьба. Страх против долга.

— Ладно, — выдохнул он. — Подвал, третий отсек. Ключ у меня. Но если вас поймают... я вас не знаю.

***

Подвальная лаборатория медсанчасти.

Полумрак, запах спирта и плесени. Алиса стояла у стола, заставленного склянками и пробирками. Дмитрий лихорадочно перебирал реактивы, сверяясь с формулой, которую она диктовала по памяти.

— Йодид калия... аскорбиновая кислота... где сераорганические соединения? — бормотал он.

— Вон там, в синей коробке, — указала Алиса.

Работа кипела, они пытались создать упрощённый аналог радиозащитного препарата. Теоретически, это должно было помочь связать свободные радикалы и замедлить разрушение клеток. Но что-то шло не так. Радиационный фон в подвале был аномально высоким. Счётчик Гейгера, лежавший на столе, не просто трещал, он визжал непрерывным, рвущим уши звуком.

— Алиса, фон растёт, — предупредил её, Дмитрий, чувствуя как покалывает его кожу. — Мы не должны здесь оставаться дольше обычного.

— Ещё немного... почти готово, — сказала она, не отрываясь от колбы.

Смесь внутри приобретала странный, неестественный фиолетовый оттенок и начинала светиться в темноте.

— Это не должно светиться, — нахмурилась Алиса. — Химическая реакция должна быть стабильной.

Вдруг колба дрогнула, жидкость внутри закипела без нагрева. Из неё поднялся густой пар, который, коснувшись воздуха, мгновенно превратился в кристаллическую пыль.

— Отойди! — крикнула Алиса, Дмитрию. Но было поздно. Пыль осела на руку, и он вскрикнул, Алиса подбежала к нему. На его коже, там где осела пыль, ткань начала меняться. Это был не ожог, не язва. Мутация. Кожа стала плотной, серой, покрылась чешуйками, похожими на металлическую чешую. Пальцы на правой руке скрючились, суставы хрустнули, увеличиваясь в размерах.— Что это... — прохрипел Дмитрий, глядя на свою руку с ужасом.

— Радиация... она мутирует, — прошептала Алиса, отшатываясь. — Здесь сильная аномалия. Фон не просто высокий, он... он будто живой. Он меняет материю.

Дмитрий схватил скальпель со стола, пытаясь срезать изменённую кожу, но лезвие сломалось, натолкнувшись на твёрдость, подобную стали.

— Больно? — спросила Алиса, чувствуя, как подступает к горлу тошнота.

— Нет, — он посмотрел на неё, и в его глазах не было страха, была пустота. — Нет. Только... холод.

Он сжал кулак, и металл скальпеля в его руке согнулся, как пластилин.

— Это не лекарство, — тихо сказала Алиса. — Это ловушка. Радиация здесь другая. Она не убивает сразу. Она превращает.

В этот момент дверь лаборатории распахнулась. На пороге стояли двое в форме, с автоматами.

— Руки вверх! — гаркнул один. — Вы арестованы за попытку диверсии и создание биологического оружия!

Дмитрий медленно повернул голову. Его мутировавшая рука дрожала.

— Уходи, — сказал он Алисе.

— Нет, — она встала рядом.

— Алиса, уходи! Они тебя убьют!

— Мне всё равно, — она взяла колбу и затолкала в карман куртки. Солдат выстрелил в воздух.

— Последний раз говорю!

Дмитрий посмотрел на Алису, в его глазах вспыхнула решимость.

— Прости, — прошептал он. И его мутировавшая рука метнулась вперёд, не к солдатам, а к пульту управления вентиляцией. Он ударил по рычагу с нечеловеческой силой. Раздался грохот. Вентиляционная шахта обрушилась, создавая стену из пыли и обломков между ними и охраной.

— Беги! В заброшенный детский сад. — крикнул Дмитрий, толкая её к запасному выходу. Алиса споткнулась и чуть не упала.

— Дмитрий!

— Я задержу их! Беги, Алиса! Спасайся!

Она хотела броситься назад, но понимала если она останется, они оба погибнут здесь, в этом подвале, никому не нужные. Она рванула к двери. Последнее, что она увидела, оборачиваясь, это силуэт Дмитрия, стоящего в облаке пыли, с его странной, нечеловеческой рукой, поднятой для удара. И его глаза, полные не ярости, а отчаяние.

***

Убежище в заброшенном детском саду.

