Как пережить кавказскую свадьбу

Мои опасения подтвердились, когда машина остановилась у огромного концертного зала. Я огляделась по сторонам и почувствовала, как внутри нарастает напряжение.

Повсюду были женщины в элегантных платьях, мужчины в дорогих костюмах и смокингах. Опустив взгляд на своё скромное платье, я невольно поморщилась. На их фоне я выглядела так, словно просто проходила мимо и заблудилась.

Затем я посмотрела на Костю и только сейчас заметила, насколько тщательно он подготовился к этому вечеру. Безупречный костюм, галстук, начищенные до блеска туфли. Рядом с ним я выглядела максимально неуместно.

В груди шевельнулось раздражение. Неужели нельзя было хотя бы предупредить о дресс – коде, чтобы я не была белой вороной среди этой нарядной толпы.

— Куда мы приехали? — осторожно спросила я. — Ну скажи уже.

Костя расплылся в довольной улыбке:

— Как куда? В оперу! Ты рада?

— Р…а…д…а?.. — протянула я, чувствуя, как губы сами складываются в нервную улыбку. — Ну… наверное. Я просто никогда в опере не была, вот и не знаю, что думать. Да и вид у меня , мягко говоря, не оперный.

На самом деле я прекрасно знала: не люблю я оперу. Совсем. А если уж совсем честно — терпеть её не могу.

Костя растерянно нахмурился:

— Как это «не была»? Лео сказал, что ты обожаешь оперу! Я эти билеты еле достал — всё раскуплено было. В три раза дороже за них заплатил!

Я чуть не поперхнулась воздухом.

Лео сказал?!

Ну конечно. Кто ещё мог устроить мне такой «подарочек».

Но откуда он вообще узнал про моё отношение к опере?

Я вдруг вспомнила, что много лет назад, ещё в школе, как-то обмолвилась при Инге, что терпеть не могу оперу и классическую музыку. Тогда я в шутку заявила, что если какой-нибудь парень пригласит меня на оперу на первом свидании, то оно станет для него последним.

Разговор был давний и кроме нас в комнате никого не было. Неужели Инга рассказала об этом брату? И если да, то зачем?

Или он тогда подслушивал нас?

От этой мысли раздражение только усилилось.

Я не стала расстраивать Костю — просто кивнула и пошла за ним, мысленно надеясь, что всё это будет недолго.

Через час надежда подтаяла.

Через два — умерла окончательно.

Когда занавес впервые опустился, я уверенно шагнула в сторону гардероба, уже чувствуя вкус свободы.

Но Костя поймал меня буквально за плечо:

— Стой, Марго! Это же антракт. Сейчас вторая часть начнётся. Пошли в буфет, кофейку выпьем!

Я застыла, как статуя.

— Вторая часть? — переспросила я. — Сколько же их всего?

— Всего две, — успокоил Костя.

Я почему-то не почувствовала облегчения.

Но Костя светился как ребёнок на аттракционе.

После антракта прошло ещё полтора часа. Я героически боролась со сном — и почти побеждала. Почти.

К финалу мне приходилось буквально держать веки пальцами, чтобы они не закрылись сами собой.

И вдруг раздались долгожданные аплодисменты. Занавес опустился окончательно.

Я вылетела из здания, чувствуя себя птицей, которой наконец открыли клетку.

Глава 6

Я была настолько злая, что даже не позволила Косте довезти меня до дома. Молча вызвала такси и уехала сама. У меня было только одно желание: утопить Лео в ближайшей луже.

Когда я вошла в квартиру, мама, с едким злорадством в глазах, встретила меня у двери:

— О! А что у тебя с настроением? Видимо со свиданием не срослось? — протянула она с притворным сочувствием.

«Хоть раз, мама, просто обними меня и скажи что-то приятное…» — мысленно взмолилась я, но, конечно же, вслух этого не произнесла.

Сохраняя последние остатки достоинства, я лишь холодно буркнула:

— Всё хорошо, мам, просто я очень устала!

Я разулась и прошла в свою комнату. Злость внутри не утихала.

В голове вспыхнули воспоминания из детства.

Мама всегда сравнивала меня с кем-то, словно я участвовала в бесконечном конкурсе «Стань лучше всех».

— Ой, помнишь, — говорила она, — тётя Таня рассказывала, что её сын поступил в медицинский! Он такой умница!

