Сходила замуж. Больше не хочу!

— А для твоей?

Руслан уже не отвечает на мой вопрос. Он словно специально утыкается в телефон и не желает больше смотреть на меня. А я, напротив, не свожу с него глаз.

Неожиданного в мою голову приходит мысль, что что-то изменилось после свадьбы. Не понимаю пока, что именно, но совершенно точно — Руслана словно подменили.

Раньше он был ласковым, внимательным, всегда прислушивался к моим словам и желаниям. А теперь его мысли крутятся только вокруг себя и своих хотелок.

Не то чтобы мне жалко денег, нет… Но и планировать по приезду после свадебного путешествия поход в автосалон, чтобы купить ему дорогую машину, тоже не вполне уместно.

Конечно, желания моего мужа понятны, мы оба из состоятельных семей. Но дело не в этом.

Просто раньше Руслан спокойно тратил свои средства, а теперь вдруг зациклился на нашем общем бюджете и говорит лишь о нём.

Глава 5

Я не хочу ссориться с мужем, поэтому, сдерживая лёгкое раздражение, стараюсь говорить мягко.

До этого у нас не случалось подобных разговоров, и хочется верить, что ему вскружили голову подаренные деньги.

Я заметила, что иногда мой супруг бывает ветреным, но это совершенно точно никогда не касалось денег.

Здесь он был крайне внимателен и скрупулёзен.

— Руслан, не надо так нервничать. Я просто думала, что подаренные деньги — наш неприкосновенный запас. Давай не будем спускать их на сиюминутные желания. Ты разве забыл, что мне ещё полгода учиться в университете?

— И что?

— Ничего. Руслан, что происходит?! Тебя словно подменили после свадьбы, — всё-таки не сдерживаюсь и говорю свои мысли вслух. Но мне не стыдно, потому что моя родня не меньше его вложилась в эту свадьбу.

— А что я такого сказал? Говорю: деньги есть! У тебя есть! У меня есть! Но ты словно не слышишь. А если даже наши совместные кончатся, разве тебе твои родные не помогут? — говорит недовольно.

— А должны?!

— Ну как... Ты у них единственная внучка. Кроме тебя у них никого нет. Им-то деньги зачем? Я думал, что твои родные...

— Возьмут нас на содержание после свадьбы?

— Ну не то, что на содержание, но… точно помогут, — теперь он говорит медленнее, тщательно взвешивая каждое слово, видимо, замечая, как мой взгляд становится острее и холоднее.

— Нет, не помогут.

— Но почему?!

— Не надейся на это. Дедушка с бабушкой чётко дали понять: раз я вышла замуж, то обеспечивать меня после свадьбы — прямая обязанность моего мужа. А разве ты с этим не согласен?

По правде говоря, я лгу! Цинично и расчётливо. Его готовность так легко пользоваться помощью моей семьи, а особенно довольно пожилых людей вызывает во мне жуткое, почти физическое раздражение.

Мои родные как раз сказали перед свадьбой, что всегда помогут нам, но Руслану об этом знать совсем необязательно. Особенно в свете таких событий, как сейчас.

В моём представлении мужчина в семье — это глава, голова. А значит, добытчик.

Таким я видела своего отца, пока они с мамой не попали в аварию. Так всегда ведёт себя мой дедушка. Такие мужчины у моих подружек и приятельниц.

И уж я точно не собиралась замуж за человека, который будет тянуть из моего наследства деньги. Если бы у меня хоть одна мысль в таком направлении хоть когда-то возникла, я бы ни за что не пошла за него замуж.

Но, на удивление, Руслан никогда ни разу не намекал мне на то, на что намекает сейчас.

— Светка… — Отворачиваюсь. — Свет! Посмотри на меня!

— Скажи мне, только честно: у тебя проблемы с деньгами? Ты мне в чём-то не можешь признаться? — догадываюсь.

— Нет, — сразу категорически отрицает мои предположения. Но почему-то теперь я ему не верю.

— Тогда к чему эти разговоры, Руслан?

— Я просто хочу жить. Здесь и сейчас. Конечно, я знаю, что я, как мужчина должен обеспечивать семью, но мы, всё-таки молоды и нам помощь нужна. Нам нужно на ноги становиться.

— Не вижу связи. У нас есть жильё, у нас достаточно денег на счёте. А сейчас вот ещё и общий завели. Кроме того, ты же сам в грудь в брачную ночь стучал и говорил, что ты мужик и мне даже работать не обязательно. — Вспоминаю его слова, произнесённые не единожды и в том числе в брачную ночь.