Алиса бежала, не чувствуя своих ног. Город вокруг неё будто менялся. Тени стали длиннее, не естественнее. Воздух был густым и вязким. Где-то вдалеке выли сирены, но звуки доносились словно из-под воды. Она не сразу нашла укрытие в здании детского сада, на окраине. Заперлась в комнате на втором этаже, сдвинула стол к двери. Она сползла по стене на пол, обхватив свои колени руками. Её трясло, не от холода, от осознания. Она всё напутала. План спасения рухнул. Дмитрий... что с ним? Что с его рукой? Что это за мутация? И самое страшное, она сама не понимала что пошло не так. Дверь в комнату тихо скрипнула. Алиса вздрогнула, вжавшись в угол. В проёме появился Дмитрий. Он был грязный, окровавленный, но кровь была тёмной, почти чёрной. Его куртка была порвана. Но он был жив.

— Дмитрий? — прошептала она. Он вошёл, хромая, и закрыл за собой дверь. Прислонился к ней, сползая вниз.

— Я... оторвался, — прохрипел он. — Они... не стали стрелять, им теперь нужен я и то, что ты создала.

Он поднял правую руку. Она всё ещё была изменённой, серой, покрытой чешуёй. Но теперь он мог ею управлять. Он сжал кулак, и металл дверной ручки согнулся.

— Что это с тобой? — Алиса подползла к нему, касаясь его руки.

— Не знаю, — он посмотрел на свою руку. — Радиация... она вошла в меня. Я чувствую как меняюсь. Я чувствую... силу. И боль. Но боль где-то далеко. Мне срочно нужен антидот.

— Нам нужно уезжать. Эта мутация... она может прогрессировать.

— Куда? — Дмитрий горько усмехнулся. — Они теперь ищут нас, мы официально теперь в розыске.

Он потянул её к себе. Алиса упала на его грудь, слушая, как бьётся его сердце — слишком быстро, слишком громко для обычного человека.

— Мы проиграли, — прошептала она. — Я не понимаю почему произошло так, я сделала ещё хуже. Мы создали монстра, и если это поподет к ним в руки...

— Мы его уничтожим, — Дмитрий провёл здоровой рукой по её волосам. — Ты всё исправишь.

Алиса подняла голову, в его глазах не было осуждения, только бесконечная усталость и нежность.

— Я боюсь, Дмитрий, что сделаю ещё хуже. Его не просто теперь уничтожить, особенно здесь в Припяти, где радиация на каждом углу.

— Вот теперь мы в полной жопе. — Он притянул её к себе ближе, их губы встретились. Это был поцелуй нежности, как отчаяние. Алиса отвечала ему с таким же наслаждениям цепляясь за его плечи. Она чувствовала жар его тела, чувствовала, как под пальцами пульсируют изменённые мышцы на его спине. Каждое прикосновение было подтверждением. Что они ещё живы, что всё ещё здесь. Когда он отстранился, Алиса закрыла глаза. Страх отступил, уступая место чему-то древнему, тёплому и живому. В какой то момент она забыла про Чернобыль, про мутацию и КГБ. Дмитрий прошептал её имя, зарываясь лицом в её шею. Его дыхание было обжигающим.

— Алиса... Нам надо уходить, нас ищут.

— Куда? — прошептала она.

— Нам надо к Палычу, создать антидот, я не хочу стать монстром.

Глава 3

Они сидели на кухне у Палыча в полной тишине и молчании. Старый фельдшер нервно курил одну сигарету за другой, пепельница на столе уже переполнялась. За окном было темно, но свет включать они боялись, вдруг кто-то заметит. Алиса смотрела на свои руки, которые всё ещё дрожали. На запястье Дмитрия виднелись следы от наручников, которые он сумел сорвать. Его мутировавшая правая рука была теперь скрыта под черной перчаткой, но Алиса знала, под тканью кожа стала твёрдой как камень, покрытой серыми чешуйками.

— Нам нужно действовать, — тихо сказал Дмитрий, прерывая молчание. — До эксперимента осталось меньше четырёх часов.

— Что вы предлагаете? — Палыч затушил очередную сигарету. — Весь город оцеплен. КГБ везде. Они ищут вас.

— Мы знаем, — Алиса подняла голову. — Но мы должны предупредить сотрудников. Тех, кто работает на четвёртом блоке. Если они откажутся запускать эксперимент...

— Они не откажутся, — перебил Дмитрий с горечью. — Приказ сверху. Партийная дисциплина. Но мы можем саботировать. Создать аварийную ситуацию. Отключить питание. Что угодно, чтобы задержать.

Палыч покачал головой.