Или радостно рассказывала:

— А у моего двоюродного брата Лёши дочка такая талантливая! Ходит на балет, танцует, учится на отлично. Вот это девочка!

И так — всю мою жизнь.

Каждый новый «идеальный ребёнок» становился моим личным кошмаром, а мама, сама того не понимая, только подкрепляла мои комплексы. Комплексы, которые я таскала за собой, как чемодан, и от которых до сих пор не смогла избавиться.

Я шлёпнулась на кровать, уставившись в потолок.

«Спасибо, мама. Отличный финальный штрих к этому чудесному вечеру » — произнесла я вслух.

Мне захотелось хоть с кем-то поделиться, чтобы выпустить пар и услышать слова поддержки. Я взяла телефон и набрала номер Инги.

— Инга, тебе не кажется, что твой брат — настоящий гад?! — выпалила я, не здороваясь. — Ты не поверишь, что он сделал…

Я на одном дыхании рассказала ей про «сюрприз» с Костей и про три с половиной часа, проведенного за слушанием оперы.

На другом конце провода повисла минута тяжёлой тишины. Я уже открыла рот, чтобы сказать что-то драматичное о предательстве, но тут Инга расхохоталась во весь голос.

— Спасибо, Инга, — зло произнесла я, — ты настоящая подруга и умеешь поддержать!

— Стой, стой, не обижайся! — сказала Инга, пытаясь сдержать смех. — Я просто… я просто не могу понять…

Она наконец взяла себя в руки:

— Слушай, Марго, а может… ты нравишься моему брату, и он ревнует?

— Что?! — у меня округлились глаза. — Нет, не может быть! Он меня всегда недолюбливал! С чего вдруг?

— Это было давно, — продолжала настаивать Инга. — Тогда вы были детьми. А сейчас вы оба взрослые. Ты очень изменилась. Ты красивая девушка. Что удивительного, если в тебя влюбится парень?

— Брось, Инга, — отмахнулась я. — Такого не может быть. Лео меня терпеть не может с детства… Просто признай, что твой брат — редкостный идиот!

Я через трубку ощутила, как она улыбается.

— Ну да, иногда он такой, — мягко ответила Инга. — Но в целом, он очень хороший. Просто ты его плохо знаешь.

— У меня и нет желания с ним знакомиться, — не выдержала я и сбросила звонок.

Я отложила телефон и долго смотрела в потолок. Влюбился? Лео? В меня? Нет, это похоже на полный бред.

Вспомнилось, как часто он меня обижал — я ни разу не слышала из его уст чего-нибудь доброго в мой адрес, напротив, каждая его реплика казалась насмешкой и унижением.

Одним из таких дней было, когда я учились в девятом классе. Дирекция устроила для нас первую дискотеку в актовом зале.

Я нарядилась и впервые подкрасила глаза и губы. Мы с Ингой встретились по пути и пошли вместе. Лео почему-то поплёлся за нами, под предлогом «проводить сестру». Этот факт вызвал у меня мгновенное раздражение. У старших классов праздник должен был быть позже, но он, включив режим заботливого надзирателя, вызвался нас охранять.

В коридоре меня встретил мой одноклассник Матвей, по которому я буквально сходила с ума с пятого класса, когда он перешёл к нам из друго школы. Я влюбилась с первого взгляда и на каждом уроке смотрела на него и вздыхала.

— Ого, Марго, ты сегодня очень красивая! — сказал Матвей, подмигнув.

Я готова была от счастья упасть на месте. Но разве Лео позволит мне долго радоваться?

— Закатай губу обратно, малявка, — произнёс он с усмешкой. — Тот парень, видимо, заметил, что ты к нему неровно дышишь, и таким образом решил тебя подколоть. На самом деле с этим макияжем ты выглядишь вульгарно. Вам обеим пока рано краситься. Так что иди и умойся.

Моя радость сразу сменилась гневом.

— Ты не мой брат и не можешь мне указывать! Я тебе не Инга, которая во всём тебя слушается!

— Да я бы повесился, будь ты моя сестра, — гневно бросил Лео. — Делай, что хочешь, но ты дружишь с Ингой, и поэтому твоя репутация может коснуться и её.

— Можешь не беспокоиться о моей репутации, — процедила я, чувствуя, как закипает кровь. — Лучше проследи, чтобы не испортилась твоя.

Он явно не ожидал такой резкости. На его лице мелькнуло удивление, потом губы сжались в тонкую линию — и, нахмурив брови, он просто развернулся и молча ушёл.

