Озеро все помнит

Загадка Загадка

Озеро все помнит

**Пролог**

У ворот Университета № 1 Центральной Корпорации Ирговии притормозил дорогой автомобиль.

Охрана узнала машину ещё на подъезде. Тяжёлые кованые створки ворот начали расходиться заранее, и автомобиль, почти не снижая скорости, плавно въехал на территорию кампуса. Миновав ухоженные аллеи и учебные корпуса, он остановился у административного здания.

Водитель первым выбрался наружу и поспешил открыть заднюю дверь.

Из машины вышла высокая женщина лет тридцати семи. На ней был строгий деловой костюм без единого броского украшения. Однако эта нарочитая простота говорила о её положении куда убедительнее любых драгоценностей.

Следом появилась женщина с цепким взглядом профессионального телохранителя. Она двигалась плавно и уверенно, как человек, привыкший замечать угрозу раньше остальных. Последней из автомобиля вышла девочка лет тринадцати. Её одежда была столь же дорогой, как и костюм первой дамы, она с любопытством оглядывалась по сторонам.

Селеста Лин окинула взглядом главное здание университета.

— Надеюсь, нас уже ждут, — спокойно произнесла она.

Телохранитель едва заметно улыбнулась. Глава корпорации первой прошла к приветливо распахнувшимся перед ней дверям. Ее встретил седой представительный мужчина, сдержанно и с достоинством приветствовавший ее и ее спутниц.

— Пройдемте в кабинет, надеюсь, вы подготовили все бумаги, которые я перечислила. — не отвечая на приветствие, сказала Селеста.

— Безусловно, дарна, всё готово. — ответил мужчина и последовал за посетительницей, которая уверенно шла по коридору.

В кабинете директора она по-хозяйски расположилась за его столом, телохранительница села в кресло, стоявшее возле двери, девочка подошла к матери. Мужчина торопливо подвинул ей стул. Они принялись увлечённо перебирать приготовленные для них бумаги. Одни откладывали, другие оставляли. Наконец перед ними остались всего три пластиковые папки.

— Эти трое не должны пройти обязательное тестирование. Приказы о переводе их в Кадетские училища подготовите сами. После передадите моему секретарю, в какие именно их перевели. — женщина постучала ярко накрашенным ногтем по столу.

Мужчина взглянул на выбранные личные дела студентов и попытался робко возразить.

— Дарна Лин, но это одни из лучших студентов...

Женщина окинула его тяжёлым взглядом, и директор моментально сник.

— А теперь покажите мне ваше заведение, хочу лично взглянуть, за что я плачу такие деньги.

— Если вы позволите, дарна Лин, то я бы предложил для вашего удобства передвижение по территории университета на одном из электрокаров. — вежливо предложил директор.

— Да, распорядитесь. — снисходительно согласилась Селеста.

Мужчина отдал по селектору нужное распоряжение, и пока высокопоставленная гостья ждала обещанный транспорт, молодой секретарь внёс поднос с прохладительными напитками и свежей выпечкой. Селеста оказалась достаточно въедливой особой, она подробно расспрашивала о том, куда были направлены выделенные средства, потребовала направить отчёты об этом на электронную почту Конгломерата. Наконец тот же секретарь сообщил о поданном транспорте.

Следующие полтора часа прошли в осмотре учебных корпусов, лабораторий и тренировочных площадок. Селеста задавала вопросы преподавателям, просматривала отчёты, проверяла оснащение аудиторий и осталась вполне довольна увиденным. Университет не зря считался одним из лучших в стране. Они уже возвращались к административному корпусу, когда с соседней площадки донеслись команды преподавателя.

— Что там? — спросила Оливия.

— Сдача физических нормативов, дарна. Для всех студентов первого и второго курсов.

— Обязательных? Даже для гуманитариев?

— Разумеется. Мужчина должен поддерживать хорошую физическую форму независимо от будущей профессии.

Глаза у девочки загорелись.

— Я хочу посмотреть, — требовательно сказала она.

Их провели к спортивной площадке. Некоторое время все наблюдали за тренировкой, внимание женщин привлёк темноволосый улыбчивый студент. Закончив упражнения, он стал на руки и попытался пройтись по площадке. Сделав несколько шагов, потерял равновесие и упал. Парень весело расхохотался над собой. Селеста пристально его рассматривала, потом вопросительно повернулась к директору.

