Асбьёрн Возвращение домой

— Тихо малыш, тихо, — успокаивал его кузнец, гладя по голове. Мы на помощь, в конюшне бандиты есть?

Ребенок закивал.

— В дальней части трое, один уже спит, двое играют в кости, — рассказал он.

— Молодец, мы сейчас ими займемся, а ты за нами не ходи, а дальше показывай всем, вдруг кто смотрит, как ты здесь убираешься.

Дождавшись кивка Найла, Гнэд отпустил мальца и позвал нас. Мы решили двоих валить сразу, а третьего - разговорить.

Гнэд шел впереди, за ним я, поэтому голова первого попавшегося бандита лопнула от удара молота, а у облокотившегося на стену появилось железное украшение в глазу, и он, дернувшись, медленно сполз на пол. Последний, открывая рот, как рыба, не мог выдать ни звука, что нас устраивало.

— Ты меня слышишь? — спросил я у него, поигрывая перед ним кинжалом, — если слышишь, кивни, говорить пока не надо.

Наемник закивал, раздался звук льющейся воды, и появился соответствующий запах, я поморщился.

— А теперь, правдиво будешь отвечать на наши вопросы, — продолжил я, — от этого зависит твоя жизнь, готов?

— Гготов, — ответил он, и еще кивнул, на всякий случай.

Пленный поведал, что бандитов изначально было тридцать четыре, после каравана, присоединились оставшиеся восемь, потом встретили десяток Мелана, они влились в группу уже здесь.

— Сколько раненых всего, и много ли серьезно? — спросил Гнэд.

— Шестнадцать раненых, из них средней тяжести трое, на постоялом дворе сейчас, на лечении.

— А куда жители делись, на улицах практически никого не видели? — спросил я.

Пленник затрясся.

— Гдеее? — безумным голосом спросил кузнец.

— Живы? — спросил я, успев встать перед Гнэдом.

Понимая, что убивать они их точно не будут, ведь деревню захватывали, чтобы здесь жить, а не уничтожать, но они бандиты, и, что у них в голове, не угадаешь.

— Дааа! — вскрикнул пленник, — сколько-то убежали, а кого успели поймать, в хозяйственных постройках закрыли, чтобы не сбежали и как заложников использовать, чтобы остальные не сопротивлялись. Гренар всем сказал, если попытаются поднять бунт, то постройки подожгут.

Бандит рассказывал, отползая от надвигающегося на него кузнеца, смотря огромными глазами на молот, который тот подбрасывал в руке.

— Еще вопрос, после ограбления каравана, куда товар дели, что за восемь присоединившихся после него, — спросил я, смотря, как наемник стал трястись еще больше, — и остался ли кто-то из него в живых?

Пленник открывал и закрывал рот, пытаясь что-то сказать, но у него не получалось.

— Ну, — спросил Гнэд, после того как отвесил ему не сильную оплеуху, и у бандита вернулось осмысленное выражение лица.

— Гренар практически все продал, покупатели его уже ждали по дороге, заранее договор был. Что-то себе оставили, слишком горячее и то, что быстро не продать по нормальной цене, в телегах осталось. Восьмерых к себе взяли, они из местной банды были, раньше оговоренного времени напали, многих потеряли, выживших из каравана тоже продали торговцам.

— А телеги где? — спросил кузнец.

— Сюда загоняли, дальше поставили, Гренар должен был сам распоряжаться разгрузкой, но пока распоряжения не было, значит все в них и лежит. В самой большой телеге вещи капитана и заместителя его, в остальных общак, еще одна принадлежала десятку Мелана, они же насовсем сюда приехали.

— И что, просто так стоят, без охраны? — поинтересовался я.

— Как это добыча без охраны? — удивился пленник, — трое точно должны быть, нас здесь тоже трое было.

Выслушав пленника, Гнэд приказал своим бойцам его раздеть и связать, чтобы не убежал.

— Если он не наврал, то у бандитов тридцать два бойца, — начал я, — из которых шестнадцать раненых, из них трое опасности не представляют и шестнадцать здоровых, на охране телег, скорее всего, это как раз они, и это для нас очень много. Хотя бы по двое поставили около построек, где заперты жители, остальные на лечении. Думаю, надо начинать с телег, выводить из строя лучших бойцов, с остальными будет проще.

— Согласен, только тебе надо тоже переодеться, — сказал Гнэд, — чтобы не привлекать внимание.