Инга стояла между нами с округлившимися от растерянности глазами, не понимая, как себя вести— то ли попытаться сначала успокоить брата, то ли меня.

Я помотала головой, отгоняя наваждение. Какая там, к чёрту, ревность? «Любовью тут и не пахнет», — подумала я. Он меня всегда терпеть не мог. Только вот почему — я не понимала. А со временем просто устала искать причину и возненавидела его в ответ.

На следующий день, когда пришло время идти на танцы, захотелось написать Инге, что я заболела, нога сломана, голос потерян, и вообще я уехала в паломничество, чтобы найти себя.

Но потом подумала, что Лео наверняка будет там. И решила, что не дам ему и шанса думать, что он меня задел своей идиотской шуткой.

Поэтому я, сжав зубы, встала, оделась и отправилась на танцы.

Когда я вошла в зал, Лео уже был там.

Я сделала вид, что его не замечаю, хотя каждый нерв во мне кричал: «Вот он! Вот этот мерзавец!» Всю первую часть занятия я молчала, словно он был для меня пустым местом.

Но Лео, конечно, не собирался оставить меня в покое.

Во время перерыва он подошёл со спины и тихо произнес:

— Ну что, как тебе вчерашнее представление?

Я замерла. Кровь прилила к лицу.

И тут всё во мне взорвалось. Я резко развернулась к нему и почти прикрикнула, не заботясь о том, что на нас оборачиваются:

— Зачем? Зачем ты это делаешь?!

Лео даже бровью не повёл, только невинно развёл руками:

— Я просто хотел… пошутить.

— Пошутить?! — я чуть не задохнулась от возмущения. — Это, по-твоему, шутка?

Я стиснула кулаки и выпалила, не скрывая сарказма:

— Отлично! В следующий раз предупреждай, когда соберёшься шутить, чтобы я заранее выпила успокоительное и смогла вместе с тобой посмеяться!

Лео прищурился, уголки его губ поползли вверх — и я поняла, что он наслаждается каждой секундой моей ярости.

А я… я уже жалела, что не выбрала отмазку про паломничество.

— Ну ладно тебе, Марго, — более мягким тоном произнёс Лео, — не кипятись ты так. Ничего же не случилось. Ты стала на шаг ближе к культурному обществу.

— Я не понимаю, зачем ты это сделал?! — уже рычала я.

— А я не понимаю, зачем ты это делаешь? — вдруг серьёзно сказал он.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я.

— Я имею в виду, зачем ты играешься с этим бедолагой Костей? Он же явно тебе не нужен, — продолжал меня добивать Лео.

— А тебе-то что? Тебе не всё равно? — вскрикнула я.

Лео вдруг встал передо мной, посмотрел мне прямо в глаза. От его взгляда по телу побежали мурашки. Он наклонился совсем близко ко мне, так, что я могла ощущать его дыхание:

— Нет, мне не всё равно, — прошептал Лео.

Я на секунду потеряла дар речи, но, придя в себя, спросила:

— И почему же тебе не всё равно?

Я была уже в предвкушении его ответа. Не знаю, на что я рассчитывала и зачем. Но чтобы там не было, мне это только показалось…

— Ну как же, Костя — друг моего будущего родственника, и я не хочу, чтоб его обманывали всякие коварные женщины, — его тон был таким ехидным и насмешливым, что я в ответ только фыркнула, сжав руки в кулак, и убежала.

«Вот ты дура, Марго,»— вертелось в голове. — «Чего ты ожидала услышать? Что Лео в тебя влюбился и ревнует к Косте? Да и на кой чёрт тебе его любовь? Он твой враг, помни и не забывай об этом.»

Глава 7

Приближался день поездки. Я твёрдо решила: до самой свадьбы буду игнорировать Лео всеми силами. Каждую его попытку заговорить со мной пресекала, делая вид, что у меня внезапно наступила временная потеря слуха. Да, выглядело это по-детски, но других способов выживания у меня попросту не было.

За день до вылета я потратила часа три, воюя с чемоданом. Точнее, с чемоданами. Сначала я героически пыталась уложить всё в один — и даже гордо захлопнула крышку, но молния начала расходится. Пришлось начинать заново. Тут же возникла типичная женская дилемма:

Вдруг платье не подойдёт к туфлям? Или джинсы окажутся не подходящими для выбранных футболок да и вообще лучше будут смотреться с блузкой? А что, если погода вдруг испортится, резко похолодает, и одной накидки окажется мало?