— Да, это один из тех ребят, чьи личные дела вы отобрали. — мужчина подтвердил её догадку.

Женщина удовлетворённо кивнула и направилась к машине.

Директор, вернувшись к себе, взял отобранные папки в руки и с грустью пересмотрел их. Рикардо, Огнен и Микаэл... Одни из лучших учеников, если бы не странная прихоть главы Конгломерата, ребят ждало блестящее будущее. Рикардо — блестящие способности к медицине, Огнен — прекрасный аналитик, отличные способности к иностранным языкам, Микаэл — точные науки... Вздохнув, мужчина собрал личные дела и вызвал секретаря.

— Сорен, подготовь приказы о переводе этих студентов в кадетские училища как не прошедших обязательное тестирование. — он устало указал на лежащие перед ним папки.

Молодой человек удивлённо поднял брови.

— Личное распоряжение дарны Лин. — директор раздражённо ответил на незаданный вопрос и уже тише добавил: — Надеюсь, ты понимаешь, что распространяться об этом не стоит?

Секретарь кивнул.

***

Огнен держал планшет с результатом обязательного тестирования и не верил своим глазам. «Тест провален». Два коротких слова горели красным цветом посреди экрана. Этого просто не может быть. Он не раз проходил подобные тестирования, знал требования, готовился. Да, вопросы отличались немного, но принцип оставался тем же. Он был уверен, что справился не хуже однокурсников. Тогда почему? Парень снова перечитал результат, словно надеясь, что тот изменится. Не изменился. В груди неприятно похолодело.

— Всем студентам, не прошедшим тестирование, собраться в четырнадцатой аудитории. Там вы получите документы о распределении в другие учебные заведения Конгломерата, где ваши способности получат наилучшее развитие.

Чувствуя себя последним неудачником, парень поплёлся в названную аудиторию. К своему удивлению, он был не один: ещё четверо сокурсников оказались с ним вместе в одном кабинете. Ребята подавленно молчали. Ждать пришлось около часа; за это время никто не проронил ни слова — говорить было просто не о чем. Наконец в класс вошёл Сорен, секретарь директора. Он называл имя студента, теперь уже бывшего, и отдавал личное дело с приказом о переводе. Огнен бегло прочитал приказ, и глаза его от удивления полезли на лоб. Кадетское училище? Это ошибка? Там ребята учатся с десяти лет, там совершенно другие требования. Парень протянул секретарю предписание:

— Это какая-то ошибка?

— Ошибки нет, — сухо ответил Сорен. На мгновение показалось, будто он хочет сказать что-то ещё, но следом его взгляд похолодел, и секретарь продолжил: — В течение суток за вами приедет транспорт и доставит на новые места учёбы. У вас есть время собрать личные вещи и попрощаться.

Выдав эту информацию, мужчина покинул аудиторию.

***

Прошло меньше одного дня с момента объявления результатов тестов, а жизнь Огнена круто изменилась. Он стоял в огромном вестибюле кадетского корпуса, растерянно оглядываясь по сторонам. Вместо привычного костюма на нём была форма, напоминающая военную, вместо стильной причёски — коротко остриженные волосы, а главное — вместо той жизни, что он давно себе представлял, полная неизвестность.

В помещение вошли ещё трое подростков: они были шире в плечах, с более уверенными движениями, а главное — не выглядели растерянными, как он. Ребята подошли к нему.

— Ты сюда тоже переводом? — довольно улыбаясь, спросил один из них.

— Да, — коротко ответил Огнен.

— А чего тогда такой кислый, будто разжаловали? Отсюда телохранителей в лучшие семьи Конгломерата берут. Представляешь? — глаза парня горели неподдельным восторгом. — А они по всему миру путешествуют, и везде с охраной. Ты только представь: увидеть целый мир! Мы об этом в прежнем училище даже не мечтали.

— Может, ты и прав, — вздохнул парень и представился: — Огнен.

— Майки.

— Бор.

— Рафаэль.

Представились остальные.

В холл вошли несколько мужчин. Один из них кивнул седому, среднего роста, с заметной хромотой:

— Твои подопечные, Петар, уже прибыли.

Названный Петаром окинул парней взглядом, задержав его на мгновение на Огнене, и кивнул:

— Следуйте за мной.