— Но это не значит, что я смогу тебе сейчас звёзды с неба достать. Пока надо подождать, и всё будет, — говорит Руслан, и в его голосе проскальзывают нотки извинения.

— А я у тебя их просила? Я-то как раз и не против подождать. Ладно, — уступаю ему снова. — Тогда, если ты хочешь тратить мой капитал, твои родители тоже пусть помогут нам встать на ноги, — Я пристально слежу за его лицом, ловя каждое изменение. — Например, — пятьдесят на пятьдесят?

Руслан замирает. Затем медленно, почти с видимым усилием, отрицательно качает головой.

— Нет, они не могут.

— Почему?

— У моих сейчас финансовые трудности, — опускает лицо, берёт в руки песок и начинает пересыпать из одной руки в другую. Этот простой, детский жест выглядит как попытка скрыть смущение, занять руки, чтобы не встретиться со мной взглядом. Вижу, что эти слова даются ему с трудом.

— Но ты мне ничего не сказал…

— Ну а зачем об этом говорить, Света? Так случилось. Я сам совсем недавно узнал. Родители не хотели говорить мне о проблемах в бизнесе перед свадьбой. Решили не расстраивать и портить праздник.

Руслан замолкает и растерянно всматривается в моё лицо, словно желая там что-то прочитать.

— Свет, а какая разница для тебя от той информации, которую я тебе сказал? Это что-то бы изменило для тебя по отношению ко мне? Ты не вышла бы за меня замуж? Отказала бы? Разлюбила? То есть ты со мной из-за денег? — тараторит быстро.

— Не говори ерунды! Ты меня этим обижаешь. Ладно, я пойду поплаваю, — быстро остаюсь с шезлонга и удаляюсь от Руслана, не закончив этот разговор.

Нахожусь в полной растерянности от ситуации, в которой мы неожиданно оказались.

Мой муж, который совсем недавно был сосредоточен на бизнесе и успехе компании, неожиданно стал помешан на тачке, доме, и ином интересе, но не связанном с семьёй.

И эти изменения произошли буквально за неделю.

Вода сегодня в море неожиданно холодная, но это даже хорошо. Потому, что она помогает мне немного остыть и прийти в себя.

Отплываю от берега и пытаюсь успокоиться.

Уговариваю себя, что всё это какое-то досадное недоразумение, но где-то на краю моего сознания шевелится назойливая и очень неприятная мысль: мой муж женился на мне только из-за денег.

Заставляю себя успокоиться, делаю глубокий вдох и разворачиваюсь к берегу. Плыву обратно, чувствуя, как каждое движение даётся с трудом.

Но это не из-за воды, а из-за внезапной тяжести в душе. Там теперь совсем паршиво.

Выхожу из моря и иду в сторону шезлонга, где мы расположились.

Сажусь на край, чувствуя, как песок прилипает к мокрым ступням. Ещё недавно я ему радовалась, а теперь он меня раздражает.

— Успокоилась?

— А я не нервничала.

Лгу, и Руслан это знает.

— А мне показалось иначе. Ладно, Светик, неужели мы с тобой будем ссориться в медовом месяце? Глупость какая. Сцепились из-за ерунды. — Он улыбается мне, но теперь его улыбка, мне кажется, натянутой, будто это маска. А может быть это и есть его истинное лицо?

Глава 6

Сколько себя помню, я всегда представляла, какой будет моя свадьба.

Я уверена, каждая девочка в глубине души создаёт свой идеальный образ: шикарное белое платье, церемония среди родных и близких, любимый мужчина, с трепетом ожидающий невесту…

Но если в моих мечтах свадьба была довольно скромной, где участвуют только самые родные люди, то Руслан это событие видел совершенно иначе.

Для моего молодого человека такое событие обязательно должно было включать в себя грандиозный банкет с сотней гостей, шумными тостами, танцами до утра и празднованием, растянутым на несколько дней.

После того как он сделал мне предложение, мы долго не могли прийти к компромиссу: устроить пышное торжество или отправиться в путешествие к морю.

В конце концов, будущий муж уговорил меня на большой праздник, хотя я всё-таки склонялась уехать.

Тогда, услышав наши споры, моя бабушка предложила нам не конфликтовать из-за таких мелочей, и сообщила, что можно исполнить обе мечты.

— Не переживай, Светочка. Мы с дедушкой подарим вам свадебное путешествие. А раз Руслану хочется большое торжество, мы с его родителями устроим и его.