— Вы не понимаете. Я сегодня днём был в медсанчасти. Видел очень странных людей. В чёрной форме с оружием. Они контролируют всё. — Он запнулся, подбирая слова. — И там творится что-то странное.

***

Кабинет КГБ, здание управления. Полковник Виноградов сидел за своим столом, заваленными папками. Перед ним лежали отчёты из архива.

— Никак не найдёте? — спросил он у подчинённого.

— Никак нет, товарищ полковник. — Молодой лейтенант нервно переминался с ноги на ногу. — Проверяли все архивы, паспортный стол, университетские записи, трудовые книжки, военкоматы... Алиса Вересова нигде не числится. Будто она из воздуха появилась.

— А формула препарата? Что с ней? — Виноградов нахмурился.

— Мы пытаемся воспроизвести в лабораториях Института ядерных исследований. Но... — Лейтенант замялся. — Все тестовые группы получают критические дозы облучения. Препарат не работает. Наоборот, ускоряет мутации.

— Объясните, — холодно потребовал Виноградов.

— Мы не понимаем химический состав. Там какие-то неизвестные соединения. Изотопы, которых не существует в природе. Будто она использует технологии... из будущего.

Полковник откинулся на спинку стула.

— Из будущего, — повторил он с усмешкой. — Или из-за границы. Иностранный шпион.

— Но товарищ полковник... Вы сами видели что она сделала с Орловым. Создала препарат, который оживил радиацию, как мутаген. Если мы сможем...

— Если мы сможем, что? — Виноградов резко встал. — Использовать её знания? Заставить работать на нас? — Он прошёлся нервно по кабинету. — Этот препарат... он может изменить всё. Защитить наших солдат от радиации. Сделать армию неуязвимой. Понимаете, что это значит?

— Да, товарищ полковник.

— Тогда слушайте приказ. Найти Вересову и Орлова. Взять живыми. Любой ценой. Если не сможете захватить, тогда ликвидировать. Но формула должна быть у меня.

— А если она откажется сотрудничать? — Виноградов улыбнулся. Холодно, безжалостно.

— У нас есть другие методы. Она заговорит в любом случае.

***

Алиса раскладывала на столе схему Чернобыльской станции. Дмитрий склонился над ней, изучая контрольные точки.

— Здесь, — она указала на четвёртый энергоблок. — Главный распределительный щит. Если отключить питание систем управления, эксперимент дальше будет невозможен.

— Но туда нам не пройти, — возразил Дмитрий. — Охрана сейчас усилена. После взрыва периметр оцепили.

— Сука, — поправила Алиса. — Они уже знают что, что-то идёт не так. КГБ что-то скрывает.

Палыч вошёл на кухню с чашками чая.

— Я говорю сегодня слышал разговоры простых рабочих, — сказал он, ставя чашки на стол. — Говорят, в подвале станции что-то гудит. Люди, которые туда спускаются... Проподают. А те, кто возвращается, уже не совсем не люди.

— Что вы имеете в виду? — насторожился Дмитрий.

— Ходят слухи об экспериментах. КГБ пытается создать солдат, устойчивых к радиации. Вводят какие-то препараты, облучают... И те меняются. Становятся сильными. Быстрыми. Но в побочке, теряют свой разум.

Алиса почувствовала, как холод пробежал по спине.

— Они используют радиацию как инструмент, — прошептала она. — Пытаются воспроизвести мутацию по моему аналогу.

— И у них что-то получается, — мрачно добавил Палыч. — Я видел одного такого издалека. Глаза чёрные. Кожа полностью серая, как пепел. Он будто не чувствовал боли. Когда его пытались скрутить трое, он всех раскидал как мешки, а одному сломал руку, одним движением.

Дмитрий сжал свою мутировавшую руку в кулак.

— Это то, что происходит со мной?

— Не знаю, — честно сказал Палыч. — Но ты всё ещё человек, Дима. Ты думаешь, чувствуешь. Они же... это просто оболочки. Пустые.

— Мы должны двигаться. Время уходит.

— Куда вы пойдёте? — спросил Палыч.

— На станцию, — ответил Дмитрий. — Попытаемся проникнуть внутрь. Отключить системы управления.

— Это самоубийство!

— Может быть, — Алиса посмотрела на Дмитрия. — Но мы должны попробовать.

Палыч молчал долго, а потом вздохнул.

— У меня есть старые ключи от технических помещений. Через них можно пройти к четвёртому блоку. Но... — Он достал из кармана два маленьких цилиндра. — Вот. Таблетки йода. Примите сейчас. И ещё возьмите с собой. Может, поможет.