Их привели в просторное помещение с рядами коек. Мужчина кивнул на четыре пустые, стоявшие немного отдельно от остальных:

— Ваши места, располагайтесь.

Огнен почти с ужасом огляделся: прежде у него была своя комната, он никогда не спал в одном помещении с другими ребятами. Петар заметил его состояние и кивнул на койку, стоявшую в углу и от этого выглядевшую несколько обособленно:

— Занимай это место, парень, — и отечески похлопал его по плечу. — Сегодня осваивайтесь, завтра приступаете к занятиям. Если что непонятно — спрашивайте у меня или у старшего вашей группы.

Так у Огнена началась жизнь на новом месте. Он оказался самым слабым из группы: не хватало слишком специфических знаний, которых в высшей школе просто не давали, считая, что они им никогда не пригодятся. Парень не знал ни марок, ни обслуживания всевозможного оружия, ни деталей машин. Ему, привыкшему до этого быть в числе лучших, трудно давалось осознание обратного. Он ожидал насмешек от одногруппников, поэтому ни с кем не сближался, полностью погрузившись в занятия. Он пренебрегал сном, отдыхом — лишь бы хоть немного сравняться с остальными. Пока в конце концов буквально не начал валиться с ног от нервного истощения.

Как-то Петар заметил его ночью в библиотеке: парень, обложившись книгами, изучал элементарные для остальных вещи.

— Ты почему не спишь? — удивился куратор и взял один из учебников. Прочитав название, он хмыкнул и презрительно добавил: — Всё время удивляюсь, как тебя с такой подготовкой направили к нам? Я буду требовать перевода для тебя куда-нибудь туда, откуда тебя прислали.

Тут привитая в университете Огнену выдержка изменила ему — то ли от постоянной усталости, то ли от презрительного тона наставника. Он встал из-за стола и тихо, но яростно ответил:

— Я буду только счастлив, если меня переведут обратно. Но вряд ли у вас это получится. — он нервно вздохнул. — Никак не могу понять, за что это сделали со мной и почему. До этого года не сдавших тест просто переводили на другие факультеты в университете. Чем мы с ребятами так провинились и где, что нужно было так поступить с нами? Я знаю в совершенстве ханарский и валиссийский языки, знаю все двадцать семь пунктов мирного трактата Хао-Мира и знаю, почему и под влиянием чего он их написал. Но я никогда не видел вживую ни оружия, ни деталей моторов. Почему?..

Его злой голос становился всё громче и на последнем слове сорвался на крик. Парень сел на стул и обхватил голову руками. Послышался судорожный вздох. Он посидел, приводя голос и чувства в норму, и тихо сказал:

— Извините, я не должен был срываться.

Петар, удивлённый вспышкой обычно сдержанного и молчаливого Огнена, спросил:

— Откуда тебя перевели?

— Вы не видели моих документов?

— Обычно они хранятся у начальника корпуса. — будто оправдываясь, сказал наставник.

— Университет номер один Конгломерата, — мрачно ответил парень.

Мужчина удивлённо поднял брови и присвистнул.

— Вот что, парень, ложись спать. Это приказ, — добавил он жёстче. — Если ты свалишься с ног или пойдёшь с ума от усталости, лучше не будет. Ты сейчас идёшь, ложишься и спишь, пока не встанешь сам…

— Но режим? — возразил Огнен.

— Сейчас он тебя не касается. Я отвечаю за твоё здоровье и жизнь. Поэтому считай это приказом. Я скажу дежурному, чтобы он проследил, чтобы тебя не трогали.

Парень аккуратно собрал учебники и отправился в спальню. Петар не обманул: он проснулся сам только после полудня. И когда явился на занятия, внутренне готовый к новым тычкам и насмешкам, то сильно удивился, когда их не было. Зато те, кто учился здесь с самого начала, взяли над ним своеобразное шефство и теперь помогали, просто и толково объясняя и показывая на деле всё то, что Огнен самостоятельно изучал по учебникам.

Программу обучения удалось догнать в течение года; в течение этого же времени окрепли и наросли мышцы, а кожа на руках огрубела и покрылась мозолями. Учиться стало легче.

Так прошло шесть лет — до финального тестирования и распределения на место будущей службы.