Моя первая реакция была — отказаться от такого предложения. Ведь подготовка к свадьбе и так требовала огромных затрат. Но они настояли на своём, уговаривая меня, что свадьба раз в жизни, и не нужно отказывать себе в этом подарке, пока тебе его дарят.

— У нас нет никого ближе тебя. На кого ещё нам тратить средства, если не на твоё счастье? И родители, я уверена, одобрили бы это.

Мой отец был успешный предприниматель, владелец крупной мебельной фабрики, поэтому с детства у меня было всё, что только можно пожелать.

И я желала. Щедро с размахом, с твёрдой уверенностью, что мир — это огромный каталог, где нужно лишь ткнуть пальцем и у меня будет всё.

Любые куклы в детстве — не просто одна или две, а целый ряд. Говорящие, известных и не очень брендов. Любые вещи самых модных коллекций. Любая обувь и сумки. Главное — чтобы Света была довольна.

Мама считала, что так и должно быть, а отец, любя нас обеих, исполнял эти желания, лишив меня возможности знать, что за всё в этой жизни нужно будет платить.

Видимо, время пришло...

Мы познакомились с Русланом в компании таких же мажоров, как и я сама, и меня, естественно, ничего не напрягало в его поведении.

Ни лёгкое отношение к жизни, ни желание иметь всё здесь и сейчас.

Но я, выходя за него замуж, не думала, что «иметь всё здесь и сейчас» будет в итоге за мой счёт.

— Малышка, ты что, обиделась? — подходит ко мне после того, как мы вернулись с моря и пообедали.

— Глупый вопрос.

Не успеваю ничего больше сказать, как я уже прижата к его груди.

— Но почему? — в его голосе звучит искреннее недоумение.

— Серьёзно? Ты правда не понимаешь?

Иду на кухню варить себе кофе. Это именно то, что мне сейчас нужно.

Руслан не отстаёт от меня и следует за мной.

— Ну что я такого сказал? Это же нормально — хотеть сделать себе подарок? Тем более на наши же деньги.

Отвечать не хочу, не вижу смысла. Отдых испорчен, и единственное, что я хочу — вернуться домой.

А там… там будет видно, как дальше поведёт себя мой муж. В конце концов, у нас нет обязанности прожить в браке несколько лет, прежде чем нас разведёт ЗАГС.

Поэтому, если мой муж не изменит своё поведение, я подам на развод.

— Понял, разговаривать ты не хочешь. Всё, сдаюсь! — поднимает руки вверх.

— Самый правильный путь сейчас закрыть эту тему. Потому что, если мы не прекратим, по приезду домой рискуем остаться бывшими мужем и женой, — в злости говорю своему мужу.

— Не преувеличивай! Свет, ты просто объясни мне, что не так. Я постараюсь понять. Не надо так злиться и уж тем более угрожать мне разводом.

— Почему до свадьбы ты даже не сказал мне, что у вас в семье финансовые проблемы?

— Я же сказал: сам о них не знал. А почему ты так зациклилась на этом теперь? Узнала бы, отменила тогда свадьбу?

— Предположим, что ты не знал — соглашаюсь, допускаю такую мысль. — Но сейчас знаешь. Как собираешься решать эти проблемы? За счёт меня?

— Нет, зачем же. Работать. Тендер скоро. Если выиграю, денег будет достаточно, — пожимает плечами.

— А если проиграешь?

— А об этом я даже думать не хочу, потому что я знаю, что выиграю. И точка.

— Почему ты так уверен в этом?

— Света, что за допрос?! Я же сказал тебе: всё будет хорошо. Просто доверяй мне и всё! Не хочешь машину покупать, не будем. Только прекрати включать недовольную жену. Слишком мало времени для этого прошло.

— У меня для этого есть все основания! Ты сам начал эти разговоры про покупку новой тачки и смене места жительства.

— Я в отпуске. Имею право думать о чём угодно, — безапелляционно заявляет мне, даже глазом не моргнув, и ни капли не нервничая.

Не знаю, что ответить. В какой-то степени он прав, но меня всё равно теперь раздирают сомнения, что наш брак основан на любви.

Мой муж подходит ко мне совсем близко, и его пальцы слегка сжимают мои плечи. Он играючи пытается встряхнуть меня.