В итоге пришлось взять второй чемодан.

Когда я приехала в аэропорт, Инга, Лео и Саша со своей сестрой были уже на месте.

Ребята оживлённо болтали, не сразу обратив внимание на меня. Я невольно посмотрела на Лену: русые волосы до плеч, пухлые губы и аккуратный чуть вздёрнутый нос. Её глаза были янтарными к центру, с зелёной радужкой вокруг, и выглядели очень выразительно. Фигура — обычная, пропорциональная. В целом очень приятная внешность.

Впечатление портила лишь её притворная и слишком театральная манера поведения.

На самом деле, Инга её не планировала брать в поездку, но та сама напросилась, заявив, что очень хочет по-ближе познакомиться со своей будущей невесткой. Однако, я подозревала, что единственной её целью было быть ближе к Лео, а не знакомство с Ингой.

Костя и родители молодоженов прилетали только за день до свадьбы. А вот бабуля Инги, сославшись на возраст и здоровье, ехать отказалась. Я, признаться, вздохнула с облегчением: это означало, что я избегу её многочасовых нравоучений и воспоминаний о счастливой молодости и раннем замужестве, которое мне явно не светило.

Конечно же мой багаж не остался незамеченным. Было ощущение, что Лео только и ждал момента сказать что-то гадкое, словно отыгрываясь за мой игнор последних дней. Он смерил мой багаж долгим взглядом и ухмыльнулся:

— Судя по всему, ты едешь не на неделю, а решила остаться в Грузии насовсем!

Я скорчила недовольную рожу.

— Ха-ха. Очень смешно. Ты просто король стенд-апа, я смотрю. — Затем, усмехнувшись, добавила:

— В любом случае, если я и решу остаться, то точно не из-за тебя.

Лео картинно приложил руку к сердцу и вздохнул:

— Ты разбила мне сердце!

Инге явно надоело смотреть наш словесный бой. Она демонстративно закатила глаза и, встав между нами, сказала:

— Давайте вы как-нибудь потом выясните, кто из вас лучше шутит, мы так на рейс опоздаем.

Мы прошли регистрацию и направились в зал ожидания. Примерно через полчаса объявили посадку, и вскоре мы уже поднимались по трапу.

В самолёте каждый занял своё место согласно билету. Нам с Ингой достались кресла рядом с молодым привлекательным брюнетом, который уже уютно устроился у окна. Заметив нас, он вежливо улыбнулся и приветственно кивнул.

Моё место было у прохода, но я выразительно посмотрела на Ингу, давая понять, что предпочла бы сидеть рядом с симпатичным соседом. Подруга лишь усмехнулась и без возражений уступила мне место посередине.

Лео же сидел рядом с Сашей и полной женщиной лет сорока, а Лене предстояло провести полёт в компании пожилой супружеской пары.

Впрочем, такой расклад продержался недолго.

— Нельзя разлучать влюблённых, — заявил Лео и, не дожидаясь возражений, направился к нам.

Он бесцеремонно выхватил у Инги посадочный талон, внимательно его изучил, после чего поднял голову и сказал:

— Марго, это моё место. А ты садись у прохода, как указано в билете.

— Какая разница? — попыталась возразить я.

— Для меня большая, — невозмутимо ответил он. — Я не люблю сидеть с краю.

Я с тоской посмотрела на брюнета у окна и нехотя пересела на своё законное место. Через минуту Лео уже устроился между нами, полностью перекрыв мне обзор на красавца-соседа.

Первой мыслью было поменяться местами с Леной. Но, заметив, как её пожилой сосед едва не выронил вставную челюсть, я решила оставить всё как есть.

Полет занимал три с половиной часа. Я не спала почти всю ночь, поэтому как только самолёт взлетел, меня вырубило моментально.

Проснулась я от легкого прикосновения. Открыв глаза, увидела, как Лео заботливо убирает мою прядь за ухо.

Я подскочила, будто меня ударило током:

— Что ты делаешь?!

— Ничего, — невозмутимо ответил он. — Просто волосы убрал, они тебе мешали.

— Зачем? Кто тебя просил?!

— Никто, — пожал плечами Лео. — Я вообще парень инициативный.

— Вот и продолжай быть инициативным где-нибудь подальше от меня!

Лео даже не стал отвечать. Просто отвернулся в другую сторону. А я остаток полёта сидела с глазами нараспашку, чтобы он больше ничего «не поправил».