Огнен удивился, когда его, середняка по всем показателям, распределили служить в личной охране главы Конгломерата Лин. Способности к анализу никуда не делись, и, сопоставив факты своего внезапного и необоснованного перевода, парень пришёл к выводу, что он чем-то заинтересовал главу Лин, но свои выводы оставил при себе.

***

Таима, старший телохранитель и по совместительству помощница Селесты Лин, взяла пушистый халат и подошла к лесенке, ведущей из бассейна. В воде неспешно плавала глава Конгломерата. Селеста медленно подплыла к краю и, не торопясь, вышла из воды. Таима молча протянула ей халат.

— Приехал один из тех ребят, — буднично сообщила она.

— Один? Где остальные? — брови Лин сошлись на переносице, в голосе зазвучала настороженность.

— Погибли. Ещё в первый год после перевода.

Таима произнесла это тихо, почти без интонации, но в тишине комнаты слова прозвучали особенно тяжело.

— Сел, скажи, зачем? — осторожно спросила помощница. — Они могли спокойно доучиться, а потом ты могла бы предложить им войти в семью…

— Вот именно — предложить! — Селеста резко оборвала её, и в голосе прорвалось давно копившееся раздражение. — А эти засранцы вертели бы носами, решая, достойна ли семья Лин того, чтобы один из них стал мужем Оливии. Потом могли бы потребовать развода. Ты же знаешь: на выпускников моего университета чуть ли не очередь выстраивается из матерей, мечтающих заполучить умного и здорового отца для будущих наследниц.

— Ну и что? — всё ещё не понимала Таима.

— А то! — Селеста сделала паузу, пытаясь взять себя в руки. — Я не хочу, чтобы в моей семье был ещё один развод. Мне вполне хватило истории с отцом Селесты, с этим мелким гадёнышем! — она выругалась сквозь зубы.

Она на мгновение прикрыла глаза, словно отгоняя неприятные воспоминания, и продолжила уже спокойнее:

— К тому же брак Оливии с простым телохранителем улучшит наш имидж. Люди перестанут шептаться, что Корпорация Лин смотрит только на элитных выпускников и пренебрегает обычными мужчинами.

— Но гибель мальчиков… — снова попыталась возразить Таима.

— Я каждый год плачу за обучение тысяч мальчишек! — голос Селесты зазвенел от сдерживаемых эмоций. — Думаю, я имею право заранее выбрать троих кандидатов для дочери.

Она глубоко вдохнула, будто пытаясь остудить закипающий гнев, и добавила:

— Тай, пойми, я хочу для дочери лучшего. Что плохого в том, что я, как мать, заранее позаботилась о том, чтобы у неё был красивый, здоровый, умный муж, который будет обязан ей всем? В чём я не права?

Селеста замолчала, погрузившись в собственные мысли. Спустя минуту она заговорила снова, и теперь в её голосе звучала холодная расчётливость:

— Только нужно воспитать его для Оливии. — Она подняла руку, останавливая готовую что-то сказать Таиму. — Понимаю, что он уже воспитан, но недостаточно. Мне нужно, чтобы он видел своё спасение только в браке с Оливией. Тут я надеюсь на тебя и Валиссию. С ней я поговорю позже. Воспитать, — Селеста выделила это слово, чеканя каждый слог. — Не сломать.

— Я поняла, Селеста. Сделаем, — коротко ответила Таима, пряча за внешней невозмутимостью тревогу.

***

Огнен коротал время в тренажёрном зале. Пот струился по спине, мышцы гудели от напряжения, но он упорно отсчитывал подходы. Разгорячившись, он скинул футболку и продолжил тренировку. Физическая усталость не мешала мыслям снова и снова возвращаться к тому, что произошло с ним и его друзьями по университету.

Рикардо и Микаэл погибли, не сумев приспособиться к учёбе в кадетских корпусах. Скорее всего, им просто не повезло — не встретился такой инструктор, как Петар, который сумел вовремя разглядеть его растерянность и помочь.

— Новенький? — раздался рядом низкий, бархатистый, но от этого не менее властный женский голос.

Огнен резко вскочил с тренажёра и замер, почтительно склонившись. Перед ним стояла женщина лет сорока с властным выражением лица. Её почти белые волосы были туго стянуты в строгую причёску, подчёркивающую хищные черты лица.