— Светка, не будь такой занудой в медовый месяц! Ты же весёлая девчонка до потери родителей была! Лёгкая! Заводная! Огонь просто! Денег не считала, жила как королева, и относилась ко всему играючи. А сейчас что? Откуда такое настроение? Упрёки, намёки, недовольство из-за какой-то машины! — Смотрит на меня пристально, пробегает с головы до ног по моей фигуре, и неожиданно хмурится. — Свет… А ты случайно не беременна? Может в тебе гормоны заиграли?

Эти вопросы звучат неожиданно и, прежде чем я успеваю ответить, его ладонь ложится на мой живот.

Замираю, растерявшись.

А Руслан, напротив, кажется, очень доволен своей мыслью.

Не дав мне опомниться, он начинает водить по нему кругами, слишком медленно, слишком осознанно, будто пытается нащупать кого-то, кого там ещё нет.

Его лицо, видимо, представляя, что такое возможно, расплывается в улыбке.

Я замираю, хочу высвободиться из его объятий, сделать хоть шаг назад, но его объятия настолько крепкие, что не оставляют мне ни малейшей возможности для освобождения.

— Нет, не беременная, — отвечаю я тихо, но Руслан словно не слушает.

— Кстати, а что… — его голос становится мягче, заговорщическим, и в глазах вспыхивает огонёк азарта. — По мне так прекрасная идея. Давай, может, малыша родим? Я готов! Медовый месяц самое время для этого.

Он пытается стянуть с меня простыню, в которую я завернулась после душа, и я даже не успеваю удержать её на себе.

Ткань соскальзывает на пол, а я чувствую, как по коже пробегают мурашки — не только от прохлады, но и от его настойчивого взгляда.

Подбираю её и снова заворачиваюсь в неё.

— Не прячься от меня, моя красавица. Конечно, я понимаю, мы с тобой ещё не обсуждали этот вопрос, — продолжает он, целуя моё плечо, — но я бы не отказался от мальчика. Или девочки. Или обоих сразу.

Я снова пытаюсь отстраниться, но мой муж моё сопротивление понимает по-своему.

— Руслан, про детей говорить пока рано, — повторяю я, но он словно не слышит.

Его губы скользят по шее, затем он задерживается на мочке уха, слегка покусывая её, отчего по спине пробегает дрожь. Он знает нужные точки, пытаясь воспользоваться ситуацией.

Потом он находит мои губы, и поцелуй слишком стремительный, слишком властный, чтобы я могла что-то возразить.

— Пожалуйста, прекрати! — отталкиваю его сильнее, и Руслан еле удерживается на ногах.

Он непроизвольно пошатывается и отступает на шаг. В его, ещё секунду назад весёлых глазах вспыхивает обида.

— Говорят, люди меняются после свадьбы, но я не думал, что настолько быстро, — через сжатые губы выговаривает слова.

— Согласна. Только я за эту неделю не изменилась, — мой голос звучит тихо, но чётко. Я не хочу показывать ему свою слабость. Её он, как я понимаю, увидел при встрече у нотариуса и решил этим воспользоваться. — А вот ты, Руслан, даже очень. И что с этим делать, я пока не знаю.

Глава 7

Из-за перепутанных временных поясов мой сон стал похож на муку.

Я то и дело сплю лишь урывками, проваливаясь в короткие, беспокойные эпизоды, или валясь с открытыми глазами, отсчитывая удары собственного сердца.

Мой организм не принимает правила чужой страны и не хочет жить по чужим часам.

А Руслан, в отличие от меня, напротив, отключается почти мгновенно.

Его ровное, спокойное дыхание рядом со мной подчёркивает мою догадку, что его в отличие от меня ничего не беспокоит.

Сегодня снова сдаюсь и ложусь днём, когда за окном бушует жизнь, а в России глубокая ночь.

Натягиваю на глаза маску, будто это может обмануть внутренние часы привычного ритма и тут же проваливаюсь в сон.

Но сон этот снова выглядит как странная карусель, состоящая из обрывков мыслей, переживаний и чувства падения в темноту.

Через полчаса, а может, через час этого беспокойного забытья, я резко подскакиваю на кровати, словно кто-то толкнул меня вбок.

Пытаюсь понять, где я нахожусь. Оглядываюсь по сторонам и вижу, что постель со стороны моего мужа пуста.

— Руслан... — тихо зову его, но он не отвечает. — Руслан, — чуть громче, но ответа по-прежнему нет.

Прислушиваюсь к звукам и понимаю, что он в соседней комнате.

Накидываю лёгкий халатик и спешу туда.

Заходя, понимаю, что там никого нет. Иду дальше на голос и понимаю, что он стоит на веранде.