Пришлось экипироваться в броню зассанца, поскольку она была без крови, на нее же перенес обвес оружия, шлем надевать не стал, мешала повязка на голове.

Толпой, имитируя наемников, пошли в сторону, где должны быть телеги с хабаром бандитов. Обойдя конюшню, увидели их и двоих в охране, один куда-то отошел, это плохо, придется на ходу импровизировать.

— Почему двое в охране, где третий? — грозно спросил Гнэд, — что молчим, когда я спрашиваю, Гренару сами будете объяснять, почему покинули пост?

— А мы из десятки Мелана, и я что-то вас не помню, — ответил самый смелый, хотя глазки у него так и бегали.

— А то, что Мелан присоединился к Гренару, признав его главенство, ты якобы не в курсе? А мы из пополнения, или ты думал, этими силами такое село держать? Так, где третий?

— Да не дергайся ты, — послышалось сбоку.

— Совсем охренели, на посту девок лапать, — взревел кузнец.

Повернувшись ко мне.

— Разберись.

Вытянувшись перед Гнэдом, я повернулся и рванул в сторону раздавшегося голоса.

Оставшиеся двое горе охранников, взирали на наше представление, раскрыв рты, не сводя с меня глаз, повернулись, видимо хотели посмотреть представление, как я буду распекать их напарника. За что и поплатились, забыв про всех остальных, получив по головам, свалились на землю, их тут же оттащили за телеги, и начали раздевать и вязать, а двое ополченцев с кузнецом встали вместе, имитируя караул.

Подбегая к последней телеге, я уже увидел, торчащие извивающиеся ноги и был готов к увиденному. Как только показалась голова наемника, я нанес, заранее напрягшейся ногой, удар в подбородок, голова резко дернулась назад, раздался хруст и тело обмякло. Сдернув труп в сторону, увидел девушку с кляпом во рту и надорванной одежде, вроде успел вовремя.

— Спокойно, свои, — сказал девушке, — я с Гнэдом.

В ее глазах отчаянье стало меняться на надежду.

Девушка рассказала, что специально шла мимо с кувшином вина, который должны были забрать бандиты, но не рассчитала, что ее тоже могут схватить. В вино, тетка Агда подмешала что-то сонное, после него, прекрасно себя чувствуешь, потом падаешь. Ей Анариэль что-то для животных давала, да много осталось, вот решила использовать.

— Агда это жена старосты, заведует постоялым двором, — пояснил мне кузнец.

— А ты не знаешь, сколько бандитов на постоялом дворе остановилось и сколько в доме старосты? — спросил я.

— Знаю, как не знать, — с улыбкой ответила она, — в доме дядьки Митана, должны были пятеро главных остановиться с магом, и двое для охраны, но молодые на месте, а остальных нет, они уже хотели идти искать, да не могут, сундук Гренара наверх подняли, охранять надо, вот и дергаются.

— Ха, а ведь неплохо получается, — усмехнулся Гнэд, — Гренара с замом ты грохнул, плюс те трое на дороге, похожи на Мелана с помощниками, с магом опять ты разобрался, остаются только двое молодых.

По мере услышанного, глаза спасенной девчушки, посмотревшей на меня, становились все больше и больше, в них появлялось обожание. Вот только этого мне не хватало.

— Можем зайти к старосте, вырубить этих двоих и дом зачищен, и из него действовать дальше, — продолжил кузнец.

— Согласен, двое с нами пойдут, — стал я высказывать свою мысль, — но надо, чтобы кто-то вперед нас зашел, узнал, что ничего не поменялось, и где эти молодцы находятся, потом мы зайдем и скрутим их. Так же надо и этих пленных туда доставить, чтобы все в одном месте были, следить легче.

— Добро, а вперед Бригит сбегает, да нам все расскажет, — предложил Гнэд, посмотрев на девушку.

Так и сделали, подбежали к заднему входу в дом, Бригит юркнула вперед, все разузнала, двое были на втором этаже в комнате. Недавно приходили трое наемников, искали главарей, и узнав, что их здесь нет, ушли.

Мы зашли, поздоровались со старостой, я с двумя селянами осторожно поднялся наверх, и занял место около двери, а Гнэд остался внизу.

— Где эти дармоеды! — закричал грозно кузнец.

— Так наверху! — запричитал Митан.

— Что спать завалились, когда их главные ищут.

В комнате послышался грохот, дверь распахнулась, первому вылетевшему поставили подножку и он влетел головой в стену, второму дали в лицо, выключив сознание.

— А с тобой весело, — хохотнул Гнэд, — слышал, как они грохались. Дальше ими займется староста с домочадцами, а мы к телегам за пленными.

Прибежали к телегам, труп закинули в стоящую последней, и накрыли дерюгой, чтобы не бросался в глаза, взяли живых и потащили назад, к дому старосты, только немного прошли, как назло появилась тройка наемников, видимо смена караула.

— Куда это вы их тащите, и почему? — спросил один из них.

— Потому что нажрались на посту, несем в дом старосты, Гренар с такими сам разбирается.

Видно мы попали в точку, их лица посмурнели, похоже, знакомые.

— Главного с утра не видно, в доме его нет, — сказал тот же наемник.

— Он же к знахарке хотел идти, — сказал я.

— Были, там тоже нет, она сказала, что они обо всем договорились, и он ушел. У нее губа подбита, так что разговор точно был.

— Ну не знаю, нам сказали, если что, отводить к старосте.

— Давайте мы отнесем, что у вас других дел нет? — спросил он же.

Мы для вида помялись.

— Ладно, забирайте, а мы конюшню проверим, — сказал я, — только вас всего трое, может одного с вами оставить?

— Не надо, справимся.

Опустив пленников на землю, мы отступили в сторону, а радостные наемники бросились вызволять своих нарушителей. Как только у всех наших освободились руки, а противник оказался занят подъемом тел с земли, мы выхватили оружие и приставили его к их шеям.

— Что происходит? — спросил наемник, говорящий с нами сначала.

— Если хотите жить, молча снимаете оружие и выполняете наши указания, — сказал я.

— Вы не наши, переодетые крестьяне, — дошло до него, — сами бросайте оружие, нас больше. Вас переловят и запытают до смерти.

— Ну да, ну да, а это сделают ваши главари или по их приказу, я прав? — задал вопрос Гнэд, дождавшись очень осторожного кивка, вынул из сумки, которую таскал с собой, голову Мелана, — вот этого? Вот этот должен отдать приказ, а нет, наверное, те двое, что были с ним? Или тот, кто пошел к знахарке и пропал куда-то? А может маг, который должен был убить меня и моих людей, но я здесь, а где он?

Наемник начал быстро сглатывать, по его шее потекла струйка крови.

— Не надо так нервничать, а то тоже потеряешься, — сказал кузнец, потом сделал серьезное лицо и продолжил, — разоблачайтесь.

Бандиты быстро стали снимать с себя оружие и броню, потом подхватили своих, находящихся без сознания подельников, и понесли с помощью одного ополченца в дом старосты.

После пленения тройки бандитов.

— Если не ошибаюсь, их осталось двадцать четыре, из которых шестнадцать раненых, — начал я, — по-моему, надо обезопасить от сожжения простых людей, для этого надо перебить охрану сразу около нескольких зданий. Ты говорил, что с той стороны дома они стоят на совсем небольшом расстоянии, и посты около них будут видеть друг друга.

— Все так и есть, — ответил кузнец, — поэтому никаких пленных, подходим быстро атакуем и все. Еще, эта сторона, отлично просматривается из окон постоялого двора.

— Ну, выбора у нас нет, поэтому пойдем.

Охрану сняли без проблем, быстро оттащили за угол, и вдруг раздался голос…

— Дядька Гнэд, дядька Гнэд, — кричала девочка, выбежавшая с черного хода, постоялого двора, — мамка тебя в окно увидала, послала просить помощи, душегубцев вязать.

— Как вязать, что с ними?

— Как, что, спят, лежат, поэтому вязать надо, — продолжала тараторить девочка.

— Почему спят?

— Ох, — вздохнул ребенок, — мамка им в вино, сонное лекарство добавила, что Анариэль для коров давала, вот теперь и спят.

— Все спят?

— Неа, которые шибко ранены были, вино не пили, теперь в комнатах закрылись, не выходят, грозятся только.

— Побежали, — уже мне сказал кузнец. Это дочка старосты.

Вбежали в двери постоялого двора, увидели немолодую женщину с серьезным, но обеспокоенным лицом, с веревкой в руках.

— И почему так долго? — с порога спросила она, — троих из комнат вытащить надо, да двери не сломать, остальных связать, пока не проснулись, да караульные еще не вернулись.

— Не думаю, что есть, кому возвращаться, — сказал Гнэд, — остальных мы убили или пленили, хотя парочка может где-то шляться.

Агда села на стул, а это точно была она, положила руки на колени, закрыла глаза и из них полились слезы.

— Главарей тоже? — спросила она, не открывая глаз.

— Вот он и порешил, — ответил кузнец, показывая на меня, — считай первыми и покинули этот мир, из всей банды, и мага тоже он.

А я в это время сел за стол, голову повело, еле успел подставить под голову руки, все, темнота.

Все забегали, стали искать скрытые раны, в итоге решили послать за Анариэль, хотела бежать Бригит, но ее остановил Гнэд, объяснив, что в поселении еще могут быть бандиты и идти надо вооруженным людям. На том и решили, отправив троих ополченцев.

— Что скажешь, кто он? — спросил Анариэль Гнэд, после ее прихода, — он не только воин, но и маг, но почему-то пользовался только кинжалами и ножами, которых у него много и разных.

— Я думаю, он прекрасно пользуется и мечом, — ответила она, — он есть в его вещах, просто сейчас, у него не было для него сил. Что же касается магии, то он владеет не только ей, но как воин, еще и силой духа.

— Да… Он ослепил помощника Гренара лучом, это же магия света, потом добил огнем.

— Все интереснее и интереснее, — проговорила Анариэль, — кто же ты, мой мальчик?

Но я всего этого не видел и не слышал, меня накрыли воспоминания о том, как круто поменялась моя жизнь в мой пятнадцатый день рождения.

Глава 3

Глава 3

Сон-воспоминание

— Здравствуйте, мастер, — радостно поздоровался Ансгар, — меня вызвали к главе Ордена, сегодня должно быть распределение, которое определит мою жизнь. Как вы думаете, куда меня направят? Хотелось бы в паладины или храмовники, у меня все задатки.

— Тебя хотят направить в инквизиторы, — ответил мастер.

— В инквизиторы? — голос ученика сразу поник, — но…

— Но ты им не станешь, идем за мной, — сказал он, развернувшись.

Ансгару ничего не оставалось, как последовать за мастером.

Они двигались к закрытой для учеников части обители. Подойдя к обычной с виду стене, мастер быстро надавил на одному ему известные выступы и ее часть ушла внутрь.

— Быстро заходи, — сказал он, зажигая над собой светляк, и дождавшись, когда ученик зашел внутрь, закрыл стену, — пойдем.

Ансгар не понимал, что происходит, но за десять лет знакомства с мастером, научился безоговорочно ему доверять.

Пройдя минут пять по скрытому в стенах обители проходу, Вейнар, так звали учителя, открыл проход в довольно большое помещение. Здесь была кровать, стол с парой стульев, книжный шкаф, заполненный книгами, все выглядело обжитым или чистоту поддерживали бытовой магией.

— Проходи, присаживайся, разговор будет не быстрым.

Ансгар сел за стол напротив учителя и приготовился слушать.

— Десять лет назад ты попал в эту обитель, но это произошло не случайно, — начал он, вспоминая события тех лет, — один древний род, к которому принадлежишь и ты, попытались вырезать завистники, и это им почти удалось. Твой дядя, умирая у меня на руках, попросил спасти тебя во что бы то ни стало, и передал мне артефакт блокировки памяти. Он знал, что у убийц есть поисковые артефакты, настроенные на личности жертв, кто их для них изготовил неизвестно, но точно предатель. От него бы не помогла никакая магия, смена личины, отвод глаз, ничего, поэтому дядя решил временно заблокировать твою память, тогда пропадает личность и поисковик не сработает. Я использовал его на тебе, и ты сразу заснул, мозгу надо было адаптироваться к потере памяти. Тебя передали в караван из королевства Лийн, который должен был встретить наш отряд и взять на обучение в обитель мальчика сироту. Но вмешался случай, на вас напали бандиты, тебе тоже досталось, встречающий отряд разбил нападавших и спас ребенка, потерявшего память, но после ранения головы. Так ты оказался здесь. Я находился, да и сейчас нахожусь, под клятвой на крови, что не могу причинить вред обители и ее жителям, каждый учитель дает такую клятву. Поэтому, мне все эти годы приходилось балансировать, чтобы не раскрыть твое инкогнито, перед главой Ордена. Ведь всем было известно, что ищут возможных выживших. Даже сейчас, в обители есть поисковый артефакт, настроенный на твою настоящую личность и как только я сниму блокировку, он сработает. Но, сегодня настал тот день, когда это надо сделать и у тебя настает новая жизнь, вне обители. Тебе надо вернуться домой, я обещал твоему дяде.

— Значит я не Ансгар? — спросил я, хотя знал ответ, просто, надо было заговорить, чтобы сбросить это наваждение, если это сон.

— Нет, — с грустной улыбкой произнес мастер, — твое настоящее имя — Асбьёрн и твой дом в королевстве Харбок, но пользоваться им тебе пока нельзя, когда будет можно, решишь сам, ты поймешь. Еще, как только я сниму блокировку памяти, сработает поисковик, поэтому мы будем это делать не здесь, а в твоей комнате.

— А зачем мы здесь?

— Я же не поздравил тебя с днем рождения, или ты думал, я забыл? — сказав это, мастер поднялся и подошел к шкафу, и, покопавшись, достал небольшую, видавшую лучшие дни дорожную сумку через плечо и еще что-то было зажато у него в руке. Это пространственная сумка твоего дяди, она завязана на вашу кровь, поэтому кроме тебя никто не может ее открыть, точнее может, но ничего в ней не найдет.

Глаза Ансгара округлились, он прекрасно понимал, что это крайне дорогая вещь, но поскольку, ей может пользоваться только он, то лично для него, она становится еще более ценной.

— Еще, это тоже своего рода артефакт, — показал он простой маленький мешочек на веревочке, — в нем земля из священного места для твоего рода, и там, еще кое-что, ты сам поймешь, когда придет время его развязать, никогда его не снимай, ни днем, ни ночью.

С этими словами, мастер надел мешочек на его шею, он оказался довольно тяжелый, для своего размера, раздался шепот, веревочка уменьшилась.

— Пускай будет так, — сказал учитель, — теперь, даже случайно не слетит. Теперь возьми сумку и открой, вдруг твой дядя что-то оставил внутри нее.

Ансгар с трепетом взял ее в руки, открыл застежку и заглянул внутрь…

— Похоже на карту, — сказал он, доставая скрученный тубус.

Раскатав ее на столе, перед ним оказался пустой холст, но не понятно из какого материала он был сделан.

— Выдави в любое место каплю своей крови.

Ансгар удивился, но сделал так, как сказал учитель. На холсте сначала проступила, а потом полностью проявилась очень точная карта местности, в которой они находились, с обителью в центре.

— Эта карта имеет ценность не меньшую, чем сумка, а то и большую, — сказал с благоговением в голосе мастер, — никогда не показывай ее посторонним.

— В чем ее ценность? — спросил Ансгар, — да она довольно точная, но и все.

— А ты не замечаешь в ней ничего странного?

— Ну… — задумался он, учитель никогда не спрашивал просто так, значит надо быть внимательнее.

Через некоторое время.

—Дядя не мог дать мне карту местности вокруг обители, ведь он не знал, что я буду здесь, — сказал Ансгар, — значит, карта показывает, где я нахожусь в данный момент. Это же замечательно, но тогда получается, что она может показывать гораздо больше, чем мы сейчас видим?

— Может и показывает, только мне неизвестно, как это сделать, она подчиняется не только вашей крови, но и родовой магии.

— И в чем сила нашей магии?

Мастер начал кривиться, ему явно было не хорошо.

— Я не могу тебе сказать, — с трудом произнес он.

— Я понял, не надо, сам узнаю, — сказал Ансгар.

Учитель откинулся на спинку стула, вытирая испарину на лбу.

— Магия крови?

— Да… Поэтому приходится жить, всякий раз выбирая, что и как говорить по некоторым темам.

— Я расскажу про саму карту, что знаю, но как ей управлять не спрашивай, нет у меня таких знаний. Раньше, в вашем роду, подобных карт было довольно много, они были попроще, и их использовали полководцы, разведчики, путешественники. Когда ты ее открываешь, она показывает, где ты находишься, но важно то, что как-то можно приблизить или удалить объекты на ней, посмотреть с высоты птичьего полета или оказаться на площади города. Также можно делать на ней пометки, я видел, как твой дядя искал в лесу определенное дерево, в дупле которого разведчик оставил послание. Карта постоянно обновляется, и если ты придешь в место, которого на ней нет, то сначала там будет светлое место со схематически нанесенными поселениями. Посетив его, светлое заменится точными изображениями. Также по своему желанию, ты можешь увидеть на ней и другие места, если там побывал кто-то или перенес данные со своей карты на твою, такое тоже раньше было. Сейчас она, возможно, вообще единственная на все королевство.