— Мальчик, — протянула она, и от этой интонации по спине пробежал холодок. Женщина провела кончиком ногтя по его груди, и Огнен усилием воли заставил себя не отшатнуться. — Ты знаешь, мальчик, куда ты попал?

— В дом главы Конгломерата Лин, — ответил он ровным голосом, хотя внутри всё сжалось.

— Ты прав. — Она чуть склонила голову набок, изучая его, словно редкий экспонат. — А ты знаешь, что мы все здесь — одна большая семья? И, как во всякой семье, мы заботимся о своих членах. Ты ведь знаешь, что мы выплачиваем самую щедрую пенсию своим ветеранам?

— Да, эрна, это все знают, — подтвердил Огнен, не поднимая глаз.

— Мы щедро платим, но мы и много требуем, — женщина медленно обошла его вокруг, и каждый её шаг отдавался в сознании парня тяжёлым эхом. Она провела ногтем между его лопаток, и на коже тут же выступила россыпь мелких мурашек. — Мы строго наказываем провинившихся.

Она сделала паузу, давая словам осесть в воздухе, пропитанном запахом пота и металла.

— Поркой. Скажи, мальчик, ты знаешь, для чего нужна боль?

Огнен на секунду задумался, взвешивая каждое слово:

— Она сигнализирует, что организму может быть причинён необратимый вред.

— Неправильно, мой хороший, — снова протянула женщина, и её голос обволакивал, как липкий туман. Она вновь провела ногтем по его груди, оставляя едва заметную красную полоску. — Боль нужна, чтобы запомнить свою ошибку и больше её не повторять.

— Не буду больше отвлекать тебя. Занимайся, — наконец сказала Таима после небольшой паузы и, развернувшись, направилась к выходу. Её шаги звучали глухо и размеренно, словно отсчитывая последние секунды передышки.

Огнен смотрел ей вслед, чувствуя, как постепенно отпускает напряжение, сковывавшее мышцы. Но разум продолжал работать, складывая разрозненные кусочки в тревожную картину. Наконец, когда фигура женщины уже почти растворилась в полумраке коридора, он решился:

— Уважаемая эрна, зачем я должен бояться?

Женщина на мгновение замерла, будто наткнувшись на невидимую преграду. Она не обернулась, но голос её, когда она заговорила, звучал едва слышно, почти шёпотом:

— Умный мальчик.

И ушла, не сказав больше ни слова.

**Глава 1**

Яркий свет хрустальных люстр освещал огромный зал, в котором собрались матери богатейших семей Ирговии. Сегодня дарна Селеста Лин праздновала день совершеннолетия своей дочери и наследницы Оливии.

Высокие своды дворца терялись в полумраке под потолком. Между колоннами из белого мрамора тянулись гирлянды живых серебристых цветов, привезённых с северных плантаций семьи Лин. Их сладковатый аромат смешивался с запахом дорогих духов, вина и свежей выпечки. Стены украшали картины с изображением основательниц рода, каждая из которых смотрела на присутствующих с высокомерным спокойствием.

Множество нарядных гостей неспешно прогуливалось по богато украшенному залу. Женщины демонстрировали последние достижения лучших модельеров столицы: длинные платья переливались драгоценной вышивкой, ожерелья из редких камней искрились при каждом движении. Мужчины держались чуть скромнее, хотя и их костюмы стоили целое состояние. Большинство из них сопровождали своих матерей, жён или покровительниц, стараясь не привлекать лишнего внимания и выглядеть достойно.

Играла тихая музыка. Небольшой оркестр расположился на балконе второго яруса, скрытый среди декоративных растений. Вышколенная прислуга бесшумно и ловко сновала между приглашёнными, разнося напитки и лёгкие закуски. Почти не выделяясь из массы нарядных людей, медленно прохаживались мужчины и женщины — личная охрана семьи Лин. Те же улыбки, внешне расслабленные движения, только цепкие внимательные взгляды по сторонам могли подсказать дотошному наблюдателю, кто именно перед ним.

Огнен стоял возле одной из колонн и наблюдал за гостями. Его взгляд задержался на молодом человеке, излишне нервно косившемся по сторонам. Телохранитель слегка напрягся, но парень нашёл глазами элегантно одетую даму, облегчённо улыбнулся и поспешил к ней. Та несколько раз сильно дёрнула его за ухо, парень виновато опустил голову, а стоявшие рядом женщины одобрительно рассмеялись.