Алиса взяла таблетки, почувствовав, как к горлу подступает ком.

— Спасибо, Палыч.

— Не благодарите. — Старик отвернулся и закурил ещё одну сигарету.

***

Окраина Припяти, возле периметра станции. Дмитрий и Алиса пробирались через лес, стараясь держаться в тени деревьев. Воздух был густым и тяжёлым. Алиса чувствовала, как кожу покалывает это был признак радиации. Дмитрий шёл впереди, его мутировавшая рука сжимала лом, который они взяли на всякий случай у Палыча.

— Остановись, — прошептала Алиса, хватая его за плечо. Впереди, на поляне, что-то двигалось неестественно. Они присели за кустами, наблюдая. По поляне бродили три фигуры. Люди... или то, что от них осталось. Их кожа была серой, местами отслаивалась, обнажая мышцы. Глаза были полностью чёрные, без белков. Движения дёрганые, механические. Один из них повернул голову в их сторону. Алиса замерла, чувствуя, как её сердце колотится.

— Они нас не видят, — прошептал Дмитрий. — Или... не замечают.

Существо издало странный звук, что-то среднее между рычанием и хрипом. Потом все трое побрели дальше, исчезая в тумане.

— Боже мой, — Алиса закрыла рот рукой. — Это... это люди?

— Были людьми, — мрачно сказал Дмитрий. — Теперь... не знаю.

Они продолжили свой путь, обходя поляну стороной. Но Алиса не могла выбросить из головы увиденное. КГБ создавало монстров. И эти монстры когда-то были такими же людьми, как и они.

***

Технический вход правда был через медсанчасть. Палыч не обманул, ключ подошёл к задней двери. Они сразу проскользнули внутрь, закрыв дверь за собой. В коридоре было темно и тихо. Только где-то вдалеке капала вода. Алиса достала свой фонарик, который тоже одолжил Палыч, и осветила путь.

— Нам нужно направо, — прошептал Дмитрий. — Через лабораторию к техническому туннелю.

Они пошли по коридору. Алиса чувствовала, как нарастает напряжение и паника. Каждый шорох казался ей угрозой. Вдруг Дмитрий остановился, подняв руку.

— Слышишь?

Алиса прислушалась. Где-то впереди них раздавались шаги. Тяжёлые, размеренные. И... дыхание. Хриплое, прерывистое. Они прижались к стене, замирая. Из темноты появилась фигура. Человек в чёрной форме КГБ. Но что-то было не так, его движения были слишком плавными, неестественными. А когда он повернул голову к ним, Алиса увидела его глаза, они светились тусклым зелёным светом в темноте. Существо остановилось, медленно повернулось в их сторону и будто принюхивалась.

— Беги, — прошептал Дмитрий, и они рванули вперёд, к двери лаборатории. Существо издало низкий рык и бросилось за ними. Дмитрий распахнул дверь, пропустил Алису вперёд и захлопнул дверь, задвигая засов. Снаружи раздался удар в дверь. Потом ещё один. Дверь задрожала.

— Быстрее, — Дмитрий огляделся. — На выход.

Алиса осветила помещение. Лаборатория была заполнена новейшем оборудованием, микроскопы, центрифуги, колбы с реактивами. И в дальнем углу была дверь с надписью "Технический туннель". Они побежали к ней. Существо со всей силы, проломило дверь лаборатории, Алиса обернулась и увидела, это был уже не один монстр. За ним стояли ещё двое таких же.

— Вперёд! — крикнул Дмитрий и Алиса распахнула дверь технического туннеля, и они нырнули внутрь, захлопывая дверь за собой.

***

Технический туннель. Они долго бежали по узкому коридору, освещённому только тусклыми лампами. Стены были бетонными и холодными. Где-то вдалеке гудели насосы. Наконец Дмитрий остановился, прислонившись к стене.

— Думаю... оторвались, — прохрипел он.

Алиса опиралась о колени, пытаясь восстановить своё дыхание.

— Что это было? — спросила она. — Те существа...

— Не знаю. — Дмитрий посмотрел на свою мутировавшую руку. — Но сдается мне что это КГБ что-то делает. Экспериментирует. Создаёт... оружие.

— Из людей?

— Из тех, кто получил высокую дозу. Кого уже не спасти. Они превращают их в... в это.

Алиса почувствовала, как к горлу подступает тошнота.

— Мы должны остановить их.

— Как? — Дмитрий горько усмехнулся. — Мы двое против целой системы. Против КГБ. Против армии.