— Я всё решу, не переживай, — доносится его голос. — Мы справимся с любыми проблемами. Я обещаю! А если она родит, вообще прекрасно будет.

Замираю. Не понимаю, с кем, и о чём разговаривает Руслан.

Что он решит? Зачем так торопится с ребёнком? С какими проблемами он справится?

— Не надо из этого нервничать... У нас всё получится! Первый шаг сделан, а дальше только тендер, где у меня всё схвачено и деньги потекут рекой, — продолжает он, и в голосе Руслана слышится знакомый азарт, с привычной уверенностью. Он часто так разговаривает, когда рассказывает о своих рабочих проектах.

Информации, которую я слышу, крайне мало, и пазл в моей голове в единую картину никак не складывается.

Но совершенно точно меня не покидает ощущение, что речь идёт о каком-то параллельном мире, в котором живёт мой муж. И о котором я не знаю.

Я стою затаив дыхание, не смея шевельнуться. Хочу услышать ещё хоть слово, имя, деталь, которая поможет мне окончательно понять, что происходит и как действовать дальше.

Однако мой муж, словно чувствуя моё присутствие, резко поворачивается и роняет из рук свой телефон.

Замечаю на его лице целую гамму чувств: растерянность, испуг, досаду.

— Какую проблему ты решишь? — мой голос звучит неожиданно громко.

— Вот ведь… зараза! — вырывается у него сквозь зубы.

Теряюсь, потому что не понимаю: эти слова брошены в мой адрес, в адрес неожиданной ситуации или упавшего телефона.

— Света, разве можно так пугать!

— Ответь на вопрос!

— Какой вопрос? — прикидывается идиотом.

— С кем ты разговариваешь?

На момент мой муж замолкает, словно растерявшись от моего напора.

— С кем... С мамой! А с кем же ещё?!

— А про ребёнка зачем говорил? — пересказываю, что слышала.

— Свет… — вздыхает тяжело и закатывает глаза. — Зачем подслушивать?

— Это вышло случайно. Ответь на вопрос. — С каких пор ты отчитываешься о нашей личной жизни своей маме?

— Про ребёнка ответил так, потому что мать меня достала. Внуков хочет. Прицепилась как репей… Я просто хотел её успокоить и ляпнул первое, что в голову пришло. Ты разве забыла, как она приставала к тебе у нотариуса? — отворачивает лицо и выдыхает зло.

— Покажи телефон, — иду ва-банк, потому что моё чутьё кричит мне об обмане. И заглушить его никак не получается.

Руслан молчит. Смотрит то на телефон с треснутым экраном, то, на меня. Кажется, что он использует каждую секунду этой паузы, чтобы придумать, как отказать в моей просьбе и найти причину не давать телефон в мои руки.

Казалось бы, если ты ничего не скрываешь, просто покажи телефон, но он медлит и не делает того, что я прошу.

— Покажи! — топаю ногой, как капризная девица.

— Хорошо, только успокойся!

Мой муж нажимает на боковую кнопку, но экран остаётся чёрным.

Он нажимает снова, держит палец дольше, и я чувствую, как он это делает с откровенным раздражением.

Ничего. Телефон молчит и не мерцает. Видимо, всё-таки удар об пол оказался фатальным.

Руслан, понимая, что тот сломался, всем своим видом показывает мне обиду.

Он небрежно, почти с презрением, швыряет дорогой смартфон на диван и тут же поворачивается ко мне.

Его взгляд в этот момент уже не растерянный, а обвиняющий.

— Из-за тебя мне придётся выкинуть дорогую вещь! Ты хоть знаешь, сколько он стоит?

— Не дороже моих нервов и переживаний, — складываю руки на груди, даже не собираясь извиняться.

— А тебе и не за что переживать, дорогая, — цедит сквозь зубы. — Доверие… знаешь такое слово, жена?

— Знаю. Но если тебе нечего скрывать, то и психовать не стоит.

— Хватит! — резко говорит мне Руслан, практически рявкая. — Если ты встала не с той ноги после сна, вернись в кровать и встань снова.

Руслан обходит меня, пока я стою растерянно после таких слов, и быстро уходит из номера. Кажется, его совершенно не волнует, в каких чувствах я останусь здесь.

Сажусь на диван и накрываю руками голову.

— Ну вот и сходила ты замуж, Света. Сказка оказалась кошмаром, а муж — бессердечным прохвостом. И что теперь мне делать… — поднимаю вверх глаза, стараясь не плакать. — Как сообщить моим родным, что я после медового месяца намерена развестись?