Когда в зал вошли Селеста и Оливия, разговоры стихли почти мгновенно.

Дарна Лин выглядела именно так, как и должна выглядеть одна из самых влиятельных женщин Ирговии. Её серебристое платье было строгим и одновременно роскошным, а осанка оставалась безупречной даже после нескольких часов торжества. Рядом с ней шла Оливия.

Сегодня наследница впервые предстала перед обществом как взрослая женщина рода Лин. На ней было платье глубокого синего цвета, подчёркивающее тёмные волосы и светлую кожу. Она улыбалась гостям спокойно и уверенно, хотя Огнен заметил лёгкое напряжение в её глазах. Впрочем, это было неудивительно — сотни взглядов следили сейчас только за ней.

Музыка заиграла громче, торжественная часть вечера закончилась, начались танцы. Молодёжь развлекалась в своём кругу, женщины постарше — дарны и матери семейств — завели разговоры о бизнесе. Среди них появились старшие мужчины, имеющие право голоса почти наравне с женщинами.

Огнен скользнул взглядом по залу и невольно задержался на объективе камеры, замаскированном под украшение у колонны.

Рядом с Оливией появилась девушка, которую Огнен увидел впервые за весь вечер. Она нервно оглядывалась и будто кого-то ждала. Охранник насторожился. Из-за спин гостей появился бледный парень с какими-то шальными глазами, увидел девушку и прямиком пошёл к ней. Девушка отошла за одну из колонн, парень подошёл и почтительно склонил голову. Они были похожи на любовников, решивших тайно встретиться, но что-то в их поведении настораживало.

Незнакомка мимолётно обняла своего собеседника, и в тот же миг в зале на секунду погас свет. Раздался возглас: «Дарна Селеста, вас просят к телефону!»

Девушка вышла из-за колонны и направилась к Оливии. Именно в этот момент Огнен понял, что что-то не так. Не было ни одной очевидной причины для тревоги. Девушка двигалась спокойно. Не бежала. Не нервничала. Не пыталась скрыться от взглядов охраны. Парень у колонны начал оседать на пол. Огнен увидел это краем глаза.

Телохранитель не раздумывая бросился вперёд. Мир словно замедлился: гости ещё улыбались, продолжая разговоры, музыканты играли очередную мелодию, Оливия поворачивала голову к кому-то из подруг, а девушка уже заносила руку.

Из широкого рукава скользнула узкая металлическая полоска — вибронож едва заметно дрожал. До наследницы оставалось меньше шага. Огнен врезался в убийцу всем телом. Они рухнули на пол. Закричали женщины, зазвенела разбитая посуда, гости бросились прочь из зала, началась давка.

Он сжал запястье девушки, не давая сбежать, раствориться в толпе. Вибронож выпал и со звоном покатился по мраморному полу.

— Она пыталась убить Оливию! — выкрикнула эрна Ирена, указывая на незнакомку.

Поднялся шум, появились другие телохранители, схватили неудавшуюся убийцу. Эрна Таима бросилась к Оливии, помогая ей подняться.

Сильный удар в лицо отбросил Огнена на пол. Потом его грубо подняли на ноги, заломили руку и повели из зала. Краем глаза Огнен успел заметить, как Оливия сделала шаг вперёд, будто хотела что-то сказать, но Селеста едва заметно качнула головой, и девушка отступила.

Его заперли в карцере. Никто с ним не разговаривал. Мужчины, конвоировавшие его, лишь сочувственно молчали и косились на сопровождающую их эрну Валиссию. Огнен не помнил, когда он успел толкнуть дарну Оливию, и толкал ли её вообще. Но если он действительно виноват в её падении, то неизвестно, что с ним теперь сделает дарна Селеста.

Парень опустился на пол, закрыл лицо руками и протяжно застонал. С мужчин и за меньшее шкуру снимали, а тут…

Прошло довольно много времени, когда дверь карцера открылась. На пороге стояла эрна Таима.

— За мной, — приказала она.

Стараясь ни о чём не думать, Огнен шёл следом. Они вышли во внутренний двор особняка. Тут уже собрались все обитатели: люди стояли вокруг площадки со вкопанными в центре двумя столбами для наказаний. Парень смотрел на всё это будто со стороны.