— Не знаю. Но мы должны попробовать.

— Посмотри на меня. Я понятия не имею, во что я превращаюсь. Да я чувствую, думаю, но я уже не человек, у меня сука, рука как базука.

Дмитрий закрыл глаза, прижимаясь к стене.

— Но ты отличаешься, от тех что создаёт КГБ — тихо сказала Алиса.

— Но я чувствую... как что-то меняется. У меня внутри. Будто я становлюсь... другим.

— Я создам антидот, здесь есть прекрасная лаборатория, — прошептала Алиса.

— Спасибо не надо, уже создала лекарство для всего человечества, теперь не знаем что с этим делать.

— Это не моя вина, в отчётах я с таким не сталкивалась. И вообще все это неправильно, так не должно было быть. Была лучевая болезнь, но не мутация...

Она начала злиться, но Дмитрий притянул её к себе ближе и посмотрел в её глаза, а потом его взгляд опустился на её губы и он её поцеловал. Это был поцелуй нежности, трепетный поцелуй, в нём было всё, весь его страх, всё отчаяние. Алиса ответила, обнимая его за шею. Его мутировавшая рука осторожно легла на её талию и он боялся причинить ей боль, боялся что новая его сила может навредить ей.

— Алиса... — прошептал он между поцелуями. — Если я... если я стану таким, как они...

— Не станешь, — перебила она. — Я не позволю, дай мне шанс всё исправить.

— А если не сможешь?

— Тогда мир обречён и возможно в будущем, миру придет пиздец.

Она сказала это без колебаний. Без страха. Дмитрий посмотрел ей в глаза, и усмехнулся. И в его взгляде было понимание, что Алиса это последний шанс остановить это безумие. Они стояли в тусклом свете технического туннеля, прижавшись друг к другу. За стенами гудели насосы, где-то капала вода, вдали бродили монстры. В этот момент безумия, существовали только эти двое. Дмитрий медленно провёл пальцами по её щеке спускаясь вниз по её шее, его прикосновения были совершенно осторожными, почти нежными. Алиса закрыла глаза, чувствуя, как тепло внизу живота разливается по всему телу. Это было не просто желание, это была потребность, потребность почувствовать себя живой в его объятиях. Почувствовать его власть, над своим телом.

— Здесь? — прошептала она.

— Да, а что тут такого? — ответил он. — Сейчас. А вдруг другого шанса у нас не будет.

Он осторожно растегнул её куртку, прижимая её к бетонной стене, его губы нашли её губы, и они снова поцеловались, уже страстно почти отчаянно. Алиса запустила пальцы в его волосы, чувствуя, как сердце колотится. Она знала, это может быть их последняя ночь. Последний шанс, стать ближе. Его рука скользнула под её футболку, касаясь нежной женской груди. Алиса вздрогнула, от прикосновения и издала тихий стон.

— О боже...

— Я хочу тебя, — прошептал он. — Ты даже не понимаешь, что своим появлением изменила мой мир.

Он резко развернул её к стене, и растягнул джинсы, спустив их в низ. Его пальцы ласкали её там, нежно проникая внутрь. Алиса тихо стонала в такт его движениям, опираясь за стену руками. Звон ремня и он принялся за свои брюки, освобождая свой стоящий орган. Их тела нашли друг друга в этом полумраке, среди бетона и ржавых труб, в тени надвигающейся катастрофы. Он входил в неё как озверевший и это было не красиво, не романтично. Это было по-человечески дико и отчаянно. Он трахал её с особой жестокостью и одновременно с нежностью, вбивался в неё так, как будто завтра может не наступить. Каждое прикосновение, было признанием. Каждый поцелуй, обещанием. Каждое движение, борьбой со временем, со смертью, с неизбежным.

Когда всё закончилось, они остались стоять, прижавшись друг к другу и слушая, как тяжело дышат.

— Ты просто прелесть, — тихо сказал Дмитрий, целуя её в висок.

— Что?

— Отчаянная, безумная. Этот секс, лучше что могло сегодня со мной произойти.

— Тогда мы вместе обезумели в этом кошмаре. — Он поцеловал её ещё раз. Коротко. Нежно.

— Нам нужно идти. Пора прикрыть им лавочку.

Алиса кивнула, поправила свою одежду, посмотрела на Дмитрия. Его глаза всё ещё были человеческими. Не чёрные глаза монстров.

— Идём, — сказала она, беря его за руку.

Они пошли дальше по туннелю. Навстречу неизвестности, навстречу судьбе.