А то, что нам предстоит это сделать, теперь я сомневаюсь всё меньше.

Я не смогу и не хочу жить в вечных подозрениях и ссорах. А они в нашем случае, видимо, самое реальное развитие событий.

На сколько нас хватило в семейной жизни без конфликта? На неделю? Не велик срок!

Боковым зрением замечаю, как неожиданно загорается экран телефона моего мужа. Беру его в руки и радуюсь тому, что он не сломался. Ну хоть здесь меня чувство вины не сожрёт.

Набираю пароль для разблокировки и всё-таки смотрю последний звонок.

«Мама»…

Ох… Кажется, здесь я реально перегнула палку. Зря я на него накинулась. Теперь он будет думать, что я истеричка.

Он ведь действительно разговаривал с мамой… А я не поверила.

Но у меня есть оправдание! Эту неделю мой муж ведёт себя крайне странным образом, и я никак не могу понять мотивы такого поведения.

Пока листаю ленту звонков, не слышу, как в соседней комнате звонит мой гаджет. Взять трубку не успеваю. Замечаю несколько пропущенных от своей бабушки.

Не знаю, стоит ли набирать ей сейчас и разговаривать в таком настроении. Вдруг почувствует неладное.

А главное — я не знаю, говорить ли ей, как изменился Руслан.

— Привет, бабуля! — всё-таки набираю, понимая, что она будет волноваться.

— Светочка! Как у вас дела?

— Всё хорошо, — решаю врать, не признаваясь в том, что мы последние несколько дней только и делаем, что ссоримся. — Как у вас с дедушкой дела? — говорю, смахивая слёзы.

Никогда бы не подумала, что буду реветь в свой медовый месяц! Но тем не менее настроение самое отвратное, и никак не получается этого изменить.

— У нас всё хорошо. Не переживай за нас. Расскажи лучше, как вы! Нравится тебе быть женой?

— Наверное. Ещё не поняла.

— Света, что-то случилось? — неожиданно спрашивает меня бабушка. И я чувствую, что в её голосе появляется настороженность.

— Нет-нет, всё в порядке.

— Ничего не в порядке. Я же чувствую, что ты обманываешь меня. Пожалуйста, чтобы я не волновалась, Света, скажи в чём дело.

Глава 8

— Мы просто поссорились с Русланом, — аккуратно подбираю слова. — Он очень странно себя ведёт.

— А в чём это выражается? — Я не вижу её лица, но чувствую её реакцию. Бабушка расстроена.

— Всего по телефону не расскажешь. — Я правда не знаю, как описать, что человек, который казался тебе вполне предсказуем, вдруг стал совершенно иным. — Да и не хочу, если честно. Нам осталось отдыхать здесь четыре дня. Вернёмся и расскажу.

— Надо же… — чувствую в голосе нескрываемое удивление. — Вы, видимо, пошли по тому же пути, что и мы с твоим дедушкой в своё время.

— То есть? Вы тоже ссорились в первые дни после свадьбы?

Удивлена! А мне их брак всегда казался образцом для подражания, и я никак не могу их представить ссорящимися так же, как и мы.

— Когда мы поженились, начали ссориться чуть ли не каждый день. — Бабушка тихонько смеётся. — Причём, мы умудрились поссориться в первую же брачную ночь! Представляешь! Из-за ерунды, из-за глупости… А тогда нам это, конечно, казалось концом света. На следующий день даже разводиться собрались. Правда, у обоих хватило ума не дойти до этой грани.

— Прямо как у нас…

— Да, такое бывает, Света. Ничего удивительного.

— Разве? — с сомнением говорю ей. — А может быть, это просто знак, что мы не подходим друг другу?

— Ерунда! Вы притираетесь! Ничего страшного в этом нет. Плюс усталость от пережитого стресса. Свадьба, особенно вашего масштаба всегда стресс. Кроме того, вы же не жили вместе. Только встречались, миловались, а теперь двадцать четыре на семь вместе. Растерялись.

— Ба, дело не в растерянности.

— Свет, ты у нас девушка импульсивная. Ты привыкла, чтобы всё было по-твоему, — напоминает мне бабушка о моём характере. — А он тоже парень своеобразный. Но если вы выбрали друг друга, значит, надо как-то притираться. Успокойся, внучка. Отдохнёте, и всё наладится! Главное, когда спать ложитесь — обязательно миритесь! Остальное ерунда!