Когда мы приземлились, я с трудом встала с кресла. Было ощущение, что я приросла к нему намертво.

На улице уже стемнело, и рассмотреть окрестности было невозможно.

В зале ожидания нас встречали двоюродные братья Инги — старший Влад (или, как его тут называли, Ладо) и младший Давид. Они были разные, но оба по-своему потрясающе красивые.

У Ладо — кудрявые каштановые волосы и невероятные карие глаза. Его младший брат отличался короткой стрижкой и более светлым оттенком волос. Глаза у них были одного цвета, но иной разрез делал взгляд Давида шире и глубже, благодаря чему он выглядел не менее привлекательным.

Разница в возрасте у них явно была минимальной: Ладо около двадцати восьми, Давид на вид не старше двадцати пяти.

Они подъехали на двух машинах. Когда парни загружали чемоданы, я не сдержалась, толкнула локтем Ингу и зашептала:

— Слушай, у вас тут что, вода особенная? Почему все такие красивые?

Инга приложила палец к губам и шикнула:

— Тише, Марго! Чтобы ты знала, мои братья, прекрасно знают русский и со слухом у них тоже нет проблем.

Судя по тому, как Ладо широко улыбнулся, а Лео тут же нахмурился, моя фраза была произнесена и впрямь громче, чем я рассчитывала.

Щёки мои запылали ярче пожарной сигнализации. Остаток дороги я благоразумно молчала, чтобы не ляпнуть ничего лишнего. По дороге Инга объяснила, что нас принимала у себя её родная тётя — мама братьев. Как только мы подъехали, меня охватил настоящий восторг: дом был огромным, трёхэтажным и стоял на окраине Тбилиси, больше напоминая роскошную мини-гостиницу.

На первом этаже располагался зал для застолий: огромный стол, камин, десяток стульев и минимум другой мебели.

Стены были расписаны в кавказском стиле. На одном изображении был нарисован пузатый мужчина с длинными усами и рогом в руках, на другом — несколько мужчин за столом с бокалами. Остальные картины продолжали этот мотив, заполняя всю комнату и создавая впечатление, будто находишься в музее.

На пороге нас встречала сама хозяйка. Тётя Ира была удивительно похожа на свою сестру Лию — у них была одна стать и манера держаться, но Ира была, наверное, лет на пять старше и при этом довольно стройной. У неё были чёрные волосы с короткой стрижкой. И ещё одно отличие, в цвете глаз – у тёти они были темно- карие. Она нас встретила дружелюбной улыбкой и объятиями, словно знала нас много лет. Было видно, что семья была гостеприимная и в их доме частенько устраивались большие застолья.

И да, для нас уже был накрыт стол — настолько шикарный, что половину блюд я даже не смогла опознать. Но это ничуть не помешало мне попробовать каждое.

К концу вечера я ощущала себя упитанным поросёнком на рождественском откорме.

После ужина (точнее, пира) мы разошлись по комнатам. Инга, Лена и я устроились втроём в большой спальне с королевской кроватью и выдвижным диваном напротив. В доме были и другие свободные комнаты, но ни одна не была такой уютной и красивой, как та, которую мы выбрали.

Наша спальня была настоящим воплощением роскоши: кремовые стены отражали мягкий свет огромной хрустальной люстры, а замысловатый лепной декор придавал ей очарование старинного дворца. По полу расстилался ковёр с богатым цветочным узором, завершая гармоничную картину.

Саша с Лео обосновались в смежной комнате. Она была гораздо меньше нашей, но всё равно выглядела вполне достойно и уютно.

Мы договорились сегодня отдохнуть, а завтра отправиться на экскурсию по городу. Ладо и Давид любезно согласились нас сопровождать, что было вдвойне приятно.

Утром стол снова ломился. Поедая второй кусок хачапури и думая, куда вместить третий, я прошептала Инге:

— До свадьбы я точно перестану влезать в платье. А я ради него два месяца деньги откладывала!

Инга рассмеялась и ответила:

— Боюсь, я тоже в своё свадебное не влезу. Придётся искать новое.

Мы обе расхохотались, чем вызвали интерес остальных.

После завтрака мы начали собираться. Я достала своё короткое красное платье и туфли на каблуках.

Инга уставилась на меня с выражением полного недоумения:

— Марго, ты уверена, что собираешься гулять в этом?