— А куда делись остальные?

— Когда про них прознали и поняли, что это за сокровище, за ними стали охотиться. Их выкрадывали из домов, охотились на тех, у кого она была, а поскольку у простых людей такой карты никогда не было, то и сопротивление оказать владельцы тоже могли достойное. Однажды соседи зашли в деревню, у ее старосты была такая карта, он отказался ее отдавать и бросил в огонь… Они вырезали всех жителей до единого. После этого случая все карты стали привязывать на кровь носителя, без него, она уже не работала.

— Да, печальная история, — сказал Ансгар, — алчность людская никогда не знала границ. Но это значит, что я могу увидеть, где находятся земли рода?

— Теоретически да, практически… — учитель развел руками.

— Но я очень хочу увидеть королевство Харбок, — эмоционально сказал ученик, сжав кулак, а второй был на карте.

И рисунок на ней поплыл, а когда вновь стал четким, то во всю карту было написано королевство Харбок.

Приглядевшись и прочитав надпись, Ансгар произнес непонятный гортанный звук.

— Агыг… Вы это видели! — воскликнул он, показывая на карту, — местность поменялась.

— Да, заметил, возможно, это еще не все ее секреты, — сказал мастер, — давно я ее не видел, главное - ты можешь ей управлять, осталось научиться делать это быстро и четко.

— Это невероятно! — восхищенно сказал он, — откуда у дяди такая вещь?

— Очередной артефакт рода, завязанный на вашу кровь, пользоваться сможешь только ты, — ответил учитель. Но если кто-то ее увидит, то сначала захочет ее отобрать, и только потом узнает, что не может ее использовать, но тебе будет уже все равно. Поэтому повторяю, пользоваться на людях ей нельзя. Времени остается мало, откладывай ее в сторону и посмотри, может, есть что-то еще.

Скатав карту, Ансгар заглянул в сумку… Достал не большой, но тяжелый мешок денег и кольцо, которое показал учителю.

Осмотрев которое, он сказал.

— Кольцо ментальной защиты, они довольно редкие, поэтому очень хорошо, что у тебя будет такая защита. Сейчас убери его назад, наденешь, когда покинешь обитель. В мешке, судя по весу золото, это хорошо, денег тебе понадобится огромное количество, но я надеялся, что в нем будет еще хорошее оружие или броня, но видимо не судьба, придется обходиться твоим личным обмундированием. Теперь все убирай назад, и возвращаемся в твою комнату.

Двигаясь за учителем, Ансгар думал о том, что опять его судьба круто меняется, и если в прошлый раз он был маленьким ребенком, и от него ничего не зависело, то сейчас он прошедший обучение храмовник. Конечно, учиться ему предстоит всю жизнь, но теперь он не просто найденыш, воспитанный в обители, а тот, кого спасли от смерти при уничтожении рода и ему предстоит вернуться домой.

Вернувшись в обычные коридоры, они направились на продовольственный склад, где мастер распорядился доставить в комнату Ансгара запасы в дорогу с расчетом на двадцать дней. Потом зашли в оружейную, сложили в сумку: метательные ножи, кинжалы, меч, броню и арбалет. В сумке было много отделений и кармашков, складывали один вид оружия в один кармашек, чтобы потом меньше тратить времени на экипировку.

Возвратившись в комнату Ансгара, обнаружили аккуратно сложенные запасы в дорогу, которые тоже нашли свое место в сумке.

— Пойдем на конюшню, пешком ты не уйдешь, карта у тебя есть, сначала будешь двигаться к ближайшей деревне, не очень быстро, чтобы не привлекать внимания, как скроются башни обители, поменяешь направление, мне говорить не надо, ту сторону куда ехать, выберешь сам. Не забывай, что за тобой будет погоня, скорее всего охотники за головами, а для такого, как ты, отправят лучших, поэтому не расслабляйся. Сколько у тебя есть времени никто не знает, поэтому в первые дни твоя задача максимально увеличить расстояние с обителью.