— Да! Я хочу быть красивой!

— Но ты устанешь…

— Поверь мне, для меня ходить по Тбилиси на каблуках — всё равно что дома в тапках, — с гордостью уверила я.

Она вздохнула и решила больше не спорить.

Когда я спустилась и увидела всех в повседневной одежде и кроссовках, сразу поняла, что выделяюсь — как яйцо Фаберже, случайно оказавшееся среди обычных яиц.

Но показывать свой промах не хотелось, поэтому я сделала вид, что всё идёт по плану.

Гуляя по Старому Тбилиси, я с первых минут почувствовала его очарование — словно ожившую восточную сказку. Мы петляли по его узким улочкам, где дома стояли так тесно, что можно было буквально заглянуть в чужую жизнь и увидеть, что на ужин приготовили соседи. На резных деревянных балконах сушилось бельё, а под ними вились ветви старого винограда. Из распахнутых окон доносились голоса, детский смех и обрывки незнакомой, но мелодичной музыки.

Над этим великолепием возвышалась крепость Нарикала. Её древние каменные стены и руины контрастировали с яркими домами у подножия, создавая впечатляющий пейзаж.

Поднявшись на крепость по канатной дороге, мы оказались на высоте птичьего полёта. Перед нами открылся невероятный вид: пёстрые крыши, старинные монастыри и церкви, а внизу — сияющая гладь реки Куры.

Прогуливаясь по руинам, я ощущала, как прикасаюсь к многовековой истории.

— Красиво, правда? — спросила Инга.

— Очень, — ответила я. — Тут всё будто из сказки.

Мы спустились с крепости и прошли дальше.

Уже через час, после прогулки я перестала чувствовать ноги. Передвигалась так, словно учусь ходить после полёта в космос.

Лео заметил это первым:

— Ты же ходить не можешь!

— Я прекрасно хожу! — гордо возразила я.

— Я вижу! Ты похожа на аиста со сломанной ногой.

Я вскинула вверх подбородок и попыталась пройти мимо него, но в тот же момент подвернула ногу и начала падать. Лео вовремя подхватил меня.

На мгновение наши глаза встретились, и от его взгляда по телу пробежала тысяча мурашек.

Я почувствовала себя героиней дешёвого индийского фильма: ещё чуть-чуть — и заиграет музыка, а вокруг нас начнёт танцевать и петь массовка.

Стараясь скрыть свои эмоции, я резко выпрямилась, но шла всё так же коряво. Лео, не выдержав этого, подхватил меня на руки и крепко прижал к себе.

Я начала брыкаться, но он притиснул меня только сильнее.

— Успокойся уже! — проворчал он, удерживая равновесие. — Я просто донесу тебя до ближайшего обувного. Тебе нужна удобная обувь, а то всю оставшуюся неделю ты проведёшь в травматологии с переломами.

Для меня эта забота Лео стала полной неожиданностью. Судя по лицам остальных, они тоже такого не ожидали. Я наконец перестала дёргаться и полностью доверилась его сильным рукам.

От Лео так приятно пахло, что я, не в силах была удержаться и начала принюхиваться. К моему стыду, он это сразу заметил и, конечно же, воспользовался для очередной колкости:

— Марго, ты что, меня нюхаешь?

Я впервые не нашла что ответить — щёки залил предательский румянец. А Лео, явно торжествуя от моего смущения, решил добить меня окончательно:

— Я, конечно, знаю, как магически действую на женщин, но не до такой же степени! — с лукавой улыбкой произнёс он.

В этот момент единственным моим желанием было просто провалиться под землю.

Глава 8

Из обувного я уже шла гордо — на своих двоих, в новеньких стильных кроссовках. Лео, проявив редкое для себя джентльменство, оплатил покупку. Так ему и надо — моральная компенсация за то, что тащил меня на руках, как кавказскую пленницу.

Он выглядел до неприличия довольным собой: ухмылка не сходила с лица.

Ещё бы — смог эффектно продемонстрировать своё «мужество» и перед ребятами, и перед продавщицами, которые, кажется, уже строили в голове сценарий романтического фильма. Они бросали на меня завистливые взгляды, перешёптывались и тихо вздыхали каждый раз, когда Лео приносил мне очередную коробку с обувью.

Ребята терпеливо ждали нас у входа, и когда мы наконец вышли, встретили овациями. Я рассмеялась, приподняла ногу, демонстрируя обновку, и с улыбкой объявила: